А это точно боярка? Ч.2

Глава 36 Жабы! Я сказала: виноваты жабы!

— Но я же выпила флакончик универсального противоядия за три тысячи золота, еще в подземелье! И байкеру дала… Почему не подействовало⁈ — Новое зелье, влитое в меня страшно недовольным сорок вторым, отдавало тухлыми яйцами, ношеными носками и еще какой-то редкостной мерзостью. Тьфу… Мне кажется, он специально выбрал самое невкусное из возможных, чтобы выказать свое неодобрение. Ведь раньше ни одно зелье ничем даже не пахло!

— Еще того не легче. — Илья сердито застегнул булавку на поясе брюк. Там, где раньше была пуговица, которую я выдрала с мясом. — Тратить деньги, которых самим вечно не хватает, на зелье для какого-то постороннего мужчины! Барышня! Вы обещали не идти по стопам Емельяна Федоровича!

— Да я вообще ни при чем!

— Ну конечно. — Что удивительно, к обиженному хору присоединился даже Сашенька. — Мы едва с ума не сошли, когда вы внезапно исчезли посреди толпы! Не делайте так больше!

— Все претензии к нему. — Я дернула подбородком в сторону лилового клубка. — Хоть бы предупреждал, когда следующий ивент мне на голову свалится!

— Кто ж знал, что стоит мне на пару минут отлучиться, как ты тут же провалишься сквозь землю. Буквально! — вслух возразил Сист. — Я, между прочим, искал нам… впрочем, уже неважно. Ты, видимо, в позапрошлой жизни уничтожила несколько крупных популяций разумных, вот теперь и собираешь на свои полушария все неудачные события из возможных.

— Ей далеко до кровавой кармы прошлых жизней, — вмешался Илья.

— Да знаю я. Но помечтать-то хочется, — сменил возмущение на грусть сорок второй.

— Еще и гиря потерялась. Точнее, там осталась, в кракозябре, — пожаловалась я, листая инвентарь. — И Слоня того. Сходил тут на болота, наелся жабонят. Сист, а для котиков у тебя противоядие есть?

— Твоему мохнатому проглоту хоть вакуумного странствующего скорпиона дай, сожрет и не заметит, — проворчал сорок второй. — Клятая пустота! Эти скоты из центра опять прокатили меня мимо душ! А ведь ты там порядочно монстров накрошила. Даже что-то относительно крупное… пока не начала чужих самцов обкусывать! Кто это был?

— Зубастый байкер, — призналась я, расслабляясь в незнакомом, но весьма удобном кресле.

— Особые приметы? — хищно прищурился зая.

А вот сорок второй задумчиво посмотрел куда-то в пустоту.

— Да черт его… не разглядела. Высокий, даже сказала бы — высоченный. Метр девяносто точно, если не больше. Волосы и глаза ему намордником закрыло, не до них было. Тело прямо специально накачанное, а не просто последствия тренировок, кубиков восемь, ровненькие. И вообще, на редкость здоровая особь. Разве что относительно недавно перенес компрессионный перелом позвоночника в поясничном отделе, — задумалась я, вспоминая ощущения. — Но похоже, слишком быстро регенерировал. И словил легкий зажимчик большой ягодичной на этой почве…

— Бар-р-рышня! — Кто бы сомневался, домовой опять рычит. — Так вы его не только целовали, но и раздевали? И щупали за… компрессионный перелом⁈

— Это не я, это жабы. — Отмазка вполне реальная, нечего было всяким земноводным кишки афродизиаками фаршировать. — По собственной инициативе я только зажим в крестце сняла, профессиональная деформация.

— Не привела его к нам четвертым — уже молодец, — неожиданно встал на мою сторону Сашенька и вдруг сделал умильные глазки: — Наденька, а у меня тоже… шею свело… поможешь?

— У всех свело! — предсказуемо буркнул Зайчик и дернул плечом, тем самым, которое у него постоянно болит.

Кстати… анатомия у домового вполне человеческая. И мышечные спазмы тоже. От чего это зависит? Может, его на магическом каком-нибудь уровне надо помассировать? Странно как-то, крутой лекарь с такими банальными и легко устранимыми проблемами.

— Вижу, — со вздохом согласилась я, обводя слегка встрепанный гарем взглядом. — Все трое светитесь изнутри, как глубоководные актинии. На одном Систе раз… два… шесть точек горит! Хм, вот тоже загадка. Он-то вообще «сучность нематериальная, системная».

— Как-как ты меня назвала? — Лиловые гипножабы опасно прищурились.

— Любимый первый муж! — торопливо заморгала я. — Иди ко мне, моя радость, сердце болит, сколько на тебе зажимов в неудобных местах! Куда, спрашивается, Лилит смотрит?

— Некогда, — одернул нас зайчик. — Вы не забыли, зачем вообще рискнули появиться на ночном рынке? Между прочим, время в вип-комнате при аукционном доме не бесплатное!

— А, так вот мы где. Кстати, спасибо, что ты меня отмыл и переодел. Именно сейчас очень кстати, — выдохнула я, вставая с кресла и, пока есть хоть полминуты, быстро пробегаясь по шее и затылку Сашеньки пальцами. Где надо — нажала, где надо — погладила.

Это не массаж, а так, скорая помощь. Зато некромант сразу поджатое к уху левое плечо опустил и благодарно улыбнулся. Прежде чем нырнуть носом в книгу, снова принимая позу буквой «зю»! Ну кто бы сомневался!

Я приподняла бровь в сторону зайчика, но он ответил суровым непримиримым взглядом недомассированного дуба. Ладно, дома поговорим, а пока нравится ему страдать — пусть страдает.

«Самой-то опыт новый понравился? — внезапно спросил меня сорок второй, не произнося вслух. — Самец был вкусный?»

Это ревность? Непохоже. Может, Сист испытывает к байкеру солидарность, раз тот носит похожую маску и украшает транспорт кровью? Вполне во вкусе кошмарика.

«Да жаба его знает, — поморщилась я, вспоминая. — Это ж не я была, а одно сплошное отравление. Вот ягодичные мышцы что надо, это подтверждаю!»

«Даже так? Ну-ну… описание яда говорит об ином».

«В смысле⁈»

«Не отвлекайся, сладкая, раб прав, у нас тут дело».

— Господа? Вы готовы?

М-да. Илья явно знал, о чем говорит, когда принялся нас поторапливать. Заглянувший в дверь индивидуум был похож то ли на чопорного викторианского мажордома, то ли на служителя похоронного бюро. Только глаза… странные у него были. Подозрительные какие-то. Будто от разных людей.

— Готовы. — Зайчик, похоже, ничего подозрительного в разноцветных глазах аукционного служащего не разглядел. — Вы обещали нам отдельную ложу, не так ли?

— Да, сударь, но возникло небольшое затруднение. — Хоть тресни, но у меня пальцы чешутся от данного субъекта! — Точнее, даже не затруднение, наоборот. Дело в том, что госпожу приглашают в центральную ложу. Мастер просит оказать ему честь.