Эволюция целителя 2

Глава 7

— И что там ты увидел? — заинтересовался я, хотя понял по звуку, что это вроде связки ключей.

— Ключи от тачки, — расплылся в улыбке Пуля.

— Что? От какой тачки? — услышал я Настю. Она вышла к проходной и заглянула в конверт.

— Ну не от садовой, разумеется, — хохотнул Пуля, доставая ключи с брелком.

— Ещё записка там, — заметила Настя, и я вытащил клочок бумаги, пробегая его глазами.

'Подарок во дворе, вишнёвого цвета.

Это за спасение Сани, от всего нашего коллектива'.

— Во дают. Надо заценить, — оскалился Пуля.

— Сейчас, — кивнул я и вернулся к стойке администратора.

Серые глаза Виктории смотрели на меня удивленно. Красивая, чертовка.

— Вы что-то хотели? — спросила она.

— Да, Виктория, вы остаётесь за главную, а мы через минут десять вернёмся, — предупредил я блондинку.

— Да, разумеется. Если будут пациенты, я приглашу их подождать вон там, — кивнула она в сторону двух длинных лавочек у стены.

— Вы всё верно поняли, — улыбнулся я, поймав на себе любопытный взгляд девушки. Ей было также интересно, что подарили нам спасатели. Но… назвалась груздем, как говорится, полезай за стойку.

Мы спустились во двор, прошли до стоянки.

— Нажимаю, — чуть ли не торжественным тоном объявил Пуля, клацнул по клавише брелка. Во втором ряду просигналил автомобиль.

Пуля метнулся вперед и правда словно пуля, несмотря на серьёзные габариты. Казалось, что он своим массивным телом раздвинет близко стоявшие автомобили первого ряда. Но нет, протиснулся.

— Ха! Чума просто! Это же Ястреб! — услышал я его возглас.

— Так чума или ястреб? — улыбнулся я, оказываясь рядом. И… остолбенел не меньше громилы.

Блин, да этот же автомобиль что-то напоминает мне из моего родного мира! Ну да, девятка!

Это строение кузова ни с чем не спутаешь. Тонированные заднее и боковые стёкла, нос как у зубила, из-за чего в среде автомобилистов девятку так и прозвали.

— Зубило, — вырвалось у меня.

— Какое, нафиг, зубрило? Это же Ястреб четыреста четвёртый! — расхохотался Пуля. — Да мой же ты красавец!

Он аккуратно погладил машину по вишнёвому капоту, затем провёл по лобовому стеклу с расползшейся по нему трещины в виде молнии. В целом, автомобиль выглядел слегка потрёпанным. Кроме трещины на стекле, на левом борту несколько пятен более тёмной краски. Да и крышу выправляли, судя по двум небольшим вмятинам, которые остались после ремонта.

Но сам факт, что у нас появилась машина, радовал. А Пуля так вообще чуть ли не из штанов от счастья выпрыгивал.

На носу красовалась эмблема — блеклая витиеватая буква «Я».

«Ястреб-404», — прочёл я на багажнике.

Чёрт, даже габариты как у девятки, хоть и немного выпуклые.

— Где они это чудо достали? — Пуля ходил вокруг автомобиля, осматривал его словно музейный экспонат. — Я на такой учился рулить, когда совсем мелкий был.

— Кто бы тебе руль доверил? — хихикнула Настя, которая подошла и озадаченно смотрела на подарок от спасателей. — Не сочиняй.

— Отец и доверил, когда учил, — оскалился Пуля. — Я те говорю, уже в девять лет умел водить тачки.

— Ну садись тогда, — показал я в сторону водительского кресла.

— Не, Лёха, это всё же твой подарок, — замотал головой Пуля.

— Да на кой он мне сейчас? Я ж не водитель, — рассмеялся я. — Я лекарь.

Если уж и выбирать автомобиль, то такой, какой мне точно понравится. Мне этот динозавр без надобности, а вот пользу нашей клиники он точно принесет. На первое время точно пойдёт, а там развернемся и выберем что получше.

— Алексей правильно говорит, — подошёл к нам взмыленный Захарыч, вытирая шею платком. — Ты теперь не только охранник, Олег, но ещё и водитель.

— Тогда доплачивай мне, — тут же нашёлся Пуля.

Захарыч скорчил недовольную мину, подумал несколько секунд.

— Ладно, накину тебе ещё 500 рублей в месяц, — пробурчал старик.

— И это не включая бензина, — заметил здоровяк.

— Что-то вы наглеете, молодой человек, — нахмурился Захарыч. — Всё зависит от того, сколько вы будете ездить и куда. Кстати, насчёт поехать. Надо забрать дезинфектор в магазине.

— Так вы ж за ним пошли к Степану, — напомнил я лекарю.

— Да там всё напутали, — махнул Захарыч. — Весь склад обошли, только потом выяснилось, что его оставили в «Легории», так магазин называется.

— Ну тогда я поехал, — Пуля открыл дверь, отрегулировал под себя кресло и запрыгнул в салон. И сразу «Ястреб» немного просел под его весом.

Со скрипом опустилось стекло со стороны водителя. Из окна показалась довольная физиономия Пуля.

— За «Семёрочкой» будет перекрёсток, на Семихолмовской, — бросил ему Захарыч. — Только побыстрей.

— Эта хрень тяжёлая? Донесу? — спросил громила.

— Да, справишься, — кивнул ему Захарыч.

«Ястреб» взревел, аж капот слегка запрыгал, затем машина дёрнулась и выехала со стоянки.

— А вас, уважаемые, попрошу в клинику. Там уже два клиента ждут нас, чешутся, — произнёс Захарыч, направляясь к зданию.

— Чешутся? — хмыкнул я.

— Именно. Судя по всему, симптомы очень похожие, — улыбнулся Захарыч.

— Сударыня, я готов вас сопроводить к рабочему месту, — торжественно выставил локоть, и Настя хихикнула, положив на него руку.

— О, сударь, какое заманчивое предложение, — защебетала она.

— Как дети малые, — забухтел Захарыч, заходя в здание клиники.

Ну а мы с Настей прошли за ним, и поднялись по ступеням на второй этаж, встречая с первых на сегодняшний день пациентов.

Междумирье, за три часа до текущих событий

Пустыня. Одна из немногочисленных локаций Междумирья, до которой она смогла дотянуться из убогого закрытого мира, в котором царствовали прямоходящие.

Небула нервничала, вновь обратившись в астральную сущность. Ей следовало встретиться со своим хозяином, и от этого мурашки периодически пробегали по её змеиному телу.

Новости были не сказать что хорошие. Она не знает, как отреагирует Астральный Грох, Из-за волнения и отката от примененного заклинания кружилась голова Ей пришлось потратить несколько искр, чтобы отправиться в это место, скрытое от простых смертных. Только так она могла поговорить с божеством и объяснить, что происходить. Других способов связаться она пока не нашла.

Впереди, среди песчаных дюн всколыхнулся клочок пространства, будто невидимая рука его хорошенько встряхнула. Небула почувствовала всплеск энергии и всеми силами постаралась скрыть нарастающее волнение.

Поднялся ветер, закрутил столб песка. В воздухе образовалось лицо астрального бога, чем-то похожее на человеческое. Глаза распахнулись, рот открылся.

— Приветствую, Небула, — прошуршал голос божества. — Мы договаривались, что ты свяжешься лишь в одном случае.

— Именно так, о Астральный Грох! — торжественно выпалила Небула. — Я нашла его!

— Нашла Воксариона? — удивлённо прошелестел Грох. — Так быстро?

— Телепорт был настроен идеально, поэтому я очутилась совсем недалеко от места его появления, — объяснила она.

— Тогда почему он ещё не в Ровене? — озадаченно прошелестел Астральный Грох.

— К сожалению, всё оказалось сложнее, чем мы предполагали, — сообщила Небула и замолчала, собираясь с мыслями.

— Мы? Я тебе дал знания о мире. Я тебе дал силу, чтобы облегчить поиски. Говоря «мы», ты подразумеваешь и меня? Я виноват в том, что ты оказалась бессильна? Я жду объяснений! — ещё громче зашелестело божество.

— Нет, всё совсем не так, — выдавила Небула. — Я имею в виду не тебя, о Великий Грох. Совет Старейшин ошибся, что в этом мире будет всё просто. Мир оказался очень слаб, энергии в нём не так много. Приходится скрываться под личиной человеческой самки.

В голове Небулы промелькнули тревожные мысли. Как она поняла, что не может разорвать связующую нить Воксариона и человеческого самца. И как ей пришлось, прилагая усилия, приблизиться к укрытию беглеца, чтобы изучить устройство этой грёбаной связи.

— Теперь понятно, — шелест божества стал тише, явно прочитав и её мысли. — Тебя не раскрыли?

— Нет, конечно. Я хорошо спрятала силу, — более энергично ответила Небула.

— Теперь скажи — ты видела Воксариона? Поняла, как его вернуть в наш мир? — поинтересовался Грох.

— Не видела. Но догадываюсь, где твой беглый помощник. Этот хитрец решил, что умнее всех. Но просчитался, — оскалилась астральная кобра. — Мне нужно ещё немного времени, чтобы понять, как поймать его.

— Время у тебя есть, — успокоил её Астральный Грох. — Как всё получится, дай знать, и я прикажу организовать астральный тоннель. Так будет гораздо быстрее вернуть этого наглеца в Ровен.

— Спасибо… о Великий Грох, — тихо прошипела Небула, заметив, как лицо Гроха потеряло форму.

Тонны кружащегося перед ней песка рухнуло на дюны, а её швырнуло обратно, в тот жалкий материальный мир, который ей был очень некомфортен.

За окном светало. Небула потянулась и вскочила с кровати. Подошла к зеркалу, пряча выглянувшую из ночнушки грудь человеческой самки.

— Иди к столу, моя хорошая, — услышала она старушечий голосок. — Я тебе там кашки пшённой сварила. Вкусная, с маслицем.

— Иду, — буркнула Небула и направилась на кухню.

Надо хорошо подкрепиться. Сегодня её ожидает очень насыщенный день.

Мы с Настей вернулись в клинику. Нас ждали два пациента.

Один из них, длинноволосый, явно был не в себе. Он чесал шею, закатывал рукава и чуть ли не раздирал на себе кожу, которая уже изрядно покраснела.

Второй вёл себя спокойней, и всего лишь потирал красные пятна на лице. Настя взяла его на себя, приглашая за стол приёмной.

Я же занялся длинноволосым, отправив бедолагу на кушетку.

— Присаживайтесь. Как вас зовут, на что жалуетесь? — задал я первый вопрос.

— Дмитрий Истцов я. Мне кажется, что я что-то подхватил в этой чёртовой Африке, — пожаловался он, садясь на край кушетки. — Помогите, док.

— И когда это у вас началось? — поинтересовался я, одновременно сплетая диагностический щуп.

Тот погрузился в тело пациента, который продолжал чесаться как заведённый.

— Буквально вчера вечером. Сердце часто биться стало, потеть начал сильно. И такое чувство, будто что-то внутри ползает, — выдавил Истцов. — Кажется, что под кожей очень много их.

— Кого это «их»? — удивился я, ведь щуп ничего не обнаружил. Ни намёка на заражение.

— Личинок, — прошипел пациент, округляя глаза. — Или червей. Там, в этой Африке полно ведь паразитов. Мух всяких, москитов и прочей дряни. А я ведь на сделке торговой был…

— Раздевайтесь по пояс, ложитесь на кушетку, — вздохнул я. — Надо осмотреть визуально. Может и правда, что-то пропустил? Хотя щуп дал бы знать.

Пациент так и сделал, и я увидел красные расчёсанные пятна на груди. Я сконцентрировался на его кожном покрове, изучил щупом расчёсанные пятна. Нифига там не было.

— У вас ничего нет под кожей, — заметил я.

— А я вам докажу, да, — закивал Истцов, копаясь в своей шевелюре. — Вот, смотрите, это ведь следы их жизнедеятельности. Эту гадость только они могут оставить.

Он показал крохотные белые катышки, которые он собрал с головы. Пришлось изучить ещё и то, что он показал.

— Это перхоть, Дмитрий, — улыбнулся я. — Всего лишь ваша перхоть, которая никакого отношения не имеет к паразитам и личинкам.

«Да свистит он. Понятно же, что ничего у него нет», — услышал я голосок Карыча. — «Он просто сам себя накрутил».

«Возможно» — произнёс я, уже не слушая тот бред, который несёт пациент. Он выдернул волос из подмышки, пытаясь доказать, будто на нём что-то вроде личинок.

«Лёха, ну ты блин сам посуди. Щуп у тебя ничего не определил, иначе просигналил бы. Верно? А так, раз ничего нет, значит, он это всё придумал», — хихикнул Карыч.

Я не ответил. Взглянул на Истцова, который таращил глаза и болтал о том, как его укусил в Африке москит. И что это совсем не перхоть. Я глубоко ошибаюсь.

Всё же он болен, только не тем, о чём говорит. Сразу вспомнился случай, который описывался на одной из лекций в институте.

Называется этот диагноз дерматозойным бредом или синдромом Экбома.

Пациенты уверены, что заражены паразитами. Неважно какими. Будь это черви, насекомые, личинки или другие микроорганизмы.

Пациенты там вот точно так же странно себя вели.

И в этом случае помогут лишь нейролептики, а также, разумеется, помощь психотерапевта в плане когнитивно-поведенческой терапии.

— Вы мне поможете? — выдавил Истцов, продолжая чесать шею. — Надо вытащить их из меня!

— Расслабьтесь, я вам помогу, — предупредил я. — И перестаньте чесаться.

— Но они будто кусают меня внутри… и размножаются, — зашипел Истцов, кое-как заставив себя убрать руки от шеи. — Надо срочно остановить это, док.

Ну а я решил сымпровизировать. Максимально сконцентрировался, выпустил из себя дозу «Веселящего анестетика», но направил его исключительно в мозг пациента. Точнее в миндалевидное тело, которое и отвечает за уровень тревоги. Также на всякий случай добавил крохотный импульс в гипоталамус, который переводит сигнал тревоги на физику тела. Вот поэтому и в потливость, и учащённое сердцебиение.

Также я убрал из крови избыточный кортизол, гормон стресса, и расплёл магические нити, возвращая их обратно.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы улучшили особую способность «Веселящий анестетик»!

Теперь она может воздействовать на нервную систему, а также пиковые гормональные проявления.

Награда: + 100 очков опыта/.

— Ну что, как вы себя чувствуете? — поинтересовался я.

— Вы знаете, док, будто и ничего нет, — прислушался к своему состоянию Истцов.

— А внутри вас ничего и не было, — заметил я.

— Да нет, было, — растерянно засмеялся длинноволосый. — Я чувствовал даже, будто что-то ползает у меня под кожей.

Я понял, что ему бесполезно что-то объяснять. Главное, что я убрал избыточную тревогу, стресса нет, но он может вернуться позже.

— Главное что вам легче, верно? — улыбнулся я, и Истцов кивнул.

— Вы спасли меня, док, — выдавил пациент, затем чмыхнул и смахнул слезу. — Мне было очень хреново, если честно.

— Я вам выпишу хорошие лекарства. Укрепляющие. И через недельку посетите меня ещё раз, — объяснил я. — А теперь можете вставать, вы абсолютно здоровы.

— Да, теперь уже здоров, — хохотнул Истцов, принимая сидячее положение и натягивая футболку.

По-хорошему ему надо бы посетить менталиста. Но было и другое решение. Память предшественника сразу же подсказала, что ему выписать. В этом мире было одно универсальное средство. «Магнум-экстра».

Состав лекарства был подобран таким образом, чтобы действовать и как нейролептик, и быть антидепрессантом в том числе. А когнитивно-поведенческой терапии ему не понадобится. Сходит ко мне ещё пару раз — и всё нормализуется. Организм потом сам в итоге отвыкнет от этой тревожной темы.

Я выписал Истцову рецепт, и он, довольный, оставил на столе четыреста рублей.

Затем я принял и второго пациента, Илью Мегляева, у которого оказалась аллергия на витамины. Мда, те самые, Юкка, от которых и у меня чесалась кожа.

Нейтрализатором я исправил положение, расщепив в его крови избыточную дозу витаминов, и пациент оплатил сто пятьдесят рублей.

— Ну что, справились, — напряжённо улыбнулась Настя. — Даже и не думала, что те витамины настолько дрянные. Но ведь они многим помогают.

— Не всем они подходят, Настя, — заметил я. — Мне тоже противопоказаны. Ведь после них я тоже чесался почти как Мегляев.

Телефон у меня зазвонил. Это был Захарыч.

— Алексей, с тобой хотят поговорить, — услышал я из динамика его напряжённый голос. — Спустись на первый этаж. И Анастасию, если она не занята, тоже прихвати с собой.

— И что там? — заинтересованно взглянула на меня Настя.

— Хочет, чтобы я подошёл, — пожал я плечами. — И ты тоже.

— Интрига? — хихикнула брюнетка. — Ну пойдём.

Мы вышли в коридор, заметив Пулю, который нёс на плече коробку. Он покраснел, даже пыхтел немного, но исправно нёс её в сторону уборной.

— Ох, а что это⁈ — воскликнула вышедшая из комнаты рыженькая Дарья, встречая громилу.

— Скоро увидишь. Отойди пока, занести надо, — отодвинул её Пуля.

Мы с Настей спустились на первый этаж, встречаясь с Захарычем и… Шадриным.

Лысоватый руководитель «Целебника» поправил пенсне, прищурился, и улыбнулся, замечая нас.

— А вот и герои! — воскликнул он, пожимая мне руку, затем поцеловал ручку засмущавшейся Насти. — Вы даже не представляете, как выручили мою клинику. Я ведь был на выезде в это время, а тут такое свалилось. Но Стёпа мне всё рассказал, как и Егор Захарович, — затем он взглянул на меня, — То, что вы сделали, Алексей, сравнимо с подвигом. Буквально вытащили пациента с того света.

— Если бы всё было безнадёжно, я б не стал проводить операцию, — улыбнулся я в ответ.

— Вы поступили как настоящий лекарь, — согласился со мной Шадрин. — Главное, что удалось избежать проблем со спасательной службой. Пришлось бы долго объяснять, почему командир спасательного отряда так и не добрался до операционного стола.

— Мы уже получили в качестве благодарности подарок, — сообщил я Шадрину.

— Да, Егор Захарович мне уже сказал, — кивнул директор «Целебника». — Но от меня лично тогда тоже примите бла. За аренду вы в этом месяце не платите.

— Вениамин Михайлович, это щедро с вашей стороны, — оценил я.

— Да ну что вы, Алексей, — улыбнулся Шадрин. — Выручили так, сохранили, можно сказать, лицо клиники.

— Благодарим вас, — подал ему руку засиявший Захарыч.

На этом наша беседа была закончена. Мы вернулись к своим обязанностям, и как раз вовремя. К нам повалили толпой пациенты.

На этот раз за день мы приняли более двадцати человек. И симптомы были такими же разнообразными, но ничего в целом серьёзного.

Так я заработал ещё шестьсот тридцать очков опыта. И порадовался итоговому значению, которое мне выдала система:

/Текущий уровень: 5 (1805/2500)/.

После работы радостный Пуля с удовольствием подвёз всех на «Ястребе». Даже салон напоминал чем-то «ВАЗ-2109», но на удивление был чуть более удобным. Но то, что эта тачка была в аварии, наглядно было видно и в салоне. Боковые двери вроде ровные, но вот с крышей беда. Из дырявой обшивки выглядывала сваренная рама. Почти как это делали на гоночных машинах. Видно корпус таким образом решили защитить, обезопасив от дальнейших потенциальных столкновений.

Я вышел в парке неподалёку от нашего дома. Сказал всем, что захотелось прогуляться, но причиной было другое. Карыч подпитал меня после окончания рабочего дня и признался, что близок к истощению.

Я вышел недалеко от парка, перешёл дорогу и, преодолевая арочный вход с надписью «Октябрьский», попал на главную аллею.

Под ногами свежая тротуарная плитка, урны у лавочек не переполнены. Видно было, что за парком следили.

Мы специально завернули на боковую тропку, направляясь к одному из боковых выходов. Если на аллее людей было прилично, то здесь почти никого видно не было. Лишь парочки либо пожилые. Но и они лишь мелькали за кустарниками, особо не обращая на меня внимания.

— Ну, как дела с местными грачихами? — тихо произнёс я, обращаясь к питомцу.

— Да никак, — проворчал пернатый, и его мерцающий силуэт появился у меня на плече. — Тупые пока попадаются. Я перед ними соловьём разливаюсь, а они лишь чиргыкают как идиотки клинические.

— Ну а что ты хотел? Это тебе не астральный мир, — заметил я.

— Да тут даже дело не в этом, — тяжело вздохнул Карыч. — Это вам, прямоходящим, проще заарканить самку. Попшикался одеколоном, сводил в кафе, прошептал на ушко — и всё. Она твоя.

— Не скажи, иной раз надо дольше ухаживать, — возразил я, вспоминая, как бегал за Людмилой в своём мире. Как раз в то время учился в институте на третьем курсе. Ох, сколько у нас свиданий было. И лишь на чёрт знает какой встрече она поцеловала меня в губы.

— Но в целом у вас именно так, как я сказал, — пробурчал Карыч, вырывая меня из воспоминаний. — А вот ты попробуй брачный танец станцуй. Ага, посмотрю я на тебя.

— Ну и что за брачный танец? — улыбнулся я.

— Танец? — пернатый затих, затем вздохнул и материализовался. — А я тебе щас его покажу на примере во-он той вороны.

Я заметил большую черную птицу, на той ветке, куда показал крылом Карыч. Затем питомец вспорхнул с моего плеча и подлетел на пару метров к застывшей вороне.

Он замер в воздухе перед объектом своего вожделения. А затем начал творить то, что я буду помнить ещё очень долго.