Деревенщина в Пекине 6

Глава 16

Лежу в джакузи, полностью погружённый в горячую воду по самые плечи. Кожа покрылась лёгким румянцем от жара, мышцы постепенно расслабляются после напряжённого дня.

Форсунки гидромассажа работают на средней мощности, создавая тысячи мелких пузырьков, которые массируют спину и поясницу. Приятное покалывание растекается по телу волнами.

Откидываю голову назад на мягкий подголовник, прикрываю глаза.

Окно в ванной распахнуто настежь — я специально открыл его перед тем, как залезть в воду.

С улицы врывается резкий холодный воздух. Ветер несёт запах приближающейся зимы.

Сверху, где лицо открыто холодному воздуху — бодрящая свежесть и покалывание на коже.

Делаю глубокий вдох. Морозный воздух обжигает ноздри изнутри, наполняет лёгкие ледяной чистотой. Выдыхаю медленно — пар от дыхания смешивается с паром, поднимающимся от горячей воды.

Лежу неподвижно, наслаждаясь контрастом ощущений.

Внезапно раздаётся громкий, настойчивый стук в дверь.

Резко открываю глаза.

Стук повторяется — торопливый, срочный, нервный. Кто-то колотит в дверь кулаком, явно не собираясь останавливаться.

— Секунду! — кричу в сторону коридора, выбираясь из воды.

Горячие струи стекают по телу, образуя лужу на полу. Хватаю большое полотенце с крючка на стене, небрежно обматываю вокруг бёдер, прикрывая низ. Холодный воздух из открытого окна догоняет меня — мгновенно покрываюсь мурашками, кожа стягивается от контраста температур.

Вода капает с волос на плечи, стекает по спине. Не до того сейчас, чтобы вытираться досуха.

Наспех надеваю резиновые шлёпанцы. Мокрая нога скользит внутри. В итоге край тапка неловко попадает между большим и указательным пальцем, врезается в кожу.

Стук повторяется снова.

— Иду, иду уже! — подбегаю к входной двери.

На пороге стоит Чэнь Айлинь.

Админ ресторана выглядит взволнованной. Её глаза быстро осматривают пустой коридор.

— Нужно срочно поговорить, — выпаливает она тихо.

Не успеваю я ответить или хотя бы открыть рот, как она стремительно залетает в апартаменты и случайно толкает плечом меня в грудь.

От неожиданного толчка нога вылетает из тапка. Всё ещё влажная ступня предательски скользит по гладкой плитке в коридоре.

Не успеваю ей ответить, как она пулей залетает в мои апартаменты, задев моё плечо. От этого моя нога вылетает из плохо надетого тапка, скользит по плитке в коридоре.

Не удержавшись, падаю на холодный кафельный пол.

Полотенце улетает в одну сторону, оставшийся тапок в противоположную, со звонким шлепком ударяясь о плинтус у стены.

Айлинь оборачивается на громкий звук. Видит, как я раскинулся на плитке абсолютно голый. Её глаза расширяются.

— Извини! — виновато выдыхает она. — Ты в порядке?

— Да, нормально.

— Я не смотрю! — она мгновенно отворачивается к окну.

Да уж. Спасибо, что живой.

Ледяной воздух из распахнутого окна ванной распространился по всей квартире. Мокрое тело мгновенно покрывается мурашками, я непроизвольно мелко дрожу, возвращая полотенце обратно.

— Так что случилось? Почему так срочно прибежала? — Холодно.

Чэнь Айлинь поворачивается, но смотрит не на меня, а на открытую дверь в ванную, откуда всё ещё слышно бурление работающего джакузи и валит густой белый пар:

— Смотрю, я тебе помешала. Ворвалась в самый неподходящий момент. Можешь залезать обратно, чего зря мёрзнуть здесь. Быстро поговорим и я сразу уйду.

— Только если ты не против такого странного формата общения, — пожимаю плечами.

— Чего я только за свою жизнь не видела.

Айлинь коротко кивает головой в сторону санузла и снова поворачивается ко мне спиной.

Вешаю полотенце обратно на крючок и быстро возвращаюсь в горячую воду.

— О чём хотела поговорить?

Айлинь появляется в дверном проёме ванной комнаты. Она небрежно облокачивается на деревянный косяк и скрещивает руки на груди:

— Несколько дней назад мы разговаривали про твоего отца. Как ты в итоге решил поступить?

— Пока не знаю. Меня любой вариант устраивает, хоть монетку подбрасывай. Поскольку сейчас появились более важные задачи, я этот вопрос временно подвесил. Дело не в деньгах, просто у любого решения всегда есть свои последствия. Я бы не спешил выпускать его на волю — хотя бы там он не сможет пить. Это с одной стороны, есть и другая. А ты к чему спрашиваешь?

— Считай, ты только что подкинул монетку. Не знаю, что произошло с той IT-фирмой, которая предоставляет нашей сети CRM-приложение для автоматизированного учёта…

— Зато я знаю, — тихо бормочу себе под нос.

— Наш учредитель, который занимался внедрением этой программы с самого начала проекта, выкупил крупную часть контрольного пакета акций у разработчиков системы, — продолжает админ. — Стал их полноправным акционером, вошёл в совет директоров компании. В связи с этим изменением структуры собственности началась новая, более жёсткая политика бухгалтерского учёта во всей нашей ресторанной сети. Правила ужесточили.

Интересно.

Сначала фирма-разработчик была под государственным крылом, спокойно занималась тем, чем занималась. И скорее всего наш предприимчивый управляющий, как VIP-клиент, имел своего личного персонального менеджера по работе с ключевыми заказчиками.

Через него он узнал про проблемы в компании изнутри. Вложил часть личных денег в критический момент. Влез в акционерную долю по заниженной цене именно в самый момент упадка.

Обыденное явление не только для Пекина. У кого есть инсайдерская информация и нужные связи — тот побеждает на рынке, вовремя загребая активы.

— Новая политика учёта? Что именно изменилось?

Айлинь поправляет выбившуюся прядь волос за ухо.

— Бизнес — это ведь не государство с его законами и регламентами. Не демократия с гарантированными правами граждан. Это чистая диктатура одного человека или узкой группы людей наверху. И в нём собственник имеет полное право вытворять что угодно, менять правила игры на ходу по своему усмотрению.

— Продолжай.

— После недавних изменений в учёте, неприятные операции задним числом могут напрямую повесить на личный рейтинг эффективности конкретного сотрудника. Занести в служебное досье как нарушение и подпортить этим рейтинг, — объясняет она. — Есть очень большой шанс, что неоплату счёта твоего отца повесят на меня, как на администратора.

— Почему на тебя? Речь ведь идёт о моём отце. Если хотят на кого-то повесить счёт, то в первую очередь должны на меня.

Чэнь Айлинь устало вздыхает и качает головой.

— Потому что существует должностная инструкция. Именно я не уследила за повторным появлением буйного клиента из чёрного списка в зале ресторана. Он проскочил внутрь, пока я вела гостей к их забронированному столику. А то, что персонал механически его обслужил — это их прямая обязанность по регламенту. Клиент сидит за столом — они обязаны подойти и принять заказ. Следить за теми, кто входит в заведение должна была я.

Я хмурюсь от услышанного. Как-то несправедливо выбирают, на кого повесить убыток. К тому же, отец по закону обязан его оплатить из тюрьмы.

— Неоплаченный чек может пошатнуть мои личные карьерные перспективы. Потому что я как раз сейчас прохожу финальные собеседования в другой, более престижный ресторан, — проясняет ситуацию Айлинь.

— Так ты хочешь уйти из «Горизонта»? Почему?

— У нашего владельца целая сеть заведений по Пекину. Больше двадцати действующих точек разного уровня. Мне недавно предложили повышение с прибавкой к зарплате. Я буду получать почти в полтора раза больше и вместо комнаты в общежитии мне будут оплачивать половину аренды квартиры. Так ещё и работать на час меньше.

Рад за Айлинь. Она заслужила повышение.

— Ты права, за такую работу нужно хвататься руками и ногами.

— Я прошла успешно два этапа из трёх, — с лёгкой гордостью в голосе отвечает она. — Но сейчас результат зависит от рекомендаций и характеристики с моего текущего места работы. От содержания служебного досье. Они очень дотошно смотрят на любые замечания. Извини, но я не могу позволить себе рисковать многолетней карьерой. Я так долго к этому шла. Раз ты не знаешь, как правильно поступить, считай это знаком свыше.

Вот уж расслабился в джакузи. Папаша умудрился напомнить о себе, даже находясь за решёткой.

— Конечно, я заплачу за него. Дай мне несколько минут, сейчас оденусь и пойдём в ресторан.

Готовлюсь встать из джакузи, но она останавливает меня:

— Никуда идти не нужно, я могу пробить чек прямо здесь.

Айлинь достаёт смартфон из заднего кармана брюк и открывает админское мобильное приложение ресторана с расширенным доступом к финансовой учётной системе. Несколько секунд сосредоточенно что-то набирает на экране, листает, ищет.

— Дата… стол номер двенадцать… байцзю, виски, эклеры с чёрной игрой… да, вот он. Нашла чек.

Она поворачивает ко мне экран своего гаджета с чёрно-белым QR-кодом.

Всё, что остаётся — просто оплатить через банковское мобильное приложение, отсканировав код камерой.

— Мой телефон на столе, — вспоминаю вслух. — Можешь принести?

Айлинь кивает, возвращается буквально через несколько секунд с гаджетом.

Несколько нажатий пальцем по экрану и счёт оплачен.

— Всё, прошло. Чек закрыт и погашен. Спасибо, Лян Вэй. — облегчённо подтверждает админ. — Извини, что потревожила.

— Это я тебя должен благодарить, ты столько для меня сделала. Удачи на следующем собеседовании. Уверен, у тебя всё получится.

Чэнь Айлинь улыбается, коротко кивает, разворачивается и уходит.

Я же медленно погружаюсь глубже в воду, по самый подбородок. Закрываю глаза, откидываю голову назад на мягкий подголовник.

Вот и уплачен долг моего отца.

Причина, из-за которой он в сейчас за решёткой, только что перестала существовать.

Интересно, что будет дальше, когда он выйдет на свободу? Чем займётся?

Интерлюдия.

Вечер. Апартаменты семьи Ван.

Ван Мин Тao открывает дверь своей квартиры и медленно входит в прихожую. Усталость от долгого, изматывающего рабочего дня ощущается буквально в каждой мышце. Плечи сами собой опускаются, спина ссутуливается.

Самое время возобновить походы на вечерний массаж.

— Добрый вечер, господин Ван, — приветливой улыбкой встречает домработница. — Как прошёл день?

— Долгий, очень долгий, — коротко отвечает бизнесмен. — Япин уже вернулась?

— Пока нет, — отрицательно качает головой женщина. — Ужин будет готов и подан на стол в течение десяти минут.

Ван устало кивает, не комментируя.

Он снимает кожаные туфли и стягивает шерстяное пальто с плеч.

В последнее время Япин предпочитает больше времени где угодно, но не дома. Раньше, когда она пользовалась машиной отца, он хотя бы мог отследить её местонахождение и чувствовать себя спокойнее, но теперь такой возможности нет.

Отбросив навязчивые мысли, Ван Мин Тao проходит на кухню и открывает холодильник. В его руке оказывается запотевшая бутылка минеральной воды.

Бизнесмен наливает себе полный стакан. Холодная газированная жидкость приятно, почти обжигающе освежает пересохшее горло.

Залпом допивает до дна, ставит пустой стакан на мраморную столешницу с негромким стуком.

Сначала затянулось совещание с менеджерами строительной компании по квартальным показателям. Потом были переговоры с поставщиками щебня — пытались поднять цены на двадцать процентов, пришлось торговаться. И после этого до самого вечера — монотонная работа с горами финансовых документов.

Домработница тихо, почти бесшумно хлопочет у плиты, помешивая что-то в кастрюле. Приятный аромат тушёных овощей и мяса наполняет кухню.

Внезапно в кармане брюк начинает звонить телефон.

Ван достаёт гаджет и видит незнакомый номер с пекинским городским кодом.

— Ван Мин Тao слушает.

— Добрый вечер, господин Ван, — официальный женский голос. — Вас беспокоит секретариат отраслевого департамента Центрального комитета. Удобно сейчас разговаривать?

Бизнесмен резко выпрямляется, усталость мгновенно испаряется. Спина становится прямой, лицо принимает собранное выражение.

— Разумеется.

Домработница замечает резкое изменение в его позе и тоне, так что решает бесшумно выйти в другую комнату.

— Господин Ван, вас приглашают на заседание наблюдательного совета цементной промышленности, — официально сообщает секретарь. — Заседание состоится послезавтра, пятого декабря, в четырнадцать ноль-ноль. Здание номер семь Центрального комитета, конференц-зал на третьем этаже.

Ван медленно опускается на стул у кухонного стола. Свободной рукой придвигает к себе лежащий на всякий случай блокнот и ручку.

— Благодарю за приглашение, — спокойно отвечает бизнесмен. — Обязательно буду присутствовать. Могу уточнить повестку?

— Повестка дня будет направлена вам на электронную почту в течение ближайшего часа. Основной вопрос — первичный отчёт новых руководителей государственных цементных предприятий о финансовых показателях за период управления.

Пауза.

Звонок кажется ему странным, ведь он управляет заводом слишком мало времени, чтобы демонстрировать выдающиеся результаты.

Хотя есть и чем гордиться.

Взамен устаревшего оборудования куплено новое. Поставки сырья восстановлены, что непросто в ситуации с предыдущим банкротством и переходом предприятия в Государственную собственность. Кадровая служба сделала невозможное — закрыла все вакансии первого и второго списка, даже частично перешла к третьему.

Простой плавно перешёл в стабильную круглосуточную работу.

— Особое внимание будет уделено рентабельности производства и первым результатам управленческих решений, — продолжает женский голос. — Комиссия ожидает от вас детальную презентацию, подтверждающую, что завод под вашим управлением демонстрирует стабильность. Срок вашего управления составляет всего один месяц, поэтому основной акцент — на тренде изменений и на ваших первых управленческих инициативах. Полный список требований приложен к письму с повесткой.

Да они не в курсе текущей фотографии дня, понимает Ван. Они тупо не глядят показатели в информационной системе завода, хотя и имеют доступ.

Знаюшему говорит о многом.

— Понял, благодарю за подробные разъяснения. Хорошего вечера.

Ван задумчиво опускает смартфон на гладкую поверхность стола. Сидит абсолютно неподвижно несколько долгих секунд, глядя в пустоту перед собой.

На самом деле, прошедший месяц вполне можно считать одним из лучших для предприятия за весь последний год. Даже с учётом периода до простоя.

С документально подтверждёнными показателями ни у кого из членов комиссии не возникнет сомнений, что в будущем году с заводом всё будет отлично. Тренд положительный, динамика роста очевидна — если это не то, о чём сейчас думается.

Бизнесмен направляется в рабочий кабинет и садится за ноутбук.

Через некоторое время в кабинет заглядывает домработница:

— Господин Ван, ужин готов. Подавать на стол?

— Позже, через час, — отвечает Ван отстранённо. — Мне нужно срочно заняться важным делом. Спасибо.