Эволюция целителя 2

Глава 15

Мужчина скрежетал зубами от боли, но затем его отпустило. Я облегчил его участь с помощью анестетика, чуть притушив градус весёлости. Пациент притих, улыбнулся.

Мы донесли его до операционной, положили на стол, и я решил провести более детальный осмотр.

— Справишься, Алексей? — напряжённо взглянул на меня Захарыч. — Лицо бледное, сердцебиение учащённое. Знаешь уже, что случилось? Мне кажется, что у него язва.

— Нет никакой язвы, — ответил я, сообщая то, что успел обнаружить при помощи щупа: — У него камни в почках.

— Вот, значит, как. Без хирургического вмешательства получится? — поинтересовался старик.

— Посмотрим, — сообщил я ему. — Пока ничего не могу сказать.

Захарыч покинул операционную, а я решил опросить мужчину.

— Как вас зовут? На что жалуетесь? — задал я вполне дежурный вопрос, в то же время более детально проверяя остальные внутренние органы.

— Мне зовут Дмитрий Щербаков, я из клуба пятисот. Ну того, где девки, виски и картишки, — хохотнул мужчина, которого начало знобить. — Так мы шутим в компании. Только жене моей не говорите.

— Не скажу, — улыбнулся я. — Расскажите, что вас привело в нашу клинику.

— До этого температура шарашила, тошнило, — начал объяснять Щербаков, скрывая улыбку. — Я грешил на простуду, но пропил лекарства, и всё прошло. А потом началась эта нестерпимая боль в низу живота и слабость. Ранее уже такое было.

— Было? — удивился я. — И что вы предпринимали?

— «Шмайсом» заглушал, — вновь расплылся в улыбке пациент, чмыхнув небольшим носом. — Забавное название обезболивающего, правда?

— Интересное, да, — согласился я, вспоминая о «Найсе» из своего мира.

— А сейчас приступы стали сильнее и чаще, — скривился в улыбке Щербаков.

— Куда-то ещё обращались? — спросил я, и Настя подвезла столик с хирургическими инструментами.

Я покачал головой, встретившись взглядом с напряжённой ассистенткой. Инструменты могут и не понадобиться. А если всё же придётся их применять, незачем пугать пациента лишний раз.

— Да, я посещал одну клинику в Подмосковье, — хохотнул Щербаков. — Но там такие юморные лекари попались. Особенно бородатый, всё анекдотами сыпал… Вот, кстати… Лекарь: Хорошо, а сейчас сколько пальцев? Больной: Знаете, не так я себе представлял проверку простаты. Их-хи-хи-хи.

— Мы немного отвлеклись, — поправил я его, скрывая улыбку. Интересно, что в моём мире, что в этом анекдоты про медиков те же самые, ничего не поменялось. — И что было потом?

— Мне этот бородатый прописал лекарства, после которых стало ещё хуже, — побледнел Щербаков.

Понятно всё с ними. Неправильный рецепт похлеще смертного приговора. Зачастую приводит к осложнениям.

— А какие лекарства? Помните? — поинтересовался я.

— Не помню. Какие-то… экстра-что-то там, — вздохнул пациент. — Но мне диагностировали острый гастрит.

— Нет у вас никакого гастрита, — сообщил я Щербакову. — У вас камни в почках, которые надо срочно удалять.

— Вот как, — Щербаков кисло улыбнулся. — А после этих лекарств, несколько дней назад осложнение пошло. В общем… в общем, мочиться тяжело стало, вот.

М-да, схалтурили подмосковные лекари конкретно. Не разобравшись, что происходит на самом деле, выписали лекарства совершенно от другого заболевания.

Я понял, что они сделали. Выписали «Экстра-пирриа» в капсулах. В этом мире им лечили как раз гастрит, снимали воспаление и убирали застой мочи. Но это же лекарство и усугубило общую картину.

Пока Щербаков проходил курс, не понимая, что отравляет свой организм, камни в почках интенсивно множились, увеличивались в размерах. Бам! Возник застой мочи. Ба-бам! На фоне этого произошла вспышка бактериальной инфекции. Бах! И вот камни стали расти ещё быстрее.

Но надо было понять, откуда вообще появились у него камни. Я догадывался, но решил всё же поинтересоваться, больше для истории болезни, которую будет писать Настя.

— Какую воду обычно пьёте? Есть вредные привычки? — задал я следующий вопрос, продолжая изучать внутренние органы.

Воспалительный процесс был в самом разгаре. Причём не сказал бы, что остальные внутренние органы как-то пострадали. Эпицентр находился как раз в почках и переходил на мочеточник. Причём левая почка была забита камнями больше, чем правая, и слегка увеличена.

— Воду? Да обычную, из-под крана пью, — скривился Щербаков. — А по вредным привычкам… Курю, и выпиваю, как и все. Каждую неделю.

— Как и все, значит, — вздохнул я. — К сожалению, вам надо избавляться от этих привычек, если вы не хотите повторения. И воду, которую пьёте, стоит проверить на состав. Если там много кальция, пить её категорически воспрещается.

— П-понял. А ещё у меня работа сидячая. Я же в кабинете с утра до вечера. То бумаги подписываю, то людей принимаю. Я ведь оценщик, тут особо и не пошевелишься, — признался Щербаков и удивлённо округлил глаза. — Я понял, почему прошла боль. Слегка покалывает, но в целом всё хорошо. Вы обезболили магией?

— Да, подготовил вас для операции, — сухо ответил я, концентрируясь на задаче.

— Для операции, ага, — эхом повторил Щербаков и начал бледнеть прямо на глазах. Я подпитал пациента анестетиком, но он продолжал по инерции бледнеть. Нифига себе у него внутренние страхи, так и помереть недолго.

— Настя, нашатырь! — рявкнул я, и ассистентка охнула, кинувшись к пузырьку в шкафу, затем смочила ватный тампон и поднесла к носу пациента.

Щербаков начал приходить в себя, бледность ушла. Он растерянно улыбнулся.

— Я ведь боюсь крови и всех этих ножей, скальпелей, ножичков, даже ножниц боюсь, — залепетал он непослушными губами. — С детства такое. Ничего не могу поделать, док. Вы меня будете резать?

— Надеюсь, что нет, — успокаивающим тоном ответил я ему. — Лягте на спину, глубоко вздохните и задержите дыхание.

— Точно не будете резать? — Щербаков сел на столе.

— Я же сказал, что постараюсь обойтись без скальпеля, — кивнул я, улыбнувшись. — Просто сделайте, как я говорю.

Щербаков устроился в горизонтальном положении на операционном столе, глубоко вздохнул и тут же скривился от боли.

Я добавил ему ещё порцию анестетика, и он почти мгновенно уснул.

Сразу же в сознании всплыла картинка из книги, которую я принёс из прошлого мира. Да я и так понимал, что сделал бы, окажись я его лечащим врачом.

Узи — неэффективно, оно может не показать целостной картины. Лучше, разумеется, компьютерная томография. Но я уже справился, увидел всё до мелочей.

Ну а насчёт камней в почках…

Медикаментозная камнеизгоняющая терапия в моём мире означала назначение мочегонных, спазмолитиков и обезболивающих препаратов. В этом мире это заменялось одним комплексным средством, названия которого я даже не могу выговорить.

Хотя это в данном случае бесполезно. Слишком крупные камни, и двигать их очень опасно.

В этом случае всего два выхода.

Хирургическое вмешательство. Так как камни самостоятельно выходить не могут и уже довольно сильные приступы. Но это слишком радикально и трудоёмко.

А ещё есть литотрипсия. Это бесконтактное дробление камней, когда камни разрушаются прямо в организме без введения хирургических инструментов.

И второй вариант я и рассматривал. У меня есть «Нейтрализатор». Я ведь могу воздействовать им и попробовать расщепить камни. Вот только нужно направить очень мощный импульс, чтобы добиться результата.

— Инструменты нужны? — раздался голосок Насти откуда-то впереди.

Я на секунду обратил на неё внимание.

— Нет, Настя, обойдёмся без них. Просто если что, поддержи меня, не дай упасть, — предупредил я её.

— Ага, поняла, — пробормотала Настя, а затем откатила тележку со скальпелем и ещё несколькими пинцетами и зажимами.

Я сконцентрировался на боку пациента. Мне не надо было снимать с него одежду. «Диагностический щуп» контролировал каждое моё действие и сами почки. Я лишь выплеснул «Нейтрализатор» в область, которая охватывала правую почку.

Импульс был такой силы, что я даже дёрнулся. Но моё внимание было приковано именно к камням в почке, которые рассыпались в пыль. Затем я обратил внимание на вторую почку, воздействуя на неё точно так же, и обнаружил в мочеточнике ещё несколько камней, растворяя их в том числе.

Всё. Угрозы больше нет. Теперь это всего лишь пыль, которая спокойно вымоется со временем.

Затем я вновь использовал «Нейтрализатор», но теперь чтобы разобраться с бактериальной инфекцией.

Нейтрализовал угрозу и понял, что прилично истощился. Но если раньше после такого расхода энергии я уже бы рухнул под стол, то сейчас всего лишь кружилась голова и мучила жажда, не более того. Так что магических сил во мне точно прибавляется.

— Насть, всё, пусть пока полежит, а ты пока опиши операцию, — прошелестел я пересохшими губами.

— Держи, пей, — сунула она мне под руку стакан с жидкостью. — Это вода, без витаминов.

— А как же Юкка? Уму непостижимо. Ты что, забыла про них? — хохотнул я, сделал глоток, затем ещё один. Стало значительно легче.

— Не забыла, — хихикнула Настя. — Просто беспокоюсь о твоём здоровье.

Затем мы переместились к столу. Я продиктовал каждое своё действие во время операции, а Настя записала в новую карточку, заведённую на Щербакова.

Всё как всегда. С чем пришёл, на что жаловался, как оперировали.

«Охренеть просто. Ну ты, Лёха, удивил, конечно», — услышал я голосок Карыча. — «Камни в организме у прямоходящих! Ха! Это ж камни! Из них вы дома строите, ёкарный бабай!»

«И ещё болеем ими, ага. Ты всё слышал», — ответил я пернатому. — «Щербаков много пил, курил, еще и сидячий образ жизни. Да ещё и воду, явно обогащённую кальцием, употреблял без меры. Вот это всё и привело к образованию мелких камней в почках».

«Ага, теперь улавливаю», — довольно ответил Карыч. — «Со временем они становились больше, пока не сделали кирдык почкам Щербакова. А причём тут бактерии? Они ведь, как и у птиц… живут и внутри вас, человеков. Ничего не понимаю. Зачем ты убивал бактерии, которые не мешают жить?»

«Всё верно подметил насчёт бактерий», — согласился я с ним. — 'Множество из них живёт постоянно в организме животных, в том числе и внутри человека. Просто наш иммунитет не даёт заболеть. Другими словами, не даёт этим бактериям размножиться, постоянно их сдерживает.

И вот представь. Появились мелкие камешки, которые выросли, и следом застой мочи, падение иммунитета, размножение бактерий, и ещё более активный рост камней'.

«Ага, по сути цепная реакция», — сообразил Карыч.

«Вроде того, да», — ответил я.

«Ну тогда ты гений, Лёха», — оценил Карыч. — «Я бы ни за что не догадался».

«Всё дело в уме и знаниях», — подметил я. — «Будешь знать организм человека, и как он функционирует, также будешь ориентироваться».

«Да нафиг это мне нужно, ха-ха!» — засмеялся Карыч. — «Я вон, в строении птиц до сих пор не могу полностью разобраться, а ты мне человеческое тело подпихиваешь. Нет уж, сами разбирайтесь… Но за комплимент спасибо. Я умный, ага».

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Операция по дроблению камней в почках и нейтрализация бактерий успешно завершены.

Награда: + 600 очков опыта.

Улучшена особая способность «Нейтрализатор». Теперь способность может применяться для силового точечного ультразвукового воздействия.

Улучшена особая способность «Веселящий анестетик». Теперь вы сможете лучше регулировать дозировки действующих веществ.

Награда за улучшение способностей: +100 очков опыта.

Текущий уровень: 6 (890/5000)/.

— Лёш, всё нормально? — взглянула на меня Настя. — Ты замер как-то странно.

— А, да, всё хорошо, — улыбнулся я, чувствуя, как головокружение покидает меня. — Ты всё записала?

— Да, конечно, — кивнула ассистентка. — Что сейчас? Переводить его в палату?

— Зачем? Это необязательно, — улыбнулся я, подходя к операционному столу.

Забрал я приличную дозу анестетика, Щербаков открыл глаза, удивлённо посматривая на меня.

— С излечением вас, — поздравил я его.

Пациент поднялся, затем покинул стол, прислушался к своим ощущениям.

— Я ещё под наркозом? Ничего не болит, — заметил Щербаков.

— Нет, вы уже не под наркозом, — сообщил я. — У вас больше нет камней, но песок нужно будет выводить в течение пары недель точно. Пройдёмте к столу, напишу, что дальше делать.

Мы сели за стол, я сложил руки в замок и всмотрелся в порозовевшее лицо Щербакова, который улыбнулся.

— Вы сотворили чудо! — на глазах у него показались слёзы. — Я так долго мучился…

— Главное не повторяйте прошлых ошибок, — заметил я и кивнул Насте, которая взяла лист бумаги и шариковую ручку.

— Что надо делать? — спросил Щербаков. — Лекарства?

— Нет, лекарства, чтобы вывести песок, не нужны, — замотал я головой. — Тут больше рекомендации по вашему образу жизни. Увеличить надо количество жидкости, до трёх литров в день в течение недели. Только хорошую воду пейте, не жёсткую.

— Она вся мягкая, — растерянно произнёс Щербаков.

— Нет, я про наличие кальция. Лучше покупайте в бутылях воду, она очищенная, — объяснил я.

— И обязательно так много нужно пить? — удивился пациент.

— Чтобы снизить концентрацию солей в вашей моче, и увеличить ее объём, — произнёс я. — Надо вывести песок. И кстати, сократите употребление соли до 3–5 граммов в сутки. Отказаться придётся от колбас, копчёностей и консервов.

— Ох-х, — схватился за голову Щербаков. — Я это не перенесу.

— Вы справитесь, я уверен, — продолжал я. — И не налегайте на мясо и рыбу. Это может повысить уровень мочевой кислоты. В все употребляйте в умеренных количествах.

— Понял, в умеренных, ага, — закивал Щербаков.

— Ешьте больше овощей и фруктов, — добавил я в заключение. — В них содержатся калий и магний, которые мешают солям кристаллизоваться.

— А что насчёт спорта? — поинтересовался Щербаков.

— Умеренная физическая активность. Йога, плавание, прогулки в разумных пределах, — ответил я. — Разумеется, отказ от вредных привычек.

— Вообще нельзя? — тяжело вздохнул Щербаков, с надеждой взглянув на меня.

— Старайтесь не частить с этим, особенно с пивом, — сообщил я. — На этом всё.

— Записала, возьмите, — Настя протянула Щербакову исписанный листок.

— С вас… — я прикинул затраты энергии. — Шестьсот пятьдесят рублей.

— Для ровного счёта, — пациент выложил на стол семь сотен. — Надеюсь, что больше никаких камней у меня не будет.

— Если будете следовать моим рекомендациям — не будет, — кивнул я, забирая деньги в карман. — Приходите через месяц на повторную диагностику, чтобы вам спокойней было.

— Конечно, док! Я обязательно приду, — закивал Щербаков и бодро вышел из операционной.

Настя радостно улыбнулась, благодарно посмотрела на меня.

— Лёша, ты просто уникум. Я не перестаю тобой восхищаться, — произнесла она.

— Ну давай, уникум, поговорим, — показался в дверях Захарыч. — Ты почему его отпустил? Он ещё должен лежать под наблюдением. А анализы? У него приступ был только что, а ты его отпускаешь на все четыре стороны.

— Да всё нормально, Захарыч, не бухти. Не будет у него осложнений, — ухмыльнулся я в ответ, протягивая старику деньги. Они тут же исчезли в кармане его белого халата.

— Да куда уж нормально, — выдавил он. — Что-то случится, а потом вернётся и вой здесь устроит, что видите ли покусились на его здоровье.

— Семьсот рублей не доказательство, что он доволен? — спросил я.

— Я о последствиях, — пробурчал Захарыч.

— Их не будет, я же сказал, — холодно ответил я.

— Ой, ладно, проехали, — махнул рукой Захарыч. — Как знаешь.

Старик хоть и вредный, но всё же грамотный. Он уже понимал, что я просто так не отпустил бы Щербакова. Малейшее подозрение на что-то серьёзное — отправился бы в палату как миленький.

Я бы мог прописать лабораторный контроль, но это сейчас и не нужно. Настя вручила Захарычу лист, а старик ознакомился с описанием операции.

— Ну да, так-то всё правильно сделал, — закивал Захарыч, поджав уголки губ. — Грамотно.

Он пожал мне руку и даже позволил себе улыбнуться.

А дальше я погряз в сплошной рутине. Пациент за пациентом, да и проблемы не очень серьёзные, но всем нужно было помочь.

В итоге мы работали без обеденного перерыва до вечера. Лишь когда ушёл последний пациент, собрались в обеденной, где Настя разогрела в быстро-плите картофан с кусками мяса. Мы поели, пообщались и отчалили по домам.

Я ехал в «Ястребе», слушал довольный рассказ Пули об аресте людей Разина, а сам в это время витал в мыслях о перспективах.

Итого я заработал после Щербакова ещё семьсот очков опыта, а это уже, получается, более полутора тысяч. Глядишь и через дня четыре получу уровень.

Да и сумма на счету увеличилась на тысячу рубликов. Когда и, главное, где бы я ещё так заработал?

Когда я оказался в квартире, сразу посетил душ, смывая усталость и запах клиники. Настя приготовила бутеры с ветчиной, и мы их благополучно уничтожили, запивая чаем.

А потом я разлёгся на диване, протяжно зевнул, понимая, что всё же устал. Потратил я энергии прилично. Значит, только здоровый сон приведёт меня в чувство.

Пуля смотрел в этот раз некое шоу вроде того, что я видел в первый раз. И вновь муж с женой дрались в студии. На этот раз у мужа была плотная подушка, которой он закрывался, кое-как успевая делать ответные выпады. У жены в руках увесистая чугунная сковорода. Кто победит, было понятно. Поэтому я послал к чертям собачьим всех этих извращенцев, кто придумывает такие шоу, и сладко уснул.

Москва, где-то на дворцовой территории, в это же время

— Матвей, что ты там шарахаешься? Иди сюда, — Магистр махнул своему слуге, и тот чуть ли не на цыпочках направился в сторону беседки, укрытой за раскидистым рябинником.

— Магистр, плохие новости, — пробормотал Матвей.

— Вы потеряли след чужака? — процедил Магистр, хватая за грудки слугу.

— Произошло недоразумение, — забормотал Матвей, бледнея.

— Ты сам как ходячее недоразумение, — отпустил его Магистр, беря в себя в руки. Он махнул слуге, отвернувшись. — Рассказывай.

— Его энергетическая сущность… то есть энергосущность чужака изменилась, — забормотал Матвей. — Чужак пропал из нашего поля зрения. Поисковые стрелы не могут его найти.

Магистр оскалился, поворачиваясь к слуге.

— И какого тогда хрена я тебе деньги такие плачу? — прошипел он. — Бегом искать! Подключай все силы.

— Да-да, я понял. Время на исходе, — закивал слуга.

— А раз понимаешь — не болтай, а действуй, — отмахнулся от него Магистр.

— Да, конечно. Всё сделаем, не переживайте, — слуга исчез в зарослях.

— Ага, не переживайте, как же, — усмехнулся Магистр. — С вами поседеешь в момент.

Имперский советник, один из двенадцати избранных в Совет, которого тайные заговорщики прозвали Магистром, задумался о планах.

Надо продолжать раскачивать князьков. А для начала он должен встретиться с князем Гончаровым. Нужно обсудить, с чего будут начинать расшатывать Империю, и чья голова полетит первой в имперском дворце.

К тому же уже завтра следует появиться в полдень во дворце на собрании Двенадцати, как прозвала такие сходки высшая знать. Опять надо будет улыбаться, будто он рад лицезреть Императора.

Но он справится. Деваться пока некуда.

Три дня спустя, в парке

— И знаешь что, Лёха, я вот долго думал насчёт того психа, — услышал я над ухом голосок Карыча. — По поводу странника.

Я приготовился к пробежке, разогревал икроножные мышцы, делал повороты. Никого вокруг не было, моросил дождь, так что Карыч не опасался, что его кто-то увидит.

— Ты говоришь о том фанатике? — спросил я. — Ещё бы через полгода ответил.

— Да я ведь обдумывал, как он может перемещаться между мирами, рыскал по своим закромам, искал ответы, — объяснил Карыч.

— Ну и как? Нашёл?

— Пока нет, но пришёл к выводу, что он совсем ненормальный. И что-то задумал, — услышал я Карыча. — Я тебе точно говорю. Чую своим птичьим чутьём, что тут нечисто.

— А что нечисто? — хмыкнул я.

— Ну ты спросил! — воскликнул пернатый. — Если бы я знал, сразу бы сказал тебе. Но даже по его взгляду было видно, что он психопат. Ой!

Питомец исчез с моего плеча, а мимо по краю дорожки проехал велосипедист. Карыч вновь появился на плече.

— Ну ты понял, да? Не доверяй этому засранцу, — предупредил пернатый.

Карыч просто так не будет говорить. Почему-то я был уверен, что он обладает острым чутьём. Не казалось мне это, а я был уверен. И пока я не мог это объяснить. Возможно мне передались по связи некие знания, на подсознательном уровне. Либо мой предшественник что-то знал об астральных существах. Но я верил Карычу. Это не трындёж.

В общем, я стартанул. Ускоренным темпом пробежал сотню метров, а затем, когда слегка притормозил, попытался повернуть налево и тут же натолкнулся на кого-то.

Всё произошло настолько быстро, что я не успел никак сманеврировать.

— Ты чо, коз-зёл⁈ Не видишь, куда прёшь⁈ — злобно зарычал знакомый голос.