А это точно боярка? Ч.2

Глава 9 Мое терпение немножко лопнуло

— Как⁈ — полузадушенно прохрипел дед, глядя на призрачного волка квадратными глазами. — Как ты посмел допустить такое, тварь⁈

Э-э-э, подождите, а почему он наезжает на Илью? Ну ни фига себе! Откуда он кнут выхватил, старый маразматик⁈ И что за намеки? Что за замашки? Это мой зайчик!

— Сидеть! — Мой громовой рык разнесся по дому так, что завибрировали тарелки в кухонном буфете. И неважно, на кого именно я рычала: на деда с кнутом, на волка, приготовившегося прыгнуть и цапнуть седого садиста, или на зайчика, покорно склонившегося под удар. Охренели все⁈

Один Саша умничка — как сидел на своем месте, так и сидит, невозмутимо читает некрономикон. Только кружку со своим кофе со стола забрал, видимо, чтобы при драке ее не опрокинули. Ой! А Лилит ему тоже глазик подбросила!

Ну и остальные трое тоже сели. Дед обратно в кресло, из которого вскочил кнутом помахать, волк у моих ног, а зайчик… ну епашмать, что еще за коленопреклоненные игры? Неужели холопы действительно должны себя так вести?

Хорошо хоть в сторонке скучковался, а не перед дедом и не у меня под ногами.

Впрочем, подобострастием от зайки совсем не веяло. Мало того, Илья умудрился на секунду поднять на меня взгляд наполненных магией зеленых зрачков. Ни грамма испуга или опасения.

— Если вы забыли, барин, напомню, что мой договор велит выбирать сильнейшего, — непонятно высказался он, снова глядя при этом в пол. Хм, а почему мне кажется, что ковер, в который он так пристально смотрит, слегка дымится?

— Сильнейшего⁈ Сильнейшего⁈ — снова начал заводиться сдувшийся было дед.

— Барышня пробудила магию. Достаточную для поступления в академию. В вас магии нет, — буквально припечатал Илья.

— Кто пробудил, эта кукла⁈ Что за чушь⁈ Она же пустая… Как яичная скорлупа! — снова озверел старик.

Чего-чего? Почему я скорлупа? Да еще пустая? В смысле — почему он так свою родную внучку-то обзывает?

— Барышня сходила на охоту. — А ковер реально дымится, мне не показалось! Но не обугливается почему-то. — Внесла в казну рода несколько десятков тысяч золотых. И самостоятельно, абсолютно без моей помощи и намеков, пролила на алтарь кровь сильной жертвы.

— И ты хочешь, чтоб я поверил, что это не твои интриги⁈ — оскалился предыдущий глава, привставая с кресла.

— Клянусь, — Илья приподнял голову и взглянул уже на деда, — ни к пробуждению у Надежды магии, ни к ее желанию возглавить род и напоить кровью родовой алтарь я не имею никакого отношения. Жениха ваша внучка тоже привела в дом сама.

— Но и препятствовать не стал, так? И все же какая же ты тварь! Нечисть поганая!

— Помолчите оба! — Мое терпение не безгранично. Да-да, профессиональный массажист, остеопат и реабилитолог-физиотерапевт должен быть стрессоустойчив как скала, ибо больные ему попадаются очень разные. И лучше с ними по-хорошему, даже с самыми капризными и чокнутыми, ибо грех шпынять хворого. Но иногда… иногда и я умею разговаривать так, что меня слушаются даже действующие генералы ФСБ.

Все действительно замолчали. Даже Саша с заметным интересом оторвался от своей новой ненаглядной и уставился на меня.

— Приехал — хорошо, — с ледяной ласковостью улыбнулась я дедушке. — Илья приготовит твою комнату. Отныне тебе запрещено покидать дом без моего разрешения. Принимать гостей тоже можно, только поставив заранее в известность главу рода. И получив разрешение. Это понятно?

— Понятнее некуда. — Дед очень явственно скрипнул зубами и снова уставился на Илью: — Когда?

— Что «когда»? — вместо него уточнила я, не позволяя им снова переговариваться так, чтобы мне было непонятно.

— Когда она проснулась?

— Третьего дня как. — Илья сначала посмотрел на меня, получил разрешающий кивок и только после этого ответил. Умный заинька. — В обморок от страха упала.

— И ты не соизволил поставить меня в известность, тварь. — Дед явственно ярился, но нападать с кнутом больше не смел. Во всяком случае, у меня на глазах.

— Вы были слишком заняты в игорном доме госпожи Михельсон. — Уголки губ доктора Зайцева дернулись. — Если не ошибаюсь, вы пользовались ее гостеприимством как раз последние трое суток.

— Не лги, нечисть. Ты нарочно не позволил мне взять ее под контроль раньше, чем она освоилась и захватила власть в роду! — И все-таки как же раздражает, что этот старый поборник махрового патриархата даже не пытается общаться именно со мной.

— Я повторюсь, что подчиняюсь сильнейшему в роду, барин. Таков закон, разве нет? — И зайка впервые на моей памяти улыбнулся так открыто и радостно, что стало слегка жутковато.

— Вот и умничка. — Я обошла склонившего одно ухо к плечу волка и потрепала по волосам зайчика. Они у него мягкие, приятные такие под пальцами, сразу все впечатление жути ушло, как не было его. — Дедушка. Отныне тебе запрещено поднимать руку на доктора Зайцева. Это понятно? Или надо дословно подтвердить, что кнут, хлыст, палку и прочие предметы поднимать тоже запрещено?

— Доктора Зайцева? Доктора… ха! — прошипел бывший глава рода.

— А вот ему разрешено и даже приказано следить за твоим здоровьем и делать все, чтобы оно было в порядке, — с не менее садистской ухмылочкой закончила я.

И насладилась изумлением зайки, мгновенной бледностью старого козла и мягкой одобрительной улыбкой Сашеньки. Некромант в очередной раз с трудом оторвался от ужасно интересного чтива и отсалютовал мне почти допитой чашкой с глазиком.

«Ну ты и стерва, сладкая, — четвертое одобрение не заставило себя ждать, — вся в меня. Еще немного — и, может, захватишь в плен пару поселений».

— Илюша, проводи дедушку в его комнату. В половине пятого утра людям его возраста положено крепко спать.

— Будет сделано, барышня. — Зайчик легко поднялся с колен, одним плавным сильным движением.

— Ты хоть сама-то понимаешь, кому решила довериться? — внезапно спросил меня дед, принимая более-менее адекватный вид.

— Поговорим об этом завтра, дедушка. Ты устал. — Я кивнула в сторону лестницы.

— Надеюсь, до завтра он тебя не сожрет, — выдохнул старший родственник.

— Я несъедобная. А он хорошо целуется. Так что неизвестно, кто кого, — отмахнулась я. — И вообще. Я тоже иду досыпать. Саш, ты со мной?

Но некромант ответить не успел, потому что уже поднявшийся на пару ступенек лестницы дед едва не скатился обратно.

— Целуется? Да ладно, внучка. Ты… ты что, правда соблазнила нашего домового⁈