Эволюция целителя 2

Глава 10

Я всмотрелся в блеснувший серебром предмет. Он лежал справа, на дне сундучка, и был отделён перегородкой.

Да, это перстень. Причём даже похож больше на печатку. Сделан очень добротно, с гербом в виде оскалившейся львиной головы на лицевой стороне.

Взял я эту красоту в руки, покрутил, ощутил вес и тепло, исходящее от металла. Перстень явно чем-то заряжен. Значит, я держу в руке родовой предмет? Непонятно, а память Алексея промолчала.

Надел я на средний палец перстень, подошёл к зеркальцу на стене, взглянув со стороны. А что, неплохо смотрится. Очень даже неплохо. Да и на пальце сидит идеально, не давит и не болтается, будто под меня делали.

В другом отсеке я нашёл большую стопку ценных бумаг. Это были акции. Причём подавляющая часть относилась к золотопромышленной компании «Рома». Остальные ценные бумаги — которые составляли примерно одну десятую от всего объёма — были на промышленный комплекс «Сатурн».

Сомневаться не приходилось, что это добро оставили Алексею родители. Вот только живы ли они?

На дне ларца я увидел письмо для Алексея, то есть уже мне, получается. Раскрыв сложенный вдвое листок, я принялся за чтение.

'Сынок, здравствуй.

Если ты читаешь эти строки, значит, нас уже нет в живых.

Знаем, ты недоумеваешь, почему попал в детский дом, почему судьба так жестоко обошлась с тобой.

Пойми, сын, мы были вынуждены отдать тебя, чтобы сохранить тебе жизнь.

Забудь, что ты граф, забудь свою прошлую фамилию! Выкинь это из памяти. Теперь у тебя другое имя. Ты Алексей Логинов. Так надо, чтобы главный враг семьи не вычислил тебя и не уничтожил.

Кроме имени, у тебя есть на что опереться. Мы купили для тебя баронский титул и поместье.

Ещё раз запомни — ты барон Алексей Логинов. Твои родители и все близкие погибли в войне кланов, защищая свою честь и достоинство.

Фамилию князя, который вероломно напал на нас, называть не будем. Причина одна. Мы не хотим, чтобы ты отравлял свою жизнь местью, вставал на тропу войны и погиб, как мы. Ты должен прожить счастливую и спокойную жизнь.

Надеемся, что ты нас понял, сынок, и что у тебя всё сложится в твоей новой жизни. Ведь ты начинаешь её буквально с чистого листа.

В качестве стартового капитала мы оставили для тебя акции. Их можно выгодно обменять по действующему курсу на любой бирже. Уж лучше так, чем деньги, которые могут к этому времени обесцениться.

Ко всему прочему прилагаем фамильный перстень твоего нового рода. Перстень Логиновых уже привязан к нашей крови, и сила в нём заключена наша, но герб на нём другой.

Что же касается поместья, ты его получишь автоматически, подтверждая свой титул. К письму прилагается инструкция как это сделать. Удачи и сил в новой жизни, Алексей.

Сердечно обнимаем. И прощай.

Твои любящие родители'.

Меня так пробрало послание, что слёзы сами собой навернулись на глаза. Хотя понятно, что это сработала память Алексея, а я спроецировал это на свою ситуацию, представляя, что это письмо от моих родителей из прошлого мира.

Кое-как я справился с комом в горле, вплеснул в кровь крохотную дозу анестетика, затем ещё одну, и почувствовал, что отлегло, стало значительно легче.

Так, ну с этим всё понятно. Перстень нового рода, акции, титул, который надо подтвердить, а затем получить поместье. Ух, как же круто всё повернулось! У меня теперь СВОЁ поместье! Я аристократ. Осталось лишь подтвердить титул.

Я перевернул лист и на другой стороне заметил еле заметную надпись:

«Это письмо надо сжечь. Проведи пальцем под этой надписью и откинь его от себя, чтобы не получить ожог».

Взгляд мой выявил еле заметную черту, похожую на водяные знаки или что-то вроде этого. Я провёл пальцем по странной шершавой поверхности, чувствуя, как лист бумаги моментально нагрелся. Откинул я его на последней секунде, и послание полыхнуло, не оставляя от себя даже крохотного кусочка золы.

Затем я нашёл среди акций и саму инструкцию. Сверху на небольшом листке было написано: «Что делать дальше».

Я пробежал глазами инструкцию. Она была действительно подробная. Первое, что следовало сделать — отправить запрос в имперскую канцелярию. Даже образец обращения прилагался. «Хочу подтвердить род…» и всё в таком ключе.

Отправить это заявление следовало в отдел по работе с аристократами. Затем собирается комиссия, которая проводит небольшое расследование. После необходимо посетить этот отдел и принять документ имперского образца, с гербовой печатью и дарственной на поместье.

Потом посетить нотариуса, который завизирует дарственную и документы на дом и территорию, которой было полтора гектара, что не могло не радовать.

«Лёха, да ты крут. Поздравляю», — услышал я довольный голосок Карыча. — «Даже не терпится взглянуть на твои владения».

«Спасибо, дружище. Надеюсь, что это произойдёт уже скоро», — сказал я, снимая перстень и пряча его в карман спортивной куртки.

Внутренний карман надёжнее будет, но в этой одежде такого не предусмотрено. Поэтому я задумался о покупке костюма. Всё же я теперь барон, надо привыкать к таким нарядам.

Почему я не оставил перстень на пальце? Всё просто. Не собирался я пока никому сообщать, что получил баронский титул. Тем более я ещё не подтвердил его. Мне нужно для начала осмыслить этот факт, принять его, а уж когда получу поместье во владение, можно и остальным рассказать. В общем, всему своё время.

Следом я положил акции в сундучок и взял его с собой, возвращая ячейку на место.

В это момент раздался стук в дверь, и я открыл её, встретившись взглядом с усачом в бело-зелёном костюмчике.

— Вы уже закончили? — поинтересовался он. — Последняя минута на исходе.

— Да, это я заберу с собой, — взял я под мышку сундучок и вышел из помещения.

— Может, как-то упаковать следует вашу ценность? — машинально ответил усач, и явно не потому что он беспокоился о моём добре — думаю, просто так было принято по инструкции.

— Это лишнее, благодарю, — отказался я, понимая, что лишаю его лишней копейки. Но мне-то зачем переплачивать?

Я вышел из банка и увидел Пулю, который нервно щелкал семечки. Громила заметил меня, затем увидел ларец.

— О, Лёха, да ты не с пустыми руками! — воскликнул он, оглядываясь. — Ну что, пойдём в тачку. Тут парочка стремных личностей крутилась, но больше они здесь не появятся.

Я направился вместе со здоровяком к стоянке, покосился на его кулаки. Пуля поймал мой вопросительный взгляд, рассмеялся.

— Нет, конечно, — пробасил он. — Стал бы я рукоприкладством заниматься, тем более у входа в банк. Порой взгляд и крепкое словцо решают похлеще, чем удар в челюсть. Проверено.

Мы добрались к «Ястребу», устраиваясь в скрипучем салоне. Пуля завёл тачку, которая дёрнулась и не спеша тронулась с места.

— Грёбаное корыто, — зашипел Пуля себе под нос, выжимая педали и дёргая коробку передач. — Всё никак до кореша не доберусь. Надо срочно посмотреть её… — затем он взглянул на ларец, — Ну что, сколько бабла тебе передали родные?

— Там не деньги. Акции, — ответил я, и Пуля сразу же оживился.

— Так, мне нужно взглянуть на них. Ща только, остановимся, — он прижался к обочине перед отбойником, затем взглянул в открытый ларец. — Ого! Вот это всё твоё⁈

— Нет, конечно. Обчистил несколько ячеек… Разумеется моё. Чьё же ещё? — ухмыльнулся я.

Пуля же в буквальном смысле принялся считать количество акций «Ромы». Затем полез в свой смартфон, и округлил глаза.

— Лёха, да ты ведь даже не представляешь, сколько на тебя богатства свалилось, — горящим взглядом посмотрел на меня здоровяк. — Это же настоящее сокровище.

— Пока неясно, сколько это стоит, — развёл я руками в стороны.

— В целом ясно. Смотри, — показал он мне некое приложение. Судя по графикам, как раз инвестиционная сводка. Котировка акций золотопромышленной компании «Рома».

— Не знал, что ты инвестор, — растянул я улыбку. Это для меня было неожиданным. Пуля, при всей своей бандитской внешности, оказался гораздо более продвинутым, чем я думал.

— А ты думал, что я только из пушки шмалять умею? — хохотнул Пуля. — Дай-ка я «Сатурн» проверю. Ща, погодь.

Здоровяк вновь уставился в экран смартфона, затем потыкал несколько раз пальцем и вздохнул.

— Не, этот завод на грани банкротства, — печально заключил он. — Так что этими акциями можно только подтереться. Хотя я узнаю точнее.

— У тебя есть знакомые на бирже? — удивился я, когда Пуля установил смартфон на кронштейн на приборной панели и завёл «Ястреба». Мы тронулись.

— Да, есть пара челов знакомых, — хмыкнул здоровяк, врубая повышенную передачу.

— И ты на бирже торгуешь?

— Да не знаю, насколько это назвать торгами. Раньше было дело, а сейчас… Слежу иногда. Акций пятьдесят есть. Но они не задерживаются, — начал объяснять Пуля. — Продаю, покупаю, то-сё. В основном с тёмными брокерами якшаюсь. В отличие от остальных, эти хоть берут совсем немного комиссии.

— Узнаешь, за сколько можно загнать все акции? — тут же поинтересовался я у здоровяка.

— Это я и хочу сделать, — кивнул Пуля. — У тебя больше двухсот акций «Рома», тридцать акций «Сатурна». Итоговую цифру скажу уже завтра — вечером не ответят.

— А если ещё и сбагрить их получится, — улыбнулся я, но договаривать было необязательно.

— А то, — на физиономии Пули расплылась довольная улыбка. — И сбагрим по хорошей цене. Поверь, это лучше, чем в светлую делать. Там одни крохоборы чёртовы.

— Давай ещё заедем в магазин одежды. Надо прикупить костюм, — сообщил я Пуле.

— Понял, как раз тут недалеко есть один, — слегка кивнул громила и завернул переулок, проезжая его насквозь. — Там точно костюмы водятся.

Мы добрались до магазинчика на Тверской. В целом обычное серое здание, даже вывеска с надписью «Вернисаж» и то потёртая и невзрачная. Но когда я зашёл внутрь, стало понятно, насколько обманчиво было моё представление о магазине одежды.

Ладно колонны, которые держали потолок, и круглые плафоны на потолке в стиле модерн. Сам дизайн большого зала в целом говорил о том, что здесь одеваются совсем не простолюдины. Большие ниши в стенах, а в них развешаны комплекты костюмов, рубашки с длинными и короткими рукавами, как однотонные, так и с извилистыми узорами

— Вы хотели что-то выбрать? Я могу вам подсказать, — подскочил ко мне улыбчивый парень в светло-оранжевой спецодежде магазина. — У нас большой выбор костюмов, рубашки на любой вкус. А возможно, вам нужны галстуки или бабочки. О, здесь их так много, что вы точно найдёте то что вам нужно.

От такого напора я немного смутился, а парень всё не унимался. Прилип ко мне как банный лист и продолжал тарахтеть над ухом, пока я шёл к тому стеллажу, на котором заметил подходящий светло-серый костюмчик.

— Послушай, я пришёл выбрать костюм, — остепенил я его. — И еще понадобится рубашка. Туфли у вас тоже есть в продаже?

— Да-да, конечно. Подберём под костюм, — продавец закивал как болванчик, продолжая меня сопровождать к стеллажу. — Что хотели бы из выбранного?

Я хмуро взглянул на него.

— Не выбрал я ещё, подожди. И сделай паузу, — произнёс я.

— Конечно, хорошо, — ещё шире улыбнулся парень. — Как скажете.

Я посмотрел пару вариантов. В целом, тот светло-серый костюм — средний, обычный, но мне пока лучше и не надо. Базовый вариант. И стоил он триста рублей.

У меня налички было шестьсот семьдесят, и на банковском счёте — более пятисот, и я собрался потратить здесь наличность.

Рубашку я выбрал стандартную, белую, без излишеств. Никогда не понимал этих понтов с запонками и дополнительными узорами, или когда вместо пуговиц присутствуют кнопки. Типа, так в Париже ходят. Да пофиг, где в этом ходят, я ни в какой Париж не собираюсь, и выбираю исключительно под свои цели.

Ну а туфли паренёк подобрал мне действительно быстро, правда не то, что я хотел.

— Вот, смотрите, остроносые, идеальные, — показал он на туфли, которые поблёскивали, будто их покрыли лаком.

— Нет, второй вариант самое то, — подтянул я к себе другую пару туфель. Носы здесь были правильной формы, округлые, и сам стиль не вычурный.

На ногу они залезли кое-как, и продавец притащил на размер больше.

— Вот, двадцать третий, — улыбнулся он.

Эти были как раз под мою ногу, а померив, понял, что они идеальны.

Всё понятно, этот размер как сорок третий из моего мира.

В итоге я уложился в семьсот рублей, оставляя себе остальную мелочь. И вышел из магазина уже в костюме, держа в руке пакет, в который услужливый продавец аккуратно сложил то, в чём я пришёл: кроссовки, спортивный костюм и футболку.

Несмотря на его надоедливость, всё же он оставил положительные впечатления в плане сервиса.

Пуля встретил меня у «Ястреба» и аж присвистнул.

— Ох ты ж, ёшкин перец! Лёха, да ты прям аристократ! — хохотнул громила, открывая мне дверь. — Ваше Сиятельство, карета подана, извольте садиться.

— Давай шустрей, шевели культяпками, — надменно бросил я ему и сделал грудь колесом, решив подыграть. — Не абы кого встречаешь.

— Ха-ха! Блин, да ты прям барин! — зашёлся в смехе Пуля, сел за руль, и мы тронулись в путь.

Через пару минут, когда мы встали на светофорной пробке, громила убрал улыбку с лица.

— И сколько выложил за это добро? — заинтересованно взглянул он на меня. — Костюм и правда очень неплох. Я б тож такой прикупил.

— Триста рубликов выложил, — сообщил я ему.

— Ну где-то так я и думал, — разочарованно протянул Пуля. — Надо подкопить.

— В бароны метишь? — улыбнулся я.

— С одной красотулей начали общаться, — нехотя признался Пуля. — Да ты знаешь её.

Я задумался. Почему я её знаю. На ум пришла только одна девушка.

— Дыхание леса, — вспомнил я название магазина, где мы покупали диваны. — Вот только не помню, как звали ту продавщицу.

— Леночка, — широко улыбнулся Пуля. — Да, я ж потом позвонил, и вот, общаемся. Ну сам посуди, приглашу я её в ресторан. Допустим, это в перспективе. Не пойду же я туда в своём тряпье, верно?

— Всё правильно говоришь, — кивнул я. — Если надо занять, скажи.

— Нет, — категорично сказал Пуля, подъезжая на парковку у нашего дома. — Ты меня и так выручил, я тебе за диван должен. Поэтому лучше сам накоплю.

— Накопишь быстро, — кивнул я. — Дела в клинике идут в гору.

— Ты тоже заметил, да? — оскалился Пуля, выходя из «Ястреба», и я тоже покинул салон. — А дальше всё будет ещё лучше.

Поднялись мы в квартиру. Нас встретила Настюха и угостила картофельным пюре с котлетами. Затем подтянулся и Захарыч. Я ещё раз отметил, что нюх у старика отменный. Как только Настя заканчивает с готовкой, а из кухни по комнатам разносятся аппетитные ароматы блюд, он тут как тут.

Мы поели, потом перешли на чай с блинами и ягодным вареньем. И мне пришлось продемонстрировать свой сундучок. Если Настя также удивилась, как и Пуля, то Захарыч лишь поморщился, отмахнувшись.

— Да хрень эти ваши бумажки, — сообщил он.

— Егор Захарович, вы просто не в теме, — заметила Настя. — Вон, даже Олег правильно говорит.

— Не шарит Захарыч, вот и бесится, — хохотнул Пуля.

— И не собираюсь шарить. Наличка — вот что составляет ценность, — скривился старик. — И вообще, лучше бы слитки золота лежали, а не какие-то бумаженции какого-то золотого заводика. Может им вообще грош цена.

— Да вот, посмотри, — Пуля начал показывать Захарычу экран, но старик продолжал отмахиваться. — Взгляни, какая цена каждой, как ты говоришь, бумаженции. Охренел, да? А что с лицом⁈

— Да что ты мне тычешь? — насупился Захарыч. — Вот принесёте деньги, покажете, тогда поверю. А в остальном пока это всё махинации этих как его… чёртовых брокеров.

Явно у Захарыча какой-то горький опыт был с акциями. Чёрт его знает. Может, потерял на них много денег и прогорел. Да всякое бывает. Но я не стал допытываться. Потом покажу ему, сколько выручил, пусть поудивляется.

Вечер в итоге закончился тихо и мирно. Захарыч предупредил всех, что завтра выходной. Он вызвал бригаду технарей, которые будут менять вентиляцию, причём полностью, и делать всё по имперским ГОСТам, как положено в медицинских учреждениях.

За день, как ему обещали, должны управиться.

Я уснул сразу же, как только моя голова коснулась подушки. Лишь мелькнула тревожная мысль, что астральная кобра может вновь появиться. Но страж не пропустит её.

/ИДЕНТИФИКАЦИЯ…

Статус: лекарь 5-го разряда.

Специальность: лекарь-хирург.

Навыки: «Магические швы», «Диагностический щуп», «Веселящий анестетик», «Нейтрализатор», «Регенеративные лучи».

Достижения: «Веселящий лекарь!», «Астральное чутьё!»

Анализ задачи: информация отсутствует.

Инструкция: доступ получен.

Текущий уровень: 6 (90/5000)/.

Я проснулся, зевнул и увидел перед собой довольную физиономию Пули.

— Всё проспишь, Лёха, — довольно хохотнул он.

Я вгляделся в экран его телефона. Увидел цифру на нём.

«60 500»

— Это выручка за акции, — догадался я, поднимаясь с дивана. Я надеялся тыщ на пятьдесят. Ну а это ещё лучше!

— Угадал, — кивнул Пуля. — Пробил у своих барыг, чо-почём. В общем, как я и говорил, акциями «Сатурн» можно сортир обклеить, больше они ни на что не сгодятся.

— Всё настолько плохо? — удивился я.

— Это он до сих пор ещё называется промышленным комплексом. Но один из князьков продал его западным инвесторам, а те положили на него большой болт. Вот акции и рухнули, — объяснил Пуля, провожая меня до ванной. — А вот «Рома» — это прям сильно, брателло, очень сильно. Котировки акций этого предприятия подскочили за последний год втрое.

— Я очень рад, — улыбнулся я в ответ.

— Ля, Настя, я его обрадовал, а он лишь улыбнулся, — услышал я из коридора, начиная чистить зубы. — Я уже бы отплясывал от счастья, а он…

Я плеснул себе в лицо холодной водой, вытерся и вышел на кухню. Пахло салом и варёным картофелем, и я улыбнулся, заметив на столе нарезанные ломтики сала, овощей, ну а картофель был приправлен маслом и уже разложен по тарелкам.

— А я буду отплясывать, — ответил я громиле, садясь за стол и подвигая к себе тарелку. — Когда увижу прибыль.

— Ну вот, ты, значит, от Захарыча заразился, — рассмеялся Пуля. — Синдром недоверия, во! Увидит он. Ты уже увидел, Лёха! Я тебе цифру показал только что.

— Олег, ну ты же сам сказал, что тебе прислали барыги, — тихо заметила Настя. — А доверие к барыгам сам знаешь какое.

— Какое? — напряжённо покосился на неё Пуля. — Это проверенные барыги. Да каждый из них десятка честных торговцев сто́ит!

— Олег, не кипятись, ты сам знаешь, что мы правы, — остановил я громилу.

— Да ну вас, — надулся Пуля, а затем покачал головой, закидывая в рот несколько ломтей сала, и пробубнил: — Ну это ж надо… Я им говорю, что барыги надёжные, а они…

Здоровяк успокоился. Мы позавтракали, и я вспомнил такие завтраки в деревне у деда с бабушкой. Не в этом мире, в своём.

На столе было почти то же самое. А ещё молоко с утренней дойки, ещё тёплое. Но здесь такого точно нет и не будет. Хотя, возможно, в подмосковных деревнях частники и продают молоко, но в столице многие об этом и слыхом не слыхивали.

После завтрака я собрался на прогулку — просто решил в кои то веки начать утренние пробежки. Тем более в парке есть асфальтированная дорожка, которая проходит по периметру. Метров двести — один круг, а может быть и больше.

Так что я надел спортивный костюм, нацепил кроссовки, и выскочил из квартиры.

На улице было прохладно. Моросил дождь, но меня это не смущало. Я накинул капюшон и направился в сторону зелёнки.

Стоило мне добраться до парка и приготовиться к старту, как я заметил странного человека в балахоне. Он приближался ко мне, но лица я его не разглядел, оно было закрыто чем-то вроде балаклавы. Лишь чёрные глаза лихорадочно поблёскивали.

«И что это за хрен с горы?» — удивился и в то же время напрягся Карыч. — «Может, жахнешь его своим анестетиком?»

«Посмотрим, что он хочет», — ответил я питомцу, и в этот момент странный тип поравнялся со мной.

Проходя мимо, он прошипел в ухо:

— Иди за мной, Владимир Тимашов. И не делай глупостей.