Империум. Книга 4

Глава 35

— Раз. Два… Три!

Я начал обратный отсчет и отступил, когда перед нами открылся портал, ведущий на другой край страны. Он сильно отличался от порталов искажения хотя бы тем, что в его поверхности можно было увидеть другую сторону.

— Фух, получилось…

Я облегченно выдохнул, когда увидел на той стороне Кёнигсберг и парочку испуганных солдат, которые отшатнулись от открывшихся пространственных врат.

— Поразительно, — Карл наблюдал за открытием с нескрываемым изумлением. Для него видеть подобные устройства было чем-то невероятным. — Сколько энергии потребляет этот артефакт?

— Много, очень много, — хмыкнул я и жестом пригласил его пройти.

Сам шагнул в портал первым. Юлианна, поколебавшись миг, шагнула второй. Оказавшись на той стороне, я приглашающе махнул рукой Карлу.

Мужчина всё же сомневался, но шагнул на эту сторону. Юлианна тем временем отметила:

— Так странно, мы словно просто перешли из одной комнаты в другую. Совсем не так, как с порталами с монстрами, никакого дискомфорта.

— Это потому, что мы с точки зрения мира мы именно это и сделали. Портал соединяет две точки в мире, сокращая расстояние до нуля.

Не прошло и десяти минут, как ко мне примчались Марцевич и Сергей, которым, видимо, сообщили о нашем возвращении. Помимо них посмотреть на чудеса пришли и другие солдаты, а ещё целая орава слуг, правда, держались они чуть в сторонке.

— Как тут дела? — спросил я Марцевича, который остался за старшего.

— Спокойно, Ваше Бла… извиняюсь, Ваше Величество, — Марцевич дернул щекой, косясь на портал и пытаясь делать вид, что не изумлен. Он знал, что это будет портал, но одно дело — слышать об этом, и совсем другое — видеть. — После вашего отъезда никаких происшествий. Граф Вольфенштайн прислал ещё одного гонца, интересовался вашим возвращением. Священник продолжает собирать людей, но пока без эксцессов.

— Отлично.

Следующие несколько часов прошли в делах. Я проверял стабильность портала, в конце концов, поддерживать портал пару минут и держать его открытым круглосуточно — это не одно и то же, а ведь я собирался сделать именно последнее. Портал должен будет работать постоянно, став важным мостом между двумя частями страны, а в будущем я намеревался построить целую сеть таких порталов.

К полудню я встретился с Вольфенштайном. Граф, увидев работающий портал, окончательно убедился, что сделал правильный выбор. Мы утвердили предварительные договоренности: командование гарнизоном и пять лет без налогов в обмен на его дружину и верность. Вопрос с угольной шахтой отложили, сначала нужно разобраться с позицией графа Кронхана.

— Он не отступится, — предупредил Вольфенштайн. — Юхан скорее умрет, чем склонится перед магом.

— Тогда умрет, — пожал я плечами. — Его выбор.

На этом я закончил свои дела в Кёнигсберге. Карл остался, он предложил стать моим наместником в этих землях, и я не стал отказываться от помощи. Он намного более подкован в политических вопросах, так что почему бы и нет? Но я сразу предупредил его, что первое, что мы должны сделать, это очистить центральные земли от лютоморов и обелисков, создающих демонов мрака.

— Как скажете, Ваше Величество, — говоря последнее, он усмехнулся он. — Хотя как мне кажется, лучше бы мы их использовали.

— Нет.

Карл в ответ развел руками, признавая мое право требовать.

В Вольнове нас с Юлианной встретил Синицын с докладом о производстве. Литейные цеха работали на полную мощность, партия оружия для Клариссы была почти готова. Я одобрил отправку, в конце концов, Карл был прав, потенциальный союзник стоил двух сотен ружей. Ну а после этого отправился открывать уже другой портал — империумный. Нам срочно нужно было пополнить запас красных камней.

Процесс был отлажен, ведь за то время, что я провел в этом мире, мне доводилось уже не раз открывать порталы искажения. Если быть точным, то несколько десятков раз. Империумные открывал раза три, но это потому, что их сложность растет с каждым закрытием, и раз у меня была возможность сдерживать этот процесс, я старался не форсировать события и открыватьих, только когда будет необходимость.

Прямо как сейчас.

— Ну что, готовы? — спросил я у Юлианны, Лёни и других одаренных, которым уже не терпелось отправиться и навалять гоблинам. Достали их кобольды из рудной шахты, хотелось противников поинтереснее.

Всё прошло как по маслу. Раздался звучный хлопок, и перед нами открылся сияющий водоворот с голубым краями, который очень быстро стабилизировался, и поверхность портала стала гладкой.

Я повернулся к друзьям.

— Сложность портала немного выросла с последнего раза, скорее всего, будет больше полуогров, возможно, и наездников пауков, но не думаю, что у нас возникнут большие проблемы. Мы стали гораздо сильнее, наше оружие стало лучше, так что давайте…

— Сла-а-а-ав… А разве так должно быть? — взволнованно спросила Юлианна.

Я вначале не понял, о чем она, но когда повернулся, то понял, что первое впечатление оказалось неверным. Гладко открытие портала не прошло, и теперь его края переливались разными цветами: то голубым, то зеленым, то ярко красным. Да и сама гладкая поверхность теперь бурлила, переливаясь алыми всполохами.

Пространство вокруг стало гудеть

— Что происходит⁈

— Понятия не имею! — я бросился к порталу, пытаясь понять, что пошло не так. Конструкт арки-активатора выглядел стабильным, энергия текла правильно, но что-то снаружи давило на него и искажало. Словно кто-то или что-то пыталось прорваться с той стороны. Я никогда с таким не сталкивался, даже когда портал был поглощен глубинным искажением.

И тут портал взорвался, отбрасывая меня ударной волной. Я врезался спиной в камень, что выбило из легких весь воздух. В ушах зазвенело, картинка перед глазами поплыла, но я видел, как от портала во все стороны побежали алые трещины.

Они прорезали каменный пол подвала словно раскаленный нож масло и поползли вверх по стенам, по потолку.

— Все наверх! — заорал я, поднимаясь на ноги и хватая оказавшуюся неподалеку Юлианну за руку. — БЕГОМ!

Мы рванули к лестнице. Позади что-то с грохотом обрушилось — часть потолка не выдержала. Леня бежал впереди, расталкивая остальных, его массивная фигура мелькала в пыльном полумраке. Мы выскочили на первый этаж, но алые трещины были уже здесь.

Они расползались по стенам главного дома, прорезая камень и дерево с одинаковой легкостью. Пол под ногами дрожал, откуда-то сверху доносился треск ломающихся балок.

— Дом рушится! — крикнул кто-то из бойцов.

Потолок над нами просел. Я едва успел оттолкнуть Юлианну в сторону, когда массивная балка рухнула туда, где она стояла мгновение назад. Облако пыли и каменной крошки ударило в лицо.

— К выходу! Все к выходу!

Стены трескались, мебель заскользила по накренившемуся полу.

Я вынес дверь магнитным ударом, благо на ней хватало металлических заклепок, и мы всей компанией вывалились наружу. Ну… почти всей. Я не сразу заметил, как последний из бойцов не успел уйти от трещины, и тот полетел в неё.

Магнитная линия. Я дернул его на себя что есть силы, и тот улетел метров на десять в противоположную сторону, покатившись по мостовой.

Но домом всё не ограничилось, трещины расползались по всему городу. Алые разломы прорезали улицы и светились нездоровым багровым светом, пульсируя как открытые раны на теле реальности.

И из этих самых ран… что-то лезло.

— СЛАВ, ЭТО ПРОРЫВ⁈ — крикнула мне Юлианна.

— НЕТ! ЭТО…

И я не знал, что ей сказать. Происходящее никак не могло быть прорывом. Мне доводилось видеть прорывы, и они выглядят совершенно иначе.

Первая тварь вывалилась из трещины прямо посреди рыночной площади. Я не сразу понял, что вижу, это было похоже на гоблина, но какого-то неправильного. Искаженного, что ли. Его тело выглядело так, словно кто-то взял живое существо и вывернул его наизнанку, а потом снова собрал, но уже как попало. Конечности торчали под невозможными углами, кожа пузырилась и лопалась, обнажая что-то белое и пульсирующее, напоминающее проявление глубинного искажения.

Тварь бросилась на ближайшего человека — кого-то из горожан, не успевшего убежать — а за моей спиной главный дом наконец не выдержал. Грохот был столь оглушительным, что я рефлекторно обернулся и увидел, как здание, ставшее мне домом на последние месяцы, складывается внутрь себя словно карточный домик. Крыша провалилась первой, увлекая за собой верхние этажи. Стены накренились и рухнули, поднимая тучи пыли и обломков.

Из трещин полезли новые твари. Искаженные гоблины, волки, что-то похожее на огромного паука, но с исполинскими человеческими руками с кучей сочленений вместо лап. Каждое существо выглядело как жертва какой-то чудовищной болезни, превращающей живую плоть в нечто… инородное.

— К оружию! — крикнул я, но это было лишнее.

В крепости хватало одаренных и солдат, которые пережили уже не один бой за последнее время, так что бойцы уже отходили от первичного шока и стали отбиваться от тварей, что яростно лезли на нас.

Триплексы закружились вокруг меня, формируясь в смертоносные снаряды. Я начал методично расстреливать тварей, но их становилось всё больше. Одна из трещин затронула мастерскую, здание содрогнулось, из окон повалил черный дым, а затем стены просто разошлись в стороны, обнажая внутренности. Я увидел, как часть установок и паровых машин проваливаются в открывшийся алый провал.

Вокруг творился ад. Дома рушились один за другим, люди бежали в панике, твари из трещин охотились на всех, до кого могли дотянуться, но и мои бойцы стояли до победного. К счастью, несмотря на ужасный вид монстров, они оказались вполне себе убиваемы.

Одна из трещин прошла прямо в жилой квартал, развалив городскую стену вокруг старого Вольнова. Я видел, как целая улица просела, словно земля под ней разверзлась. Дома падали друг на друга, погребая под обломками всех, кто не успел выбраться. Даже издали были слышны крики несчастных.

Искаженный медведь, если это можно было назвать медведем, ворвался в толпу убегающих. Шесть лап, три головы на вытянутой как у какой-нибудь гидры шее, и пасть на животе, из которой торчали человеческие зубы. Он убивал быстро и эффективно, разрывая людей как тряпичных кукол.

Рыкнув при виде чудовища, я бросился прямо к нему и метнул триплексы. Несколько кольев прошили насквозь его тело, проливая белую кровь. Монстр развернулся ко мне, но уже через миг его разорвало на куски металлической шрапнелью, до которой я смог дотянуться.

Лёня на полной скорости влетел в скопление других уродливых монстров, отшвыривая одного из искаженных гоблинов сапогом, а другого приголубив булавой, расплескивая белую кровь по мостовой.

Белая кровь… Эти твари — продукт глубинного искажения? Но даже если так, то прорыв не должен быть таким масштабным.

А потом я увидел её. Белую тварь стояла на одной из крыш, и она, в отличие от чудовищ, что сновали по улицам города, целиком состояла из белой субстанции и выглядела даже нормальной. Я бы даже сказал, человечной: две руки, две ноги, вполне себе человеческая фигура, разве что лицо было смазано, словно у воскового человечка, которого немного оплавило жаром.

Это нечто посмотрело на нас, а затем пальцы на его руке удлинились, а на их концах появились когти-клинки. И в следующий миг эта тварь исчезла, чтобы уже через мгновение метнуться белой молнией прямо к Леониду, который только что прикончил очередного искаженного гоблина и не видел угрозы.

Понимая, что у меня какие-то доли секунды, я действовал сразу и швырнул триплексы наперерез, формируя стену из металла между богатырем и тварью. Белые когти врезались в преграду и прошли сквозь неё как сквозь бумагу. Металл не остановил монстра, лишь замедлил на долю секунды.

Но этой доли хватило. Лёня успел развернуться и принять удар на булаву. Раздался звон, богатыря отшвырнуло на добрый десяток метров, и он врезался в стену какого-то дома, проломив её насквозь.

Монстр мгновенно сообразил, кто именно ему помешал, и уже повернул голову в моем направлении. Его аморфное лицо на краткий миг обрело жуткие, демонические очертания, а затем он рванул прямо на меня. Магнитный импульс, и десяток триплексов врезались ему в грудь. Колья пронзили его насквозь, но… кажется, это не возымело ни малейшего эффекта, монстр чуть сбился с шага, да и только.

Он демонстративно вытащил один из кольев и метнул его в меня с чудовищной силой. Я не стал пытаться остановить его, просто сместил траекторию, и то пролетело мимо. Монстр сделал шаг ко мне, а его раны стали затягиваться. Белая субстанция текла, заполняя пробоины и выталкивая мои триплексовые снаряды наружу. Через пару секунд от повреждений не осталось и следа.

Монстр сделал ещё один шаг, а я внезапно ощутил страх.

Всё как тогда, когда впервые столкнулся с подобной штукой. С монстром глубинного искажения, как тот, что убил Бартоша и многих моих друзей. Никто из тех, кто был тогда в комплексе, не смог его остановить, он убил почти всех, и я лишь чудом уцелел. Лишь отряд высокоранговых охотников не смог его прикончить.

Очевидно, что металл тут не поможет. Может, тогда огнем?

Я метнул в монтра несколько огненных всполохов, попутно подготавливая мощный удар плазменным снарядом с помощью своего «рейлгана». Тварь загорелась, я видел, как белая субстанция плавится, пузырится и стекает на землю дымящимися каплями, но, несмотря на это, жуткий потусторонний оскал не сходил с этой инородной морды. Монстр неторопливо приближался, а когда он оказался совсем близко, я выпустил в него сгусток разогнанной плазмы. Тот прошиб его насквозь, но белоснежные края раны практически сразу стали срастаться.

Когтистая рука метнулась к моему горлу. Я едва успел отпрыгнуть, триплексы сформировали щит перед лицом. Удар пришелся в металл и отбросил меня назад, протащив по мостовой добрых пять метров.

Эта тварь сильнее меня. Намного сильнее.

— Слав! — услышал я возглас Юлианны и мысленно ужаснулся от этого. Нет, только не её.

Воительница рубанула тварь поперек спины, и полыхающий голубым огнем клинок прошел насквозь, разделив тело надвое, но обе половины просто срослись обратно.

Монстр развернулся к девушке, занося когтистую руку для удара. Я рванулся вперед, триплексы под ноги, толчок, и я на полной скорости врезался в тварь всем телом, сбивая ту с ног. Мы покатились по мостовой. Белые руки тянулись к моему горлу, а я отбивался как мог.

Монстр оказался надо мной и окончательно потерял какие-либо человеческие очертания, превращаясь в нечто крупное и аморфное: гигантскую пасть, которая собирается меня сожрать. Я собрал имеющиеся триплексы в пластину, другие переместил под себя и выстроил между ними силовую линию.

— Иди нахрен! — прорычал я ему в лицо и толкнул с такой силой, на какую только был способен. Белую тварь подбросило в воздух так высоко, что она превратилась в точку на фоне серого неба.

Этого мало, чтобы её убить, но, по крайней мере, я выиграл нам какое-то время.

— Слав! — ко мне подскочила Юлианна, протягивая руку. Я ухватился за неё, и девушка рывком поставила меня на ноги. — Нам надо уходить… Город мы не отобьем…

Как ни ужасно было это признавать, но Юлианна права. Вольнов потерян. Слишком много тварей, слишком много гражданских.

— Портал… — прохрипел я и внезапно упал на колени.

— СЛАВ! — воскликнула Юлианна, а я, опустив взгляд, увидел крупную рану в боку. Прощальный подарок от чудовища перед тем, как я отправил его полетать, и самое хреновое, что я этого даже не заметил.

— Нормально… Уходим, Юль… Портал. Эвакуируем всех, кого можем, через портал.

Юлианна подставила плечо, и мы вместе направились в сторону портала в Кёнигсберг. По пути попадались бойцы, которым я приказывал делать то же самое, а монстры тем временем перли и перли, их становилось всё больше.

— Держись, — говорила мне воительница.

В какой-то момент Юлианне пришлось меня бросить, отчего я рухнул на землю, а она тем временем отбивалась от нескольких монстров, напавших на неё. Я бы хотел ей помочь, но перед глазами картинка то и дело плыла, и я боялся промахнуться и поранить девушку. Портал был не так далеко, я уже видел его очертания вдали. Часть солдат окопалась рядом с ним, пропуская внутрь гражданских. Кажется, я видел, как в вращающиеся кольца заскочили Эрго и Алина.

— Только попробуй тут сдохнуть… — Юлианна вновь помогла мне встать.

— И в мыслях не было, — криво усмехнулся я. Рана и впрямь выглядела плохо, кажется, монстр повредил мне крупные сосуды, но я при этом совсем её не чувствовал.

— Вот, этот настрой мне нравится больше!

Мы почти дошли до портала. Неподалеку от крутящихся колец ко мне подскочил перепачканный кровью и сажей Лёня и тоже подхватил меня с другой стороны.

— Ещё немного, Алина поставит… вас… на… ноги…

Каждое его новое слово звучало словно дальше, а мир чернел всё сильнее, пока тьма не поглотила меня совсем.

Внезапно тьма расширилась, превратившись в… пространство. Тут был пол и бескрайний мрак, тянущийся во все стороны. Правда, несмотря на отсутствие света, себя я видел прекрасно. Стоял в своей привычной одежде, без единой царапины на теле или следов крови, словно я только что помылся и облачился в чистое.

— Чужак, — раздался полный ехидства мужской голос, а затем рядом со мной появился мужчина, но внутри его я без труда увидел перемещающиеся алые глаза.

Посланник Шарака собственной персоной или его аватар, я пока не разобрался в том, как это работает.

— Ты доволен, Чужак?

— Доволен чем? — я не испытал страха перед ним даже несмотря на то, что не ощущал магических сил. Просто какая-то часть меня была твердо уверена, что он ничего не сможет тут мне сделать.

— Тем, что погубил мой мир, — голос вновь был мужской, но гораздо выше и тоньше прежнего.

Аватар махнул рукой, и передо мной предстала картина Вольнова с высоты птичьего полета. В центре города образовался огромный крестообразный «шрам», полыхающий алыми всполохами и рассекающий улицы города.

— Ты впустил ЭТО в мой мир. Искажение, причем самую агрессивную и злую его форму. Знаешь ли ты, сколько сил мне требовалось на то, чтобы эта дрянь не проникла сюда? Но теперь всё кончено, оно пустит корни и начнет разрастаться, поглощая всё, что попадется на пути. Этот мир ждет та же судьба, что и твой, а может, даже хуже.

Я мгновение смотрел на него, а потом зло сплюнул ему под ноги.

— Да пошел ты! Ты тварь, что паразитирует на этом мире, и сейчас выставляешь себя героем? Защитником этого мира? Мой мир прекрасно живет с искажением, это делает нас сильнее, позволяет давать отпор и сражаться, а ты превратил свой мир в маленькую уютную ферму, где растишь людей себе на убой.

— Считай как знаешь, Чужак, — в этот раз посланник был на удивление спокоен, и мне это не понравилось. — Тебе уже пора.

— В смысле?

— Пора в свой мир. Я перехватил тебя во время переноса, чтобы обмолвиться парой слов и чтобы ты понял, что наделал. Прощай, Чужак, мы больше не встретимся.

— Алина! Где Алина⁈ — кричала Юлианна, когда они с Ростиславом и Лёней оказались по другую сторону портала.

Целительница нашлась далеко не сразу, но когда она подошла к Ростиславу, то тот внезапно оттолкнул её и отступил от них. И выглядел он совершенно не так, как должен был. У него была другая стрижка, одежда, и никаких ран. Кажется, он был немного сбит с толку, но цел и невредим.

— Что происходит? Где я? Где мой отец? Я Ростислав Градов, сын барона Вольнова, и…

В этот момент из толпы беженцев отделился неприметный человек. Он подошел к Ростиславу, и никто его не остановил, казалось, что его появление вообще заметили в самый последний момент.

— Господин передает привет, — оскалился незнакомец безумной улыбкой, в которой не хватало несколько зубов, а следом рука, которую окутала тьма, пробила грудь Ростислава. Тот только глаза успел вытаращить, а его сердце уже оказалось вырвано и раздавлено. — Господин Шарак перед…

Юлианна лишь в этот миг отошла от потрясения, рванула вперед и снесла старику голову одним быстрым ударом. Та покатилась по земле, издавая жуткий потусторонний хохот, от которого кровь стыла в жилах.

— Теперь он не вернется… — смеялась отрубленная голова, и её даже не смущало отсутствие легких для этого. — Вы все поплатитесь за бунт…

Вызревший Леонид опустил сапог, превращая голову убийцы в кашу, а Юлианна уже бросилась к Алине.

— Ты должна его вылечить!

— Я… Я не могу… Он мертв… — побелела девушка. — Я не могу воскрешать людей из мертвых.

Ростислав рассказывал немного о своем попадании в этот мир, что он поменялся местами с другим Ростиславом. И судя по тому, что сейчас произошло, девушка могла сделать вывод, что они снова поменялись. Но если сын барона Градова действительно мертв, то что им теперь делать?

«Нельзя унывать», — сказала она себе. — «Если кто и сможет придумать способ вернуться, то это он, а пока… мы должны продержаться до этого момента».