Когда наступило праздничное утро, я даже не знала, чего ждать. Просто открыла глаза и поняла, что отличное настроение в комплекте не поставляется – вместо него откуда-то взялась тревога. Стоило послушать мать и отпраздновать в узком кругу семьи, но переиграть бы я уже ничего не успела.
Ко всему прочему, Димитриса в кровати рядом не нашлось. Это мне тоже почему-то не понравилось, и на всякий случай я решила какое-то время не вставать.
Полежала сперва пять минут, потом десять, потом полчаса. Через час я все-таки поняла, что ситуация не меняется, а время я просто тяну. Стоило прекращать мучиться от неизвестности и идти хотя бы на поиски мужа. Правда, одеваться пока не стала – только халат накинула.
Димитрис, оказывается, ждал меня, сидя за нашим любимым столиком и поприветствовал ласково:
– Проснулась, дорогая?
Настроение сразу поползло вверх. Надо же, не канареечка и уже всё вокруг заиграло другими красками!
Под специальным куполом сохранности пряталась свежая выпечка на завтрак, моя обожаемая ежевика и сок. Это было безумно мило, но я практически не обратила на это внимания, когда увидела на моем стуле небольшую фарфоровую куклу.
У меня даже сердце быстрее забилось, когда я поняла, что это точная моя копия. Стройная, улыбчивая, с глазами-рубинами, она стояла на подставке, наряженная в то самое платье с запахом, которое я никогда не забуду.
– Какая прелесть! – восторженно заявила я, едва ли не запищав от переполняющих эмоций, и опустилась на колени рядом со стулом. – И волосы-то гладенькие, и ручки-ножки аккуратненькие! Красавица-то какая!
– Я вижу, угодил? – хитро спросил Димитрис, подсаживаясь рядом.
Односложно я ответить не могла – осторожно вернула подарок на исходное место, а потом бросилась мужу на шею с поцелуями. Ещё и уронить умудрилась – точнее, он сам как-то хитро развернулся, чтобы я вдруг на нём разлеглась. Мы упоённо, самозабвенно целовались, пока нас бессовестно не прервал мой урчащий как мотор желудок. После этого Димитрис целоваться отказался.
Быстренько я отнесла куклу в нашу спальню и вернулась обратно кушать, под бдительным взглядом мужа.
– Как ты до этого додумался? – спросила я заинтригованно, уплетая свой роскошный не по сезону завтрак.
– Да трудно ли? Ты свои детские апартаменты почти нетронутыми оставила, а там столько разных кукол, – объяснил Димитрис, как дошёл до мысли такой. – А с фарфоровыми два стеллажа – в нарядах разных стран и эпох. Я вообще хотел ещё дракона сделать, но мастер никак не успевал. Зато мне должны ещё несколько платьев.
– С ума сойти, – радостно покачала я головой. – Спасибо, мой ковбой! Ты самый лучший и самый внимательный!
Никогда бы сама не догадалась, что приду в такой восторг от куколки с набором нарядов. Лет с четырнадцати я пыталась изображать из себя крутую взрослую девочку, но, кажется, так и не смогла отказаться от некоторых детских привязанностей.
– Кстати, на вечер я приберёг ещё один подарок, – заинтриговал Димитрис. – Не забудь об этом, когда гости разойдутся.
– Ага! – довольно согласилась я, и как-то сразу тревога перед наступающим балом померкла.
Наоборот захотелось, чтобы он быстрее прошёл и закончился. Вот так раз! И всё. Поэтому, когда доела, быстрее отправилась к Хель.
Пока я степенно неслась по коридорам, мне все успевали улыбаться, поздравлять, желать чего-то хорошего – как правило, уже в спину. Мастерица же, увидев меня на пороге, заявила:
– С праздником, дорогая подруга! Желаю тебе, чтобы у вас с мужем всё было хорошо, и терпения – а то ты постоянно заходишь сразу как постучишь.
– Спасибо, – кивнула я для приличия и невольно начала пританцовывать на месте – Хель обещала мне немного другой подарок.