Аспект Системы

Глава 24 Домой

— Командир, я не вижу его. И тебя не вижу. — обеспокоенно произнёс Механ.

— Значит работает. — улыбнулся я. — Капитан, может всё-таки снимешь свой чудо-шлем? Я тебе рацию хорошую дам, на время выполнения задачи. Потом вернёшь, потому что ценник у неё ого-го.

— Сколько будет действовать невидимость? — спросил Колосков, проигнорировав мое предложение. Если бы я не коснулся его руки, и не считал данные, в том числе и принадлежность к клану мартыновцев, то сейчас очень сильно забеспокоился бы. А так — ну не доверяет он мне, так и я ему то же. Поэтому…

— Уже пять минут и тридцать секунд. Какой объект берёшь на себя?

— Гарем. — хмурясь, ответил Алексей.

— Отлично. — улыбнулся я. — Значит договор — кого спасаем, того и забираем. Тебе гарем, мне работяги. Всё, я пошёл.

— Да можешь всех забирать. — послышалось ворчание нового знакомого за спиной. — У нас и так народу столько, что не знаем, чем кормить.

Дальше я не стал слушать, завернув за угол супермаркета. И тут же ускорился, чтобы не терять время даром.

Пробежал открытое расстояние до местной начальной школы, совмещённой с детским садиком, и одним прыжком перемахнул через высокий забор — раньше бы так не смог. А сейчас, не задерживаясь, понёсся к административному входу. Он сейчас был закрыт, но меня это не остановит.

Очутившись у тяжелой металлической двери, я воспользовался легендарным кинжалом — его лезвие шутя разрезало дверное полотно, вместе с замками. Потянув на себя ручку, стиснул зубы — скрип раздался такой, что мог переполошить всю округу. Эх, надо ускориться.

Небольшой тамбур, заставленный старой мебелью, и здоровенным древним сейфом по центру. Хмыкнув, я в два шага добрался до следующей двери — тоже железной. Здесь тоже пришлось срезать замок. Зато петли оказались хорошо смазаны, и обошлось без скрипа.

Дальше был короткий коридор, с двумя дверями по бокам, запертыми. Затем поворот, налево, тут же направо, и ещё один коридор, в этот раз длинный, и даже частично освещенный. По нему, навстречу мне, двигался человек. Приглядевшись, я понял, что вижу надсмотрщика — вряд ли рабу вручили бы ружьё.

В несколько шагов преодолев расстояние до бандита, я обошёл его со спины, и тут же ухватил гада левой рукой за горло, а другой сдернул с плеча оружие. Затем подбил ему ноги, и вжал небритой рожей в стену. Бандит только и успел, что охнуть.

— Сколько человек охраняют рабов?

Мой голос прозвучал спокойно, даже доброжелательно. Однако бандита внезапно начало трясти от страха.

— Т-т… т-трое.

— Трое вместе с тобой? — уточнил я.

— Д-да. Я и ещ-щё двое.

— Где они сейчас? — я начал сдавливать шею гада, возомнившего себя сверхчеловеком, но испугавшегося до заикания, когда столкнулся с реальной опасностью.

— Н-на кухне.

— А рабы где?

— З-заперты.

— Где кухня?

Остальных охранников я застал за распитием какой-то вонючей сивухи. Даже не стал разбираться и расспрашивать, обоих ублюдков прикончил сразу. Всё, что мне нужно было узнать, рассказал первый встреченный в здании бандит.

Закончив грязное, но необходимое дело, неожиданно получил оповещение о зачистке сразу двух кланов, причём в составе группы. Значит капитан уже разобрался с охраной гарема? Ну вот, одной проблемой меньше. Осталось лишь вывести людей, побеседовать с ними, и решить главный вопрос — что мне делать с Колосковым?

— Командир, вижу технику. — раздался в гарнитуре взволнованный голос Механа. — Два армейский бронеавтомобиля, кажется такие Тиграми называют. За ними вообще неизвестный транспорт едет. Весь чёрный, с орудийной башенкой на крыше. Что делать будем?

— Сиди и не отсвечивай. — приказал я. — Кита уже нашла тебя?

— Лежит в десантном отсеке. Командир, так кто это? Стоп! Надпись вижу на борту бронеавтомобиля. Мартыновец.

— Вот чёрт! Обыграл нас капитан. — нахмурился я. — Знаешь, а давай-ка ты откатись на вторую позицию, и жди там. Думаю, стрелять по мне никто не станет сразу, попробуем договориться. И будь на связи.

— Принял. — отозвался Механ, и тут же добавил: — Ты это, командир… Осторожнее будь.

— Обязательно.

Прикинув свои дальнейшие действия, я вернулся в фойе, и распахнул двери на улицу. К этому моменту действие «невидимки» завершилось, так что пришло время заняться главным делом.

Людей держали в спортзале. Там и окна выше, и решётки — не сбежишь. И плевать было бандитам, что там нет туалета и воды. Беспокоиться о благополучии рабов не входило в их планы.

Дверь пришлось вскрывать уже привычным способом — с помощью кинжала. К счастью, никто не находился слишком близко с другой стороны. Так что я срезал запоры, и потянул створку на себя. А в следующий миг поморщился от удушливого амбре, ударившего в нос. Сука, они что, не давали людям мыться?

— Хозяева пришли! — раздался женский голос, стоило мне сделать шаг вперёд. — Все построились!

— Отставить! — рявкнул я, вглядываясь в полумрак помещения. — Слушай мою команду! Сейчас все, кто в состоянии, выходят на улицу и строятся перед школой. Шевелитесь!

Мимо меня потянулись сгорбленные, угрюмые люди. Из одежды на них были какие-то обноски, залатанные во многих местах, глаза смотрят в пол, а эмоционально… Черт, мне еще не приходилось ощущать столько страха и безнадёжности за раз.

Наверное поэтому я выделил одного из бедолаг, почувствовав, что от него исходит упрямство и ненависть. Этот не смирился, не сломался.

— Ты. — я рывком вытащил из потока людей невысокого мужчину, и прижал его к стене. Церемонится сейчас не было времени, как и что-то объяснять. А этот мужик, похоже, единственный сохранил силу к жизни. — Доклад по форме. Сколько раненых и недееспособных в спортзале осталось?

— Двое. — сквозь зубы процедил человек, и поднял голову. Наши взгляды встретились, и… Воистину, никогда не узнаешь, где найдёшь, где потеряешь.

— Лёха?

— Олег?

Мы произнесли имена почти одновременно.

— Дружище, рад тебя видеть! — я сгрёб товарища в объятия. — Сука, как же рад! Думал — всё, никого из старых знакомых больше не увижу!

— Постой! — старый знакомый попытался вырваться, но куда там, против моей силы. — Ты… Как? Откуда?

— Спасать вас пришёл. — я всё же отстранился, и улыбнулся. — Черт, вот так встреча!

— Подожди! А эти… — Олег замялся. В его глазах ещё просматривалось недоверие, смешанное с надеждой. — Ну, анархисты!

— Нет их больше, сдохли сукины дети. — я хотел было хлопнуть товарища по плечу, но сдержался. — Слушай, давай попозже обсудим всё. Показывай, где там больные. Может я смогу им помочь.

Через пять минут я стоял перед строем измождённых, голодных людей, и с трудом сдерживался, чтобы не зарычать от ярости. Это ж кем нужно быть, чтобы довести своих собратьев до такого состояния?

— Дядя Арис, а правда, что вы всех злодеев убили? — раздалось возле уха.

— Правда, мелкая. — ответил я девочке, которую держал на руках. Бедняжка из-за слабости не могла стоять на ногах. Её с ещё двумя детьми нашли вчера днем, во время работы. Как они смогли одни, без взрослых, выживать все эти дни, одному Богу известно.

— Ты скажи, Алиса, лекарство, которое я тебе дал, уже помогает?

— Да, дядя Арис. Боль ушла, теперь только кушать хочется.

— Вот, держи. — я достал из подпространственного инвентаря лепёшку. — только пережевывай тщательно. Пить захочешь, скажешь.

Заняв мелкую, осмотрелся. Так, Колоскова пока не видно, как и мартыновцев. Оно и понятно, дорога перекрыта уничтоженной техникой, потребуется минут десять на расчистку. Так что время у нас есть, чтобы пообщаться. А если что-то случится… Да не, мартыновцы — нормальные, беспределить не станут.

— Граждане-товарищи, слушаем меня внимательно! — привлёк я к себе внимание. — Скоро здесь появятся представители власти из города, так что я быстренько сделаю вам предложение. Точнее — обрисую кое-какие перспективы. Вы можете отправиться в город, под защиту остатков полиции и росгвардии. А можете поехать со мной. Что вам пообещают городские, я не знаю. У меня вы получите кров, одежду, все блага цивилизации, и хорошо оплачиваемую работу. В дополнение идёт — свежий воздух, природа, и возможность самим защищаться от внешних угроз. Я всё сказал. Выбор за вами.

— Алексей, я смотрю, ты уже проводишь агитацию трудового народа? — раздался весёлый голос капитана Колоскова. Я заметил его несколько секунд назад, почти с первыми словами моей речи.

— Так точно, товарищ капитан. — улыбнулся я. И добавил: — На подъездной дороге колонна бронетехники — это ваши?

— Они самые. — ответил Колосков, останавливаясь в десятке метров от меня. За ним, сгрудившись, пристроились два десятка женщин, больше похожих на… Эх, Лёха, нехорошо так думать о людях. У них не было нормального выбора, вот и стали наложницами для анархистов.

— А фто это у дяди на голове? — спросила Алиса, продолжая жевать лепёшку.

— А это у него шлем, который позволяет читать мысли у плохих людей. — ответил я, и подмигнул капитану.

— Это хорошо. — рассудительно заявила девочка. И добавила: — Я пить хочу.

— Держи.

Протягивая мелкой фляжку с компотом, я одновременно наблюдал за тем, как в посёлок въезжает футуристического вида бронеавтомобиль. Так, похоже к нам пожаловала очень большая шишка. Ну что ж, пришло время для знакомства с мартыновцами. Надеюсь, они адекватные.

— Скажи, Аристорг, почему Система не может считать твои параметры?

Седой мужчина, представившийся мне полковником Пинчуковым, с прищуром смотрел на меня своими колючими, злыми глазами. Бывают такие люди, у них взгляд всегда злой, даже если они улыбаются.

— Ну, системное имя и статус мой вы увидели. — напомнил я. — Остальное — личная информация.

— Ну да, ну да. Статус. — полковник пожевал губами. — Глава системного поселения улучшенного ранга «Васильки». Кто название такое придумал?

— Никто. — я не сдержал улыбки. — Оно изначальное. Дачный посёлок так назывался, на месте которого основано системное поселение. Товарищ полковник, может хватит строить из себя особиста? Я вам не подчиненный, и не пленник. Думал, мы будем говорить о сотрудничестве, а тут… Детский сад какой-то.

— Детский сад, говоришь? Ну-ну. И что ты можешь нам предложить, Аристорг?

— Вы, товарищ полковник, не поняли меня. Я не заинтересован в покровительстве. Просто хочу сообща очистить нашу соту от мутантов и прочей нечисти. Чтобы мы могли спокойно развиваться. Мы — люди то есть.

— Ага, значит про соты ты уже в курсе. А когда очистим от мутантов, какими будут дальнейшие планы? — с внезапно вспыхнувшим интересом спросил Пинчуков.

— Присоединить вторую соту. Затем третью. И всё это время развиваться. Чтобы в час икс встретить гостей сильными, и при оружии.

— Думаешь, справимся с чужаками? — задал полковник очередной вопрос. — Аналитики говорят, что у нас нет шансов.

— У ваших аналитиков недостаточно информации, чтобы делать какие-то выводы. — отмахнулся я. — И вообще, предлагаю вернуться к обсуждению насущных вопросов. Освобождённые пленные меня интересуют. Готов взять бывших рабов в своё поселение. Гарем забирайте себе.

— Это с чего такая щедрость? — усмехнулся Пенчуков. — Или в твоём посёлке целибат?

— В моем посёлке от каждого по максимуму, каждому по заслугам. — ответил я. И ещё один момент. Трофеи как делить будем? По справедливости?

— Своё можешь забирать. — как-то устало ответил полковник. — Людей тоже. Жаль, что от гарема отказываешься, но навязывать не стану. Мне тут донесли, что твой посёлок находится в четырнадцати километрах отсюда. Далековато. Наверное на самом берегу?

— Почти. — уклонился я от ответа.

— Понятно. — Пенчуков поморщился. — Тогда перейдем к самому важному. Через сутки жди в гости. Уж извини, но мы — люди серьёзные, поэтому на слово не верим. Всё посмотрим глазками. Я бы прямо сейчас отправил с тобой своего человека, но ты же не согласишься.

— Почему же не соглашусь? — даже удивился я. — Говорю же, в моих планах только добрососедские отношения. Значит нужно доверять друг другу. А я, так получилось, знаю вашего главу клана, даже работал под его началом какое о время. Благодаря Валерию Михайловичу на заводе задержался, не ушёл в свободное плавание.

— Кем работал? — тут же заинтересовался полковник. Оно и понятно — у них наверняка сохранились архивы. Поднимут их, разузнают обо мне всё. И найдут рычаги давления. Ну, это они так будут думать. Так что…

— Фрезеровщиком. Третий цех, вторая смена. Бригадир — Золотухин. — я поднялся. — В общем, если хочешь дать своего человека — то не задерживайся. А мне нужно с моим напарником поговорить. Кстати, предупреди своих, чтобы не пугались. Он сейчас на трассу выкатит, на БТРе.

— Что за БТР? — вновь проявил заинтересованность Пинчуков.

— А я откуда знаю. Но не из наших, хотя и похож на восьмидесятку. В общем, давай своего человека. В идеале капитана Колоскова. Мы с ним уже нашли общий язык, всем проще будет.

— Будет тебе Колосков. — хмыкнул полковник. — Знаешь, Аристорг, странный ты. Вижу, что очень многое не договариваешь, и непоняток с тобой тоже много. Но я гнильцу за версту чую, и в тебе её нет. Думаю, у нас получится наладить контакт.

Офицер поднялся, и протянул мне руку, которую я пожал. При этом Пинчуков вдруг улыбнулся широко, и задал совершенно неожиданный вопрос:

— Как ты справился с поселением тритонидов на мосту? Мне доложили, что там осталась гигантская воронка.

— Повезло. — ответил я, с такой же широкой улыбкой на лице. — Я вообще везучий. В последнее время.

— Ну-ну. Везение, это хорошо. — подполковник первым шагнул к дверям кабинета — единственного во всей школе, где сохранилась чистота. — Пошли, отыщем Колоскова.

Дорога домой заняла больше часа. И ещё столько же мы потратили, чтобы из имеющегося транспорта соорудить «автопоезд». В итоге за бронетранспортёр был зацеплен ГАЗ-66, а уже к нему мы посадили на сцепку двухосную тракторную телегу, в которую загрузили большую часть пассажиров с трофейным добром. В планах было вернуться сюда, и забрать остальное, но это потом, сейчас имелись куда более важные дела.

Так мы и ехали — Механ за главного водителя, мой старый товарищ Олег — за рулём шишиги, капитан Колосков — за старшего в телеге, ну а я в качестве главной ударной силы, стрелком в своем же БТРе. Так же с нами, в десантном отсеке, ехали две женщины, и пятеро детей. Мелкие буквально облепили Киту своим вниманием, но хвостатая стоически терпела поглаживания и детский щебет.

Скорость передвижения была лишь вдвое выше, чем у пешехода, но я нашел в этом свои плюсы. Во-первых, у меня появилась возможность подумать. Раз за разом моё сознание прокручивало разговор с полковником, и разум пытался зацепиться за недосказанности, взгляды, мимику лица Пинчукова.

В целом, негативных впечатлений от беседы у меня не было. Чего-то такого я и ожидал. Полковник не стал сильно давить на непонятного, чересчур самоуверенного собеседника. Уверен, он уже составил мой психопортрет, и в ближайшее время меня попытаются или сломать, или купить с потрохами. Или развести, как дурачка. Что ж, кого-то ждёт сюрприз. А если не поймут, то придётся кому-то устроить проблемы.

— Командир, подъезжаем. — раздался в гарнитуре голос Механа. — У меня вопрос — где останавливаться?

— Прямо на дороге. — ответил я. — Там, на месте будем разбираться, кого куда заселять. Чёрт, опять Людмилу не предупредил, ругаться будет.

— Ничего, справится. Да и не выглядит она строгой. — подбодрил меня Механ. — Это получается, ты вовремя поднял ранг посёлка. Теперь точно всех расселишь.

— Надеюсь. — я повернулся к пассажирам: — Ну что, молодёжь, готовы к осмотру нового места жительства?

— Дядя Арис, а мы будем у тебя жить? — неожиданно раздалось в ответ. Та самая девочка Алиса смотрела на меня большими глазищами, и улыбалась. Ну слава Богу, ожила мелкая. Зелье лечения помогло, и ощущение безопасности. Эх, даже представить не могу, что пережили дети за прошедшее время. Сука ты, Система! Была бы моя воля, спросил бы с тебя за каждую детскую слезинку!

— Вы все будете у меня жить. — ответил я, неимоверным усилием воли подавив рвущуюся из груди ярость. Ярость к этому несправедливому миру. — В моём посёлке. Но давайте поговорим об этом позже. Сейчас у дяди Аристорга будет очень много дел. Нужно же каждого накормить, дать теплую чистую постель, и озаботиться, чтобы никто никому не мешал отдыхать.

— Приехали. — сообщил Механ. — Командир, нас встречают. Твои дамы в первых рядах.

— Не дамы, а помощницы. — неожиданно для себя смутился я. Чтобы скрыть это, потянулся, и открыл десантный люк. — Так, дети, выходим по одному, сразу за мной. Не спешим, не толкаемся. Кита, а ты куда, без очереди?

В ответ питомица окатила меня волной эмоций, больше всего похожей на просьбу о помиловании. Так что кошку пришлось отпустить.

— Алексей, всё хорошо? — раздалось рядом, стоило мне оказаться снаружи. Это Людмила уже подошла поближе, и внимательно осматривала меня. При этом от женщины исходила мощная волна радости, облегчения, и чего-то такого, чему я не мог дать оценку.

— Всё отлично. Вот, принимай новых жильцов. — я протянул руки, и подхватил Алису, первой пожелавшую выбраться из БТРа. — Иди-ка сюда, мелкая. Вот, знакомься, это тётя Люда. Она хорошая.

Повернувшись к своему заместителю, я нахмурился. На лице Людмилы, обычно спокойном, сдержанном, сейчас была целая гамма чувств. А в следующий миг…

— Алиса? — несколько растерянно произнесла женщина. И тут же всплеснула руками: — Алиса! Живая!

— Тётя Люда! — выкрикнула девочка, и столько радости было в голосе ребёнка, что её возглас вымел из моей головы все мысли. — Тётя Люда! Я знала, что ты найдешь меня!