Империум. Книга 4

Глава 16

— На самом деле, я не всех хочу прикончить, — признался Карл. — Клариссу, свою сестру, например, я бы не тронул, она отважна и благородна, насколько может быть такая, как она. А вот Фридерик, старший сын, подражает отцу. Он жесток и кровожаден, настоящий тиран. И с ним у меня свои… старые счеты.

— Теперь мне становиться понятно, почему ты мне помогаешь. Враг моего врага — мой друг?

— Хорошее выражение, — кивнул он. — Вроде того. Я очень много лет пытался показать отцу свою полезность, понимая, что, не заполучив крупицу власти, изменить ничего не смогу. И вот он, мой шанс, — мужчина развел руками, видимо, имея в виду наместничество. — Собственные земли, армия и люди.

— И сколько бы у тебя заняла времени подготовка к этому маленькому «восстанию»?

— Лет сто, может, двести. Если бы я набрал достаточно сил, возможно, ко мне бы присоединилась Кларисса. Она тоже не всем довольна в политике отца, особенно учитывая, что именно её владения регулярно разоряются красными, а остальные не слишком желают ей помогать. Думаю, что к тому времени я смогу убедить её в своей правоте.

— Не скоро.

— У меня достаточно времени, было, по крайней мере, но теперь, с тобой, Ростислав, есть возможность заметно форсировать события. С вашими знаниями и умениями…

— А что будет потом? Когда Клан ночи падет?

— Возможно, попробуем разобраться с другими и убить бога.

Услышав это, я хмыкнул. Его слова звучали даже слишком хорошо. Ту тварь, что поглощала жизни тысяч, а скорее, даже миллионов людей… О да, я бы с удовольствием её прикончил, но вряд ли это будет просто, учитывая то могущество, что мне уже доводилось видеть. Тут нужны охотники, и не абы какие, а ранга S+. А сейчас даже я, наверное, до ранга А не дотягиваю, а разница между А и S столь же огромна, как между мной и только пробудившимся.

— Звучит слишком хорошо, — я постучал пальцем по столешнице, сидя напротив. — Прям чувствую, как ты хочешь моими силами решить свои проблемы.

— Мы нужны друг другу. Я знаю, как действует клан, знаю, на что он способен, и в моей власти убрать всех демонов мрака с этих земель. Ну и на какое-то время я смогу прикрыть тебя от братьев и отца. Правда, учитывая тот темп, которым ты развиваешь город и копишь силы, у меня возникают некоторые сомнения, что у меня получится делать это достаточно долго. Но вторжение островитян как минимум играет мне на руку с этим вопросом. Если до отца дойдут сведения о том, что я тебя ещё не казнил, могу сказать, что использую тебя для того, чтобы решить эту проблему.

— Получается, что нам даже выгоднее не отбивать атаку сразу?

— Верно, но полагаю, что тебе такой вариант не слишком подходит.

— Если это значит оставить на растерзание поселения вне моих непосредственных владений, то да, ты прав, такой вариант не подходит.

Мы замолчали, почти минуту молча смотря друг на друга и отпивая из бокалов.

— В таком случае у нас гораздо меньше времени, чтобы собраться с силами. Главное, чтобы Фридерик не решил вмешаться и не прислал сюда своих людей.

— Сколько у него человек?

— Много, гораздо больше, чем у меня. Часть он отправил к Клариссе на юг, но, скорее всего, только и ждет отмашки, чтобы отправить сюда солдат. Фронтир он считает своим, хочет расширить свои владения, но наказ отца не дозволяет этого. Когда пришла весть, что Астольф мертв, Фридерик был уверен, что именно ему отец доверит управление восточными землями. Но он, видимо, посчитал что в таком случае старший сын получит в свои руки слишком большую власть. Ещё немного, и он бы мог считаться чуть ли не единоличным правителем всех наших земель.

— Значит, опасаешься, что он попробует захватить эту территорию?

— Не опасаюсь, знаю, что попробует. Если, конечно, я нехорошо покажу себя перед отцом. Как уже сказал, для него наш отец — непререкаемый авторитет, и он не пойдет против его воли без веской на то причины. Но если я не стану справляться тут, с тобой и с вторжением островитян, в таком случае у него будет повод ввести войска.

— Мда… У тебя самого, как я погляжу, крайне шаткое положение.

— Поэтому я и говорю, мы нужны друг другу. Союз выгоден для нас обоих. Я не жду, что ты сразу поверишь в мои добрые намерения, так что я дал тебе возможность спокойно заниматься своими делами весь этот месяц. Я бы дал и больше времени, прежде чем вернулся к вопросу о взаимовыгодном сотрудничестве, но как видишь, островитяне не оставили нам выбора.

— Я подумаю насчет союза, пока будем считать это перемирием до окончания войны. Вернемся к переговорам после того, как разобьем костяных ублюдков.

— Я так и собирался, но видимо, тебе не терпелось расставить все по своим местам.

— Просто не нравится, когда в моем тылу сидит столь проблемный человек, истинные цели которого для меня пока не ясны.

— Что ж, надеюсь, твое любопытство я удовлетворил.

— Почти. Мне нужны ещё кое-какие сведения. О вашем «боге».

Карл помрачнел и заглянул на дно почти опустевшего бокала.

— Что он такое? — спросил я.

— Не знаю, как тебе ответить. Но что могу сказать точно: оно было не всегда, и кажется, пришло откуда-то оттуда, — собеседник поднял указательный палец к небесам.

— Из космоса?

— Вероятно. По крайней мере, об этом я читал в каких-то совсем древних, запретных для посторонних хрониках. В то время этот мир был другим, но этот «бог» его уничтожил. Стер с лица земли города, убил бесчисленное множество людей, а тех, что могли выдержать его силу, выбирал в качестве аватаров.

— Ты про одержимых?

— Про них самых. Раньше их было намного больше, целые армии, обладающие невероятной силой и огромным магическим могуществом. У нас тоже были маги, но этого оказалось недостаточно, чтобы остановить вторжение. А затем он создал себе десять наместников и дал им под контроль зачищенные территории. Одним из этих наместников был мой отец.

— Получается, что фракций было десять. Одна — Клан ночи, вторая — островитяне, третья — эти красные, о которых ты рассказывал.

— Да, но, скорее всего, их меньше. Это было очень давно, чуть ли не тысячу лет назад, и как ты можешь видеть, во внутренние конфликты между наместниками бог не вмешивается. У него есть лишь несколько правил, главное из которых — жертвы. Как островитяне выполняют «норму», я не знаю, но красные проводят безумные кровавые ритуалы и зачастую выращивают людей как скот.

— Как будто Клан ночи не делает то же самое.

— Эти люди проживают полную жизнь. Пусть короче, чем должны были, но полную. Красные же буквально делятся на касты, одна правит, другая сражается, третья на уровне зверей, которых кормят чем придется и держат в вольерах. Слышал, что не все они даже говорить умеют. Чувствуешь разницу? Тебе, как человеку из другого мира, возможно, и сложно это принять, но нынешний порядок — лучший из тех, что мы смогли придумать.

— Оставим этот разговор. Лучше скажи, где его найти?

— Понятия не имею. И вряд ли даже мой отец это знает. Эта тварь повсюду, и возможно, даже слушает наш с тобой разговор прямо сейчас.

— Не опасаешься, что он сдаст нас твоему отцу?

— Нет, не его стиль, если можно так сказать.

— А каков же его стиль?

— Прислать за твоей головой одержимого. Хотя, как я понял, такое уже происходило.

— Но если нападение островитян спровоцировал он, если он приказал им отправиться сюда, что мешает сделать это с твоим кланом?

— Скорее всего, он просто потребовал большую жатву. Так изредка бывает, но у нашего дома хватает «прочности», так сказать, чтобы это компенсировать. Мы и так отдаем ему энергию с хорошим излишком, оттого и слуг камня у нас много. У островитян с этим все намного хуже, полагаю, что весь их рейд был вызван необходимостью покрыть требования бога.

— А у него хотя бы есть имя?

— Мы называем его Шарак, хотя у него много имен.

— Ну хотя бы теперь я знаю, как эту тварь называть, не нравится мне называть его «богом» или Охранителем.

— Понимаю.

— Ещё по одной?

— Не откажусь.

— Насчет этих слуг камня…

— Смотрю, хочешь из меня сегодня побольше сведений вытащить.

— Не без этого.

— Как ты, наверное, уже знаешь, магия у нас запрещена. Отчасти потому, что не нужны нам люди, понимающие, как работают статуи, или способные сражаться с демонами мрака. Достаточно сильных магов хочет заполучить Шарак. Фактически это одна из форм дани, которую мы платим. Но, как ты понимаешь, совсем выкорчевывать магический дар мы не пытаемся, оттого и позволяем существовать таким организациям, как Чаща, и некоторым другим ковенам и обществам. Пока они не наглеют, разумеется. Но тут всё зависит от территории, на некоторых порядки жестче, на некоторых слабее. Так вот… — на мгновение Карл понял, что немного далековато ушел от темы, — не все маги умирают после процедуры «изъятия» дара, если так можно выразиться. Некоторые теряют себя и становятся… — он вновь задумался, постучал ногтем по столешнице, — пустыми что ли. Без чувств, эмоций, желаний. Они могут говорить, могут исполнять приказы, но на этом всё. Как-нибудь можешь подойти к одному из них и завести беседу, сразу поймешь, о чем я. Просто живые куклы без воли и желаний, зато способные использовать магию напрямую из камней. Есть ещё волхвы, они тоже могут использовать простейшие заклинания, но лишь с некоторой помощью. У них не сформировано магическое ядро, лишь потоки, позволяющие использовать крупицы магии.

Я продолжал слушать его, кивая, и размышлял над услышанным, хотя касательно волхвов я и так всё знал.

— Когда я столкнулся с мракоборцами, то у одной из них был артефакт, штуковина, блокирующая магия.

— Подавитель, да. Очень сложный и дорогой артефакт, у каждого старшего такой есть. Действенное оружие против магов, заставляющее ману внутри магов терять стабильность. При длительном воздействии и сопротивлении, попытке использовать магию это становится смертельно опасно для магов.

— Жуткое оружие.

— Его придумал кто-то из подручных магов Фридерика.

— Сможешь достать? Хочу изучить принцип работы.

— Могу попытаться. Но как уже сказал, штуки весьма редкие, во фронтире не каждый из старших мракоборцев ей обладает, вот во владениях Фридерика их побольше. Но я попытаюсь.

— Буду премного благодарен.

Мы продолжили обсуждение, но больше ничего действительно интересного выудить из Карла мне так и не удалось. И тем не менее, я теперь хотя бы стал примерно понимать его цели. Стал ли доверять ему больше? Едва ли, но по крайней мере озвученные им стремления и планы звучали правдоподобно. Когда артефактные часы показали, что время уже за полночь, я решил, что самое время отправиться спать.

Покинув Карла, я вышел на улицу, где царила теплая летняя ночь. Спокойная и тихая, такая, какой и должна быть всегда и везде. По пути мне попался небольшой отряд патрульных, которых я поприветствовал кивком, и они также отдали мне честь и предложили сопроводить до дома, но я отказался. Убийц я не боялся, как и демонов, так что нечего отвлекать других по такой ерунде.

Оказавшись внутри крепости, я уже через десять минут подходил к своему дому. Теперь он был не таким оживленным, как раньше, фактически там сейчас жили только мы с Юлианной, хотя днем заглядывали слуги для уборки, стирки и прочих хозяйственных нужд.

Поднявшись на второй этаж, я заглянул сначала в пустой кабинет, мгновение посмотрел на стол, но решил, что хватит бессонных ночей и лучше дать себе отдохнуть. Я и так измарал столько бумаги, что она стала заканчиваться.

Прошел в спальню и немного удивился, никого там не обнаружив. Обычно мисс Храпунья в этот момент уже дрыхла без задних ног, наглейшим образом приватизировав обе половины кровати. Но сейчас там было пусто.

— Юль, ты тут? — спросил я, заходя внутрь.

Сделал шаг вперед, а затем ощутил движение металла справа от себя с большой скоростью. Кажется, это был кинжал, и направлялся он прямо мне в висок.