Эволюция целителя 2

Глава 20

Пуля спрыгнул из «Нивы», потянулся к своей беретте.

— Не нужно, — обратился я к нему.

— Тогда у меня есть ещё кое-что, — Пуля достал из бардачка разрядник. Его мы конфисковали недавно у банды Разина, вот и таскал здоровяк с собой этот жезл.

— А вот это по необходимости, — предупредил я. — Главное, выйти на всех, кто участвует в схеме.

Я примерно понимал, как себя вести. В своём мире наткнулся на один забавный документальный фильм, где рассказывали о работе таких ушлёпков, и как съёмочная группа выводила их на чистую воду.

Правда, у них за плечами была полиция, которая ждала своего часа. Я же придумал, как похлеще наказать этих гадов.

Между тем один из громил, сверкая лысой башкой на солнце, присел у нескольких глубоких царапин на боку своей «Волги» и сокрушённо покачал головой. Второй, со шрамом на виске, встретил нас мрачным взглядом.

— Что ты сделал? Посмотри! — воскликнул лысый. — Ты знаешь, сколько стоит ремонт этой тачки⁈

— Эй, ты опух, что ли? — процедил Пуля. — Ты ведь сам нас подрезал, придурок.

— За языком следи, — подошёл к нему вплотную тот, что со шрамом.

— Я те щас за такие взгляды нос откушу, — прорычал Пуля.

— Подождите! Давайте разберёмся! — услышал я ещё один сиплый голос.

Из «Волги» показался небольшого роста мужчина. Глаза навыкате, одет, как и остальные, в спортивный костюм. На шее золотая цепь. Явно главарь всего этого разводняка.

— Вы ведь сами остановились на перекрёстке, — добавил он, окидывая нас настороженным взглядом и задерживаясь его на Пуле, точнее на кобуре, которая выглядывала из-под полы его пиджака.

— Ты гонишь? Мы проехали на зелёный, — процедил Пуля, и я положил руку на плечо здоровяка. Он всё понял, изатих.

— Кажется, надо вызывать ГАИ, — произнёс я. — Пусть они решат, кто прав, а кто виноват.

— Зачем сразу ГАИ? — расплылся в миролюбивой улыбке лупоглазый, отодвигая громилу со шрамом. — Юра, отойди, не стоит так грубо себя вести.

Шкаф сдвинулся с места, одаривая Пулю мстительным взглядом.

— Меня Тимур зовут, — продолжил лупоглазый. — Предлагаю решить всё спокойней. Вы не успели среагировать, мы тоже. Виноваты обе стороны. Получается так.

Я не спорил. Понимал, что будет дальше, поэтому пока просто играл в их игру. Карыч хихикал. Он уже прочитал план, который я прокручивал у себя в голове.

— У нас примят диск на правом переднем колесе, — прогудел Пуля, оглядывая повреждения. — И царапина на крыле.

— А здесь несколько царапин, и серьёзных, — отозвался лысый громила.

— Я предлагаю проехать в сервис техобслуживания и оценить ущерб, — произнёс Тимур, окидывая нас взглядом.

— Ладно, давайте быстро всё решим, — выдавил я улыбку. — А то мы спешим.

— Так, что там у нас по СТО, — продолжал ломать комедию Тимур, взглядываясь в экран своего смартфона. — А, вот, как раз на Широкой есть ближайший пункт. Поехали?

— Давайте уже побыстрее это разрулим, — кивнул я.

— Тогда езжайте за этой «Волгой», — сообщил Тимур.

Мы с Пулей вернулись в «Ниву».

— Там этих ублюдков будет больше, Лёха, — предупредил здоровяк. — Здесь ещё можно их сломать и бабки выбить. А там…

— А там мы заберём ещё больше, поверь, — пообещал я ему, и мы тронулись с места.

— У тебя хватит твоего… в общем, наркоза? — Пуля напряжённо заиграл желваками на скулах, поворачивая вслед за чёрной «Волгой».

— Должно хватить, — ответил я.

— Так должно или хватит? Это разные вещи, — заметил Пуля.

— А я как сказал? — хмыкнул я.

— Ты сказал — «должно хватить», и это меня очень сильно напрягло, — выдавил Пуля.

— Ты слишком напрягаешься, Олег, — заметил я. — Представь, что это лёгкая прогулка. И кстати, палить из беретты нельзя. Незачем привлекать внимание.

— Не учи учёного, — пробурчал Пуля. — Я уже всё понял. Но если прижмёт — придётся познакомить их с моей крошкой, — он поймал мой напряжённый взгляд и тут же добавил: — И да, мочить я никого не собираюсь.

«Опять тебя подпитывать?» — услышал я печальный голосок Карыча.

«Возможно», — сообщил я.

«Учитывая твой план, и сказанное этой горой мышц… короче, придётся», — тем же тоном выдавил пернатый.

«Ты ведь не истощён. Я чувствую, энергия есть», — заметил я.

«Есть-то она есть, но мало. А если Небула нападёт опять?» — тревожно произнёс питомец.

Ну да, старая шутка. А вдруг война, а я уставший.

«Не нападёт. К тому же она истощена, как ты сказал», — успокоил я Карыча.

«Будто ты не знаешь. Подстанций в Москве хватает», — прочирикал астральный грач. — «Но ты прав, после неудачи эта сучка опять затихнет на какое-то время».

На этом мой питомец замолчал, давая понять, что поможет в крайнем случае.

Мы проехали за «Волгой», сворачивая в переулок, затем выехали на улочку поменьше и зарулили в открытые ворота, которые за нами, разумеется, закрыли.

Во дворе слева я заметил парковку. В ряд были выстроены совсем недешёвые автомобили в количестве шести штук. Все тачки в неплохом состоянии.

Ублюдки разъезжают на этих автомобилях, и это говорит об одном: дела у них идут просто шикарно. Я даже не стал прикидывать, сколько в день они разводят терпил, как бы их назвал Пуля.

В стороне я заметил и скоростную серую «Волгу». Не ту, что нас подрезала, более старой модели. Но выглядела она не менее достойно.

Можно было совершить ещё один обмен. Но нет, наша «Нива» всё же была посвежее и маневренней. Ну а потёртый, поцарапанный бок «Волги» говорил о том, что её также использовали для автоподстав.

Затем я увидел три гаража, которые были пусты. Понятно, что здесь и не пахнет каким-либо легальным ремонтом. Зачем, если они и так неплохо зарабатывают?

В стороне у небольшой будки проглядывал строительный мусор с ржавыми кусками арматуры, и сбоку большая куча гравия.

Мы остановились у одноэтажного здания. Пока я выходил из «Нивы» и оглядывался, Тимур в компании двух громил покинул «Волгу» и с кем-то уже созвонился.

У здания курил детина в рабочем замасленном комбинезоне. Плюс один. Итого Тимур и трое мордоворотов. А вон и ещё двое, которые делали вид, что бортируют колесо неприметного седана, а на самом деле готовы были кинуться на нас, если понадобится.

Из небольшого здания, расположенного справа, показался пожилой конопатый мужик в джинсах и светлой рубашке. Он заспешил к нам, вытирая руки засаленной тряпкой.

— Добрый день, что хотели? — поинтересовался он у нас, с ходу оценивающе покосившись на Пулю.

— Попали в аварию и решили миром разойтись. Хотим оценить ущерб, — обратился к нему Тимур, и тот кое-как скрыл ехидную улыбку.

Конопатый уже праздновал победу, да и Тимур тоже, просто актёр из него получше. На лице лупоглазого было откровенное расстройство, что его машинку помяли.

— Ушерб оценить, значит. Хорошо, сейчас посмотрим, — кивнул он. — Жора, Санёк! Тащите импульсор!

— Ага, — лениво отозвался один из крепких парней, бросая гаечный ключ. И второй тоже отвлёкся, поспешив за своим товарищем.

— Меня зовут Иван Иванович. Вы впервые у меня, поэтому сделаю скидку, — довёл до нашего сведения конопатый.

Он рассмотрел у Пули ствол и явно заволновался, понимая, что здоровяк может пустить оружие в дело. И тогда может произойти всё что угодно.

Рядом с Пулей я заметил трёх работяг. Они делали вид, что занимаются делом, но было понятно, что это своего рода подстраховка. Один копался в огрызках арматуры, перебирая их. Второй протирал стекло у «Волги», третий курил в сторонке, ненавязчиво поглядывая в нашу сторону.

— И сколько будет стоить оценка повреждений? — спросил я, заметив, как Иван Иваныч задумался.

— А, ладно, — махнул он рукой. — Половину скину. Двадцать рублей с каждого.

Понятное дело, цены придуманы, и поиметь он планирует с нас гораздо больше.

В это время работяги притащили импульсор. Я увидел точно такой же прибор, как и в гараже Ромы которым они поводили перед царапиной на «Ниве». Затем чуть дольше перед несколькими царапинами на «Волге», следом почему-то полезли импульсором под днище.

Иван Иванович что-то деловито записывал в блокнотик, считывая показания с экрана, прицепленного к штативу на штанге.

Всё это время Пуля нервничал, но пытался скрыть это. Не мог он спокойно на всё реагировать. Слишком раздражала его эта подстава.

— Олег, дыши, глубокий вдох… выдох, — посоветовал я ему.

— Да ну нахрен, — тихо процедил здоровяк. — Я уже готов сломать хребет этому ублюдку. Он же притворяется.

— Вижу, но не время сейчас головы рубить, — предупредил я.

Тимур действительно пытался изобразить искреннее волнение, о чём-то разговаривая с одним из своих громил. Но его взгляды в нашу сторону были очень показательны. Он будто оценивал нашу платёжеспособность.

Наконец-то Иван Иваныч завершил проверку и позвал нас с Тимуром.

— Здесь навскидку сто рублей. Зачистка и покраска одного элемента, — указал он на «Ниву». — А вот по «Волге» всё куда плачевнее.

— Что с ней? — охнул Тимур.

— Царапины-то ладно. Триста рублей, и элемент как новенький, — продолжил Иван Иваныч. — От удара произошла внутренняя деформация. Энергоблок, который отвечает за распределение энергии от аккумулятора к узлам автомобиля, похоже, накрылся. Не понимаю, как вы ещё сюда доехали.

— Ого, он же стоит пять тысяч! — Тимур округлил и без того большие глаза.

Между тем я заметил, что все работяги внезапно отвлеклись от своих дел, и уже тусовались рядом с нами

Что ж, чем ближе ко мне, тем лучше.

— Это очень плохие новости. Очень. Как же я поеду на сделку? — тяжело вздохнул Тимур.

Я чуть не прыснул со смеху. Какая нахрен сделка? На его лице написано — мошенник. Ну если только он опаздывал на очередную авто-подставу. В это я легко поверю.

— У меня как раз есть такой блок, — сообщил ему Иван Иванович. — Поменяю. Но я сказал свою цену. В неё включены и работы.

— Понял, спасибо, — кивнул ему Тимур, затем обернулся к нам и печально произнёс: — Вы всё слышали. Я могу скинуть пару тысяч. Оплачу из своих. Понимаю, что для вас это слишком много.

— И что у нас получается? — спросил я.

— Вычитаем из трёх тысяч триста сто рублей за восстановление вашего автомобиля, — объяснил Тимур. Даже глазом не моргнул, сволочь. — Получается, три тысячи двести рублей. Как будете оплачивать?

Мы с Пулей переглянулись. Он всё понял без слов. Кажется, пора заканчивать этот балаган.

— Это вы расплатитесь, — улыбнулся я.

— Не понял, — лицо Тимура аж вытянулось от удивления.

Его шкафы ничего не успели предпринять. Сначала я добрался до первых двух, которые находились в полшаге от меня. Одного касания было достаточно, чтобы выплеснуть в их организмы солидные дозы «Веселящего анестетика». Притом градус весёлости я повысил изрядно.

Пуля схватил за грудки Тимура и швырнул ко мне. Он только и успел, что рот открыть, получая от меня заряд анестетика.

Два шкафа схватили меня, но зря они это сделали. В их руки перешло ещё по заряду веселящего наркоза.

— Ах вы падлы, — зарычал Иван Иваныч, выхватывая из-за пазухи пистолет. Но Пуля выпустил разряд из жезла, и пожилой мошенник упал на землю.

И его я зарядил анестетиком, как и ещё троих громил, которых перед этим остановил Пуля бодрящими разрядами.

Наконец-то все одиннадцать засранцев оказались под воздействием моего необычного наркоза. Они веселились, некоторые ржали как кони, двоих аж согнуло от смеха.

Я выдал им куски арматуры.

— Чем это не кисти? — обратился я ко всем.

— Кисти, ха-ха! — прыснул со смеху Тимур.

— Да, Тимурчик, кисти. Как кисти художника, — сообщил я.

— Я художник! — Тимур поднял над головой острый кусок арматуры.

— Разрисуйте вон те автомобили. Они станут ещё красивее, — показал я в сторону стоянки.

— Блин, это будет точно круто! — захохотал один из громил, бросаясь в сторону самой крутой тачки, той самой «Волги».

За ним отправились ещё двое. Тимур с Иван Иванычем помедлили, но тоже пошли.

— Ну вот и всё, а теперь наблюдаем и наслаждаемся, — улыбнулся я, когда мы направились в сторону «Нивы».

— Ну ты мастер, конечно. Как ты только до этого додумался? — хохотнул Пуля, посматривая в сторону двух художников, оказавшихся у «Волги».

Первый огрызок арматуры прочертил лакированный бок гоночной машины, оставляя глубокую неровную царапину.

— Смар-ри чо умею! — воскликнул ещё один, залезая на капот тачки.

Он врезал арматуриной в лобовое стекло, которое, как ни странно, выдержало, мерцая магической защитой. Затем ударил ещё раз, и ещё. Кусок арматуры нещадно вгрызался в стекло. Затем к нему присоединились ещё трое. И через пару минут лобовое стекло поддалось под мощным натиском хохочущих энтузиастов. Хруст его врезался в уши, звук лопающих шин казался бальзамом на сердце.

— Мне нужна ещё кисть! — воскликнул Иван Иваныч, у которого не получилось вытащить из пробитого лобового стекла застрявшую арматуру. Он шустро побежал к куче железок.

Пуля смеялся, вытирая слёзы, и не мог остановиться. Вакханалия, которая творилась на стоянке, вызывала лишь приступ смеха. Да и я широко улыбался, наблюдая за этим спектаклем.

Мы сели в «Ниву», и Пуля тут же завёл её, трогаясь с места.

— Давай подъедем, — улыбнулся я, предвкушая результат от очередных последствий. — Последний штрих.

— Что за последний штрих? — хмыкнул Пуля. — Надо спешить. А вдруг уже ментов вызвали?

— Успеем. Сейчас всё увидишь, — кивнул я.

Мы подъехали к толпе, которая уже превратила три крутые тачки в хлам и разукрашивала очередные две машины. Разбитые стёкла, расчерченные узорами борта кузова и капоты, куски арматуры, торчавшие из шин и стёкол автомобилей.

— Все автомобили, которые находятся на этой территории — ваша цель! — выкрикнул я в окно.

Я понял, что у меня энергия на исходе, но следовало сделать ещё кое-что. Я почувствовал энергию, поступающую от Карыча, и сразу же на расстоянии нейтрализовал анестетик, который ещё не отыграл в организмах Тимура, а также Ивана Иваныча.

Мы отъехали, задержавшись, чтобы понаблюдать за последствиями.

Тимур растерянно оглянулся, выронил из рук арматуру, заорал благим матом и попытался отнять у одного из громил кусок металла, за что и получил по морде. Ивана Ивановича постигла та же участь.

А затем началась потасовка. Тимур вытащил из своей «Волги» разрядник, когда на его машину накинулись четверо громил. Раздался треск, разряды вреза́лись в «художников», ну а те хохотали, содрогались от молний, но продолжали превращать «Волгу» в металлолом.

— Надо забрать всё, что у них есть, — обратился я к Пуле. — Все деньги.

— Понял, щас организуем, — кивнул он, остановившись у входа, выскочил из «Нивы» и побежал в сторону приземистого здания, из которого ещё недавно выходил Иван Иваныч.

Я наблюдал за тем, как автомобили успешно превращали в утиль, и как периодически доставалось Тимуру и Ивану Ивановичу. Те даже не могли посмотреть в нашу сторону — толпа закрывала обзор, да и надо было спасать что осталось. В состоянии откровенного шока эта парочка была явно дезориентирована.

— Всё, выгреб деньги из двух ящиков, — запыхавшийся Пуля заскочил на водительское кресло, передавая мне сумку с деньгами. — Больше там ничё не нашёл.

— Да остановись ты, урод! — чуть не плача воскликнул Тимур и в отчаянии ударил одного из «художников» разрядником как дубиной. Попал между лопаток подчинённого, а тот развернулся и смачно влепил кулаком прямо в нос своему боссу.

— Уф-ф-ф, — поморщился улыбающийся Пуля, заводя «Ниву». — Этот звук. Он же ему нос сломал.

— Именно так, — согласился я, слыша звук сирены неподалёку. — А вот теперь валим.

Скрылись мы вовремя. Заворачивая за угол, я заметил подъехавшую ко входу в СТО машину с проблесковыми маячками.

Я бегло прикинул, сколько денег в сумке. Больше двадцати тысяч. Это очень неплохо.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Вы получили новое достижение: «Веселью нет предела!»

Награда: + 100 очков опыта.

Текущий уровень: 6 (4490/5000)/.

Настроение у меня влетело до небес. Мало того что деньги получили, так я ещё и достижение заработал.

Я назвал сумму Пуле, и тот присвистнул.

— Вот это компенсация, я понимаю! — захохотал он. — И куда теперь их?

— На развитие клиники, куда же ещё, — подчеркнул я, и здоровяк чуть нахмурился.

— А может хотя бы по пятьсот на руки, а? Всё же мы заслужили, — произнёс Пуля.

— Всё верно говоришь, — улыбнулся я, отсчитав тысячу и вручая Пуле. — Это тебе. А вот это мне.

Пуля притормозил на светофоре, посчитал и обрадовался.

— О, братское сердце, — довольно пробасил он. — Ты радуешь. Как всегда вовремя.

— Всё же присмотрел себе костюм? — улыбнулся я.

— Ну да, и тут не только на костюм, — сказал Пуля, заворачивая на знакомый маршрут. — Щас к Роме заскочим, и потом домой.

Добрались мы до Арбата быстро. Рома как раз отпускал очередного клиента на серебристом седане.

— Ромыч, дружище, мы опять к тебе, — расплылся в улыбке Пуля, и Роман сразу же увидел следы недавней аварии.

— И где это ты так умудрился? — удивился он. — Вроде не лихачишь особо.

Владелец подпольной мастерской махнул двум работникам, и те подошли, уже раскладывая домкрат и принимаясь за работу.

— Да прикинь, оборзели совсем. Средь бела дня притёрли внаглую, — процедил Пуля.

— Есть такое, увы. Меня тоже это беспокоит, уже не первый случай, — вздохнул Рома. — Тимур и его банда?

— Да, именно, — кивнул я, хмыкнув про себя на интересную аналогию. В моём мире я читал книгу в детстве. Тимур и его команда. По сути, антипод этим засранцам.

— Когда ж их уже грохнут? — тяжело вздохнул Рома. — И много отдали?

— Наоборот, — ухмыльнулся я. — Они даже приплатили за ущерб.

Роман озадаченно оглядел нас, и его отвлекли. Ну а мы подождали, когда завершат замену диска и покраску крыла. Полчаса — и готово.

Мы вернулись домой, показали сумку с деньгами, и Захарыч расцвёл в улыбке.

— Двадцать одна тыща, — улыбнулся он, уже разложив мелкие купюры на стопки.

— Пусть это всё пойдёт на благо «Возрождения», — сообщил я.

— Да где вы столько денег взяли⁈ — удивился он.

— Ну, короче, один фраерок… — начал Пуля и выложил всё Захарычу и Насте, применяя витиеватые ругательные выражения.

— Проблем не будет? — спросила Настя.

— Не полезут, — уверенно произнёс я. — Там я такое шоу устроил, что они надолго запомнят.

— Тимур… Тимур, — забормотал Захарыч, что-то вспоминая, затем набрал кого-то и отошёл в коридор.

— Лёш? — обратилась ко мне Настя, шинкуя овощи в салатную чашу.

— Да, что случилось? — взглянул я на неё.

— Точно проблем не будет? — брюнетка опасливо посмотрела на меня, отвлекаясь на пару секунд от приготовления салата.

— Не будет, — кивнул я. — Будь спокойна.

— Вот вы женщины, переживательные, — покачал головой Пуля. — Придумываете сложности там, где их нет.

— Я не придумываю, — нахмурилась Настя. — Мне хватило того времени, у Креста. Что ни день, то очередной стресс.

— Сейчас же всё по-другому, — широко улыбнулся Пуля, положив мне руку на плечо. — Да и мы с Лёхой отлично справились. Будут лезть — ещё получат.

— Ой, ладно тебе, — отмахнулась Настя. — Ты героя из себя не строй. Я помню, как ты в той машине пулю получил. Если бы не Лёша…

— Не, этот Тимур точно не рыпнется, — перебил её вернувшийся из коридора Захарыч. — Его покрывает один следак, который обычно вмешивается в крайнем случае. Но здесь он вряд ли рискнёт лезть на рожон — уже всё произошло, а шум поднимать им не с руки.

— Значит, всё нормально, — выдохнула Настя.

— А что-то было ненормально? — удивился Захарыч.

— Да это Настюха, блин, выдумщица… — хохотнул Пуля и встретился со злобным взглядом Насти. — Всё, молчу.

Захарычу вновь позвонили. На этот раз это был Степан, судя по голосу из динамика.

— Как прошли? И кто пустил? — нахмурился старик. — Стёпа, у вас охранники там ведь есть. Не проходной двор вроде бы. Ну ладно, раз уже ушли, то всё нормально.

Пожилой лекарь тяжело вздохнул, сбрасывая звонок и поймал наши вопросительные взгляды.

— Недавно в палату к нашему мальцу прошли его отец и та темноволосая барышня, — объяснил старик.

— К Роме? — удивилась Настя.

— У нас один малец, Анастасия, — пробурчал Захарыч. — Конечно, к Роме. Оказывается, он пришёл в себя и пообщался с ними. Его даже отец забрать хотел, но медбрат не дал это сделать.

— Ну и правильно, — заметил я. — Анализы ведь завтра придут.

— Вот именно, — подчеркнул Захарыч. — Да тем более после такой тяжёлой операции… Слишком рано отпускать. Нужно в динамике посмотреть за его состоянием.

— Кстати, кто хочет прогуляться в магазин? Нужны специи и чеснок для утки, — оглядела нас Настя.

— Я схожу, — поднялся я из-за стола. — Сколько брать и чего?

— Я напишу, — Настя схватила пачку стикеров с холодильника, начеркала несколько строк. Ну а я быстро собрался и выскочил из квартиры.

Решил проветриться, а то после такого приключения все мысли в кучу. Да ещё и лёгкая слабость после такой растраты энергии давала о себе знать. Хоть Карыч и молодец, и подпитал меня неплохо, его энергия почти вся израсходовалась.

Я решил пройти через парк. Сразу же за ним и «Семёрочка». Не успел преодолеть и половину зелёнки, как услышал позади себя нарастающий цокот каблучков.

— Алексей! Постойте! — раздался приятный женский голос.

Я обернулся, заметив брюнетку, сопровождавшую мальчика.

— Елизавета, какими судьбами? — поприветствовал я шатенку.

— Да вот, решила немного за вами проследить, — она кокетливо поправила локон за ухо, тепло улыбнулась. — Вас хочет отблагодарить отец Ромы. Только прошу, не отказывайте. Борис Петрович всё равно не отстанет. А то, что вы сделали, это… это просто удивительно.

— Хорошо, — кивнул я. — Я готов с ним встретиться. Когда?

— Сейчас, если вы не против, — потянула меня за руку Елизавета, очаровательно улыбнувшись. — Здесь недалеко есть кафе. Им владее мой босс.

Ну как я могу отказать такой красавице. Её улыбка была обезоруживающей, а пахло от неё чем-то вроде лаванды. Да какого чёрта? До ужина всё равно ещё далеко. Настя может и подождать.

— Мы можем на «ты»? — игриво взглянула на меня Елизавета.

— Вполне, — кивнул я.

— Алексей, ты совершил чудо, знаешь?.. Я просто дар речи потеряла там, на вокзале, — печально улыбнулась Елизавета. — Так всё быстро произошло. Мы спокойно идём к выходу из вокзала. А затем грохот, экран падает, стекло вокруг. И вот уже Рома умирает на моих глазах…

— Никто не умирает, — поспешил я поправить собеседницу. — И не умрёт, пока я рядом. Ты могла убедиться в этом сегодня.

— Да, мы были в твоей клинике, — смутилась Елизавета. — И я увидела Ромку. Он улыбался, и когда я это увидела, у меня отлегло от сердца.

— Хорошо, что я оказался рядом, — произнёс я. — Иначе бы тот лекарь угробил бы Рому.

— Да, это точно… Ты уникален, Алексей, как и твоя клиника, — с плохо скрываемым любопытством всмотрелась в меня Елизавета. — Если ты не против, я ведь… я могу написать статью про тебя и «Возрождение»?

— Это личная инициатива? — прищурился я.

Девушка явно профессионал своего дела. Хватка журналистская чувствуется. Она точно своего не упустит. Но это в ней и привлекало. Энтузиазм, харизма и, разумеется, сексуальная энергия, которая притягивает как магнит.

— Скажем так — личная инициатива, которая переросла в предложение директора редакции «Вестник эпохи», — улыбнулась краешком губ Елизавета.

Мы перебрались за это время через проезжую часть по зебре, затем прошли мимо «Семёрочки» и ещё пары домов, заходя в стеклянную дверь. «Колокольчик» — успел я прочесть над входом.

В зале всего половина столиков были заняты. Но мы не задерживались, прошли дальше.

— Даже стесняюсь спросить, куда мы идём, — обратился я к Елизавете.

— В приватную кабинку, — объяснила мне Елизавета. — Борис Петрович предпочитает разговаривать с глазу на глаз.

Мы прошли до первой куполообразной кабинки. Елизавета приложила к приёмному экрану пластиковый ключ и дверь передо мной бесшумно отошла в сторону.

Ни хрена себе приватные кабинки в обычно кафе, да ещё и со звучным названием «Колокольчик». Будто на каком-то космическом корабле оказался.

— Прошу, — пригласила меня Елизавета, и я шагнул в комнатку.

Впереди добротный стол с диваном и тремя креслами. На диване сидел усатый щеголеватого вида мужчина в чёрном костюме с бабочкой. Увидев меня, он улыбнулся, поднялся и протянул руку.

— Очень приятно познакомиться, Алексей, — широко улыбнулся он в усы. — Мне Елизавета о вас уже столько всего нарассказывала, и я ей охотно верю. Вы ведь спасли моего сына. Прошу, — он указал в кресло.

Дверь отворилась, и внутрь зашёл официант, расставляя с подноса закуски и поставив бутылку шампанского.

— Вы ведь не за рулём, верно? — улыбнулся Борис Петрович.

— Нет, я как раз шёл в магазин, когда встретил Елизавету, — сообщил я.

— Я надолго вас не задержу, — всмотрелся в меня отец Ромы. — Почему я только сейчас узнал о вашей клинике?

— Мы открылись недавно, — объяснил я. — До этого работали… в другом месте.

— И много у вас клиентов? — продолжал интересоваться Борис Петрович, пока официант открывал шампанское и разливал его по бокалам.

— Хватает, в основном народ из клуба пятисот, — улыбнулся я, поднимая бокал с игристым, вслед за Елизаветой и её боссом.

— О, знаю это заведение. Там обитает довольно обеспеченный контингент. Хороший выбор, — заметил он, затем поднял бокал чуть выше. — Я предлагаю пригубить этот славный напиток за таких талантливых лекарей, как вы. Чтобы у вас всё получилось, и ваша клиника процветала.

Я чокнулся с Борисом Петровичем, затем с Елизаветой, привлекательно улыбающейся.

— Угощайтесь, что-то, а закуску в моём кафе делают отменную, — показал на три блюда с тарталетками, увенчанными укропом и кинзой.

Что ж, очень недурно. Одна закуска с креветками, вторая — с икрой, третья с салатом вроде оливье. И, что самое главное, всё действительно вкусно.

— Расскажите ещё раз, как это было, — обратился ко мне Борис Петрович. — Я доверяю Елизавете, просто хочется услышать всё из ваших уст.

Я вкратце поведал как увидел Рому на полу, истекающего кровью, и как начал спорить с подскочившим к мальчику лекарем.

— Ох уж эти коновалы, — выдавил босс Елизаветы. — Даже страшно подумать, что бы случилось, не окажись вы рядом.

— Мы как раз об этом и говорили недавно, — улыбнулась Елизавета. — Борис Петрович, дайте мне в газете первую полосу. Вы ведь понимаете, что об Алексее должны узнать как можно больше людей.

— Разумеется, Лиза, ну о чём ты говоришь, — запыхтел усач. — Страна должна знать своих героев в лицо. И Фёдора возьми, он самый лучший фотограф в нашем «Вестнике».

— Ой, спасибо, — Елизавета сложила ладони лодочкой перед собой.

— Но только не на завтрашний выпуск, — заметил Борис Петрович. — Там уже всё свёрстано.

— Хорошо, — довольно улыбнулась Елизавета.

Мы посидели ещё минут десять, выпили по бокалу шампанского за здоровье Ромы. Босс Елизаветы был потрясён, когда я рассказывал в общих чертах о том, как вытаскивал кусочек стекла из вены мальчика.

А затем телефон Бориса Петровича затрезвонил.

— Ох, мне пора, — подскочил он с дивана, и подошёл ко мне, вновь пожимая мне руку. — Ещё раз огромное спасибо за то, что спасли моего сына, Алексей. А это примите в качестве благодарности.

Он вручил мне конверт. Понятно, что там.

— Я не бедствую, Борис Петрович, — не спешил я принимать от него подарок.

— Но я ведь могу вас отблагодарить, верно? — настойчиво протягивал мне конверт босс Елизаветы.

— Хорошо, — вздохнул я. — Только из уважения к вам.

— А это деньги за проведённую операцию, — Борис Петрович положил на стол ещё один конверт. — Не переживайте, я уже в курсе ваших тарифов.

Я взглянул на Елизавету и она подмигнула мне. И когда она успела изучить наш прайс? Одно слово — журналистка, и очень пронырливая.

Телефон Бориса Петровича вновь зазвонил.

— Всё, убежал, — попрощался он. — Лиза, жду тебя завтра с утра на планёрке.

— Да, конечно, Борис Петрович, — сказала ему вслед Елизавета. Затем хитро прищурилась и подошла к двери, что-то нажимая на замке.

— А теперь благодарность от меня, — таинственно улыбнулась журналистка, подошла к моему креслу и потянула меня за воротник к дивану.

Я сразу же почувствовал, как кровь приливает в низ живота.

Елизавета одним движением стянула с себя платье, показывая великолепную фигуру и упругую грудь, которая так и просилась наружу из белого ажурного бюстгальтера.

Голова закружилась. Лиза — просто шикарная красотка. Она устроила настоящий стриптиз, после чего ловко раздела меня и мы перешли в горизонтальное положение.

Мы слились воедино в страстном горячем танце. Лиза сразу взвинтила темп. Она не могла сдержаться, и сладкие стоны девушки зазвучали в кабинке.

Чуть позже я перевернул её на спину, но на этот раз выбрал более неторопливый ритм. Мои руки гладили грудь Елизаветы, которая впилась когтями в мою спину.

И вот настал момент пика. Я почувствовал это по дыханию партнерши, ускорился и финишировал вместе с ней.

— О-о-о-ох, — изогнулась она словно пантера, и затем поднялась, сладко целуя меня в губы, а затем прошептала: — Ты не только великолепный лекарь, но ещё и потрясающий любовник.

— Ты просто восхитительна, — в свою очередь отвесил я ей комплимент.

Мы одевались быстро. Елизавете позвонил босс — ему что-то нужно было привезти.

— Лёша, когда лучше прийти в клинику? Надо взять у тебя интервью и сделать фото, — спросила она, поправляя платье и уже находясь в дверях.

— Думаю, что в обед. В районе двенадцати будет самое то, — подсказал я.

— Хорошо, буду, — улыбнулась мне Лиза и послала напоследок воздушный поцелуй.

Ну а я оглядел стол и закинул ещё одну тарталетку в рот. А затем взглянул на время, поняв, что прошёл час. Надо спешить в супермаркет!

Недалеко от подпольного пункта сборки аккумуляторов, за пару часов до текущих событий

Мамонт угрюмо взглянул в окно своего «Запорожца» на ворота сборочного пункта, затем перевёл взгляд на мага с козлиной бородкой, который сидел напротив.

Этот араб был наёмником, который не гнушался связываться с криминальными авторитетами. Услуги его стоили дорого, но потери бизнеса Мамонта по сборке аккумуляторов казались гораздо более серьёзными.

Ладно, чёрт с ним, с этим пунктом сборки. На остальных десяти точках уже поползли слухи, будто на них тоже могут напасть монстры, как на подстанции. Работники очень напряжены, боятся, ждут нападения. Есть и такие, кто отказывается работать.

И это надо срочно прекращать. Тем более раньше никто не смел наживаться за его счёт. А если и наживались, то потом их находили в канале с перерезанными глотками либо вообще не находили, ведь они навсегда застывали в фундаментах новых магазинов или жилых домов.

Что самое главное — Абдулла был боевым магом, причём многопрофильным. И он вполне способен противостоять тому астральному существу, а вместе с ним и его хозяину.

— Ты точно справишься? — напряжённым голосом выдавил Мамонт, всматриваясь в поблёскивающие энергией глаза Абдуллы. — Поймаешь этих сучьих выродков?

— Канеш, дарагой, — тонким голоском сообщил араб, оскаливаясь словно хищная акула. — Ловушка-шмавушка расставлять, астральный злодея хватать, хазяина прессовать.

— Не сильно прессовать, — заметил Мамонт. — И дождаться меня.

— Та, та, не сильно прессовать, — закивал маг. — Не сомневайся, насяльника. Не было дела, что Абдула не решить.