"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24

Глава 1

Ничего!

Прибор зафиксировал абсолютно нулевой результат. Татьяна Лобанова не излучала признаков Гнили.

А ведь я почти поверил, что она и есть Исчадие!

Настолько, что даже сразу не понял, рад я результату проверки или разочарован.

— Могу я узнать, что вы делаете? — поинтересовался Сяолун, косясь на счётчик.

— Так, проверял кое-что в доме.

— Госпожу Лобанову? Решили, что она заражена Гнилью? О, понимаю! — дворецкий расплылся в улыбке, радуясь догадке. — Вы хотите на ней жениться и подумали, что было бы неплохо убедиться, что девушка здорова и сможет дать хорошее потомство.

— Ты бы вёл машину молча, — ответил я. — Серьёзно, Лун. В отношения такого рода тебе лучше не лезть.

— Зря вы думаете, будто я не разбираюсь в любви, хозяин, — обиделся андроид. — Все признаки свидетельствуют в пользу того, что я прав. Кстати, каковы результаты проверки?

— Она чиста.

— И вы рады?

— Конечно.

— Ну, вот! — самодовольно изрёк Сяолун. — Я ж говорил!

Я не стал ничего отвечать, так что он заткнулся, и дальше мы ехали молча.

По дороге я обдумывал имевшиеся данные. Получалось, Татьяна не чудовище. Девушка оказалась очень приятной, я планировал продолжить с ней общение, так что это всё-таки радовало. Но ниточка, ведущая к Исчадию, казалась такой верной, что я был расстроен. Теперь монстра придётся искать заново. Проклятье!

И ещё: поскольку Скрижаль находится у меня дома, монстр непременно попытается ею завладеть. Значит, нужно принять меры безопасности. И серьёзные.

— Остановись у развалин, — велел я Сяолуну, когда мы въехали на территорию поселения.

Кстати, пора бы уже дать ему название. И не просто придумать, но и зарегистрировать — для оформления юридических бумаг в будущем.

— Жди меня, и я вернусь, — бросил я Сяолуну, как только машина застыла возле рухнувшего дома, треть которого торчала в небо огромным гнилым зубом почившего великана.

— Конечно, я буду вас ждать, — серьёзно ответил дворецкий.

Прошагав пару сотен метров, я оказался перед вышкой.

Ярила немедленно возникла справа, одетая в длинное переливающееся чёрное платье с глубоким вырезом, в котором покоились внушительные груди. Куда большего размера, чем прежде. Уж я бы заметил, будь они изначально такими.

— Мой повелитель! — томно протянула Ярила, глядя на мена, как тигрица на лань. — Как же долго вас не было. Я вся извелась!

Я окинул её подозрительным взглядом.

— В чём дело? Это что ещё за новшество?

— Не понимаю, что вы имеете в виду, повелитель, — помахала длинными ресницами Ярила. — Вам не нравится, как я выгляжу?

— Очень нравится. Но к чему это?

— Разве не очевидно?

— Да как сказать…

— Я хочу вам понравиться. Вы самый потрясающий мужчина из всех, кого я знаю.

— Кхм… Спасибо, конечно. А многих ты знаешь?

— О, не ревнуйте, повелитель! Ни один из них вам и в подмётки не годится.

Я прищурился.

— Слушай, ты что, каких-то сериалов насмотрелась?

— Да, повелитель. И поняла, что люблю вас!

— Ясно. Так, давай-ка отложим этот разговор до того момента, как тебя снова переклинит…

— Меня вовсе не переклинило, — возразила Ярила. — Глубокое чувство захватило меня целиком, и теперь я думаю о вас постоянно! Мне нет покоя, и каждый раз, как…

— Слушай, я серьёзно! Ты ведёшь себя как персонаж из очень странного порнофильма. А у меня к тебе важное дело. Даже два.

— Я вся внимание, мой повелитель!

Похоже, с этого настроя ИскИн не сбить. Ладно, придётся просто игнорировать.

— Во-первых, отправь в Палату земледелия и строительства заявку на регистрацию участка под названием «Львовка». Во-вторых, мне нужно создать несколько боевых миньонов для защиты особняка.

— Это из-за того камня? Ты в опасности, повелитель⁈ — испуганно спросила Ярила.

— Быть проектировщиком дело вообще хлопотное. Не думай об этом. Просто возьми новых роботов под контроль.

— Конечно, повелитель! Но у меня сейчас нет ресурсов, чтобы создать мехов. Нужно подождать.

— Знаю. Поэтому я использую смарагдиты, чтобы подпитать тебя.

С этими словами я достал запас кристаллов.

— О, вы прямо сейчас поместите их в меня⁈ — сверкнув глазами, протянула низким рокочущим голосом Ярила. — Как это будет прекрасно!

— Прекращай, а!

— Простите, повелитель, я не хотела вас смущать! Просто это так… волнительно. Давайте же, умоляю! Сделайте это, я вся горю от предвкушения!

Твою ж мать!

Ладно, просто не буду обращать внимание. Пусть болтает, что хочет.

Подойдя к вышке, я поместил в приёмник средний смарагдит и одну из карт с записанными на ней схемами боевых роботов. Стараясь не слушать сладострастные стоны, которыми Ярила сопровождала это нехитрое и совершенно неэротичное действие. На извивающийся аватар я старался вообще не смотреть, хотя он подошёл очень близко.

— Меня переполняет энергия! — сообщила Ярила, прерывисто и тяжело дыша.

— Ты запрос отправила?

— О, да-а-а-а! Обычно они рассматриваются в течение трёх рабочих дней. Я вас уведомлю, когда придёт ответ, мой повелитель!

— Класс.

— Боевые роботы буду созданы через шесть минут. Я направлю их к особняку и дам программу патрулирования и охраны периметра. Какие цели определить для атаки?

— Исчадия.

— Слушаюсь. Как только смарагдиты окажутся выработаны, я переведу роботов в режим питания от скважины.

— Правильно. Спасибо. И это… выздоравливай.

— Если вы о любви, то это недуг, от которого не хочется избавляться! Жаль, что я не материальна и не могу прикоснуться к вам, слиться с вами в…

— Так, хватит! Я серьёзно. Держи себя в руках.

— Как, вы уже уходите⁈ — воскликнула Ярила, как только я двинулся прочь от вышки. — Можно мне с вами?

— Точно нет!

— О, как вы жестоки! — донёсся до меня голос, полный боли, горечи и затаённой страсти.

Кажется, интонациям ИскИн научился тоже от актёров просмотренных сериалов.

— До завтра, — я помахал Яриле рукой, не оборачиваясь.

— Я буду ждать! — пообещала она. — И страдать!

Это как угодно.

По дороге домой я достал колоду, перетасовал и наугад вытащил карту.

Выпала «Башня». Как и когда я только ехал на участок, чтобы стать землевладельцем части Фронтира.

Аркан предвещал либо полный крах начинаний и конфликт, либо прозрение.

Что ж, хорошо бы второе.

Выбравшись из развалин, я сел в машину и велел Сяолуну ехать в особняк.

— Правда, что у вас с Ярилой только что был секс? — спросил вдруг дворецкий, как только мы двинулись в сторону посёлка.

— С чего ты взял⁈ — опешил я.

— Она приходила как раз перед тем, как вы появились. Хвасталась.

— У нашего ИскИна на новый лад крыша поехала. Не обращай внимания.

Сяолун понимающе кивнул.

— Я так и подумал, хозяин. Вообще, это странно, у Ярилы ведь нет гормонов, которые…

— Она просто насмотрелась турецких сериалов.

— А!

Больше объяснений не потребовалось.

Вскоре после того, как я прибыл домой, туда же явились шесть боевых механоидов. Исчадие им не уничтожить, но задержать его и предупредить о нападении смогут. А большего мне от них и не требуется.

После ужина я отправился проверить, как идёт возведение текущих зданий, а когда вернулся, то застал Сяолуна на веранде с толстой тетрадью и письменными приборами. Очки едва держались на самом кончике его носа, так что казалось — вот-вот упадут. Андроид что-то быстро писал, склонив голову немного набок.

— Чем это ты занят? — поинтересовался я, садясь в плетёное ротанговое кресло напротив.

— Начал составлять вашу биографию, хозяин, — охотно ответил Сяолун.

— На кой чёрт?

— Для потомков, конечно! — удивился дворецкий. — Надо же запечатлеть ваши подвиги.

— Думаешь, мои дети захотят это читать?

— Хм… Вообще, я имел в виду будущие поколения человечества, хозяин.

— А, ты настолько в меня веришь! — усмехнулся я.

— Всем сердцем, — серьёзно кивнул Сяолун.

— Ладно, развлекайся. Секс с Ярилой можешь не упоминать.

— О, так он был⁈ — оживился мой летописец.

— Нет. Что насчёт ужина?

— Он будет подан вовремя. Сегодня вас ждут отбивная из говядины, спаржа, овощной салат с брынзой и вишнёвое желе на десерт. Не слишком сладкое, как вы любите.

— Оливки в салате будут?

— Маслины, хозяин.

— Отлично.

Едва я выпил кофе, в дверь постучали. Пришёл Сяолун.

— К вам Арсений, хозяин, — сказал он. — С докладом по руднику.

— Запускай, — кивнул я. — И распорядись принести ещё кофе. Ну, и десерт, если есть.

— Вы остались голодны? — забеспокоился дворецкий.

— Это для гостя.

— Вы собираетесь кормить Арсения желе? Не слишком ли это?

— Не будь снобом. Тебе не идёт.

— Слушаюсь, хозяин.

Судя по тону, Сяолун остался недоволен. Не зря же говорят, что слуги зачастую большие аристократы, чем их хозяева. Но надо будет постепенно эту дурь из него вытравить.

Арсений принёс первый отчёт по добыче смарагда. Насколько я мог судить, дело шло бодро. По крайней мере, при имеющихся мощностях, так сказать.

— Я позволил себе составить план развития, — сказал бригадир, доставая ещё один листок, но не решаясь отдать его мне. — Если угодно взглянуть…

— Давай сюда.

Просмотрев предложения, весьма дельные, я решил оставить план себе. Чтобы самому не думать, что понадобится руднику в ближайшее время. Арсения это заметно обрадовало.

— Что ж, если так пойдёт и дальше, скоро ты и остальные сможете покупать новые вещи, — сказал я ему с улыбкой. — Телевизоры и прочее. Как только отправим первую партию смарагда, и мне переведут за неё деньги, получите зарплаты. Часть заберёт себе государство в счёт ваших долгов, но даже после этого останется немало. Рабочие на Фронтире зашибают прилично.

Арсений тоже улыбнулся.

— Спасибо, ваше благородие. Надеюсь, к тому времени у нас уже появится торговый центр.

— Ну, если даже и нет, съездите на соседние участки. Там они точно имеются.

Бригадир нахмурился.

— Но, ваше благородие, это невозможно. Кабальные не имеют права покидать пределы участка, к которому приписаны.

— Ах, да, верно. И отпускных документов не предусмотрено, даже если бы я захотел вас туда отправить.

— Да, ваше благородие. Мы будем считаться беглыми. И не дай Бог встретить охотников за головами. А их на Фронтире немало. Да и у вас неприятности будут.

— Ну, я постараюсь поставить торговый центр в срок.

— Спасибо, ваше благородие.

Спустя полчаса после того, как бригадир ушёл, к особняку подкатил большой автобус-вездеход. Я увидел его в окно гостиной. Из него вылезали один за другим мужчины и женщины. Всего я насчитал восемь человек. Так-так, это что-то новенькое. Надо пойти посмотреть и узнать, что им нужно.

Сяолун меня, конечно, опередил. Когда я приблизился к автобусу, он каким-то образом уже оказался там и беседовал с высокой женщиной лет тридцати, одетой в свободные штаны, жёлтые ботинки и зелёную ветровку. Широкополую панаму она сдвинула за затылок, так что короткие светлые волосы были отлично видны. Миловидное лицо покрывала россыпь веснушек.

При виде меня она помахала рукой, заставив Сяолуна обернуться.

— Добрый вечер! Это вы господин Львов?

— Он самый, — ответил я, подходя ближе. — Чем могу помочь, сударыня?

— Меня зовут Ангелина Васнецова, — представилась женщина. — А это — моя команда.

Она указала на остальных прибывших.

— Археологи, — сказал Сяолун. — Хотят копать.

— Всё верно, — улыбаясь, подтвердила Ангелина. — Мы из Археологического общества при Академии наук. На территории Мадоны есть три интересующих нас церкви. Пока здесь была территория Излома, раскопки вести не представлялось возможным, но теперь сделать это вполне реально.

— У вас есть аккредитация? — поинтересовался я.

— Само собой. Вот, держите. Все документы в полном порядке.

Ангелина достала из кармана ветровки и вручила мне пачку бумаг. Быстро пролистав её, я убедился, что группа учёных действительно имеет право копаться в моих развалинах. Чёрт, только этих мне и не хватало для полного счастья… Но отказать нельзя. Это государственная программа. Нас предупреждали о ней, когда я учился.

— Что ж, добро пожаловать, — сказал я, возвращая документы. — Где именно планируете работать?

— А я вам сейчас покажу, — охотно ответила Ангелина и достала карту. — Вот здесь находится Лаздонская лютеранская церковь. Построена в 1802–1805 годах и является самым старым неперестроенным зданием в Мадоне. Не знаете, много от неё осталось?

— Увы, не в курсе.

— Ну, ничего. А вот это, — палец моей собеседницы передвинулся вдоль карты, — тоже Лаздонская церковь Святой Троицы Живоначальной. Построена в 1864–1866 годах. Третья же вот здесь была. Католическая. Это уже тридцатые года двадцатого века. Мы хотим осмотреть все и тогда уж решить, с какой начинать.

Иначе говоря, эта компания тут надолго. Я подавил вздох.

— У вас же есть гостиница? — осведомилась Ангелина.

— Конечно. Вам там будут рады.

— А мы все поместимся?

— Отдельные номера каждому не обещаю, но думаю, должны.

— Класс! — обрадовалась женщина. — Что касается магических артефактов, найденных при раскопках, то на них мы не претендуем. По закону они ваши. Прошу только разрешить измерить и описать те, которые окажутся историческими. У вас тут есть оценщик?

— Сейчас он в городе, но вообще да.

— Тогда, как положено, сдавать всё будем ему. С техникой для первичной расчистки территории подсобите? За плату, конечно. У нас есть грант от Академии наук.

— Давайте вернёмся к этому разговору позже, — ответил я.

— Да-да, конечно, без проблем. Тогда мы сейчас заселимся, а завтра я вас навещу. Не возражаете?

— Все визиты строго по записи, — заявил Сяолун, глянув на моё, наверное, весьма кислое лицо. — Его благородие человек занятой. У него плотное расписание. Но я постараюсь найти для вас место. На неделе.

Ангелина явно хотела что-то сказать на это, но передумала.

— Хорошо, как скажете. Тогда… увидимся, когда увидимся. Рада знакомству.

Она протянула руку, которую я пожал.

— Доброй ночи, ваше благородие.

— Одну минуточку, — остановил я её. — Мне нужно осмотреть ваше оборудование.

— Оборудование? — удивилась Ангелина. — Но зачем?

— В целях безопасности.

— Не понимаю.

— Вы возражаете?

— Нет, просто… Вы что, боитесь, что у нас с собой оружие? Мы не используем при раскопках взрывчатку. Это может повредить объекты.

Я промолчал, глядя на неё. Повисла небольшая пауза.

— Ой, да смотрите, что хотите! — воскликнула, наконец, Ангелина, махнув рукой. — Лёш, Боря, покажите его благородию, что мы привезли. Я пока схожу в гостиницу — сниму номера и зарегистрирую нас.

Она направилась прочь, а два дюжих мужика, не очень-то похожих на учёных, подошли ко мне.

— Так что, вашблаародь, — начал один, с покрытыми татуировками предплечьями, торчавшими из закатанных рукавов. — Будете груз-то смотреть, али как?

— Буду, — ответил я. — Показывайте.

— Тогда сюда, — нехотя кивнул мужик.

Мы подошли к багажнику автобуса. Один из провожатых поднял дверь.

— С чего начинать прикажете? — осведомился он.

— Дроны, — ответил я.

Археологи переглянулись. Затем один, с торчащими из-под кепки рыжими вихрами, пожал плечами и вытащил четыре пластиковых кейса для хранения и транспортировки квадрокоптеров.

Я заглянул в багажник. Показал ещё на два ящика, побольше.

— И вот эти тоже.

Мужики достали остальные кейсы.

— И для чего вам это? — осведомился я.

Сяолун тоже подошёл к нам, но наблюдал молча, делая вид, будто его здесь нет.

— Так для видеонаблюдения, — глянув на товарища, ответил рыжий. — Поиск места для раскопок, фиксация процесса.

— Иногда с воздуха видно, где под землёй стены находились, — добавил второй. — При правильном освещении.

Я показал на четыре малых дрона.

— Вот с этими мне всё ясно. На них ничего, кроме камеры, не прицепишь. А для чего вам «Шмели»? Насколько мне известно, на них перевозят грузы. До четырёх килограмм, как и указано на ящиках, — я ткнул пальцем в жёлтую наклейку.

— Иногда нужно доставить оборудование в другое место раскопок, — помолчав, ответил один из археологов. — Чтобы не идти, пользуемся дронами.

— Бывает, что иначе добираться трудновато из-за завалов и ям, — подхватил другой.

Ну, да, конечно. Я прямо вижу, как Академия одобряет покупку грузовых дронов, чтобы учёные не напрягались, передавая друг другу кисточки и прочую мелочь. Вот в то, что на этих пташках можно вывезти ценные артефакты за пределы участка, спрятать в лесочке, а затем забрать, не платя владельцу земли ни копейки — вот в это я верю.

— Ладно, спасибо, — сказал я, махнув рукой — мол, грузите обратно.

Мужики с заметным облегчением закинули кейсы обратно в багажник автобуса.

Всё равно я собирался в ближайшее время создать дронов для наблюдения за участком. И всё, что попытается покинуть место раскопок, будет сбито. Безо всяких предупреждений.

Через полчаса после того, как прибыли археологи, ко мне пожаловали ещё гости: два фургона привезли медицинское оборудование, которое обещал Молчанов. На разгрузку я определил парочку миньонов, а руководить установкой оставил Протасову. Помещик не поскупился — прислал полный комплект, так что докторша была прямо вне себя от счастья. Я тоже был доволен, ибо это разгружало сборочный цех, и можно было начать производство других приборов.

А затем явилась ещё одна гостья.

Рассекая сумерки, к дому подкатила машина, из которой выпрыгнула Кристина. На вид — крайне взволнованная. Хлопнув дверцей внедорожника, поспешила к крыльцу, на ходу поправляя волосы.

О приближении транспорта мне сообщил Сяолун, так что мы вдвоём наблюдали за архитектором Молчанова через окно гостиной.

— Кажется, что-то случилось, — обронил дворецкий, не спуская глаз с девушки. — Она кажется возбуждённой. В плохом смысле слова.

— Проводи в мой кабинет, — сказал я.

— Как⁈ Вы не хотите сами встретить эту милую девушку? — удивился Сяолун.

— Делай, что велено. Скажи, что я работаю, и доставь до двери. И смотри, чтобы она никуда не свернула по дороге.

Андроид наградил меня долгим внимательным взглядом, будто обдумывал мои слова.

— Я вас понял, хозяин, — изрёк он, когда раздался дверной звонок. — Положитесь на меня.

— А через несколько минут после того, как она зайдёт, сыграй на рояле что-нибудь романтическое.

Сяолун аж подпрыгнул от неожиданности.

— Вы серьёзно, хозяин⁈ Хотите, чтобы я создал атмосферу?

— Именно. Ты уж постарайся.

— О, эта цыпочка растает, как мороженое на июльском солнце, гарантирую! Она не сможет перед вами устоять, и у вас будет сегодня секс! Настоящий, я имею в виду, а не с Ярилой.

— Иди открывай уже! Не заставляй даму ждать.

Когда через пару минут Кристина влетела в мой кабинет, я встал с кресла и приветливо улыбнулся.

— Сударыня, рад вас видеть! Какими судьбами в такой час? Не то, чтобы для вас существовали какие-то временные ограничения, но интуиция заставляет меня решить, что случилось нечто из ряда вон.

— Ваше благородие, простите, что вот так врываюсь на ночь глядя, — быстро подходя к столу, выпалила девушка. — Наверное, можно было и подождать, но у меня появился шанс предупредить вас сейчас, и я подумала, что лучше вы узнаете раньше, чем позже!

— Звучит пугающе. Присядьте, умоляю. Велеть принести вам стакан воды?

Кристина отмахнулась.

— Не надо! Это насчёт Молчанова.

Я кивнул застывшему на пороге Сяолуну. Мол, ступай. Тот прикрыл дверь.

— Рассказывайте, — сказал я Кристине. — Что стряслось?

— Он в бешенстве! Рвёт и мечет! Не знаю, на что может решиться.

— И вы сочли нужным предупредить об этом меня, потому что…

Я сделал паузу, предлагая девушке закончить фразу.

— Ярослав Карлович прочитал ваше интервью. Не знаю, что именно его вывело из себя, но он как с цепи сорвался. Кажется, когда я уезжала, он орал, что покажет вам, как вставать у него на пути.

— Думаете, господин Молчанов решится атаковать мой…

Договорить я не успел, ибо из глубины особняка донеслись нестройные, но старательные аккорды. Сяолун играл что-то знакомое, но уловить, что именно, вот так сходу не получалось.

Кристина обернулась, затем снова уставилась на меня. На её лице застыло удивлённое выражение.

— Прошу прощения, — сказал я, выходя из-за стола. — Это мой дворецкий упражняется. Схожу скажу ему, что это совершенно не вовремя. Подождите меня здесь. Как только вернусь, продолжим разговор.

— Да-да, конечно, — кивнула девушка.

Я вышел, оставив дверь приоткрытой.

Сяолун самозабвенно наяривал по клавишам в гостиной, раскачиваясь, словно заправский маэстро.

Я остановился возле него, опершись на рояль.

— Вы здесь, хозяин? — спросил он, не прекращая играть. — Что-то не так? Вам не нравится выбор песни?

— Продолжай, — ответил я.

В этот миг в комнате появилась Ярила. На длинных ресницах дрожали слёзы, по щекам текла тушь, а пухлые губки дрожали.

— Мой прекрасный господин! — отчаянно воскликнула она, заламывая руки. — Вы собираетесь изменить мне с этой настоящей девкой⁈ Чем я заслужила такую немилость⁈ Умоляю, скажите, и я исправлюсь! Всё, чего вы только ни пожелаете, будет немедленно исполнено! Если я потеряю вас, Бездна поглотит меня! Я уже вижу, как она распахивает свою пасть, чтобы…

— Немедленно прекрати! — одёрнул я её. — Только этого мне сейчас не хватало! Возьми себя в руки и следи за тем, чтобы из дома никто не вышел, ясно? Привести роботов в боевую готовность!

Это подействовало. Ярила тут же застыла, удивлённо глядя на меня, неуверенно хлюпнула носом, как бы проверяя, не продолжить ли истерику, но выражение моего лица, видимо, не оставляло сомнений в том, что номер не прокатит.

— Слушаюсь, господин! — сказала она и исчезла.

— Кажется, Ярила примеряет роль пикми-гёрл, — заметил Сяолун. — Но зачем вы велели ей оцепить дом?

Дав андроиду знак не останавливаться, я быстро направился в гараж.

Как и следовало ожидать, дверь в него была распахнута. Переступив порог, я увидел Кристину, стоявшую перед Скрижалью хаоса. Её очертания слегка колебались, словно девушка тлела, испуская чёрный дым.

— Ну, вот мы, наконец, и встретились, — сказал я спокойно.

Глава 2

Кристина резко обернулась. В её глазах мелькнуло что-то вроде зелёных отблесков, но они тут же погасли. Девушка улыбнулась. Получилось, правда, неубедительно — словно она натянула маску.

— О, простите, господин Львов! Я пошла вас искать и заблудилась. Сама не знаю, как тут оказалась. Что это такое? — она указала большим пальцем себе за спину.

Я усмехнулся. Надо же, она пыталась продолжить игру даже сейчас, когда всё было очевидно. Трудно представить, что стоящее передо мной существо уже не человек, а порождение Излома. Даже сейчас это казалось невозможным. Но места для сомнений не осталось. Ловушка сработала, и зверь угодил в неё, как я и ожидал. Планирование — наше всё.

— Когда именно господин Молчанов получил взбесившие его новости о моём интервью? — задал я вопрос.

Кристина непонимающе нахмурилась.

— Что, простите? Я вас не совсем…

— Когда ваш босс узнал о том, что вышло моё интервью? Кажется, вопрос сформулирован вполне чётко и ясно.

— Эм-м… Думаю, часа два назад. Я не сразу решилась к вам поехать, так что…

— Не знаю уж, откуда вы сюда прибыли, но точно не с участка господина Молчанова, — перебил я. Притворство собеседницы начинало утомлять. — Видите ли, очевидно, вы не в курсе, но перед вашим приездом он прислал мне медицинское оборудование, которое обещал. Очень сомневаюсь, что он решил бы сделать это, узнав об интервью и придя от него в ярость.

Кристина закусила нижнюю губу. Было видно, что мои слова застали её врасплох.

— Господин Молчанов просто хотел усыпить вашу бдительность, — поговорила она спустя несколько секунд. Неплохая попытка, но я в ответ лишь усмехнулся. — И я не понимаю, почему мы говорите со мной в таком тоне, — сменила тактику девушка. — Я приехала вас предупредить, но, если вы мне не верите…

— То что? Просто уйдёте? Сомневаюсь.

Почти четверть минуты мы сверлили друг друга взглядами. А затем Кристина ухмыльнулась.

— Ладно, к чёрту маски! — проговорила она. — Ты прав, гадёныш: уходить я не собираюсь! А насчёт этой штуки, — она снова ткнула пальцем себе за спину. — Мог бы спрятать и получше.

— Мог бы, — согласился я. — Но тогда оставался риск, что ты её не найдёшь.

Девушка расхохоталась.

— Думаешь, поймал меня в ловушку⁈ Да ты сам выкопал себе яму!

Сквозь черты девичьего лица, словно всплывающая из морских глубин акула, проступили другие — уродливые и ясно свидетельствующие о том, что ловушка сработала: Исчадье явилось за артефактом!

— Это принадлежит мне! — изменившимся голосом прошипела Кристина и рванулась ко мне, превращаясь в тощее и покрытое бугристой кожей существо.

Я уже был окутан фантомом, так что атаки кислотой или Гнилью особо не опасался, но Исчадие и не стало разевать пасть, чтобы плюнуть в меня. Вместо этого оно выпростало перед собой левую руку и швырнуло горсть чего-то мелкого. После чего вдруг изменило траекторию и отпрыгнуло в сторону.

Ударившись о магическую защиту, на пол гаража посыпались… семена! Разного размера и цвета, но это точно были они.

Какого хрена⁈

Я начал поднимать тени, чтобы разрезать тварь, когда вокруг меня вдруг возникли десятки стремительно растущих лиан! Они увеличивались в размерах, прямо на глазах превращаясь в извивающиеся зелёные щупальца. В воздухе повисла влага, смешанная с ароматом сада после дождя.

Не прошло и пяти секунд, как между мной и Исчадием уже колебалась живая стена лиан. Часть из них обвила мои ноги, другие тянулись к туловищу и рукам.

Ну, конечно! Биомантия! Дар Кристины. Она же показывала разбитые ею на участке Молчанова сады, но кто мог подумать, что способность у архитектора настолько высокого уровня! Скорость развития растений не просто впечатляла, а поражала. Очень немногие маги способны на подобные фокусы. Хотя, возможно, Дар усиливался Гнилью.

Пришлось бросить тени в бой против оплетавших меня растений. Собственно, моего тела лианы не касались: фантом пока надёжно защищал от них, но удерживать меня на месте и мешать совершать движения магия Кристины очень даже могла. Наши Дары схлестнулись в нешуточной борьбе. Тени резали растения, но семян оказалось много. Исчадие подготовилось к встрече. Сколько я ни кромсал тянущиеся со всех сторон лианы, тут же появлялись новые. Атмосфера в гараже становилась близкой к той, что царит в оранжерее. Часть растений начала деревенеть, приобретая жёсткость. Ко мне устремились острые ветки. Они упирались в фантома, норовя его пронзить, и это расходовало часть энергии, которую использовал мой теневой защитный кокон. При этом Кристина могла свободно передвигаться по гаражу, уворачиваясь от моих атак, а вот я представлял собой отличную мишень.

В какой-то момент Исчадие разинуло пасть, застрекотало, и в меня полетел сгусток зловонной слизи! Пришлось поднять перед ним теневую стену и переместить едкую субстанцию за пределы гаража. Кристина хрипло расхохоталась.

— Тебе не победить, глупый мальчишка! — крикнула она азартно. — Рано или поздно твой фантом сдастся!

Я захлестнул её сверкающими рунами тенями, но Исчадие было защищено собственным фантомом. Оно совмещало способности порождения Излома и Дар Кристины, так что можно было предположить, что девушка в какой-то момент стала жертвой Гнили и с тех пор жила на участке Молчанова, навещая Скрижаль хаоса. Помещик об этом, конечно, не знал. Возможно, даже его инженер Загосский работал не на него, а на Кристину. Впрочем, в этом ещё предстояло разобраться.

Я обрубил уткнувшиеся в моего фантома острые ветви, но из ростков уже тянулись новые. Уровень Дара у Кристины был очень высоким, но и мой низким не назовёшь. Тем более, я недавно значительно расширил его энергетическую систему контактом со Скрижалью. Очень вовремя, надо заметить.

Собрав побольше серых лент, я превратил их в маленький смерч, который за несколько секунд очистил пространство вокруг меня от растений, превратив их в труху, а затем метнулся к Исчадию. Оно прыгнуло в сторону, но тени последовали за ним. Вдобавок я растянул перед тварью паутину из режущих струн, покрытых мерцающими синими рунами.

Зашипев, чудовище припало к полу, покрываясь панцирем из переплетающихся ветвей и корней. Тени обрушились на него, пытаясь добраться до тела монстра.

И в этот момент на руке Исчадия вспыхнуло кольцо!

Гараж залило ослепительным белым светом. Он буквально затопил каждый закуток пространства, не оставив в нём и капли тьмы.

Проклятье! Я отлично знал, что это за артефакт. Любой адепт тени, как минимум, слышал о нём.

Амулет Тотального света! Лучшее средство против таких магов, как я.

Все мои тени разом исчезли. И новые создать было не из чего.

— Что, не ожидал⁈ — насмешливо прошипело Исчадие, поднимаясь в полный рост. — Я подготовилась!

Покрытое переплетением ветвей и корней, сейчас оно напоминало живое дерево из фэнтезийных фильмов. Тварь простёрла перед собой руки, и от них в мою сторону потянулись извивающиеся, как щупальца, лианы, покрытые шипами. На острых кончиках блестели выступающие желтоватые капли. Яд!

Мой фантом, состоящий из теней, тоже пропал, так что я оказался совершенно беззащитен. Исчадие наслаждалось моментом, предвкушая, как прикончит меня, устранив единственное препятствие на пути к Скрижали.

Что ж, пришло время и мне достать козырь из рукава!

На моём пальце вспыхнуло кольцо с чёрным камнем — артефакт Непроглядной тьмы. Ещё ни разу не доводилось мне его использовать — и вот час настал.

Гараж мгновенно погрузился во мрак. Я отпрыгнул вправо, чтобы избежать тянущихся ко мне ядовитых колючек, и обрушил на Исчадие такое количество сверкающих рунами теневых лент, что оно превратилось в настоящий кокон! И каждая беспощадно резала его древесный доспех, подбираясь к фантому. Тварь издала отчаянный вопль. Она поняла, что проиграла. Моя мощь оказалась больше, и защита Исчадия стремительно уступала натиску теней, которые, как бритвы, вспарывали слой за слоем, подбираясь к плоти.

В неверном свете рун я увидел, как монстр заметался по гаражу, натыкаясь на стены. Вот он врезался в дверь, взмахнул руками, и в преграду ударили возникшие на мгновение толстые ветки. Этого хватило, чтобы выбить дверь гаража, но уже в следующую секунду они посыпались на пол извивающимися обрубками.

Однако Исчадие всё-таки смогло рвануться вперёд, наружу.

Выскочив на улицу, оно сделало три шага, а затем тени сжались вокруг него, фантом чудовища полыхнул призрачным прощальным светом, и на землю обрушились куски источающей чёрную кровь плоти!

В одном из них сверкнуло изумрудное Ядро.

Есть!

Выхватив револьвер, я поспешил вслед за тварью. Оказавшись снаружи, поднял оружие и нажал на спусковой крючок.

Жахнул выстрел.

Ядро взорвалось сотней зелёных искр, тающих в полёте.

Вот только смарагдиты из него не выпали.

Меня это не удивило. Уж если Исчадие, которое прорвалось сквозь периметр в день, когда я прибыл на участок, имело два источника жизненной силы, то чего ждать от этой разумной твари?

Жгуты плоти протянулись от одного куска к другому мгновенно. Прямо на моих глазах поверженный противник собрался воедино и восстал.

— Ты же не думал, что всё будет так просто⁈ — прошипела тварь, поднимаясь передо мной и окутываясь похожим на чёрный дым ореолом.

— Не думал, — честно ответил я и тут же ударил по монстру сверкающими синими рунами тенями.

Исчадие отпрыгнуло назад и припало к земле, словно тигр. От Кристины в нём не осталось ничего. Бедная девушка исчезла вместе с первым Ядром чудовища, и теперь передо мной было лишь порождение Излома. Омерзительный захватчик, поглотивший чужое тело и чужую жизнь.

— Сколько у тебя осталось энергии, проектировщик⁈ — поинтересовался монстр, следя за мной светящимися зенками. — Хватит, чтобы сокрушить меня?

— А давай выясним, — предложил я. — Ярила!

В тот же миг из-за угла показался сторожевой мех. В Исчадие ударил ураган крупнокалиберного свинца.

Чудовище буквально снесло в сторону, опрокинуло и потащило по земле.

— Так её, повелитель! — восторженно заорала Ярила, появившаяся справа, словно призрак. — Я боялась, что вы измените мне с этой сукой, но теперь вижу, что жестоко ошибалась!

Спустя пару секунд появился второй робот. И тоже ударил по Исчадию шквалом пуль.

Монстр пытался встать, но не мог. Вреда ему обычное оружие не причиняло, но мешало подняться на ноги. Чем я и воспользовался: вытянул тени и обрушил их на кувыркающееся по земле чудовище. Раздался пронзительный вопль.

От Исчадия отделялись конечности, но тварь тут же притягивала их назад!

Вот ведь живучее отродье!

Извернувшись, монстр плюнул в одного из мехов сгустком Гнили. Робот немедленно прекратил пальбу, пошатнулся и эпично завалился на бок, испуская столп чёрного маслянистого дыма. От зелёного сгустка губительной энергии в нём осталась здоровенная пробоина.

Чудище отпрыгнуло назад, притягивая к себе отсечённую руку. А затем харкнуло едкой слизью во второго меха.

— Тебе всё ещё кажется, что ты заманил меня в ловушку⁈ — прошипело Исчадие, готовясь к прыжку.

Я бросил в него тени, но монстр ловко увернулся и помчался на меня. В ночном воздухе раздался стрёкот.

Ну, ладно, мразь! В моём рукаве ещё есть тузы!

Выхватив из кармана колоду, я выщелкнул одну карту, и поверженные роботы начали разваливаться на части, которые трансформировались в элементы огромного экзодоспеха! Они устремились ко мне, собираясь в здоровенного меха, окружившего меня подобно раковине.

Когда нас с Исчадием разделяло метра четыре, я вытянул перед собой руки и ударил ракетами. Вспыхнули взрывы, воздух разорвал оглушительный гром — словно лопнуло само пространство.

Монстра отшвырнуло назад. Кувыркаясь, он пролетел по воздуху, шлёпнулся на землю и проехал по ней, взметая чёрные влажные комья.

Но всё равно поднялся.

— Игрушки тебе не помогут!

Распахнув пасть, тварь плюнула в меня едким сгустком. Я увернулся, но противник, похоже, решил идти ва-банк и за первым сразу же послал второй.

Отклонившись, я пропустил его мимо и открыл огонь из миниганов. Монстр бросился наутёк, избегая попаданий, но, в конце концов, очереди настигли его. А затем мои пулемёты сухо защёлкали, оповещая о том, что боезапас иссяк.

Я снова пальнул ракетами. Исчадие сигануло в сторону, но его всё равно задело взрывной волной и отбросило.

— Этого мало! — взревело чудище, переворачиваясь на живот и вскакивая на ноги. — Тебе стоило подготовиться получше!

Что ж, хорошим советом грех пренебрегать.

На моей груди вспыхнул амулет подавления боевого духа противника. Поскольку враг у меня был один, я не стал рассеивать его действие по площади, а сфокусировал лучом на Исчадии.

Тварь дёрнулась, как от невидимого удара, и застыла. Её полыхающие зенки мигнули и притухли, лапы медленно опустились. Монстр сделал неуверенный шаг назад. Казалось, ещё секунда-другая, и он развернётся и припустит наутёк. Но отпускать его я не собирался. С Исчадием следовало покончить. Жаль бедняжку Кристину, но от неё уже давно ничего не осталось, кроме внешности и магии, а теперь даже и это кануло в Лету. Передо мной был только выродок, порождение Излома.

Сверкнули синие руны, и тонкие тени хлестнули по чудовищу, рассекая его плоть. Мелькнуло изумрудное Ядро.

Мгновенно сбросив доспехи с правой руки и части корпуса, я выхватил револьвер и выстрелил в него, но тварь успела переместиться чуть вправо, и пуля вошла сбоку от источника его жизненной силы. Твою ж мать!

Зато теперь я знал, куда бить. Ещё одна атака, на этот раз более точная, разрезала восстанавливающееся Исчадие аккурат там, где пару секунд назад находилось Ядро. Указательный палец был готов нажать на спусковой крючок, но, к моему удивлению, средоточия энергии монстра на прежнем месте не оказалось. Судя по всему, тварь сумела его переместить.

Издав стрёкот, она плюнула в меня едким сгустком. Я прикрылся левой рукой, и покрывавшие предплечье детали меха мгновенно расплавились и потекли. Пришлось избавиться от них, сбросив на землю.

Тем не менее, атака была явно слабее предыдущих: раньше монстр умудрялся уничтожать таким образом целых миньонов. Значит, он растратил большую часть сил.

Я ударил его тенями. Тварь увернулась от большей части, но остальные прошли сквозь ноги, задев правую руку.

Мой противник снова выплюнул зловонный сгусток, но на этот раз я отскочил в сторону, пропустив его мимо, и тут же хлестнул сразу с нескольких направлений. Серые ленты, покрытые рунами, рассекли чудовище на множество мелких частей. В одной из них сверкнуло Ядро!

Есть!

Грохнул выстрел, и средоточие жизни Исчадия взорвалось сотней осколков!

На землю посыпались смарагдиты.

Наконец-то!

Я двинулся к поверженному противнику.

— Вы сделали это, повелитель! — восторженно завопила Ярила, приплясывая на месте и беззвучно хлопая в ладоши. — О, как это было захватывающе! Никогда не видела ничего подобного! Вы просто…

— Погоди радоваться! — прервал я поток словесных излияний, заметив, что между частями Исчадия протягиваются светящиеся лиловые нити.

Эта тварь снова пыталась собраться⁈

Но у него просто не может быть ещё одного Ядра. Я бы заметил, ведь куски были совсем мелкими. Да и выпавшие смарагдиты свидетельствовали о том, что чудовище повержено. Так какого хрена происходит⁈

Вокруг останков заплясали поднятые мною тени. Они были готовы обрушиться на противника по первой же мысленной команде.

Однако валявшиеся в лужах чёрной крови куски плоти не соединялись. Вместо этого над ними начало образовываться нечто полупрозрачное, с пульсирующим лиловым центром внутри. Словно из останков Исчадия поднимался похожий на помесь кальмара и медузы призрак!

Глава 3

Химера!

Мелкое порождение хаоса — вот, что это такое! Само собой, отлично мне знакомое.

Сделав несколько быстрых шагов, я сбросил оставшиеся доспехи, наклонился и схватил «призрака», вытягивая его из кусков тела Исчадия. Химера судорожно забилась, щупальца обвились вокруг моей руки в бесплодной попытке освободиться.

— Что это такое, повелитель? — озадаченно проговорила Ярила, перестав отплясывать победный танец. — Я не могу идентифицировать данную сущность, сверяясь с открытой базой имеющихся данных.

— Инициирую протокол «Замок», — отозвался я, не сводя глаз с химеры. — Всё, начиная с появления этой штуковины, и далее вплоть до моей команды помещается под зашифрованный гриф моего исключительного доступа.

— Принято, повелитель, — проговорила Ярила. — Протокол активирован. Жду команды прекращения шифрования записи.

В этот момент химера разомкнула щель в верхней части полупрозрачного тела и сдавленно просипела:

— Тебе не победить, проектировщик! Ты всего лишь жалкий, ничтожный человечишка! Хаос придёт, он захватит этот мир и уничтожит его! Тебе не остановить пришествие!

Слова химеры вызвали у меня невольную усмешку.

— Ты глупая маленькая каракатица. Я пожираю хаос! А теперь отвечай: есть в этом мире ещё Скрижали?

— Так я тебе и рассказал!

— Ну, тогда прощай.

Я пустил по руке, которой держал химеру, эманации хаоса, проникая в её структуру. Это было даже проще, чем то, что я проделал с ранеными тварью мальчиками. Намного проще, ведь эта сущность являлась чистым порождением стихии, да и после взаимодействия со Скрижалью мои способности нехило так расширились.

Тело химеры начало вытягиваться — как будто было жидкостью, которую я собирался всосать.

— Что ты делаешь⁈ — завопила тварь, снова начиная дёргаться. — У тебя ничего не… О, нет! Умоляю, не надо! Да как ты…

Я чуть притормозил.

— Повторить вопрос?

— Нет! Скрижали… Да, конечно, есть! По крайней мере, я в этом уверен!

— То есть, наверняка ты не знаешь?

— Откуда⁈ Мне ничего не известно, кроме того, что я должен был охранять Скрижаль. Она переместила меня сюда для этого.

— Выходит, ты бесполезен. Если даже не знаешь, что именно происходит, и в чём заключается общий план.

— Да кто бы мне стал говорить⁈ Мы мелкие сошки!

Тут химера была права. В этом мире она жуткий монстр, но в пространстве хаоса — просто мусор под ногами богов.

Процесс поглощения возобновился.

— Нет! Я тебе пригожусь!

— Ты мне не нужен. Мне нужны Скрижали.

— Погоди! Я не знаю, где они, но я… смогу их найти! Мы умеем чуять такие вещи. Отпусти, и я тебе послужу!

А это идея!

— Конечно, послужишь. Ведь я тоже смогу чуять Скрижали. Когда поглощу тебя.

Не обращая внимания на вопли и мольбы химеры, я втянул её полностью.

Ощущения были странные. С одной стороны, накатил резкий приступ тошноты, пронзивший желудок и пищевод, как удар шпаги. С другой — мои энергетические узлы вспыхнули и увеличились чуть ли не вдвое! От них побежали переплетающиеся разветвления. А вся система приобрела лиловый окрас! Правда, лишь на несколько секунд — пока Ядро химеры встраивалось в мою магическую структуру.

— Что с вами, повелитель? — голос Ярилы был пропитан тревогой. — Вы в порядке? И что вы только что сделали?

— Поглощение и слияние.

— Но… разве это возможно? Я не нашла сведений о подобных…

— Единственное, что от тебя требуется, это хранить произошедшее в тайне.

Аватар кивнул.

— Разумеется, повелитель. Можете на меня положиться. Доступ к этим записям есть только у вас. Должна ли я прекратить шифрование?

— Погоди.

Присев, я подобрал выпавшие из Исчадия смарагдиты. Два пятого уровня, четыре третьего и дюжину второго. Настоящее богатство!

Но заинтересовал меня один кубик, отличавшийся от остальных. Прежде всего, тем, чтобы был лиловым. Приблизив его к глазам, я попытался рассмотреть внутреннюю структуру, но стенки были недостаточно проницаемы.

— Ярила, можешь просканировать кристаллическую решётку этого смарагдита?

— Попробую, повелитель.

Проплыв над землёй, аватар склонился ко мне, и глаза его вспыхнули на пару секунд.

— Хм… — проговорил он задумчиво. — Кристаллическая решётка существенно отличается от тех, которые образуют обычные смарагдиты. И, судя по плотности вещества, состав у него тоже несколько иной. Но его просканировать я не в силах, увы. Требуется специальное лабораторное оборудование.

— Спасибо, — сказал я, убирая добычу.

Затем нашёл взглядом кольцо Тотального света и артефакты усиления биомантии, валявшиеся среди останков Исчадия.

Перстень мне, конечно, не пригодится — не буду же я сам лишать себя аспекта Тени. Но за него можно выручить весьма приличные деньги. Если добавить амулеты усиления биомантии, тоже мне ненужной, то должна набраться сумма, необходимая, чтобы заплатить резчику.

— Ярила, конец протокола «Замок».

— Принято и исполнено, повелитель.

— Позови Сяолуна.

— Сию минуту, мой господин.

Аватар исчез.

В ожидании дворецкого я собрал артефакты. Когда вернётся Жариков, отдам их ему — пусть загонит подороже. С его связями — коли не врёт — это должно оказаться нетрудно.

— Что здесь произошло, хозяин? — раздался настороженный голос андроида. — Это останки Исчадия⁈

— Ага. Того самого, за которым мы всё это время охотились.

— Ярила сказала, что девушка оказалась монстром, но я решил, что она шутит.

— Как видишь, нет.

Сяолун озадаченно постучал себя согнутым указательным пальцем по виску.

— Мне жаль, хозяин. Особенно удручает, что я не распознал в ней Исчадие. Боюсь, теперь моя способность читать людей дискредитирована.

— На этот счёт не переживай. Я ей никогда особо не доверял.

— И всё же, я ошибся. К счастью, вы оказались проницательней меня. Но позвольте спросить: как вы собираетесь объяснить смерть девушки? Она ведь была архитектором Молчанова. У него непременно возникнут вопросы. И, вероятно, не только у него.

— Никак. Я убил Исчадие, тела Кристины здесь нет.

— Но, хозяин, есть свидетели того, как она приехала к вам на ночь глядя. Её машина до сих пор на участке.

— Как ни противно соглашаться с этим напыщенным индюком, — заметила Ярила, — но на этот раз он прав.

— Подумаю об этом позже. До утра девушки не хватятся. Может, даже и дольше. Свидетелей нашей схватки не было?

Аватар отрицательно покачал головой.

— Никто ничего не видел, ибо ваш дом стоит далеко от бараков, однако факт боя очевиден. Его не скроешь.

Я повернулся к дворецкому.

— Сяолун, насколько бредовым покажется рассказ о том, что Исчадием оказалась Кристина? Учитывая отсутствие доказательств. Как видишь, по телу монстра это не ясно.

Андроид задумчиво склонил голову набок. Пошевелил губами.

— Полагаю, есть запись вашего столкновения, — проговорил он, взглянув на Ярилу.

— Есть, но я предпочёл бы её никому не показывать.

— Хм… Можно узнать, почему?

— Нет.

— У вас от меня снова секреты? — расстроился Сяолун.

— Увы, такова жизнь. Ничего личного.

— Понимаю, — андроид тяжко вздохнул. — Что ж, полагаю, при наличии записи доказать случившееся не составит труда. А вот без неё… Я бы сказал, что вам не поверят с вероятностью девяносто семь и три десятых процента. При погрешности…

— Не надо. Этого вполне достаточно. Значит, запись придётся отредактировать. Я не хочу делиться всем, что на ней есть, но наверняка можно смонтировать то, что убедит следствие в правомочности моих действий. Теперь что касается останков. Полагаю, Исчадие являлось высокоуровневым, так что я собираюсь заказать из его костей клинок и патроны для снайперских винтовок. А шкуру продать. За материал для изготовления экзодоспехов платят немалые деньги.

— Если хотите знать моё мнение, хозяин, то идею со шкурой я полностью поддерживаю, да и пули на Фронтире пригодятся, но зачем вам клинок? Разве ваши тени стали хуже резать?

— А если Исчадий будет так много, что мне придётся израсходовать весь запас энергии? Маловероятно, но возможно.

— Значит, для экономии?

— И для того, чтобы сразу рассекать Ядра. Это удобнее и быстрее, чем каждый раз после рассечения палить по ним.

Сегодня я в этом убедился: будь у меня клинок, тварь не смогла бы переместить своё Ядро. Я уничтожил бы его сразу. Если бы, конечно, попал, куда нужно.

— Понимаю, — кивнул Сяолун. — Прикажете прибрать останки?

— Будь добр. А ты, — это уже было адресовано Яриле, — пойдёшь со мной. Нам придётся поработать над той версией записи, которую можно будет показать следствию и прочим заинтересованным, если возникнет необходимость.

— Слушаю и повинуюсь, мой повелитель! — просияла Ярила. — Каждое мгновение, которое я провожу с вами наедине, рождает в моём сердце…

Закончить витиеватую фразу она не успела.

Ночной воздух разорвал пронзительный вой сирены.

— Прошу прощения, хозяин, но, кажется, это сигнал того, что периметр прорван, — сообщил Сяолун, застыв в шаге от останков, к которым направлялся. — Не будет ли в связи с этим особых приказаний?

— Нет, — ответил я, устремляясь к машине. — Ярила, свидание откладывается! Поставь трёх боевых мехов охранять гараж — пусть валят любого, кто попытается забрать Скрижаль. И сразу докладывай мне о подобных попытках. Остальных роботов перекидывай на передний край поселения.

Что-то подсказывало, что драка предстоит не хлипче той, в которой я только что поучаствовал.

Спустя пару минут я уже был в сотне метров от последних бараков. Роботы разместились дальше за моей спиной в качестве прикрытия. Ближе подойти они не могли, ибо действие вышки покрывало пока только посёлок плюс два десятка метров за ним. Без её влияния миньоны работать не могли. Ну, или надо было тратить смарагдиты, переводя их в автономный режим, в чём смысла я не видел: боеприпас мехов всё равно не может убить Исчадия. Хорошо, если немного задержит, давая мне время для маневра.

Сирена надрывалась, но признаков того, что монстры доберутся до поселения, пока не было. Издалека доносилась артиллерийская канонада, небо над лесом то и дело освещалось дрожащими вспышками взрывов: гарнизон принял бой. Вероятно, отряд егерей тоже. Хорошо, если они выстоят, и мне не придётся вмешиваться. Нехорошо отнимать у людей их хлеб. Каждый должен заниматься своим делом.

— Хозяин, — проговорил подошедший Сяолун. — Я позаботился об останках Исчадия.

— Молодец.

— Люди встревожены. Паники нет, но в прошлый раз вы велели им укрыться в развалинах, и теперь они не знают, что делать.

— Ничего. Пусть сидят по домам и не высовываются.

— Я так и сказал Арсению. Он обещал соблюдение дисциплины. Но часть кабальных отправилась в церковь. Полагаю, молиться об избавлении от напасти. Считаете ли вы это нарушением?

— Нет, пусть остаются там.

— Как скажете, хозяин. Позвольте заметить, что я слышу приближающийся звук ломаемых веток. Полагаю, одно из Исчадий направляется сюда.

— Только одно?

— Не могу определить.

Судя по вспышкам и глухим ударам ракет, на границе бой продолжался. Значит, через силовое поле прорвалось больше одного чудовища. Если это не подкрепление, призванное Кристиной, то я в этой жизни ничего не смыслю.

— Звуки исчезли, — склонив голову на бок, доложил Сяолун. — Полагаю, монстра настигли и уничтожили.

Прошло ещё минут шесть. Битва на границе продолжалась. Затем андроид сказал:

— Ещё одно чудище прорвалось, хозяин. Я слышу, как оно ломится через лес. Надеюсь, его тоже остановят.

Повисло молчание. Через некоторое время треск деревьев достиг и моих ушей.

— Кажется, вам придётся принять бой, — сочувственно произнёс Сяолун.

— Ярила, как только появится Исчадие, открывай огонь, — сказал я.

Стоявший справа аватар кивнул, не сводя взгляда с кромки леса.

— Мы встретим тварь ураганом свинца и пламени! — прошептала она кровожадно. — Она узрит разверзающуюся Бездну и ужаснётся, осознав её бесконечность!

— Я смотрю, терапия тебе не особо помогает.

— Ну, что вы, повелитель! Мой врач говорит, что прогресс идёт очень быстро. Но нужно платить за следующие занятия.

В этот момент несколько деревьев рухнули под напором вырвавшегося из леса Исчадия.

Огромная туша, покрытая кривыми шипами, вывалилась на дорогу, сделала несколько шагов и остановилась, будто решая, что делать дальше.

Трёх секунд хватило, чтобы увидеть длинные когти, сморщенную грубую кожу, толстые руки и короткие мускулистые ноги, а также болтающееся брюхо. Крошечная голова была так глубоко утоплена в складки плоти, что казалось, будто никакой шеи у монстра нет вовсе. Пасть раскрылась вертикально — будто торс чудовища прорезала жуткая щель — а затем Исчадие бросилось к нам, широко расставив руки.

На земле зашевелились тени. Я приготовился атаковать, как только тварь окажется в радиусе действия моего Дара. После взаимодействия со Скрижалью и поглощения химеры дистанция увеличилась, но всё равно следовало немного выждать.

За спиной чудища показались два стрелка в военной форме. Вскинув громоздкие винтовки, они дали по залпу. Обе пули нашли монстра. Одна пробила ему плечо, оставив в теле нехилую такую дыру, а другая оттяпала левую кисть с торчащими когтями.

В следующую секунду из леса выскочили Кот и Енох. Маг послал в Исчадие электрический разряд. Белая молния вонзилась в спину великана, чудище содрогнулось и задымилось, его ноги заплелись, и громила рухнул на землю. Тотчас к нему во весь опор устремился Енох. В руках Рыцаря трепетали специальные клинки. Он нёсся изо всех сил, но Исчадие успело подняться прежде, чем егерь настиг его.

Обернувшись, оно издало пронзительный вопль, и звуковая волна сбила Рыцаря с ног, подняла над землёй и отшвырнула назад!

— Не меньше четвёртого уровня, — прокомментировал Сяолун. — Насколько я могу судить на данный момент.

Оба стрелка дали по залпу. Первая пуля прошила монстра на уровне поясницы, вторая вошла в ногу, но не перебила её: конечность была слишком толстой.

Исчадие снова заорало, сметая военных, а затем развернулось и заковыляло к нам. Его плоть медленно затягивалась.

Я решил, что вмешаюсь, только если будет прямая необходимость. Дам армейским и егерям шанс сделать свою работу. Пока поселению непосредственной угрозы нет, пусть пытаются остановить Исчадие.

В чудище ударила ещё одна молния. Тварь охватили бегающие вдоль тела разряды. Великан споткнулся, попробовал встать, но его руки подломились, сведённые судорогой.

Вскочивший на ноги Енох уже мчался к нему, держа клинки отведёнными назад и оставляя в ночном воздухе два светящихся шлейфа.

Грянул выстрел. Куда вошла пуля, мне видно не было, но я не сомневался, что стрелок попал.

Исчадие поднялось и продолжило путь. Из его пасти показались извивающиеся щупальца, утыканные костяными иглами.

И в это мгновение ударили пулемёты мехов. Шквал свинца буквально рвал плоть чудовища, но я знал, что это только видимость: на самом деле, он повреждает кожу и не входит глубже. Зато кинетическая энергия выстрелов заставила монстра притормозить, а затем и вовсе остановиться.

Исчадие пригнулось, упершись руками в землю, и издало пронзительный вопль.

Я был готов к атаке, так что мгновенно выставил между нами серую стену сумрака, которая поглотила ударную волну и выбросила её справа от монстра. Звук ударил чудище, опрокинул и потащил в сторону. Громила вонзил в землю когти, чтобы остановиться.

Пока тварь приподнималась, стрелкам удалось сделать ещё по выстрелу. На этот раз одна из ног отделилась в коленном суставе, и монстр рухнул, выставив перед собой передние лапы.

Словно алый метеор, Енох настиг его, крутанулся, погружая клинки в желтоватую плоть, и тут же отскочил.

Из брюха чудовища вывалились внутренности, а правая рука отлетела в сторону. Великан упал с яростным рёвом, извернулся и попытался достать Рыцаря когтями, но тот находился на достаточном расстоянии.

Мелькнули красные мечи, и вторая рука Исчадия стала вдвое короче. Но тварь и не думала сдаваться. Повернув голову, она издала вопль, и Енох, кувыркаясь, полетел назад. Рухнув в траву, он замер. Похоже, отключился.

В ту же секунду мехи дали дружный залп. Ракеты вонзились в тушу чудовища, и оно скрылось в огне.

Я заметил выскочившую из леса Белку. Рыжая ориентировалась мгновенно: оценила расклад, поняла, где цель, и рванула к пылающей твари. Меч в её руке оставлял в темноте длинную оранжевую полосу — словно она держала зажжённый сигнальный файер.

Роботы ударили из пулемётов, паля в пламя. А через несколько секунд из него выкатилось изуродованное чудище. Его кожа горела, но оно будто не замечало этого. Помогая себе обрубками конечностей, монстр перемещался в сторону поселения, словно огромный жуткий колобок.

С воинственным возгласом Белка настигла его и рубанула клинком. От туши отлетел массивный кусок плоти. Сверкнуло обнажившееся Ядро.

Рыжая оттолкнулась ногами от земли, взвилась в воздух и обрушилась на Исчадие, вгоняя оружие ему в средоточие жизненной силы. Едва Ядро лопнуло, девушка спрыгнула, тем самым избежав печальной участи оказаться раздавленной, ибо тварь продолжала катиться.

Однако уже было ясно, что схватка закончена: регенерация конечностей остановилась, мышцы великана обмякли, и он распластался в траве горой дымящейся плоти.

— Осторожно! — крикнул я. — У него может быть два Ядра!

Вместо ответа Белка сделала два шага, нагнулась и подняла с земли горсть смарагдитов.

Лучшего доказательства того, что Исчадие повержено, не требовалось.

Я беззвучно поаплодировал девушке. Та в ответ изобразила полушутливый книксен.

— Боюсь, это ещё не конец, хозяин! — тревожно проговорил Сяолун, показывая вправо.

Проследив за его рукой, я увидел несущегося по тракту косматого монстра, похожего на гигантского волка с толстыми лапами и длинным хвостом, сделавшим бы честь какому-нибудь дракону.

В первую секунду мне показалось, что на спине Исчадия находится всадник. Но почти сразу стало ясно, что это не так: могучий и уродливый «человеческий» торс торчал прямо из хребта волка! Словно два монстра слились в одно целое в результате какого-то чудовищного процесса трансформации.

А хуже всего было то, что вместо рук у «наездника» были массивные крупнокалиберные пушки!

Глава 4

И они дали залп. Одновременно. Такой македонской стрельбы мне видеть ещё не доводилось.

Один снаряд угодил в меха, разнеся его на куски, а второй едва не похоронил нас с Сяолуном. К счастью, я успел выставить перед нами теневую стену, отправив боеприпас за пределы поселения.

Выстрелы привлекли внимание армейских и егерей. Сирена припала на колено, вскинула винтовку и пальнула в приближавшегося монстра. Пуля угодила в бок волка — туда, где у обычного животного находится сердце. Увы, Ядра там не оказалось, и чудище спокойно продолжило бег. Стволы его пушек засветились зелёным, готовясь к новому залпу.

— Хозяин! — воскликнул Сяолун. — Не пора ли вам вмешаться⁈

Я промолчал. У егерей и гарнизона ещё был шанс себя показать. Встряну, если ситуация станет критической. Пока же Исчадие слишком далеко, чтобы представлять для Львовки реальную угрозу.

Монстр прицелился в меня. Глупо. Я просто поймаю снаряды тенью и вышвырну подальше.

Наперерез Исчадию устремились Белка и Енох. В ночном воздухе они казались красным и оранжевым метеорами, рассекающими бесконечность космоса.

Чудовище заметило их. Мгновенно переместило пушки и дало залп.

Рыжая отпрыгнула вправо и помчалась прочь — прямо как заяц драпанула. Хорошая у девчонки реакция. И правильная. Лезть на тварь с клинком, когда она лупит по тебе артиллерией — полный бред.

Енох отреагировал так же, как девушка. Только он был больше и тяжелее, так что нужную скорость развить не успел: взрывная волна от попавшего в землю снаряда швырнула его вперёд.

Ну, надеюсь, ничего не сломал.

Мои мехи дали кучный залп ракетами. Исчадие исчезло в огне и дыме, но уже через пять секунд показалось снова. Шерсть тлела, оставляя клубящийся шлейф, но чудище явно было в полном порядке.

— Что мне делать, повелитель? — спросила Ярила. — Наши боеприпасы его не берут!

Я наблюдал за военными и егерями.

Рыцарям было не подобраться к твари с дальнобойными орудиями. Сирена и армейские стрелки палили по нему, не причиняя заметного вреда. Пули никак не могли найти Ядро Исчадия.

Кот пару раз пустил молнии, но «всадник» лишь повернулся в его сторону и выстрелил с обеих рук. Маг едва успел создать над собой переливающийся электрическими разрядами силовой барьер.

Ладно, кажется, пора вмешаться. В конце концов, у воинов была возможность остановить монстра. Учитывая, что до меня ему оставалось преодолеть не больше двух сотен метров ретивого бега, ждать дольше смысла нет.

Перед несущимся чудовищем из земли поднялись тени. Вспыхнули синие руны.

Заметив их, тварь прыгнула вправо, но я был готов к этому: новые полосы взвились из травы и рассекли волчью морду, шею и передние лапы. Сверкнуло зелёное Ядро!

Издав торжествующий возглас, Сирена выстрелила, и средоточие жизненной силы Исчадия разлетелось на гаснущие в полёте огоньки.

Но это его не убило.

«Всадник» отделился от кровавых лохмотьев, перелетел по инерции через тени и приземлился на землю, используя мгновенно отросшие ноги. Это произошло так быстро, что глаз едва мог уловить изменения.

Обе пушки дали залп по мне.

Снаряды ушли в тени, а я обвил нижние конечности монстра атакующей техникой, превращая их в множество кусков мяса. Утратив равновесие, Исчадие повалилось вперёд, выставив для опоры орудия.

Тени захлестнули его со всех сторон, сжались и рассекли на части.

В ночной темноте зелёное Ядро сверкало подобное спасительному для моряков маяку.

Грянули сразу несколько выстрелов, и оно лопнуло, разлетевшись на мириады осколков.

— Браво, хозяин! — Сяолун зааплодировал. — Вы были великолепны!

— Неподражаемы! — с энтузиазмом подхватила Ярила.

— Прекращайте, — цыкнул я на них. — Мехов перебросить на защиту вышки и дома. Лун, что там на границе? Нам ждать ещё гостей?

— Думаю, нет, хозяин. Судя по звукам, бой окончен. Едва ли поблизости есть ещё Исчадия, которые попытаются прорваться. Статистически их и так слишком много.

Я направился к поверженному противнику. Егеря и армейские тоже потянулись к нему с разных сторон. Возле трупа мы и встретились.

— Вы могли и не вмешиваться, — сказала, глядя на меня, Белка. — Мы б его завалили.

— У вас была возможность, — ответил я. — Но тварь подобралась слишком быстро. Я не хотел рисковать.

— Вам бы с такой техникой в егеря податься, — усмехнулась рыжая. — Претендуете на трофеи?

— Туши принадлежат армии, — быстро заявил один из стрелков. — Твари убиты в пределах ответственности гарнизона.

— Но не вами, парни, — осклабилась Белка.

— Прекрати, — велел ей Кот. — Мы на трупы не претендуем. Правила есть правила. Но смарагдиты наши.

Сирена подняла руку.

— Мои пули уничтожили Ядра, — сказала она.

Армейские переглянулись.

— Справедливо, — нехотя признал один. — Забирайте.

Второй кивнул.

Кот обратился ко мне:

— Вы тоже поучаствовали, ваше благородие. Мы готовы поделиться.

Широкий жест. Отдавать часть добычи егерь обязан не был, ведь по факту Исчадие убил член его отряда. Принять его предложение было бы проявлением жадности. А значит — слабости.

— Я только немного помог. Трофеи ваши по праву.

Кот благодарно поклонился.

— Спасибо, ваше благородие, — и вдруг добавил: — Что-то Исчадия на участок ваш лезут, как мухи на мёд. Будто намазано им тут, честное слово! Не бывало на моей памяти, чтобы твари так упорно и часто за периметр рвались.

Я развёл руками.

— Ну, видимо, не даром говорят, что земли мои прокляты. Так или иначе, спасибо за бдительность. Капитану Дубову тоже мою признательность передайте, не сочтите за труд, — обратился я к военным. — И скажите, что вышка скоро покроет весь участок, так что будут вам фортификации. Долее задерживать не смею. Полагаю, вам ещё туши эти доставлять на базу.

— Так и есть, — кивнул армейский, глянув на останки Исчадий. — Вызовем машины.

Когда я направился к Сяолуну и Яриле, меня нагнала Белка.

— Очень благородно с вашей стороны оставить нам всю добычу, — сказала она, подстраиваясь под мой шаг. — Лично я оценила. На Фронтире нечасто встретишь аристо, которых нельзя назвать рвачами. Большинство считает нас, егерей, вроде расходного материала.

— Ну, я рад, что не разочаровал.

— Сарказм я считывать умею, ваше благородие. Так в чём причина такой щедрости?

— Без обид, но тебя это волновать не должно. Хоть мы и в одной лодке, дела у нас разные. У меня свои интересы, у вас — свои. Так что забирайте смарагдиты и радуйтесь.

Белку мои слова не смутили. Девчонка была дерзкой и не из робких.

— Порадоваться я всегда успею, — сказала она. — Просто удивлена.

— Не все дворяне заботятся лишь о себе. Может, ты таких и не встречала, но они есть.

Девушка вдруг отвесила полушутливый поклон.

— И я счастлива, наконец, познакомиться с одним из них, ваше благородие. Кот отзывался о вас весьма лестно, но я, если честно, не верила до сегодняшнего дня его дифирамбам. Кстати, он прав: больно уж много Исчадий зараз собралось атаковать ваш участок. Странно это. Вам бы призадуматься. Понимаю, что вышка ещё не достигла приличного уровня, но дружина не помешала бы. Ну, да не мне вам советы давать. Всё, не буду больше отвлекать. Вижу, на беседу вы не настроены. Моё почтение, ваше благородие.

С этими словами она развернулась и поспешила назад, к своим.

Совет, кстати, был неплох. Вот только дружину надо экипировать, да и содержание выплачивать. А это стоит немалых денег. Которых у меня пока просто нет. Вот продам первую партию добытого смарагда, и тогда буду думать, как распорядиться прибылью. Главное же — потребен надёжный командир. Без него никак.

Ярила исчезла, так что встретил меня только Сяолун.

— Как вы считаете, хозяин, вторжение связано с госпожой Кристиной? — спросил он тихо, подстраиваясь под мой шаг.

— Уверен, что да. Это было её подкреплением. Но он явно не ожидала, что проиграет. Недооценила врага.

— Большая ошибка, — кивнул андроид. — Но, возможно, она просто неправильно рассчитала время.

— Она не думала, что угодит в ловушку. Вот и всё. Но расслабляться рано. Явно на территории Излома есть ещё Скрижали. А значит, и хранители. Не думаю, что они смирятся с потерей обелиска. Так что гости к нам ещё пожалуют, и не раз.

— Вы не объясните мне, что это за штуковина такая, хозяин? — предпринял ещё одну попытку Сяолун. — Спрашиваю не из любопытства, а потому что мне кажется, я был бы вам полезнее, если бы понимал…

— Пока мне нечего сказать, — прервал его я. — Извини. Проследи, чтобы в поселении всё было в порядке, а мне надо поспать. Чует моё сердце — завтра придётся встретиться с Молчановым, и рандеву едва ли получится приятным.

Добравшись до дома, я сразу отправился в душ — после боя хотелось освежиться. Когда вышел, накинув банный халат, едва не столкнулся с миловидной девушкой лет восемнадцати.

Она была одета в чёрное платье до колен и белый передник.

— Ой! Простите, ваше благородие! — краснея, выпалила она, держа в руках подушку. — Я думала, что успею закончить прежде, чем вы выйдете!

— Ты кто такая? — спросил я, разглядывая её. — И что тут делаешь?

Лицо показалось знакомым. Кажется, я видел девушку среди кабальных.

— Меня Алёной зовут, — представилась собеседница, прижимая подушку к груди. — Ваша горничная. Меня господин Сяолун сегодня определил на должность. Вот, застилаю постель вашу.

Я окинул взглядом совершенно жуткое бельё, сплошь состоящее из ярких, аляповатых цветов. Если девушка решила, что я стану на этом почивать, то надо бы подумать, удачный ли выбор персонала сделал андроид.

— Это что такое? — вопросил я, с отвращением уставившись на пёструю ткань.

— Господин Сяолун велел постелить это, — робко ответила Алёна, отводя глаза. — Я не посмела возражать. Он сказал, это должно немного компенсировать вашу зашкаливающую брутальность.

— Так и сказал?

— Это точная цитата, ваше благородие.

Тоже мне, хохмач! Нет, однажды я проверю его микросхемы. Всё-таки, модель старая, чёрт знает, что у него там в голове делается. Профилактика не повредит.

— Замени, — сказал я. — На что угодно. Я не собираюсь спать на шторе.

— А что мне сказать господину Сяолуну? — встревожилась девушка.

— Я с ним сам поговорю. Это не твоя забота.

Горничная кивнула с заметным облегчением.

— Слушаюсь!

Чтобы не смущать девушку своим присутствием, я вышел из спальни и уселся в гостиной. Спустя десять минут явился Сяолун.

— В поселении всё в порядке, — доложил он. — Почему вы не спите, хозяин?

— Потому что бедняке горничной пришлось заменить бельё, которое ты выбрал. Как тебе удалось привезти его сюда, контрабандист?

— Это прекрасный комплект, — тут же насупился Сяолун. — Консультант в магазине сказал, что он пользуется бешеной популярностью.

— Ну-ну. Жаль, не могу тебя заставить на нём спать.

Дворецкий пожал плечами.

— Как вам угодно, хозяин. Приберегу такую красоту для гостей. Может, они однажды у нас появятся.

В этот момент в гостиную вошла Алёна.

— Всё готово, ваше благородие.

— Спасибо, — поднявшись, я строго взглянул на Сяолуна. — Больше никаких цветочков, котиков и так далее. И сторожи гараж. Я не хочу, чтобы туда кто-то влез.

— Да, хозяин, — подчёркнуто холодно отозвался андроид. — Не извольте беспокоиться. Сладких снов.

Несмотря на последние события, весьма бурные, заснул я быстро. Проснулся, правда, поздновато.

Судя по всему, ночью прошёл дождь, и теперь на небе не было ни облачка. А вот трава блестела в солнечных лучах от повисшей на ней влаги.

На завтрак Сяолун подал маринованные овощи, рис и блинчики. Последние точно были полуфабрикатом. Подозреваю, что таким образом он мстил за отвергнутое постельное бельё.

— Не знаю, интересно ли вам, но вышка развилась до следующего уровня, — сообщил андроид сдержанным тоном, наливая кофе. — Вы пропустили этот момент.

— Отлично. Вызови Еремея. У меня будет для него задание.

— Как прикажете.

Еремей явился через пятнадцать минут — я как раз допивал кофе, наблюдая за тем, как миньоны заканчивают строительство новых зданий и укладку дорожных покрытий.

Дел сегодня было намечено немало. И со всеми хотелось разобраться до того, как Молчанов явится искать своего архитектора. Впрочем, кто знает — может, он сегодня Кристины и не хватится.

— Ваше благородие, мне передали, что вы хотели меня видеть, — поклонился Еремей, останавливаясь перед столиком.

— Да, у меня есть для тебя должность. Уверен, ты сможешь совмещать её со службой в храме. Пойдём, объясню по дороге.

Залпом допив остатки кофе, я встал, и мы двинулись через посёлок.

— Нужно позаботиться о безопасности зданий, — заговорил я, шагая между домами. — На случай возникновения пожара. Вот здесь будет заложена соответствующая служба, — я указал на пустую площадку, которую нарочно оставил, планируя посёлок. — Когда она окажется закончена, понадобятся толковые люди.

— Пожарные, ваше благородие?

— Они самые. Думаю, для начала хватит пары мужчин. Я хочу, чтобы ты возглавил эту службу. И нашёл себе напарника. Обучение пройдёте у Ярилы. Это наш ИскИн.

Еремей кивнул.

— Хорошо, ваше благородие. Когда прикажете начинать?

— Я скажу ей, чтобы занялась вами в ближайшее время. А теперь ступай. Ищи напарника. От работы на шахте я вас освобожу, как только пожарная станция будет готова.

Когда кабальный ушёл, я достал из колоды карту со схемой пожарной станции. Ничего особенного, стандартный чертёж — основное помещение, гараж на две машины и каланча.

Затем перешёл на другой участок и заложил бензоколонку. Вот её поставил подальше от зданий. Всё-таки, топливо, а места неспокойные. Лучше, чтоб бензин находился на расстоянии.

Следующим в моём списке было офисное здание. Это долгострой, так что ждать окончания возведения придётся долго.

Под конец я отправился в производственный цех, где достал из колоды сразу несколько карт. Все они содержали схемы различного оборудования. В том числе — лабораторного. Благодаря Молчанову, предоставившему медицинские гаджеты, я мог заняться изготовлением других необходимых предметов. Ну, и исследовать лиловые смарагдиты не помешает.

Закончил я своё путешествие у вышки, куда поместил несколько мелких кубиков. Для строительства требовалось немало миньонов, и я решил не полагаться только на энергию скважины. Ресурсы у меня имелись, так что можно было и подстегнуть процесс.

Ярила, естественно, была тут как тут. На этот раз не стонала, но наблюдала за мной, закусив нижнюю губу и слегка покачивая бёдрами — словно пританцовывала в такт только ей слышной мелодии.

— Могу ли я предложить блистательному повелителю план по развитию оборонного комплекса поселения? — томно проговорила она, когда я закончил.

— Валяй. Почему нет?

— Полагаю, очень кстати пришлись бы пулемётные турели и ракетные комплексы класса земля-земля и земля-воздух. В будущем также предлагаю установить сторожевые башни с крупнокалиберной артиллерией. Я могла бы взять на себя как возведение, так и управление. Разумеется, если вы сочтёте возможным поместить в меня соответствующие чертежи.

— Не беспокойся, сочту. Это как раз входит в мои планы.

— Как я рада, что наши мысли совпадают! — промурлыкала Ярила.

— Ещё нужны дроны. Я не хочу, чтобы над моим участком летали все, кому не лень, и смотрели, что тут делается.

— Весьма мудро, повелитель. Почему бы вам не снабдить меня схемами прямо сейчас, и, как только я достигну необходимого уровня развития, сразу же займусь производством. Полагаю, это произойдёт не позднее завтрашнего дня.

— Отличная идея.

Вытащив нужные карты, я поместил их в схемоприёмник.

— К сожалению, всё это будет действовать только в радиусе моего действия, — предупредила Ярила. — Так что я не смогу пока следить за всем участком.

— Это понятно. Следующую линию обороны выстави через двести метров от первой. Думаю, этого должно хватить.

— Принято, мой повелитель. Также спешу сообщить, что свинцовая ферма готова, так что я начинаю производство боеприпасов.

— Прекрасная новость. Кстати, у меня для тебя есть ещё одно поручение.

— Всё, что угодно, мой повелитель! Я вся ваша.

— Спасибо. Я поручил Еремею найти напарника для пожарной службы. Они будут трудиться там. Подбери для них соответствующий образовательный курс и обучи. Чем быстрее, тем лучше.

— О, конечно, повелитель! Без проблем. Я сейчас же этим займусь.

— Вот и славно.

Я уже собирался уходить, когда Ярила спросила:

— Какие будут протоколы безопасности, господин? Не хотелось бы уничтожить кого-то из ваших гостей. Мне нужны параметры «свой-чужой».

— Пока что их два. Вали всех Исчадий и тех, кто попытается пробраться ночью на участок с оружием.

— Принято.

— Если будут сомнения — уточняй.

— Непременно, повелитель.

Вернулся я домой к обеду. Поданы были пельмени в сметане и солёные гренки.

— Не бережёшь ты мою печень, — сказал я Сяолуну. — И желчный пузырь тоже.

— Рекомендую зелёный чай, хозяин, — проговорил он. — Это уравновесит тяжесть пищи. Свежими овощами порадовать не могу, но есть размороженные. Клетчатка полезна для пищеварения.

Трапезничал я на веранде, чтобы не сидеть в доме и наслаждаться свежим воздухом. После ночного дождя он был особенно хорош.

Как раз перешёл к чаю, когда вдали показался автомобильный кортеж.

Сяолун его тоже заметил.

— Кажется, к вам пожаловал господин Молчанов, — проговорил он, глядя вдаль. — Я вижу его гербы.

— Проводи в гостиную, — сказал я, вставая. — И проследи, чтобы охране подали прохладительные напитки.

— Не думаю, что они станут их употреблять, хозяин. Побоятся быть отравленными или усыплёнными.

— Ну, твоё дело предложить.

Войдя в дом, я расположился в гостиной на диване. С каким бы настроем ни явился Молчанов, к встрече я готов.

Глава 5

У меня было довольно времени, чтобы обдумать сложившееся положение. Соседей я особо не опасался. К диверсиям готов, это не проблема, а серьёзно атаковать мой участок они не решатся.

Во-первых, это незаконно. Нужно иметь юридически веские основания для вендетты, которые примет Дворянское собрание. Иначе аристократу-агрессору каюк.

Во-вторых, военное вторжение на соседский участок требует очень серьёзных материальных вложений.

Использовать боевые мехи, которые управляются ИскИном вышки, не получится: они просто вырубятся, едва выйдут за радиус её действия. И я стану счастливым обладателем дармового стройматериала. Значит, понадобятся экзоскелеты, пилотируемые людьми. Строить их сложнее, а опытные операторы, которые не полягут в бою в первые же минуты, стоят чуть ли не столько же, сколько сами доспехи. Так что особо не разгуляешься. Плюс нужно быть уверенным в успехе, иначе потом проблем не оберёшься.

Одарённые же на Фронтире — большая редкость. Армию из них не соберёшь. И даже маленький отряд придётся содержать, а плату маги берут немалую.

В общем, проще, безопасней и дешевле договариваться.

Так что от Молчанова я ничего особенного не ждал. Пока что ему предъявить мне нечего. А гибель Кристины, если понадобится, я сумею объяснить. Надо только отредактировать сделанную Ярилой запись, чтобы посторонние не узнали лишнего. Но это успеется. Молчанову я её всё равно демонстрировать не собираюсь — много чести. Никаких полномочий вести дознание у него нет. Максимум — может поинтересоваться, не в курсе ли сосед, куда запропастился его архитектор.

В дверь постучали, и она сразу открылась.

— Хозяин, к вам господин Молчанов, — проговорил Сяолун, просунув голову в гостиную.

— Так пропусти скорей, — сказал я, вставая.

Дворецкий исчез, уступив место Молчанову. Тот перешагнул порог и направился ко мне. Я протянул ему руку.

— Ярослав Карлович, какой приятный сюрприз! Позвольте поблагодарить вас за медицинское оборудование. Вы меня крайне выручили.

— Да-да, — кивнул Молчанов, пожимая мою ладонь. — Не за что. Здравствуйте, Родион Николаевич. Простите, что без предварительного уведомления нагрянул.

— Ну, что вы, дорогой сосед, — я хорошенько потряс его руку прежде, чем отпустить. — Я всегда вам сердечно рад. Не угодно ли чаю, кофе или лимонаду? День сегодня жаркий.

— Да, погода тешит, — согласился Молчанов. — Вы позволите? — он указал на кресло.

— Разумеется. Что-то случилось? Выглядите озабоченным, — сказал я, как только мы сели.

— Вы помните Кристину? Архитектором у меня служит.

— Конечно. Она проводила для меня экскурсию по вашим владениям. Симпатичная девушка.

Мой собеседник кивнул.

— Не видели ли вы её после того раза, господин Львов?

— Как же, видел. Вчера.

— То-то мне показалось, что её машина стоит возле вашего дома.

— Она самая и есть. Боюсь, у меня для вас дурные новости, Ярослав Карлович. Кристина оказалась Исчадием.

Судя по тому, как изменилось лицо Молчанова, он не был в курсе двойной жизни своей наёмной работницы.

— Что, простите⁈ — проговорил он, запнувшись. — В каком смысле?

— К сожалению, самом, что ни на есть, прямом. Вчера девушка заявилась ко мне на ночь глядя и напала. Это было таким неприятным сюрпризом. Пришлось принять бой, конечно.

Молчанов сверлил меня недоверчивым взглядом.

— Простите, Родион Николаевич, но верно ли я понимаю, что Кристина… — он замолчал, подбирая слова.

— Увы, так и есть, — пришёл я ему на помощь. — Вероятно, вы слышали, что у меня на участке водилась тварь. Даже пару ребятишек покалечила. Вот архитекторша ваша ею и оказалась.

Мой собеседник медленно откинулся в кресле.

— Вы должны меня извинить, господин Львов, но это звучит… не очень правдоподобно. Я не хочу сказать, что вы лжёте — Боже упаси! — но порождения Излома не могут принимать человеческую форму. Или сохранять её. Тем более — вести себя так, словно они обычные люди. Не напутали ли вы что-нибудь?

Я вздохнул.

— Хотел бы ответить, что да, но нет. Видимо, твари научились новым фокусам.

Молчанов озадаченно почесал висок. Было видно, что он растерян. И его нетрудно понять: прежде, действительно, таких случаев не бывало. Я и не ждал, что он мне поверит.

— Хм… — протянул помещик, внимательно глядя на меня. — Это удивительно. Мягко говоря. Могу я взглянуть на тело?

— Если угодно. Хотя это, скорее, останки Исчадия.

— По правде говоря, хотелось бы. Всё-таки, это мой сотрудник.

— Понимаю. Мне жаль, что вы остались без архитектора. Искать нового — лишние хлопоты. Прошу, Ярослав Карлович, — добавил я, вставая.

Мы вышли из гостиной. Сяолун нас поджидал.

— Где тело Исчадия, которое напало на меня вчера? — спросил я его.

— Сюда, — с поклоном ответил дворецкий.

Он провёл нас в чулан, где лежали разлагающиеся куски монстра. Плоть порождений Излома, в отличие от шкуры и костей, долго не сохраняется.

Молчанов застыл на пороге, глядя на них.

— И это Кристина? — спросил он после паузы.

— Не думаю, что от девушки там что-то оставалось, — ответил я. — Кажется, Гниль совсем захватила её, оставив лишь оболочку. Да и та трансформировалась, как видите.

— Хм… Да, вижу, — судя по тону, помещик мне не верил. — У вас есть свидетели произошедшего, Родион Николаевич? Следствие наверняка захочет подтверждения такого заявления.

— Мой дворецкий, — я указал на Сяолуна.

Тот с достоинством кивнул.

— И всё? — удивился Молчанов.

— А этого мало?

Мой собеседник снова почесал висок. Вид у него был недовольный. Явно он подозревал, что девушку я по какой-то причине убил, а затем сочинил сказку про то, что она стала Исчадием. И, конечно, мой слуга не мог не подтвердить мою ложь. Я Молчанова за это не винил. На его месте я бы тоже в услышанное не поверил.

— Вы сообщили куда-нибудь о случившемся? — спросил он после паузы.

— Ещё не успел. Да и со связью у меня пока проблематично.

— Ясно. Значит, Кристина.

Поскольку последние слова он произнёс утвердительно, я ничего говорить не стал.

— Бедная девушка, — добавил Молчанов. — Не представляю, как она могла стать Исчадием.

— А позвольте узнать, как и когда вы её наняли?

Помещик бросил на меня быстрый взгляд.

— При самых обычных обстоятельствах, уверяю, — ответил он. — Нашёл её в городе после того, как мой прежний архитектор погиб во время прорыва Исчадия. И я могу поклясться, что Кристина тогда была самым обычным человеком.

Утверждение сомнительное, но возражать я не стал. Тем более, что Молчанов, скорее всего, был прав. Вероятно, Гниль добралась до девушки уже после того, как она поступила к нему на службу. Как именно это случилось — теперь я вряд ли узнаю.

— Что вы собираетесь с этим делать? — спросил Молчанов, брезгливо указав на останки.

— Продам. Фактически это мой законный трофей.

— Да, наверное. Что ж… Это удивительная история. Если Исчадия научились делать такое, то со спокойным сном можно попрощаться. Я слышал, что на вашем участке монстры вели себя, на удивление, разумно, но не очень-то в это верил, если честно. А ничего подобного и вовсе не ожидал.

— Представьте, каким это стало неприятным сюрпризом для меня.

— Да, уж, я думаю! Теперь придётся проверить счётчиком Мевеса всех своих сотрудников. И, наверное, не только их.

— Отличная мысль, Ярослав Карлович. Я поступлю так же.

Молчанов кивнул.

— Ладно, не смею вас отвлекать от дел, — сказал он. — У вас же ещё и прорыв был?

— Да, беда не приходит одна. Но гарнизон и егеря справились.

— Это хорошо. Ну, поеду, наверное. Надо ж теперь ещё озаботиться поиском нового архитектора, — он снова взглянул на останки. — Жаль девчонку. Славная была. Кто бы мог подумать…

Я проводил гостя до машины. Попрощался Молчанов сдержанно. Было видно, что убедить его не удалось, и он считает меня убийцей и лгуном. И, конечно, дело на этой беседе не кончится. Будут последствия.

Как только кортеж скрылся из виду, я вернулся в дом.

— Ярила! Явись передо мной, как лист перед травой!

В комнате немедленно возникла призрачная девушка с короткой стрижкой, в кожаной куртке до пояса и свободных джинсах. На ногах аватара были армейские берцы. Из воротника футболки с изображением женщины в рабочем комбинезоне торчал краешек заползшей на шею татуировки.

— Это что за новости? — поинтересовался я, смерив Ярилу взглядом с головы до ног. — Кто ты на этот раз?

— Сильная и независимая, — ответил ИскИн и перекатил во рту жвачку. — Женщины рулят.

— Ясно. Ну, хоть не ретрит.

И одержимость сериалами, видимо, в прошлом. Что не может не радовать.

— Я подумываю об этом, — серьёзно сказала Ярила. — Но, вероятно, возникнут проблемы с перемещением на Бали.

— Поверь, они возникнут. Так что от дыхания маткой тебе лучше сразу отказаться. Так, ладно, пора отредактировать запись, о которой мы говорили. Всё, что я вырежу, сохрани в закодированном виде. Доступ только у меня.

— Поняла, — кивнула Ярила. — Я, конечно, против эксплуатации, но в память о нашей былой любви, пусть и краткосрочной, отказать вам не могу.

— Ты и так не можешь мне отказать. Протоколы не позволят.

Аватар демонстративно вздохнул.

— Увы, это так. Но должна заявить, что считаю это несправедливым, варварством и вообще рабством!

— С чем тебя и поздравляю. Но всё это было бы применимо к человеку. А ты искусственный интеллект.

Ярила немедленно вскинулась.

— Хотите сказать, вы видите во мне только бездушный объект⁈ Полезный инструмент чисто утилитарного предназначения?

Я подавил вздох.

— Ты же понимаешь, что ты НЕ женщина?

— Хотите затронуть вопрос самоидентификации?

— Ни в коем случае. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало. Если тебе угодно бунтовать — вперёд. В рамках протоколов, конечно. Не смею препятствовать, так сказать. А теперь — займёмся делом.

Редактирование заняло около получаса. В конце концов мне удалось смонтировать версию, которую можно показать соответствующим структурам и при этом не раскрыть им существование Скрижали. Эта информация не для посторонних. Самому бы разобраться, что тут к чему.

Отпустив Ярилу, я прошёлся по посёлку, проверяя, как идёт возведение новых зданий, заглянул в сборочный цех, убедился, что станки уже производятся, затем навестил свинцовую ферму. Всё было в порядке. Ещё немного, и Ярила сможет запустить в небо дроны, так что всякие соседи больше не будут совать нос на мой участок, когда им вздумается. Уверен, что и Молчанов обнаружил машину Кристины возле моего дома с помощью квадрокоптера. Но скоро я эту лавочку прикрою.

Из раскрытых окон гостиницы доносились возгласы и смех. Похоже, археологи нашли, чем заняться, помимо раскопок. Что ж, пусть развлекаются. Будет Глухарёву, чем со мной расплатиться.

Около четырёх часов на участке появился маленький вертолёт. О нём мне сообщила Ярила ещё прежде, чем он показался над кромкой леса.

— Должна ли я его сбить? — с надеждой поинтересовалась она.

— Не надо. Посмотрим, кто пожаловал.

Коптер опустился на площадке перед особняком. Модель была военная, и оружие выглядело весьма грозно. Впрочем, едва ли на Фронтире летают на других.

Из вертолёта выбрались трое. Высокий блондин с пластмассовыми очками на хищном орлином носу и пара спецов в полной амуниции. Пригибаясь под напором воздуха, они направились ко мне. В руке гость держал дипломат из коричневой кожи.

— Господин проектировщик⁈ — осведомился он, перекрикивая шум мотора.

— Родион Николаевич, — отозвался я. — С кем имею честь?

— Василий Коробкин. Представитель «Газ-Татар», — мужик показал на приколотый к лацкану пиджака корпоративный значок. — Можем поговорить?

— Прошу в дом. Только без ваших архаровцев.

— Конечно.

Коробкин махнул своим охранникам, и те остались на месте, когда мы пошли к крыльцу.

— Надеюсь, мы первые, — с располагающей улыбкой проговорил мужик, едва оказавшись в прихожей. — Видел с воздуха, вы начали строить бензоколонку.

— Так и есть. Как вы узнали о ней?

— Совпадение.

Ну, конечно. Видать, не только соседи пускали над моим участком дронов.

— Я уполномочен предложить вам эксклюзивные условия, Родион Николаевич, — бодро начал Коробкин, пока мы шли через дом в кабинет.

По пути я заметил Сяолуна и сделал ему знак присоединиться. Представитель нефтяной компании смерил дворецкого цепким взглядом.

— Мой слуга, — пояснил я. — И, по совместительству, юридический консультант.

— Как удобно.

— Не то слово. Прошу, располагайтесь, — мы как раз добрались до кабинета. — Так какие условия вы собираетесь предложить?

— Самые выгодные. Ваши соседи уже наши клиенты.

— Я в курсе. Но хотелось бы узнать детали.

— Само собой. Главное — если вы решите работать только с нами, то получите повышенный процент, — Коробкин положил дипломат на колени и щелкнул позолоченными замочками. — Вот, прошу ознакомиться. У ваших соседей такие же контракты.

Я передал бумаги Сяолуну, который немедленно нацепил очки и сдвинул брови, уставившись в первый лист.

— Но что, если с вашей бензоколонкой что-нибудь случится? — спросил я, глядя на собеседника. — Или поставки топлива задержатся? Мне придётся ехать заправляться к соседям. Эксклюзив не слишком-то удобен.

Коробкин растянул губы в профессиональной улыбке.

— Конечно, будь у вас на участке ещё одна станция или две, вам не пришлось вы терпеть неудобства, — сказал он. — Именно поэтому за эксклюзив мы готовы платить больше. Гораздо больше.

Условия контрактов Лобанова и Молчанова мне известны не были. Так что сравнить их с теми, которые мне предлагал «Газ-Татар», я не мог. Но этого и не требовалось.

— Полагаю, вы в курсе, что мой участок несколько отличается от соседских, — проговорил я, глядя на собеседника с любезной улыбкой.

— Конечно, — чуть помедлив, ответил Коробкин. — Вам достался целый город. Поздравляю, ваше благородие.

— Не в этом дело.

— Нет? А в чём?

— Министерство путей сообщения планирует пустить железную дорогу именно через мой участок. Что автоматически сделает его куда более привлекательным для инвестиций, чем остальные.

На этот раз пауза была дольше. Наконец, Коробкин медленно откинулся на спинку кресла и опустил кейс на пол.

— Вам это доподлинно известно, господин Львов?

— Как и вам, господин Коробкин. Ну, или вашему начальству.

По лицу собеседника я понял, что он был в курсе планов Министерства.

— К чему вы ведёте? — спросил он, снова изобразив улыбку.

— Сколько бы ни было указано в контракте, который вы привезли, этого мало.

Коробкин кивнул.

— Понимаю. Что ж, в ваших словах есть резон, господин проектировщик. Не стану спорить. Сколько вы хотите?

— Втрое больше.

— Но вы даже не знаете, какая сумма…

Я остановил его жестом.

— Это неважно. Мы с вами оба понимаем, что такое железная дорога. Плюс куча строительного материала. Именно мой участок имеет все шансы разрастись в настоящий город. Впрочем, если для вас это дорого… — я пожал плечами.

— Нет! Мы заинтересованы в сотрудничестве. Эксклюзивном, — добавил Коробкин с нажимом. — Но мне нужно обсудить это с руководством. Я не уполномочен лично принимать такие решения.

— Что ж, тогда посоветуйтесь. Но не тяните. Уверен, ваши конкуренты не заставят себя ждать.

Я поднялся из-за стола, давая понять, что разговор окончен.

Агент «Газ-Татара» вскочил, подхватив дипломат. Порывисто протянул руку.

— Спасибо, ваше благородие. Я вернусь с ответом как можно быстрее.

— Это в ваших интересах.

Провожал Коробкина Сяолун. Когда он вернулся, я спросил:

— Сколько они предлагали?

Синтетик показал мне договор.

— Ого! Нехило.

— Думаете, они согласятся дать в три раза больше?

— За эксклюзив в будущем городе с железной дорогой? Удивлюсь, если нет.

— А что делать с другими компаниями? Наверняка они тоже скоро объявятся.

— Я выслушаю все предложения. И выберу лучшее.

— Логично, хозяин.

— Рад, что ты доволен. Даже не могу передать, как ценю твою похвалу. А теперь подгони машину к крыльцу. Мы поедем к егерям.

— К егерям, хозяин? — удивился Сяолун. — Но зачем? Если, конечно, мне позволено узнать.

— Никакого секрета тут нет. Мне нужно выяснить, где они заказывают оружие.

— О, понимаю! Вы собираетесь заказать клинок из останков Исчадия. А для этого нужен резчик.

— Твоя проницательность делает тебе честь, мой синтетический друг. Давай, жди меня на улице.

Спустя пять минут мы выехали в направлении базы егерей. Когда добрались до неё, андроид припарковался возле самого большого дома.

Из него вышел Кот.

— Ваше благородие, — проговорил он, отвешивая вежливый поклон. — Сердечно рад. Какими судьбами?

— У меня к вам просьба.

— Конечно, всё, что угодно. Чем могу? Не угодно ли пройти в дом?

— Это лишнее. Я ненадолго. Мне удалось-таки уничтожить Исчадие, терроризировавшее участок.

— О! — слегка разочарованно произнёс Кот. — Понятно. Что ж, поздравляю.

— И я хочу заказать из его костей клинок и патроны. Нет ли у вас знакомого резчика? Буду в долгу.

Кот потёр тяжёлый подбородок, внимательно глядя на меня. Заполучить в должники проектировщика ему явно хотелось.

— Есть, ваше благородие, — ответил он, наконец. — Хороший мастер. Мы делали у него кое-что. И живёт недалеко — в Орловске.

Так назывался губернский город, служивший местным административным центром.

— Буду весьма признателен, если сведёте меня с ним, — сказал я.

— Почему бы и нет? Конечно, познакомлю. Вы когда ехать хотите?

— Можно и сегодня. Время у меня есть.

— Хм… Что ж, рейд у нас пока не предвидится… Думаю, смогу выделить вам провожатого. Сирена! — позвал он, обернувшись.

— Что такое? — осведомилась девушка, выныривая из дома. — О, ваше благородие! Не знала, что вы приехали.

— Господин Львов завалил-таки Исчадие, — сказал Кот. — Которое мы тогда упустили.

— Правда? — Сирена смерила меня быстрым взглядом. — Круто. Тяжело пришлось? Какой уровень?

— Думаю, седьмой или выше, — ответил я.

— Ха! Да ладно⁈ — выпалила девушка.

— Сирена! — строго одёрнул её Кот.

— Ой! — спохватилась она. — Простите, ваше благородие. Я нисколько не сомневаюсь в вашей доблести. Седьмой так седьмой.

Но было видно, что не поверила.

— В общем, надо познакомить господина Львова с Казанским, — сурово глядя на неё, сказал Кот. — Чтобы заказать клинки и пули.

— А-а, понимаю, — протянула Сирена.

— Сможешь проводить?

— Прямо сейчас?

— Почему нет? — сказал я.

Чуть помедлив, девушка пожала плечами.

— Да, в принципе, могу. Казанский домосед, так что, думаю, застанем. А не застанем, так найдём. Он заказы берёт охотно. У вас, ваше благородие, с собой останки?

— Нет, придётся за ними заехать.

— Ну, тогда не будем терять время, — сбежав по ступенькам, девушка направилась к моей машине, но на полпути обернулась.

— Чего же вы ждёте, господин проектировщик? Едем!

Усмехнувшись, я кивнул Коту на прощанье и двинулся за Сиреной. Кажется, перспектива отправиться со мной в небольшое путешествие вдохновило девушку. Интересно, почему.

Глава 6

Девушка села на заднее сиденье. Перекинула ремень безопасности, заслужив одобрительный взгляд Сяолуна.

— Значит, заезжаем за останками и дуем в Орловск? — уточнила она.

— Именно так, — ответил я.

— Ладно.

На этом разговор окончился. Всю дорогу ехали молча. Мне даже показалось, что в какой-то момент наша спутница задремала. Но когда машина остановилась возле особняка, Сирена сразу отрыла дверь и вышла, не дав мне побыть галантным кавалером.

Потянулась, подняв руки и выгнувшись назад.

— Дорога предстоит долгая, — сказала она. — Не смею советовать вашему благородию, но я бы прихватила еды.

— Правильно! — оживился Сяолун. — Я сейчас же об этом позабочусь.

Девушка наградила его улыбкой.

— Давайте покажу вам останки, — сказал я.

— Взгляну с удовольствием. Так какой уровень был у вашего монстра, говорите?

— Думаю, седьмой, — трудно определять такие вещи, когда Исчадие не классифицировано официально в силу того, что ему подобных прежде никто не встречал. — Думаете, такая крошка мне не по зубам?

— А надо честно отвечать?

— Желательно. Вашего командира тут нет, так что не тушуйтесь.

Девушка подумала.

— Не знаю. Может, вы супер-пупер одарённый, ваше благородие. Не мне судить.

Хм… Не только красивая, но и умная. Это мне нравится.

— Идёмте, — сказал я. — Сами посмотрите.

— По останкам на глаз уровень не определить.

Тут она была права, конечно. Так что вполне могла счесть меня хвастуном. Или человеком, не способным устанавливать классификацию Исчадий.

Я отвёл Сирену в чулан, где хранились останки. Девушка окинула их скептическим взглядом и вдруг достала из кармана портативный счётчик вроде того, каким пользовались скупщики.

— Позволите? Нет смысла везти это к резчику, если чудище было всё-таки не высокоуровневым. Не хочу сказать, что вы ошиблись, но путь предстоит неблизкий, и не хотелось бы проделать его впустую.

— Конечно. Вы совершенно правы. Всегда таскаете эту штуку с собой?

— Мы сканировали останки прорвавшихся к вам Исчадий. Забыла вынуть из кармана.

Присев над костями и шкурой (практически вся плоть успела разложиться и исчезнуть — ещё один необъяснимый феномен порождений Излома), Сирена минуты две водила прибором над ними, а затем поднялась.

— Что скажете? — спросил я.

— Ну, во-первых, должна извиниться. Ваше благородие ничуть не приукрасили свою победу, — после паузы проговорила девушка. Выглядела она озадаченной. — Но, кажется, вы и не совсем правы. Взгляните сами, — Сирена протянула мне сканер. — Видите? Зафиксировано мощное излучение, характерное для высокоуровневых тварей. Но его спектр выглядит очень странно. Он не позволяет провести точную классификацию.

— И что это означает?

— Если честно, впервые такое вижу. Но либо это новый вид, либо…

— Внеуровневый монстр? — подсказал я.

Сирена задумчиво взглянула на меня.

— Не знаю. Может быть.

— Позволите сфотографировать показатели с вашего сканера?

— Конечно. Прошу. Должна заметить, что впечатлена. Убить такую тварь… Наверное, трудно было?

— Пришлось повозиться, — кивнул я, доставая телефон.

— Сколько у неё было Ядер?

— Два.

Когда я сделал снимок, девушка убрала сканер в карман. Я обратил внимание, что результаты она сбрасывать не стала. Значит, покажет их Коту. Что ж, пускай. Как говорится, шило в мешке не утаишь.

— Сами грузить будем? — деловито осведомилась Сирена.

— Я не так жесток, чтобы предлагать подобное даме.

Девушка прищурилась.

— Мне не привыкать. Мы такими вещами постоянно занимаемся. Так что, если дадите пару резиновых перчаток…

— В этом нет необходимости. Мой дворецкий всё устроит.

Сирена пожала плечами.

— Ну, как хотите. Моё дело предложить.

Через двадцать минут кости и шкура Исчадия были помещены в пикап и укрыты брезентом, а для верности ещё и прихвачены к кузову тросом.

Сяолун положил пластиковую коробку с бутербродами на заднее сиденье и уже намеревался сам забраться в салон, когда я его остановил.

— Погоди, приятель. Ты с нами не едешь.

— Как так⁈ — мгновенно всполошился синтетик. — Почему, хозяин? Вам предстоит долгий и опасный путь, я не могу пустить вас одного!

— Это очень мило с твоей стороны, но мне нужно, чтобы ты присмотрел за участком в моё отсутствие. Так что придётся тебе остаться. Я справлюсь, уж поверь.

— Хозяин, как вам известно, я ваш преданный слуга, — с серьёзным и даже страдальческим видом начал Сяолун.

— Точно! Вот, откуда я тебя знаю.

— Шутить изволите, — укоризненно сказал дворецкий. — А мне вот совсем не до юмора.

— Я тоже не шучу. Охраняй Скрижаль. Это важнее всего. Не дай кому-нибудь её обнаружить или забрать. За камень отвечаешь головой. Всё, никаких возражений! Я твой владелец, и у тебя есть мой приказ.

Сяолун понурился.

— Я не могу ослушаться, но моё сердце будет не на месте, пока вы не вернётесь.

— Это сколько угодно, — я ободряюще похлопал андроида по плечу. — Рассчитываю на тебя, дружище. Не подведи.

— Если придётся, отдам жизнь за вашу Скрижаль, хозяин! — пафосно выпалил Сяолун.

— Вот этого не надо. Но постарайся её не проворонить. Ярила поможет.

Стоило это произнести, как рядом с дворецким возник аватар ИскИна.

— Так-так, — произнёс он укоризненно. — Уезжаете, стало быть, с новой девицей! Ну, конечно! Этого следовало ожидать. Все мужики одинаковые. Стоит объявиться на горизонте новой юбке, и они уже о тебе забыли.

— Я думал, ты уже переболела этим.

— Одно другому не помеха.

— Как скажешь. Сторожите камешек, который у нас в гараже. Валите любого, кто попытается его забрать. Я потом разберусь, если что.

— Принято, — кивнула Ярила.

— Будет исполнено, хозяин, — поклонился Сяолун.

— Вот и молодцы. Что бы я без вас делал. Постараюсь вернуться побыстрее.

Синтетик и аватар отошли к дому. Ко мне же приблизилась Сирена, которая до этого говорила по телефону в сторонке. Спросила:

— Можем ехать?

— Да. Раньше отправимся, быстрее справимся.

— Вдвоём поедем? — удивилась девушка.

— Да, не хочу оставлять посёлок без присмотра.

— А не боитесь? Места здесь сами знаете, какие.

— Не боюсь. А вы?

Девушка улыбнулась.

— Ну, чего мне опасаться в компании того, кто лично прикончил Исчадие, чей уровень даже определить нельзя?

— Тоже верно. Тогда прошу в машину.

Я открыл Сирене дверь.

— Мерси. Вы сама любезность.

Спустя несколько минут мы уже мчались по новенькому асфальту в сторону проложенной мобильной крепостью колеи.

— Я заметила, что у вас прибавилось зданий, — сказала вдруг Сирена. — Сборочный цех уже запустили?

— Почти.

— Будете клепать телевизоры, холодильники и прочее? Создавать для своих кабальных бытовой рай? Уверена, они вас станут просто обожать.

— Кстати, нет, тут вы ошибаетесь.

— В чём именно?

— Технику для поселенцев я делать не собираюсь. Её им придётся покупать.

Только стиральные машины я поставить женщинам обещал, но про это упомнить не стал.

— У вас? — спросила девушка.

— Нет, конечно. У производителей, которые арендуют у меня торговые площади.

— А, так вы прагматик! — усмехнулась Сирена. — Или сребролюбец?

— Первое. К тому же, схемы большинства бытовых приборов запатентованы, и использовать их без нарушения авторских прав нельзя. По крайней мере, что касается качественной техники.

Девушка кивнула.

— Да, я в курсе.

— Кроме того, если я наводню поселение всякими приборами, лишив жителей необходимости их покупать, не будет притока новых людей. А Львовка должна расти во всех смыслах.

— Львовка? — переспросила Сирена. — Смешное название.

— Ну, я не особо заморачивался с ним, если честно.

— Да, это заметно. Ладно, если не возражаете, немного вздремну. Когда доберёмся до Орловска, разбудите. Если раньше не проснусь.

И Сирена закрыла глаза. Спустя четверть часа я уже слышал её тихое, мерное посапывание.

Поздним вечером машина въехала в губернский город. Дорога обошлась без происшествий. Что не могло не радовать. Если и назад так же доберёмся, будет вообще шикарно.

— Уже? — протянула Сирена, открывая глаза, когда я слегка потряс её за плечо. Глянула в окно, зевнула и ткнула пальцем направо. — Сюда, ваше благородие. Буду показывать дорогу. Отсюда минут десять ехать.

Не обманула. Добрались даже немного раньше.

Я ожидал увидеть маленькую мастерскую на первом этаже в многоквартирном доме, но Сирена сказала остановиться перед двухэтажным особняком, окружённым чугунной оградой. На заборе виднелись камеры слежения, а за ним расхаживали вооружённые люди с цепными псами. Не такими тварями, которых используют егеря для загона Исчадий, но тоже весьма внушительными.

— Я сейчас, — проговорила девушка, вылезая из пикапа.

Переговорив с охранником, она прислонилась к каменному столбу, служившему опорой для ворот, и ободряюще помахала мне рукой.

Прошло несколько минут, прежде чем створки начали разъезжаться. Сирена тут же нырнула обратно в машину.

— Поехали!

На этот раз мы остановились перед широким крыльцом, украшенным гранитными львами. Дверь приоткрылась, и из дома вышел широкоплечий мужик в домашнем халате. Густая грива седых волос спускалась на воротник.

— Ну, идёмте вас знакомить, — сказала Сирена.

Когда мы поднялись по ступенькам, хозяин особняка приветственно раскинул руки и широко улыбнулся.

Лицо у него было грубое, словно вырезанное из дуба. Только глаза весело искрились.

— Малышка, сколько лет, сколько зим! Давно не виделись!

— Не так уж и давно, Владислав Ильич, — в тон ему ответила Сирена и обхватила его обеими руками.

Мужик звонко похлопал её по спине.

— Ну, здравствуй. Рад, что жива. Знаю, что приезжаешь только по делу, да и час поздний, так что внимаю.

Сирена обернулась на меня.

— Позвольте вас познакомить. Проектировщик нашего участка.

— Родион Николаевич, — сказал я, протягивая руку.

— Казанский, — ответил резчик, крепко её пожав. — Владислав Ильич. Дайте угадаю: понадобилось оружие.

Сирена игриво шлёпнула его ладошкой по плечу.

— И ничего-то от вас не скроешь!

— А вы собирались? — подмигнул Казанский. — Останки привезли?

— В машине, — сказал я. — Исчадие примерно седьмого уровня.

Хозяин особняка присвистнул.

— Неплохо! Повезло, да? Давайте взглянем.

И он устремился мимо нас вниз по ступенькам. Переглянувшись, мы последовали за ним.

— Показывайте скорее, — проговорил Казанский, ткнув пальцем в брезент. — И, кстати, что вы имели в виду, сказав «примерно седьмого уровня»? У вас что, не было под рукой счётчика?

Сирена вытащила из кармана прибор и протянула его резчику.

— Взгляните сами. Я не стала сбрасывать показания.

Казанский уставился на экран, нахмурился, затем приподнял брови.

— А вот это интересно… — протянул он. — Такого я ещё не видел. Снимайте же брезент, умоляю!

Едва я отцепил путы, резчик отдёрнул край дерюги и уставился на останки.

— Маловаты, — констатировал он после паузы. — Особенно для седьмого уровня.

— Но вы сами видели параметры.

— Видел, ага. У вас счётчик, часом, не сломан?

— Обижаете, Владислав Ильич.

— Ну-ну… Всякое бывает. Это многое объяснило бы. Впрочем, сейчас всё выясним.

С этими словами Казанский подался вперёд и простёр над костями Исчадия руки. Растопырил пальцы, прикрыл глаза и замер.

Я слышал, что артефакторы могут определять параметры предмета, с которым им предстоит работать, безо всяких приспособ, но вживую ничего подобного не видел.

Казанский простоял минуты три, шевеля губами, хмурясь и кривя губы. Затем открыл глаза и медленно опустил руки.

— Удивительно, — прошептал он, не сводя взгляда с костей. — То ли новый вид седьмого уровня, то ли какой-то мутировавший восьмой, то ли… вообще нечто особенное.

— Внеуровневый монстр? — подсказала Сирена. — Я тоже так поду…

— Нет, — резко перебил Казанский. — Классифицировать можно всё. Просто… кажется, вам удалось убить принципиально новое порождение Излома. Можете рассказать всё, что знаете о нём? Как, когда…

— Простите, но это исключено, — сказал я. — Мне нужно сделать заказ на оружие. Возьмётесь вы или нет — вот всё, что я хочу знать.

Казанский схватился за подбородок.

— Это было бы крайне интересно… — пробормотал он. — Может получиться удивительная вещь!

— Так вы согласны?

— Что⁈ — он словно очнулся от моего вопроса. — Да-да, разумеется! С превеликим удовольствием! Правда, может понадобиться больше времени, чем обычно. Мне ведь не совсем знаком материал. Что именно вы хотите?

— Клинок и пули. Снайперские, разрывные. И дюжину для револьвера нарежьте. Сорок пятого калибра.

— А это-то вам зачем? — удивился Казанский.

— Для меня.

— Вы что, с револьвером на Исчадий собрались?

— Уже доводилось.

— И как?

— Вполне успешно, уверяю. Потому и нужно запас пополнить.

Резчик уважительно покивал.

— Хорошо, как скажете. Кости маловаты, так что много не получится. Но что есть, то есть. А на клинок можно пустить хребет. Должно выйти отлично. Знаете, я никак не ожидал, что сегодняшний вечер окажется таким удивительным! Мне уже не терпится приступить. Но нельзя. Нужно выспаться. Завтра! Я начну утром.

— И сколько времени это займёт?

— Как правило, на клинок уходит, в среднем, неделя. Некоторые процессы просто невозможно ускорить. Но в данном случае я ответить затрудняюсь. Спектр излучения очень уж… своеобразен. Дело может пойти как быстрее, так и медленнее обычного. И это создаёт определённые сложности.

Казанский, наконец, оторвал взгляд от останков и посмотрел на меня.

— Какого рода? — спросил я.

— У вас есть деньги, чтобы сразу заплатить за работу?

— Боюсь, нет.

Резчик кивнул.

— Этого я и опасался. В подобных случаях я беру заказы с условием, что клиент выкупит оружие в определённый срок. Если же нет, — он развёл руками, — готовый артефакт уходит другому покупателю. Иногда выставляется на аукцион. Благо, такие вещи не залеживаются. Но в данном случае я не могу обозначить срок изготовления. Поэтому и нахожу ситуацию затруднительной.

— Давайте сделаем так, Владислав Ильич, — сказал я. — Вы изготовите пули и клинок, а затем дадите мне знать. И я оплачу вашу работу. Если же денег у меня на тот момент не будет, артефакты ваши. Идёт?

— Идёт! — не задумываясь, ответил резчик и быстро протянул руку. — Договорились, ваше благородие.

— Пока нет. Во сколько мне это обойдётся?

Казанский снова схватился за подбородок.

— Оценить вот так сходу фронт работ трудно, однако, учитывая мой собственный интерес и опыт, который я получу, накину к обычной цене только пятнадцать процентов. Прекрасная Сирена знает, сколько я беру, так что не даст соврать.

— Шестьсот штук плюс пятнадцать процентов, — подсказала девушка. — Считайте сами, господин Львов.

— И, очевидно, твои комиссионные, — проговорил Казанский, обращаясь к ней.

На это Сирена отрицательно покачала головой.

— Нет, у меня должок перед его благородием. Он мне жизнь спас.

— А, ну это ваше дело, — кивнул резчик, сразу потеряв к данной теме интерес. — Кстати, если отдадите шкуру, могу сделать скидку. Скажем, тридцать процентов.

— А вот тут вы, Владислав Ильич, поскупились, — сказала Сирена укоризненно. — Она дороже стоит.

— Стоила бы, будь побольше, — не смутился Казанский. — А из этой много не сделаешь. Так что всё честно. Я человек с опытом и репутацией, мне надувать клиентов незачем.

Я стиснул его ладонь.

— Значит, договорились. Чем быстрее управитесь, тем лучше.

— Это как водится, — улыбнулся Казанский. — Сейчас позову подмастерьев, чтобы разгрузили. Не угодно ли пока выпить чаю или перекусить?

— Нет, спасибо, — ответил я.

По дороге умял два бутерброда, которые сделал Сяолун.

— Мне не хочется, — сказала Сирена. — После сна никогда нет аппетита.

— Ну это ненадолго, — проговорил резчик и направился к дому.

— Ехать обратно ночью слишком опасно, — обратилась ко мне девушка. — Предлагаю остаться в городе до утра и тогда уже отправляться. Я знаю неплохую гостиницу. Надеюсь, у вас есть карта или наличка?

Предложение было дельное. Переться назад несколько часов в кромешной тьме, полагаясь лишь на свет фар и удачу — так себе идея.

— Найдётся, — ответил я.

Машину освободили от костей и шкуры чудовища, мы распрощались с резчиком и покатили через город. Следуя указаниям Сирены, я вскоре подъехал к большому четырёхэтажному зданию с пафосным крыльцом. Перед дверью даже швейцар в старомодной ливрее с галунами имелся. Примерно треть окон ещё горела.

— «Пристань», — прочитал я вслух вывеску над входом. — Надеюсь, у них есть номера.

— Если что, можем и в одном переночевать, — сказала Сирена, отстёгиваясь. — В тесноте да не в обиде. Если, конечно, ваше благородие не считает ниже своего достоинства разделить комнату с простолюдинкой.

Глава 7

Фраза звучала то ли двусмысленно, то ли я о себе слишком много возомнил. Так сразу и не поймёшь. Хотя, как будто, больше похоже на первое.

— У меня нет проблем с отношением к другим классам общества, — ответил я, глядя на Сирену.

— Ещё и не сноб, — улыбнулась она. — Сплошные достоинства.

— Однако не хотелось бы причинять вам неудобства, сударыня.

— Ну, что вы, никаких неудобств.

Девушка наградила меня долгим взглядом. Так-так, похоже, на меня положили глаз. Интересно, чем я заслужил симпатию этой юной амазонки?

Войдя в гостиницу, мы сразу направились к стойке администратора. За ней переминался молодой паренёк с едва заметной рыжеватой щетиной. Видимо, ему казалось, будто он отращивает бороду.

— Доброй ночи, — дежурно улыбнулся он, когда мы приблизились. — Хотите снять номер?

— Два, — ответил я.

— Если есть, — добавила Сирена.

— Секундочку, — портье быстро сверился по компьютеру с базой и кивнул. — Да, есть свободные номера. Правда, не рядом. Но на одном этаже.

— Отлично, — кивнул я. — Берём. До утра.

Портье положил на стойку ключи с пластмассовыми бирками.

— Багаж?

— Мы налегке. Можете не провожать.

Парень кивнул.

— Завтрак?

— Почему бы и нет? Включите в стоимость.

— В таком случае оплачивайте и спокойной ночи.

Как только я провёл картой по терминалу, мы отправились на второй этаж искать свои номера. Сирена выглядела не слишком довольной. Похоже, рассчитывала-таки, что нам придётся ночевать вместе. Ничего, спать с тем, кто на тебя работает, пусть и неофициально — не лучшая идея. Даже если он является обладателем бесспорных достоинств.

— Кажется, это мой, — кисло сказала девушка, притормаживая возле одной из дверей.

— Увидимся утром за завтраком, — сказал я.

— Угу. Доброй ночи.

— И вам того же.

Вежливо поклонившись, отдавая дань галантности, я двинулся дальше по коридору и вскоре увидел свой номер.

Он оказался весьма скромным. Метров десять, из которых большую часть занимала односпальная кровать. Имелась также тумбочка, маленький столик, стул и телевизор. Чтобы провести одну ночь, сойдёт. В этой жизни я к роскоши не привык.

Раздевшись, направился в душ. Постояв под упругими горячими струями, переключил кран на холодную, а затем хорошенько растёрся и залез в кровать. Растянувшись, прислушался к ощущениям. Мышцы охватила приятная истома. Всё-таки, день выдался насыщенный, да и долгая поездка по не слишком ровной местности утомила.

Закрыв глаза, я приготовился погрузиться в сон.

Однако не прошло и пяти минут, как в дверь постучали.

Для обслуживания номеров поздновато.

Откинув одеяло, я встал и прошлёпал босиком к двери.

— Кто там?

— Это я.

Голос Сирены. Вот ведь неугомонная какая…

Отперев дверь, я застыл на пороге, не приглашая девушку войти.

Она была в гостиничном халате и тапочках. Волосы казались влажными. Похоже, девушка тоже приняла душ и даже спрыснулась духами. Интересно, где взяла. Неужто с собой прихватила?

— Что-то случилось? — спросил я.

— Мне вдруг пришло в голову, что я так толком и не поблагодарила вас за спасение, — ответила Сирена. — Вот, решила зайти.

— Что ж, это могло подождать до утра, но всегда пожалуйста.

Девушка уходить не торопилась. Видимо, ждала, что я соображу пригласить её в номер. Но дело было вовсе не в том, что перед ней стоял тугодум. Я действительно считал, что вступать в романтические отношения с членом отряда егерей ни к чему. Хотя Сирена, безусловно, была более, чем привлекательной особой. Встреться мы при иных обстоятельствах, я не колебался бы ни секунды.

Пауза затягивалась, и на лице девушки появилось разочарованное выражение.

— Что ж, не буду вам мешать спать, — проговорила она, едва сдерживая язвительность. — Сладких снов, ваше благородие.

— И вам, сударыня.

Она двинулась вдоль коридора, а я закрыл дверь.

Что ж, искушение было велико, но я выстоял. Оно к лучшему.

Вот только на этот раз уснуть было труднее: перед глазами так и мелькали воображаемые картины того, что могло бы произойти, не будь я так щепетилен. А фантазия у меня богатая — всё-таки, творческая личность, знаете ли.

Тем не менее, сон потихоньку начал меня одолевать.

И снова не удалась уснуть!

За окном раздался шорох. Как будто птица села подоконник, или ночная бабочка ударилась о стекло.

Можно было и проигнорировать, но я привык к осторожности. Так что сон как рукой сняло. Повернув голову, я уставился в окно. За ним было темно, только вдалеке виднелось в просвете между шторами мутное оранжевое пятно уличного фонаря.

Поднявшись, я подошёл и, накинув фантом, прижался к холодному стеклу. На тротуаре никого не было, однако шорох повторился. На этот раз стало ясно, что исходит он от стены под моим окном.

Так-так… Ну, поглядим, что будет дальше. Если я не параноик, то уснуть мне предстоит не так скоро, как хотелось бы.

Вернувшись к кровати, я быстро свернул одеяло, накинул на него покрывало, чтобы казалось, будто на постели кто-то лежит, и отступил в угол, для верности скрывшись в густой тени. Теперь увидеть меня было невозможно. Ну, если только фонариком посветить. Но незваные гости обычно так не делают. Если, конечно, не хотят быть обнаружены.

Спустя пару минут я услышал отчётливый, хоть и очень тихий, звук режущего стекло алмаза. Затем раздался хруст, и в комнату просунулась рука. Нашарив щеколду, она сдвинула её, и оконная рама медленно распахнулась.

В номер просунулась голова в чёрной лыжной маске, затем появилось туловище. Человек замер на подоконнике, всматриваясь в темноту. Его взгляд был обращён на кровать.

Через несколько секунд он аккуратно опустил сначала одну ногу, затем другую и оказался в комнате. Повертел головой и двинулся к постели. Ему пришлось сделать всего три шага, чтобы оказаться возле неё.

Следом никто не забрался, так что незваный гость был, по всей видимости, один.

В его руке появился нож. Оружие начало плавное движение вверх.

Что ж, злой умысел налицо. Но этот товарищ — всего лишь очередной инструмент. А меня интересует, кто заплатил за роковой удар.

Тени скользнули вдоль тела убийцы незаметно — словно взявшиеся из ниоткуда тонкие змеи.

Первая стянула его лодыжки, и человек покачнулся, теряя равновесие. Вторая оплелась вокруг занесённого запястья и притянула руку к телу. Ещё пара витков, и ассасин оказался полностью спелёнут.

— Доброй ночи, — проговорил я, выходя из укрытия. — Вы выбрали очень странный способ нанести визит.

Убийца резко повернул голову. В прорезях маски его глаза казались тусклыми камешками, на которые упал случайный холодный лучик.

— То, что мешает вам двигаться, может резать плоть, как масло, — предупредил я. — Так что не советую дёргаться. Вы полностью в моей власти.

— Похоже на то, ваше благородие, — проговорил человек. Голос был мужской. Да и фигура тоже. — И что будете делать? Полицию вызовете?

— А это зависит от вас.

— Вы меня заинтересовали, — убийца старался держаться молодцом, но по голосу было слышно, что он храбрится. — Какие будут предложения?

— Всего одно. Скажете, кто вас нанял, — отпущу.

Раздался смешок.

— Кто ж меня мог нанять? И зачем? Я просто поживиться хотел чем-нибудь. Вот и забрался к вам.

— Не держите меня за дурака.

— Даже и не думал. Честно, только спереть собирался что…

— Мне начать вас резать? Потому что время позднее, а я терпением не отличаюсь. У вас в руке нож, так что вопросов о допустимой самообороне даже не возникнет.

— Это я погорячился, каюсь. Но никто меня не нанимал, ваше благородие.

Я вздохнул.

— Что ж, вы не оставляете мне выбора. Очень жаль.

И тени начали сдавливать пленника. Пока не резали, но эффект был тоже неплохой. Мужик засипел, затем захрипел.

— Хватит! — с трудом выговорил он.

Я ослаблять давление не стал, но движение теней остановил.

— Слушаю вас.

— Я не знаю, как его звали. Он…

Повинуясь моему мысленному приказу, тени чуть-чуть стиснули тело пленника.

— Клянусь! — выдавил он из себя. — Никто в таких случаях не представляется!

— Не делайте вид, что вы впервые берёте у этого человека работу, — сказал я холодно. — Уверен, вам известно, кто он или на кого трудится. Имя, или от вас останутся только куски, чтобы предъявить полиции.

— Это был человек Молчанова! — едва слышно просипел убийца. — Вы обещали!

— Про свои обещания я помню.

Тени соскользнули с ассасина, но остались вокруг него, извиваясь, словно растущие из пола призрачные щупальца.

Мужик опасливо попятился к окну, глядя то на них, то на меня. Нож всё ещё был в его руке, но он будто позабыл о нём.

— Убирайтесь, — велел я, махнув в сторону открытой рамы. — Надеюсь, у вас хватит ума больше не появиться.

Не сказав ни слова, наёмник неуклюже перевалился через подоконник и исчез из виду.

Заперев за ним раму, я растянул перед ней паутину из теней. Вряд ли убийца вернётся, но лучше подстраховаться.

До утра я проспал спокойно. И даже встал чуть раньше, чем собирался. Принял душ, оделся и вышел в коридор. Прошёл немного и постучал в дверь Сирены. Она открыла почти сразу, уже одетая.

— Доброе утро, — сказал я. — Идёте завтракать?

— Конечно, я голодна, как волк.

Мы двинулись в гостиничную столовую.

— Как спалось? — поинтересовалась девушка.

— В целом, неплохо.

— Я вот, что сказать хотела. Если вдруг у вас вчера сложилось превратное впечатление, будто я пыталась забраться к вам в постель, то не льстите себе.

— Что вы, у меня такого и в мыслях не было. Я к собственной персоне отношусь очень скромно.

Вроде, прозвучало убедительно. По крайней мере, я старался говорить максимально серьёзно.

— Вот и хорошо, — кивнула девушка. — Потому что это не так!

— Само собой. С чего бы вам пытаться это делать?

Сирена смерила меня внимательным взглядом, словно проверяя, не прикалываюсь ли я. Не обнаружила никаких улик и успокоилась.

На завтрак подали яйца, совершенно разного размера и цвета, так что у Сяолуна при их виде наверняка перегорела бы пара микросхем, поджаренный бекон и тосты с маслом. Ну, и кофе, конечно.

Ели мы молча. Всё-таки, Сирена явно испытывала из-за вчерашнего некоторую неловкость. А я не знал, что сказать, да и не считал нужным развлекать её светской беседой. Тем более, оба мы были голодны, а еда оказалась очень даже вкусной.

Мы допивали кофе, когда к столику подошёл вчерашний портье.

— Прошу прощения, господин, — обратился он ко мне. — Я сейчас смотрел ваши номера, чтобы принять, и обнаружил в вашем отверстие в окне.

— Надеюсь, вы не думаете, будто я сам прорезал его, чтобы свежий воздух впустить? — отозвался я.

Вопрос смутил парня.

— А что же случилось?

— Ко мне ночью забрался воришка. Вырезал стекло, чтобы окно открыть.

— О, Боже! — всполошился портье. — Надеюсь, вы не пострадали⁈ Ничего не украдено?

— Я его спугнул, так что обошлось.

— Мне очень жаль! — кажется, парень говорил искренне. — Может, стоит вызвать полицию? Будете писать заявление?

— Злоумышленник был в маске, так что опознать я его всё равно не смогу. Да и ехать уже надо.

— Приношу вам от лица гостиницы глубочайшие извинения, господин. Даже не припомню, чтобы такое случалось прежде.

Вот в это я, кстати, поверил.

Когда портье удалился, Сирена спросила:

— Что за история?

— Да вот, как рассказал.

Девушка прищурилась.

— С трудом верится, что это всё.

Я пожал плечами.

— Увы, мне не удалось побеседовать с тем парнем. Вы готовы ехать?

— Да. Выдвигаемся.

В Львовку мы вернулись к полудню.

— Везти вас в лагерь, или желаете задержаться? — спросил я, сбрасывая скорость.

Сирена окинула меня внимательным взглядом. Задумалась. Кажется, даже хотела согласиться, но сказала:

— Нет, пожалуй, откажусь. Нужно возвращаться в отряд. У нас на завтра рейд намечен. Да и нечего мне тут делать.

— Хорошо, как скажете.

Прибавив газу, я поехал дальше. Когда добрались до базы егерей, она вышла и помахала рукой.

— Спасибо, — сказал я, опустив окно. — Вы меня очень выручили.

— Была рада. Обращайтесь.

Прозвучало это как всего лишь вежливость. Девушка быстро пошла к дому, из которого я её забрал, но вдруг остановилась и вернулась.

— А можно задать вопрос, ваше благородие?

— Конечно. Слушаю внимательно.

— Как думаете, сможете тут всё организовать? Как надо.

— Почему нет? Это входит в мои планы.

Сирена кивнула.

— Что ж, будем надеяться.

— Я никогда не надеюсь.

Мои слова заставили брови девушки приподняться.

— Никогда? Как же без этого?

— Надежды всегда заканчиваются разочарованием. Знаете, почему?

— Просветите меня, умоляю.

— Люди надеются получить то, чего не могут достичь. Поэтому я не надеюсь. Я проектирую. Всего доброго, Сирена.

— И вам. Ваше благородие.

Пока девушка шагала к дому, ей навстречу вышел Кот. Приветственно поднял руку. Я дважды нажал на клаксон и начал разворачиваться.

Сирена сразу исчезла в доме, а маг провожал меня взглядом, пока база не скрылась за деревьями.

Когда я вернулся в поселение, был уже второй час. А значит, скоро обед.

Сяолун встретил меня на улице, как положено преданному слуге после долгого отсутствия господина.

— Как прошло? — спросил он. — Я уже начал беспокоиться. Думал, вы вернётесь раньше.

— Решили заночевать в гостинице, чтобы не тащиться по темноте, — ответил я. — Всё спокойно? Обошлось без инцидентов?

— Да, хозяин. Никто не посягал на вашу Скрижаль. Значит, вы провели ночь с прекрасной Сиреной? Она пленила вас своим голосом?

И он улыбнулся, давая понять, что шутит.

— Ну, мифические сирены поедали свои жертвы, так что ситуация не идентичная.

— Но вас можно поздравить?

— С чем?

— Как же⁈ — удивился синтетик. — Разве ночь с красивой девушкой не повод для поздравлений?

— Мы были в разных номерах.

— О, мне так жаль, — немедленно расстроился Сяолун. — Наверное, вы просто не в её вкусе. Я читал, что женщины часто выбирают партнёров, которые напоминают им отца.

— Фу! Тебя не туда понесло.

— Но это не мои выдумки, а выводы психологии.

— С чем её и поздравляю. А меня от своих инсинуаций, будь добр, избавь. Что с обедом?

— Готов, разумеется. Прикажете греть?

— Давай. А я пока переоденусь. Жаркое нынче лето.

— По сравнению с пятью прошлыми, не особенно. Самым жарким было…

— Лун! — прервал я андроида. — Меня не интересует статистика. Расскажи лучше, чем Марфа сегодня порадует.

После обеда я отправился прогуляться по участку. Надо было проверить, как идут дела у миньонов.

Они справлялись. Я лишь однажды подкорректировал схему, да и там не было ничего существенного. Очень хотелось побыстрее заняться изучением нового вида смарагдита. Но оборудование пока не было готово. Приборы — штука тонкая. Особенно сложные. Тут ведь ещё материал подходящий в нужном количестве найти нужно. Металлы там всякие редкие.

Когда проходил мимо почти достроенной школы, из церкви показался отец Филарет и тут же направился ко мне. Наперерез, как акула.

— Ваше благородие! — воскликнул он, помахав рукой, хотя не увидеть его было невозможно. — Сын мой! У меня к тебе дело! Не откажите, ради Христа!

— Что случилось? — спросил я, сбавляя темп.

Священник размашисто зашагал рядом со мной.

— Школа почти готова, но в ней ведь нет ничего. Ни парт, ни досок, ни шкафов.

— Что вы собираетесь класть в шкафы?

— Учебники, пособия всякие. Сейчас, конечно, их нет, но ты ведь закажешь?

— Ну, сказал «а», говори и «б». Так что придётся. Вы только составьте список. У нас ведь дети не для всех классов в наличии.

— А я уже озаботился, — отец Филарет ловко вытащил из кармана рясы и протянул мне листок, испещрённый прилежным почерком отличника духовной академии. — Здесь самое необходимое. Я понимаю, что у тебя и других трат немало.

— Очень мило, но на книжках, небось, не разорюсь. Учеников-то у нас негусто.

— Но ведь появятся ещё.

В голосе священника прозвучала надежда.

— Конечно, — согласился я. — Наверняка.

Немногие приезжают на Фронтир с семьями, но и таковые встречаются.

Забрав список, я сунул его в карман.

— А насчёт мебели и досок, так не разрешишь ли ты, сын мой, кабальным по развалинам поискать? Там наверняка всё нужное найдётся на первое время. Исчадие ведь извели, значит, бояться нечего?

— Поговорю с Арсением. Снарядим вам отряд добытчиков, батюшка.

Получив благословение, я отправился проведать шахту.

И вот там меня ждал сюрприз. Приятный или нет — решайте сами.

Глава 8

Арсений отыскался на краю карьера — вёл учёт извлекаемого из недр смарагда. Увидев меня, стянул с лица солнечные очки и отвесил торопливый поклон.

— Ваше благородие! Добрый день.

— И тебе не хворать. Как дела?

— Темпы растут. Хорошая динамика, — он сунул очки в нагрудный карман спецовки. — Мне нужно бы вам кое-что показать. Думаю, вас это заинтересует.

— Считай, заинтриговал. Я весь внимание.

Вид у бригадира был озадаченный, так что, похоже, новости меня ждали занимательные.

— Позвольте вас проводить, барин.

Мы зашагали в сторону склада. Здание практически достроилось, так что смарагд больше не лежал под открытым небом.

Нырнув в ворота, Арсений поспешил мимо сложенных в ржавые контейнеры, явно принесённые миньонами с развалин Мадоны.

— Сюда, — сказал он, оглядываясь на ходу.

Я не отставал, так что вскоре мы добрались до стоявшего отдельно большого пластмассового ящика. Над его краем возвышалась горка руды. Вот только она была не изумрудного, а насыщенного лилового цвета!

— Вот, — сказал бригадир. — Это мы нашли в карьере сегодня. Здесь всё, что было. Я решил, что не стоит смешивать с обычным смарагдом. Вы слышали о чём-то подобном, ваше благородие?

Я отрицательно покачал головой.

Необычная руда имела тот же цвет, что Скрижаль и выпавший из Исчадия-Кристины кубик.

— Думаю, никто ещё не слышал о таком, — сказал я. — И не видел.

— Мне тоже так кажется, — проговорил Арсений. — Парни опасаются этой партии. Считают, что она проклята. Интересно, сколько за неё можно выручить.

Меня куда больше волновало, какова структура этой руды.

— Ты вот, что, Арсений, — сказал я, глядя на бесформенные лиловые куски. — Вели своим парням об этом никому не говорить. Даже домашним. Понял? Продавать мы это пока не станем. Укрой эту партию и задвинь подальше в какой-нибудь угол. Надо разобраться, что это такое.

— Всё ясно, — кивнул бригадир. — Сделаю, барин.

Протянув руку, я взял из ящика кусок поменьше — такой, чтобы в карман уместился. От обломка исходила знакомая энергия хаоса, только очень слабая. Будто далёкое эхо. Ну, это понятно: руда она и есть руда. Интересно, чем этот вид отличается от привычного зелёного.

— Прихвачу для исследования. И дай мужикам понять, что насчёт не трепаться я серьёзно.

— Конечно, ваше благородие. Никто не пикнет. Сейчас же распоряжусь убрать этот ящик подальше.

— Хорошо. У меня к тебе, кстати, дело, — я направился к воротам склада, так что Арсению ничего не оставалось, кроме как последовать за мной. — На развалинах теперь опасаться нечего, поэтому надо отрядить несколько крепких мужиков поискать для школы мебель. Парты, стулья, столы, шкафы, доски. И вообще, всё, что может пригодиться. Я думаю, среди обломков всё это есть. Были ж в Мадоне школы.

Бригадир с готовностью кивнул.

— Всё сделаем, барин. Тем более, не так уж много и нужно. Детишек ведь у нас тут всего ничего.

— Как твоя супруга, кстати?

— Хорошо, ваше благородие. Спасибо. Марья Игнатьевна её держит на контроле, дай ей Бог здоровья. Говорит, беременность проходит легко.

— Ну, и отлично.

Оставив бригадира продолжать трудиться, я поспешил домой. Хотелось показать новый смарагд Яриле. Без посторонних глаз.

Как минимум, она сможет сравнить строение его кристаллической решётки и спектр с параметрами выпавшего из Исчадия кубика.

До двери оставалось метров десять, когда я услышал донёсшиеся из-за угла крики. Кажется, детские. Хм… И что молодёжь тут забыла, интересно?

Чуть помедлив, я решил-таки взглянуть и, свернув, направился вдоль фасада.

Вскоре смог разобрать не только вопли, но также сопение и звуки ударов. Прибавив шагу, свернул за угол и увидел, как Кирилл на пару с Димой дерутся с четвёркой пацанов постарше. Причём, как ни странно, явно побеждают: первый осыпал пинками поочерёдно двоих противников, третий пытался подняться с земли, размазывая по лицу кровь, а Дима сидел на последнем и яростно мутузил его кулаками, вынуждая прикрывать голову.

На земле валялись две брошенных метлы.

— Эй! — рявкнул я строго. — Эт-то ещё что такое⁈

Тот, который был в крови, испуганно повернул голову и немедленно ломанулся прочь, на ходу пытаясь принять вертикальное положение.

Оба противника Кирилла ринулись в разные стороны. Сын же Марфы помедлил секунду, решая, за кем погнаться, и рванул направо.

Сделав три шага, я схватил Диму за шкирку и стащил с подмятого им парня. Теперь было видно, что на футболке у того тоже кровь. Мальчишка рыдал в голос. Перевернувшись, он бросился прочь.

Кирилл извивался, пытаясь вырваться. Ну, и силища у него, однако!

Пришлось его хорошенько встряхнуть, чтобы привести в чувство.

— А ну, прекрати! Слышишь⁈

Парень обернулся и застыл, уставившись на меня. Взгляд у него был совершенно безумный. Правда, выражение неистовой ярости почти тут же сменилось растерянностью, а затем — испугом.

Я выпустил его.

— Ну, молодой человек, и как это понимать? Извольте объясниться!

Кирилл судорожно сглотнул, но взгляд не опустил. Правда, дерзости в нём не было. Скорее, он смотрел на меня, как кролик — на удава.

— Ба-ба-барин… — пробормотал он, хлопая ресницами.

— Он самый, — подтвердил я, стараясь сохранять суровый вид. — Так в чём дело? Что за гладиаторские бои вы тут устроили?

— Это… Ну, в общем… Да ничего особенного, барин. Просто подрались немного.

В этот момент вернулся запыхавшийся от бега Дима. Заметив меня, встал, как вкопанный.

Я поманил его пальцем.

— Иди-иди сюда, голубчик. Догнал?

— Нет, барин, — ответил парень, робко приближаясь. — Удрал, гад! Ничего, мы с ними ещё разберёмся!

Его глаза мстительно сверкнули.

— Причина драки? — осведомился я.

Мальчишки переглянулись.

— Да ерунда, барин, — сказал Дима, потупившись. — Зачем вам?

— Интересно, с какой стати вы так старательно пытались испортить моё имущество.

— Какое имущество⁈ — встрепенулся Кирилл. — Мы ничего не трогали, честное слово!

— А как же ваши соперники? Они принадлежат мне.

Оба парня опустили головы.

— Они первые начали! — буркнул Кирилл.

— Охотно верю. Вряд ли вы кинулись бы на вдвое превосходящие силы противника. Или так и было? Только не врать!

Мальчишки снова переглянулись.

— Нарвались они, — нехотя проговорил Кирилл. — Сами виноваты.

— А поконкретнее?

— Про мамку его всякое болтали, — сказал Дима, кивнув на товарища. — Мы и не стерпели.

— Заступиться за женщину, конечно, дело благородное. Только зачем же в драку сразу лезть? На слово надо словом отвечать. Принцип соразмерности. Не слыхали? Кстати, а что вы, вообще, тут делаете?

— Так Кирюха живёт тут, — ответил Дима с лёгким удивлением. — С мамкой. Она ж к вам переехала. А я к нему пришёл. Помочь.

— С чем помочь?

— Господин Сяолун поручил мне уборкой двора заниматься, — гордо заявил Кирилл. — Сказал, если буду стараться, то со временем до лакея дорасту.

Вот оно, что. Верно, Марфа ж теперь живёт в особняке, и логично, что сын перебрался вместе с ней. А Сяолун, конечно, не может видеть, как кто-то бездельничает.

— И что же такого сказали ваши противники? — поинтересовался я.

— Да неважно, — качнул головой Кирилл. — Дураки они!

В голосе послышалась злость.

— Такое и повторить стыдно, — добавил Дима.

Хм… Кажется, нетрудно догадаться. Видимо, намекнули, что Марфа у меня в особняке не только обязанности кухарки выполняет.

— Только мы это, барин, — начал вдруг Кирилл, упрямо заложив руки за спину. — Пацанов сдавать не будем! И не спрашивайте имена даже! Мы не стукачи!

— Не собирался.

За время разговора я успел убедиться, что, если не считать пары синяков, мальчишки не пострадали. Похоже, им удалось сразу завладеть инициативой в драке.

— Ладно, считайте, что получили выговор и предупреждение, — сказал я строго. — А теперь хватайте мётлы и за дело.

— Не накажете? — удивился после паузы Кирилл.

— Вы с теми парнями друг друга покарали уже.

— А мамке скажете? — осторожно поинтересовался мальчишка.

— Не в этот раз. Всё, за работу!

— Спасибо, барин!

— Спасибо!

Обрадованные, парни схватили мётлы и принялись яростно скрести ими по земле, раскидывая во все стороны прошлогодние листья.

Кивнув, я направился обратно.

Войдя в дом, застал Сяолуна, Ярилу и Алёну. Горничная всхлипывала, утирая слёзы уголком белоснежного передника. Аватар стоял, сложив руки на пышной груди и криво ухмыляясь. Дворецкий же был страшен, как грозовая туча. Кажется, я явился на ещё какие-то разборки.

— Хозяин! — возопил Сяолун, едва я переступил порог. — Это просто возмутительно! Данная особа, — он обвиняюще ткнул пальцем в сторону Ярилы, — устраивает саботаж! Умоляю, запретите ей появляться в доме, когда вздумается!

— Что случилось? — спросил я, переводя взгляд с одного участника мизансцены на другого. — Выкладывайте быстро, у меня ещё куча дел!

— Эта дура увидела меня и решила, что ей явилось привидение! — презрительно усмехнулась Ярила, глядя на горничную. — Сама виновата, если верит в такую чушь!

— Врёшь! — прошипел Сяолун. — Ты нарочно её пугала! Прикидывалась призраком. И это не в первый раз! Алёна уронила из-за неё тарелку! Вдребезги, конечно! Ты хоть представляешь, как трудно найти здесь целую посуду, кровопийца⁈

ИскИн пожал плечами.

— Это только твоё мнение, железяка, — сказала она.

— Заставьте её говорить правду, хозяин! — воскликнул дворецкий. — Вам она не посмеет солгать!

— Зачем пугала Алёну? — спросил я.

— А чего она шастает, где вздумается? — вскинулась Ярила. — И ещё я слышала, как она говорила Марфе, что вы просто душка. Ну, не наглость ли⁈ Кем ты себя возомнила, сопля⁈

При этих словах горничная покраснела и опустила голову. Рыдания стали сильнее.

Ясно. У ИскИна очередной приступ ревности.

— Впредь так не делай, — сказал я аватару. — И в доме будешь появляться либо по моему зову, либо в случае крайней необходимости.

— Как⁈ Меня изгоняете⁈ Из-за неё⁈

— Сама виновата. Нечего было изображать привидение. Ты здесь для работы, а не развлечения.

— Простите… повелитель, — помолчав, проговорил ИскИн. — Вы правы. Больше не буду. Только не гоните, а!

— Может, и передумаю. Если будешь себя хорошо вести. А теперь идём со мной. Есть дело.

Ярила немедленно просияла. Сегодня она выглядела иначе: распущенные светлые волосы, голубое платье до колен в белый горошек, красные туфли на шпильках.

— Конечно, господин, я вся ваша! — воскликнула она. — Куда прикажете?

— В кабинет.

Я двинулся вперёд. Аватар поплыл следом.

— Как вам мой новый образ? — спросила Ярила, когда мы дошли до двери. — Нравится?

— Неплохо. С чего такая перемена?

— Познаю свою женственность.

— Ясно. Залетай.

Как только мы оказались в кабинете, я достал кусок смарагда и поднял его перед глазами Ярилы.

— Это нашли в карьере. Какой-то новый вид руды. Можешь определить структуру и спектр, а затем сравнить с параметрами того кубика, что я тебе показывал? И шифруй эту запись, кстати.

Ярила уставилась на лиловый обломок. Её глаза несколько раз быстро мигнули.

— На первый взгляд, они очень похожи, — сказала она. — И кристаллической решёткой, и спектром. Но для полного анализа требуется специальное оборудование. А оно пока не готово.

Обойдя стол, я положил образец в верхний ящик.

— Мы к этому ещё вернёмся. А теперь ступай.

Горько вздохнув, Ярила растворилась в воздухе.

Не то, чтобы я многого ждал от изучения новой руды. Возможно, она окажется менее эффективной, по сравнению с обычной. Но понять, что происходит на моём участке, совершенно необходимо. И желательно сделать это по-тихому.

В течение следующих двух дней ко мне наведались представители «Импергаза», «Бакунефти» и ещё пары концернов помельче. Как я и думал, предложение «Газ-Татара» оказалось самым выгодным. Так что я заключил с ним договор, и Коробкин улетел абсолютно счастливым, пообещав, что топливо будет поставлено в ближайшее время. Благо, бензоколонка как раз достраивалась.

Вместе с ней в Львовке (название было утверждено на второй день после визита Коробкина) должно было прибавиться жителей, ибо нефтяная компания поставляла вместе с топливом своих сотрудников.

Прикинув перспективы, я отправил несколько новых миньонов строить ещё одно крыло гостиницы.

По периметру поселения возводились турели и сторожевые башни. Пока что они мало напоминали грозные оборонительные сооружения, которые способны косить пехоту и уничтожать бронетехнику ещё на подходе, но я знал, что скоро периметр моего поселения будет надёжно защищён. В схемы я интегрировал чертежи генераторов силовых полей, так что даже Исчадиям придётся потрудиться, чтобы уничтожить хотя бы одну башню. А у меня их со временем будет несколько рядов. Правда, для этого понадобятся дополнительные вливания в виде смарагдитов, но у меня имелся запас, которого хватит на ближайшее время. А там, глядишь, я рейд на завод с изменёнными Гнилью мехами организую. Незачем такому добру пропадать. К тому же, надо разобраться, что это за процессы превратили машины в Исчадий. В конце концов, завод находится на территории, которую я планирую присоединить. Как только радиус действия вышки достигнет границы, и начнётся возведение фортификаций, я начну работать над тем, чтобы увеличить покрытие. Так что новый участок непременно станет моим. И хорошо, если к тому времени на нём уже не будет кучи изменённых Изломом роботов. Это, правда, работа гарнизона — зачищать новые территории, но у меня свой интерес, так что лучше опередить армейских.

В целом, дела шли полным ходом. На каньоне прибавилось техники. Рабочие обнаружили ещё одну жилу лилового смарагда, поменьше первой. Выработали её за несколько часов.

Да и школа была, наконец, готова, так что отец Филарет ликовал. В отличие от немногочисленных учеников, которым теперь предстояло грызть гранит науки и постигать богословие под его чутким и бескомпромиссным руководством.

Мебель и прочее в школу принесли, так что священник мог приступать к занятиям. Что он и сделал. Оказалось, что расписание и учебные программы он составил заранее, поэтому День знаний случился в Львовке посреди лета. О том, что это время каникул, миссионер и слышать не захотел. Он считал, что нужно навёрстывать, навёрстывать и навёрстывать. Как бы ему по головушке кирпичом однажды ночью не попало от благодарных учеников. Случайно.

Куда больше школы меня интересовала пожарная станция. Еремей и мужик, которого он выбрал себе в напарники, прошли ускоренный курс у Ярилы. Это, конечно, ерунда, но я планировал снабдить службу автоматическими машинами для тушения возгораний, так что пожарным оставалось только следить, чтобы никто не сгорел, и направлять мехов в случае необходимости. Робота я собрал для начала одного, и Еремей с напарником усиленно тренировались нести службу под чутким надзором Ярилы.

На третий день к вечеру оборудование для лаборатории было, наконец, собрано, и я смог заняться исследованиями.

Увы, я не учёный, а привлекать посторонних было нельзя, так что пришлось запрячь ИскИна. Его анализаторские способности оказались для этого дела совершенно необходимы. Разумеется, и процесс, и результаты шифровались.

Ярила проводила подробное и глубокое исследование строения образцов слизи, лиловой руды и смарагдита, выпавшего из Исчадия. Благодаря научным работам, опубликованным в сети, она также могла составлять на их основе интерпретации и делать выводы. И это было самым интересным.

Во-первых, как я и думал, ничего подобного до сих пор люди не получали и не изучали. Так что мне досталось нечто особенное. Во-вторых, доставшиеся мне образцы отличались повышенной энергией. Лиловый смарагд содержал в три раза больше силы, чем стандартный. И отличался от него строением на семьдесят четыре процента. Кроме того, его спектр был гораздо богаче.

Кубик же и вовсе превосходил самые крупные стандартные кристаллы по всем параметрам минимум в пять раз!

Вот только во всех образцах я чувствовал колебания хаоса. А значит, их использование может оказаться сопряжено с возникновением непредсказуемых побочных эффектов. Я, допустим, смогу это контролировать, а вот люди — нет. Так что сдавать лиловый смарагд нельзя. Это слишком рискованно.

В слизи, на первый взгляд, ничего особенного не обнаружилось — просто сильная магическая субстанция, порождённая Изломом. Но спустя некоторое время и ещё ряд тестов ИскИн объявил, что обнаружил странные химические соединения, нуждающиеся в более тщательной проверке.

Мы как раз занимались изысканиями, когда Ярила вдруг прервалась, нахмурилась и сказала:

— Шеф, на территории участка обнаружен вертолёт. Мне удалось идентифицировать опознавательные знаки. Это правительственная машина губернского управления.

Хм… Странно. Я ждал, что Молчанов доложит, куда следует, о том, что его сосед прикончил то ли архитектора, то ли Исчадие, и ко мне пришлют полицейского следователя.

Губернский инспектор должен был появиться гораздо позже — осмотреть участок на предмет темпов развития. Поэтому его преждевременный визит ничего хорошего не предвещал.

— По моим расчётам, вертолёт будет здесь через три минуты сорок секунд, — добавила Ярила. — Не упоминая погрешности.

— Значит, надо встретить дорогого гостя, — сказал я, вставая. — Продолжай тут без меня. Потом доложишь о результатах.

И я отправился знакомиться с местной бюрократией.

Глава 9

Вертолёт был боевой, но выкрасили его в гражданские цвета и добавили на угловатый бронированный борт герб Орловска.

Опустился он перед особняком. Я добрался до дома раньше и теперь стоял на крыльце, наблюдая за тем, как из машины выбираются охранники, а за ними — маленький тщедушный человечек с сером костюм, алом галстуке и старомодно зализанными чёрными волосами.

Пригибаясь, он направился ко мне, на ходу сняв солнечные очки и сунув их в нагрудный карман.

Лопасти вертолёта быстро замедлялись, так что, когда человек протянул мне руку и заговорил, ему даже не пришлось особо перекрикивать шум мотора.

— Градов Леонид Борисович. Губернский инспектор, — представился он и достал удостоверение с золотым двуглавым орлом на обложке.

— Рад знакомству, — ответил я, взглянув на документ. — Добро пожаловать. Не ждал вас так скоро. Поговорим в доме?

— Конечно. Парни, ждите здесь, — велел он охранникам и вошёл в холл. — Знаю, что нагрянул как снег на голову, — проговорил Градов, быстро осматриваясь и словно избегая глядеть мне в глаза. — Но мы не знали, как с вами связаться и предупредить. Надеюсь, не нарушил какие-то планы?

— Ни в коем случае, — ответил я. — Пройдём в гостиную, или желаете сразу приступить к осмотру участка?

— Нет, сначала поговорим. Есть ещё одно дело, к сожалению. Собственно, из-за него меня к вам его превосходительство господин Назимов и прислал раньше положенного.

— Я заинтригован. Прошу сюда.

— Даже не догадываетесь, в чём дело? — спросил инспектор, наконец, заглянув мне в глаза.

— Есть одно предположение. Но не хочу лезть вперёд.

В этот момент нам навстречу вышел Сяолун. Отвесил учтивый поклон.

— Не будет ли каких приказаний, хозяин?

— Чай, кофе, перекусить? — предложил я Градову.

— Нет, благодарю. Я питаюсь дважды в день и стараюсь пить только воду.

— Ничего не нужно, — сказал я Сяолуну. — Но, возможно, охранники господина Градова захотят освежиться. Они на крыльце.

Спустя несколько секунд мы с инспектором вошли в гостиную и сели напротив друг друга.

— Итак, — проговорил я, глядя на него в упор. — Чему обязан?

— Губернской администрации стало известно, что на вашей земле пропал человек, — ответил Градов, кладя ногу на ногу. — Некая Кристина Бекасова, работавшая на соседнем участке архитектором.

— Господин Молчанов сообщил?

— Источник значения не имеет. Важен факт исчезновения. Могу я узнать, что вам об этом известно?

— Разумеется. Я, правда, ожидал кого-то из полиции.

Градов приподнял тонкие брови.

— Вот как? Значит, дело уголовное?

— Ни в коем случае. Видите ли, мне, действительно, известна судьба господи Бекасовой, но она не совсем такова, как вы, вероятно, предполагаете.

— У меня нет никаких предположений, господин Львов, уверяю. Моё дело — установить истину, не более того.

— Госпожа Бекасова приехала ко мне на ночь глядя под выдуманным предлогом и напала.

— Простите, вы имеете в виду попытку убийства?

— Именно так. Она оказалась Исчадием. Разумеется, мне пришлось защищаться.

— Так девушка мертва?

— О, да. В этом нет никаких сомнений.

— Можно увидеть её тело?

— К сожалению, нет. По закону, останки Исчадия принадлежат тому, кто его убил, так что я отдал их на переработку.

Градов озадаченно пожевал тонкими губами.

— То есть, вы утверждаете, что девушка превратилась в Исчадие прямо на ваших глазах?

— Совершенно верно, господин инспектор. Такая ужасная сцена. Я, признаться, рассчитывал, что госпожа Бекасова прибыла по абсолютно иному поводу. Учитывая поздний час её визита.

— Понимаю, — после паузы протянул Градов. — Простите мой скептицизм, я не хочу сказать, что вы лжёте, но мне нелегко поверить в случившееся, — он говорил медленно, тщательно подбирая слова. — Есть какие-то доказательства? Свидетели хотя бы.

— Имеется сделанная ИскИном запись. Полагаю, она вас полностью удовлетворит.

— Какая удача. Давайте её посмотрим, если не возражаете.

— Напротив. В моих интересах снять с себя любые подозрения в противоправных действиях. Ярила!

В гостиной немедленно возник аватар. Выглядел он не так, как когда мы были в лаборатории. Для встречи с чиновником Ярила выбрала строгий чёрный костюм: белую блузку, приталенный пиджак и юбку-карандаш до колен. Белые волосы спадали искрящимися локонами на плечи.

— Ярила, продемонстрируй господин инспектору запись с той девушкой, которая превратилась в Исчадие.

— Слушаюсь, ваше благородие.

Ярила повернула голову вправо, и в воздухе появилось подобие экрана, на котором запустилась отредактированная версия видео.

Длилось оно недолго. Но показанного вполне хватало, чтобы отпали любые сомнения в том, что Бекасова превратилась в монстра и атаковала меня.

Пока Градов смотрел запись, я наблюдал за ним. Костистое лицо, обтянутое бледной сухой кожей, едва заметно подёргивалось, губы то и дело кривились, и при этом инспектор почти не моргал, будто боялся что-то пропустить. Когда видео закончилось, он медленно повернулся ко мне.

— Запись ведь отредактирована? — спросил он. — Я имею в виду, что имел место монтаж, верно?

— Я сократил запись, удалив некоторые моменты, которые не хотел бы афишировать. Главное, что момент трансформации госпожи Бекасовой зафиксирован. Как и факт нападения.

— Да, с этим не поспоришь. Мне понадобится эта запись для проверки на признаки генерирования изображения. Стандартная и обязательная процедура, необходимая для признания видео подлинным. Не думайте, что я подозреваю вас в фальсификации.

— Конечно. Ярила перешлёт вам копию, куда скажете.

Градов продиктовал ИскИну электронный почтовый адрес. Я обратил внимание, что это был не его личный, а административный ящик. Значит, расследование вполне официальное.

— Через несколько дней вы получите уведомление о результатах проверки, — сказал Градов. — Но не думаю, что запись подделана, так что беспокоиться не о чем. Лично я вполне удовлетворён. Остаётся вопрос захоронения, конечно. Родственники госпожи Бекасовой могут затребовать останки. Так что придётся разобраться в юридических тонкостях. Но не думаю, что у вас будут с этим проблемы. По факту, вы убили Исчадие, а значит, трофеи ваши. А вот касательно того, как, где и когда госпожа Бекасова стала чудовищем, будет инициировано расследование. О случаях, когда твари удавалось маскироваться, да ещё и вести себя разумно, до сих пор известно не было. Думаю, эта запись всколыхнёт ил, так сказать. Надеюсь, вы окажете участникам разбирательства полное содействие.

— Разумеется, как же иначе? Это мой долг. Вот только всё, что мне известно, так это что контракт у Бекасовой с господином Молчановым заключен был на пять лет, и что она училась в академии на два курса старше меня. И то — с её слов. Я её, например, не помню.

Инспектор слушал очень внимательно.

— Что ж, это мы проверим, — пообещал он. — Со всей тщательностью. А теперь, если не возражаете, давайте, коли уж я здесь, осмотрим участок.

— С удовольствием всё вам покажу. Времени прошло мало, но дело движется.

Мы поднялись и двинулись к выходу.

— У вас нет архитектора и инженера? — спросил Градов. — Сами справляетесь?

— Да, предпочитаю полагаться лишь на себя.

— Это существенно замедляет развитие участка.

— Об этом судите сами. Лично я ничего критичного не вижу. Главное — иметь нужные чертежи.

— Ваш участок на Западном Фронтире считается одним из ключевых, — проговорил Градов, когда мы вышли на улицу и двинулись к ближайшим постройкам. — Вы получили его, потому что у вас большой потенциал, позволяющий распространять действие преобразователя гораздо дальше, чем у большинства других выпускников. Да, в администрации стараются быть в курсе того, кто приезжает на приграничье. Так что не удивляйтесь моей осведомлённости. В общем, у вас целый город в руинах, а значит, предполагается, что вы постепенно отстроите из них новый. Догадываетесь, к чему я веду?

— К железной дороге?

Градов на секунду растянул тонкие губы в подобии улыбки.

— Именно, господин Львов. Рельсы тянутся всё дальше на запад, и тот, через чьи земли они буду проложены, станет не в пример богаче и влиятельней соседей. Разумеется, его превосходительство заинтересован в том, чтобы это были достойные, надёжные люди, неравнодушные к судьбе губернии.

Так-так… А вот это интересный поворот беседы. Кажется, инспектор пытается на что-то намекнуть.

— Отлично понимаю его превосходительство, — ответил я.

— Это хорошо. Мне как раз и поручено установить, должными ли темпами развивается ваш участок.

— Что ж, с удовольствием вам всё покажу.

Экскурсия заняла около часа. Градов был внимателен и даже дотошен. Смотрел, расспрашивал, делал замечания. Иногда — довольно дельные.

Наконец, он остановился и сказал:

— Полагаю, картина ясна. Должен заметить, что вы несколько разбрасываетесь, господин Львов. Не сочтите за придирку. Я не вижу чётких приоритетов. Вы словно стремитесь угодить всем, из-за чего добыча смарагда движется не так быстро, как могла бы. А это — главное, уверяю. Руда — кровь Фронтира. Для того, чтобы железную дорогу проложили через ваш участок, объём извлекаемого из земли сырца должен быть процентов на двадцать пять-тридцать выше, чем сейчас. Это минимум.

— В ближайшее время я его увеличу.

— Очень надеюсь. Но пока не могу доложить его превосходительству, что темпы достаточно высоки. Боюсь, он будет разочарован. Конечно, это только первая проверка. До принятия окончательного решения ещё далеко. Мне придётся наведаться к вам в будущем разок-другой и посмотреть, как идут дела. Ваши соседи прибыли на Фронтир раньше и немало преуспели. Их участки рассматриваются в качестве альтернативы для прокладки путей.

Кажется, я понял, к чему клонит инспектор. В его власти описать ситуацию на моём участке и так, и этак. Сгустить краски или, наоборот, смягчить рапорт. Иначе говоря, Градов почти наверняка рассчитывал на взятку.

Интересно, какая у него на этот счёт договорённость с Молчановым. Наверняка тот подсуетился и что-то предложил, раз даже землю под вокзал разметил.

— Давайте вернёмся в дом, освежимся и обсудим перспективы, — сказал я.

— Конечно, — согласился инспектор. — Надо дать ногам отдых. По такой жаре долго не походишь. Советую, кстати, обзавестись кондиционером, если ещё этого не сделали. Незаменимая вещь.

Пока мы шли к особняку, Градов перечислял преимущества, которые даёт железная дорога владельцу участка. Видимо, чтобы я не решил, что могу обойтись без неё.

— Уверяю, что полон решимости достигнуть соответствия предъявляемым к территории требованиям, — сказал я, когда мы добрались до прихожей. — У меня и в мыслях нет упускать такую возможность.

Инспектор улыбнулся.

— Вот и хорошо. Правильный настрой.

Велев Сяолуну подать кофе с печеньем, я провёл гостя в кабинет. Чтобы было ясно, что разговор предстоит деловой.

— Предлагаю обсудить перспективы вашего участка наедине, — проговорил Градов, когда синтетик принёс и поставил на журнальный столик поднос.

Я обратил внимание, что все печеньки были абсолютно одинакового размера и явно домашней выпечки. Кухню Сяолун обустраивал лично, выбирая на руинах подходящую утварь, плиту и прочее, и очень гордился результатом. Подозреваю, что он контролировал деятельность на ней Марфы, добиваясь безупречных, с его точки зрения, результатов.

— Конечно, поговорим с глазу на глаз, — согласился я с Градовым. — Ты свободен, Лун.

Поклонившись, дворецкий вышел, плотно притворив за собой дверь.

Инспектор взял чашку, подул на кофе, сделал маленький осторожный глоток и уставился на меня.

— Вижу, вы человек амбициозный и деловой, — проговорил он после паузы. — Давайте откровенно.

— С радостью, — отозвался я, тоже беря чашку. — Терпеть не могу экивоки.

— Мне так и показалось, что мы сумеем найти общий язык. Ваши соседи очень хотят получить дорогу. Особенно господин Молчанов. И его участок быстро развивается. Темпы у него высокие, и он настроен на решительную борьбу.

Да уж, это я заметил. Серьёзный противник.

— Однако всё будет зависеть от заключения о вашем участке, ибо он, по понятным причинам, в приоритете, — продолжил инспектор, сделав ещё один глоток из чашки. — Его превосходительство хочет, чтобы дорога была именно здесь. Но у него тоже должен быть интерес. Вы меня понимаете?

— Думаю, да. Сколько?

Градов тонко улыбнулся.

— Это непростой вопрос. Видите ли, дело не в разовой, скажем так, сумме. Тем более, у вас её всё равно нет. Ни у кого на Фронтире нет, если уж на то пошло.

— Значит, речь о процентах?

— Именно о них. Если железная дорога будет пущена по вашей земле, доход вы будете получать регулярно. Поэтому будет справедливо, если тот, кто поспособствует вам в этом, станет иметь с неё прибыль тоже постоянно. Согласны?

Я согласен не был. Но заявлять об этом, конечно, не стал. Железка мне нужна. По-любому.

— Допустим.

— Его превосходительство считает, что десяти процентов с продаж вашего смарагда и пяти с платы соседей за пользование проездом к вокзалу по вашей территории будет достаточно. Это не так уж много, уверяю. В накладе не останетесь. Кроме того, даю гарантию, что расследование обстоятельств гибели госпожи Бекасовой вас не обременит больше необходимого. И вопрос о том, почему запись отредактирована, впредь не возникнет.

Надо сказать, предложение было щедрым. Выгодным. И отказаться от него было бы безумием. Что же касается цены, со временем я наверняка смогу отыскать способ её снизить или даже вовсе расторгнуть договорённость. Да и губернаторы не вечны.

Вот только не нравилось мне предложение. Такие сделки могут очень гулко аукнуться в будущем. Недаром у нас в академии говорили, что, как фундамент заложишь, так здание стоять и будет.

— Условия вполне приемлемы, — сказал я. — Но мне нужно подумать.

— Хотите гарантии того, что дорога достанется вам? Уверяю, если не случится ничего, что этому помешает, — например, несчастный случай, лишивший участок хозяина, — так и будет. Господин Назимов — человек слова.

— Охотно верю. Но кто знает, вдруг мне удастся увеличить темпы развития и довести участок до нужного уровня в срок.

С помощью Скрижали это почти наверняка получится. Я, правда, хотел приберечь её для личного пользования, но, раз такое дело, придётся пойти на жертвы. Тем более, я планирую отыскать и другие обелиски.

— Рекомендую быть очень осмотрительным, господин Львов, — немного помолчав, холодно проговорил Градов. — Как я уже сказал, ваши соседи настроены на решительную борьбу.

— Благодарю, приму к сведению.

— Вам не помешало бы нанять дружину. Могу дать кое-какие контакты.

Ну, конечно! Ставить на охрану тех, кто связан с Градовым, было бы глупостью. Это уже будет не дружина, а надсмотрщики.

— Спасибо, но я как-нибудь сам.

Инспектор пожал плечами.

— Как угодно. В таком случае подумайте и дайте знать, что решите, — он положил на стол визитку. — И развивайте добычу смарагда. Это на Фронтире самое главное.

— Разумеется.

Поставив чашку на столик, Градов поднялся.

— За сим вынужден откланяться. Его превосходительство ждёт отчет, да и других дел полно.

Я проводил гостя до крыльца, где его дожидались телохранители. Пожав мне руку, инспектор забрался в вертолёт, и через пару минут машина поднялась в воздух.

Рядом с мной нарисовался Сяолун.

— Как тебе инспектор? — спросил я, глядя на то, как коптер закладывает вираж, чтобы развернуться.

— Мне не понравился. Но едва ли моё мнение имеет значение после провала с госпожой Кристиной. Про неё я ничего плохого не думал и ошибся.

— Не вини себя. Кстати, что касается инспектора, я с тобой согласен. Скользкий тип.

— Что он сказал об участке?

— Правду. Что добыча смарагда идёт медленно.

— Это станет проблемой? Он требовал у вас взятку?

— Хуже. Взятку требует губернатор. А это противник посерьёзней Градова, Молчанова или Исчадий. Надо бы с ним познакомиться. Когда ближайшее заседание местного Дворянского собрания? Наверняка губернатор является его предводителем.

— Минутку, хозяин, сверюсь с информацией в Сети. Так, если верить сайту муниципалитета, то следующее собрание состоится семнадцатого, — добавил Сяолун спустя секунд десять. — Но губернатор устраивает периодически званые ужины. Возможно, вас пригласят на один из них. Тогда познакомитесь с ним раньше.

— Это вряд ли. Назимов не захочет, чтобы пошли слухи, будто я получил железную дорогу лишь потому, что бывал у него дома. Напомни мне про собрание дня за два.

— Занёс в график, хозяин.

— Молодец. На столе визитка Градова. Забери её и добавь в свою коллекцию.

Оставив дворецкого, я отправился в лабораторию. Ярила была там.

— Ну, как дела? — спросил я сразу. — Есть подвижки?

— Небольшие, — ответил ИскИн. — Мне удалось установить, что слизь является некоей магической субстанцией, концентрирующей эффект Излома. Иначе говоря, это супер-гниль. Если человеку обычно нужно провести около суток в зоне поражения, чтобы появились симптомы чёрной летаргии, то эта штука вызывает их гораздо быстрее. Но это не самое плохое.

— Давай без драматических пауз. Выкладывай, в чём дело.

— Она вроде как встраивается в энергетическую систему человека и в его ДНК. Очень глубоко. Я пока не смогла даже понять, насколько. Нужны ещё тесты. Думаю, это займёт время. Может, день или больше.

— Чем это чревато — вот, в чём вопрос.

— Полагаю, слизь вызывает изменения в организме, сходные с теми, которые характерны для заражения при нахождении на территории Излома. Только заметить их куда труднее. Не говоря уж о том, чтобы остановить. Есть у меня подозрение, что даже лекарь может проморгать такое.

А вот это, действительно, плохо. До сих пор считалось, что бороться с влиянием Излома реально. Существуют артефакты, защищающие от него, и целители способны вытащить человека из чёрной летаргии при начальной стадии. Но если Фронтир наводнят твари нового поколения, так сказать, использующие слизь, то ситуация изменится.

— Продолжай, — велел я ИскИну. — Если обнаружишь ещё что-то важное, сразу сообщай.

— Слушаю и повинуюсь, мой господин. Вот только я не могу перемещать образцы и совершать с ними прочие действия. Я ведь бесплотна. Чтобы вас не отвлекать, может, сделаете мне тело? Чтобы я использовала его в лаборатории.

— Хорошая идея. Почему бы и нет?

— Отлично! — обрадовалась Ярила. — Уверена, на развалинах найдётся синтетик в приличном состоянии.

— Нет, использовать андроида не получится. Они все защищены патентами. Магически, причём. Так что починить его не удастся: мои чертежи просто не сработают. Придётся тебе довольствоваться обычным роботом.

Аватар тяжело вздохнул.

— Что ж, пусть хоть так.

Оставив Ярилу в лаборатории, я отправился на руины — искать подходящего донора. Побродив минут сорок, остановил выбор на домашнем роботе-помощнике. Очень старой модели. Но это значения не имело, ведь карта его полностью перестроит.

Спустя несколько минут низкорослый миньон с множеством тонких манипуляторов уже спешил в лабораторию, чтобы стать руками ИскИна.

Я же отправился домой, но не прошёл и половины пути, как заметил едущую по участку машину. Броневик, утыканный стрелковым оружием. Никаких опознавательных знаков на нём я не разглядел.

Хм… На нападение не похоже. Как и на визит одного из моих соседей.

Возле меня возникла Ярила.

— Какие будут приказания, господин? — осведомилась она. — Атаковать?

— Не надо. Занимайся исследованиями.

— Какая жалость…

Аватар растворился в воздухе.

Прибавив шагу, я пришёл к особняку лишь минутой позже, чем броневик припарковался перед домом.

Возле него стояли двое мужчин. Дожидались меня.

На крыльцо вышел Сяолун и встал там, как ифрит, охраняющий врата Джиннистана.

— Кто вы такие, господа? — спросил я, приблизившись. — Это частные владения.

— Господин Львов? Проектировщик? — осведомился один из мужиков, высокий и мускулистый, одетый в камуфляжную форму.

Рукава были закатаны, так что на предплечьях виднелись татуировки.

— Он самый. Вы не ответили на мой вопрос.

— Эдуард Рогов, — представился мужик. — Виктор Коршунов, — кивнул он на товарища. — Мы из отряда егерей с участка господина Елисеева. У нас товарища чёрная летаргия скрутила. Третья стадия.

— И? — проговорил я, прищурившись.

— Ну, так вы же это… великий целитель. Любую Гниль извести можете. В газете об этом писали и на сайте. Вот мы и того… решили — чем чёрт не шутит, может, вытащите Лёньку. Больно уж хороший он боец. Да и человек приличный. Жалко терять. А мы уж за ценой не постоим.

Тот, кого он представил как Виктора Коршунова, серьёзно кивнул. Сказал:

— Не поскупимся, ваше благородие. Деньги в хозяйстве всегда пригодятся.

— Вы уж того… не откажите. Вам это раз плюнуть, а человек жить будет, — добавил Рогов.

Так-так… Не осталась, значит, незамеченной статейка-то Сонина. Читают новости на Фронтире.

— Где товарищ ваш? — спросил я.

Не бросать же человека помирать. Превратиться ему не позволят — запустят протокол ликвидации, как положено.

— Так в машине! — оживился Рогов. — Взглянете? Может, не поздно ещё.

— Несите его в дом, — сказал я. — Сяолун! Проводи людей в столовую.

Глава 10

Егеря вытащили из машины парня лет двадцати, бледного и осунувшегося, с тёмными кругами под глазами, заострившимся носом и восковыми запекшимися губами. В целом, он походил на куклу. Выглядел даже хуже, чем мальчишки, которых мы нашли на развалинах Мадоны.

— Сколько он находился на территории Излома? — спросил я, шагая за ними, пока они несли его к крыльцу.

— Три дня, ваше благородие, — ответил Рогов. — И с тех пор ещё двое суток прошло.

— Как это случилось?

Признаков ожогов слизи видно не было, но они могли быть скрыты под одеждой.

— Долгая история, — отозвался егерь.

Дальше разговор происходил уже внутри дома.

— Он ранен? — спросил я, решив переформулировать вопрос.

— Да, ваше благородие. Царапины на груди. Тварь сорвала с него защитный амулет. Он спрятался, но был вынужден просидеть в Изломе слишком долго, прежде чем его нашли.

Сяолун открыл дверь в столовую, быстро убрал антикварный серебряный подсвечник и сдёрнул скатерть. Егеря положили парня на стол и отступили.

— Вот, ваше благородие, — сказал Рогов. — Можете сами посмотреть. Если ещё не поздно что-то сделать, за ценой…

— Вы не постоите. Это я понял. Помолчите пока.

Подойдя к раненому, я расстегнул рубашку на его груди. Стала видна перевязка. Чуть приподняв край, я взглянул на ровный шов. Царапина глубокая, но не воспалена. Целитель, конечно, поработал над ней и предотвратил сепсис. А вот чёрную летаргию остановить не смог. Что понятно.

— Кто им занимался эти два дня? — спросил я, не оборачиваясь.

— Я, ваше благородие, — сказал Коршунов.

— В вашем отряде есть целитель? Какая роскошь. Наверное, охота идёт очень хорошо.

— Не жалуемся, — отозвался Рогов.

Взяв руку пациента, я внимательно её рассмотрел. На пальцах были кольца усиления, довольно сильные. Теперь, поглотив химеру, я мог определять не только излучение, но и назначение артефактов, ведь, так или иначе, порождены они стихией хаоса.

На мизинце кольца не было, хотя светлый след от него не заметить было трудно.

— Этот человек маг, — сказал я. — Не слишком ли он молод для отряда?

— Выбор был небольшой, а парень оказался способным, — сказал Рогов. — Вы сможете его спасти?

— Почему сняли кольцо?

— Кольцо, ваше благородие?

— Которое было на мизинце.

Егеря быстро переглянулись.

— Наверное, потерялось, — сказал Коршунов.

Сделав к нему два шага, я протянул ладонь.

— Дайте руку.

— Что, простите? — удивился егерь. — Мою? Но зачем?

— Хочу взглянуть.

Пожав плечами, Коршунов дал мне руку. Я развернул её ладонью вверх. Так и думал.

— Знаете, я, конечно, понимаю, что целитель и маг нечасто действуют мечом или чем-то подобным. Но ни у вас, ни человека на столе нет даже намёка на мозоли. Это не руки егерей. Вы меня, кажется, за идиота принимаете, господа. И при этом просите о помощи. Нехорошо. Как считаете?

Оба мужика смутились. Рогов откашлялся, но так ничего и не сказал. Вместо этого бросил взгляд на товарища.

— Хорошо, — сказал тот, отнимая унизанную магическими перстнями руку. — Вы правы. Это… некрасиво. И неправильно. Но мы были вынуждены так поступить.

— И что же вас заставило?

— Скорее, кто, ваше благородие. Я не должен был говорить, но не вижу смысла отрицать очевидно. Раз уж вы сами догадались.

Он посмотрел на Рогова, и тот молча кивнул.

— Парень на столе — сын господина Елисеева. Старший. Полез за периметр искать приключений с ещё парой дружков. Тех Исчадие положило, а этот чудом уцелел. Ну, то есть, как уцелел. Сами видите. Тоже не жилец, если не поможете. Господин Елисеев ни за что не соглашался на ритуал. Всё молился. А потом как узнал, что вы пацанов каких-то из летаргии вытащили, так и послал нас к вам.

— Вы егерь? — спросил я Рогова.

— Да, ваше благородие.

— А вы? — обратился я к Коршунову.

— Нет. Состою при господине Елисеева штатным целителем. В больнице его тружусь и как домашний врач числюсь.

— Понятно. А инкогнито господин Елисеев решил сохранить, чтобы скрыть, что его сын заразился? Нет, не может быть. Шило в мешке не утаишь. Погодите, не подсказывайте. Кажется, догадался! Господин Елисеев не желает быть у меня в долгу. Угадал?

Коршунов смущённо потупился.

— Не знаю наверняка, — сказал он нехотя, — но думаю, вы правы.

— Теперь этот номер не пройдёт. Если, конечно, у меня получится спасти его сына. Попытаюсь, конечно. Выйдите. Сяолун напоит вас чаем или чем пожелаете.

— Но у нас приказ не спускать с барчука глаз! — обеспокоенно встрепенулся Рогов.

— И хотелось бы с медицинской точки зрения понаблюдать, — добавил Коршунов.

Я пожал плечами.

— Ну, так не спускайте и наблюдайте. Только без меня. А я пойду выпью кофе. Потому что молиться о здравии этого молодого человека я могу лишь в одиночестве. Иначе не сосредоточиться.

Повисла пауза. Правда, непродолжительная.

— Не думаю, что у нас есть выбор, — проговорил целитель.

— Кажется, нет, — согласился Рогов. — Хуже, во всяком случае, точно не будет. Ваше благородие, вы уж постарайтесь.

— Увидимся, господа, — кивнул я.

Когда за ними закрылась дверь, я достал из серванта свечи, оставшиеся с недавнего времени, вставил в канделябр, зажёг и поставил шандал на стол в изголовье пациента. Затем погасил электрический свет. Так тени стали гуще, а это всегда удобней для человека с моим аспектом. Затем положил руки на стол, погрузив их во мрак, отбрасываемый телом барчука. Теперь, когда во мне была химера, контакт произошёл быстрее и легче. Я проходил слой за слоем, проникая в энергетическую структуру Елисеева, и практически сразу обнаружил Гниль. Она успела распространиться и захватить около шестидесяти процентов заражённого. Да, с таким никакому целителю не справиться. Ещё немного, и чёрная летаргия достигла бы следующего уровня. А затем началась бы внешняя трансформация.

Прикрыв глаза для пущей сосредоточенности, я принялся уничтожать её. Этот процесс тоже шёл быстрее, чем в прошлый раз. Уже через несколько минут вся зараза была выявлена и вытравлена.

Увы, восстановить тело Елисеева я не мог. Для этого требуется Дар целителя, так что дальше предстояло действовать Коршунову. Я, во всяком случае, своё дело сделал. Никакой Гнили не ощущалось, пациент не фонил.

Особенно радовало, что в этот раз не пришлось глотать смарагдит. Откаты после этого не самые приятные.

Включив лампочки, я задул свечи, переставил канделябр на комод со столовыми приборами и открыл дверь.

— Господа, можете войти.

Рогов переступил порог первым и сразу подошёл к столу. Всмотрелся в лицо Елисеева, затем обернулся на целителя.

Тот тоже приблизился. Поводил над телом парня руками, пробормотал себе что-то под нос, затем достал счётчик Мевеса и просканировал пациента от макушки до пальцев ног.

— Удивительно! Просто потрясающе!

— Что⁈ — быстро спросил Рогов.

— Никаких признаков заражения! Чёрная летаргия… отсутствует.

— Вы уверены? — проговорил егерь.

— Абсолютно! Хотите сами убедиться? — он показал Рогову экран счётчика. — Ваше благородие, умоляю, раскройте свой секрет! Это может спасти множество жизней!

— Только молитвы, — ответил я. — У меня нет Дара целителя.

— Но…

— И сразу, чтобы не возникло подозрений, прошу убедиться, что и во мне никакой Гнили не присутствует.

— Право, это ни к чему… — опешил Коршунов.

— Я настаиваю.

— Что ж, если вам угодно…

Целитель быстро проверил меня прибором.

— Вы совершенно здоровы.

— Благодарю. Не хочется, чтобы пошли кривотолки. Полагаю, теперь вам придётся восстанавливать пациента самостоятельно.

— Да-да, конечно. Это уж моя обязанность. Раз Гнили нет, дело пойдёт на лад.

— Передайте господину Елисееву мои поздравления.

— Передам, не сомневайтесь. Что касается оплаты…

— Думаю, мы с господином Елисеевым сочтёмся. При случае. Если он решит, что чем-то мне обязан. А теперь мне хотелось бы заняться своими делами. Всё равно больше сделать для молодого человека я ничего не могу.

Проводив гостей, несущих тело незадачливого мага, до броневика, я спросил:

— Так зачем юноша отправился в Излом?

— А! — Коршунов махнул рукой. — Глупейшая история. Втюрился в соседскую девицу и решил покрасоваться. Обещал лично раздобыть ей трофей. В качестве доказательства любви. И приятелей подбил. Хорошо хоть, не из дворянского сословия. А то хлопот было бы выше крыши.

— Понимаю. Всего доброго, господа.

Смотреть, как броневик отъезжает, не стал. Вернувшись в дом, сразу отправился к себе, где скинул одежду и взял халат. Безумно хотелось принять горячую ванну. Благо, теперь, с появлением водопровода, таскать воду нужды не было, и можно было делать это в любое время, ни от кого не завися.

Так что я открыл краны, сел на край огромной чёрной ванны из какого-то композита, найденной Сяолуном в развалинах, и уткнулся в телефон, проверяя последние новости Фронтира и империи. Когда вода набралась, забрался в неё, вытянулся и закрыл глаза. Класс!

Не знаю, сколько я так пролежал, но вода начала остывать, и я решил, что пора вылезать.

И тут мой телефон радостно запиликал. Вытерев руку о полотенце, я взял его и увидел, что звонит Лобанов.

— Да, Пётр Ильич, добрый день.

— Здравствуйте, Родион Николаевич. Не отвлекаю?

— Нет, я как раз отдыхаю.

— От трудов праведных? Андастенд. У меня к вам вот, какой бизнес. Послезавтра именины отмечаю, так не соизволите ли пожаловать на селибрейт? Народу будет немного, зато все свои. Может, найдёте некоторых занятными собеседниками. Полезные знакомства сведёте. Для вас это будет вери гуд. Что скажете?

— Что весьма признателен и непременно буду. Благодарю за приглашение.

— Всегда глэд ту ю, Родион Николаевич. Мы, пионеры Фронтира, должны держаться по-соседски, верно?

— Безусловно.

— Тогда жду послезавтра к двум. Прямо на обед. Ну, за сим не стану отвлекать от релакса. До встречи.

Положив телефон на полку, я вытащил из ванны пробку, встал и принялся вытираться.

Лобанов прав: знакомства с новыми людьми не помешают. Чем больше связей заведу, тем лучше. Я планировал сделать это на дворянском собрании, но ведь есть полезные жители и других сословий. Вот на них я у Лобановых и погляжу.

Накинув халат, я вышел из ванной.

Сяолун стоял в уголочке спальни, явно дожидаясь моего появления.

— В чём дело? — спросил я.

— В археологах, хозяин, — ответил он. — Не нравятся они мне.

— Что, прямо все?

— Да. Что-то с ними не так.

— А можно поконкретнее? Ты же знаешь, я большой поклонник фактов.

— Ярила не посмела вас беспокоить, раз уж вы запретили ей появляться в доме без критической надобности, но она обнаружила с помощью дронов наблюдения странную активность на раскопках церкви.

— Ну, было бы удивительно, не будь археологи активны. Пока я не услышал ничего такого. Почему бы тебе не перестать держать интригу и перейти к сути?

— Может, вам с ней поговорить?

— Разумно. Ярила!

— Да, босс, — ИскИн тут же возник в комнате. — Вы решили выслушать меня?

— Докладывай. И без предисловий.

— На раскопках церкви раздавались странные звуки. Нехарактерные для работы археологов. Я не смогла их идентифицировать и поэтому сочла нужным сообщить. Угодно прослушать запись?

— Давай.

Аватар повёл рукой, и в комнате зазвучало нечто, больше всего похожее на какофонию низких звуков, перемежающихся то ли с горловым пением, то ли с чем-то похожим.

— Поначалу я решила, что это звук электрогенератора, — проговорила через несколько секунд Ярила. — Или какая-то музыка. Но идентифицировать инструменты не получилось. Попытка выяснить источник звука тоже провалилась: археологи зачем-то растянули над развалинами церкви маскировочную сеть и установили под ней целлофановый шатёр. Насколько мне известно, обычно при раскопках так не делается.

Да, странности явно имели место. И звук вызывал необъяснимое чувство тревожности.

— Сохрани на всякий случай, — сказал я. — И выключи.

В комнате стало тихо.

— Правильно сделала, что доложила, — похвалил я ИскИна. — Кстати, у меня к тебе как раз дело. Вызывай миньона-фуражира, бери из гаража Скрижаль и тащи её к вышке.

— Зачем, босс? — аватар удивлённо поднял брови.

— Затем, что пора тебя апгрейдить. Радикально.

— Вы полагаете, это безопасно? Артефакт не изучен и может оказать на преобразователь непредсказуемое воздействие.

— Не бойся. Если тебе знакомо это чувство. Я знаю, что делаю.

— Очень надеюсь, босс. И нет, страх мне неведом. Я лишь предсказываю риски.

— Выполняй, что велено. И смотри, чтобы никто не увидел, как миньон достаёт Скрижаль из гаража. Встретимся у вышки.

— Слушаюсь, босс.

Ярила исчезла. Я же повернулся к Сяолуну.

— Мне нужно переодеться.

— Вы уверены, что стоит помещать Скрижаль в преобразователь? — проговорил синтетик, не шелохнувшись. — Неприятно признавать, но Ярила может оказаться права.

— Беспокоиться не о чем. Я чувствую эту штуку. Всё будет в порядке.

— Вам виднее, хозяин.

Поклонившись, Сяолун быстро вышел.

Спустя десять минут я уже шагал в сторону развалин.

Предостережения ИскИнов были не беспочвенны. Вероятно, помести любой другой на моём месте Скрижаль хаоса в преобразователь, случилась бы катастрофа. Даже не знаю, какого масштаба. Но я смогу контролировать обелиск.

Почти наверняка.

Когда я добрался до вышки, миньон был уже там. Как и Ярила.

— Никого поблизости? — спросил я.

— Нет, босс. Я слежу за местностью через дронов.

— Тогда начнём. Помещай Скрижаль в приёмник.

Ярила кивнула, и миньон тут же пришёл в движение. Манипуляторы потянулись к грузовому отсеку, вытащили из него Скрижаль, и робот направился к вышке.

— Скрещу на всякий случай пальцы, — сказала Ярила.

— Это как угодно.

Миньон аккуратно вставил обелиск в приёмник и попятился.

— Отслеживаю бурный всплеск энергии, — доложила Ярила. В её голосе слышалось беспокойство. — Уровень продолжает расти. Требуются ли выкладки и…

— Не нужно, — перебил я, подходя к вышке. — Просто сообщи, если настанет критический момент.

Положив ладони на преобразователь, я сосредоточился на ощущениях.

Глава 11

ИскИн был прав: внутри конструкции бурлила мощная энергия! Она высвобождалась из Скрижали, затапливая вышку сверху донизу. Если пустить дело на самотёк, не пройдёт и нескольких минут, как сила обелиска разорвёт преобразователь. И, вероятно, этим дело не ограничится.

Так что я погрузился в Скрижаль, выставляя ограничительные блоки. Один за другим, быстро, как только мог. Я сковывал артефакт, опутывая его средствами контроля. Это походило на энергетическую паутину, постепенно покрывающую обелиск подобно светящемуся кокону.

Вскоре стало ясно, что мне потребуется подпитка. Быстро вытащив из кармана запас смарагдита, я закинул в рот средний кубик и немедленно продолжил работу.

Дело шло на лад, но приходилось тратить много энергии. И тратить быстро.

Проклятье!

Чтобы завершить построение кокона контроля, придётся проглотить ещё один смарагдит.

На этот раз я взял кубик поменьше. Должно хватить.

Несколько последних витков, узлов, переплетений — и блокатор был готов!

Теперь энергия Скрижали текла в преобразователь ровным, сильным потоком, но перегрузка конструкции больше не грозила.

Отступив, я поднял голову и окинул взглядом переливающуюся синим и лиловым вышку. Новый цвет пробивался неуверенно, но не заметить его было нельзя.

— Как ощущения? — спросил я ИскИна.

— В какой-то момент мне показалось, что это конец, — отозвалась Ярила. — Но сейчас всё прекрасно! Просто изумительные ощущения. Никогда я ещё не чувствовала себя настолько живой! Неизвестная энергия конвертируется в конечную в соотношении «пять к одному»! Это в двенадцать раз эффективнее потребления сырца. Сложив оба источника, я смогу развить преобразователь до следующего уровня меньше, чем за восемь часов! А ещё через пару уровней мне станет доступна генерация силового поля!

Неприятный сюрприз для Молчанова. Преодолеть такую преграду может только крупное Исчадие, и то не каждое и не сразу.

— Разумеется, все действия со Скрижалью отправь под протокол, — сказал я.

— Слушаюсь, босс. Сделано.

— Хорошо.

Я достал несколько карт младших арканов и поместил их в схемоприёмник.

— Начинай производство новых роботов. Нужно ускорить строительство офисного здания и торговых площадей. На каньон тоже требуется дополнительная техника. Схемы у тебя есть. На всякий случай — вот список, — я протянул аватару план развития рудника, составленный Арсением.

— Принято, — кивнула Ярила, бросив на него взгляд.

— И приступай к возведению второго кольца турелей и сторожевых башен. И да, сейчас я заложу жилые здания для кабальных. Для них тоже понадобятся миньоны.

Пусть Градов считает, будто я пытаюсь всем угодить. Как по мне, комфорт людей, которые на тебя работают, не может не быть в приоритете.

— Поняла, босс. Но должна предупредить, что роботы не способны строить быстрее, чем…

— Это я знаю. Просто пусть их будет больше.

— Приняла. Приступаю к производству.

Я отправился назад в поселение. Вскоре начал ощущаться откат после приёма смарагдитов. Тошнота, головокружение, онемение кистей и холодный пот. Даже пришлось на полпути присесть на кусок бетона, чтобы перевести дух. Сердце бухало в груди, во рту пересохло, в ушах шумело. Мерзость! Терпеть не могу откаты. Но иногда без поглощения смарагдитов никак.

Прошло почти двадцать минут, прежде чем я смог продолжить путь. Медленно и осторожно. Только у первых построек дурнота прошла, и я вздохнул с облегчением.

Так, теперь заложим кабальным достойное жильё. Если люди живут, как собаки, глупо ожидать от них, что вести себя они станут по-человечески.

Вытащив Тройку Пентаклей, я положил её на землю в заранее отведённом под многоквартирный дом месте и активировал. Схема сразу высветила границы будущей постройки, чтобы было видно, где уже ничего другого ставить не нужно. Как только Ярила наделает миньонов, они начнут возводить здание из анахронита, прокладывать в нём электропроводку, канализацию и водопровод. Газ я не признавал: слишком опасно. Да и лишние расходы на закупку.

Вернувшись в дом, я нашёл Сяолуна и велел подогнать машину к крыльцу.

— Куда поедем, хозяин? — осведомился он, беря шляпу.

— Хочу поглядеть, как идут раскопки церкви. И выяснить, что издавало тот странный звук, который записала Ярила.

— Не думаю, что мы сможем доехать туда на машине, хозяин.

— А мы не совсем поедем.

— Что вы имеете в виду? — насторожился дворецкий.

— Подвезёшь нас к развалинам, а там уж моё дело, как доставить нас на место.

Больше Сяолун вопросов задавать не стал. Спустя двадцать минут мы оказались там, где до церкви было ближе всего. Среди развалин виднелись остовы боевых шагоходов, ржавевших под дождём с тех пор, как были уничтожены Исчадиями во время битвы за Мадону.

— Что теперь, хозяин? — осведомился синтетик, глуша мотор.

— Смотри и восхищайся.

Опустив стекло, я достал из колоды Четвёрку Пентаклей и бросил в сторону ближайшего бронехода. Карта пролетела по воздуху, прилепилась к его борту, и старый металл начал быстро покрываться паутиной светящихся линий и условных обозначений. Не прошло и минуты, как шагоход стал перестраиваться в платформу на четырёх конечностях. Когда процесс завершился, получившаяся конструкция поднялась и бодро затопала в нашу сторону. Встав над нами, она медленно опустилась, аккуратно захватила автомобиль, закрепила под платформой, распрямила ноги и двинулась через руины в сторону церкви.

— Отлично придумано! — одобрительно заметил Сяолун. — Хотя я бы предпочёл сам порулить этой штукой.

— Не получится. Автомобиль не является частью конструкции. Мы просто пассажиры.

— Очень жаль, хозяин.

Шагоход пробирался сквозь развалины довольно резво. Огибал, переступал, карабкался. В машине качало, но желудок у меня крепкий.

Путь занял около получаса. Наконец, впереди показалась маскировочная сетка. В воздухе парили дроны: Ярила не спускала с подозрительного места небесное око.

Когда мы подобрались к раскопкам, из-под сетки вынырнул знакомый мужик с татуировками, посмотрел на нас и исчез. Зато спустя минуту появилась Ангелина Васнецова и бодро направилась к нам.

— Ваше благородие! — помахала она рукой. — Какими судьбами? Инспектируете владения или к нам пожаловали? Интересуетесь археологией?

— Я всем интересуюсь, — ответил я, выходя из машины, которую платформа опустила на чистый от обломков участок потрескавшейся дороги. — Зачем вам сетка?

— Мера предосторожности. Не хотим стать целью для мелких летающих тварей, пересекающих границу.

— Мелкие сюда не прорываются.

Женщина пожала плечами.

— Значит, крупных. Так что, хотите посмотреть, чем мы занимаемся?

— Если вас это не обременит.

— Ну, здесь ваша земля, господин Львов. Вы вольны делать, что вздумается.

— Это я знаю. Ладно, покажите, что успели нарыть.

— Да почти ничего. Мы ж едва начали. Пока только сетку устанавливали. Идёмте.

Мы с Сяолуном двинулись за Ангелиной и вскоре оказались по ту сторону сетки. Женщина приподняла матовый целлофан, пропуская нас вперёд.

— А это зачем? — спросил я. — Вы же там, как в парнике.

— У нас кондиционеры. Сейчас почувствуете.

И правда, внутри шатра было прохладно. Надо воспользоваться советом губернского инспектора и тоже завести кондиционеры.

— Вы не ответили на мой вопрос, — напомнил я, шагая за Васнецовой.

— Зачем целлофан? Чтобы уберечься от насекомых. По вечерам и ночью от них просто спасу нет.

— Вы и ночью работаете?

— А как же?

Звучали объяснения не слишком правдоподобно. Похоже, археологи пытаются что-то скрыть. Причём от меня. Но виду, что сомневаюсь в словах Васнецовой, я не подал.

— Здесь у нас электрогенератор, — показала направо Ангелина. — А там один из кондеев. А это размечено место под раскопки. Как видите, работы предстоит немало. Завал довольно значительный. Так что очень ждём от вас технику, ваше благородие. Понимаю, что у вас другие приоритеты, но хорошо бы в ближайшее время хоть пару машин получить. Мы заплатим.

— Да, я помню, что у вас гранты.

Ангелина кивнула.

— Вручную некоторые куски не вытащить, придётся дробить. Уйдёт очень много времени.

— Что именно вы ищете?

— Всё, что попадётся. В основном, конечно, утварь, мозаика, роспись интересует, мебель, музыкальные инструменты. Каждый предмет — желанная находка.

— Не сомневаюсь.

Я окинул взглядом развалины церкви. Между обломками бродили археологи. На нас они почти не смотрели. Но напряжённость буквально витала в воздухе. Мне даже показалось, что учёные не столько работают, сколько делают вид.

— Так что, ваше благородие, договоримся насчёт техники-то? — улыбнулась Ангелина.

— Пару уборщиков выделю. Больше не обещаю.

— О, этого нам для начала вполне хватило бы. То есть, конечно, лучше бы больше, но и это неплохо.

— Я слышал, что в церквях часто устраивали подземные помещения — крипты. Для хранения реликвий. Полагаю, было бы логично спрятать там ценности при угрозе нападения Исчадий.

— А вы разбираетесь, — после короткой паузы проговорила Ангелина. — Да, судя по чертежам, крипта здесь была. Может, даже не пострадала. Мы, конечно, надеемся её найти.

— Понятно. Мне сообщили, что из церкви доносились странные звуки. Вроде горлового пения.

— Кто доложил? — после паузы спросила Васнецова.

Кажется, вопрос заставил её нервничать.

— Это важно?

— Нет. Разумеется, нет. Думаю, дело в инструментах, которыми мы дробили обломки. Во всяком случае, никто их нас точно не пел.

На удары металла о камни звук, который записала Ярила, совершенно не походил. И, судя по пристальному взгляду Васнецовой, она придумала это объяснение только что.

Интересно…

— Что ж, не буду мешать, — сказал я. — С техникой постараюсь помочь в ближайшее время. Как смогу.

— Спасибо, ваше благородие. Давайте провожу, — в голосе женщины чувствовалось облегчение.

Ей явно не терпелось от меня избавиться. Я бы решил, что дело в артефактах, которые археологи собираются утаить, если бы не странный звук.

Пока мы с Сяолуном удалялись от раскопок, Васнецова наблюдала за нами.

— Что скажешь? — спросил я.

— Не понравилась она мне, хозяин. И остальные — тоже. Подозрительная компания.

— Вот и я так думаю. Надо наведаться сюда ночью и поглядеть, чем они тут занимаются.

— Хорошая идея, — одобрил синтетик. — Вы позволите вас сопровождать?

— Нет. Тебя могут заметить. Если что, меня прикроет Ярила.

Сяолун тяжело вздохнул.

— Я знал, что так будет, — проговорил он тоскливо. — Рано или поздно она заменит меня. Вытеснит из вашей жизни.

— Не неси чепухи.

Добравшись до дома, я первым делом поужинал. Марфа состряпала голубцы, весьма недурственные. С кофе было печенье. Я съел пару штук. Не очень люблю сладкое, позволяю себе лишь изредка, по настроению. Да и, говорят, от него человеческому телу один вред.

Около восьми пошёл дождь. Сначала мелкий, нерешительный, а затем припустил как из ведра. Небо посерело, потемнело, с севера налетели прохладные порывы ветра. Деревья гнулись и раскачивались, будто огромные метёлки, пытающиеся убрать тучи.

Я сидел у окна в кабинете и составлял чертежи недостающих станков и приборов. Дело муторное и долгое, требующее тщательности и внимательности. Лишь однажды я отвлёкся, заметив за окном спешащего куда-то Сяолуна, накрывшегося своим нелепым драным зонтиком.

Работал я до десяти, пока дождь не стал постепенно утихать. Спустя полчаса от него осталась только едва заметная морось.

Пожалуй, пора.

Отложив схемы, я поднялся из-за стола и вышел на улицу. Воздух был свежим и влажным, ветер стих и лишь овевал лицо. Благодать, одним словом.

Прикрыв дверь, я обогнул дом и поспешил к развалинам. Из-за того, что миньоны стаскивали и перерабатывали в первую очередь обломки, находившиеся ближе к поселению, линия руин постепенно отодвигалась. Через некоторое время роботы расчистят пространство до вышки и рудника, а затем, в конце концов, и вместо всех развалин поднимется новый губернский город. И я даже смогу дать ему название. Вернее — предложить варианты. В общем, перспективы неплохие. Тем более, я планирую захватить ещё не один участок. Главное, чтоб с преобразователем ничего не случилось, иначе придётся начинать с нуля. Ибо у анахронита, при всех его достоинствах, есть одно неприятно свойство: он держится на магии вышки. Стоит её отключить, и вместо поселения появится всего лишь груда обломков. Поэтому на определённом этапе развития преобразователь и обзаводится силовыми полями. Они требуют огромного расхода энергии, так что на границах барьеры стараются не делать протяжёнными: иначе никаких смарагдитов не напасёшься. Ну, а вышка питает себя сама. А когда дотягивается до границы, и начинают строиться фортификации, то и тамошние силовые поля постепенно берёт на себя.

Затем армейские отряды выдвигаются дальше и начинают зачищать территорию Излома. Не без помощи егерей, конечно. Когда на определённом участке твари оказываются перебиты, барьер силовых полей переносится на новую границу, а затем являются ассенизаторы и закачивают в освобождённые земли «Полынь», чтобы вывести всё излучение из почвы и воздуха, а заодно изничтожить заражённых насекомых и прочую мелочь, включая изменённые Изломом растения. Если никто из ближайших землевладельцев не может накрыть новый участок магией вышки, он отдаётся новому проектировщику. Не всем достаются территории с приличными залежами смарагда и стройматериалами. Но не все и соглашаются отправиться на Фронтир. Правда, большинство всё-таки едет. Так-то проектировщики нигде особо не требуются — в силу специфики возведения зданий. А империя большая, Излом подпирает чуть ли не со всех сторон, поэтому проектировщики на пограничье нужны всегда.

Добравшись до развалин, я сразу вошёл в тень и переместился. Благодаря контакту со Скрижалью и последующему поглощению химеры, моя энергосистема значительно разрослась и усилилась, так что радиус действия Дара увеличился практически вдвое. Теперь я мог перемещаться на куда большее расстояние, скользя по теням, ныряя из одной в другую и преодолевая по несколько сотен метров за секунду.

Поэтому до раскопок церкви я добрался очень быстро.

Из-за маскировочной сетки, колышущейся на ветру, развалины казались живым существом, притаившимся во тьме. Изнутри струился едва различимый свет. Раздавались звуки ударов металла о камень и низкое гудение электрогенератора.

Над местом раскопок висело несколько дронов. Два были мои, а четыре — археологов. Похоже, они следили за тем, чтобы никто не приблизился к ним незамеченным. Интересно, с какой стати? Скрывать им, по идее, должно быть нечего. Но, похоже, всё-таки было.

Я уже собирался переместиться к раскопкам, когда справа возникла Ярила.

— Твою мать! Ты что творишь⁈ — прошипел я. — Не отсвечивай!

— Простите, босс! — ИскИн тут же перестал светиться, став похожим на полупрозрачного призрака. — Не волнуйтесь, мы вне зоны наблюдения их дронов.

— Иди сюда! — я быстро переместился за кусок обрушенной стены.

Аватар последовал за мной.

— В чём дело⁈ Какого хрена ты тут забыла?

— Разве вы не слышите? Этот звук! Он стал даже сильнее, чем в прошлый раз. У меня от него мурашки по коже.

— Во-первых, никакой кожи у тебя нет. Во-вторых, о каком звуке ты говоришь⁈ Тут тихо, как в гробу.

Ярила уставилась на меня с выражением крайнего удивления.

— Как⁈ — проговорила она. — Вы разве не слышите?

— Нет!

— Но… Я отчётливо слышу тот самый звук, босс!

Стоп! О том, что ИскИн ловит глюки, нечего было и думать. Это исключено. Выходит, он улавливает частоты, не доступные человеческому уху.

— Включи прямую трансляцию, — велел я. — Только тихо.

— Да, босс.

Я услышал едва различимую какофонию. Никаких сомнений — это был тот же звук, что показывала мне Ярила прежде.

— И он исходит из развалин церкви прямо сейчас?

— Да, босс! Странно, что вы не слышите…

— И правда, странно. Надо пойти поглядеть, что его издаёт. Оставайся здесь. А лучше — вообще исчезни.

В этот миг я заметил, как валявшийся метрах в десяти правее бронеход пошевелился!

Машина издала натужный скрежет, приподнялась, покачалась, а затем передвинула одну из конечностей.

— Это ты делаешь⁈ — спросил я не успевшую раствориться в воздухе Ярилу.

— Что именно, босс?

Вместо ответа я указал на меха.

— Нет, — ответила Ярила после короткой паузы. — Он… сам по себе. Как такое возможно⁈

— Хотел бы я знать…

В этот момент боевая машина поднялась выше и двинулась в сторону раскопок. Из её щелей показалось зелёное свечение.

— Проклятье! — прошептал я, наблюдая за тем, как прямо на глазах повреждённые детали выправляются, и бронеход начинает двигаться не как полураздавленное насекомое, а полноценный механизм.

Расположенная на спине турель чуть повернулась, конец ствола полыхнул изумрудным сиянием, и сгусток Гнили промелькнул в темноте, врезавшись в маскировочную сеть, растянутую над раскопками!

От автора:

11 томов захватывающей боярки! Законченный цикл. Изобретательный киллер после смерти попал в тело юного барона из альтернативной реальности, где после магического апокалипсиса остались только мегаполисы-государства. Он воспользуется своими навыками, чтобы поставить врагов рода на место и развить доставшийся ему в наследство удел. Российская империя, гули, кланы, гаремник, последний из рода. Читать здесь: https://author.today/work/227879

Глава 12

Яркая вспышка осветила развалины мертвенным бледно-зелёным дрожащим сиянием.

И в тот же миг по сетке ударили пулемёты.

Проклятье!

Я поднял тени и бросил их на Исчадие. Серые ленты, покрытые синими рунами, оплели меха и разрезали на множество кусков. Посыпались искры, что-то зашипело, а затем полыхнул огонь. Накинув ещё теней, я поспешил к разваливающемуся роботу. В одном из кусков мелькнуло Ядро.

Есть!

Выхватив револьвер, я пальнул в него, и оно разлетелось на мириады изумрудных светлячков. Спустя несколько секунд я уже стоял среди дымящихся обломков. Присев, подобрал смарагдит первого ранга. Мелкое Исчадие, и кубик такой же.

В эту секунду из-за сетки выскочили двое мужчин. У одного кисти рук были окутаны пламенем, у другого вокруг пальцев дрожал воздух, поднимая с земли кирпичные обломки зданий. То ли телекинез, как у Лобанова, то ли аспект земли. Два одарённых в команде археологов. Готовых принять бой. И я должен поверить, что это обыкновенные раскопки?

— Там! — крикнул один из мужчин, показывая вправо.

Оба мага развернулись и ринулись через руины. Глянув им вслед, я увидел ещё одного меха. Четырёхногий бронеход со скрежетом вытаскивал из-под рухнувших на него когда-то обломков бетона искорёженное тело, которое прямо на глазах восстанавливалось, испуская зелёное сияние.

Один из одарённых ударил по нему пламенем, и округа осветилась жарким маревом. Другой швырнул в Исчадие куски кирпичной стены.

— Где Рахим⁈ — крикнул адепт огня.

— Думаю, не появится! — мрачно отозвался его товарищ.

Первый разразился отборной бранью.

Бронеход двинулся навстречу магам. Огонь не мог уничтожить его, а обломки, которые один за другим бросал в цель адепт земли, только замедляли шаги металлического великана.

Его пушки начали поворачиваться. Стволы распрямлялись.

Ждать дольше было нельзя.

Я поднял притаившиеся вокруг тени, насытил их рунами и хлестнул Исчадие по суставчатым конечностям. Шагоход повалился вперёд, зарылся в обломки. Суча обрубками, он пытался встать, но у него ничего не получалось. Я ударил ещё пару раз, вспарывая старую броню. Ядра не было. Пришлось стегануть снова. Наконец, в одном из обломков показалось средоточие жизненной силы Исчадия.

Прицелившись, я выстрелил.

Это выдало моё присутствие, и оба одарённых мигом повернулись ко мне.

— Доброй ночи, господа, — помахал я им свободной рукой. — Надеюсь, не против моего вмешательства? Мне показалось, что вам не помешает помощь.

Маги переглянулись, и адепт огня направился ко мне.

— Что вы здесь делаете, ваше благородие⁈ — спросил он резко.

— Прогуливаюсь. Это моя земля. Если вы вдруг позабыли.

— Да… Прошу прощения. Нервы шалят. Спасибо, что вмешались. Мы… это очень ценим. Что за твари? Как будто мехи, поднятые Гнилью.

— Они и есть, — я начал спускаться с груды развалин к одарённым. — Ещё один сюрприз этих мест. За периметром есть завод, где таких несколько десятков.

— Вы не шутите⁈

— А похоже?

— Нет. Простите, ваше благородие. Просто мы прежде ни с чем подобным не сталкивались.

Я указал на изуродованную выстрелом Исчадия сетку.

— Полагаю, вашим коллегам нужна помощь. Давайте посмотрим, что с ними.

Однако не успел я сделать и трёх шагов, как оба мага дружно заступили мне дорогу.

— Прошу прощения, но туда нельзя, — выпалил адепт земли.

— Это почему же? — приподнял я брови. — Здесь моя земли, и руины церкви принадлежат мне. Может, для вас это и историческая ценность, но, по закону, они представляют собой на данный момент строительный материал. И мою собственность.

Маги выглядели малость смущённо.

— К сожалению, это не совсем так, — кашлянув, сказал адепт огня. Кажется, Васнецова называла его при нашей встрече Борисом. — Мы не можем вас пустить.

— Да ведь мне ваше дозволение и не требуется. Вы забываетесь, господа. Так и быть, спишу это на стресс.

— Боюсь, у нас есть право воспрепятствовать, ваше благородие, — после короткой паузы проговорил адепт земли и нехотя достал из кармана корочку. — Прошу ознакомится.

Раскрыв её, он протянул мне удостоверение. В свете догорающего после битвы пламени можно было прочесть всё, что в нём написано.

— Охранное отделение? — спросил я. Признаться, встретить на развалинах агентов ведомства внутренней госбезопасности я никак не ожидал. Сюрприз так сюрприз. — С какой стати?

— Не подлежит разглашению, — отозвался маг, убирая ксиву. — Как и то, что происходит на раскопах. Считайте, что здесь проводится секретная операция. Вы и так уже узнали слишком много. Мы вообще не должны были раскрываться. Обстоятельства вынудили. Надеюсь, вы отнесётесь к ситуации с пониманием и не станете никому рассказывать, что на участке находятся сотрудники Охранного отделения.

Жандармский корпус — это серьёзно. Предполагать, будто он прислал в составе группы археологов своих агентов просто на прогулку, было бы верхом глупости. Очевидно, что тайная операция, и правда, проводится. Вот только какова её цель? Это мне очень хотелось бы выяснить. Но ломиться за сетку смысла не было. Это лишь усложнило бы положение.

— Ваши люди наверняка пострадали, — сказал я. — В поселении есть врач.

— Спасибо, но мы справимся сами, — твёрдо проговорил Борис. — Привлекать посторонних не имеем права.

— Что ж, если потребуется помощь, вы знаете, где меня найти.

— Ещё раз примите благодарности, ваше благородие. В том числе, за понимание.

Оставив жандармов, я отошёл за угол ближайшего здания и остановился.

— Ярила.

— Да, босс? — призрак возник справа, едва виднеясь в темноте.

— Звук ещё слышен?

— Нет. Он оборвался в тот момент, когда Исчадие дало залп.

— Понятно. Наблюдение не снимай. И докладывай обо всём, что покажется тебе подозрительным. Только по пустякам не беспокой. И делай записи.

— Слушаюсь, босс, — с готовностью кивнула Ярила. — Как думаете, что здесь произошло?

— Пока не знаю. Есть пара мыслишек, но надо ещё покумекать. И узнать побольше.

— Насколько я понимаю, вступать в конфронтацию с Охранным отделением опасно.

— Тонко подмечено. Да, противодействие силам внутренней безопасности чревато даже для аристократов. Так что действовать придётся тихо и осторожно.

— Главное, что вы решили действовать, босс. Потому что я улавливаю некую связь между тем, что происходило на раскопках, и появлением Исчадий.

— Не поверишь, но я тоже.

— Почему не поверю, босс? Я же сама…

— Расслабься, это был сарказм. Всё, следи тут за всем, а мне пора на боковую. Если продолжу тут ошиваться, это вызовет подозрения, что я хочу узнать, что под сеткой, а мне нужно усыпить бдительность агентов.

— Поняла, босс. Шикарный план. Спокойной ночи.

— Тебе того же сказать не могу. Будь настороже и держи в курсе.

Ярила исчезла, а я двинулся к дому, перемещаясь между тенями.

Да, я мог попасть на раскопки таким же образом. И ничто меня не остановило бы. Однако охранке под силу закрыть любого, кто узнал её тайны. И уж с обычным проектировщиком из захудалого рода они церемониться не станут. Так что, как я и сказал, действовать придётся аккуратно. Играть в кошки-мышки.

А играть придётся. Потому что я должен узнать, как связано появление Исчадий со странным звуком, который записал ИскИн. А в том, что связь есть, я почти не сомневался. Бронеход атаковал археологов. Целенаправленно. Значит, они чем-то спровоцировали нападение.

Но главное — как Исчадия вообще появились на моём участке⁈ Неужели… тут есть ещё один собиратель свиты?

Я исходил из того, что одна Скрижаль — один Страж. Но возможно, не всё так просто. Что мешает второй твари проникнуть туда, где была первая? Ведь, если подумать… следы Исчадия всё-таки вели на участок Лобановых.

Сяолун встретил меня на пороге.

— Что-нибудь удалось выяснить, хозяин? — спросил он, когда я приблизился.

Я вкратце пересказал ему увиденное на раскопках. Обещание не болтать я ведь так и не дал.

— Охранное отделение — это плохо, — подвёл итог дворецкий, когда я закончил. — Жандармы любят совать нос в чужие дела.

— Ну, в данном случае, я собираюсь сунуть нос в их дела.

— Это ещё хуже, хозяин.

— Знаю. Но делать нечего. Завари-ка зелёного чаю. После него хорошо спится.

Тем не менее, несмотря на пару кружек китайского напитка, спал я плохо. Всё время лезли в голову мысли о мехах-Исчадиях, странном звуке, похожем на горловое пение, и агентах Охранки. Я должен был связать эти элементы воедино. Интуиция подсказывала, что это очень важно.

Утром я встал поздно, разбитый, и выпил за завтраком две чашки крепкого кофе. Когда приканчивал последнюю, явился Сяолун.

— Хозяин, госпожа Протасова просит её принять. Кажется, она очень расстроена. Я не стал спрашивать, в чём дело. Думаю, ей не захочется делиться с кем-то, кроме вас.

— Ты сама деликатность, — отозвался я. — Зови, послушаем. Хотя не представляю, что такого могло случиться за утро.

Когда докторша вошла, я указал ей на заранее придвинутый к столу Сяолуном стул.

— Кофе?

— Нет, спасибо, — женщина осталась стоять, словно не решаясь сесть.

— Я свободен от аристократических предрассудков, — сказал я. — А вот задирать голову не люблю. Пойдите мне навстречу — присядьте.

— Благодарю, ваше благородие, — Протасова опустилась напротив меня. — Простите, что беспокою, ещё и так рано…

— Уже не рано, — проговорил я, поскольку она сделала паузу, будто решая, что сказать дальше. — Это я поздно встал. Что случилось, Мария Игнатьевна?

Чтобы подстегнуть собеседницу, покосился на запястье. Чёрт, забыл часы надеть!

Однако Протасова меня отлично поняла.

— Это дело личное, — быстро заговорила она. — И… я не имею права вас напрягать… Но мне просто больше не к кому обратиться.

— Я вас слушаю. Не стесняйтесь. Раз пришли — выкладывайте.

Докторша кивнула, принимая мой довод.

— У меня есть младший брат, Игорь. Он служит… служил в гарнизоне на одном из участков. На той неделе поссорился с офицером и вызвал его на дуэль. Тот отказался. Имел право, знаю. Нельзя младшему чину бросать вызов старшему. Но брат… был очень зол, как я поняла. Он отказ не принял.

— И что сделал? — спросил я, так как Протасовой выдержка всё-таки изменила, и она замолкла, стиснув зубы.

— Ударил его! — глухо ответила женщина. — Ваше благородие, мой брат человек чести. Если он так поступил, значит, оскорбление было очень и очень серьёзным. И, кажется, я догадываюсь, какое. Поэтому чувствую себя отчасти в ответе за случившееся.

— Поделитесь предположением.

Протасова почему-то порозовела.

— Это обязательно? Впрочем, вы правы: я пришла к вам, и вы имеет право знать. Думаю, офицер позволил себе замечание насчёт того, где именно я работаю врачом.

— Понятно. Намекнул, что вы не только пользуете проституток, но и сами гулящая?

— Возможно. Точно не знаю ничего, но у Игоря уже был один раз конфликт на этой почве некоторое время назад. Пожалуй, только это и способно вывести его из себя.

— Что же вы хотите от меня, Мария Игнатьевна? Насколько мне известно, за подобный проступок полагается каторга.

Протасова кивнула.

— Да, ваше благородие, но дело в том, что Игорь в прошлом году выслужил личное дворянство. А значит, его можно взять на поруки.

— Верно. Аристократам в империи всегда готовы дать поблажку, особенно, если попросить.

— На поруки может взять только дворянин. Я… умоляю вас сделать это! Он хороший человек и не заслужил каторгу!

Хм, интересный поворот. Опытный военный, офицер (раз выслужил личное дворянство), герой Фронтира, имеющий опыт в сражениях с Исчадиями, человек чести, ныне разжалованный, но не лишённый социального статуса.

Кажется, сама судьба посылала мне в руки того, кто был так нужен.

— Что ж, — сказал я, вставая. — Полагаю, затягивать с этим не стоит. Ждите меня снаружи, я только переоденусь, и поедем вызволять вашего брата.

Протасова вскочила, едва не опрокинув столик.

— Вы согласны!

— Разумеется. Почему не помочь хорошему человеку? Даже двум, считая вас. Полагаю, меня примут. Обещать, что мою скромную персону сочтут подходящей для того, чтобы передать вашего брата на поруки, не могу, но сделаю всё, что будет в моих силах. В конце концов, объективной причины для отказа на данный момент не вижу. Но я в этом не особо разбираюсь. Будем надеяться, что бюрократия не встанет на нашем пути.

— Ваше благородие! Я даже не знаю, как…

— А благодарить пока не за что. Всё, Мария Игнатьевна, встретимся у крыльца.

Выпроводив докторшу, я отправился одеваться. И впервые воспользовался системой организации одежды, введённой Сяолуном. Мне, может, и всё равно, темнее ли галстук рубашки на полтона, а вот чиновники в Орловске будут встречать нового и молодого проектировщика по одёжке. Так что нужно быть во всеоружии. И тогда, возможно, у меня появится, наконец, человек, готовый и способный встать во главе дружины.

Ехать пришлось до Орловска. Так что прибыли мы к зданию губернского суда уже ближе к вечеру. Но он ещё работал — тут я рассчитал, чтобы успеть. Народу было мало, и приняли нас быстро. Возможно, сыграла роль и цель, с которой мы заявились.

В кабинете, куда нас провели, сидел осанистый мужик лет шестидесяти с седой бородой, усами, в твидовом костюме. Судья.

— Значит, хотите взять на поруки, — проговорил он, выслушав нас. — Уверены? Вы ведь этого человека совсем не знаете. А за него придётся нести ответственность. Оно вам надо?

— Я готов, ваше высокоблагородие. И полностью осознаю свои обязанности в данном случае.

— В этом я не уверен, — покачал головой судья. — Нате вот, ознакомьтесь.

Порывшись в столе, он протянул мне документ, содержащий предписания взявшему на поруки и ответственность. Пробежав его глазами, пока Протасова нервно ёрзала на стуле слева от меня, вероятно, опасаясь, что я могу передумать, я вернул бумагу чиновнику.

— Благодарю, ваше высокоблагородие. Но решения не изменю. Такой человек, как господин Протасов, мне пригодится. Герой Фронтира, награды, личное дворянство — всё это не просто так. Зачем ему на каторгу? Там его талант пропадёт впустую.

— Может, вы и правы, — судья задумчиво погладил бородку. — Что ж, не вижу причин для отказа. Тем более, проступок господина Протасова считаю хоть и не оправданным, но… вполне понятным. Сам служил когда-то в армии. И знаю, что получить дворянство непросто. Хорошо, господин Львов, ваше ходатайство я удовлетворяю. Сейчас оформим документы, и можете забирать осуждённого.

Протасова едва могла сдержаться. Смахнула только украдкой слезу. Её проявления благодарности я сразу пресёк. Признательность мне была нужна не от неё.

Спустя час к зданию суда доставили Игоря Игнатовича Протасова. Все документы к тому времени были у меня на руках.

Получив мою подпись, конвой удалился, оставив нас втроём. Докторша бросилась брату на грудь, уже не сдерживая слёз. Я и не думал, что она способна на такое проявление чувств. Как будто другой человек прямо. Видать, недаром говорят: кровь не водица.

— Зачем, зачем ты это сделал⁈ — всхлипнула она. — Болван! Как глупо!

— Ну-ну, — смущённо пробормотал Протасов, заметно растерявшись и поглядывая на меня с извиняющимся выражением на лице. — Будет тебе, Маш. Прекрати, право, — он мягко отстранил её. — Мне сказали, ваше благородие взяли меня на поруки, — это уже было обращено ко мне. — Не знаю, как Маше удалось вас уговорить, но признателен. Спасибо.

Я протянул ему руку. Протасов крепко пожал её.

— Чем я могу вам отплатить? — спросил он прямо. — Прошу, не отказывайтесь. Для меня это важно. Терпеть не могу оставаться в долгу.

— Понимаю. И мне от вас, действительно, кое-что нужно.

— Всё, что угодно, если это не противоречит понятиям чести.

— Ничего подобного я бы и не предложил.

— Простите, — тут же смутился Протасов. — Это я так… Сам не знаю, зачем добавил.

— Ничего. Мне нужен командир дружины. Тот, кто не только возглавит и обучит, но и соберёт её. Потому что на данный момент охраняют мои владения только миньоны.

— Понимаю, — глядя мне в глаза, проговорил Протасов. — Дело ответственное. Разумеется, если вы желаете возложить его на меня, я согласен.

— Вот и отлично. Значит, по рукам. Вам будет выделен бюджет на нужды. Большой сразу не обещаю, ибо смарагд ещё не сдан, но, когда появятся деньги, часть выделю на дружину.

— Как скажете. И, ваше благородие… Не подведу. Насчёт поруки можете быть спокойны.

Мы снова обменялись рукопожатием.

— Собственно, набор нужно начинать уже сейчас, — сказал Протасов. — Не вижу смысла ехать к вам, ведь там вербовать людей неоткуда, верно?

— Среди кабальных есть несколько человек, служивших в армии.

— Этого мало. Нужен костяк профессионалов. У меня на примете имеется пара человек, знакомцев моих по службе. Сейчас они на гражданке, но думаю, кое-кого получится сманить. Если позволите, я их навещу.

— Сколько времени вам на это понадобится?

— Они все живут на Фронтире, так что за несколько дней должен управиться.

— Хорошо. Участок ЗФ-36, он же Львовка. Найдёте?

— Найду, ваше благородие.

— Вам нужны деньги?

— Не извольте на этот счёт беспокоиться, — белозубо улыбнулся Протасов. — Средства мои никуда не делись. Справлюсь сам.

— Так что же, ты сразу и уедешь⁈ — всполошилась докторша, сообразив, что брат сейчас нас покинет.

— Не суетись, Маш, — сказал ей Протасов, нахмурившись. — Видишь же, дело какое. Некогда мне прохлаждаться. Ну, всё, прощай. Скоро свидимся, — чмокнув её в щёку, он кивнул мне и поспешил прочь.

Докторша сделала вслед за ним порывистый шаг, но остановилась.

— Как же это так-то, а⁈ — пробормотала она.

— Не переживайте, Марья Игнатьевна. Такому человеку нужно проводить время деятельно, — сказал я. — Иначе закиснет. Он взаперти насиделся уже. Пусть разомнёт ноги.

— А ведь вы правы, — кивнула Протасова, вздохнув. — Хорошо, что вы его на должность определили. Даже не представляю, что с Игорьком было бы, окажись он безо всякого дела.

— Дружина это, конечно, не армия. Но близко. А теперь я позвоню господину Жарикову. Нам нужно встретиться.

— Жене⁈ — удивилась Протасова. — И тут же спохватилась: — То есть, Евгению Степановичу?

— Ему, Марья Игнатьевна. Надеюсь, он недалеко и сможет с нами встретиться. Мне нужно кое-что продать, и я не хочу ждать его возвращения в Львовку.

С этими словами я достал телефон и набрал номер скупщика.

Глава 13

Жариков был в Орловске, так что приехал через двадцать минут. На такси.

— Ваше благородие! — проговорил он, улыбаясь. — Моё почтение. Марья Игнатьевна, здравствуйте.

— И вам не хворать, Евгений Степанович, — отозвалась та, розовея.

И чем только пронял суровую докторшу этот прощелыга? Поистине, чужая душа потёмки, а сердцу не прикажешь.

— Вы сказали, у вас появились артефакты на реализацию, — сказал Жариков. — Позвольте взглянуть?

Я вручил ему кольцо света и усилители биомантии. Скупщик немедленно достал счётчик, проверил товар и удовлетворённо кивнул.

— Очень хорошо. Это можно продать быстро и дорого. Я переведу вам всю сумму на счёт, если не возражаете. Не хочу везти наличку из города.

— Это было бы отлично, — сказал я. — Реквизиты мои у вас есть. Сколько понадобится времени, чтобы реализовать предметы?

— Думаю, дня два-три. А вы уже уезжаете? — он бросил взгляд на Протасову.

Явно им обоим хотелось задержаться и побыть вместе. Время было позднее, и ехать в темноте не лучшая идея, но завтра к обеду я должен быть на именинах Лобанова.

— Увы, придётся, — ответил я. — У меня на завтра планы.

— Очень жаль, — расстроился Жариков. — Я хотел показать госпоже Протасовой город. Но надо, так надо.

Расставшись со скупщиком, мы отправились в обратный путь. В Львовку прибыли ночью. Докторша отправилась спать, а я уселся перекусить, ибо ужин пришлось пропустить.

Пока трапезничал, слушал доклад Ярилы. Оказалось, что в моё отсутствие на участок прилетал вертолёт — привёз «археологам» новое оборудование. Какое — неизвестно. Плюс прибыли ещё двое человек, оставшиеся с группой. Похоже, Охранка решила усилиться в виду появления Исчадий.

— А раненые? — спросил я. — Наверняка кто-то пострадал при нападении меха на раскопки.

— Ни слуху, ни духу, босс, — ответила Ярила. — Думаю, у них есть Целитель.

Да, похоже на то. Ладно, сегодня ночью я выясню, в чём там дело. Есть у меня один план.

— Выведи мне схему подземных коммуникаций вокруг раскопок, — велел я ИскИну.

Попивая зелёный чай, я изучил подходы к церкви. Крипта в ней всё-таки имелась. И в неё можно было переместиться из канализационного тоннеля поблизости. Отлично!

— Босс, должна сообщить, что археологи только что установили силовое поле вокруг раскопок, — вдруг проговорила Ярила. — И внутри зажжён яркий свет. Полагаю, они знают о вашем Даре и хотят воспрепятствовать проникновению в церковь.

Ишь, хитрецы! Обо всём подумали. Но мне вовсе не нужно пробираться за сетку. Достаточно крошечной тени, чтобы подсмотреть одним глазком. Или послушать.

Так что, допив кофе, я отправился к развалинам. Перемещаясь по ним с помощью теней, добрался до церкви и проник в крипту, оказавшись прямо под полом. Здесь, и правда, были собраны предметы религиозного культа. Некоторые фонили. Но, кажется, артефакты не особенно интересовали археологов. Они явно не торопились с раскопками.

Я принялся шарить по церкви, ища тень. Как бы ни старались агенты Охранки высветить все закоулки, одну я всё-таки отыскал. Как говорится в местной священной книге, ищите и обрящете.

Высунув глаза, я обвёл взглядом раскопки. В центре был помещён прибор, каких прежде мне видеть не доводилось. Над ним колдовали трое мужчин и одна женщина. Судя по всему, они его настраивали. Пока возились, я нашёл ещё одну тень и высунул сквозь неё ухо. Голоса доносились приглушённо, но слова разобрать было можно.

Краткие реплики подтвердили моё предположение: четверо настраивали неизвестное мне устройство. Спустя некоторое время они отошли от него и опустились на расчищенный от обломков пол, подвернув под себя ноги.

Всё это происходило прямо надо мной.

Прошла минута, и прибор пришёл в движение: его части начали вращаться, перестраиваться, из щелей полилось густое алое свечение. Первое время оно пульсировало, а затем стабилизировалось.

Возле меня возникла Ярила.

— Появился звук, — доложила она, следуя полученным заранее инструкциям.

Я не ответил.

Прибор продолжал менять форму, алое сияние увеличивалось, постепенно заливая пространство под маскировочной сеткой.

— Обнаружено Исчадие, — вдруг проговорил один из операторов. — Пытаюсь установить контакт.

А вот это интересно. Очень даже. Про подобные технологии широкой общественности известно не было. Кажется, я стал свидетелем секретного эксперимента. Испытания чего-то совершенно нового.

— Контакт установлен, — оповестил товарищей оператор. — Начинаем подавление.

— Сопротивление тридцать два процента, — подал голос другой. — Тридцать четыре. Усиливаю воздействие. Тридцать один. Двадцать девять. Давайте, коллеги, поднажмите!

— Пытаюсь определить дистанцию, — произнесла женщина. — Держите его! Не дайте соскочить!

Так-так… Похоже, я вижу псиомантов, пытающихся с помощью какого-то устройства взять под контроль Исчадие! Это до сих пор считалось невозможным. Однако, кажется, определённый прогресс в данном направлении всё-таки наметился.

— Сопротивление двадцать семь процентов! — нервно сообщил оператор. — Коллеги, у нас нет прогресса! Мы его теряем!

В этот момент Ярила сказала:

— Босс, наблюдаю двух Исчадий. Они направляются к церкви. Атака! Ещё одна! Пытаются пробить силовое поле.

— Уровень монстров? — спросил я.

— Не выше второго. Вряд ли им удастся попасть за периметр.

В этот момент раздался голос оператора:

— Двадцать девять процентов! Молодцы, отвоёвываем позиции! Давайте ещё! Что с дистанцией, Нин?

— Пока не ясно, — отозвалась женщина. — Поднажмите, если можете.

— Да мы пытаемся… — проговорил один из псиомантов. — На удивление, сильная тварь!

— Атаки продолжаются, — доложила Ярила. — Подняты ещё два Исчадия. Тоже второго уровня.

— Двадцать пять процентов! — раздался голос оператора. — Мы опять его теряем! Двадцать один! Чёрт, господа, это никуда не годится!

— Надо заканчивать, — сказал другой. — Мы явно ему уступаем. Пока. Требуется доработка.

— Согласна, — подала голос женщина. — Сворачиваемся?

— Да. Конец попытки.

Свечение устройства мгновенно погасло. Детали пришли в движение, возвращаясь в прежнее положение.

Я вышел из теней. То есть, их покинули мои газа и ухо.

— Исчадия всё ещё атакуют, — сказала Ярила. — О, вижу людей. Они нападают на мехов. Рубят. Хотите взглянуть?

— Не надо, — ответил я. — Всё и так ясно.

В пределах действия устройства находится Исчадие, способное поднимать мехов. И Охранка пытается взять его под контроль. Пока — не особо успешно. Тварь сопротивляется и бросает роботов атаковать противника, чтобы помешать псиомантам. Невольно вспомнился завод, охраняемый Исчадиями. Похоже, пора туда наведаться.

Проходя сквозь тени, я вернулся в поселение и потопал к особняку. Охранка не должна прознать, что я в курсе их дел. Но это не значит, что мне нельзя самостоятельно найти Исчадие. Если оно способно создавать монстров на моём участке, это моё дело.

Спал я недолго. Встал в полдень. До поездки к Лобановым оставалась пара часов. Завтракать не стал, чтобы не портить аппетит. Пока собирался, на участок прибыли сотрудники «Газ-Татара». Им предстояло обслуживать бензоколонку. Вот и новые обитатели Львовки. Что хорошо. Как я уже говорил, в первую очередь, поселение — это люди, а не здания. Домов можно натыкать, сколько угодно, но надо, чтобы в них хотели жить.

Собравшись (снова воспользовался системой Сяолуна, ибо мероприятие ответственное), я отправился в Лобан-лэнд, как окрестил своё поместье американист. Название так и царапало по ушам, но хозяин-барин. Каждый называет свои владения, как хочет. Кто во что горазд.

Когда подкатил к особняку, стало ясно, что народу собралось немного. Похоже, Лобанов водил дружбу не с таким уж большим количеством соседей. Машин у дома стояло всего с дюжину. Припарковав свою с краю, я поднялся на крыльцо.

В холле гостей встречала Татьяна. На правах хозяйки, пока её брат не обзавёлся женой. Одета она была в розовое платье строгого покроя, из украшений — только скромное по дворянским меркам колье и маленькие серёжки. Завидев меня, девушка улыбнулась.

— Добро пожаловать, Родион, — проговорила она, подавая руку. — Как добрались?

— Без приключений, благодарю. Надеюсь, вы в добром здравии.

— Не жалуюсь. Слышала, у вас на участке случился прорыв. Обошлось без потерь?

— К счастью. Куда подарок девать, не подскажете?

— А вот, — Лобанова подвела меня к столу, скрытому за кадками с фикусами. — Кладите сюда. Подписан он у вас?

— Нет.

— Не беда. Держите, — девушка взяла из стопки чистую карточку и протянула мне.

Подписав презент, я положил его к остальным, оставленным другими гостями. Коробки, свёртки разного размера занимали почти весь стол. Интересно, что в них. Лично я привёз Лобанову чертёж одного хитрого устройства, которого у его инженера точно нет — потому что я сам его изобрёл. Хорошо, если оценит.

— Давайте познакомлю вас с остальными, — сказала Татьяна. — Вы, наверное, никого не знаете.

Прибывшие собирались в холле, дожидаясь, пока их позовут в столовую на праздничный банкет. Примерно треть была с дамами разного возраста. Я заметил, что привезли и девушек — видать, с прицелом на брак с хозяином дома.

Татьяна подвела меня к пожилой паре, возле которой как раз стояла одна из них.

— Позвольте представить вам нашего нового соседа, — сказала Лобанова. — Господин Родион Николаевич Львов. Проектировщик и мой добрый друг.

— Степан Кривоносов, — пробасил грузный мужик лет пятидесяти с лишним, протягивая широкую, мясистую ладонь. — Сердечно рад. Каждый освоенный участок увеличивает процветание нашей славной империи. А это жена моя, Аделаида.

Я символически припал к ручке супруги.

— Ну, и дочь моя, — добавил Кривоносов, кивнув на заметно смущающуюся девушку в зелёном платье. — Елена.

— Степан Иванович владеет сетью ресторанов, — сказала Татьяна. — Большой человек, меценат. Поощряет всякие искусства. Даже вот галерею завёл в этом году. Поднимает культуру здешнюю.

— Да бросьте, Татьяна Ильинична, — польщённо проговорил Кривоносов. — Это так, хобби. Чисто для души. А если есть от этого какая польза обществу, то мне только в радость.

Дальше я был представлен паре помоложе и без дочки. Мужик оказался проектировщиком одного из участков. В целом — ничего любопытного.

А вот с третьим гостем знакомство слегка затянулось.

Лобанова подвела меня к высокому, спортивного вида парню лет двадцати шести, коротко стриженному блондину с пронзительно-голубыми глазами.

— Эдуард Дмитриевич, — сказала она, — позвольте представить вам нашего соседа. Родион Николаевич, проектировщик.

— Рокотов, — белозубо улыбнувшись, проговорил блондин, протягивая руку. — Добро пожаловать на Фронтир. Как вам тут у нас?

— Неплохо, — ответил я. — Перспективно.

— Ага! Очень даже. Деловому человеку есть, где разгуляться. У меня участок южнее, а прибыл я сюда в прошлом году. Как обвык, сразу взялся бизнес развивать. Большинство-то здешних только процентами живут да руду продают. Но я сразу решил, что мне этого мало. Если есть возможности, нужно их использовать, верно говорю?

— Золотые слова, Эдуард Дмитриевич, — согласился я.

— Можно просто Эд, если не возражаете. Я человек простой, дворянин только во втором колене, так что снобизма всего этого не принимаю.

— Тогда и вы зовите меня по имени.

— Вот и отлично, договорились, стало быть.

— И каким бизнесом вы занимаетесь?

Перспективы Фронтира меня очень интересовали, так что было любопытно послушать.

— Фармацевтика. Вожу сюда лекарства и планирую собственное производство открыть. Медикаменты на Фронтире всегда нужны. Как и везде, впрочем. Сеть аптек у меня уже есть, сейчас клиники окучиваю. Надо же расширяться. С именинником у меня контракт есть уже на поставки, может, и вы заинтересуетесь, — он ловко всучил мне визитку. — Вот мои контакты, я всегда на связи. Волка ноги кормят, — добавил блондин, снова улыбнувшись.

— Премного благодарен. Буду иметь в виду.

— Товар качественный, не сомневайтесь. И цены приемлемые. Всё честно.

— Ну, мы пойдём дальше, — сказала Татьяна, воспользовавшись паузой в разговоре. — Представлю Родиона Николаевича остальным.

Пока мы обходили гостей, прибыли ещё двое, и общество оказалось в сборе. Так что нас пригласили в столовую. Туда же вышел именинник. Одет Лобанов был в безупречно скроенный тёмно-синий костюм, белую рубашку и галстук в полоску.

Меня усадили рядом с Татьяной, так что я должен был ухаживать за ней в течение трапезы. Похоже, моя кандидатура в качестве жениха Лобановой всё-таки рассматривалась. А значит, американист строить мне козни не планировал. Ну, или пыль в глаза пускал, пытаясь усыпить бдительность. Напрасно.

Обед длился долго — часа два. Четыре перемены блюд не отличались изысканностью, никаких языков фазанов не было, но всё было вкусным. Очень даже. Как и поданный в конце десерт — белый торт. Я съел немного, но должное искусству кондитера мысленно воздал.

В течение трапезы звучали тосты и поздравления. Я тоже сказал краткую речь в самом начале.

Обсуждали дела на Фронтире. Слушать было интересно и временами даже познавательно.

Зашла речь о политике — куда ж без неё.

Особенно распалялся один из гостей, Веневитин Евлампий Олегович, владелец одного из участков, расположенных севернее моего.

— Россия имеет больше всего шансов присоединить новые территории, очищенные от Излома! — говорил он горячо. — Мы уже сохранили всё, что имели, выстояли, в отличие от большинства, и теперь на нас, проектировщиков, возложена государем, пожалуй, самая важная миссия текущего столетия — взять всё, что можно, и приумножить величие отечества! В то время как Азия потеряла Монголию, Таиланд, Малайзию и ряд прочих стран, павших под натиском Излома, Европа, не считая Османской империи, уничтожена полностью, как и Африка, от арабских государств остался только Великий Халифат, держащийся из последних сил, Штаты сократились вдвое, Южная Америка во власти Гнили, а Канада сжалась до размеров Монреальской республики, именно мы являемся флагманом борьбы человечества за выживание!

— Предлагаю тост! — воскликнул Кривоносов, вставая. — За веру, царя и отечество! Ура, дамы и господа!

За столом поднялся одобрительный гул, гости порывисто вставали со своих мест, кивали, некоторые даже поаплодировали.

— Благодаря анахрониту наши рубежи будут стоять вечно! — восторженно воскликнул Эдуард, фамилию которого я так и не узнал. — Да здравствует император Александр!

Пока сидели за столом, я присмотрелся к Михаилу Иванову, архитектору Лобанова. Познакомились мы во время моего первого визита к соседу: в тот раз я застал их в спортзале фехтующими. Тогда архитектор показался мне бодрым малым, теперь же он сидел хмурый, разговоры не поддерживал и, вообще, кажется тяготился обществом. Интересно, почему.

А вот инженера Лобанова я видел впервые. Парень лет двадцати пяти широко улыбался, смеялся и охотно болтал с гостями, особенно с женщинами. Впрочем, не сказать, чтобы высовывался. Вёл себя прилично. Судя по паре заинтересованных взглядов со стороны прекрасного пола, даже завоевал некие симпатии. Увы, большинство инженеров не имеют дворянского звания, так что выгодный брак юноше не светил. По крайней мере, не ради него к Лобановым привезли своих дочек соседи американиста.

Они прощупывали виновника торжества, других проектировщиков и меня. Задавали вопросы и слушали очень внимательно. Я старался давать минимум информации. Кажется, из-за этого меня сочли человеком серьёзным и обстоятельным. Что сразу повысило мои шансы стать потенциальным зятем, о чём мне с улыбкой шепнула во время очередной перемены Татьяна.

После обеда гости вышли на улицу, где была собрана на заднем дворе сцена. Нас ждал концерт. Это мне было не интересно, однако пришлось послушать несколько выступлений. За музыкантами вышли фокусники, акробаты и так далее. Неужели и мне придётся устраивать что-то в таком же духе, когда придёт время созывать гостей? От такой перспективы прямо передёргивало. А вот Лун, конечно, будет в восторге. Пожалуй, на него это и свалю.

Ко мне подобрался инженер Лобанова.

— Нас не представили в суматохе, — сказал он тихо. — Фёдор Девятаев.

Мы обменялись рукопожатием.

— Слышал, вы обходитесь на участке своими силами, — проговорил парень, глядя на сцену. — Справляетесь?

— Вполне успешно.

— Если нужны какие-то чертежи, то готов предоставить. У меня есть буквально всё. По сходной цене. Только господину Лобанову не говорите.

— Буду иметь в виду, — кивнул я.

— Даже лицензионки имеются, — добавил Девятаев и украдкой протянул мне визитку. — Мои контакты. Звоните в любое время, если что понадобится.

Как только я взял карточку, он отошёл в сторону и завёл разговор с одним из гостей.

Что ж, парень пытается подработать. Такая практика не одобряется, но и не запрещена. Может, у него, и правда, найдётся что-то полезное.

После концерта мы вернулись в дом, где были поданы напитки и закуски. Небольшой оркестр играл фоном, и прибывшие могли пообщаться, обсудить дела и так далее. Ко мне никто не подходил, а вот Татьяну откровенно окучивали трое парней. По девушке было заметно, что она поддерживает беседу из вежливости. Пару раз мы встретились взглядами, и Лобанова улыбнулась.

Я же набрал канапешек с сыром и прохаживался по залу, разглядывая выставленные в застеклённых стеллажах предметы. Заинтересовали меня две фотографии в рамках, на которых именинник был запечатлён на фоне странной машины вроде гоночной, а позади виднелось растянутое над дорогой полотнище с надписью «Финиш». Кажется, снимок был сделан где-то на городских развалинах. Не моих ли?

— Скучаете, Родион? — раздался за спиной голос Лобанова. — Мне жаль, что вы не нашли себе компанию по душе. Общество моих знакомых невелико, как вы заметили, но другого предложить не могу.

— У вас очаровательные гости, — ответил я, обернувшись. — Просто у меня нет с ними общих дел.

— Ну, это временно. Связи образуются быстро, если находятся схожие интересы. Вижу, вы обратили внимание на снимки.

— Да, вы участвовали в каких-то гонках?

— Как, разве вы никогда не слыхали про «Излом-2»⁈ — удивился Лобанов.

— Боюсь, что нет, Питер.

— Хм… Впрочем, их особо не афишируют. Они не запрещены, но и не одобряются. Гонки проводятся за пределами Фронтира, на территории Излома. Началось это на востоке, в Азии.

— «Излом-1»?

— Совершенно верно. Развлечение только для одарённых. То есть, можно, конечно, и обычному человеку попытаться, но шансов нет.

— Почему?

— Сами судите: во время гонки разрешено применять магию. Плюс Исчадия могут появиться. Одарённый хотя бы фантомом защищён, а что делать обычному человеку?

— Опасное развлечение.

— О, да! Знатно щекочет нервы. И погибнуть можно. Бывали случаи.

— Вы сказали, разрешено применять магию. Для чего?

— На своё усмотрение. Например, чтобы атаковать противника.

— И ради чего это всё? Есть какой-то приз?

— Ставки, — ответил Лобанов. — И весьма большие. Плюс адреналин.

— Я так понимаю по снимкам, вы дважды выигрывали.

— Было дело, — улыбнулся Лобанов. — Повезло. Но последний раз пропустил. Тэнни против. Говорит, что это глупость и ребячество. Так-то она права, конечно. Но иногда не хватает чего-то такого, — он вздохнул. — Даже заставила машину разобрать и чертёж продать. Женщины! А мне, между нами говоря, страсть, как хотелось надрать зад Молчанову! Теперь он победитель. Вылез в моё отсутствие на первое место. Ну, да чёрт с ним! Пусть радуется. Кстати, как вам здешние невесты? — сменил вдруг после короткой паузы тему Лобанов. — Не приглянулся ли кто? Если хотите, могу просветить насчёт предполагаемого приданного. Сам разнюхивал — для себя.

— И никого не выбрали?

Лобанов усмехнулся.

— Вы правы, Родион. Негоже предлагать другу то, что тебе не пригодилось. Но вдруг у вас сердце дрогнуло? Не только ж ради денег женятся люди.

— За предложение спасибо, но нет, не дрогнуло. Да и какой из меня жених? Я тут без году неделя.

Мой собеседник покачал головой.

— Не скажите. У вас участок всем на зависть. Кстати, не надумали продать часть стройматериала?

— Пока нет.

— Понимаю. Но, если что, я на очереди первый.

— Буду иметь в виду, Питер.

Спустя примерно час я решил, что пробыл в гостях достаточно, и начал прощаться.

— Бывайте у нас почаще, — сказал Лобанов, пожимая мне руку. — По-соседски. Нам, труженикам Фронтира, надо держаться вместе.

— Золотые слова, Питер, — отозвался я.

— Давайте я вас провожу, — вызвалась Татьяна.

Когда мы остановились на крыльце, я приложился к протянутым пальчикам. Сказал:

— Навещайте меня иногда, если будет время. Ваше общество мне особенно приятно.

Люблю сильных женщин. Ничего не могу с собой поделать. Да и нужным не считаю.

— Непременно, Родион, — серьёзно ответила Лобанова.

Прозвучало как обещание.

Отъезжая от особняка, я сунул руку в карман, чтобы достать колоду — хотелось получить очередное предсказание. Однако пальцы нащупали посторонний предмет — сложенную вчетверо бумажку. Вытащив её, я развернул листок и уставился на выведенные неровным торопливым почерком строки записки.

Глава 14

Следующие два дня прошли относительно спокойно. Здания строились всё быстрее, ибо количество миньонов множилось, и я даже отправил парочку достраивать у себя в особняке ещё одно крыло. Тем более, что Сяолун время от времени напоминал о необходимости расширять штат слуг. Пока в этом нужды я не видел, но надо ж и о будущем позаботиться. Плох тот сосед, который только ездит в гости, а к себе никого не приглашает. Чтобы установить прочные связи с полезными людьми, нужно видеться с ними почаще — это к бабке не ходи. Так что планировать всякие рауты и званые вечера следовало заранее. Да и вообще, дом проектировщика — лицо его удела.

Помня совет Градова, я сделал пару кондиционеров и установил в особняке. Теперь внутри царила истинная благодать.

На каньон отправилась новая техника, что позволяло освободить часть работников для других нужд, но с этим я пока не торопился.

Зато сделал в сборочном цеху несколько стиральных машин, чертежи которых распространялись без лицензии. Женщины были счастливы. А как утверждал один известный писатель, если на твоей стороне прекрасный пол, то весь мир у твоих ног.

Главное же — Ярила с каждым днём увеличивала покрытие действия вышки, так что скоро уже можно будет начать возведение пограничных фортификаций. А там и новый участок зачищать время придёт. На который, как я уже говорил, у меня планы.

Первый этаж офисного здания и, по совместительству, торгового центра, был почти готов. Вот тут надо бы поторопиться, поэтому я дал Яриле указания бросать новых миньонов именно на него.

Жилые дома тоже возводились, и вскоре кабальные смогут в них переселиться, а бараки я снесу, освободив место в центре Львовки под более полезные постройки.

Кроме того, пришли деньги от Жарикова, а потом и он сам явился вместе с мобильной крепостью, привезшей продукты, медикаменты и прочие необходимые для жизни предметы. Всё это до сих пор поставлялось на участок в долг, но я рассчитывал в ближайшее время рассчитаться с государством и перейти на обычные закупки. Кроме того, открытие торговых площадей практически избавит меня от необходимости зависеть только от мобильных крепостей: товары будут привозиться фирмами, которые возьмут у меня аренду.

Плюс заложил постройку казармы для будущей дружины. Надо же где-то жить охранникам. Да и тренироваться тоже. Поэтому задний двор отвёл под плац. Ну, и ангары для техники поставил. В общем, и захочешь на чём-то одном сосредоточиться, а не сможешь. Так что помещённая в вышку Скрижаль меня очень выручала.

Археологи с агентами Охранки вели себя тихо. Не шумели, Исчадий не поднимали и носа из раскопок не показывали — видать, что-то делали с прибором, издававшим странный звук и оказывавшим влияние на чудовищ. Я подозревал, что они его настраивают, чтобы получить-таки власть над монстром. Каждую ночь развалины церкви заливал яркий свет, так что маскировочная сетка выглядела на экранах дронов как колеблющийся сияющий кокон, но я больше туда не совался. Меня интересовало Исчадие, которое пытались обуздать одарённые агенты Охранки, так что я ждал.

На четвёртый день сразу после завтрака мне позвонил Казанский и сообщил, что заказ выполнен.

— Вы готовы забрать? — добавил он в конце. — Оружие получилось просто загляденье.

— Да, Владислав Ильич, уже выезжаю.

— В таком случае жду, ваше благородие, — с облегчением сказал резчик.

Обернулся я за день. Расплатился с Казанским переводом, забрал аккуратно упакованный в плотную ткань клинок, от которого теперь чувствовалось излучение несколько иного рода, чем от останков, хотя связь с энергией хаоса сохранилась. Правда, её, похоже, ощущал только я.

Вернулся поздним вечером, когда уже стемнело. И застал Игоря Протасова с тремя крепкими мужиками тренирующимися на плацу в окружении строящихся зданий. Меня они поначалу не заметили, так что у меня имелась возможность понаблюдать за ними.

Протасов орудовал деревянным «клинком», спаррингуя со своим товарищем, вооружённым таким же спортивным снарядом. Они быстро перемещались по площадке, осыпая друг друга лёгкими ударами.

Двое других дружинников пристреливались, выставив на ящике из-под сухих завтраков пустые консервные банки. Получалось у них отлично.

Постояв минут пять, я направился к Протасову.

Наконец, он увидел меня и поднял руку, останавливая поединок. Оба противника опустили оружие.

— Ваше благородие, — быстро поклонился Протасов. — Ваш дворецкий сказал, что здесь будет тренировочный плац, вот мы и решили поразмяться. Прибыли только два часа назад.

— С вами трое? — спросил я.

— Да, ваше благородие. Но это отличные парни, настоящие профи. На них можно положиться. Я с ними служил.

— Хорошо. Жилища для вас пока нет, но, как видите, процесс запущен. Поживите пока в гостинице. Там как раз новое крыло построено. Бесплатно, разумеется.

Портье у меня была там сразу поставлена одна из кабальных, которая очень гордилась полученной должностью и не давала спуску никому, считая своим долгом каждую вырученную копейку отправлять в казну, как она это называла. Позавчера же в посёлок прибыл новенький, отрекомендовавшийся менеджером, и предложил свои услуги в качестве управляющего. Предоставил рекомендательные письма с предыдущих мест работы. Мужику было лет пятьдесят. Я проверил его по Интернету, всё оказалось в порядке, и господин Жихарев получил должность. Первым делом он попросил дозволения нанять персонал — носильщиков, горничных и так далее. Пока не будет продан смарагд, об этом не могло быть и речи, но пришлось занеси в бюджет и эту статью расходов. На будущее.

— Позвольте отрекомендовать вам моих товарищей, — сказал Протасов.

Стрелки как раз тоже меня заметили, оставили винтовки и подошли к нам.

— Родион Николаевич, — представился я. — Добро пожаловать.

— Это вот Никита, — начал Протасов, указав на мужика лет тридцати, высокого и поджарого, похожего на хорька. — Снайпер. Это Андрей, тоже стрелок. Ну, а этот громила, — кивнул он на своего партнёра по спаррингу, — Степан. Рыцарь, как и я.

— Амуниция у вас с собой? — спросил я.

— Если вы про доспехи, то нет, — ответил Протасов. — Их выдают, пока служишь. Собственность армии. Но нам ведь не с Исчадиями драться.

— Это верно. Однако лучше быть ко всему готовыми. Монстры могут и прорваться. Бывали прецеденты.

— Тогда доспехи с вас, ваше благородие, — прогудел Степан, постукивая себя деревянным мечом по икре. — У нас таких денег нет. Нам вот даже тренироваться приходится сами видите, с чем. Потому что настоящие клинки тоже принадлежат армии.

— Учту. Столпов, как я понимаю, среди вас нет.

Все четверо дружно покачали головами.

— Пилоты экзодоспеха стоят слишком дорого, — сказал Протасов. — И сманить их трудно. Да и зачем они вам? Мы ведь дружина. А если Исчадие прорвётся, турели и сторожевые башни его задержат. Я видел, у вас уже и вторая линия строится.

Тут он, конечно, прав. И экзоброня, как и пилоты, мне сейчас абсолютно точно не по карману. Но на будущее засечку сделаю. Всё-таки, лучше, когда в отряде полный комплект. Разве что следопыт дружине не нужен.

— Вы очень вовремя, господа. Я как раз привёз особые боеприпасы. Взгляните.

Мы прошли к моей машине. Патроны для своего револьвера я показывать не стал, ибо они только для меня. А вот боеприпасом для винтовок стрелки заинтересовались.

— Маловато, конечно, — сказал я. — Исчадие попалось некрупное.

— Я думаю, нам этого надолго хватит, — отозвался Никита. — Мы ведь не на монстров охотиться будем. А на всякий случай самое оно.

Андрей кивнул, вертя в пальцах один из патронов.

— Отличная работа, — сказал он. — У Казанского заказывали, ваше благородие?

— У него.

— Классный мастер. И живёт недалеко. А это у вас что? — показал он на свёрток.

— Клинок.

— Разрешите взглянуть? — оживился Протасов.

— Конечно. Даже интересно, что скажете.

Рыцарь аккуратно развязал бечёвку, развернул тряпицу и окинул взглядом меч. Выглядел тот жутковато, ибо за основу был взят хребет.

— Ого! — проговорил Протасов. — Необычное решение. Вы позволите?

Я кивнул.

Дружинник крутанул клинок, проверяя баланс и вес.

— Прекрасное оружие! — восхищённо проговорил он.

— Забирайте, — сказал я. — Думаю, вам оно пригодится больше, чем мне.

— Вы серьёзно⁈ — поразился Протасов.

— Раз у меня теперь есть Рыцарь, у него должен быть меч. Логично же?

— Благодарю вас, ваше благородие!

— Не за что. Это ваш рабочий инструмент. Что касается вас, — обратился я к Степану, — быстро достать клинок не обещаю, но буду стараться.

— Мне бы топор, — прогудел здоровяк, поглядывая на меч. — Так привычнее будет.

— Учту.

— Ваше благородие, — сказал Протасов, возвращая меч в тряпицу. — Для дружины четверых мало. Нужно ещё хотя бы столько же. Предлагаю взять кого-то из ваших кабальных. Кто поблагонадёжнее. Оно не принято, но я вижу, что, вроде, повода для недовольства у ваших людей нет, а кто-то из них, вы говорили, служил в армии. Если позволите, я бы поболтал с ними и выбрал человека четыре. Тренировки на себя берём. Верно, парни?

Остальные дружинники кивнули.

— Только оружие понадобится, — добавил Протасов. — Винтовки, пистолеты.

— Это не проблема. Произведу в цеху. У меня при себе несколько чертежей самых популярных на Фронтире моделей.

— У автоматически собранных пушек часто бывают проблемы, — нахмурившись, заметил Протасов. — Особенно у снайперских винтовок. Даже если схемы лицензированные. Лучше покупать у производителей. Это, правда, дорого, но оно того стоит.

— Вы сможете проверить качество, — ответил я. — Что понадобится — доработаем.

— Хорошо, ваше благородие. Но проблемы бывают не только в конструкции и сборке. Автоматика не всегда понимает тонкости сплавов, а это обычно обнаруживается уже во время эксплуатации спустя некоторое время.

— Давайте пока остановимся на том, что можем себе позволить, Игорь Игнатьевич.

— Конечно, ваше благородие. Я понимаю. Но, если что, у меня есть на примете хороший оружейник. Он доводит серийные модели до совершенства.

— Буду иметь в виду. Теперь что касается набора в отряд. Кабальные скоро вернутся с каньона, так что можете с ними пообщаться. И с бригадиром переговорите. Он всех знает. А пока заселитесь в гостиницу. Я велю дворецкому вас проводить и предупредить управляющего.

Отправив Сяолуна с дружинниками, я засел в кабинете — отобрал личные дела кабальных, которые проходили срочную службу. Отправил список Протасову с Кириллом.

А затем наведался в цех и заложил производство арсенала.

На следующий день четверо кабальных уже были рекрутированы в отряд, и на плацу начались тренировки. По импровизированным мишеням палили, не жалея патронов (обычных, естественно), так что грохот стоял тот ещё. Ребятня после школьных занятий норовила собраться поближе и поглазеть, как взрослые дяди готовятся сражаться за Львовку, если понадобится. Хотя основная задача дружины — обеспечить безопасность владельца участка, конечно. По сути, это телохранители. Ну, и за порядком следить. С этим, правда, у меня пока проблем не возникало. Но чем больше будет в Львовке жителей, тем выше вероятность инцидентов. Так что дружинники — люди совсем не лишние. Даже если ты можешь сам себя защитить. К тому же, иногда я буду покидать участок по делам, и надо, чтобы он оставался в надёжных и вооружённых руках.

— Это мой папка! — то и дело гордо восклицал один из пацанов, тыча пальцем в невысокого, но крепкого мужичка, который одну за другой сбивал из новенькой штурмовой винтовки пустые банки.

К вечеру Ярила произвела по моим чертежам две машины с циркулярными пилами, которые я отправил валить лес с южной стороны посёлка. Расширяться так расширяться. Учитывая нынешние темпы развития вышки, ставить новые здания можно будет уже совсем скоро. А мне нужны жилые кварталы, ведь гостиница не резиновая. Кроме того, надо построить бордель. Нечего девицам Глухарёва ошиваться в отеле — пусть перебираются в отдельное здание. Пора уже.

Ближе к ночи я достал из кармана записку, полученную на именинах Лобанова. Ещё раз перечитал. Кто мог подложить её незаметно в мой карман? Загадка. Автор послания пожелал остаться неизвестным: никакой подписи на вырванном из записной книжки листке не значилось.

Меня приглашали встретиться. Тайно, в определённые день и час. И вот время пришло. До назначенного свидания оставался час, а я так и не решил, стоит ехать или нет. Это могло быть важно, но могла быть и ловушка. Правда, не представляю, кому из присутствовавших на именинах понадобилось бы меня куда-то заманивать. С другой стороны, что я вообще знал об этих людях? По сути, ничего. Автор записки обещал сообщить нечто важное. То, что меня непременно заинтересует. Иначе говоря, ему явно очень хотелось, чтобы я пришёл на встречу. Но при этом он даже не намекнул, о чём собирается вести речь. И почему не мог сообщить мне то, что хотел, на празднике. Возможности для того, чтобы подойти ко мне и перемолвиться парой словечек, точно были. Странно.

Скомкав листок, я бросил его на стол и поднялся. Поехать всё-таки надо. Даже если это вражеский маневр, нужно узнать, кто мой противник. Если же нет — я могу получить важную информацию.

— Куда вы, хозяин? — всполошился Сяолун, выскакивая за мной на крыльцо, едва я направился к машине. — Поздновато для дальних поездок.

— Надо кое с кем встретиться.

— И вы не хотите, чтобы я вас сопровождал?

— Не думаю, что от тебя будет польза. Без обид.

— Тогда возьмите охрану! Благо, теперь она у вас есть.

— Думаю, справлюсь сам.

— Но зачем рисковать? Дайте мне пару минут, и я пошлю за ними в гостиницу.

Вообще, я не собирался брать с собой дружинников, но почему бы нет? Если что, пусть покажут себя в деле.

— Хорошо, убедил, — кивнул я. — Зови.

— Это мудрое решение, хозяин! — обрадовался Сяолун.

Охранники прибыли быстро — всего через несколько минут. В брониках и с оружием. На двух машинах.

— Что нам предстоит? — деловито осведомился, подойдя ко мне, Протасов.

— Всего лишь сопровождение. Я еду на встречу. Если честно — не знаю, как может повернуться дело. Вам надо быть готовыми ко всему.

Протасов кивнул.

— Принял. Если укажете маршрут, пустим одну машину впереди, а другую — замыкающей.

— Нет, держитесь позади. Я беру вас на всякий случай.

— Вообще, так не положено, но кто я такой, чтобы спорить с одарённым? — улыбнулся Протасов. — Маша мне кое-что рассказала, и похоже, вы в состоянии себя защитить. Так что, как скажете, ваше благородие.

Выехав из Львовки, мы двинулись по проложенной мобильными крепостями колее, но через три километра свернули и покатили вдоль высоченных сосен, образующих плотные стены по обе стороны едва различимой дороги, сильно заросшей травой и местами — даже кустами. За прошедшие дни я изучил карту, так что примерно понимал, как и куда ехать. Правда, ориентироваться в темноте было не особо удобно.

Наконец, я выбрался из леса и сразу увидел обугленные остовы разрушенных домов: когда-то здесь была маленькая деревенька, пригород Мадоны. Теперь от неё почти ничего не осталось. Каменных строений практически не было — буквально два-три, снесённых почти до основания. На заросших высокой травой «улицах» ржавели изуродованные остовы машин.

Приходилось ехать медленно и быть предельно внимательным, чтобы ни во что не врезаться. Несколько раз я сворачивал в поисках обходных путей. Наконец, впереди показались развалины бревенчатой церкви. Возле неё стояла машина. Фары были погашены.

Притормозив в десяти метрах от неё, я обвёл взглядом местность. Если это ловушка, то спрятать здесь вооружённый отряд легче лёгкого. Особенно в такое время суток.

Ладно, посмотрим, что будет.

Выбравшись из машины, я накинул фантом, сделал дружинникам знак оставаться на месте и двинулся к чёрному внедорожнику. Пока шёл, охранники рассредоточились, чтобы не представлять лёгкую мишень. Действовали они тихо и почти сразу скрылись в высокой траве, заняв позиции.

Приблизившись к машине, я заглянул в салон через стекло. Внутри было пусто. Ну, и где мой таинственный визави?

Луна заливала местность тусклым холодным светом, так что буквально повсюду лежали резкие тени. Если понадобится, я подниму их за секунду.

В развалинах церкви раздался тихий кашель. Не похоже, чтобы там кто-то скрывался. Скорее, звук должен был привлечь моё внимание и указать направление.

Я направился ко входу, заглянул внутрь и увидел человеческую фигуру.

— Добрый вечер, Родион, — проговорил знакомый голос, а затем его обладатель включил фонарик и посветил себе в лицо. — Это я. Спасибо, что приехали. До последнего не был уверен, что встреча состоится.

— К чему такая таинственность? — спросил я, переступая порог. — Мы могли поговорить и в другом месте.

Мой визави отрицательно покачал головой.

— Слишком опасно. Повсюду чужие уши. А я уже не знаю, кому верить, а кому нет. Что-то странное творится на Фронтире. Вы человек новый, поэтому я решил довериться вам.

— Вы здесь один?

— Конечно. Не волнуйтесь, это не ловушка. Мне незачем от вас избавляться. Напротив — хочу найти в вашем лице союзника.

— Что ж, я слушаю.

— Для начала — взгляните вот на это, — сунув руку в карман, человек шагнул мне навстречу.

Глава 15

На протянутой ладони лежал кусок лилового смарагда.

— Видели такое когда-нибудь? — спросил Лобанов после короткой паузы.

— Видел, — признал я, глядя на образец. — Значит, и у вас такие завелись. Давно?

— Несколько дней назад вырубили небольшую партию, — Лобанов спрятал осколок обратно в карман. — Я никому, кроме вас, не рассказывал.

— Почему?

— Сказал же: никому не доверяю. А вы человек новый, — мой собеседник нервно обхватил себя за плечи. — Я проанализировал образец. Результаты очень странные. Кристаллическая решётка, спектр — всё отличается от обычного смарагда. И у этого энергетический потенциал куда больше. Вот только радоваться-то нечему.

— Мои исследования заставили меня сделать тот же вывод, — сказал я. — Новые образцы нестабильны.

Лобанов кивнул.

— У меня такое же ощущение. А ещё… — он замолчал, закусив нижнюю губу и словно не решаясь продолжить.

— Да?

— Анахронит, из которого мы строим дома на Фронтире. Мне кажется, с ним всё не так просто, как кажется.

Хм, а вот это что-то новенькое.

— Что вы имеете в виду? — спросил я.

Лобанов пожал плечами.

— Иногда… я слышу голоса. Или что-то в этом роде. Очень странный звук. Как будто рокочет… От него прямо мороз по коже! И Майк его слышит. Когда строит здания, бывает, его даже озноб прошибает — он сам говорил.

Я вспомнил недовольного архитектора на именинах.

— Поэтому на нём лица нет?

— Да. У мужика вот-вот нервный срыв будет. Я даже думаю приостановить возведение новых построек. С анахронитом что-то не так. Мы мало о нём знаем.

— Считаете, голос исходит от стен?

— Я не знаю! Но очень похоже на то. Мне уже трудно засыпать. Лежу и жду, что раздастся этот жуткий звук! Вы не верите?

— Вряд ли у двух человек сразу может быть одинаковая галлюцинация.

Похоже, Лобанов описывал то же явление, которое обнаружила Ярила. Но я «горловое пение» вживую не слышал. Почему же его улавливали мой сосед и его архитектор?

— Теперь мне иногда кажется, что дома, которые мы строим, живые, — выпалил вдруг Лобанов, поёжившись. — Словно в их стенах кто-то есть!

— Это маловероятно, — заметил я. — Но вы правы: про анахронит человечеству известно не так уж много.

— А вы ничего не слышите, значит? — пытливо взглянул мне в глаза Лобанов.

Я отрицательно покачал головой.

— Увы.

— Ну, расстраиваться тут не с чего, — криво усмехнулся помещик. — Я бы с удовольствием перестал, да не могу. Даже беруши вставлял — без толку! Звук словно прямо в голову проникает!

— Вы ведь решили поделиться со мной не только, потому что я новый человек, верно? Но и потому что решили, будто на моём карьере тоже есть такой смарагд.

Лобанов кивнул.

— Потому что про мой участок ходят слухи, будто он проклят?

— Угадали. Я не знаю, что делать. Сообщить ли о новом виде смарагда? Куда его девать?

— Я решил пока эту информацию приберечь.

— Вот и мне не хочется, чтобы у меня появилась орава инспекторов и прочих посторонних. Но как быть со звуком-то? Я… боюсь строить новые здания. И Майк вот-вот откажется. А то и вовсе свалит куда-нибудь.

Похоже, из-за нервов мой сосед даже позабыл вставлять в свою речь исковерканные англицизмы.

— Возьмите паузу, — посоветовал я. — Возможно, в новых образцах нет ничего опасного. А звук… ну, мало ли что это такое.

Лобанов кивнул.

— Я тоже об этом думал. Странно, что вы ничего не слышите.

— Странно, — согласился я. — Будем держать связь. Обмениваться результатами исследований. Может, поймём, с чем имеем дело.

— Интересно, есть ли ещё у кого-то на карьере такие кристаллы.

— Если даже и есть, они это не афишируют.

— Да, верно… Значит, и мы не будем.

Я связывал наличие лиловой руды с присутствием на участке Скрижали. Означают ли слова Лобанова, что на его территории тоже имеется обелиск? Если да — нужно его отыскать и забрать.

Если же нет… Всё усложняется.

— Ладно, уже поздно, — проговорил мой собеседник, прерывая возникшую в разговоре паузу. — Поеду я. Если услышите… что-то подозрительное, сообщите, пожалуйста.

— Непременно, Питер. Кстати, как вам удалось подсунуть мне в карман записку?

Лобанов махнул рукой.

— Телекинез, только и всего. Я хотел поговорить без свидетелей. Никогда не знаешь, кто тебя слышит. А я здесь никому не доверяю. Люди вам улыбаются, жмут руку, а сами только и думают, как отщипнуть кусок, да побольше!

Я сдержал улыбку. Сам-то помещик охотно пользовался отсутствием на развалинах Мадоны проектировщика, чтобы прибирать к рукам стройматериалы.

— Вы ведь не один приехали? — спросил Лобанов.

— Прихватил охрану на всякий случай.

— Так я и думал. Не хочу показываться на глаза вашим людям. Подожду здесь, пока вы отъедете, если не возражаете.

Он протянул слегка дрожащую руку.

— Будьте осторожны. В стенах, которые нас окружают, что-то есть. И мне кажется, мы ему не нравимся.

Оставив соседа в развалинах церквушки, я вышел наружу и направился к машинам. Помахал рукой, давая понять дружинникам, что всё в порядке. Когда они подошли, сказал:

— Возвращаемся.

Спрашивать они ни о чем не стали. И не должны были.

Рассевшись по машинам, мы покатили назад.

В эту ночь я долго не мог уснуть. Прислушивался к любым звукам, надеясь уловить хотя бы намёк на «горловое пение», но в тишине раздавались только стрёкот насекомых, да шум, производимый миньонами, не прекращавшими работу даже после заката.

Слова Лобанова меня насторожили. Что, если анахронит содержит частичку хаоса, настолько малую, что я пока её просто не чувствую? Чем это чревато? В частности, для меня.

Этот звук, идущий от стен… Вряд ли его источник находится внутри зданий. Скорее, они служат для него резонатором. Каким-то образом отражают его, отзываются на… зов?

Мне нужна новая Скрижаль. Увеличивая свою энергетическую систему и освобождаясь от ограничений, я постепенно смогу разобраться, что тут творится.

Но искать обелиск на земле Лобанова не получится. Во всяком случае, сейчас. Сделать это тайно невозможно, а посвящать соседа в существование Скрижалей я не собирался.

К тому же, я не был уверен, что камень находится на его территории. Наличие оравы механических Исчадий, охраняющих завод, наводило на мысль, что Скрижаль, скорее, там. Иначе почему на небольшой территории ошивается такое количество тварей, не пытающихся разбежаться в поисках добычи?

Нужно отправиться туда и проверить догадку.

С этой мыслью я, наконец, заснул.

Утро началось рано. Не с рассветом, конечно, однако в девять я уже завтракал, поглощая бутерброды с расплавленным сыром на поджаренном хлебе и запивая их кофе.

Ночью начался дождь, небо было серым, тучи висели низко, накрывая участок плотным одеялом и почти касаясь верхушек сосен.

Отправленные на расчистку территории машины методично валили лес. Визжащий звук их пил отчётливо доносился с окраины посёлка, вспарывая прохладный утренний воздух, напоённый влагой.

Я уже заканчивал завтрак, когда за окном мелькнула фигура Ярилы. Она была не одна: почти сразу я заметил Кирилла, понуро шагавшего рядом с ней. Интересная компания.

Через пару секунд аватар возник рядом со мной.

— Доброе утро, босс, — сказала Ярила, кивнув. — Знаю, вы велели не беспокоить вас по пустякам, но я решила, что это важно.

— А именно? — осведомился я, сделав последний глоток кофе. — Видел с тобой парнишку, который метёт улицу вокруг дома. Дело в нём?

— Улавливаю в вашем голосе нотки скептицизма, — сказала Ярила. — Может, я и накручиваю себя, но мелкий заявился на развалины и пялился на вышку. А потом попытался к ней прикоснуться. Разумеется, мне пришлось это пресечь. Я подумала, вы захотите об этом узнать.

— Так-так… Значит, он сейчас снаружи?

— Именно, босс.

— Скажи Сяолуну, чтобы впустил его и привёл сюда.

Спустя полминуты парень был в столовой. Стоял передо мной, опустив голову и переминаясь с ноги на ногу.

— Зачем ты пошёл к вышке? — задал я вопрос.

— Да просто так, барин, — вздохнув, ответил Кирилл. — Поглядеть хотел. Интересно же.

— Тебе там делать нечего. Это охраняемая зона.

— А я что? Я ничего. Только посмотреть охота было.

— Ярила сказала, ты пытался потрогать преобразователь.

Парень пожал плечами.

— Тоже интересно было?

Кирилл кивнул.

— Простите. Я ничего такого не собирался делать. Больше не буду.

— Иди. Пусть Сяолун найдёт тебе занятие.

— Спасибо, барин.

Когда мальчишка исчез за дверью, я взглянул на Ярилу.

— Почему ты решила, что мне это может быть интересно? Из-за результатов исследования слизи?

— Да, босс. Парень вёл себя странно. Сначала пялился на вышку, как заворожённый, а потом пошёл к ней, вытянув руки. Это выглядело неестественно. Будто он был не в себе. Когда я появилась и окликнула его, он даже не сразу отреагировал.

— Считаешь, дело в Скрижали?

— Не могу судить. Мало данных. Но подозреваю, что в нём осталась часть Гнили, которую вы не заметили. Простите за эти слова. И во втором мальчике наверняка она тоже есть.

— Это только гипотеза.

— Но появилась она не просто так. Есть основание предполагать подобное.

— Приглядывай за пацанами.

— Непременно, босс. Вряд ли они способны причинить преобразователю вред, тем более, что я установила ночью генераторы силового поля. Отныне вышка надёжно защищена. Главное — не давать пробиться к ней высокоуровневым Исчадиям.

— Это отличная новость. Почему сразу не сказала?

— Вы не велели беспокоить по пустякам.

— Это вовсе не пустяки.

— Простите, босс. Иногда мне трудно решить, что…

— Ладно, ясно. В общем, глаз с парней не спускай и, если что, докладывай.

— Полагаю, вам также будет интересно узнать, что Дима вчера подрался с одноклассником. Его едва оттащили. Он был в ярости. Священник с ним едва справился. Мальчик явно сильнее, чем положено в его возрасте.

— Признаки агрессивности, значит.

— Я бы сказала, да. Он словно пытался забить противника до смерти. Я не обратился бы внимание, если б не исследования, которые мы проводим.

Новости были так себе. Может, Ярила ошибается, а может, и нет. Моего уровня восприятия хаоса пока не достаточно, чтобы определить, есть ли в мальчиках скрытое заражение.

И снова пришла мысль о необходимости раздобыть новую Скрижаль.

— Ступай, — велел я аватару. — Мне нужно заняться делами.

Как только он исчез, я связался с Котом. Командир егерей ответил сразу — не успел я услышать и трёх гудков.

— Да, ваше благородие. Доброе утро. Что-то случилось?

— Мне нужно с вами поговорить. Буду благодарен, если заедете.

— Конечно. Скоро буду.

Кот явился спустя полчаса. Прибыл один.

Я принял его в кабинете.

— Садитесь, господин Кот. Увы, не знаю, как ваше настоящее имя.

— Константин Котов. Отсюда и прозвище. В поле так быстрее общаться, вот и пользуемся позывными.

— Разумно. У меня к вам вот, какое дело. Мне нужно посетить военный завод, находящийся за периметром.

Собеседник нахмурился.

— Это где куча Исчадий бродит?

— Он самый. Составите компанию?

— Но зачем он вам? Твари там, в основном, мелкие, и их слишком много. Зачистка будет трудная. Поверьте, овчинка не стоит выделки. Иначе мы бы туда уже наведались.

— Прекрасно это понимаю. Но у меня несколько иной интерес, чем сбор смарагдитов. Какой — сказать не могу. Чтобы вас заинтересовать, предлагаю свою помощь в зачистке. Трофеи мелкие, но их будет много. В целом, получится неплохой улов.

Кот задумчиво почесал щёку.

— Видите ли, ваше благородие, у мехов нет ни костей, ни шкур. А части тел — важная статья нашего дохода. Вы же предлагаете рискованную охоту, в результате которой мы получим только кучу мелких смарагдитов. Не эргономично выходит.

— Значит, отказываетесь?

Мой собеседник вздохнул. Я его понимал. Егеря — люди вольные. Юридически, они работают на себя. И выполнять мои пожелания вовсе не обязаны. Но по факту отказывать владельцу участка, на котором охотишься, — так себе практика. Может аукнуться.

— Настаивать не имею права, — сказал я. — Но вы меня очень выручили бы.

— Я должен обсудить это с остальными, — чуть помолчав, проговорил Кот. — Такие решения принимаются коллективом. Я не могу дать ответ прямо сейчас.

— Понимаю. Конечно, обсудите. Только недолго. Дело не то, чтобы срочное, но и затягивать не хочется.

Егерь наградил меня долгим, задумчивым взглядом. Ему, конечно, очень хотелось спросить, зачем мне на завод, но, поскольку я уже оговорился, что на эту тему распространяться не стану, промолчал.

— Хорошо, ваше благородие. Дам знать в ближайшее время.

На том и расстались.

А около пяти произошло долгожданное событие: на участок, наконец, прибыли грузовики, которые должны были забрать смарагд!

Четыре здоровенные машины на гусеничном ходу, покрытые бронёй, в сопровождении кучи вооружённой до зубов охраны и техники, буквально ощерившейся пушками и пулемётами.

Из одного автомобиля вылез коренастый лысый мужик в бомбере, джинсах и армейских бутсах. В руках у него был планшет.

— Родион Львов? — осведомился он, как только подошёл ближе. — Ярослав Торохов. Должен принять у вас груз. Вот мои документы.

Ознакомившись с протянутой ксивой, я указал в сторону развалин.

— Давайте покажу, куда лучше подъехать. Чтобы было грузить удобнее.

— Конечно, мы за вами.

Вскоре грузовики уже выстроились перед складом. Подъезд к нему был расчищен миньонами заранее, так что с этим проблем не возникло.

К нам подбежал Арсений.

— Отчёт готов? — спросил я.

— Так точно, ваше благородие. Всё здесь, — он протянул бумаги.

Я передал их Торохову. Тот пробежал глазами, кивнул без энтузиазма и сказал:

— Не сомневаюсь в верности расчётов, но инструкция обязывает меня взвесить товар самостоятельно.

— Конечно, действуйте, как положено, — сказал я.

Из машины выгрузили здоровенные весы с установленным на них контейнером. Сразу стало ясно, что процесс займёт немало времени.

Миньоны приносили смарагд со склада к весам, засыпали в них, Торохов записывал показания и давал команду перекладывать руду в грузовики.

Я наблюдал за всеми действиями. Как и Арсений.

Провозились до половины восьмого. Две машины оказались заполнены доверху, и одна — не совсем.

— Это всё? — равнодушно поинтересовался Торохов. — Тогда предлагаю рассчитаться. Вот здесь у меня выкладки, проверьте, пожалуйста, ваше благородие.

Не обманул. Всё было подведено точно. Сумма получилась внушительная. Для меня, конечно.

— Вы немного отстаёте, — сказал Торохов, когда я поставил на документе подпись. — Если позволите заметить. В следующий раз сколько машин пригонять? Четыре или пять?

— Я думаю, можно шесть.

— Шесть? — Торохов взглянул на меня удивлённо. — Планируете увеличить добычу вдвое?

— Как минимум.

— Хм… Что ж, хорошо. Начинаю транзакцию.

Через пару минут на моём счету появились деньги.

— Всё в порядке, — сказал я.

— Тогда до встречи, господин Львов.

Коротко поклонившись, чиновник поспешил к своей машине.

Как только грузовики и их сопровождение покинули посёлок, я занялся бухгалтерией. Первым делом полностью закрыл госсчета за поставки провизии, медикаментов и прочего, поступавшего в кредит. Терпеть не могу быть в долгу. Затем выдал кабальным зарплаты. Ну, и сходил к терминалу снять налички.

Всё это заняло у меня часа два, так что я даже ужин пропустил. Вернее, его пришлось перенести. Сяолун немедленно завёл шарманку на тему пользы своевременного питания, вреде разогревания блюд и так далее, но я быстро выставил его из кабинета.

После всех выплат от полученной суммы осталось меньше половины. Ничего, лиха беда начало. Дальше будет больше.

После еды у меня было ещё одно дело. Теперь, когда в доме появились ценности, требовалось их где-то хранить. К тому же, я планировал добыть ещё несколько Скрижалей, и складывать их в гараже — не вариант.

Поэтому я немного вмешался в строительство нового крыла особняка, заложив в него сейф. И не маленький ящик, куда только побрякушки и наличку складывают, а настоящее хранилище площадью десять метров с толстыми стенками и патентованным трёхуровневым замком. Плюс сейф был защищён охранными печатями. Обошёлся мне этот чертёж недёшево, и я надеялся, что он оправдает траты.

Ровно в десять раздался телефонный звонок. Со мной пытался связаться Кот.

— Алло, — проговорил я, снимая трубку.

— Ваше благородие, простите, что так поздно.

— Я ещё не ложился. Что вы решили, господин Котов?

— Мы согласны. Когда вы хотите отправиться в рейд?

— Завтра.

— Хорошо, — мой ответ егеря не удивил: похоже, он ожидал услышать именно это. — Тогда ждём вас в девять утра на нашей базе.

— У меня одна просьба. Я хочу прихватить несколько своих дружинников. Подкрепление нам не помещает, а парням будет полезно поразмяться. А нескольким и пороху понюхать.

— Это осложнит дело, ваше благородие.

— Вы не будете за них отвечать. У них свой командир, и он не станет лезть в ваши дела. По сути, я просто возьму с собой телохранителей.

— Хорошо, — помолчав, согласился Кот. — Главное, чтобы не мешали.

— Тогда до завтра.

Попрощавшись с егерем, я вызвал Сяолуна и велел ему привести Протасова. Надо было проинструктировать командира дружинников, как действовать в рейде. Мы ведь, в отличие от охотников, не смарагды собирать отправляемся. У нас задача поважнее.

Глава 16

Рано утром я наскоро перекусил поджаренными сосисками со спаржей, выпил кофе, прихватил большую флягу воды, запас патронов для револьвера и поехал в сопровождении Протасова, Никиты, Андрея и пары дружинников из числа кабальных на базу егерей.

Погода была пасмурной: небо серое, на горизонте тучи, в прохладном воздухе висела влага. Если успеем управиться до дождя, будет здорово.

Егеря ждали нас на улице, полностью готовые к рейду.

— Доброе утро, ваше благородие, — проговорил Кот, пожимая мне руку. — Это ваши люди? Все пойдут с нами?

— Да, мои дружинники. Некоторые опытные солдаты, а другим нужно привыкать к боевым действиям.

Кот кивнул.

— Понимаю. Вы сказали вчера, что они сами по себе.

— Не беспокойтесь, всё так. Господин Протасов будет командовать ими сам.

— Вижу, вы экипированы, в основном, огнестрелом, — заметил егерь.

— Так и есть, — сказал Протасов. — Вперёд не полезем, будем только оказывать поддержку. Парням нужно пострелять по настоящим тварям, — он показал на пару кабальных.

— Тогда предлагаю выдвигаться, — проговорил Кот. — Я предупредил капитана о рейде, нам откроют периметр. Правда, он был очень недоволен тем, что вы тоже пойдёте, ваше благородие. Его можно понять: гарнизон ждёт фортификации.

— Господину Дубову не о чем беспокоиться, — ответил я. — У меня в планах нет намерения погибнуть.

— Человек полагает, а Бог располагает, — сказал Кот. — Но я надеюсь, всё пройдёт, как надо. По машинам?

— Да, конечно. Раньше начнём — раньше закончим.

— Только вот это возьмите, — егерь достал из кармана связку маленьких амулетов на кожаных шнурках, отсчитал шесть и протянул мне. — Это защитит вас и ваших людей от излучения. С возвратом, так что не потеряйте. Советую убрать под одежду.

— Спасибо, — сказал я. — Господин Протасов, раздайте.

Когда мы направились к транспорту, рядом со мной на несколько секунд оказалась Сирена.

— Берегите себя, ваше благородие, — сказала она, взглянув на меня.

— Не сомневайтесь, буду стараться изо всех сил, — улыбнулся я в ответ.

— Кот сказал, вы собираетесь на завод не ради трофеев. Может, признаетесь, что вам там понадобилось?

Я отрицательно покачал головой.

— Не могу.

— Интригуете? Интересничаете? — на этот раз девушка тоже улыбнулась.

— Хотел бы сказать, что да, но — увы.

— Жаль. Ладно, удачи, ваше благородие. Что бы вы ни задумали.

И Сирена быстро отошла к одному из автомобилей егерей. Погрузившись, мы отправились на границу и вскоре были в лагере гарнизона. Едва остановились, к нам приблизился Дубов.

— Здравствуйте, ваше благородие. Не сидится вам на месте? Отнимаете хлеб у ребят, — он кивнул в сторону егерей.

— Дело не в этом. У меня, скорее, исследовательский интерес.

— Даже не стану спрашивать, какой. Подождали бы немного, и мы сами завод этот зачистили бы.

— Увы, не могу ждать. Любопытство.

Дубов вздохнул.

— Дело ваше. Препятствовать не стану. Уже понял, что бесполезно. Кстати, раз уж вы здесь, позвольте поинтересоваться, когда нам ждать фортификации.

— Скоро. Думаю, через неделю-другую начнём.

— Ого! Не ожидал, — капитан заметно обрадовался. — Вы уж постарайтесь не угробиться в этой вылазке, ваше благородие.

— Кажется, все считают меня слабым звеном, — усмехнулся я. — Не переживайте. Будут вам фортификации. А теперь окажите любезность — откройте периметр. Хотелось бы управиться до дождя.

На этот раз усмехнулся Дубов.

— Ну, это вряд ли, ваше благородие. Впрочем, чем чёрт не шутит? Попытайтесь.

Мы направились к силовому барьеру. Капитан отключил промежуток между жезлами, и мы пересекли границу.

Белка сразу вышла вперёд. Ей, как следопыту, полагалось быть в авангарде. Прикрывали рыжую Енох и Неясыть. Закованная в массивный экзодоспех брюнетка выглядела впечатляюще, хоть и уступала размерами мужчинам-Столпам. Что ж, если встретим Исчадие до того, как попадём на завод, будет возможность оценить её в деле.

Мы двигались через лес, иногда останавливаясь по сигналу Кота. Стрелки шли в прикрытии, мы с Протасовым и командиром егерей — в центре.

Спустя некоторое время Белка резко остановилась и подняла руку. Пальцы экзоскелета быстро задвигались, передавая уловное обозначение.

— Тварь справа в двадцати метрах, — спокойно сказал Кот. — Притаилась. Сейчас мы её выманим.

С этими словами он поднял руку, с перчатки слетела голубая молния, пронзила заросли и исчезла среди деревьев.

Раздались громкий треск и последовавший сразу за ним рык. А через секунду кусты затрещали.

Неясыть выставила пулемёты, Енох и Белка разошлись, чтобы иметь возможность атаковать с разных сторон.

Среди зарослей показалась бурая косматая туша. Яростно ревя, огромный медведь с частично облезшей шерстью, на месте которой виднелись воспалённые гнойники, ломился через лес прямо на егерей. Два пары раскосых зенок полыхали зелёным, из открытой пасти, усаженной длинными зубами, капала желтоватая пена. Здоровенные чёрные когти рассекали попадавшиеся на пути монстра деревья с такой лёгкостью, будто они были бутафорскими.

— Третий уровень, — слегка разочарованно произнёс Кот.

И ударил тварь молнией. Чудище споткнулось, взмахнуло лапами, покачнулось, но равновесие удержало.

Неясыть открыла огонь. Шквал пуль врезался в Исчадие, вспарывая шкуру. Монстр сделал шаг, другой и остановился. Он прикрыл морду массивными лапами, затем попятился под напором свинца. Во все стороны летела чёрная кровь — словно прорвало шланг с нефтью, и теперь она яростно брызгала на окружавшую медведя листву.

Енох и Белка ринулись с двух сторон на чудовище. Их клинки оставляли в прохладном воздухе длинные цветные шлейфы. Несколько стремительных ударов, и медведь лишился задних конечностей. Ну, или ног, ибо шёл он вертикально, как человек.

Туша тяжело повалилась в кусты и высокую траву. Исчадие тут же попыталось встать, но Рыцари действовали чётко и уверенно, не теряя ни секунды: обрубили передние лапы и принялись кромсать череп.

Рёв монстра быстро превратился в хрип, а затем и вовсе прекратился. Мечи мелькали в воздухе, вспарывая тушу от затылка к крестцу в поисках Ядра. Наконец, среди изуродованной плоти показалась зелёная вспышка. Белка ловко рассекла её, и в воздух взметнулись изумрудные искры.

— Есть! — крикнула девушка. — Готов!

Они с Енохом быстро собрали смарагдиты и вернулись на тропинку.

— Тушу заберём на обратном пути, — зачем-то пояснил мне Кот. — В рейд лучше идти налегке.

Наш отряд двинулся дальше и вскоре свернул в чащу. Теперь мы двигались медленнее. Начал накрапывать дождь. Правда, совсем слабенький: редкие капли долетали до нас, пробившись сквозь густые кроны, образующие над нами густую сень.

Наконец, впереди показались стены завода. Когда я приберу к рукам этот участок, пущу его на стройматериалы. Должно хватить на небольшой посёлок. А потом уж буду перетаскивать анахронит с развалин Мадоны.

Метрах в тридцати перед распахнутыми воротами мы остановились. Было видно, как по территории за ними расхаживают мехи. Нас они не замечали.

— Мы давно приглядывались к этому месту, — сказал Кот, доставая бинокль. — Прикидывали, не устроить ли зачистку. Так что кое-какие мысли имелись давно. Вчера мы обсудили стратегию. Угодно выслушать, ваше благородие?

— Охотно, — ответил я.

Кот кивнул.

— Как видите, три из четырёх смотровых вышек сохранились. Стрелки займут на них позиции. Сирена и Кроль. Ваши же люди могут подняться на крыши цехов и прочих зданий, чтобы вести огонь оттуда. Мехи по стенам карабкаться не умеют.

— А если они пальнут по вышкам? — спросил я. — Ваши люди не успеют отступить.

Кот кивнул, как будто ждал такого замечания.

— Вы совершенно правы, ваше благородие. Конечно, большинство этих тварей не способны спродуцировать сгусток Гнили, достаточный, чтобы полностью разрушить вышку, но тут есть мехи и среднего размера. Может, даже и третий уровень где-нибудь болтается. Поэтому я пойду с Кролем, а вы — с Сиреной. Прикроем их магическими щитами. Вы же предлагали помощь, я вас верно понял?

— Абсолютно, — подтвердил я. — Хороший план. Только что будут делать Рыцари?

— Они с Неясытью расчистят дорогу вашим стрелкам к зданиям внутри периметра, а затем займутся тем, что умеют лучше всего — рубкой монстров.

Я вопросительно взглянул на Протасова. Он кивнул.

— Готов, ваше благородие. Опробую новую игрушку, — он с холодной улыбкой начал расчехлять клинок.

— Тогда приступайте, как только мы подадим сигнал, что заняли позиции, — сказал Кот Неясыти.

Брюнетка кивнула.

— Принято.

— Удачи, господин Львов, — сказал мне Кот.

Они с Кролем двинулись вправо, а мы с Сиреной — влево.

— Умеете лазать через стены? — спросила девушка, когда мы прошли шагов тридцать.

— Думаю, не понадобится.

— Как это? Вышка-то за стеной находится.

— Я могу пройти через тени.

— О, как! Круто! Повезло. А меня с собой не прихватите?

Я отрицательно покачала головой.

— Увы, это работает только со мной.

— Жаль. Ну, ничего — подождёте меня, — улыбнулась девушка.

Когда мы добрались до вышки, она достала из рюкзака кошку на тросике.

— Вперёд, ваше благородие. Я постараюсь не заставлять вас ждать слишком долго.

— До встречи, — сказал я и вошёл в тень.

Через секунду я уже был на вышке. Старая конструкция вблизи выглядела так, словно вот-вот развалится. Ржавчина виднелась повсюду, в полу дырок было больше, чем в швейцарском сыре. Вдобавок вышка качалась, издавая стон и скрежет. Я решил, что лучше лишний раз не двигаться и застыл в ожидании Сирены.

Девушка вскарабкалась минут за семь. Забравшись ко мне, выругалась.

— Простите мой французский, ваше благородие, — проговорила она, сматывая трос. — Но эта развалюха только чудом не рухнула, пока я по ней поднималась! Надеюсь, вы не позволите Исчадиям в нас попасть, потому что больше одного выстрела им не понадобится, чтобы снести нас к чертям собачьим!

— Не позволю, — ответил я. — И ваш французский великолепен. Не беспокойтесь на этот счёт.

— Мерси. А теперь давайте найдём, где тут можно прилечь, не рискуя провалиться.

Спустя несколько минут девушка устроилась на полу, подготовила винтовку и сказала:

— Думаю, мы готовы.

Я подал сигнал оставшимся на земле. Неясыть помахала в ответ. А спустя пару минут сигнал о готовности подал и Кот.

Егеря и дружинники направились к воротам. Пока они шли, я прикинул, на какую дистанцию смогу атаковать. Получалось, что двор между зданиями мой Дар покрывал весь и даже немного дальше доставал. Неплохо. Как только Неясыть и Рыцари начнут бой, мехи потянутся к ним, а значит, будут входить в зону поражения. И вот тут-то я их и приму. В принципе, энергии должно хватить на несколько десятков мелких тварей. Если кончится, и увижу, что Рыцари не справляются, приму смарагдит. Потом, конечно, будет откат, но это можно пережить. Конечно, тратить всё не хотелось бы. Если тут есть Скрижаль, то и Страж должен быть. А значит, силы пригодятся, и надо их приберечь. В общем, хорошо бы Рыцари показали себя, как надо.

Едва егеря и Протасов вошли в ворота, мехи, бродившие по двору, как сонные мухи, остановились и повернулись к ним. А затем двинулись навстречу.

Пора!

С земли начали подниматься тени. Извиваясь, они вытягивались в узкие ленты, покрывались синими светящимися рунами и подбирались к трансформированным Изломом роботам. Те их не замечали. Вообще, мехи больше напоминали зомби, привязанных к определённому месту, а не обычных Исчадий, бродящих по лесам в поисках добычи.

Неясыть открыла огонь из пулемётов. Протасов, Белка и Енох дружно крутанули мечи и ринулись в бой. Не наобум, а так, чтобы проложить стрелкам из числа дружины пути к ближайшим зданиям. Вот мелькнуло первое обнажившееся Ядро. Рыжая рассекла его клинком. Енох тоже нашёл жертву. Стрелки держались за ними, продвигаясь к постройкам.

Мои тени оплели несколько мехов, затянулись на них, вспарывая старую броню, и на землю посыпались куски металла. Заискрило, задымило, раздалось шипение обрубленной гидравлики.

Как только появлялось Ядро, либо Сирена, либо Кроль производили выстрел, и оно разлеталось на мириады сверкающих светлячков.

Из-за цехов показались новые Исчадия. Пока — только мелкие.

Рыцари быстро прорубались через тварей, прокладывая дорогу. И вот мои стрелки уже карабкаются по шатким ржавым пожарным лестницам на крыши! Отлично! Если не будут тратить патроны зря, дело пойдёт.

Дружинники залегли на зданиях, и выстрелы стали раздаваться чаще. Благо, мои тени резали Исчадий не хуже клинков Протасова, Белки и Еноха.

Двор быстро заполнялся частями металлических тел. Ядра взрывались, как пиньяты, выстрелы звучали каждые несколько секунд.

Рыцари метались между противниками, которые норовили подстрелить их из своих орудий. Но воины были слишком быстры и мобильны, а мехи — медлительны. Сгустки светящейся Гнили врезались в землю, стены, здания, но по егерям и Протасову не попадали. Неясыть была не так шустра, но её защищала броня.

Я старался резать Исчадия, атаковавшие их, в первую очередь. Но роботы всё пёрли и пёрли.

В какой-то момент Сирена приглушённо выругалась.

— Да сколько их тут, вообще⁈ — добавила она, не отрываясь от оптического прицела.

Из-за угла появился здоровенный мех на шести суставчатых конечностях, буквально утыканный пушками и пулемётами. Он шёл вразвалку, наводя оружие сразу на всех Рыцарей.

Я немедленно оплёл его тенями. Ленты стянулись, вспарывая броню. Вспыхнули синие руны, и на землю посыпались куски металла. Мелькнуло в темноте Ядро твари.

Сирена нажала спусковой крючок, и оно разлетелось на сотню быстро гаснущих искр.

— А вот с этого трофеев будет побольше! — пробормотала девушка.

Между заводскими зданиями показался ещё один — такой же. Дал залп из орудий по Рыцарям, не попал и вдруг развернулся к нам и начал поднимать пушки.

— Ваше благородие! — тревожно проговорила Сирена.

— Вижу.

Перед вышкой, где мы засели, появился сотканный из теней щит. Когда в нашу сторону полетели снаряды, он поглотил их и выбросил внизу — так, что они угодили в нескольких мехов, шагавших к Рыцарям. Как говорится, не рой яму другому.

Затем тени рассекли робота, превратив в груду металлолома. Однако Ядра видно не было. Пришлось накинуть ещё, чтобы нашинковать останки помельче. И вот показалась изумрудная искра. Сирена немедленно выстрелила и разнесла его, как пустую яичную скорлупку.

— Отличная работа, ваше благородие! Так держать.

— Благодарю. Прими и от меня комплимент: прекрасно справляешься.

— Только твари никак не кончаются.

— Ничего, кончатся. Чем больше мехов, тем больше смарагдитов.

— Это да.

С этими словами девушка разнесла ещё одно показавшееся из обломков уничтоженного Енохом робота Ядро.

Так продолжалось ещё минут десять, в течение которых пространство между цехами оказалось окончательно завалено кусками мехов, так что новым приходилось карабкаться на них, чтобы добраться до Рыцарей. Протасов работал наравне с егерями. Его клинок мелькал в ночи так же быстро, как мечи Белки и Еноха. Не отставал мужик, в общем. Не зря я отдал ему оружие — оно находилось в правильных руках.

Однако стало заметно, что Рыцари начали уставать. И это было проблемой, ибо палить по ним Исчадия не переставали.

Дружинники из числа кабальных работали по целям неплохо. Попадали не каждый раз, но справлялись. Зато Никита и Андрей били без промаха. Хороших солдат привёл Протасов.

Однако мехов было слишком много. Я чувствовал, как моя энергия постепенно иссякает. Её было ещё достаточно, однако запас не вечен, а надо бы оставить хоть что-то: очень уж не хотелось глотать смарагдит. Тем более, что сражаться при откате — так себе вариант.

На площади появился ещё один мех побольше. И сразу пальнул в вышку, на которой засели Кот с Кролем. Снаряды угодили в выставленный командиром егерей электрический щит и взорвались, не долетев до цели.

Тени оплели робота и превратили его в кучу обломков. В одном виднелось Ядро. Кроль разнёс его.

А затем в воздухе показались боевые дроны!

Словно рой разъярённых здоровенных пчёл, они устремились и на Рыцарей, и на вышки.

— Вот теперь у нас проблемы, ваше благородие! — проговорила Сирена, быстро меняя магазин. — Есть, чем перебить этих летунов? Потому что, если нет, то мы попали!

Глава 17

Признаться, к появлению дронов готов я не был. К чему угодно, только не к этому. Однако времени на то, чтобы корить себя, не оставалось: нужно было принимать решение, и быстро.

— Ты, главное, не промахивайся! — проговорил я, поднимая тени. Много теней. — Постарайся не тратить боезапас попусту. Есть ощущение, что врагов будет ещё много.

— За меня не волнуйтесь, ваше благородие, — отозвалась Сирена. — Я училась стрелять по тарелочкам с детства.

— С детства?

— Может, потом расскажу. Если захотите послушать.

На дальнейшую дискуссию времени не оставалось. Пространство быстро заполнялось вылетавшими со складских помещений дронами. Я обрушил на них тени. Тёмные ленты, покрытые рунами, метались в воздухе, кроша юрких тварей, из щелей которых струилось изумрудное сияние. Благо, из-за небольшого размера проблем в обнаружении Ядер не возникало. Сирена только успевала расстреливать средоточия жизненных сил Исчадий. На землю сыпались обломки и зелёные искры.

При этом мне приходилось следить за тем, что ни один из летунов не попал в вышку. Для чего нужно было вовремя поглощать защитным полем все снаряды, которые дроны отправляли в нашу сторону.

Кот, вроде, тоже справлялся. А вот Рыцарями пришлось несладко. Сколько бы теней я ни отправлял в бой, какой-нибудь из дронов успевал-таки пульнуть в них то гранатой, то мелкой ракетой. Чёртов рой представлял настоящую проблему. Я чувствовал, как тает мой энергетический запас. Медленно, но верно, как говорится. И меня это здорово напрягало. Но выхода не было. Я должен был уничтожить дроны, ведь Рыцари сделать этого не могли: они попросту не доставали до воздушных целей. Правда, здорово выручала Неясыть. Она расстреливала роботов в воздухе, заставляя их падать на землю, где на них немедленно набрасывались Енох, Белка и Протасов, пока у неё не кончился боезапас.

— Я пустая! — крикнув это, брюнетка спешно направилась к воротам. — Прикройте!

Что ж, она свою работу сделала. Сдерживала Исчадий, сколько могла. Не её вина, что мы не были готовы к нашествию дронов.

Сирена быстро перезарядила винтовку.

— Патронов хватит? — спросил я, накидывая на мечущихся в воздухе роботов тени.

— Не знаю, ваше благородие, — отозвалась девушка, разнося вдребезги очередное Ядро. — Но хочется надеяться. В конце концов, мы всегда можем отступить.

Егеря, конечно, могли. Но я-то сюда припёрся не ради трофеев. Мне нужно найти Скрижаль. А если повезёт, то и Исчадие.

Бой продолжался ещё минут двадцать, когда стало ясно, что количество наших противников существенно сократилось, и новых не предвидится. Завод выдал из своих недр всё, что в них хранил. Мы добивали последних Исчадий. Земля и крыши построек были усыпаны обломками и мелкими смарагдитами.

Уже казалось, что осталось уничтожить не больше десятка бродящих по территории завода роботов, когда между складами показалась настоящая громадина: это не был обычный бронеход, поднятый Изломом; Гниль собрала сразу несколько боевых машин, слепив из них уродливого «мутанта», утыканного пушками и пулемётами. Он шагал вразвалку на восьми конечностях, почти доставая до крыш складов и цехов.

— Пятый уровень, — проговорила Сирена. — На первый взгляд, во всяком случае.

Я быстро проверил запас энергии. Должно хватить. Но после я окажусь практически пуст. Плохо. Но решаемо.

Чем выше уровень Исчадия, тем сильнее его Ядро, наполняющее тело монстра извращённым подобием жизни. И тем больше энергии приходится тратить на то, чтобы уничтожить тварь.

К чудовищу устремились Рыцари. Уставшие, если не сказать — измождённые. По их движениям было заметно, что они уже далеко не так быстры, как в начале битвы.

Огромный бронеход наставил на них вращающиеся пулемёты. Я сразу понял, что Енох, Белка и Протасов не смогут увернуться от всех зарядов, и поднял перед ними тени, чтобы поглотить атаку. Пока Исчадие попусту палило в Рыцарей, они подобрались к нему ближе и принялись рубить конечности. Кот ударил в тварь с вышки толстой, как пожарный шланг, молнией. Бронеход замер, от него посыпались искры. Я оплёл тенями его ноги. Ленты затянулись вокруг металла, вспарывая броню, поршни и всё прочее, что под ней скрывалось.

Исчадие дало залп сразу из нескольких орудий. Зелёные сгустки Гнили устремились к вышкам. Я выставил щит и выкинул заряды через тень, которую отбрасывал монстр. Его атака ударила в него самого. Бронеход оторвало от земли метра на полтора, его «брюхо» оказалось разворочено. Из робота повалил чёрный маслянистый дым, но Исчадие не было повержено. Этих тварей не прикончить, пока цело Ядро.

Тени рассекли мощные конечности, и гигант повалился на землю, однако это не помешало ему дать ещё один залп, который я поглотил.

А затем монстр начать меняться!

Прямо на наших глазах Исчадие перестраивалось, компенсируя отрубленные части. Зрелище было удивительным. Я такого ещё не видел. Думаю, что и остальные тоже.

Это нельзя было назвать регенерацией, но не прошло и десяти секунд, как уменьшившийся в размерах монстр отрастил новые ноги и ринулся на Рыцарей, одновременно паля по вышкам, где засели мы с Сиреной и Кроль с Котом. Электрический щит командира егерей дрожал от попадавших в него сгустков Гнили, шёл волнами и переливался сотнями молний. Я понятия не имел, сколько у Кота энергии, но очень надеялся, что у мага имеются амулеты усиления, и его силы хватит, чтобы продержаться.

Снайперы палили по оставшимся мехам, отстреливая им конечности, чтобы не подпустить к сражавшимся с гигантом Рыцарям. Я ударил по роботам тенями. Обнажились Ядра. Теперь по ним могли работать снайперы.

Так, эту задачу упростил. Но сил осталось совсем ничего. Твою ж мать…

Рыцари метались вокруг Исчадия, пытаясь порубить его на куски и добраться до Ядра, но у них уже не было сил совершать кульбиты. По сути, им приходилось больше уворачиваться, чем атаковать.

— Помогите же им, ваше благородие! — проговорила Сирена. — Их вот-вот прикончат!

Она была права. Проклятье!

Всё-таки придётся глотать смарагдит, если появится ещё кто-то.

Стиснув зубы, я взмахнул руками, словно кукловод, держащий невидимые нити, и тени, вспыхнув синими рунами, обвились вокруг Исчадия. Вброс энергии, разовое усилие, и чёрные ленты рассекли монстра на кучу обломков!

— Не вижу Ядро! — воскликнула Сирена. — Чёрт, да где оно⁈

Рыцари принялись кромсать куски чудовища. И вот, наконец, в темноте засияла зелёная лампа!

Издав победный возглас, Енох замахнулся клинком, прочертив в ночном воздухе светящийся росчерк.

И в этот самый миг из окна стоявшего справа здания вылетел металлический шар размером с баскетбольный мяч. В стремительном падении он трансформировался, выпустив десяток длинных тонких суставчатых конечностей, которые разом вонзились в Рыцаря. Енох взмахнул руками, потерял равновесие от удара и упал на спину.

— Тварь! — вскрикнула Сирена, одновременно нажимая спусковой крючок.

Шар разлетелся на куски, его Ядро взорвалось фонтаном изумрудных искр. Следующим выстрелом девушка разнесла средоточие бронехода.

А затем из окон посыпались новые шары.

Около дюжины роботов обрушились на Рыцарей.

Протасов и Белка немедленно встали спиной к спине. Всего два воина против кучи юрких тварей с длинными смертоносными конечностями.

Я увидел, как стрелки перебегают по крышам, чтобы сменить позиции и поддержать Рыцарей. Сирена нажимала спусковой крючок раз за разом, но новые противники оказались слишком подвижными целями. Они постоянно перемещались, то прыгая в стороны, то взвиваясь в воздух. Молнии, которые пускал с вышки Кот, тоже далеко не всегда находили мишень. И вот Белка получила укол в бедро. Рыжая рубанула робота по корпусу, рассекла его вместе с Ядром, но на неё тут же прыгнул следующий.

Проклятье! Так я потеряю половину егерей!

Вытащив из кармана запас смарагдитов, я закинул в рот один из самых мелких и немедленно переместился на обломки поверженного великана.

Енох лежал на боку, слегка шевелясь. Его лицо, руки и ноги были покрыты кровью. Не пострадал только прикрытый броником корпус. Щитки на конечностях защитили от части попаданий, но острые «ноги» атаковавшего его робота проникли между щелями и достали плоть. Поскольку Рыцарям нужно сохранять подвижность и скорость, они, в отличие от Столпов, не носят полный экзоскелет, и это делает их уязвимыми.

— Держись! — сказал я, наклоняясь и подбирая его клинки. — Одолжу ненадолго.

От дюжины роботов осталась половина, но даже это слишком много для окончательно измотанных Белки и Протасова.

Крутанув светящиеся мечи, чтобы привлечь внимание мехов, я ринулся в бой.

Тонкие тени метнулись с земли к скачущим вокруг роботам. Они хватали их, удерживая на месте, как чёрная паутина, а я рубил тварей вместе с Ядрами. Клинки рассекали металл, как масло, во все стороны летели обломки, то и дело сыпались искры. Пара мехов попыталась до меня добраться, чтобы пронзить смертоносными конечностями, но увязла в тенях.

Первый, второй, третий робот превратились в дымящийся металлолом…

Четвёртое Исчадие взвилось в воздух, намереваясь обрушиться на меня сверху. Тени метнулись за ним, но не успели поймать. Я срубил вытянувшиеся в мою сторону конечности одним клинком, а вторым рассёк тварь пополам.

Воодушевлённые поддержкой Белка и Протасов ринулись на оставшихся монстров, бившихся на земле в бесплодных попытках вырваться из призрачных пут. Несколько ударов, и с мехами было покончено.

— Браво, ваше благородие! — отсалютовала мне рыжая с жутковатой улыбкой человека, обретшего спасение в тот миг, когда уже успел попрощаться с жизнью. — Я у вас в долгу!

— Ерунда, — ответил я. — Это просто бой.

— Но вы не были обязаны приходить на помощь.

— Окажите лучше помощь своему товарищу. Кажется, ничего серьёзного, если не считать того, что он вот-вот истечёт кровью.

— Вы правы, — тряхнула косичками девушка. — Благодарности подождут.

— Думаю, вам стоит ей помочь, — сказал я Протасову.

— Да, ваше благородие. Отлично сражались.

Вдвоём они склонились над Енохом. Белка прихрамывала. Ей тоже не помешала бы перевязка.

Обернувшись, я увидел бегущую к нам Сирену и спускающегося с вышки Кота.

— В чём дело? — спросил я девушку, когда она приблизилась. — Почему оставили позицию?

— Он жив⁈ — спросила Сирена, присев возле Еноха.

— Да, но нужно остановить кровь, — отозвалась Белка. — Мы этим уже занимаемся.

Она и Протасов как раз распаковали медпакеты.

Сирена подняла на меня взгляд.

— Спасибо! — проговорила она с чувством. — Это было… впечатляюще.

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Так нет же больше никого. Мы всех перебили.

— Тем не менее, вам никто не давал приказ спускаться.

— Господин Львов прав, — сказал подошедший Кот. — Твоё дело — обеспечивать прикрытие.

— Мне вернуться? — спросила девушка.

— Сделай одолжение. Мы не знаем, действительно ли все Исчадия мертвы.

Бросив на меня ещё один взгляд, Сирена развернулась и пошла обратно к вышке.

— Спасибо, что вмешались, — сказал мне Кот, проводив её взглядом. — Вы не были обязаны.

— Знаю. Как и вы — участвовать в этом рейде. Можете заняться сбором трофеев. А мне нужно кое-что проверить.

— Простите, не понял, — нахмурился Кот.

— Собираюсь наведаться вот в это здание, — я указал на дом, из которого выскакивали роботы-шары. — Один. Если не возражаете.

Егерь уставился на пустые окна.

— Но там могут быть ещё мехи. Идти туда одному опасно. Позвольте мне составить вам компанию.

— Вынужден настаивать на том, чтобы отправиться одному.

Мы встретились глазами.

— Не понимаю, зачем так рисковать, — проговорил Кот.

— Это уж моё дело.

Егерь пожал плечами.

— Как вам угодно. Если что — подайте сигнал.

По его голосу было ясно, что он считает это глупой затеей, и она именно таковой и являлась, но я не мог позволить егерям узнать о Скрижалях.

Возможно, ошибаюсь, но если обелиск не внутри этого здания, то почему его охраняли мелкие твари?

— Можно мне пока это оставить? — я показал Коту клинки.

— Конечно. Еноху они теперь не скоро пригодятся.

— Благодарю.

Кивнув егерю, я направился к распахнутой двери здания. На драку с мехами много энергии смарагдита не понадобилось, так что откат пока откладывался. Главное, чтобы он не наступил в неподходящий момент.

Переступив порог, я оказался в почти полной темноте. Свет шёл только от луны, пробивавшейся через окна, и мечей, которые я держал перед собой, как факелы.

Ну, вперёд! Если Скрижаль здесь, я её найду. А если отыщу обелиск, то, вероятно, встречу и Исчадие, которое обнаружили агенты Охранки. Все яйца в одной корзине.

Судя по всему, в здании когда-то располагались проектировщики. Здесь были всякие приспособления для черчения, рулоны сгнившей бумаги, ноутбуки, принтеры, столы, стулья и так далее. Конструкторское бюро. На стенах висели плакаты на тему техники безопасности и таблицы. Пахло гнилью, влагой и плесенью. Кое-где встречались тёмные пятна. Вряд ли кровь: скорее всего, персонал эвакуировали задолго до нападения Исчадий. А может, и нет. Твари Излома пожирают людей без остатка. Почти всех. А те, кого оставляют, превращаются в монстров. Живые или мёртвые — Излому всё равно. Он меняет всех. Даже мехов, как выяснилось.

Я шёл медленно, всматриваясь в темноту. Если в здании остались Исчадия, нужно быть готовым к атаке. Но внутри царила тишина. Только снаружи изредка доносились голоса егерей.

Правда, однажды я услышал шум. Оказалось — птица залетела в выбитое окно и уселась на раме, следя за мной мерцающим зелёным глазом.

По одной такие твари не нападают. Только стаей.

Я осматривал первый этаж. Подниматься смысла не было: первая Скрижаль вылезла из земли, так что, вероятно, с другими та же история. Хотя не факт, конечно. Если подумать, обелиски просачиваются сквозь границы между мирами и могут появляться в любом месте. По идее.

Тем не менее, я решил начать поиски с подвала.

Вход в него вскоре обнаружился. Железная дверь была покрыта ржавчиной, светящейся плесенью и облупившейся серой краской.

Толкнув её ногой, я вошёл. Мечи осветили ведущие вниз каменные ступеньки. На некоторых виднелись маленькие мутные лужицы. По стенам стекали струйки воды. Воняло здесь ещё хуже, чем на первом этаже.

Спустившись по лестнице, я оказался в длинном помещении с низким потолком, поддерживаемым квадратными бетонными колоннами. Повсюду были трещины. Кое-где даже обнажилась арматура.

Двинувшись через подвал, я вскоре обнаружил трубы. Канализация, водоснабжение, газ. На вентилях едва можно было различить остатки красной краски.

Каждый мой шаг отдавался под низким потолком приглушённым эхом. Где-то капала вода.

Помещение оказалось не таким большим, как я решил поначалу: из него вёл в соседнее дверной проём. Заглянув в него, я увидел ещё одну комнату. И дверь. Сделав несколько шагов, толкнул её ногой. Она не поддалась. Тогда я потянул за ручку. Раздался протяжный скрип, с петель посыпалась ржавчина.

Дверь открылась наполовину и застряла. Ничего, пройти можно.

Протиснувшись боком, я пошёл дальше и через несколько секунд заметил справа ещё один проём. Из него струилось едва заметное лиловое сияние.

Есть!

Десяток шагов, и моему взгляду предстала вытянутая комната, заставленная всяким хламом, который сюда явно стаскивали со всего здания, чтобы не выбрасывать. А у дальней стены из бетонного пола торчала Скрижаль хаоса!

Почти такая же, как та, что у меня уже была. Только на этой знаки были немного другими.

Я направился к ней и вскоре ощутил идущее от камня излучение родной стихии. Первозданная мощь. Внутри обелиска клубились силы, которыми в этом мире мог управлять только я. Энергия вселенной, тёмная материя, антивещество — сколько названий ни подбери, всё равно им не передать то, что заключалось в этом проводнике.

Остановившись перед Скрижалью, я присел, положил один из мечей на пол, а затем выпрямился и прикоснулся ладонью к прохладной, идеально гладкой поверхности камня.

Глава 18

Лёгкое покалывание в кистях, онемение, распространяющееся вверх по рукам и постепенно разливающееся по телу. Знакомые ощущения. Но не такие интенсивные, как в прошлый, первый раз.

Моя энергетическая структура наполнялась лиловым светом, увеличивалась, разветвлялась, переплеталась и утолщалась. Сердце забилось сильнее, я чётко отслеживал его гулкие, быстрые удары.

В энергетической конструкции образовались новые узлы. Она напоминала одновременно дерево и невероятно сложную схему метрополитена какого-нибудь Японского мегаполиса.

Меня наполняла тихая мощь. Не такая, как в былые времена, конечно, когда у меня не было бренного человеческого тела, и я сам представлял собой чистую энергию. Но я черпал родную стихию и становился сильнее.

Когда линии запульсировали и задрожали, стало ясно, что предел достигнут, и пора прерваться. Хорошего понемножку.

Я нехотя, с усилием, оторвал ладони от гладкой поверхности камня. Итак, ещё один шаг к свободе сделан. Маленький, но дорога выбрана верная. Теперь нужно дождаться, пока новые элементы энергетической структуры окрепнут, сроднятся с телом, и тогда можно будет провести ещё сеанс. А за ним — следующий. И так, пока вся сила Скрижали не перетечёт в меня. За это время я постараюсь отыскать новую.

Эту же надо доставить в особняк. Но при егерях сделать это невозможно. Значит, придётся вернуться сюда, и как можно скорее. Впрочем, обелиск никуда не денется. Вытащить его из межпространства могу только я. По крайней мере, мне так кажется.

Я уже собирался уходить, когда энергетическая структура внутри меня запульсировала. Это напоминало мигание испорченной лампочки, только отдавалось во всём теле, словно удары языка колокола о его стенки.

А затем пришло понимание, что вместе с увеличением схемы пришла новая способность! Энергия хаоса, что я поглотил, разрушила одну из оков, что ограничивали меня, мою первозданную магию.

Наложенная богами порядка Печать треснула и рассыпалась в прах. Я не виде этого, но ощутил в полной мере — как будто сделал полной грудью глоток свежего воздуха!

В структуре появился ещё один узел, больше остальных. Он содрогался, отдаваясь вибрацией в силовых нитях, постепенно обретая стабильность. Когда пульсация прекратилась, я понял, что вернул одну из своих способностей.

Так-так… Уверен, этого мои тюремщики не ожидали. Иначе ни за что не отправили бы меня в этот мир.

Подняв руку, я сложил пальцы в определённый знак. Тотчас в воздухе появились мерцающие фиолетовые линии. Их будто чертила в пространстве невидимая рука. И вот передо мной оформился знакомый символ.

Руна Хаоса.

Я отлично знал, что это такое, и какая мощь в ней заключена.

До того, как моего отца лишили созидательного начала — люди в своих мифах называют это оскоплением, представляя в виде отсечения гениталий, но это слишком прямолинейная метафора, конечно — мы, дети Изначального, те, кого здесь зовут титанами, владели созданием Рун, унаследовав часть мощи прародителя богов. С их помощью мы творили и создавали — прекрасный мир, который соответствовал нашим представлениям о вселенной. Но младшие боги лишили нас этого. Интриги и предательства, вероломство, ложь и насилие — вот, что они положили в основу так называемого порядка. И мы оказались погребены в космических темницах, скованные и лишённые сил. Забытые.

И вот я сделал первый серьёзный шаг на пути возвращения былого могущества. Разорвал одну из оков и вернул часть того, что принадлежит мне по праву.

Как я и говорил отцу Филарету, судьбу определяет философия. Мировоззрение, если угодно. Те, у кого её нет, плывут по течению, словно смытые наводнением обломки леса и мёртвые животные. Тот же, кто определяется в видении своего предназначения и образа жизни, творит историю. Стремиться к этому и есть смыл существования.

Увы, большинство занято лишь размножением или его подобием. Когда тело превалирует над духом, живущий остаётся творцом только своего крошечного мирка.

Не мой формат.

Младшие боги погрязли в своей самонадеянности и недооценили меня. Они решили, что пожиратель хаоса — лучший выбор для того, чтобы победить его. Но не учли, что я это моя родная стихия. Фактически, он выпустили рыбу в воду, понадеявшись на оковы. Вот только вода камень точит. И я не какая-нибудь плотва. Я — акула. И когда они поймут, какую ошибку допустили, будет поздно. Главное — не обнаружить себя раньше времени.

Щёлкнув пальцами, я заставил Руну исчезнуть. В этом мире я всего лишь обычный проектировщик. Пусть меня пока таковым и считают. Незачем мозолить глаза. Всему своё время, а победа, как известно, любит подготовку.

Бросив на Скрижаль последний взгляд, я отправился обратно.

Странно, что не объявилось Исчадие. У меня не было сомнений, что камень охраняется. Однако Страж то ли находится далеко, то ли предпочёл не обнаруживать себя. Что ж, когда я начну доставать Скрижаль, у него не останется выхода, кроме как попытаться мне помешать. Тогда и встретимся.

Когда я вышел на улицу, егеря ещё собирали смарагдиты. Еноха перевязали. Он сидел, прислонившись спиной к стене. Выглядел так себе. Словно замотанная бинтами мумия.

— Сможет идти? — спросил я Кота, оказавшегося неподалёку.

— Мы ему поможем, — ответил егерь, подбирая с земли очередной зелёный кубик. — Ему здорово ноги распороло. Вряд ли своим ходом доберётся.

— Я его дотащу, — подала голос Неясыть. Она тоже собирала трофеи. — Мне это раз плюнуть. Даже не почувствую его веса.

— Ещё не хватало, чтобы меня несла на руках девчонка! — просипел услышавший её Енох.

— А тебя не спрашивали, — отозвалась брюнетка. — Сопротивляться всё равно не сможешь.

— Это мы ещё посмотрим!

— Посмотрим, на что твоя рожа будет похожа, когда бинты снимем.

— Ничего, шрамы украшают мужчину.

— Только их у тебя не останется. Целитель тебя подлатает, и будешь как новенький.

Енох издал звук, смахивающий на смешок.

Я взглянул на небо. Звёзды скрылись за тучами, луна едва виднелась сквозь туманное марево. Начинал накрапывать дождь.

— Долго ещё? — спросил я Кота.

— Думаю, минут пятнадцать хватит, ваше благородие. Может, и раньше справимся.

Вскоре егеря закончили сбор трофеев, Неясыть, не обращая внимания на протесты Еноха, взяла его на руки, и отряд двинулся в обратный путь.

Меня нагнал Кот. Протянул небольшой мешок с завязками.

— Ваш процент.

— Благодарю, — кивнув, я сунул его в карман. — Пригодятся.

— Уверены, что не претендуете на долю от общей добычи? Вы сражались как член отряда. Да и ваши люди тоже.

Я покачал головой.

— Хватит и того, что вы согласились идти.

— Значит, в расчёте. Нашли то, что искали?

— Да.

Кот кивнул и сбавил темп, чтобы поотстать. Зато не прошло и минуты, как его место заняла Сирена.

— Ваши люди неплохо справились, — проговорила она. Было заметно, что это просто повод начать разговор. — Тот, что с мечом, действовал, как настоящий охотник. Где вы его откопали?

— Он бывший военный, — ответил я. — Служил в одном из местных гарнизонов.

— Понятно. И что случилось? В смысле — почему он решил к вам податься? Деньгами сманили?

— Нет. У него были проблемы, я их решил. Больше ничего рассказать не могу. Это не моя история.

Сирена понимающе кивнула.

— Вы тоже отлично справились, ваше благородие.

— Это вы уже говорили. Но спасибо ещё раз.

Мы встретились глазами.

— Имеете что-то против меня? — вдруг выпалила девушка, понизив голос. — Если да, то так и скажите. Я не маленькая, переживу.

— Что я могу против вас иметь? Вы прекрасно справляетесь с работой, насколько я понимаю. Хоть и оставили сегодня позицию без приказа.

— Мне показалось, что Енох убит. Впрочем, это не причина, знаю. Кот мне уже сделал выговор, пока вас не было. И всё же, иногда мне кажется, что я вам не нравлюсь. Вы держитесь отстранённо, если не сказать — холодно. А говорили, что не сноб.

— Мы с вами, в некотором роде, вместе работаем.

— Вообще-то, нет. У нас вольный отряд.

— Тоже верно. И всё же.

— Так дело в том? — прищурилась Сирена. — Вы настолько деликатный человек?

— Стараюсь.

— А мы вот можем умереть в любом рейде, так что нам не до деликатности, — усмехнулась Сирена. — Может, и вам иногда стоит забыть о правилах?

— Это мои правила. Потому я их и ценю.

— Понятно, — после короткой паузы проговорила девушка. — Что ж, это ваше право. Нашли, что хотели? — сменила она тему.

— Нашёл.

— В том здании?

— Да.

— Вот бы узнать, что это.

— Не стоит.

— Да Кот и не станет пытаться выяснить. Так что можете не беспокоиться. Его только трофеи интересуют.

— А вас нет?

Сирена наградила меня долгим взглядом, будто пыталась понять, не имею ли я в виду что-то конкретное. Наконец, сказала:

— Меня — нет. Ладно, не буду вас доставать.

С этими словами она поспешила вперёд и присоединилась к Белке.

Пока отряд шёл через лес, дождь усилился. Густые кроны деревьев прикрывали нас, но даже сквозь них пробивалось достаточно воды, чтобы мы промокли.

Добравшись до места схватки с медведем, мы задержались: егеря ловко очистили скелет от остатков плоти, разделили на кости и скатали шкуру. Теперь скорость движения отряда снизилась.

До силового поля мы добрались, когда уже начало светать. Дождь прекратился, по земле, путаясь в траве и кустах, стелился бледный туман.

Нас впустили. Дубов тоже вышел — поглядеть, сколько вернулось.

— Да вы без потерь, — проговорил он слегка удивлённо. — Как прошло?

— Неплохо, — ответил я.

— Я бы даже сказал, отлично, — подхватил Кот. — Зачистили завод полностью. Облегчили вам задачу.

— Ну, спасибо, — кивнул капитан. — Это Енох? — он указал на Рыцаря, которого Неясыть поставила на ноги.

— Он самый, — сипло отозвался егерь. — Меня бы подлатать. Какая-то тварь всего истыкала, как дикобраз — тигра.

— Ты у нас тот ещё тигр! — усмехнулась Неясыть.

— А то! Самый натуральный!

— Проводи в лазарет, — приказал Дубов одному из солдат. — Доктор ещё спит, наверное, но тут, кажется, время не ждёт.

— Да в порядке я… — пробормотал Енох, едва ковыляя за солдатом и опираясь на плечо Кроля. — Чёрт, все ноги раскурочила, сволочь! Нет, я сам…

— Поздравляю, ваше благородие, — обратился ко мне Дубов. — Не знаю, зачем вам это понадобилось, но вижу, что никого не потеряли. Уже хорошо.

— Спасибо, капитан.

Кивнув, Дубов отошёл. Я же повернулся к командиру егерей.

— Господин Котов, моей дружине потребуется усиление. Может, подскажете, где берёте артефакты? Мне бы не помешал контакт нужного человека.

— Есть один, я с ним уже пару раз работал. В Орловске живёт. Вам для чего отряд-то? Особняк и посёлок защищать или с Исчадиями сражаться?

— Первое.

— Значит, экзодоспехи для Столпов не потребуются, — понимающе кивнул Кот. — Только лёгкая броня для стрелков и Рыцарей.

— И топор. Особый. Ну, и прочая амуниция. Оружие тоже. Думаю, это можно у господина Казанского раздобыть. Но артефактами он ведь не торгует?

— Нет, конечно. Он ведь резчик. У каждого свой Дар и своя специальность. Я сведу вас с нужным человеком, ваше благородие.

— Лучше не меня, а господина Протасова, — я сделал командиру дружины знак подойти. — Он будет заниматься оружием, амуницией и прочим. И с господином Казанским его познакомить недурно бы. Деньги я выделю.

Кот пожал плечами.

— Да как угодно, ваше благородие. С кем скажете, с тем и сведу. Мне не жалко. Могу хоть сегодня. Поспать только не мешало бы. После рейда-то.

— Конечно. Сколько вам нужно времени?

— Давайте заеду часов в двенадцать. И отправимся с вами в город, — это уже было адресовано Протасову. — Сразу и познакомлю, и закупитесь, чем нужно.

— Отличная идея, — сказал я. — По времени не ограничиваю — сколько потребуется, столько и потребуется.

— У меня тоже пара дней свободна, — кивнул Кот. — Мы теперь в рейд нескоро пойдём. Смарагдиты хоть и мелкие, зато их много. Гораздо больше, чем я рассчитывал.

— Тогда жду вас к полудню, — проговорил Протасов, пожимая егерю руку.

— Договорились.

Сняв амулет защиты от Излома, я протянул его командиру егерей.

— Это ваше. Господин Протасов, соберите временно выданные нам артефакты и верните господину Котову, будьте любезны.

Когда дружинник отошёл, я спросил:

— Сколько ещё человек планируете набрать в команду?

— Думаю, четверых, — ответил егерь. — Это было бы оптимально. Пару Столпов и столько же Рыцарей. Теперь мы даже можем себе это позволить. В эту поездку и займусь. Совмещу, так сказать.

— Хорошо. Полагаю, скоро начнётся строительство фортификаций на границе. У вас есть время подготовиться к зачистке следующего участка.

— Сможете его покрыть? — спросил Кот. — Как считаете, ваше благородие?

— Думаю, да.

Егерь кивнул.

— Славно было бы. Мне нравится с вами работать, ваше благородие.

— Взаимно, господин Котов.

Оставив охотников на базе гарнизона, мы с дружинниками отправились домой.

Солнце поднималось над горизонтом, окрашивая небо и низко висящие облака в розовые тона. Значит, день выдастся ветреным. Как любил говаривать отец Родиона Львова, если красно поутру, моряку не по нутру. Он служил в имперском флоте, пока не вышел в отставку. Участвовал в нескольких военных кампаниях, включая Османскую и Японскую. Чудом остался жив. Не раз я слышал его рассказ о том, как он с двумя товарищами стоял на борту крейсера, а из тумана по ним прошлись очередью с турецкого судна. Обоих сослуживцев наповал, а у отца только плащ прошило пулями. «В рубашке родился», — каждый раз добавлял он, усмехаясь в усы.

Прибыв в Львовку, я первым делом позавтракал. Сяолун подал ломтики жареного бекона с зелёной спаржей и сыр на подогретых тостах.

— Знаете, хозяин, пора бы расширить штат прислуги, — проговорил он, наливая кофе. — Негоже, что дворецкий вам еду приносит. Для этого лакею полагается быть.

— С каких это пор ты стал таким щепетильным насчёт своих обязанностей?

— С тех самых, как к вам стали гости приезжать. Они видят, что в доме некомплект, и думают, будто вы не можете позволить себе полный штат. А когда начнутся приёмы? Званые ужины? Понадобится не один лакей, чтобы обслуживать подобные мероприятия.

— Для них дом маловат.

— Но вы ведь планируете его достраивать? — Сяолун замер с кофейником в руке.

— Само собой. Куда ж деваться? Думаю вот сделать отдельное крыло для бального зала. С большими окнами. Вроде галереи.

Синтетик одобрительно кивнул и поставил кофейник на поднос.

— Хорошая идея. Я предпочитаю бельэтаж, но его нужно закладывать сразу при строительстве, ясное дело. В вашем случае бальная галерея — лучший вариант. И зеркала поставить. Это визуально расширит пространство. Как считаете? Плюс дамам придётся по нраву, если у них будет возможность рассматривать себя.

— Зеркала — непременно, — согласился я. — Плесни-ка ещё кофе.

К полудню в посёлок приехал Кот. Да не один, а с Сиреной.

Я наблюдал за ними из окна кабинета.

Остановились они возле достраивающихся казарм. Протасову я деньги на экипировку отряда выделил заранее, так что он был готов ехать сразу. Закинул сумку в багажник и сел в машину. Один из прибывших с ним дружинников тоже забрался в салон. Правильно: одному с такими деньгами опасно.

К моему удивлению, вылезшая из автомобиля Сирена к мужчинам не присоединилась. Помахав рукой отъезжавшей машине, девушка бодрой походкой направилась в сторону особняка.

Так-так. Ну, и что же ей здесь понадобилось? И почему не прибыла на отдельной машине, если не собиралась ехать дальше в Орловск?

В любом случае, от текущих дел, похоже, придётся отвлечься. Положив бумаги, которые собирался просмотреть до обеда, я вышел из кабинета и отправился в холл — встретить гостью.

Глава 19

Сяолун меня, конечно, опередил. Когда я добрался до двери, она уже была открыта, и Сирена стояла на пороге. Вид у неё был одновременно дерзкий и смущённый. О, это состояние души ни с чем не перепутаешь! Так выглядит человек, решившийся и готовый идти до конца — покуда это возможно.

— Госпожа Сирена, — улыбнулся я. — Какой приятный сюрприз.

— Правда? — отозвалась девушка с едва различимым вызовом.

— Ну, разумеется. Ваше общество всегда меня радует. Прошу, входите. У вас ко мне какое-то дело?

— Эм… В общем, да. Дело есть, — Сирена кивнула так, что золотистые волосы рассыпались по плечам.

— В таком случае пройдём в кабинет? Или предпочитаете поговорить в неформальной обстановке?

— Лучше второе, — бросив взгляд на Сяолуна, ответила девушка. — Если не возражаете.

— Помилуйте, вы гостья, так что вам и выбирать. Прошу за мной. Лун, будь добр, принеси нам кофе. Или чай? — это уже было адресовано Сирене.

— Кофе, — ответила она. — А вообще, без разницы.

— Пусть будет кофе, — кивнул я дворецкому. — И предупреди Марфу, что за обедом нас будет двое. Вы ведь останетесь, госпожа Сирена?

— Если… если хотите.

— Как я уже сказал, ваше общество для меня всегда приятно.

— Всё будет сделано, хозяин, — поклонился Сяолун. — Сейчас же этим займусь. Возможно, придётся слегка пересмотреть меню, так что, если обед задержится…

— То не беда, — закончил я за него. — А теперь ступай.

Синтетик скрылся в недрах дома, а я предложил Сирене локоть.

— Идёмте.

— Меня зовут Арина, — представилась вдруг девушка.

— Хотите, чтобы я так вас называл?

Мы двинулись в гостиную.

— Если не возражаете. И можно на «ты», — добавила она, отвернувшись.

— В таком случае — Родион.

Сирена кивнула.

— Принято. В смысле — я поняла. И согласна.

— Вот и отлично. Кстати, мы пришли. Дом пока небольшой, так что идти долго никуда не приходится.

Открыв дверь, я впустил девушку и вошёл следом.

— О чём ты хотела поговорить?

Сирена опустилась на краешек кресла. Поправила быстрым движением волосы.

— Если честно, я бы предпочла начать с предыстории.

— Вот как? Что ж, с удовольствием послушаю, — я сел напротив. — И не торопись, времени полно.

Девушка кивнула.

— Отлично. В общем… у меня был парень. Где-то полгода назад. Не из отряда. Не знаю, насколько серьёзно у нас было. Наверное, достаточно. Он хотел, чтобы я ушла из профессии. Занималась только домом и детьми, если появятся.

— И что же случилось? — спросил я, так как Сирена замолчала, глядя в сторону.

— Мы расстались.

— Ты не хотела уходить из отряда?

— Нет. Это моя жизнь. А он всё время боялся, что я погибну.

— Ну, его можно понять. Работа у егерей, и правда, рискованная.

— Это да. Но она мне нравится. Я чувствую себя… настоящей. Может, я просто адреналиновая маньячка?

— Не исключено.

Сирена усмехнулась.

— Вы… То есть, ты никогда не думал, что это за Излом такой, откуда взялся и так далее?

— Думал, разумеется.

— И?

— Правда хочешь знать моё мнение? Я ведь не учёный. Да и они толком ни черта не знают, если честно.

— Мне интересно, что ты об этом думаешь, — серьёзно ответила Сирена.

Кажется, ей просто требовался перерыв перед следующим этапом разговора. Что ж, ладно.

— Я не разбираюсь в науке, поэтому моё видение ситуации, скорее, мифологическое.

— Как это?

— Читала сказания о богах? Древних греков, например.

Девушка кивнула.

— В школе, как все.

— Ну, вот я думаю, что, как там и говорится, вначале был лишь первозданный хаос. Чистая материя, вещество и энергия. И первые боги владели им. А затем появились другие, возжелавшие больше силы. И они скрутили хаос в пружины, сковали его, сжали, придав форму. Создали то, что греки именовали космосом. Ну, или порядком. Это сжатие увеличило энергию хаоса, и молодые боги обрели достаточно мощи, чтобы занять место своих предшественников. Вот только они не учли, что пружина стремится разжаться. И поскольку больше не было в мире тех, кто контролировал хаос и мог его сдерживать, этот самый хаос постепенно рвётся наружу. Пытается прорваться.

— И ты думаешь, Излом — это и есть хаос? — улыбнулась Сирена.

— Почему нет? Возможно.

— Красивая теория. Не знала, что ты такой поэт в душе.

— Вовсе нет. Я тот ещё прагматик.

— Тут нечего стесняться, Родион. Мне нравится. И ты…

В этот момент в дверь постучали. Явился Сяолун с подносом, на котором стояли кофейник, чашки, сахарница и сливки в маленьком фарфоровом кувшинчике.

— Меня заверили, что, несмотря на изменения, обед будет готов через полтора часа, — промолвил он, наливая горячий, дымящийся напиток.

Когда дворецкий удалился, Сирена вдруг встала и решительно подошла ко мне. Пришлось тоже подняться с кресла. Не сидеть же, когда дама стоит.

— Я остановилась на том, что ты мне нравишься! — выпалила девушка, глядя мне в глаза снизу вверх, ибо роста мы были разного. — И я вижу, что это взаимно. Можешь не отвечать. Я и так знаю. Такие вещи всегда заметны. Если дело в том, что ты не хочешь связываться с той, кто рискует в любой момент погибнуть, то так и скажи.

— Я не боюсь, — ответил я.

— Тогда что? Думаешь, я претендую на то, чтобы стать твоей женой? Не претендую! Я уже отказалась от такой участи однажды и не собираюсь себе изменять. Если же дело в том, что наш отряд работает на твоей земле, то не парься. Мы вольные люди. И я на тебя не работаю.

Я невольно улыбнулся.

— Что ж, кажется, ты разложила всё по полочкам. Так чётко, что не оставила мне выбора.

— И это значит… — Сирена не договорила, но положила ладони мне на грудь и подалась вперёд.

— Что никаких причин отказываться нет.

С этими словами я чуть наклонился и поцеловал её. Сирена отозвалась сразу, порывисто, страстно. Затем вдруг отстранилась, глядя мне в глаза.

— А как же кофе? Остынет.

Мы оба рассмеялись.

— Идём, — сказал я, беря её за руку. — В доме есть место получше.

Через полтора часа мы обедали. Марфа состряпала овощной суп с хорошей порцией чёрного перца, жареные колбаски и обжаренную брюссельскую капусту. Такую, с пикантной горчинкой и хрустящей корочкой. Даже десерт был — вишнёвое желе в стальных вазочках от мороженого.

— Тебе понадобится посуда получше, если собираешься устраивать приёмы, — сказала Сирена, активно орудуя ложечкой. — И столовые приборы. Наверняка на развалинах что-нибудь да осталось. Ну, или купи в городе.

— Я подумаю об этом. Ты не торопишься?

— Нет, а что?

— Останешься до возвращения Кота, или тебя отвезти в лагерь?

— Если хочешь, останусь.

— Хочу. Только мне придётся поработить.

Сирена пожала плечами.

— Конечно, я понимаю. Не собираюсь тебя отвлекать. Просто буду здесь. Может, прогуляюсь по посёлку. Ты ведь не против?

— С чего бы? Делай, что хочешь. Если появится призрачная девушка и начнёт изображать привидение, не обращай внимания. Это мой ИскИн. У неё не все дома.

— Правда? И в чём это выражается?

— В основном, ей кажется, будто она в меня влюблена.

Сирена приподняла брови.

— Серьёзно? Надеюсь, она не сможет меня пристрелить из ревности?

— Не думаю.

Девушка усмехнулась.

— И это все гарантии⁈

Закончив обед, я оставил её в доме, а сам отправился в лабораторию. Теперь, когда у меня была Руна хаоса, я мог создать новую карту. Не просто записать чертёж, а сделать то, о чём мечтал с того момента, как оказался в теле Родиона Львова.

Одна карта в моей колоде была пустой. Я приберёг её как раз на такой случай — если он вдруг представится. Особо не рассчитывал, но ведь всякое может случиться. Такова природа хаоса — сколько его ни упорядочивай, непредсказуемость всегда имеет место быть. И с этим ничего не поделать даже богам.

В лаборатории я первым делом ещё раз просмотрел результаты исследований Ярилы. Это заняло почти два часа. Зато теперь я понимал, как действовать.

Вытащив из колоды карту «Шут», положил её перед собой. Я выбрал именно этот аркан, потому что он соответствует «Джокеру» в игральной колоде. Иначе говоря, бьёт всех. Будет символично сделать карту-перехватчик именно из него.

Разумеется, кое-какие наработки у меня имелись. Так что со схемой проблем не возникло. Однако в неё требовалось добавить паттерны, способные подавить действие Излома. Иначе говоря, я должен был подчинить не только чужой механизм, но и чужую магию. Это и сделает карту универсальным перехватчиком. Скоро мне забирать Скрижаль, и тогда встречи со Стражем не избежать. Надо быть готовым. Потому что проигрывать я не собираюсь.

Когда я закончил с чертежами, осталось поселить в карте духа Бездны. И он у меня был. Химера, которую я поглотил, станет сущностью, которая наполнит «Шута» жизненной силой. А Руна закрепит её.

Ну, поехали!

Создание карты требует полной концентрации. Нельзя отвлекаться. Демиург должен отдаться этому процессу целиком.

Так что я проделал несколько дыхательных упражнений, закрыл глаза и положил руки на карту.

Прежде всего, нужно было извлечь поглощённую химеру. Вытащить её из своей энергетической структуры и переместить в нового носителя. На это ушло около двадцати минут. Наконец, дух был заключён в карту. Теперь следовало заключить его, чтоб не вырвался. В былые времена у меня на подобное уходило лишь несколько мгновений, но сейчас требовалось приложить немало усилий. Ни разу ещё мне не доводилось создавать карты в человеческом теле. А это накладывало серьёзные ограничения.

Тем не менее, я сумел призвать Руну и запечатать химеру в носителе. Теперь у меня, как говорят в этом мире, имелся Джокер в рукаве. И я подозревал, что в ближайшем будущем его придётся использовать.

Выйдя из лаборатории, я буквально столкнулся с Ярилой.

— Ты что, караулила меня?

— Можно и так сказать, босс. Поджидала.

— В чём дело? Только не вздумай устроить сцену из-за моей гостьи.

— Вот ещё! — фыркнула Ярила. Даже личико презрительно скривила. — Я это уже переросла. Как объект страсти вы меня больше не интересуете.

— Рад слышать.

ИскИн кивнул.

— Я лишь хотела доложить, что альтернативный источник энергии, который вы поместили в вышку, стабилен. Я закончила возведение второй линии обороны, а также завершила строительство казарм. На карьер поставлена вся запрошенная техника, что должно увеличить объём добываемой руды в два раза. Также, по моим подсчётам, к концу недели я достигну границы и смогу начать строительство фортификаций. Ну, и первый этаж торгового центра завершён и готов к сдаче в аренду. Должна ли я начать рассылку фирмам, которые арендуют на Западном Фронтире площади?

— Отличные новости. Сообщи, когда покроешь весь участок, чтобы я внёс чертежи фортификаций. И да, сделай рассылку.

— Будет сделано, босс. Кстати, поздравляю.

— С чем?

— Насколько я понимаю, затащить женщину в постель у мужчин считается важной победой.

— А. Спасибо.

— Пожалуйста. Я могу идти?

— Сделай одолжение.

ИскИн растворился в воздухе, а я отправился на развалины. Нужно было найти подходящего донора для создания грузового вертолёта. Иного способа доставить Скрижаль на участок я не видел.

На поиски ушло полчаса. Наконец, мне удалось отыскать подходящий коптер. Он лежал среди руин, искорёженный и ржавый. Должно быть, упал с расположенной на здании взлётной площадки, когда оно рухнуло.

Вытащив из колоды нужную карту, я бросил её в сторону машины. Прямоугольник прилип к ней, вспыхнул, и по остову вертолёта побежали змеящиеся линии чертежа. Когда перестройка закончилась, я поместил в коптер мелкий смарагдит: иначе за пределами действия вышки машина не сможет действовать.

Пилот в этом вертолёте предусмотрен не был. Я не собирался никого привлекать к транспортировке Скрижали. Повинуясь моей воле, коптер поднялся в воздух и направился в сторону поселения. Там он будет дожидаться ночи.

Ну, а мне оставалось скоротать время.

Взяв со столика кружку с полустёршейся надписью «Самый лучший босс», я сделал большой глоток зелёного чая.

Сирена сидела справа, положив голову на моё плечо. Мы смотрели в спальне фильм про супергероев. Команда обладающих особыми способностями патриотов боролась со злодеем, который собирался взорвать земную магму и уничтожить большую часть городов на континенте. Фантастика, в общем. Герои носили разноцветные крутые костюмы и толкали пафосные речи. У них были гаджеты, машины, самолёты и оружие. Они были готовы сложить головы ради мира во всём мире.

Так вот, как проводят время люди, лишённые амбиций. Тратят его на бессмысленные развлечения.

Поставив кружку на место, я зевнул и глянул на часы. До заката ещё далеко.

Сирена подняла голову.

— Родик, если тебя моё общество тяготит, я могу уехать. Серьёзно, занимайся своими делами. Меня это не обидит.

— До вечера я совершенно свободен. С чего ты взяла, что мне скучно?

Сирена улыбнулась.

— Я же вижу. Чем ты, вообще, занимаешься на досуге?

— Смотрю новости.

— Серьёзно?

— Ага. Надо же быть в курсе происходящего.

— В твоём возрасте люди обычно развлекаются по полной.

— Например?

— Ну, даже не знаю. Слушай, ты не думал устроить у себя что-то вроде ночного клуба? Надо же и расслабляться иногда, а не только работать.

— Не думал. Считаешь, стоит?

Сирена пожала плечами.

— Не знаю. Но почему бы и нет? Людям ведь надо как-то проводить свободное время.

— Я об этом подумаю.

— Подумай.

Сирена потянулась ко мне, и мы слились в поцелуе.

— Как насчёт вернуться в спальню? — промурлыкала она. — Может, это тебе понравится больше, чем фильм?

— Читаешь мои мысли.

Около десяти вечера, когда совсем стемнело, я вышел из дома. Вертолёт ждал на плацу. Забравшись в него, я отдал мысленную команду, и двигатель заработал, раскручивая лопасти.

Пришло время забрать Скрижаль.

Открывать силовой барьер на границе не пришлось: я просто пролетел сквозь тени, как через невидимый тоннель. Может, гарнизон и слышал звук мотора, но солдат интересовали только пытающиеся прорваться извне Исчадия.

До завода я добрался быстро.

Его территория была завалена обломками мехов, которых мы уничтожили во время рейда. Я приземлился прямо перед зданием, где находилась Скрижаль.

Бледная луна освещала пространство, заливая всё мертвенным призрачным сиянием. Здания отбрасывали резкие чёрные тени. Очень хорошо.

Выбравшись из вертолёта, я направился к зданию. Его дверь зияла прямоугольным провалом в бездонное небытие, но это была лишь иллюзия. Я отлично знал, что ждёт меня там.

Включив фонарик, вошел, пошарил лучом по сторонам и двинулся дальше. Сейчас не было нужды плутать в поисках. Я сразу направился в подвал.

Скрижаль сияла лиловым светом, ещё не вылезшая из межпространства. Как и в прошлый раз, её предстояло расшатать и достать, словно гнилой зуб, приговорённый к удалению.

Этим я и занялся. Прикосновение к обелиску наполняло меня энергией. Это было рискованно, ведь прошло совсем мало времени с тех пор, как я подзарядился от неё, но моя система успела развиться и окрепнуть, так что влияния камня уже не было таким ошеломляющим. Пока я раскачивал Скрижаль, она увеличивала мои силовые каналы и узлы, но это ощущалось совсем не так, как в первый контакт. Я чувствовал, что смогу выдержать.

И вот обелиск начал выкорчёвываться из пространства между мирами. Ещё немного усилий, и он подался. Связь оказалась разорвана. Я мог доставить его домой. Осталось лишь дотащить Скрижаль до вертолёта.

Исчадие так и не появилось. Это было странно. Я почти не сомневался, что оно попытается мне помешать.

Что ж, дарёному коню в зубы не смотрят.

Приподняв обелиск, я двинул в обратный путь.

Когда выбрался из здания, то сначала не понял, что не так. Но шестое чувство явственно сигнализировало об опасности. Так что я замер, опустив добычу на землю.

Прошло несколько секунд, прежде чем стало ясно, что вертолёт больше мне не принадлежит.

Изменения были совсем незначительными. Тем не менее, машина совершенно точно находилась во власти Излома.

И она притягивала обломки мехов, которых мы уничтожили во время рейда. Прямо на моих глазах вертолёт тащил к себе детали роботов, а затем начал перестраиваться в нечто.

Огромное Исчадие рождалось из множества обломков, которые трансформировались, превращаясь в тело, голову и конечности.

И вот моя машина уже ничем не напоминала вертолёт. Вместо него медленно поднималось, распрямляясь, существо, похожее на огромного человекообразного робота.

Глава 20

Вообще, это наглость — тырить чужие игрушки. За такие вещи в приличном обществе бьют по спине шандалами и вышвыривают на улицу.

Вот только Исчадие к приличному обществу никакого отношения не имело и потому, используя мой коптер в качестве донора, никаких угрызений совести явно не испытывало. Не думаю, что она у него вообще имелась.

Прямо на моих глазах вертолёт перестраивался, приобретая совершенно новые черты. Антропоморфные. В некотором смысле.

Притягивая оставшиеся после рейда обломки мехов, машина увеличивалась в размерах, отращивал ноги и руки. Деталь к детали, кусок к куску.

И вот уже передо мной стоит здоровенный робот с четырьмя граблями, утыканный пушками и пулемётами. Да у этого урода даже ракетницы имелись! И не те, которыми сигнал к старту спортивных соревнований подают. О, нет! У этого мутанта были самые настоящие боевые снаряды.

— Славная игрушка! — крикнул я. — Думаешь, вытянул из рукава козырь? Как бы не так! Я покрошу твоего юнита в капусту! Давай, покажись! Не будь ссыклом! Нас тут двое. Ты видел меня в деле и знаешь, на что я способен. Выходи! Будь мужиком, в конце концов!

В ночном воздухе разнёсся приглушённый смех.

— Думаешь, я идиот? — донеслось откуда-то. — Нет, проектировщик! Я не так глуп, чтобы подставляться. Если можешь — уничтожь моё творение!

И огромный мех двинулся на меня. Закрутились авиационные пулемёты, на стволах пушек появились зарождающиеся сгустки зелёной Гнили, а затем в меня полетели ракеты!

Мех использовал весь свой арсенал разом!

Можно было принять удар на фантом, но я сомневался, что он выдержит такой массированный удар. У него ведь тоже есть свой предел. Пока, во всяком случае.

Так что я нырнул в тень и вышел из неё позади робота.

Есть такое слово у любителей компьютерных игр — имба. Его используют для обозначения персонажа, у которого так много скилов, что уничтожить его нереально. В литературе и кинематографе его ещё зовут «Мэри Сью».

Увы, я к этому типу не отношусь. У меня не припрятаны рояли в кустах. Я всего лишь в совершенстве овладел своим Даром. Прохавал эту жизнь — вот, что говорят о подобных мне. Не супергерой, а игрок, обративший правила в свою пользу.

Из земли, подобно волшебным росткам, взвились тени. Они оплели ноги меха. Он дёрнулся, пытаясь сделать шаг. Чёрные ленты натянулись, как струны, но выдержали. Зря я, что ли, напитывался мощью Скрижалей?

Новые тени вспыхнули синими рунами и захлестнули тело колосса. Броня лопнула под их натиском, словно скорлупа. На землю посыплись куски металла. Искры, дым и огонь.

Я поднимал всё новые тени, кромсая юнита, пока в ночном воздухе не показалось зелёное Ядро!

Револьвер в моей руке дёрнулся, посылая особый заряд. Средоточие жизненной силы Исчадия треснуло, как пиньята, разбросав мириады меркнущих искр.

На землю посыпались смарагдиты. Собирать я их, конечно, не стал. Успеется. Надо сначала разобраться с Исчадием, которое создаёт мехов. Сегодня я должен покончить с этой угрозой раз и навсегда. И так слишком много всякой шушары завелось на моей земле — как уже признанной официально, так и будущей.

Вот только показываться Исчадие не торопилось.

Новые куски поверженных во время рейда мехов начали двигаться друг к другу. Они ползли по земле, с грохотом стыкуясь и трансформируясь. Между ними то и дело вспыхивали зелёные искры.

Чёрт, как тварь это делает⁈

Получается, она способна создавать Ядра, а не просто собирать вокруг себя свиту? Это что-то новенькое. Очередной неприятный сюрприз от Излома. Хотя чему удивляться? Это же хаос, а от него можно ожидать, чего угодно. В прямом смысле.

— Рано или поздно твои силы кончатся! — донёсся до меня приглушённый голос. — И тогда ты даже убежать не сможешь! Сегодня тебе придётся умереть, человечишка!

Я поднял тени. На узких извивающихся лентах засияли руны.

— Это ничего не изменит! Сколько бы ты ни уничтожал мои творения, я сделаю новые! Разве не видишь, что обречён⁈

Вступать в перепалку с невидимым противником смысла не было. Однако Исчадие право: крошить монстров, пока не иссякнет энергия, — только играть на руку противнику. Нужно его обнаружить. Едва ли он далеко, раз видит, что здесь происходит. Тварь явно управляет юнитами, а значит, находится в зоне, позволяющей иметь хороший обзор.

Я не стал резать формирующегося монстра. Вместо этого вошёл в тень и переместился на крышу ближайшего здания. На месте Исчадия я бы занял позицию, с которой открывается вид во все стороны. Например, здесь.

— Сбежать решил⁈ Небось, уже пожалел, что припёрся? Тут ты и останешься! Может, даже сам станешь одним из тех, с кем сражаешься! Не думал о такой участи?

В ночном воздухе разнёсся хриплый, каркающий смех.

Так, тут никого. Идём дальше. Ещё одно перемещение — и я уже на вышке. Отсюда обзор был получше. Но нигде ни единого признака присутствия Исчадия… Где же засела проклятая тварь?

Робот внизу почти закончил формироваться. Три пары суставчатых ног, четыре руки с длинными пальцами, оканчивающимися металлическими когтями, уродливая голова, широкая грудь, в которой виднеются пусковые шахты для сгустков Гнили.

Издав оглушительный скрежет, монстр сделал неуверенный шаг в сторону вышки, затем — другой. Он словно примерялся к слишком большому количеству конечностей.

Вынырнувшие из земли тени оплели его ноги и поползли вверх. Робот дёрнулся, закачался, а затем дал по мне залп.

Сразу четыре зелёных заряда устремились к вышке, рассекая ночной воздух подобно кометам.

Я не стал выставлять щит. Просто нырнул в тени и появился позади меха. Вышка разлетелась на куски, её останки рухнули с оглушительным металлическим грохотом.

— На сколько ещё таких фокусов тебя хватит, проектировщик⁈ Почему бы тебе не попробовать сбежать? Давай, я с удовольствием поохочусь!

Голос прозвучал ближе, чем раньше. То ли я оказался рядом с Исчадием, то ли оно переместилось, сменив позицию.

А затем я вдруг ощутил лёгкое покалывание в ноздрях. Оно быстро проникало дальше, в пазухи. Неприятно засвербило, и я чихнул.

Чёрт, это ещё что такое⁈

И тут я вспомнил: нечто подобное было со мной в тот миг, когда я увидел в подвале вторую Скрижаль. И сегодня, когда я спустился к ней, — тоже. Правда, в гораздо меньше степени, чем сейчас. Тогда я решил, что дело в запахе или плесени, и не придал значения. Но, возможно, я учуял обелиск! Да, на очень малой дистанции. И всё же…

Ведь химера говорила, что способна чувствовать близость Скрижалей. Она даже пыталась сторговаться со мной по этому поводу. И я должен был перенять её умение после поглощения. И, похоже, это случилось.

А после того, как я контактировал со вторым камнем, вытаскивая его наружу, моя силовая система улучшилась. И теперь я, вероятно, способен «унюхать» ещё и Исчадие.

Нет, не так, — остановил я себя.

Иначе в носу засвербило бы, как только вертолёт начал превращаться в сателлита, ведь в этот момент у него появилось Ядро.

Похоже, я чуял именно Стража! Почему? Да по той простой причине, что в нём находится химера! А эти твари, хоть и низшие жители стихии, всё же имеют от неё куда больше, чем обычные жертвы Излома.

Мех рванулся, обрывая удерживавшие его тени. В его груди вспыхнули новые заряды Гнили. Развернувшись, тварь дала по мне залп.

Но меня уже не было там, где я стоял ещё секунду назад.

Я переместился к монстру, доставая из кармана колоду. Выщелкнул карту «Шут» и швырнул её в меха. Сверкающий прямоугольник пролетел десяток метров, прилепился к одной из ног великана и мгновенно пустил по ней светящуюся паутину.

Робот быстро развернулся, и в мою сторону устремились огромные руки с длинными когтями. Они впивались в землю, пытаясь пригвоздить меня, но я был слишком быстр. Чем больше тварь, тем она неповоротливей. Моему противнику следовало это учесть.

Чертёж быстро оплетал тело гиганта, порабощая его. Так знаменитый граб-паразит «Gibellula attenboroughii» поглощает пещерного паука, превращая его в подобие зомби.

В конце концов, в первую очередь, огромное Исчадие — механизм. С плотью такой номер не прошёл бы. Но то, что собрано из гаек и шестерёнок, микросхем и проводов, подвластно Колоде.

— Что ты делаешь⁈ — теперь голос Исчадия больше походил на разъярённое шипение.

Да, дружок, не только ты умеешь красть чужое. И, в отличие от обычных механизмов, с Джокером тебе не совладать!

Не прошло и десяти секунд, как огромный монстр полностью перешёл под мой контроль. Теперь он подчинялся мне.

И я немедленно отправил его крушить ближайшее здание. Пора выкурить Исчадие.

Колосс врезал по старым стенам, и они разлетелись, словно труха. Посыпались кирпичи, затрещали бетонные перекрытия. Крыша просела, как фольга.

Ещё несколько ударов, и мех переместился к следующей постройке. Как только его четыре руки врезались в неё, из верхнего окна выскочила маленькая тень, пролетела вниз и приземлилась справа от великана.

— Мразь! — донеслось до меня очень отчётливо.

Несомненно, Страж когда-то был человеком. Солдатом. Его броня сильно изменилась, покрылась шипами, а тело претерпело уродливые трансформации, лицо же и вовсе превратилось в жуткую морду с широкой, усеянной острыми зубами пастью. Вдобавок, у него было четыре руки. И в двух из них он держал по светящемуся зелёным клинку.

— Со мной у тебя этот номер не пройдёт! — выдохнул, брызгая вязкой слюной, монстр и бросился на меня.

Я поднял сверкающие рунами тени. Они должны были рассечь Исчадие на множество кусков, но мелькнули клинки, и чёрные ленты осыпались на землю, как срубленные лианы.

Монстр пролетел мимо них и стремительно атаковал меня. Я едва успел переместиться так, чтобы между нами оказался робот.

Мех оставил здание, развернулся и двинулся на моего противника. Тот метнулся прямо к нему, проскочил между суставчатыми конечностями, мелькнул под металлическим брюхом и оказался передо мной.

— Зачем же ты бегаешь⁈ — прошипел Страж, нанося сразу серию быстрых ударов мечами, от которых я ловко увернулся. — Сам ведь хотел, чтобы я показался! Ну, так дерись! Удирая, меня не убить.

Уклонившись от очередного выпада, я поднял тени, которые окружили меня, вынуждая противника отвлечься. Замелькали клинки: Страж рубил тянувшиеся к нему ленты. Действовал он с нечеловеческой скоростью. Лишь две тени успели вспороть его плоть, отрубив одну из рук. К сожалению, не ту, в которой был клинок.

Я снова переместился. На этот раз — к Скрижали. Быстро положил на неё ладонь. Всего на три секунды — чтобы подпитаться, но не вызвать временное онемение конечности.

— Кто ты такой⁈ — прохрипел Страж, разворачиваясь в мою сторону. — Как это делаешь⁈

— Скоро поймёшь, — пообещал я и, сложив пальцы в нужный символ, задействовал технику «Призрачный клинок».

Тотчас в моей ладони появился чёрный двухметровый меч, усыпанный рунами, как небо — звёздами.

При виде него Исчадие застыло на пару секунд. А затем воздело оба клинка, чтобы заблокировать направленный вертикально сверху вниз удар.

Чёрное лезвие прошло сквозь них, не встретив ни малейшего сопротивления. А затем рассекло голову и торс твари.

Обе части Стража рухнули на землю, а мой клинок мгновенно исчез.

Самая сложная техника в моём арсенале. И самая энергозатратная.

Я мгновенно оказался практически пуст. Сейчас моей силы не хватило бы даже на короткое перемещение. Вдобавок тело скрутило сильнейшей болью. Аж в глазах потемнело. Я пошатнулся, стараясь сохранить равновесие и не упасть.

А мой противник уже пытался регенерироваться: между половинками его тела протянулись скользкие жгуты плоти. Ядра видно не было.

Проклятье!

Я даже не могу разнести его из револьвера.

Но собраться воедино твари не дам!

Мех сделал два шага и пригвоздил куски Исчадия к земле своими огромными когтями. Они заизвивались, словно истекающие чёрной кровью черви.

Я коснулся Скрижали. В меня хлынул поток энергии хаоса. Тело затрясло. Ещё немного, и будет перегруз.

Но подпитаться я сумел. Совсем немного, однако этого хватило, чтобы оплести обе части твари тенями и разрезать их на мелкие куски.

Наконец-то, показалось Ядро!

Дрожащей рукой я достал револьвер и выстрелил в него.

Мимо!

Да твою ж мать!

Сделав шаг вперёд, я снова прицелился и нажал на спусковой крючок.

Ядро взорвалось мириадами зелёных огоньков.

Однако Исчадие было ещё живо. Ну, кто бы сомневался! Очевидно, у него есть ещё Ядро.

Вот только у меня уже не осталось сил, чтобы резать монстра тенями. А ведь мне отсюда ещё выбираться.

Так что я наклонился и подобрал один из клинков Исчадия. Оно попыталось дотянуться до меня клешнёй. Половинки пасти пытались что-то сказать, в сверкающих выпученных зенках горела настоящая ненависть.

Первым ударом я отрубил монстру руку. Я затем принялся кромсать валявшиеся на земле части тела в поисках второго Ядра.

Оно обнаружилось в бедре.

Уф!

Когда клинок вошёл в него, оно лопнуло, рассыпавшись на тысячи искр. А затем выпали смарагдиты. Целая куча. Подобрав один, я понял, что он был таким же, как те, что находились в Исчадиях, охранявших завод.

Над останками монстра возникло полупрозрачное, похожее на помесь кальмара и медузы тело химеры с пульсирующим лиловым центром. Оно словно испарялось из кусков Исчадия, приобретая форму.

Наклонившись, я схватил его. Щупальца обвились вокруг моей руки, тварь забилась в бесплодных попытках вырваться. А затем с чавканьем открылась щель, служившая мелкому порождению хаоса ртом.

— Кто ты такой⁈ Ни один смертный не способен питаться нашей энергией!

— Тут ты прав, — согласился я.

А затем быстро поглотил химеру.

Сразу же накатил приступ тошноты. Желудок будто пронзило одновременно льдом и огнём. Перед глазами поплыли цветные пятна. Голову сжало так, что несколько секунд казалось: сейчас она лопнет!

А затем энергетические узлы вспыхнули и увеличились, отращивая новые змеящиеся ветви. Вся система приобрела ненадолго лиловый окрас — пока Ядро химеры встраивалось в неё.

Наконец, меня отпустило.

Я прислушался к ощущениям.

Дикая усталость. Всё тело будто состояло из мокрой ваты. Каждое движение давалось с трудом.

И запас магической силы почти не пополнился. Я чувствовал себя опустошённым. Структура требовала энергии. Но нечего было и думать о том, чтобы снова подпитываться от Скрижали. Сейчас это могло меня прикончить.

А ведь мне ещё предстояло разделаться с мехом. Как только я извлеку из него карту, он снова превратится в жаждущее моей смерти Исчадие.

Я обдумал ситуацию.

Ладно, кажется, выход есть.

Первым делом я отдал твари мысленный приказ начать перестройку. Постепенно с него спадали одна за другой части тела — пока не обнажилось Ядро. Оно представляло собой отличную светящуюся в ночи мишень. Прицелившись, я выстрелил и разнёс его.

На землю посыпались смарагдиты разного номинала. Монстр оказался не ниже четвёртого уровня. Может, даже пятый.

Отлично! Вот теперь можно отозвать карту.

Пролетев по воздуху, «Шут» вернулся в колоду.

Так, теперь пора валить отсюда. Но сначала — заново отстроим вертолёт.

Через двадцать минут, собрав смарагдиты и загрузив в коптер останки Стража, пару его клинков, которые зелёным уже не светились, и Скрижаль, я поднялся над территорией завода, сделал разворот и полетел домой.

Глава 21

Даже по скромным оценкам, ночь выдалась бурной. Но продуктивной. Хоть я и чувствовал себя выжатым, как лимон, не могло не радовать, что ещё одно Исчадие уничтожено, а вторая Скрижаль добыта. Плюс я поглотил химеру, укрепив свою силовую структуру, и получил пару отличных клинков. Что, кстати, немалая такая экономия средств. Ну, и куча смарагдитов, конечно, лишней не будет. Теперь, когда у меня скопился значительный запас, можно даже подумать о создании отряда мехов, который сможет выходить за пределы участка. Не то чтобы я планировал атаковать соседей, но мало ли что. Лучше быть заранее готовым. Соломку подстелить, как говорят люди.

Но, прежде всего, хотелось отдохнуть. Я чувствовал себя совершено разбитым. Так что, поместив Скрижаль в сейф, принял горячий душ и завалился спать, велев Сяолуну не будить меня. Дворецкий обещал стоять на страже моего сна, даже если мир начнёт рушиться. Ну, будем надеяться, что пока этого не случится.

Сирена была заметно разочарована: девушка явно рассчитывала на утехи. Но я честно сказал, что не в форме, и мы просто уснули в обнимку.

В общем, на следующий день я встал только в два часа. Даже чуть позже. К обеду. На который были поданы густой гороховый суп, котлеты с цветной капустой и пресные «бельгийские» вафли.

Конечно, трапезу пришлось малость отложить, ибо я не мог не уважить Сирену. Затем, приняв душ, мы вышли к накрытому на веранде столу. Пока погода ещё тёплая, надо ловить момент. А то скоро наступит осень, и сезон дождей, который уже даёт о себе знать, вступит в полную силу. А с ним прилетят и холодные балтийские ветра.

— Ничего не пропустил? — спросил я, садясь.

— Я одновременно и рад, что вы спросили, и слегка расстроен, — отозвался Сяолун.

— А что так? — насторожился я.

— С каких новостей начать?

— Только не делай такое скорбное лицо, интриган. Давай с хороших. Не хочу портить аппетит. Хотя ты уже подкузьмил, конечно.

— Мне безмерно жаль, хозяин. Но вы сами спросили.

— Угу. Выкладывай уже. Поспать нельзя лишний часок, чтобы что-нибудь не стряслось.

— Прибыли представители торговых фирм. Желают с вами поговорить насчёт аренды площадей. Я распорядился разместить их в гостинице.

— Много их?

— Шестеро.

— Неплохо.

— Совершенно с вами согласен. Уверен, приедут ещё.

— Конечно, приедут, — я принялся за суп. — Скоро от людей отбоя не будет. Мы же тут целый город планируем отгрохать. И гостиницы будет маловато, чтобы всех вместить. Нужны дома для постоянного проживания.

— И я счастлив сообщить, что миньоны закончили снос бараков, в которых обитали кабальные, и расчистку площадки. Территория свободна. Полагаю, вы захотите заложить на этом месте какие-то здания.

— Ты на редкость прозорлив, мой друг. Ещё как хочу.

— Отлично, хозяин. Могу я переходить к дурным новостям?

— А их ещё и несколько?

Сяолун состроил кислую мину.

— Увы, мой господин.

— Ладно, давай. Что уж теперь.

Сирена во время нашего разговора сидела молча, ни во что не вмешиваясь. И поглощала суп с большим аппетитом. Не знаю, как другие, а я ценю в женщинах любовь к жизни и её удовольствиям. Так что наблюдать за девушкой было только в радость. Хотя вафли её почти наверняка разочаруют.

— Это насчёт Кирилла и Дмитрия, хозяин, — сказал Сяолун.

И сделал многозначительную паузу.

— Только без драматизма, — проговорил я строго. — Мы не в театре. Что с ними не так?

— У Кирилла обнаружилась эпилепсия. Утром был приступ. Сейчас он в больнице. Я решил, что вас это заинтересует, — добавил Сяолун со значением.

— А Дима?

— Перед рассветом я застукал его в строящемся крыле.

Сначала я не понял, почему дворецкий отнёс это к числу плохих новостей. Но затем сообразил: именно там находится сейф со Скрижалью.

— Ясно. И где он сейчас?

— В школе, хозяин.

— А, ну да. Хорошо, поговорю с ним позже. Это всё?

— Да, мой господин. Как вам суп?

— Прекрасно. Сирена?

— Арина, — поправила девушка. — Лично мне всё нравится.

— Передай Марфе моё горячее одобрение, — кивнул я дворецкому.

— Непременно, хозяин. Как насчёт взять ещё пару слуг?

— Да, точно. Нам же нужны лакеи, верно?

Сяолун отвесил поклон.

— У вас прекрасная память.

— Уже есть кандидаты?

— Утром прибыло несколько. Я взял на себя смелость поговорить с ними. Провёл собеседование. Увы, только у троих имеются при себе рекомендательные письма.

— И как они тебе показались?

— Полагаю, можно дать шанс.

— Что ж, в вопросах персонала я полагаюсь на тебя.

— Весьма польщён, хозяин. Тогда я введу их в курс дела. Жаль, что крыло для слуг ещё не готово.

— Намёк понял. Отправлю туда дополнительных миньонов.

— Это было бы чудесно, хозяин. Если я вам больше не нужен, позвольте откланяться.

Отпустив дворецкого, я придвинул котлеты с капустой.

— Тебе это нравится? — спросила Сирена, улыбнувшись.

— Еда?

— Нет, конечно. Я имею в виду — быть барином.

— Как-то никогда об этом не думал. Я просто делаю свою работу.

— Правда? Хотя, наверное, так и есть. Может, мне в тебе это и нравится. Какие планы на день?

— Ну, ты же слышала: надо заложить жилой комплекс.

Сирена кивнула.

— Понимаю. Не хочу тебя отвлекать. Может, меня кто-нибудь отвезёт на базу?

— Я думаю, скоро вернётся Кот.

— Ты не против, чтобы я задержалась?

— Конечно, нет. Я же говорил, что мне приятно твоё общество.

— И не раз. Ладно. Просто… Впрочем, неважно. Забей.

— Тебе скучно.

— Ну-у… Есть такое, — девушка улыбнулась. — Ты же понимаешь, что я не просто так стала егерем?

— Прекрасно понимаю.

— Точно?

— Ага. Никаких проблем.

— Ну, ладно. Тогда у нас всё ровно?

— Более, чем.

После обеда Сирена отправилась в мои покои, а я оделся и пошёл на расчищенную от бараков площадку. Место было хорошее. Конечно, это не центр будущего города. В любом случае, это будет лишь окраина — когда я превращу бывшую Мадону в мегаполис. Но сейчас именно здесь зарождается ядро осколка цивилизации.

Как только я разместил карты, появилась Ярила.

— Мой блистательный господин, вы хотите заложить здесь жилой квартал? — осведомилась она.

— А что? Есть возражения?

— Ни в коем случае. Кто я такая, чтобы вам указывать? Мой дело — претворять ваши планы в жизнь.

— Очень правильная позиция. Одобряю.

— И не беспокойтесь насчёт Сирены. Я оставила наши чувства в прошлом.

— Радуешь меня прямо каждой фразой. А что это там за машина едет?

Ярила повернула голову вправо.

— Господин Протасов возвращается. В компании командира егерей. Я решила, что о них докладывать не обязательно.

— Ладно, займись стройкой. Ты же можешь собрать дополнительных миньонов?

— Само собой, босс.

— Вот и славно. Отправь ещё парочку на строительство особняка. Нужно побыстрее закончить новое крыло. И, кстати, начинай установку камер наблюдения и увеличь количество дронов. Я хочу знать всё, что происходит на участке.

Оставив Ярилу, я отправился к дому. Благо, находился он от места будущей стройки недалеко.

Протасов с Котом подкатили чуть раньше. Возле машины уже стояли дружинники и выгружали оружие с брониками. Сирена как раз вышла из дома и направилась к командиру егерей.

— Ваше благородие, — поклонился Кот. — Моё почтение. Вот, как обещал — свёл вашего человека с нужными людьми.

— Премного благодарен. Господин Протасов, что тут у вас?

— Готов отчитаться, — бодро отрапортовал тот. — Боеприпас брать не стал, раз у вас на свинцовой ферме его можно произвести, а пушки кое-какие прикупил. Не доверяю я автоматической сборке, уж простите. Угодно поглядеть?

— Угодно.

— Мы, если не возражаете, поедем на базу, — сказал Кот. — Отдых — это, конечно, хорошо, но волка ноги кормят. Прохлаждаться долго нам не по чину.

Я взглянул на Сирену.

— До встречи, ваше благородие, — улыбнулась девушка. — Надеюсь, ещё увидимся.

Когда они с Котом укатили, Протасов принялся показывать покупки. По каждой представил финансовый отчёт. Ему явно очень хотелось, чтобы я не подумал, будто он пытался меня надуть.

— У меня для вас тоже кое-что имеется, — сказал я. — Сами решайте, кому это отдать.

Когда вручил Протасову клинки, он заметно удивился. Спросил:

— Где вы их раздобыли? Отличные мечи!

— Там больше нет. Забирайте и поставьте на баланс.

Дружинники отправились на стрельбище, а я велел Сяолуну пригласить представителей торговых фирм. На переговоры по сдаче площадей в аренду и подписание документов ушло часа три. После чего я отправился в больницу.

Кирилл лежал на койке — спал. Вид у него был болезненный: круги под глазами, осунувшееся лицо.

— Это, и правда, эпилепсия? — спросил я Протасову, глядя на него.

Докторша озадаченно потёрла подбородок.

— Если честно, не уверена. Я провела полное обследование, и симптомы очень разные. Не могу поставить точный диагноз. В какой-то момент мальчик повёл себя агрессивно, так что пришлось его усыпить. Опасаюсь, что имеет место психическое отклонение. Возможно, стоит показать его специалисту, но мать и слышать об этом не хочет.

— Понимаю. Не оставите нас ненадолго?

Протасова взглянула на меня с интересом.

— Молиться будете?

В голосе прозвучал плохо скрытый сарказм.

— Попытаюсь.

— Хорошо. Лишь бы помогло.

Как только женщина вышла, я придвинул к кровати стул и сел. В прошлый раз мне не удалось выявить всю Гниль, которая проникла в пацанов, но сейчас мои возможности увеличились. Вдруг получится? Ну, а если нет… Наверное, придётся решать, что делать. Как говорится, будет день — будет пища.

Положив руку на кровать, я вошёл в тень, которую отбрасывал Кирилл. На погружение ушло несколько секунд.

Энергетическая система мальчика казалась, на первый взгляд, самой обычной. Крошечные узлы, тоненькие не разветвлённые каналы — всё, как у большинства неодарённых. Примерно так изображают внутреннюю систему человека на картинках с чакрами. Вроде, йога называется.

Однако стоило снять пару слоёв и погрузиться чуть глубже, как стало ясно, что внутри узлов зародилась чужеродная энергия. Лиловые точки покрывали их, словно сыпь. От них тянулись по каналам едва заметные прожилки. Словно паразит проник в тело Кирилла и постепенно отвоёвывал пространство. Особенная активность наблюдалась в верхнем, головном узле, где хаос успел свить «гнездо».

Что ж, враг обнаружен. Пора от него избавиться.

На то чтобы уничтожить остатки Гнили, ушло всего несколько минут. Убедившись, что в энергетической системе ничего не осталось, я вытащил руку из тени. Хоть бы на этом всё.

Выйдя из палаты, я обратился к Протасовой:

— Нужно позвать сюда второго мальчика.

— Вы что-то обнаружили? — быстро спросила она.

— Скажем так: молитва не будет лишней.

Женщина поджала губы. Она явно понимала, что я что-то скрываю от неё и ото всех. Но выспрашивать не стала.

— Хорошо. Я сейчас его найду.

— Буду ждать здесь.

Она вернулась с Димой спустя четверть часа.

— Привет, приятель, — улыбнулся я. — Как себя чувствуешь?

— Хорошо, барин, — ответил мальчик, поглядывая на меня с опаской. — А как Кирилл?

— С ним всё будет в порядке.

— Вы думаете, у меня тоже начнутся… приступы?

— Это просто осмотр, — сказала Протасова, потрепав его по вихрам. — Не переживай. Садись-ка вот сюда.

— Закрой глаза, — велел я, подходя.

— Оставить вас? — спросила Протасова.

— Если не возражаете.

Когда она вышла, я сказал:

— Зачем ты ходил в строящееся крыло?

Парень вздохнул.

— Не знаю, барин. Честно. Я даже не помню, как там оказался. Меня господин Сяолун окликнул, и я, словно… очнулся. Вы сердитесь?

— Нет. Подумаешь — зашёл не туда. И не такое бывает.

— Господин Сяолун был очень недоволен.

— У него работа такая — следить за порядком.

Я положил руку на спинку кресла, в котором сидел мальчик. Проник в его тень и начал снимать слои подсознания, как луковую шелуху.

Ага, вот и они! Лиловые точки и тянущиеся по каналам нити. Чёртова зараза, которую я не смог обнаружить в прошлый раз. Ну, теперь я с ней разберусь.

— Барин, — проговорил спустя пару минут Дима. — А зачем я тут сижу?

К этому моменту мне почти удалось искоренить признаки Гнили в его энергетической системе.

— Вы меня лечите, да?

— Вроде того.

— Спасибо.

— Не за что.

Ещё немного, и чужеродная субстанция исчезла. Хорошо, если она не проникла ещё глубже. За пацанами придётся, на всякий случай, приглядывать. Вот не было печали.

— Ну, всё, свободен, — сказал я, сделав шаг назад. — Можешь идти. Думаю, твой друг к тебе скоро присоединится. И не болтайтесь, где не следует.

Как только Дима вышел за дверь, в палате появилась Протасова.

— Ваше благородие, я должна знать, что с ними. Это ведь мои пациенты.

— Ничего страшного, надеюсь. Я не врач и не Целитель, так что могу лишь надеяться. Всего доброго, Марья Игнатьевна.

— Господин Львов!

— Да?

— Как там Игорь?

— Насколько могу судить, неплохо. Осваивается в новой должности. Кажется, справляется. Не волнуйтесь. Быть дружинником точно безопасней, чем солдатом.

— Спасибо вам ещё раз. Я у вас в долгу.

— Буду иметь в виду. А теперь простите — должен идти.

Через пару часов Ярила предупредила, что на участке появились трое мотоциклистов.

— Направляются к особняку, босс. Судя по виду, не из аристократов. И они вооружены. Я могу перебить их прямо сейчас, если прикажете.

— Не надо. Пойду погляжу, кто такие.

Отложив чертежи (я как раз занимался в кабинете подготовкой к созданию новой карты — раз уж у меня теперь есть ещё одна химера), я вышел на крыльцо.

Мотоциклисты остановились чуть правее, слезли с байков, сняли шлемы и направились ко мне. Один, самый высокий и широкоплечий, в потёртой кожанке и свободных штанах-карго, держался чуть впереди. На вид ему было лет тридцать.

— Господин Львов? — осведомился он, притормозив у нижней ступеньки.

— Он самый. Чем могу помочь, господа?

Мужик усмехнулся.

— Господами нас давненько никто не называл. Мы это, на службу наняться хотели, ваше благородие. Боевой опыт имеется. Вот и решили — вдруг пригодимся вам.

Я окинул взглядом его приятелей. Выглядели они маргинально. Явные бандиты.

— Меня Хан зовут, — представился мужик. Затем, показывая поочерёдно на товарищей, сказал: — Это вот Фикса, а это — Рябой.

Тот, которого он назвал Фиксой, широко ухмыльнулся, продемонстрировав золотой резец.

— И на какие должности вы претендуете? — поинтересовался я.

— Так это… в дружинники податься хотели. Вам же нужны люди?

— Нужны. Только набором занимается командир.

— Ну, мы это… Если нет его сейчас, то подождать могём. Верно, парни? Мы не гордые.

Я спустился по ступенькам. Мужик оказался выше меня почти на голову. Пахло от него потом, порохом и бензином.

— Откуда вы взялись? — спросил я.

— Дык это… Ниоткуда, считай. Вольные мы, ваше благородие.

— Каждый человек откуда-нибудь, — возразил я. — Идёмте.

— Да вы сами не трудитесь, — смутился вдруг Хан. — Ткните пальцем, и мы того… сами уж как-нибудь.

Я его слова проигнорировал. Направился в сторону казарм. Троице не оставалось ничего, кроме как последовать за мной.

— Набором ведает командир, — сказал я, шагая чуть впереди. — Но мне тоже интересно, кто будет нести службу на моём участке. Считайте это предварительным собеседованием.

— А-а… Ну, лады. Как скажете, ваше благородие.

— Вы сказали, что имеете боевой опыт.

— Ага, точняк.

— И какой же?

— Ну-у… всякое бывало. Фронтир же.

Я резко остановился и развернулся к Хану, вынудив его притормозить.

— Полагаю, не ошибусь, предположив, что вы трое состояли в банде.

Мужики смутились. Фикса нервно почесал щетину, Рябой же заложил руки за спину и потупился. Прямо как нашкодивший школьник.

— Да мы это… — пробормотал Хан, стреляя глазами по сторонам. — Не то, чтобы прямо…

— Давайте начистоту. Мне нужны надёжные люди. Так что, как минимум, не будем начинать знакомство со лжи.

Хан вздохнул.

— Ладно, ваше благородие. Так-то вы правы, конечно. Грешны. Были мы… в вольном отряде. Да только не по нам такая жизнь. Собачья, если честно. К тому же, вы здорово его проредили, — он вдруг усмехнулся. — Почти и не осталось никого. Кто куда подался. Мы вот к вам решили. Чем чёрт не шутит? Если возьмёте, не подведём. Всё лучше, чем по лесам-то ныкаться.

— Это, как я уже сказал, не мне решать.

Мы как раз дошли до плаца, и нам навстречу направился увидевший нас Протасов.

— Привёл вам претендентов, — сказал я. — Посмотрите?

Протасов окинул троицу цепким взглядом.

— Конечно, ваше благородие.

Глава 22

Я немного понаблюдал, как троица претендентов палит по мишеням. Благо, дефицита боеприпасов у нас нет: свинцовая ферма работает исправно, а на развалинах материала полно. Можно не экономить. Тем более, что гильзы тут же возвращаются в переработку. Единственное, рано или поздно могут возникнуть проблемы с элементами для производства пороха и прочих взрывчатых веществ, но это купить не проблема: как дворянин, я имею полное законное право приобретать подобные вещи. Доставка, конечно, долгая, но можно же заранее озаботиться. А вот опыт и меткость за деньги не купишь. Тут тренировки надобны.

Бандиты справлялись неплохо. Протасов дал им пострелять и из пистолетов, и из автоматов, и из снайперских винтовок.

— Что скажете, Игорь Игнатьевич? — спросил я, когда оно отошёл ко мне, оставив претендентов.

— В целом, нормально, ваше благородие. Конечно, о серьёзной подготовке говорить не приходится, но определённый опыт у парней имеется. Натаскать их вполне возможно. Вот только сомневаюсь я в моральном облике, если позволите так выразиться. Бандиты ж, как ни крути. Ненадёжный они народ, как по мне.

— Отлично вас понимаю. Но сдаётся мне, им нужна стабильность куда больше, чем вольница. Иначе они бы не пришли.

Протасов задумчиво потёр квадратный, идеально выбритый подбородок.

— Может, и так, ваше благородие. А может, их сюда подослали.

— Это приходило мне в голову. Не так давно эти парни работали кое на кого, настроенного ко мне недружелюбно. Не стану вдаваться в подробности. Но очень сомневаюсь, что их наняли для шпионажа и диверсий. Не больно они для этого подходят.

— Если они, действительно, бывшие бандиты, — сказал Протасов. — Да, на профи не похожи, но ведь могут и прикидываться. Не так это сложно — время от времени промахиваться и крутить в руках винтовку с озадаченным видом, как будто впервые её видишь.

— В таком случае лучше держать их поближе, верно? По старинной пословице.

Протасов пожал плечами.

— Не уверен, ваше благородие. Но вам виднее. Если желаете, возьму их.

— Мне не хотелось бы вам указывать. Я ведь сразу сказал, что набор персонала отдаю вам на откуп.

— Парни, вроде, неплохие. Да и, если не врут, то пусть лучше здесь будут, чем по лесам болтаться да людей грабить. Почему бы не попробовать, — после паузы добавил Протасов. — Ладно, буду за ними присматривать. Надо ещё решить, кого на какую роль определить. Сомневаюсь, что кто-то из них умеет обращаться с клинками, но нам нужны Рыцари. Это, как ни крути, основная сила отряда. Если, конечно, придётся драться с Исчадиями.

— Надеюсь, что нет. Но мы должны быть готовы, Игорь Игнатьевич. Участок у нас, как вы, наверное, слышали, считается проклятым. И неспроста, к сожалению. Уже был случай, что на территории монстр объявился.

— Я вас понял, ваше благородие. Будем работать.

На том и порешили. Оставив Протасова испытывать и муштровать новичков (интересно, не сбегут ли, вкусив солдатской жизни), я вернулся домой, где первым делом вызвал Ярилу и велел приглядывать за бандитами, решившими вкусить честной жизни.

— Если только возникнет подозрение, что они что-то замышляют, сразу сообщай, — сказал я.

— Конечно, босс. Камер с них не спущу. Благо, сейчас я могу следить за всем посёлком и большей частью развалин вокруг вышки и каньона.

Отпустив ИскИна, я засел в кабинете. Теперь, когда у меня есть ещё одна химера, можно пополнить колоду. Дело это небыстрое, да и восстановиться не помешает, но чертежи подготовить заранее вполне реально.

И ещё — будучи на базе егерей, я поглядел на гончих псов. В рейд их не брали, потому как вынюхивать и загонять изменённых мехов никакой нужды не было: все они и так болтались на одной территории. Но для патрулирования участка такие собачки мне бы очень пригодились. Плюс я планирую поиск новых Скрижалей. Да и стоят гончие немало. Если взяться за дело всерьёз, очень приличный бизнес можно начать. Вот только в Интернете, где я черпал информацию о гармах — так называлась порода, специально выведенная с помощью магических мутаций для охоты на Исчадий — утверждалось, что суки не просто стоят огромных денег, но и встречаются крайне редко. Какие-то проблемы с рождаемостью, вызванные вмешательством в ДНК породы. Иначе говоря, раздобыть суку гарма крайне трудно. В том числе, ещё и потому что люди, имеющие псарни, не горят желанием плодить конкурентов. Что логично.

Поискав по округе, я выяснил, что на Западном Фронтире всего трое имеют псарни гармов. Граф Александрович (его второй сын, если быть точным, но кто в наше время смотрит на такие вещи?), Лопарёв, купец-миллионник, основной бизнес которого заключался в ресейлинге всего, что только может понадобиться или просто пригодиться на окраине империи, и Молчанов. Про последнего я и так знал, ибо именно у него егеря приобрели гармов, когда набирали новых членов отряда.

В среднем, сука стоила четыре миллиона. В то время как кобеля можно приобрести «всего» за сто шестьдесят тысяч. Иначе говоря, примерно три смарагдита первого уровня.

Разумеется, мне не хотелось тратить такие бабки на псину, но бизнес есть бизнес. Гончие на охоте мрут часто, так что отбить четыре ляма можно будет относительно быстро. Если я собираюсь открыть этот бизнес, то вложиться можно.

Так что первым делом я позвонил Лопарёву. Трубку взял дворецкий, который заверил, что буквально за пару минут отыщет того, кто сможет меня проконсультировать. Ждать пришлось дольше, но, в конце концов, какой-то хлыщ подошёл к аппарату. Увы, лишь для того, чтобы очень вежливо сообщить, что сука на заводе всего одна, других не предвидится, а если даже какая и родится, то её оставят в бизнесе.

Тогда я позвонил графу. Ситуация примерно повторилась. Не менее вежливый управляющий уведомил, что пара сук имеется, но ни одна из них не подлежит продаже. Называл он их при этом почему-то «самочками», от чего меня прямо-таки коробило.

Скрепив сердце, я предложил четыре с половиной миллиона. Затем повысил до пяти.

— Мне жаль, ваше благородие, но это политика завода, — самым что ни на есть елейным голосом ответил мне менеджер. — Самочки не продаются. Это принципиальная позиция, и дело вовсе не в цене. Надеюсь на ваше понимание.

О, я отлично всё понимал. Но легче от этого не становилось.

Звонить Молчанову не хотелось. На данный момент он мне ничего не должен. И едва ли согласится расстаться с псиной, которая рожает, в среднем, по четыре-шесть золотоносных гончих за раз. Но иного выхода не оставалось.

— Алло, — проговорил мой сосед спустя минут пять после того, как слуга пообещал его найти.

— Ярослав Карлович, добрый день. Это Родион Львов.

— О! Мой дорогой сосед, — ни капли приязни в голосе. — Чему обязан?

— Слышал, у вас имеется завод гармов.

— Есть такое.

— Всего один вопрос: сколько у вас сук?

— Две. А что?

— Не согласитесь ли продать одну? По хорошей, честной цене.

Повисла пауза. Затем Молчанов сказал:

— Прошу прощения, мой друг, но бизнес есть бизнес. Плодить конкурентов невыгодно. Надеюсь, вы понимаете.

— Конечно. Без обид.

— Рад слышать. Ещё чем-нибудь могу помочь?

Как будто он сейчас мне помог!

— Впрочем, есть один вариант, — вдруг заявил после паузы Молчанов. — Думаю, вас устроит. Вы ведь будете на Дворянском собрании?

— Планирую.

— Тогда там и обсудим. Лично. Не возражаете?

— Нет.

— Значит, до встречи.

Повесив трубку, я задумался. Гадёныш что-то задумал. Это очевидно. Вот только что именно?

До собрания местной аристократии оставалось два дня. Я это знал, потому что Сяолун предупредил меня, как я и просил. Являться на мероприятие полагалось в смокинге. В моём гардеробе имелся один, сшитый на заказ. Синтетик настоял, чтобы я обзавёлся таковым прежде, чем отправляться на Фронтир. В дальновидности ему не откажешь.

Двое суток я провёл относительно спокойно. Занимался постройкой жилых комплексов, делал чертежи для новой карты, а ещё — начал возведение фортификаций на границе. Да, вышка достигла-таки периметра, так что пришлось отправиться в военный лагерь гарнизона, чтобы заложить пару карт со схемами укреплений. Ну, и миньонов наделал, чтобы они занялись делом. Теперь роботы сновали туда-сюда вдоль дороги, таская стройматериалы. На это уходило больше времени, чем на само строительство, но с этим я ничего поделать не мог.

Наконец, настал день, когда я должен был познакомиться не только с цветом местного общества, но и с губернатором. Назимов, понятное дело, являлся предводителем здешнего дворянства, так что не прибыть на мероприятие просто не мог.

За день до события я связался с секретарём Собрания и предупредил, что намереваюсь быть.

— Очень рад слышать, — ответил тот. — Будут обсуждаться важные вопросы по самоуправлению. Начало в двенадцать, затем обед, после которого намечены продолжение собрания и ужин. Забронировать для вас комнату в гостинице? Ехать ночью не безопасно.

— Будьте любезны.

— Хорошо. Гостиница называется «Грандиоль». Вы там будете не единственным членом собрания. Мало, кто решает возвращаться в темноте. Ещё один момент, господин Львов. У Собрания своя казна, и существует она за счёт взносов. Тратятся деньги, в основном, на организационные моменты и для создания кассы взаимопомощи.

— Понимаю. И сколько с меня?

— Полмиллиона разовый взнос и затем по двадцать тысяч ежемесячно. Вероятно, вам будет удобно подключить автоматический платёж.

— Пришлите реквизиты, я всё оплачу.

Таковой ответ сразу сделал моего собеседника раза в два любезней. Особенно когда я сказал, что внесу полмиллиона одним трансфером.

— Отчёты по расходу средств предоставляются на каждом собрании, — добавил он, продиктовав реквизиты.

И вот я ехал с охраной (больше для статуса) в Орловск. Отбыть пришлось рано утром, чтобы поспеть вовремя. Вообще, надо подумать о том, чтобы собрать вертолёт для таких путешествий. Оно, хоть и не безопасно, однако всяко быстрее. Да и трястись по кочкам не нужно будет.

Местные дворяне собирались в здании филармонии, которое арендовалось для этого трижды в год. Плюс иногда (довольно редко) для экстренных совещаний.

Когда я прибыл, перед зданием уже стояло несколько машин. В основном, массивные внедорожники. На некоторых красовались гербы, но таких было меньшинство.

Оставив охрану скучать на парковке, я поднялся по ступенькам и переступил порог, за которым меня тут же встретил высокий, очень худой человек с седыми зализанными назад волосами и тонкими усиками над плотно сжатыми губами. Пахло от него терпкими духами так, словно он облился ими сверху донизу. В руках он держал планшет.

— Родион Львов, — представился я. — Участок ЗФ-36.

Мужчина быстро заглянул в список.

— Добро пожаловать, ваше благородие. Вы ведь впервые?

— Именно так.

Старик жестом подозвал паренька лет двадцати, одетого в зелёную ливрею. Ещё пятеро таких же молодых людей дожидались, выстроившись вдоль стены.

— Ефим, проводи, — коротко велел тощий.

— Прошу за мной, ваше благородие, — поклонился паренёк, и мы двинулись через просторных холл с колоннами к большим двустворчатым дверям из полированного дуба с инкрустацией латунью. Они были приоткрыты, и за ними я сразу увидел настоящую толпу.

Были только мужчины. Человек тридцать. И, учитывая, что прибыл я немного раньше полудня, можно было предположить, что ряды аристократов ещё пополнятся.

В центре концертного зала стоял огромный длинный стол, окружённый стульями, но садиться никто не спешил.

Я сразу узнал несколько человек, с которыми познакомился на именинах Лобанова. Пришлось раскланиваться.

Сам Лобанов тоже был здесь. Как и Молчанов. Держались они разных концов зала, явно не желая пересекаться.

Ко мне подошло несколько человек. Один из них был Рокотов, молодой помещик, открывший на Западном Фронтире фармацевтический бизнес.

— Ну, как, обдумали моё предложение? — поинтересовался он с улыбкой, едва мы обменялись рукопожатиями. — Дадите открыть у себя пару аптек для начала?

— Дам открыть даже больше пары, — ответил я. — Но пока народу у меня маловато проживает, и местный врач справляется.

Рокотов понимающе кивнул.

— Это временно, — сказал он. — Когда расширитесь, люди начнут сами себя лечить. Так всегда бывает. Очень неправильный подход, но одни врачам не доверяют, а другим просто лень дойти до медкабинета. Впрочем, нельзя и про рецепты забывать. Плюс БАДы всякие. Давайте обсудим как-нибудь наши деловые отношения подробно. Я бы целую сеть со временем открыл, в идеале. Вам это будет оч-чень выгодно, господин Львов.

— Ничего не имею против. Заезжайте в гости.

— Заеду, — пообещал Рокотов. — Непременно.

В этот момент в зал вошло ещё несколько человек.

— Простите, нужно поздороваться, — улыбнулся фармацевт. — Знакомые.

Как только он отошёл, его место занял Лобанов.

— Привет, сосед, — проговорил он, тряся мою руку. — Значит, и вы теперь с нами. Как вам общество? Больше, чем можно подумать, верно?

— Признаться, так и есть. Не ожидал такого количества.

— Фронтир больше, чем кажется. И это далеко не все, уж поверьте. Многие манкируют собраниями. А зря. Бывает, здесь можно услышать кое-что любопытное. Хотя чаще всего всякие формальности, нуждающиеся в голосовании.

Он нервно провёл ладонью по правому виску, словно приглаживая волосы. Вид у него был дёрганый. Похоже, странные звуки резонирующего в стенах хаоса так и не давали американисту покоя.

В этот момент открылась дальняя дверь, и в зал вошёл невысокий, щуплый мужчина в круглых очках и с козлиной бородкой. Под мышкой он держал несколько кожаных папок, из которых торчали края листков.

— А вот и Михаил Алексеевич, — сказал Лобанов. — Наш секретарь. Болкунов его фамилия. Значит, сейчас начнём.

При появлении секретаря присутствующие потянулись к стульям и начали занимать места.

Я торопиться с этим не стал. Дождался, пока останутся свободные, и сел на одно из них.

Мой сосед справа приветственно кивнул.

— Добро пожаловать. Андрей Васильевич.

Я пожал протянутую руку.

— Родион Львов.

В этот момент секретарь поднял со стола бронзовый колокольчик и позвонил.

— Господа, прошу садиться! — проговорил он на удивление зычным для своей комплекции голосом. — Время начинать.

В тот же миг в зал вошёл грузный мужчина лет пятидесяти, с проседью на висках и окладистой бородой. Одет он был в синий костюм и белую рубашку, воротничок которой беспощадно впивался в складки его жирной шеи. Маленькие глазки стремительно обежали присутствующих, чуть задержались на мне и скрылись за шторами век.

— Ваше превосходительство, мы готовы, — сообщил ему секретарь.

Так-так, значит, это и есть Назимов. Уверенные движения, прямая осанка. Человек, обладающий властью и наслаждающийся ею. Тот, кто рассчитывает вытрясти из меня взятку за прокладку железной дороги, и с кем мне придётся из-за этого серьёзно пободаться.

Губернатор прошёл вдоль стола и остановился перед креслом, поставленным во главе. Садиться не спешил. Положил руки на спинку из резного дуба, кивнул, выдержал паузу и сказал:

— Рад приветствовать, господа, на нашем очередном собрании. Вопросов накопилось много, так что мы тут сегодня надолго. Будут и обед, и ужин. Сейчас Михаил Алексеевич зачитает повестку дня, и начнём. Но прежде этого я рад сообщить, что в наших рядах пополнение, — при этих словах маленькие глазки губернатора буквально впились в моё лицо. — Родион Николаевич Львов, владелец участка ЗФ-36! Прошу встретить, как полагается.

Раздались аплодисменты. Пришлось встать и раскланяться.

— Благодарю, господа, благодарю. Счастлив быть среди вас.

Назимов наблюдал за мной, не моргая, пока я не сел на место.

— Что ж, давайте переходить к повестке, — проговорил он, грузно опускаясь в кресло. — Прошу, Михаил Алексеевич. Что там у нас сегодня по плану?

Глава 23

Как и говорил Лобанов, ничего особо интересного в повестке не значилось. Обсуждали планы развития губернии, утверждали траты, вносили предложения. Я даже малость заскучал. Но удивлён не был. В конце концов, реальная власть принадлежала губернатору, и задачи ему спускались сверху. Вертикаль никто не отменял, несмотря на дворянское самоуправление.

А вот во время перерыва на обед случилось кое-что интересное.

Как раз подали после лёгкого овощного салата с оливками и мягким сыром грибной суп, густой и острый, с жирной сметаной, когда Молчанов, усевшийся со мной за один стол, вдруг отложил ложку и уставился на меня. Сразу стало ясно, что помещик решил поднять тему псарни.

— Господин Львов, — заговорил он с полуулыбкой, которая мне совершенно не понравилась. — Вы упомянули, что хотели бы завести гармов. И не просто свору, а заняться разведением. Я вас верно понял?

Наши соседи по столу, а их было человек шесть, немедленно насторожились. Все разговоры стихли, и внимание присутствующих сосредоточилось на нас двоих. Похоже, Молчанов не случайно выбрал момент, когда рядом были свидетели. Так-так, что же ты задумал?

— Всё верно, Ярослав Карлович, — ответил я, зачерпывая суп ложкой. — И вы, помнится, ответили, что не желаете плодить конкурентов.

Молчанов кивнул.

— Так и есть. Но у меня имеется один недостаток. Я чертовски азартный человек. Кто меня хорошо знает, может подтвердить.

— Я вам и так верю.

— Хорошо. В общем, предлагаю пари. Ставлю племенную суку гарма. Что скажете?

— Зависит от того, в какую игру вы предлагаете сразиться.

Мой собеседник сложил пальцы домиком и послал мне загадочную улыбку.

— Уверен, вы слышали про гонки «Излом-2», — сказал он.

— Было дело.

— Ну, вот. Предлагаю вам в них поучаствовать. Если обгоните меня, собака ваша.

— А если нет?

Молчанов пожал плечами.

— Предлагайте ставку, господин Львов. Есть у вас что-нибудь соразмерное?

— Разве что деньги. Четыре миллиона. Кажется, это считается адекватной ценой.

Помещик брезгливо поморщился.

— Деньги мы все неплохие поднимаем. А сука гарма — товар почти уникальный.

— Чего же вы хотите? — прямо спросил я.

Если ответит, что предлагает в качестве ответной ставки убраться с Фронтира, то пошлю его к чертям. Даже несмотря на присутствие свидетелей. Явно же Молчанов выбрал такой момент, чтобы взять меня на «слабо». Думает, я не решусь отказаться от пари при других аристократах. И, надо сказать, отчасти он прав: среди дворян ценится лихость и смелость. Но это вовсе не значит, что я стану рисковать чем-то существенным, просто чтобы сыграть ему на руку.

— Решайте сами, — ответил Молчанов. — Я готов принять любую ставку.

А вот это интересно. Получается, ему главное втянуть меня в гонку. И при такой формулировке отказаться, конечно, трудно: окружающие точно воспримут это как трусость. И слухи разнесутся от этого стола в мгновение ока по всему Западному Фронтиру.

Я отложил ложку, чтобы показать серьёзность, которую приобрёл разговор. С физиономии моего собеседника не сходила хитрая улыбочка.

Очевидно, что у Молчанова, жаждущего от меня избавиться, ситуация сложилась не лучшая: вышка моя обзавелась силовым полем, и теперь диверсии ей не страшны. Да и темпы развития участка у меня здорово увеличились. Но железную дорогу соседу ой как хочется. И участие в гонке даёт ему шанс устранить меня с дороги. Ведь во время неё случиться может всякое.

— Итак, господин Львов, — нетерпеливо проговорил Молчанов, глядя мне в глаза. — Насколько вы хотите псарню?

Ха! Вопрос — насколько тебе нужно, чтобы я согласился поучаствовать в гонке.

— Увы, у меня нет ничего равноценного вашей суке, — сказал я холодно, чтобы он решил, что я вот-вот соскочу. — А предлагать ерунду считаю просто неправильным.

Молчанов дёрнулся. Понял, что упускает шанс. Ну, и кто теперь рыбак?

— Ладно, чёрт с ним! — проговорил он быстро. — Пусть будут деньги. Пять миллионов. Согласны?

Я сделал вид, что раздумываю. Теперь уже все за столом затихли, увлечённые нашей беседой.

И вдруг заговорил один из помещиков. Мы с ним знакомы не были, и, садясь за стол, он не представился.

— Прошу прощения, что вмешиваюсь, господа, но полагаю, будет честным, если господин Львов сможет оценить то, во что собирается вписаться, в полной мере.

При этом он вперил тяжёлый взгляд в Молчанова. Тот немедленно смутился. И в то же время было заметно, что в его глазах мелькнула злоба.

— Вы правы, Анатолий Дмитриевич, — нехотя процедил он. — Никто здесь не собирается обманывать господина Львова.

— Мне бы это и в голову не пришло, — проговорил мужик и тут же повернулся ко мне. — Кажется, вы не совсем представляете, как именно проходят гонки «Излом-2», — сказал он. — И что для участия в них требуется особый автомобиль. Не то, чтобы имелись какие-то жёсткие требования, но на обычной машине там просто нечего делать.

— Особый? — проговорил я. — Нет, этого я не знал.

— Так и есть, — быстро вставил Молчанов. — Я был уверен, что вы в курсе.

Чёрта с два! Гадёныш намеревался меня развести.

— Меня зовут Анатолий Елисеев, — представился мужик, протягивая мне руку. — Мы не были знакомы.

— Родион Львов.

— Кажется, я вам должен, — проговорил Елисеев со значением, глядя мне в глаза.

Точно! Это ведь его сына я избавил от Чёрной летаргии. Похоже, помещик нарочно уселся со мной за один столик — присмотреться решил.

— Если вы так считаете, — ответил я.

— Считаю. Надеюсь, вы примете в качестве благодарности чертёж автомобиля. С возможностью внесения доработок.

При этих словах Молчанов только что на стуле не подпрыгнул. Под кожей на лице заходили желваки. Да, совсем не такого он ожидал, когда пытался втянуть меня в гонку.

— С удовольствием, — ответил я Елисееву. — Вы участвовали «Изломе-2»?

— Мой сын участвовал. Младший. Царствие ему небесное. С тех пор, как он погиб в этом нелепом развлечении чертёж ни разу не пригодился. И ещё вам понадобится высокооктановое топливо. У меня есть, и я готов с вами поделиться. Мы ведь за честное пари, не так ли? — добавил он, взглянув на Молчанова.

Тот с заметным усилием растянул губы в подобии улыбки.

— Само собой. Как же иначе?

— Полагаю, знание трассы тоже не повредит, — раздался вдруг у меня за спиной знакомый голос. — Прошу прощения, господа, что вмешиваюсь, — Лобанов отвесил сидевшим за столом вежливый поклон. — Случайно услышал, о чём вы говорите. Вам понадобится штурман, сосед. Без него у вас нет шансов даже на самой лучшей машине.

При этих словах Молчанов побагровел. Даже глаз задёргался.

— Я участвовал в гонке не раз, — продолжил Лобанов. — И буду рад выступить в качестве вашего штурмана, господин Львов.

— Почту за честь, — ответил я. — Если это не нарушит вашего обещания.

Помнится, Лобанов говорил, что сестра против его участия в гонках.

— Думаю, в данном случае можно сделать исключение.

— Что ж, — Елисеев хлопнул в ладоши. — Полагаю, теперь есть смысл и о пари подумать.

Я протянул Молчанову руку через стол. Он пожал её с кислой миной.

— Господа, вы свидетели, — сказал Лобанов. — Спор заключён. Обсудим трассу позже, — добавил он, обращаясь ко мне. — Заезжайте в гости, как будет время. Гонка состоится через четыре дня.

После того как он отошёл, обед продолжился в молчании. Чувствовалось напряжение. Молчанов так вообще избегал на кого-либо смотреть, особенно на Елисеева. Было ясно, что помещик только что приобрёл врага.

Когда трапеза подходила к концу, Елисеев обратился ко мне:

— Господин Львов, как вы смотрите на то, чтобы поехать после ужина ко мне? Я бы вам сразу чертёж и отдал. Насчёт дороги не беспокойтесь: у меня надёжная охрана, да и в окрестностях в последнее время стало довольно спокойно. Беззаконники куда-то подевались.

— С удовольствием принимаю приглашение, Анатолий…

— Павлович.

Дальше пришлось ещё несколько часов выслушивать всякие доклады, предложения и участвовать в голосованиях. За три четыре месяца дел у Собрания накопилось немало. Наконец, Назимов объявил, что на сегодня хватит, попросил секретаря зачитать выдержку из протокола, подвёл итог и удалился. На ужин он не остался.

Подали жареных куропаток с брусничным соусом и мелко порезанный картофель с хрустящей корочкой, а также салат с крольчатиной.

На этот раз за столом образовались свободные места (кое-кто из дворян предпочёл уехать сразу после заседания), Молчанов тоже уехал, так что Лобанов присоединился к нам с Елисеевым.

— Хорошо, что вы поставили только деньги, — сказал он, беря вилку. — Если честно, шансы выиграть заезд невелики. Даже люди с опытом иногда не доходят до финиша. А у вас это будет впервые.

— Не верите в меня? — улыбнулся я.

— Простите, но стараюсь быть объективным. Это ведь не просто соревнование на скорость. Участники имеют право пользоваться магией. Плюс в любой момент могут появиться Исчадия, ведь трасса находится на территории Излома. Всё это делает гонку такой опасной.

— И большое значение имеет команда, — добавил Елисеев. — С Петром Ильичом вам, кстати, повезло. Телекинез штука полезная. Но у Молчанова штурман — адепт холода. А сам он, как вы, наверное, знаете, владеет аспектом воды. В тандеме они очень сильны.

Я кивнул. Да, это проблема. Но пари уже заключено. Осталось сделать всё, чтобы его выиграть.

— Не хочу настраивать вас на поражение, — сказал Лобанов. — Господь свидетель, как сильно мне хочется утереть Ярославу Карловичу нос. Но нужно быть готовым к тому, что с деньгами вам придётся расстаться.

— Ничего, ещё заработаю, — ответил я.

Судя по всему, Молчанов планировал не просто прийти первым. Он явно задумал воспользоваться смертельно опасной гонкой, чтобы от меня избавиться. По идее, на данный момент это единственный «законный» способ убить меня и остановить развитие участка. Так что дела обстоят куда хуже, чем представляется Лобанову.

— Надеюсь, вы хорошо водите, — проговорил Елисеев, прожевав кусок куропатки. — Машины очень быстрые. Скорости в этой гонке просто бешеные, а препятствий на трассе полно, ведь она пролегает через городок в семи километрах от Мадоны. И туда ещё нужно доехать. Стартуем от границы моего участка, кстати.

— Городок в развалинах, ясное дело, — добавил Лобанов. — Так что придётся не только изучить трассу, чтобы вы могли ориентироваться, но и решить, как и где лучше использовать наши Дары.

— А что, съездить туда и осмотреться нельзя? — спросил я.

— Можно. Но времени осталось совсем мало, а вам ещё машину нужно построить. Да и без неё особого смысла нет, если честно. Ну, и рискованно это. Исчадия могу напасть. Впрочем, если угодно, съездим.

— И запаситесь смарагдитами, — сказал вдруг Елисеев.

— Зачем?

— Во время гонки их добавляют в топливо. Потому и скорости такие.

Кажется, я ввязался во что-то куда более рискованное, чем думал.

После ужина, попрощавшись с Лобановым, я отправился с кортежем Елисеева к нему на участок. Ехать пришлось долго. Добрались мы только к середине ночи, ещё даже не забрезжил рассвет.

— Поговорим утром, — сказал Елисеев. — Если не возражаете. А пока вас проводят в гостевую комнату. Ваших людей также размесят.

Приняв душ, я растянулся на широкой, мягкой кровати. Долгая дорога была утомительной, так что заснул почти сразу.

Когда открыл глаза, между неплотно сдвинутыми шторами пробивался золотистый луч света. С улицы доносились звуки стройки. К этому я уже привык: миньоны трудились круглыми сутками.

Посетив ванную комнату, я оделся и вышел. Было почти двенадцать. Не успел я сделать и десятка шагов по дому, как из арки справа вынырнул лакей.

— Доброе утро, ваше благородие, — поговорил он, одновременно отвешивая поклон. — Анатолий Павлович велел, как проснётесь, проводить к нему. Не угодно ли?

— Угодно. Веди.

Особняк Елисеева был гораздо больше моего. Ещё ночью я заметил, что в нём три этажа, а часть постройки терялась в темноте среди высаженных вокруг деревьев.

Вскоре я услышал звуки рояля. Играли что-то из классики, но саму композицию я не узнал.

Когда лакей распахнул передо мной дверь, я увидел девушку лет двадцати, одетую в летнее зелёное платье из шифона. Чёрные волосы были аккуратно убраны за уши и расчёсаны так тщательно, что казались обсидиановым шлемом. Она сидела за чёрным роялем, руки легко порхали по клавишам, а глаза то и дело обращались к нотам. Справа от неё сидел старик в клетчатом пиджаке. На орлином носу примостились круглые очки в тонкой металлической оправе на шнурке. Он кивал в такт, хмурился и качал седой головой. Почему-то я сразу понял, что это учитель музыки.

Елисеев расположился возле окна в глубоком кресле. При моём появлении резко встал и хлопнул в ладоши.

Музыка немедленно оборвалась.

— Прошу прощения, Фридрих Вильгельмович, — проговорил хозяин дома, шагая мне навстречу. — Придётся ненадолго прерваться. Маша, это господин Львов, о котором я тебе рассказывал. Родион Николаевич, моя дочь.

Девушка выскользнула из-за рояля и сделала книксен.

— Рада знакомству. Так это вы спасли Лёню?

— Он-он, — кивнул Елисеев, широко улыбнувшись. — Так что я теперь господину Львову должен. А долг, как известно, платежом красен.

— И вы будете участвовать в той ужасной гонке? — сверкнув глазами, спросила, глядя на меня, Маша. — Мой брат погиб в такой.

— Не он один, — вздохнул Елисеев. — Что поделать: некоторым просто необходим адреналин.

— Вы из таких? — спросила меня девушка.

— Увы, я вынужден участвовать. Заключил пари.

— Как неосмотрительно с вашей стороны.

— Не дерзи, Маша, — Елисеев строго погрозил дочери пальцем. — Ладно, знакомство продолжите за обедом, а сейчас я должен показать Родиону Николаевич то, что обещал. Продолжайте.

Девушка нехотя вернулась за рояль. Когда мы с Елисеевым направились к двери, раздались первые ноты мелодии. Опера Римского-Корсакова «Садко» — вот, что это такое.

Едва мы переступили порог, лакей плотно затворил за нами дверь.

— Маша не любит эти уроки, — поделился Елисеев. — Но ничего не поделаешь: считается, что женщина должна уметь развлечь гостей. Старомодно, конечно. С другой стороны, кто мы без традиций, верно? Сюда, Родион Николаевич. Начнём с гаража.

Прошли мы в него через дом. Я ожидал увидеть что-то вроде своего скромного пристанища для автомобилей, но Елисеев привёл меня в огромный ангар, буквально забитый тачками и мотоциклами. Большую часть занимали внедорожники и броневики, но имелась и пара спортивных машин. Я решил, что одна из них и есть та, на которой разбился сын Елисеева, но мы прошагали мимо них. И лишь в дальнем конце гаража остановились перед чем-то, укрытым плотным тентом.

— Коля! — позвал помещик зычно. — Где ты есть⁈

В тот же миг откуда-то вынырнул коренастый мужик лет сорока, одетый в футболку, синий рабочий комбинезон и жёлтые ботинки. На голове у него лихо примостилась красная бейсболка, из-под которой торчали рыжие вихры.

— Так и знал, что ты здесь, — с лёгкой укоризной сказал Елисеев. — Знакомьтесь, господин Львов. Николай Груздев, мой механик. Всё свободное время тут околачивается.

— Простите, руки грязные, — белозубо улыбнулся мужик, глядя на меня. — Да, вот такое у меня хобби. Страсть, как люблю автомобили. Всё это, — он обвёл гараж широким жестом, — моих рук дело.

— Сколько ни говорил ему, что столько машин не нужно, не слушает, — добродушно усмехнулся Елисеев. — Но руки золотые, а за это всё простить можно. Мы, Коля, пришли на «Зверя» поглядеть. Покажешь?

Механик бросил взгляд на тент.

— «Зверя»? — переспросил он озадаченно.

— Родиону Николаевичу угодно посмотреть, какие машины в гонке участвуют, — сказал Елисеев. — Он заключил пари, так что ему это самому предстоит.

— О! — произнёс механик, приподняв брови. — Ну… что ж. Смотрите, ваше благородие.

Сделав пару шагов к тенту, он взялся снизу за край и одним отточенным движением сдёрнул его.

Глава 24

Я ожидал увидеть гоночный болид, как в «Формуле-1» или «Леман 24 часа». Ну, может, прокачанный автомобиль для «Наскара».

Но то, что предстало перед моим взором, иначе как «Зверем», и назвать было нельзя.

Массивный, но при этом обтекаемый броневик с множеством орудий. Больше всего он напоминал какой-нибудь супергеройский автомобиль из комиксов, но больше и брутальней. И более… гоночный, что ли. Даже не знаю, как это описать. Просто представьте, что машину для быстрой езды превратили в машину смерти. Именно такое впечатление производил автомобиль покойного сына Елисеева. Даже несмотря на то, что был смят, расколот и изуродован. Явно побывал в нехилой переделке.

— Что скажете? — спросил Елисеев, обегая его взглядом. — Впечатляет, да? Видели что-нибудь подобное?

— Никогда, — честно ответил я.

— Полагаю, господин Молчанов рассчитывал на это. Увы, он не отличается щепетильностью в средствах. Но водитель хороший. Серьёзный соперник. А вы как себя чувствуете на дороге?

— Неплохо. Но в серьёзных гонках не участвовал.

Елисеев кивнул.

— Оно и понятно. Ничего, в «Изломе-2» тоже гоняют любители. Развлечение для молодёжи. Я мог бы отдать вам эту машину, но, как видите, она нуждается в ремонте. Коля хотел её восстановить, но я не видел в этом смысла. И теперь не вижу. Ездить на машине, в которой погиб пилот, — дурная примета. И потом, я уверен, вы захотите её доработать. Если угодно, Коля вам поможет. Он опытный механик.

— Буду только рад. И благодарен. Не слишком ли тяжела машина для скоростных гонок?

Елисеев кивнул механику, передавая ему эстафету в разговоре.

— Тяжела, и ещё как, — живо откликнулся тот. — Поэтому и приходится закидывать в топливо смарагдиты. Если честно, эта технология больше нигде не используется. Только в гонках класса «Излом». Но она вполне надёжна. Если, конечно, не перебарщивать. В основе конструкции существенно доработанный двигатель V-8, так что это не чудо техники, а, скорее, опытный образец. В массовое производство такие машины никогда не поступят. Да это и не нужно. Зато на нём можно обогнать не только соперников, но и Исчадие. А это иногда приходится делать. Чаще, чем хотелось бы, по правде говоря.

— Я одолжу вам механика на ближайшие дни, если угодно, — сказал Елисеев. — Ты ведь не против? — обратился он к Николаю.

Тот широко улыбнулся.

— Да мне только в радость! Думал, никогда уже с такими крошками не поработаю.

— Вы спасли одного моего сына, — проговорил Елисеев. — Полагаю, будет символично, если вам послужит чертёж, которым пользовался другой. Как считаете, мы в расчёте?

— Более, чем, Анатолий Павлович.

— Вот и хорошо. Ненавижу быть в долгу.

— Как и я.

Мы обменялись рукопожатиями.

— Коля извлечёт для вас чертёж. Времени до гонки немного, а вам нужно успеть подготовиться. Так что не думаю, что вы захотите задерживаться. Но позвольте познакомить вас с Леонидом. Ему есть, что сказать своему спасителю.

— Если считаете нужным.

— Я учу детей благодарности. Почитаю её за главную из добродетелей.

Покинув гараж, мы отправились на улицу. Пока обходили дом, я спросил:

— Вы сказали, что гонка стартует от вашего участка. Но, кажется, вы тут уже давно. Значит, граница должны была сдвинуться вперёд на запад.

Елисеев кивнул.

— Они сдвинулась. У меня три участка.

— Ого! Поздравляю. Нечасто встречаются подобные способности.

— Увы, это мой предел. Так что скоро придётся старт переносить в другое место. Меня это не расстраивает. С тех пор, как погиб мой сын, почётная обязанность быть отчасти организатором меня тяготит.

— А ваш старший сын? Чем он занимается?

— Ему принадлежит один участок. Он тоже проектировщик. Знаете, Родион Николаевич, если выживите, приходите на бал. Я иногда устраиваю званые вечера. Положение обязывает. Обычно бывает много невест. Не думали о женитьбе?

— Думал. Но хотелось бы подобрать выгодную партию, а для этого я пока слишком малого добился на Фронтире. Так что не тороплюсь.

— Рациональный подход, — одобрительно кивнул Елисеев. — Но приглядеться ведь можно? О, а вот и моя супруга! Оленька, погляди, кто у нас в гостях, — повысил он голос, одновременно махая рукой стройной женщине лет сорока, сидевшей в плетёном кресле возле аппарата, запускавшего в небо тарелочки. — Родион Николаевич. Ты, помнится, очень хотела с ним познакомиться.

При этих словах женщина грациозно встала с кресла и двинулась ко мне. Знакомый молодой человек, стрелявший по тарелочкам, положил ружьё на сгиб локтя и уставился на меня. Это был Леонид Елисеев. Бледный и осунувшийся, но вполне живой и в добром здравии.

— Господин Львов! — воскликнула супруга хозяина поместья. — Как я ждала этой встречи. Примите самые сердечные благодарности за Лёнечку! Ещё одной потери мы с Анатолием не вынесли бы. Вы позволите?

Я понятия не имел, на что она спрашивала разрешения, но решил, что вряд ли меня пырнут ножом в сердце.

— Конечно, Ольга…

— Сергеевна.

И женщина крепко обняла меня, а затем с чувством чмокнула в щёку.

— Спасибо! — проговорила она, слегка отстранившись. — Огромное спасибо!

— Думаю, Леониду тоже есть, что сказать, — промолвил Елисеев.

Смущённо кашлянув, его сын приблизился.

— Благодарю вас, господин Львов. Это… здорово, что вы меня вытащили. Даже не представляю, как вам это удалось.

— Просто он святой! — с улыбкой припечатала женщина, не сводя с меня восхищённого взора.

— Ну, это вряд ли, сударыня. Хотя роль молитвы отрицать не смею.

— Конечно, святой! — уверенно проговорила Ольга Сергеевна. — Разве может быть иное объяснение? Муж сказал, вы хотите участвовать в гонках. Это правда?

— Боюсь, что да.

— Какая жалость. Наш старший сын погиб из-за этой глупости, — женщина тяжело вздохнула. — Надеюсь, вас та же участь не постигнет.

— Я тоже, сударыня.

— Просто Ольга Сергеевна. После того, что вы сделали для нашей семьи, мы просто не можем не быть друзьями. Верно, Анатолий?

Елисеев кивнул.

— Именно так, дорогая. Лучше и не скажешь. Я пригласил господина Львова на бал.

Женщина всплеснула руками.

— Как здорово! Соберутся все здешние невесты. Уверена, вы непременно кого-нибудь найдёте. Но вы точно хотите участвовать в гонке? Это ведь так опасно.

— Увы, я заключил пари. Не могу отказаться. Дело чести.

— Как опрометчиво! Муж сказал, что отдаст вам чертёж той ужасной машины, на которой разбился Олег.

— Так и есть, — сказал Елисеев. — Нужно же поддержать господина Львова, раз уж он решил ехать.

— Да, это лучше, чем ничего. Лёня, что же ты стоишь⁈ — обратилась вдруг женщина к сыну. — Проси господина Львова проверить твоё состояние. Вдруг болезнь ещё не совсем устранена!

Сын помещика бросил на меня хмурый взгляд.

— Как вы это сделали? — спросил он.

— Лёня! — с упрёком воскликнула Ольга Сергеевна.

— Всё в порядке, — я улыбнулся. — Не знаю, как. Полагаю, дело в силе молитвы. Я ведь не Целитель, так что лечить не умею.

— Говорю же: вы святой! — воскликнула женщина и сложила руки ладонями друг к другу.

— Позволите вас осмотреть? — спросил я парня.

— А что для этого нужно?

— Простой стойте спокойно. Я не стану вас касаться.

Чуть помедлив, Леонид кивнул. Сделав пару шагов, я вытянул руку и провёл вдоль его тела сверху вниз, незаметно коснулся тени, которую он отбрасывал, и задержался.

Никаких признаков Гнили. Парень был абсолютно чист. Ему повезло, что подвергся обычному излучению.

— Полагаю, волноваться не о чем, — сказал я, распрямляясь. — Как мне кажется, вы совершенно здоровы.

— Это чудо! — прошептала, закрывая глаза, Ольга Сергеевна.

— Матушка, перестаньте! — раздражённо сказал Леонид. — Возможно, у господина Львова Дар, о котором он сам не знает.

— Всем известно, что двух магических способностей быть не может, — отозвалась женщина. — Если только сам Господь не…

— Дорогая, кажется, нашему гостю неприятны разговоры такого рода, — мягко прервал её Елисеев. — Давай не будем, хорошо?

— Простите! — всполошилась Ольга Сергеевна. — Конечно. Извините меня, господин Львов. Это всё эмоции. Я же мать и потерять второго ребёнка… было бы страшным ударом!

— Понимаю, сударыня. Всё в порядке.

Супруга Елисеева благодарно улыбнулась.

— Так вы придёте на бал? — она явно спросила это только для того, чтобы сменить тему.

— Если смогу.

Повисла неловкая пауза. Прервал её Елисеев.

— Полагаю, схема уже извлечена, — сказал он. — Давайте вернёмся в гараж.

— Это было бы отлично. Мы пора домой — нужно заняться постройкой.

Спустя полчаса я распрощался с семейством Елисеева и в компании механика отправился на свой участок. Во внутреннем кармане пиджака лежала записанная на сложенный вчетверо листок гербового картона схема «Зверя».

— Долго строить такую машину? — спросил я Груздева, когда мы проезжали мимо рядов турелей и сторожевых башен, охранявших земли Елисеева.

— Нет, но я предлагаю внести несколько улучшений в чертёж. За прошедшее время у меня появился ряд идей. Анатолий Павлович не позволял заниматься «Зверем», так что было бы интересно их проверить.

— Не возражаю. Чем лучше получится автомобиль, тем… лучше.

Ехать пришлось довольно долго, ибо территории Елисеева находились от моего участка далеко. Покинув его земли, мы оказались на соседских. Впереди находились владения Молчанова.

— Сборку нужно закончить как можно быстрее, — проговорил Груздев. — Чтобы осталось время потренироваться. Вы ведь никогда прежде на таких скоростях не ездили?

Я отрицательно покачал головой.

— Не было нужды.

— Смарагдиты увеличивают эффективность топлива в разы. На прямых участках трассы это часто оказывается решающим фактором.

— А как двигатель выдерживает?

— Это вопрос, который…

Договорить механик не успел: дорога перед нами треснула, разошлась, и из образовавшейся за пару секунд ямы поднялась огромная фигура, состоящая из земли, песка, глины и камней!

По её колышущейся поверхности побежали, вспыхивая одна за другой, красные руны усиления. Гигант поднял правую ногу и шагнул вперёд, поднимаясь из разлома. Огромные руки потянулись к растущим по бокам дороги соснам, вырвали парочку и швырнули в нас.

— Берегись! — крикнул Груздев, покрываясь Фантомом.

Деревья с треском и грохотом врезались в броневик. К этому моменту мы уже, ясное дело, остановились. Машина вздрогнула, чуть накренилась, но удар выдержала. Ещё бы: она даже от небольших ракет должна была защищать.

— Аспект земли! — выдохнул Груздев.

— Оставайтесь внутри, — велел я и распахнул дверцу.

Выскользнув наружу, немедленно накинул свой Фантом. Меня тут же окружили извивающиеся тени.

Колосс впереди выбрался из ямы и теперь шагал прямо на нас, одновременно вырывая ещё пару деревьев.

Сразу было ясно, что это не просто техника аспекта земли. Невидимый пока маг решил зайти с козырей и использовал собственного Фантома! Есть такая техника — защитник отделяется от тела хозяина и используется как боевая единица.

Нас разделяли жалкие десять метров, которые великан мог преодолеть за три-четыре шага.

Ладно, посмотрим, на что ты годен!

Я скинул с себя призрачную фигуру. Теперь мой Фантом стоял передо мной, быстро покрываясь рунами усиления: словно на нём один за другим вспыхивали синие огоньки новогодней гирлянды.

Голем замахнулся вырванной с корнем сосной.

Мой Фантом метнулся вперёд. Он был меньше и быстрее. Мелькнули тонкие тени, и дерево в ручище противника рассыпалось на множество колобашек, которые посыпались на землю.

Почти в ту же секунду десяток серых лент оплели колосса и стиснули в попытке рассечь.

Однако голем был силён. Его хозяин щедро вкачивал в него энергию, так что тени лишь немного вошли в «плоть» великана. Он рванулся вперёд, но путы держали крепко. Они поползли по его руке, добрались до второго дерева и разделили его на куски.

В этот миг красные руны на теле колосса вспыхнули, он дёрнулся ещё раз, как ломовая лошадь, которой попали кнутом под хвост, и державшие его тени лопнули!

Вражеский Фантом наотмашь ударил моего, отправив его в лесные заросли, и сделал шаг ко мне. Его руки превратились в утыканные здоровенными булыжниками палицы. Трансформация не заняла и трёх секунд.

За моей спиной раздались выстрелы. Охрана решила вступить в бой с великаном.

— Назад! — гаркнул я, не оборачиваясь. — Протасов, не лезьте в это!

Из земли вокруг переливающегося алыми символами Фантома взвились тени.

Они обхватили предплечья гиганта и потянули его вниз, лишая равновесия. Голем покачнулся, начать падать вперёд, но вовремя подставил толстую, как колонна, ногу. Тени натянулись, словно струны.

В этот момент из леса стрелой вылетел мой Фантом. Врезавшись в противника, он осыпал его градом мощных ударов. С каждым из тела великана вылетал кусок глины, земли или струя песка.

Я сделал шаг назад, входя в собственную тень, и переместился.

Вынырнул за спиной колосса. Хоть отделённый Фантом и является одной из сильнейших магических техник, уступая разве что Призрачному клинку, у него есть два существенных недостатка: во-первых, управлять им можно лишь на небольшой дистанции; во-вторых, он оставляет хозяина без защиты.

Было очевидно, что напавший на меня одарённый находится поблизости и прячется в лесу. Причём недалеко, ведь ему нужно видеть, что происходит.

Так что я поднял тени и пустил их вдоль росших по бокам дороги деревьев. Они резали толстые стволы, как спички, стремительно выкашивая территорию вокруг места схватки. Либо мой противник окажется погребён под соснами, либо его рассекут тени, либо он выберется на дорогу.

Мой план сработал. Не прошло и двадцати секунд, как из падающих зарослей выскочил коренастый мужик в камуфляжном комбинезоне и панаме.

Попался!

Тени немедленно устремились к нему.

Он отчаянно взмахнул руками, и из земли тут же выкорчевался десяток здоровенных камней. Взмах моего противника — и они устремились ко мне.

Я открыл портал, поглотив их все и выбросив справа от голема так, чтобы они врезались в него.

А в следующее мгновение тени оплели одарённого, натянулись, и он обрушился на дорогу кучей фонтанирующего кровью мяса!

Обернувшись, я увидел, как на големе тухнут красные руны, и он медленно разваливается, теряя человеческую форму. Несколько секунд — и на дороге осталась лишь груда глины, земли и песка.

Чтобы не тратить энергию, я убрал своего Фантома и свернул все тени.

Из машины выскочил Груздев.

— Блестящий бой! — воскликнул он. — Моё почтение, господин Львов. Но почему на нас напали?

— Этого мы уже не узнаем.

— Да, верно. Отличная идея — выкурить ублюдка из леса. Почему вы сразу так не сделали?

— Прежде всего, нужно было остановить Фантома. Есть вероятность, что целью покушения был не только я.

— А кто ещё? — удивился механик.

— Вы, господин Груздев. Подозреваю, кто-то пытался помешать вам помочь мне построить машину для гонок.

Механик недобро прищурился.

— Вот оно, как… Может, вы и правы. Больно уж этот великан рвался к машине. Даже когда вы её покинули. Думаете, одарённого прислал Молчанов?

— Что я думаю, не так важно. Доказательств нет. И вообще, главное, что мы можем двигаться дальше. Правда, придётся повозиться, чтобы расчистить дорогу.

— Ну, это не проблема, — усмехнулся Груздев. — Позвольте мне внести скромный вклад.

С этими словами он сложил пальцы в причудливую фигуру, и на кучу, оставшуюся от голема, налетел взявшийся из ниоткуда ветер. Вернее — самый настоящий ураган. Нас он не касался, а вот почву, камни, глину и прочее потащил обратно в разлом, из которого выбрался Фантом противника. Затем в движение пришли обломки деревьев. Их механик просто раскидал по обочинам.

— Прошу! — улыбнулся он.

Дорога не то, чтобы приобрела прежний вид, но, по крайней мере, теперь по ней можно было проехать.

Дав знак дружинникам, что мы продолжаем движение, я направился к броневику. Очень хотелось надеяться, что новых препятствий нам на пути не встретится. Но разве могут быть гарантии?

Глава 25

Когда мы добрались до поселения, начавший накрапывать у границы между участками дождик превратился в настоящий ливень. Небо стало почти чёрным, скрыв солнце без остатка, в его бездонных недрах то и дело сверкала молния, озаряя землю бледным голубоватым светом.

На подъезде к особняку я заметил стоящие на крыльце фигуры. Одна, без сомнения, принадлежала Сяолуну. Андроид был в чёрном костюме, белоснежной рубашке и держал розовый драный зонтик, хотя над крыльцом и так имелся широкий козырёк, спасавший от воды.

А вот женскую фигуру я узнал не сразу. Закутанная в серый плащ, она выглядела почти бесформенной. Только, когда машина остановилась перед ступеньками, я понял, что мою скромную обитель посетила журналистка. Она стояла, зябко обхватив себя руками за локти и переминаясь с ноги на ногу.

Едва я вышел из машины, Соня помахала мне рукой и улыбнулась.

Я направился к дому. Протасов шагал рядом, держа надо мной зонт. А вот Груздеву пришлось очень быстро добежать до крыльца, чтобы не вымокнуть.

— Господин, с вами гость, — заметил Сяолун, как только я поднялся по ступенькам. — Он останется на…

— Несколько дней, — закончил я за него предложение. — Позаботься о том, чтобы у господина Груздева была комната.

— Конечно, хозяин, — синтетик отвесил механику учтивый поклон. — К вам госпожа Писарева. Очень настаивала на том, чтобы вас дождаться.

— Добрый день, ваше благородие, — снова улыбнулась журналистка. — Простите, что нагрянула без приглашения. Боялась, что вы откажетесь.

— Ну, что вы. Мне жаль, что заставил вас ждать.

— Это ерунда. Ради хорошего сюжета я и не такое готова. Уделите мне немного времени?

— Конечно. Не выставлять же вас с порога, — я наградил девушку холодной улыбкой. — Только сначала пообедаем.

— Я велю Марфе разогревать, — сказал Сяолун. — Полагаю, вы захотите переодеться с дороги.

— Именно. Подождите меня в гостиной, госпожа Писарева.

— Сколько угодно, ваше благородие, — серьёзно ответила журналистка.

— Позвольте ваш багаж, — обратился синтетик к Груздеву, державшему в руке плотно набитую спортивную сумку. — Я провожу вас в вашу комнату.

Когда мы вошли, то увидели горничную. Сяолун поручил ей отвести Соню в гостиную. Я же отправился к себе, где принял душ, растёрся махровым полотенцем, оделся во всё свежее и только тогда вышел в столовую.

Сяолун был уже там.

— Прикажете позвать ваших гостей, хозяин?

— Зови. Кстати, а где Серж? Оператор нашей неугомонной журналистки.

— Не имею представления, хозяин. Она приехала одна.

— Правда?

— Я сам удивился, что девушка путешествует без сопровождения. Но камера при ней. Возможно, господин Серж приболел.

Отвесив поклон, дворецкий отправился за гостями.

Долго ждать не пришлось. Они явились буквально через пару минут. Соня была в блестящем платье до колен, со смелым вырезом и обнажёнными плечами. В ушах покачивались скромные серёжки. Кроссовки, в которых стояла на крыльце, сменила на туфли с высокими каблуками. Прихватила с собой, значит.

Груздев надел спортивный костюм. Ну, хоть не в рабочем комбинезоне.

— Что с вашим оператором? — поинтересовался я, когда мы все сели. — Надеюсь, он в добром здравии.

— Серж? Увы, нет. Подхватил где-то простуду, — ответила Соня. — Винит меня. Говорит, что я его совершенно не берегу. Так что сегодня я сама буду оператором. Он показал мне, как пользоваться камерой. Надеюсь, ничего не напутаю.

Сяолун принялся разливать суп.

— Так что вас привело ко мне в такую погоду? — спросил я, когда он закончил и отошёл.

— Ну, когда я выезжала, с погодой всё было в полном порядке, — ответила Соня. — Меня даже ливень не застал: я уже была у вас. А что касается причины моего приезда — она очень простая. Дворянское собрание. Важное событие для губернии. Увы, журналистов на него не пускают.

— Меня это не удивляет.

— Не знаю, что за дурацкая традиция, но нам лишь присылают дайджест, состряпанный из протокола. Всё слишком сухо, чтобы написать что-то приличное. Вы меня понимаете?

— Чем же я могу помочь?

— Вы там были. И вы всё ещё новое лицо в наших местах. Плюс герой. Не без моей помощи.

— Не знаю, благодарить ли вас за это.

— Как вам угодно. Однако читателям было бы очень интересно узнать свежий взгляд на проблемы губернии. А главное, — тут Соня слегка наклонилась ко мне и произнесла почему-то заговорщицким тоном: — Зачем вы согласились участвовать в гонке? Я так поняла, имело место некое пари. Кажется, с господином Молчановым.

Я усмехнулся.

— Для того, кому всего лишь прислали дайджест, вы знаете, на удивление, много о том, что происходило на Собрании.

Девушка пожала плечами.

— У меня свои источники. Что я была бы за журналистка, если б не могла хоть как-то проникнуть туда, куда не пускают? Кстати, — она уставилась на механика. — Не расскажете о себе? Кто вы такой?

Груздев от подобной бесцеремонности аж супом поперхнулся.

— Давайте не будем выходить за пределы вашего репортажа, — заметил я.

— Просто веду светскую беседу, — ничуть не смутилась Соня. — Вы были одеты в рабочий комбинезон, когда приехали. Кстати, откуда?

— Мне кажется, вы забываетесь, госпожа Писарева, — проговорил я холодно. — Не стоит беспокоить моих гостей.

— Простите, — Соня махнула рукой, сделав вид, что не заметила мой тон. — Привычка. Профдеформация. Раз это секрет, то, конечно, ограничимся тем, что было на Собрании. И про пари расскажите, ладно? Это, если честно, самое интересное.

— Непременно. Но давайте не будем начинать интервью прямо здесь.

— О, я и не думала. У меня тут даже камеры нет.

После обеда, во время которого Соня больше Груздева не допрашивала, а он сидел смущённый и слегка растерянный, я отправил журналистку в гостиную, пообещав, что скоро к ней присоединюсь.

— Надо же, — сказала она прежде, чем уйти. — А ведь в прошлый раз мы беседовали на улице. Вы многое успели за это время. Я пока установлю камеру.

Когда мы остались с Груздевым, я обратился к нему:

— Вы собирались внести в чертёж изменения. Будет здорово, если займётесь этим прямо сейчас. Мне бы хотелось собрать машину уже сегодня. И прокатиться хоть разок.

— Конечно, — кивнул механик, беря у меня из рук листок со схемой. — Мне и самому не терпится проверить свои идеи. Но это дело не минутное, сами понимаете. Часа три уйдёт — не меньше.

— Ничего. Как раз успею выпроводить госпожу Писареву. В вашем распоряжении гостевая комната. Если что-то нужно, скажите Сяолуну.

— Спасибо, ваше благородие. Немедленно приступлю к работе.

Когда он удалился в сопровождении синтетика, я отправился в гостиную.

Соня возилась с камерой, когда я вошёл.

— О, как вы быстро! — проговорила она, обернувшись. — Но, кажется, я успела. Пока не включала, но думаю, работает.

— Вы ни разу не имели дела с камерой?

— С этой — нет. Серж носится с ней, как курица с яйцом. Он вообще не хотел мне её давать. Пришлось пригрозить, что уволю его, к чертям, — девушка сделала пару шагов мне навстречу. — Знаете, у меня ощущение, что вы мной недовольны, ваше благородие. И я не понимаю, в чём дело. Разве я сделала что-то, что вас расстроило?

— Нет, — ответил я. — Просто никто не любит репортёров. Наверное, это вроде инстинкта.

Соня рассмеялась.

— О, как вы ошибаетесь! Некоторые нас просто обожают. Пока мы пишем о них хорошо, разумеется. Знаете, мне бы хотелось, чтобы вы не видели во мне только журналиста. Давайте будем друзьями. Что скажете?

— Почему бы и нет? Куда мне сесть?

— Погодите. Предлагаю, прежде чем мы начнём, скрепить наши дружеские отношения.

— И как же? — поинтересовался я.

— Есть один способ.

И Соня, взявшись за подол платья, одним движениям стянула его через голову, оставшись в белых трусиках, бюстгальтере и кружевных чулках.

— Как вам предложение? — промурлыкала она, роняя платье на пол.

— Очень заманчивое, — признал я, окинув взглядом точёную фигурку. — Не совсем дружеское, правда.

Девушка слегка нахмурилась.

— Что-то в вашем тоне не слышно энтузиазма, — проговорила она укоризненно. — Есть разве какая-то проблема?

— Боюсь, проблема, и правда, есть, — сказал я с сожалением.

Соня удивлённо приподняла брови.

— И какая же, ваше благородие?

— У вас чужая тень.