А это точно боярка? Ч.2

Глава 19 Я зла

«Хм. Предлагаю милосердно добить и скормить мне душу. Все равно ты ей мозги поджарила!»

Я моргнула, инстинктивно пытаясь отодвинуться от чокнутой тетки, усевшейся на пол возле моих ног, чтобы то и дело пытаться их обнять и… лизнуть?

Божечки-кошечки! Лучше бы я ее шваброй, честное слово! Вот как знала! Надо больше слушать собственную интуицию, чем всяких зайцев!

— Не ври, — проявился за плечом Илья и пустил в сторону Хмелевой зеленую диагностическую волну. — Это всего лишь легкий ментальный шок. Очнется через пару минут.

«Ой, какие мы придирчивые. И непрактичные! Ладно, потом сами пожалеете…»

Внимание!

Использован навык «К ноге, смерд!», ранг «Начинающий».

Действие навыка усилено при помощи параметра «ярость».

Время действия: 4 минуты 23 секунды

Отложенные последствия:???????

«Какие еще последствия⁈ — совсем запаниковала я. — Эта чокнутая теперь будет за мной до старости бегать и лизаться⁈ Не хочу! Уберите ее кто-нибудь!»

«А я говорил: добивай сразу, и никаких отложенных последствий!» — радовался сорок второй, наблюдая за тем, как я уворачиваюсь от чужих рук и, чтоб его, языка.

— Барышня, да врет он. Если б вы могли одним желанием сводить людей с ума до такой степени, я был бы первый, кто перерезал вам горло. Во избежание.

— Вот спасибо, утешил. Ты уберешь от меня эту психическую или мне все же сходить за шваброй⁈

— Не беспокойтесь, барышня. — Илья довольно ловко за локти поднял пребывающую в прострации Елену Хмелеву с коврика. — Я провожу гостью. Думаю, она придет в себя уже за воротами и спокойно уберется восвояси. Оно и к лучшему. Сошлемся на уникальное действие защиты рода. В любом случае у нас есть запись того, как эта особа первая на вас напала. Вы проявили редкостное милосердие, не убив и даже не покалечив нахалку!

«А я о чем! Добивай, имеешь полное право! Любой местный суд оправдает, особенно после становления законной главой рода», — буквально канючил сорок второй. Видимо, придется поискать ему монстров. А то врагов не напасешься, если всех космическому ужасу скармливать.

— Надежда? — Только я отдышалась и чуть пришла в себя после того, как Илья депортировал на фиг отсюда чокнутую тетку, как здрасьте, я ваша дедушка! С чего-то раньше времени проснулся и спустился со второго этажа Емельян Федорович собственной персоной.

Когда Илья успел его разбаррикадировать⁈ И зачем?

— Что здесь за шум? Подайте мне завтрак, и побыстрее, меня сегодня ждут в клубе…

— Подождут! — Я была слишком сердита для вежливости. — Вы мне, дедушка, сначала расскажите о госпоже Хмелевой. Кто такая, откуда взялась, почему претендует на место бабушки?

— А это она была⁈ — Мне показалось или дед реально слегка испугался? Даже хотел подняться обратно как минимум на одну ступеньку, но совладал с собой. — И ушла? Просто так? Внуча, что ты ей сказала⁈

Именно этот момент выбрал Илья, чтобы вернуться, поклониться мне чуть ли не в пояс и выдать:

— Госпожа Хмелева просила передать, что очень извиняется за беспокойство и отныне не посмеет так бесцеремонно отвлекать вашу светлость.

— А, ну-у… кхм… Ленка-то? Да ни в жисть. Не верю, — выдал дед. — Притворяется, видимо.

— Госпожа Хмелева также нижайше просит главу рода допустить ее до светлейшего присутствия в любое удобное время.

— Кхм… — Дед сначала приосанился, а потом вдруг вспомнил, что у нас тут вчера как минимум случилась «Свадьба в Малиновке», первый акт. То бишь власть сменилась. — А от тебя ей чего надо⁈ Ты знаешь, внучка, гони ее лучше в шею. Баба она, конечно, видная, но больно уж громкая да до власти жадная. Лучше уж с ровесниками общайся.

— Мою коленку ей надо, судя по всему, — сердито огрызнулась я, вставая с дивана. — Вот спасибо, дедушка, нашел кого подцепить! Эта ненормальная на всех подряд кидается с какими-то неопределенно-неприличными намерениями. Идемте завтракать… или уже обедать? — Я невольно покосилась на большие часы. Между прочим, с кукушкой. Только странно, что я эту кукушку еще ни разу не слышала. — Без разницы. Нам с вами, дорогой дедушка, все равно предстоит неаппетитно обсудить ваш будущий режим дня, лечебные процедуры и прочую грустную жизнь!

— Ау-у! — поддержал мое воинственно-оголодавшее настроение невидимый волк. Его влажный язык преданно лизнул мне пальцы в такт сердитому шипению Систа с потолка.

Видимо, дедушке этот вой окончательно напомнил о грустных обстоятельствах. У него даже аппетит пропал, потому что Емельян Федорович сделал попытку откосить не отходя от лестницы:

— Что-то я не очень хорошо себя чувствую, внуча… Вернусь к себе, пожалуй. Только скажи своему оглоеду, пусть наливочки мне принесет с закусью. Изверг. Это ж надо, главу рода, пусть и бывшего, на ночь в спальне запирать. Совсем распоясался, нечисть эдакая.

— Стоять! Ко мне! Сидеть! — А вот не надо, не надо выводить добрых, нежных и вежливых специалистов из терпения! Они могут вспомнить не только курс молодого бойца, но и пособие по дрессировке служебных собак. Прямо сразу, не отходя от столового гарнитура! — Молодец. Никакой наливочки, дедушка. Вы у нас отныне трезвенник. А будете возмущаться, я вас действительно женю. Только бабушку выберу себе сама! Постарше, похозяйственнее, погромогласнее. Чтобы и с вами справлялась, и хозяйство вела, и меня пирожками с вареньем баловала!

— Шутишь, Надюш? Глава рода — это не только власть над домом и родственниками. Непосильную ты ношу на себя взвалила. Сама не представляешь насколько. И сразу же с единственным близким тебе и хоть сколько-то понимающим человеком хочешь поссориться из-за пустяков.

— Вот именно, — ехидно откликнулась я, вдыхая запах восхитительного щавелевого супа, который непонятно когда и как успел приготовить зайчик. — Отныне ваше здоровье — моя забота. Что там у вас, овсянка? Великолепно. Ешьте, дедушка. Я не намерена вас терять ближайшие лет… много. Кстати, сразу вопрос: что с вашими долгами будем делать?

— Ну раз ты глава рода, ты и решай! — торжествующе сверкнул глазами дед. — Хотя… если прекратишь тиранию и вернешь мне свободу, я, так и быть, кое-что полезное подскажу.

— Да-да, как только новых долгов наделаю, так сразу и подскажу. — Кажется, я все же заразилась. От Систа. Через поцелуй.

Потому что в жизни не скалилась так кровожадно и многообещающе!

«Хочешь, я подарю тебе вставную челюсть? Будет эффектнее!»

Прямо в тарелку с дедовой овсянкой упало нечто. И это нечто… улыбнулось. А после этого сразу утонуло и растворилось в каше.