Чужая невеста для Снежного Волка (СИ)

15 Понеслось!

Оля

— Ярла Хельга, ступай с нами! Ярл-князь за тобой послал, велел срочно привести…

— Что? Куда?

Я растерянно хлопала глазами, глядя на пару дружинников князя, внезапно вошедших в мои покои. Этих бравых витязей я не знала, вернее, помнила весьма смутно. Местные, не из ребят Ильда.

Они так спешили, что даже не постучались. И весь их вид сейчас говорил о напряжённом нетерпении.

— Что-то случилось? — испуганно предположила я, чувствуя, как сердце сжалось от тревоги.

Вообще-то утро начиналось замечательно — с ленивого блаженства и сладкой неги. И ничего не предвещало грозы.

Аррден сегодня ночевал в моей комнате — мы по очереди ходили друг к другу в гости. Ушёл он, когда за окнами стало светло, а я осталась досматривать сладкие сны, которыми ночью мне, разумеется, мой любимый князь не дал насладиться. Зато сполна одарил иными удовольствиями, так что до сих пор всё тело приятно тянуло.

С той ночи, когда нас соединили по всем традициям в ритуальном огненном круге, прошло уже три дня. Мы всё ещё пребывали в Снежени.

Днём я понемногу привыкала к столице, правда, за жизнью местных наблюдала всё больше из окна своих покоев. Но иногда даже гуляла, естественно, в сопровождении охраны, Ильда или самого князя.

Аррден тем временем решал свои важные государственные дела, принимал гостей со всех уголков Зимени и к вечеру уставал, как любой работающий мужчина после тяжелого трудового дня.

Но зато вечера и ночи принадлежали только нам… Оставляя за порогом и скуку, и усталость, мы безрассудно ныряли в водоворот огненной страсти, заряжая друг друга самой прекрасной энергией в мире — взаимной любовью. Так что, несмотря на бессонные ночи, «на работу» мой муж уходил бодрым и довольным.

А сегодня утром он меня и вовсе осчастливил — целуя на прощание, предложил:

— Хочешь, завтра вернёмся в Снежный Замок? Сегодня у меня весь день послы из Лебяжьих Земель пробудут… Если с ними договоримся, то потом можно на несколько дней отсюда снова сбежать. Хочешь? Я тебе Горючий ключ показать обещал…

— Хочу, очень хочу! — я обвила его шею и потянулась к губам.

Я, правда, мечтала о возвращении обратно в наш маленький снежный рай. Пусть мне и нравилась столица, особенно после того, как она соединила нас с Аррденом священными узами, но там я ощущала себя дома. Там началась наша история любви. Там мне её хотелось продолжать.

О том, что в Снежный Замок может снова заявиться Ольвейг, я как-то даже не вспомнила.

Вообще, мой несостоявшийся жених как-то подозрительно притих. Обещался же нарисоваться через недельку и предоставить виновника всех бед. Мы, если честно, ждали, что он в Снежень явится, не найдя меня в личной резиденции Арда. Но Ольв так и не приехал. Наверное, до сих пор заговорщика ищет.

Да, сложно ему, конечно… Он же голову убийцы обещал привезти. А как это сделать? Если, по всему выходит, что это его собственная головушка.

Но мой прежний страх перед этим неуравновешенным деспотом заметно поутих — я ведь знала теперь наверняка, что меня ему никто не отдаст. Аррден ему только губозакаточную машинку выдать может.

И, вообще: «Я другому отдана. Я буду век ему верна»[1].

Однако сейчас, когда ко мне вот так ворвались эти двое дюжих молодцев, первая мысль у меня была, уж не явился ли этот наглый красавчик Ольвейг требовать меня обратно.

Я, вообще, только проснулась недавно и, будучи в весьма лирическом настроении, хотела как раз начать собирать вещи в дорогу.

А тут — раз, и такое!

Я так опешила, что уселась обратно на постель, вместо того чтобы скоренько бежать, куда меня позвали. Хорошо ещё, что я хотя бы одеться и причесаться успела до…

— Так что случилось? — снова спросила я, тревожно хмурясь. — Где Ар… ярл-князь? Почему он сам за мной не пришёл?

Ратник недовольно поджал губы — распоряжения князя обычно выполнялись моментально, а тут я перечить взялась, расспрашивать…

Но меня, в самом деле, очень удивило, что не Аррден за мной явился. Если он куда-то меня приглашал, то делал это лично. В крайнем случае, поручал Лису. А тут какие-то залётные прискакали — ступай за нами… Безобразие!

— Там он, гостей встречает, — мотнул головой дружинник. — Твои люди явились, из Огненного Замка. Буянят… Говорят, ярл-князь тебя здесь силой держит, отдать требуют…

У меня глаза на лоб полезли. Это что ещё за новости?!

Я же им письмо написала, успокоила. С чего они вдруг решили, что я тут в заложницах томлюсь?

Что ж, по крайней мере, это не Ольвейг. И то уже хорошо! Со своими Рысями я как-нибудь разберусь. Надеюсь…

Вот теперь я подскочила бодро, готовая бежать предотвращать международный конфликт. Ведь всего-то и требуется от меня — живой и невредимой предстать пред очами послов и заявить во всеуслышание, что здесь я добровольно, как гостья.

Ну и… ещё… немножечко жена.

Но это мы лучше с Аррденом чуть позже обнародуем.

Мы вышли из моих покоев все вместе — молчаливый воин впереди, потом я, следом тот, что со мной говорил. Ну прямо конвой! Неприятное ощущение.

Я передёрнула плечами. Всегда не любила, когда кто-то стоял или шёл за спиной. Но сейчас дело было даже не в этом.

Моя тревога всё нарастала, пульсировала, стучала молоточками в висках…

— А Ильд где? — зачем-то спросила я.

— Там же… с князем, — долетело мне в спину.

Я притормозила и обернулась… С языка так и просилось — а Лис-то каким боком там? Хотя… может, он остался охранять Аррдена… от неадекватных южных послов.

Воин вскинул брови в немом вопросе. А я вдруг замерла, не дыша, глядя на него…

Моя перепуганная насмерть интуиция уже не стучала, а вопила, как сигнализация.

Взгляд скользнул по рослой широкой фигуре, прикидывая, если у меня шансы проскочить мимо этого шкафа, если сейчас отскочить в сторону и поднырнуть ему по руку.

И тут же поняла, что шансов нет…

Просто внезапно разглядела брызги ещё не засохшей крови на рукаве этого мужика.

За спиной у меня раздались шаги, я затравленно оглянулась… Там откуда-то нарисовалась ещё парочка незнакомых качков в доспехах княжеской дружины.

Решение созрело моментально — перекинуться в рысь! Пусть они попробуют изловить дикую кошку!

Но только сделать это я не успела. Жёсткий удар по затылку, сначала рассыпался в моих глазах тысячей слепящих искр, а потом погасил свет.

Я пошатнулась и рухнула вперёд.

Последнее, что успела ощутить, до того как отключилась окончательно, подхватившие меня чужие грубые руки.

Белый свет хлёстко ударил по глазам, и я непроизвольно зажмурилась.

А ведь мне с таким трудом удалось разлепить веки…

В голове гудело, виски ломило, словно их сдавили тисками. А ещё тошнило. И при этом трясло и покачивало, отчего тошнило ещё сильнее. Просто пытка какая-то!

Нужно было срочно понять, какого чёрта происходит… Вот за этим я и открыла глаза.

Вокруг так темно, что я с трудом могла что-то различить. А ещё холодно, жёстко и очень неудобно. Вдобавок занемевшие запястья ныли так, что хотелось скулить.

Повозившись немого, я умудрилась-таки принять более удобное положение и оценить обстановку.

Что ж…

Поводов для радости не нашлось. Ну, разве что… я до сих пор жива, это уже хорошо.

Первое, руки связаны, да так умело и надёжно, что сам Гудини бы не выпутался. Второе, меня куда-то везут. Бросили прямо на пол в санях.

Приподнявшись, я с трудом заползла на холодную скользкую лавку. Не сказать, что она значительно лучше пола, но всё-таки… Тут хотя бы чуть светлее и теплее.

Эти сани сильно отличались от тех, на которых мы с комфортом ехали в Снежень. Никакого обогрева и мягких сидений. На полу снег лежит — не тает.

Неудивительно, что всё тело лихорадило, ведь меня утащили в одном платье.

Как у этих гадов получилось умыкнуть меня сначала из княжеского замка, а потом, очевидно, из города тоже, ума не приложу.

Судя по всему, Аррден был прав, когда говорил, что в столице доверять никому нельзя. Нашлись в его окружении предатели. Скорее всего, Ольвейг подкупил этих качков из дружины, от которых мне и прилетело по голове. Или же того хуже — подменил людей Арда своими. В этом случае, очень тревожно за парней, стоявших в карауле. Особенно, если вспомнить кровь на рукаве прислужника Ольва.

Спрашивается, почему я так уверена, что за всем этим опять стоит мой бывший?

Не знаю, но вот могу поспорить, на что угодно!

Спорить не пришлось даже с самой собой…

Сани вдруг притормозили, дверца распахнулась, солнце, отразившееся от белого ковра снега, ударило по глазам. Я болезненно поморщилась от слепящего света. Но его тотчас закрыл собой высокий тёмный силуэт. Знакомый такой силуэт…

Через миг лавка напротив меня жалобно скрипнула под виновником всех моих бед. Разумеется, это был Ольвейг, собственной персоной.

Женишок оскалился в кривой улыбке, сразу испортив свою смазливую рожицу.

— Ну, как ты тут, красавица моя? — язвительно выдал этот козёл. — Головушка светлая не болит? Не переусердствовали соколы мои, не окочуришься? Ты мне живая нужна, краса моя ненаглядная! Пока ещё нужна…

— Сволочь! — процедила я, отползая от него подальше, в уголок.

Ждала, что ударит, но князь только скривился ещё злее.

— Ух, ярла… где только слов таких нахваталась? Разве так можно, ненаглядная моя? Или ты по жениху своему любимому не соскучилась?

— Ага, соскучилась, как по прошлогоднему снегу. Я тебя даже не знаю. Ты для меня чужой. Я же говорила, что всё забыла, — пробурчала я.

Не знаю, может, не стоило ему такое говорить. Наоборот, надо было влюблённой прикинуться, потянуть время. Но это слишком уж противно, и без того тошнит, а тут ещё этот…

Да и бесполезно. Ольв — мерзавец, но не дурак. Он всё прекрасно понимал. И его дальнейший выпад в мою сторону это только подтвердил.

— Зато братец мой сразу своим стал, да? — Ольвейг подался вперёд, ощерился, как зверь. — Я гляжу, ты с ним быстро поладила. Ещё бы… Ярл-князь — это ведь куда лучше, чем какой-то там князёк Замка Ветров! Я-то думал, ты меня ждёшь, о свадьбе мечтаешь, а ты, дрянь продажная, уже к брату моему в опочивальню прошмыгнула! Ох, не зря мне тогда померещилось, что как-то он на тебя смотрит… этак… Подумать только, — Ольвейг покачал головой, — даже не верится, что ты моего братца окрутить смогла! Он же — дурень — всё о чести радеет, он у нас весь из себя такой благородный, скорее умрёт, чем предаст. Как ты так его, а? И ведь меня ещё поучал, подлец такой! А сам… чужую невесту присвоил, и ничего. Молодец, Хельга, молодец! Прямо горд я за тебя! Жаль, плодами своей хитрости попользоваться не успеешь…

— Только не делай вид, что я тебя смертельно обидела и разбила твоё сердце! — я в долгу не осталась и капнула свою порцию яда. — В твою любовь ко мне я никогда не поверю.

— Любовь… — презрительно поджал губы мой бывший жених. — Придумаешь же…

Он покачал головой, а потом его перекошенное злобой лицо внезапно оказалось прямо перед моим, а жёсткие пальцы больно впились в горло. У меня и так всё в глазах плыло, а сейчас и вовсе потемнело.

— Мне не нужна никакая любовь! А вот ты была нужна… Ты — моя, моя женщина. Никто не смеет отбирать то, что принадлежит мне! Никто не смеет пренебрегать мной, никто не смеет отказывать мне! Так что… твоя измена меня очень сильно разозлила, да.

Взгляд синих глаз стал совершенно безумным. Вот сейчас я испугалась всерьёз — он точно меня живой не отпустит.

Словно подтверждая мои опасения, Ольв прошипел:

— Свернуть бы тебе сейчас твою белую шею…

— Так чего ждешь? Давай! — с вызовом прохрипела я. — Хоть смотреть на тебя не придётся…

Он ослабил хватку и резко отстранился.

— А ты не переживай, смотреть тебе недолго! Нам ехать недалече. Скоро на месте будем. Нужно успеть, пока тебя не хватились, пока твой Волк на поиски не бросился… Но ты зря на помощь не надейся! У него там сегодня посольство из соседних земель засело, это надолго. Так что мы всё успеем. В этот раз всё будет по-моему! — он торжествующе усмехнулся. — Я слишком много сил потратил на всё это. Отступать поздно… Да, не спорю, надо было убить тебя ещё там, в Волчьем лесу… Убить и подбросить поближе к Снежному Замку. Этого бы хватило, чтобы заставить Рысей подняться против ярл-князя. Твой народ пришёл бы мстить за свою ярлу, а я за свою невинно погубленную невесту. И вскоре на престоле в Снежени уже сидел бы новый ярл-князь, Ольвейг Серебряный Волк… Это было бы проще, гораздо проще. Но нет, мне этого показалось мало… Ты нужна была мне живой, и как же это всё усложнило…

Все эти странные недомолвки и намёки пугали до дрожи. Хотя я и без них понимала, что от этого чудовища без совести и сердца не стоит ждать ничего хорошего.

— Зачем я тебе? — не выдержала я, с опаской посматривая на этого гада. Не по себе от его тона. — Что ты затеял?

— О-о-о… Всего лишь жениться на тебе, моя красавица, — оскалился в ухмылке Ольв. — А потом… вырезать твоё неверное сердце…

Видимо, я побледнела. По крайней мере, ужас в моих глазах, Ольвейгу явно понравился. Он самодовольно ухмыльнулся.

— Что? Всё ещё не понимаешь, да? Гадаешь, зачем мне всё это?

Я медленно кивнула.

— Ладно… Слушай, — охотно кивнул этот псих, — пока у нас есть время. Всё равно ты это уже никому рассказать не успеешь.

Ох, мама дорогая! Приплыли…

Я всегда считала полным бредом, когда в фильмах злодеи, перед тем как прикончить героя, начинали пафосно хвастаться своим гениальным планом.

Но, похоже, сейчас намечалось как раз вот такое дешёвое шоу. И я, если честно, этому была только рада. Пока он всё изложит, точно не убьёт, а там, глядишь, и подмога подоспеет в лице моего Снежного Волка. По крайней мере, я очень хотела в это верить. Ведь больше мне надеяться не на кого.

— На твой обоз напали мои люди, — начал Ольвейг, — думаю, об этом вы с Аррденом уже догадались. Только доказать не по силам оказалось… Да? А всё просто… Я нарочно задержался в дороге в тот вечер. Не думай, что я тебя не ждал! О, я готовил тебе жаркую встречу! Да только не на границе, а в Волчьем лесу. Я знал, что вы туда свернёте, ведь того проводника тоже подослал я. И даже буран… Ну, ты же знаешь, ветра — моя стихия… Тяжело мне это далось, почти все силы истратил, но зато какая вьюга разыгралась. Не попади вы в ненастье, могли бы и от моего провожатого отказаться, и догадаться, что дорога ведёт не туда, и миновать западню, которую я так тщательно готовил. Но всё сложилось удачно…

Ольвейг улыбнулся совершенно безумной улыбкой. А я слушала с ужасом его разъяснения — это сколько же подлости в этом человеке, сколько цинизма!

— Однако потом… тебе удалось как-то выскользнуть из окружения моих людей и затеряться в лесу. Они клялись, что ты просто исчезла, растворилась в завесе пурги. Они продолжали искать, но ты пропала бесследно. А потом… когда они ещё раз вернулись к саням, вдруг обнаружили тебя там… Но тут, как назло, откуда-то явился мой брат, будь он проклят! И прогнал моих волчат. Я был уверен, что тебя он забрал с собой, когда мне об этом доложили, те двое, кто выжил в драке с Аррденом. Но только на следующий день, в замке, Аррден и бровью не повёл, сделал вид, что в глаза тебя не видел. Я, конечно, не поверил, но брат слегка сбил меня с толку. Я от него такого не ждал. Знаю ведь, что он честен до глупости. Я не знал, что думать…

Я закусила губу, чтобы не улыбнуться невольно. Поводов для веселья у меня не было, но всё-таки приятно осознавать, что тактика Арда сработала и выбила Ольвейга на время из колеи.

— Спросишь, зачем все эти сложности? — меж тем продолжал разглагольствовать злобный гений. — Как я уже сказал, я хотел, чтобы ты пропала в землях моего брата, и все подозрения пали бы на него, а до меня ты… просто не доехала. И я, убитый горем жених, бросился на твои поиски, обнаружил следы боя неподалёку от Снежного Замка и твои сани прямо там, во дворе. Аррден ведь любезно согласился их у себя оставить на время. Чем не доказательство? Оставалось лишь подбросить к нему поближе твоё бездыханное тело. И… быть новой войне, междоусобице во имя отмщения. А уж потом я, как брат ярл-князя и твой жених, прибрал бы к рукам и земли Снежного Волка, и Огненный Замок, и стал бы править безраздельно. Так нужно было сделать… Но я приказал тебя захватить живой. Это и было моей ошибкой. «Бездыханное тело» — самое важное в моей затее, успело исчезнуть бесследно… А всё моя проклятая жадность! Мне мало было земель и власти, я хотел ещё и твою Силу заполучить.

— Силу? — обескураженно переспросила я.

— Да, тут узнал я от одного жреца, что служит в святилище Чёрной Лисы, оказывается, Силу Рода можно забрать у другого. Вернее, у другой. Муж и жена, проходя ритуал в огненном круге, становятся, по сути, единым целым. И, если после заключённого брака один из супругов… умирает, то его магию принимает живой супруг. Только умереть, чтобы всё получилось, жена моя должна была не своей смертью, а с помощью особого ритуала. На камне алтарном, от моей руки… Огненная Рысь для этого лучше всего годилась. Взяв тебя в жены и принеся в жертву, я обрёл бы способность обращаться не только в волка, но ещё и в рысь, а самое главное — мне покорилась бы стихия Огня. Пламя и ветер — о, с такой силой, я стану непобедим! А ещё этот ритуал продляет жизнь и помогает сохранить молодость. Всё, что должна была прожить ты, проживу я… А потом можно найти себе новую жену, и ещё немного продлить свои дни… — мечтательно закатил глаза Ольвейг. — Вот поэтому я и не убил тебя сразу. Но брат не дал мне довершить начатое. Спрятал тебя в своём логове. Однако, всё поправимо. Теперь я наконец-то это сделаю. Знаешь, куда мы путь держим?

Я ничего не ответила. Я просто молча смотрела на этого… Его и человеком-то назвать нельзя! Как же можно превратиться в такого монстра? Да ещё так, что никто и не подозревал об этом — ни Ард, ни Хельга.

— Мы едем в святилище Чёрной Лисы, там мы пройдём свадебный ритуал, а потом, — он склонился ко мне ближе и плотоядно облизнулся, а я брезгливо отпрянула, — я возьму тебя прямо на алтарном камне, ведь всё должно быть по-настоящему. Жена так жена! Я заставлю тебя стонать подо мной и молить о пощаде! А когда наиграюсь вдоволь, вырежу тебе сердце и заполучу всю твою Рысью магию. Ну и… потом дело за малым — подкинуть твоё изувеченное тело обратно Аррдену. И сделать так, чтобы его нашли… И желательно при каких-нибудь послах или знатных гостях. Вот тогда уже точно братец не отвертится! И пожар войны вспыхнет… А то я ведь, после того как всё сорвалось, даже решился уже иначе до междоусобицы дело довести. Хотел от брата избавиться, да обставить так, будто это твои Рыси на него напали. Думал, раз Огненные Земли не удалось на Снежные натравить, пусть тогда Волки на Рысей войной пойдут. Сколько золота Чёрным Лисам ради этого отдал, а они всё провалили… А знаешь почему? Знаешь… Ты же, дрянь, и там всё испортить смогла — пронюхала откуда-то и предупредила! Ну, ничего… Сегодня я своего добьюсь!

— Какая же ты мразь! — я в полнейшем шоке покачала головой.

Конечно, мы уже догадывались, кто всё это затеял. Но теперь, когда мне стали известны все подробности… Ладно, я — Ольвейг никогда не любил Хельгу, ярла была лишь средством достижения цели, но Аррден! Это же его брат, друг, ярл-князь, в конце концов.

Мне так захотелось вцепиться в мерзкую физиономию Ольва. О, мама дорогая, неужели мне когда-то казалось, что этот урод красив?! Сейчас я жаждала порвать в клочья эту ухмыляющуюся надменную личину.

Я заёрзала, изо всех сил пытаясь вызвать магию своего Рода, обратиться в дикую кошку, избавиться от пут и вцепиться в него когтями и клыками.

— О, нет, даже не пытайся! — захохотал Ольв. — Это особые верёвки, Хельга, заговоренные. Они удерживают не только твои руки, но и твою Силу. В этот раз я всё предусмотрел, моя дорогая невеста.

— Всё предусмотреть невозможно, — хмыкнула я злорадно.

О том, что я уже вышла за Аррдена он точно не знал, иначе бы не было сейчас этого разговора, меня бы просто сразу отправили на тот свет.

Вскинув дерзко подбородок, я процедила Ольвейгу в лицо:

— Я не стану твоей женой. Ни за что и никогда. Клянусь! А ты… уверена, что сегодня ты сдохнешь… ещё до заката…

— Не пугай, не боюсь! Станешь, моя красивая, станешь! Никто тебя и спрашивать не будет.

Сани резко дёрнулись и встали.

— О… Кажется, мы приехали…

С язвительной ухмылкой Ольвейг распахнул дверцу и буквально выволок меня из саней. Я упиралась, как могла, кусалась, брыкалась. Правда, после удара по голове, у меня и сил-то не осталось. И всё-таки я пыталась. Пусть сейчас я в обличии девицы, в душе я всё равно Рысь!

Но на помощь гадёнышу подоспела его свора. Двое высоченных приспешников Ольва, схватив меня под руки, потащили к тёмной избе, погребённой под слоем снега и больше похожей на большой сугроб. Она стояла прямо посреди леса, никаких больше строений я не увидела, лишь узкая заснеженная лента дороги петляла между деревьев.

Я успела заметить, что сани сопровождало не меньше дюжины воинов. Сейчас дружина Ольвейга осталась снаружи, а меня втолкнули в тот самый домишко.

Я огляделась и нервно сглотнула.

Изба оказалась не избой…

Святилище. Но какое-то странное. У меня по спине пробежал озноб. Захотелось втянуть голову в плечи…

Здесь тоже в центре сиял круг огня. Только на месте тотемных столбов возвышалась лишь одна единственная фигура из мрачного чёрного камня — Лиса.

А у подножья идола лежала огромная, в рост человека, тёмная плита, изукрашенная вязью рун. И я сразу вспомнила дурацкие ужастики, где на таких вот гранитных глыбах какие-нибудь злобные маги приносили в жертву бедных невинных дев…

— Да стой ты спокойно, хватит змеей извиваться! Всё равно не поможет, — зашипел Ольвейг и дёрнул меня изо всех сил за волосы.

Я зажмурилась от боли, но даже не пискнула. Нет уж, слёз моих он не увидит. И смирения не дождётся. Не собираюсь я покорно ждать своей участи.

Жрец уже начал свадебный ритуал, возносил молитвы Чёрной Лисе, возлагал жертвоприношения. На этот раз зерном и огнём не обошлось. Я с отвращением смотрела, как этот изувер убил и выпотрошил у подножья тотемного столба курицу.

«Вот и меня скоро так…» — мелькнула предательская мысль, и я задёргалась ещё интенсивнее.

Всё это время Ольвейг крепко держал меня внутри огненного круга, вцепившись одной рукой, как клещ, в плечо, а другой — в мою густую косу. Но я, не обращая внимания на боль, отчаянно вырывалась, пиналась, брыкалась и всячески мешала процессу этой нелепой церемонии.

Судя по всему, близился тот самый роковой момент произнесения клятв.

И я уже мысленно похихикивала — злорадно и нервно. Интересно, как этот гад намерен заставить меня произнести хоть слово? Нет уж, я скорее умру, чем пообещаю быть верной женой этому чудовищу.

Да и, вообще… не могу я это сделать. Может, так и сказать этому уроду прямо сейчас: «Прости, красавчик, ты опоздал, я уже замужем за твоим братом! Обломись! План захвата мира провалился».

Нет, пока рано, рано… Нужно потянуть время, ещё немного…

А потом придёт мой Ард, и шкуру сдерёт с этого шакала.

Несмотря на своё отчаянное положение, я продолжала верить в это, ждала, надеялась, не позволяла себе усомниться — знала, мой любимый непременно отыщет меня и спасёт! Иначе и быть не может!

Только вот… похоже, моё время истекло…

Жрец подошёл к нам ближе.

Я только сейчас рассмотрела его жуткое лицо — он всё больше спиной ко мне стоял. С таким гримом надо в ужастиках сниматься. Чёрные полосы расползались по его лицу как боевой раскрас. Он сосредоточенно бормотал ритуальные слова и вдруг замолк изумлённо.

Ольв тоже дёрнулся нервно, чуть ослабил хватку, отпустил мои волосы.

И, склонив голову, я сразу всё поняла…

Огонь в ритуальном кольце внезапно погас. В избе стало сумрачно.

В напряжённой тишине я слышала лишь испуганный стук своего сердца.

Жрец нахмурился, опустился на колени и, подхватив свечу, снова поджёг ритуальный круг. Но огненное кольцо вспыхнуло лишь на пару мгновений, и вновь погасло.

— Что это ещё такое?! — зарычал Ольвейг.

— Похоже, Великие против вашего союза… — смущённо пожал плечами жрец, неспешно поднимаясь с колен.

— Что? — ещё злее завопил Серебряный Волк. — Они против? Против?! А мне-то какое дело до этого? Эта девка должна стать моей сегодня же! Я ждать не собираюсь. Я тебе не за это заплатил. Заверши ритуал! Немедленно!

— Но… я не могу… Это воля Великих! — развёл руками жрец, попятившись от разгневанного князя.

— А ты смоги! — зашипел Ольв.

— Но как? Священный огонь не принимает этот брак… Я здесь бессилен, — попытался оправдаться старик.

— Должна быть тому причина… — нахмурился, чуть остыв, мой женишок.

— Да… Но как её узнать? — жрец пожал плечами, почесал затылок и нерешительно выдал: — А… если… твоя невеста, князь… уже замужем?

— Как это? — поперхнулся своим вопросом Ольв.

— Великие никогда не примут брачные клятвы, если женщина уже дала их другому… — нехотя пояснил старик.

Ольвейг развернулся ко мне и натолкнулся на мой торжествующий взгляд. Я смотрела прямо, смело, с вызовом!

И он всё понял…

Ох, и перекосило же рожу этого гадёныша! Ради этого мгновения, стоило оказаться здесь. Ещё немного, и Ольвейга удар бы хватил! Но, увы, такого чуда не случилось.

— Ах ты, дрянь! — заревел князь, будто он медведь, а не Волк. — Да как так?! Когда?!

— Зачем откладывать свадьбу, если двое любят друг друга… — философски протянула я с издевательской улыбкой.

Взревев ещё громче, он бесцеремонно швырнул меня на пол, выскочил из круга, метнулся по святилищу, словно взбесившийся зверь.

Я, стиснув зубы, кое-как приподнялась и, стоя на коленях, не сводила взгляда с этого мерзавца. Вот прямо ждала новой гадости с его стороны!

И Ольв оправдал мои худшие ожидания.

— Ничего! Мы всё равно доведём ритуал до конца, — оскалился злыдень и стремительно метнулся ко мне, грубо подхватывая с пола. — Пусть не жена, но невестой она мне была, какие-то связи всё равно остались… Может, и не получу всю Силу, но что-то мне точно перепадёт! Любая жертва даёт Силу, так ведь?

— Да… — неуверенно начал жрец. — Но, возможно, ничего не выйдет…

— Пусть так! Я ведь ничего не теряю… — невозмутимо пожал плечами Ольвейг, покосился на меня. — Кроме одной неверной девки. Давай же, начинай!

Да уж, такого даже я не ожидала! То есть, иллюзий, что меня отпустят с миром, я, конечно, изначально не питала. Но этот ненормальный превзошёл сам себя в бессмысленной и бессердечной жестокости.

Нужно было что-то делать. Причём немедленно… Больше не получится тянуть время.

Если бы я могла использовать магию своего Рода, если бы…

Да, Род этот не мой, а настоящей Хельги, но я уже срослась с ней, я теперь тоже Рысь, кошка дикая…

А Рыси не сдаются!

Справедливый гнев вскипел во мне, как лава в жерле вулкана. Этот гад хочет меня убить, из-за него уже погибло столько людей, он погубил свиту Хельги, он желал смерти тому, кого я люблю всем сердцем, так неужели ему это сойдет с рук?! Я не могу этого допустить!

«Мать-Рысь, прошу помоги мне, прошу! Дай мне Силу! Во имя всех, кого уже погубило это чудовище и кого ещё может погубить! Прошу, помоги мне!»

Меня обдало таким жаром, словно моя кровь закипела, будто в груди у меня разгорелся костёр. В глазах полыхнуло.

Огненный круг внезапно загорелся вновь, взметнулись языки пламени выше моего роста.

А потом я увидела, как вспыхнули мои руки. Настоящий огонь лизал мои ладони и предплечья, но я не чувствовала боли, лишь жар и какой-то свирепый дикий азарт наполняли меня.

Веревка моментально вспыхнула, и мои заговорённые путы пеплом осыпались к ногам. Похоже, Ольв и тут просчитался — моя магия оказалась посильнее его чар.

Всегда говорила, не надо злить женщину!

В следующий миг моё ручное пламя метнулось в сторону Ольвейга, и князь с воплями отшатнулся, схватившись за обожжённое лицо.

Огонь тотчас угас. А я, не теряя времени, бросилась к спасительному выходу.

Вот только дверь была заперта…

Наверное, я смогла бы её открыть, но на это требовалось время, а как раз его у меня и не было.

Едва я схватилась за хитрый замок, как рядом со мной в дерево хлёстко вонзилась короткая стрела, только щепки прыснули в стороны.

Обернувшись в ужасе, я увидела в руках Ольвейга смертоносное устройство, похожее на небольшой арбалет. Вторая стрела сорвалась незамедлительно.

Я прыгнула в сторону, прямо в воздухе перекидываясь в рысь. И только кошачья ловкость уберегла меня — едва не схлопотала стальное жало в бок. Я метнулась по святилищу, уходя от новых выстрелов Ольвейга.

Вот же невезуха! У них тут арбалеты очередью стреляют, как из автомата, что ли? Где он его взял, вообще?

Поразмышлять об устройстве псевдосредневекового оружия у меня сейчас не было возможности. Нужно было спасать свою меховую шкурку.

Но как? Ведь здесь даже спрятаться некуда, а единственная дверь на замке.

Ольв, в конце концов, загнал меня в дальний от входа угол, поднял снова оружие…

Я не могла отвести глаз от острия наконечника, который через секунду должен вонзиться в меня, и от ещё более колючего взгляда Ольвейга, которого бесполезно молить о пощаде.

Я-Рысь прижала уши, зарычала, готовясь к прыжку. Если уж умирать, то попытаться достать и этого…

В тот самый миг, когда я уже малодушно распрощалась с жизнью, что-то ударило в дверь с такой силой, будто в неё врезалась со всего маха гружёная фура. Хитрый замок отлетел прочь, створки распахнулись с треском.

И на пороге появился он!

Пришёл спаситель мой! Мой герой! Мой храбрый рыцарь! Мой непобедимый Волчище!

Я могла бы бесконечно петь дифирамбы любимому князю, но дальше всё разворачивалось так стремительно и невероятно, что поэтический настрой мне сбили.

Аррден ворвался в святилище, словно матёрый хищник, хотя пока он был в своём человеческом облике. Но я даже в дальнем углу ощутила исходящую от него волну гнева, опасности, ярости. И порадовалась, что не я объект этой агрессии.

Ард вскинул руку, из-за его спины, с улицы, налетел порыв ураганного ветра, принёсший огромные комья снега. Вся эта белая взвесь потоком обрушилась на Ольвейга, смела его, сбила с ног, швырнула в стену.

Но Ольв тотчас подхватился, тряхнул головой и ответил Аррдену не меньшим по мощности залпом. По сути, Сила обоих братьев была схожа: один повелевал ветрами, другой — снегом. Но сейчас, атакуя друг друга, они смешали обе стихии, и внутри избушки началось настоящее светопреставление. Безумная круговерть снега и ветра загасила огонь.

Меня впечатало в стену. Я уже перекинулась обратно в человека, сжалась, пытаясь уберечь лицо от хлёстких порывов студёного ветра, но при этом не могла не смотреть.

Братья продолжали терзать друг друга силой своей магии, но не один из них не уступал другому.

В какой-то миг Аррден смог-таки подобраться ближе и набросился на Ольвейга с мечом. Зазвенела сталь, высекая искры…

Это было поистине страшно! Я закрыла себе рот ладонью, чтобы случайно несдержанным криком не отвлечь любимого от поединка. Но каждый раз, когда льдистое лезвие почти касалось его, я до боли кусала губы.

А потом и мечи отлетели в сторону, и по заснеженному полу, сцепившись клубком, покатились два волка — светло-серый и чёрный. От рычания и клацанья зубов у меня стыла кровь, они вгрызались друг в друга беспощадно. Алые капли бисером разлетались в разные стороны.

Я кинулась к брошенному арбалету, пару секунд разглядывала его в недоумении, потом всё-таки сообразила, куда там нажимать, но выстрелить так и не решилась. Волки метались по святилищу, как молнии, и так стремительно менялись местами, что я боялась попасть ненароком в Арда.

Но я-таки нашла применение арбалету, когда увидела, как, обойдя дерущихся князей по краю, к выходу трусливо устремился жрец Чёрной Лисы. Почти без раздумий я выстрелила и попала беглецу в ногу. Тот пошатнулся, с криком осел на пороге, и тут очень вовремя на крыльце показался Ильд. Лис сгрёб жреца за шиворот и выволок на улицу.

Только сейчас я отвлеклась от княжеского поединка в святилище и поняла, что снаружи тоже кипит бой.

Крики, шум, лязг оружия…

Дружина Аррдена билась с людьми Ольвейга, как и сам ярл-князь бился с подлым предателем.

Я даже успела рассмотреть, как один из врагов напал со спины на Рыжего, но тот не дремал, встретил недруга боевой секирой. Я не сомневалась, что Лис выйдет победителем из драки… Жаль лишь, что его снова отвлекли, не дали прийти на помощь Аррдену.

А моему князю помощь бы точно не помешала.

Ольвейг отлетел в мою сторону, перекинулся в человека и подло ударил Силой Ветра. Арда швырнуло в стену, приложило так, что он не смог сразу встать.

Пользуясь моментом, я выстрелила, но Ольв дёрнулся, словно почуяв опасность, и стрела прошла мимо.

А потом…

Он оказался рядом так быстро, что я не успела ещё раз нажать на спусковой механизм, арбалет вылетел из моих рук от его удара. Цепкая рука впилась в меня мёртвой хваткой, рванула к себе.

А ещё через секунду я замерла, не дыша, потому что в мою шею практически вонзилось царапающее кожу холодное лезвие.

Стало вдруг очень тихо.

— Вот и всё! — прохрипел у меня над ухом Ольв.

И я поняла, что да, он прав, это конец. Сейчас даже самое незначительное движение могло для меня закончиться смертью, стоит Ольвейгу надавить чуть сильнее, и его нож перережет мне горло.

Аррден вернул себе человеческий облик, медленно поднялся с пола, не сводя с нас глаз. Он, кажется, тоже дышать перестал, как и я. А уж этот взгляд я никогда в жизни не забуду. Если, конечно, будет у меня та жизнь…

— Отпусти её! — хриплым шёпотом начал Аррден.

— Отпустить? — глумливо передразнил Ольв. — А… пожалуй, и отпущу! Только и ты будь добр, кое-что сделай для брата!

— Чего ты хочешь? — Ард сейчас, кажется, одним только взглядом мог убить.

— Дай мне слово! Слово ярл-князя… Поклянись… — я по голосу слышала, как ухмыльнулся Ольвейг, сжимавший меня так, что не продохнуть. — Клянись, что меня не тронешь! Поклянись, что не убьёшь, не покалечишь и отпустишь!

— Клянусь! — мгновенно отозвался Аррден. — Уходи! Отпущу и мстить не буду, только Хельгу не трогай!

— Э, нет, рано прощаться… Это ещё не всё! — фыркнул Ольв. — Клянись, что и сейчас меня не убьёшь, и потом тоже! И не только сам, но и приказа такого никому не отдашь! А то знаю я эти хитрости клятв…

— Клянусь, честью Рода Снежного Волка клянусь! Я не ищу лазейку, Ольвейг. Мне не нужна твоя жизнь, мне нужна моя женщина! Отпусти её!

— Х-м-м… — Ольвейг словно размышлял, а стоит ли верить обещаниям брата. — А мне вот… твоя жизнь нужна… Ты не просто отпустишь меня… Ты отдашь мне свою власть. Отныне я буду править в Зимени. Клянись прямо здесь и сейчас, в святилище, перед Великими, что уступишь мне престол ярл-князя!

Аррден судорожно вздохнул, на миг опуская взгляд.

Нет, этого нельзя допускать! Нельзя!

Я попыталась снова вызвать магию огня. Опалить пламенем эту сволочь, что смеет так низко шантажировать моего Арда. Но едва по телу стал растекаться знакомый жар, как лезвие кольнуло сильнее, так что я вскрикнула, чувствуя, как по коже скатывается тёплая капелька.

— Не смей, девка! Убью! Не лишай меня власти!

Аррден вновь вскинул испепеляющий взгляд, скрипнул зубами и словно выплюнул:

— Пусть будет так! Клянусь перед ликом Великих, клянусь Родом Снежного Волка, что отдам тебе власть над всей Зименью! Отныне ты — ярл-князь. И никакого зла против тебя я никогда не учиню и других о том просить не буду.

Внезапный порыв ветра подхватил с пола горсть снежинок, закружил их, унося под потолок.

— Вот и всё! — снова хмыкнул Ольвейг, его хватка ослабла. — Ты видел, брат? Великие приняли твою клятву. Так и ты не забывай о ней и не смей нарушать!

— Отдай Хельгу! — процедил Ард с каменным лицом.

Он всегда был суров и сдержан, но сейчас лицо любимого напоминало маску, высеченную из белого мрамора.

— Забирай! — издевательски хмыкнул новый правитель Зимени и толкнул меня в спину.

Я бы, наверное, не устояла на ногах, но Аррден уже подскочил ко мне, поймал в надёжные, крепкие объятия и стиснул так, что меня бы сейчас и сотня Ольвейгов из его рук не вырвала. Его сердце стучало так громко, так надрывно, что мне хотелось разреветься.

Но я лишь всхлипнула, пряча лицо на его груди:

— Прости меня!

Честно, мне казалось, что это кошмарный сон, и сейчас мы все проснёмся.

Ну, не может всё закончиться так несправедливо!

Как мне теперь жить, зная, что ради меня Арду родную землю пришлось отдать этому исчадью?! Мой князь лишился всего, чем жил многие годы. Да Аррден меня возненавидеть за это должен! Разве я стоила таких жертв?

А он вместо этого стиснул ещё крепче, поцеловал в волосы, шепнул с горечью:

— Ну что ты говоришь?! Это ты прости! Я тебя не уберег, — он вздохнул тяжело. — Пойдём отсюда!

Больше не глядя на самодовольное лицо Ольвейга, мы развернулись и, поддерживая друг друга, устало побрели к выходу.

Я только сейчас заметила, что у двери, привалившись к косяку, стоял Ильд. Молча, с каменным лицом, наблюдал всю эту картину. А сейчас не выдержал, развернулся и вышел.

На душе было пакостно, сил совсем не осталось. Я выжила чудом, но даже радости не чувствовала. Слишком дорогой ценой досталось нам моё спасение.

Но ничего уже не изменить. Главное, мы живы, мы вместе, и это никто не изменит. Даже мерзкий Ольв!

И вдруг за спиной раздалось насмешливое:

— Клятвы и обещания — это хорошо, но гарантии всё-таки надёжнее…

Мы развернулись синхронно, уже чувствуя подвох. Одновременно с этим сорвалась очередная стрела с арбалета в руках Ольвейга.

Увернуться от неё я бы не успела. И Ард тоже.

А вот принять удар на себя и встретить смертельную опасность собственной грудью успел метнувшийся вперёд чёрный волк.

Как Ард умудрился перекинуться так быстро — не знаю, это просто чудо. Как чудо и то, что он успел закрыть меня собой, как чудо то, что он остался жив, ведь стрела вонзилась ему плечо.

Он заскулил и рухнул на пол.

Я с отчаянным криком рухнула на колени рядом с ним, ведь на тот момент решила, что это конец. Это позже, много позже, я поняла, что рана не так уж опасна.

А через мгновение, чуть дальше от нас, на пол грузно рухнул… бездыханный Ольвейг. Сразу после того, как в воздухе над нашими головами просвистела секира и вонзилась в мощную грудь Серебряного Волка, опрокинув его на спину.

Ольвейг был уже мёртв, когда мимо нас стремительно прошёл Ильд, так вовремя вернувшийся с крыльца, как раз за миг до последнего вероломного удара Ольва. Лис склонился над поверженным врагом, выдернул свой топор и, даже не дрогнув, опустил его ещё раз, одним ударом лишив Ольвейга чернявой головы.

— Вот теперь… всё… — бросил Рыжий негромко.

Обернулся, скользнул взглядом по нам — Аррден уже снова был человеком, и я прижималась к его окровавленному плечу, из которого торчала стрела.

— Всё, — угрюмо повторил Ильд и судорожно выдохнул, словно у него гора с плеч свалилась.

Тишина повисла такая, что в ушах звенело.

— А сейчас, княже… — негромко продолжил Лис, не поднимая взгляда, — можешь меня покарать, как сочтёшь нужным. Казни! Я всё равно не пожалею…

— Казнить? За что же? — хмыкнул Аррден, поднимаясь, опершись на меня.

— Как за что? — скривился Ильд. — Я князя убил, брата твоего. На знатного ярла руку поднял… Такое ведь не прощается…

— Да, за такое казнят, — согласно кивнул Ард.

Они это серьёзно? Что за бредовые законы такие? Не позволю я Лиса…

Хорошо, что рот открыть успела, а возмутиться мне не дали.

— За такое казнят, — повторил Аррден и добавил: — А вот за спасение своего ярл-князя и его княгини, вроде как, награда полагается, а? Я тебе жизнью обязан. А ты… казнить… Вот же дурень! Плечо лучше подставь! Шатает меня что-то… Хеля не удержит…

С лица Лиса словно тучи сошли, взгляд посветлел…

Рыжий метнулся к нам, подхватил Аррдена под руку, я с другой стороны приобняла, стараясь помочь хоть немного, так мы и вышли на улицу, не оглядываясь больше назад.

День продолжался, солнце ещё сияло во всю, и хоть морозно было в лесу, но уже как-то по-весеннему светило, ласково.

Побоище перед святилищем тоже закончилось. Поверженные враги лежали на утоптанном кровавом снегу. Воины Арда стягивались понемногу к своему предводителю.

Звенящая благостная тишина накрыла лес.

Пора было возвращаться домой.

[1] А.С. Пушкин «Евгений Онегин»