– Ой, как будто это им поможет! – отмахнулась другая. – Вон, по княжичу Рауху вся столица с ума сходила. И что в итоге? Женился на имперской аристократке.
– Да ладно! – вступила вдруг в разговор третья, а я навострила уши. Интересно же было, что говорят про брата с невесткой, пока забыли о моём присутствии. – Нет, серьёзно, что ли? Я и не слышала. И какая она, раз всех наших дружинниц обставила?
– Ну, я-то лично её не видела. Но говорят красивая – глаз не отвести. Волосы тёмные, кожа светлая, фигурка ладная. И словно изнутри сияет.
– А где княжич её взял-то? Как и княгиня своего мужа, выкрал?
– Не знаю, – ответила главная информаторша, и внезапно я почувствовала, как чужие взгляды буквально прожигают мне затылок.
Конечно, напрямую обратиться ко мне женщины не рискнули, но чувствовалось, что, если я раскрою тайну, они явно не расстроятся.
– Нет, Патрисию никто не крал – она сама к нам приехала, – пояснила я, как раз когда Димитрис скрылся из поля моего зрения. – Я тоже подробностей не знаю, но, вроде как, она к нам в гости решила заглянуть, да тут с Раухом и познакомилась.
Сама сказала и задумалась. При встрече с невесткой я поняла, что они с Димитрисом явно знакомы. И она хотела повидаться. Но не дошла. И встретила Рауха. То ли мы в тот момент уехали в путешествие уже… то ли братец по доброй традиции не пустил постороннего человека в резиденцию. Спрошу у него при случае.
Меж тем закончился утренний выпас скота, и коровы нестройной колонной начали возвращаться в хлев. А ковбои подтягиваться не то к завтраку, не то уже к обеду. Рубашку Димитриса мне вручили лично в руки, а чуть позже подъехал и он сам – счастливый донельзя. К счастью, оделся, разговорился со всеми, отвесил комплименты своему скакуну. И всю трапезу обсуждал только достоинства разных пород лошадей.
Меня терзали смутные сомнения, которые я рискнула высказать мужу, только когда мы остались наедине:
– Ты сюда не ради коров просился, да?
– Я даже никогда не говорил, что меня интересуют коровы, – усмехнулся Димитрис, снисходительно на меня глянув. – Я соскучился по верховой езде, но в Железном Крыле толком покататься негде, да и лошадь днём с огнём не сыщешь.
– Ну да, – кисло подтвердила я, раздосадованная, что сама и не подумала о таком.
Столица у нас располагалась на горах, что слегка мешало нормальным поездкам, а драконы даже необращённые перемещались быстрее лошадей. В рикшу проще было специального слугу запрячь, чем держать медленное и подчас пугливое ездовое животное, за которым ещё и требовался специальный уход.
– Ты сама никогда не каталась верхом? – поинтересовался муж, немало меня удивив.
– Я?! – опешила я, не зная даже что ответить. – Да я в форме дракона на себе несколько человек перетащить могу и намного быстрее. Мне зачем этот костыль?
К счастью, Димитриса мой ответ только позабавил – а то я запоздала сообразила, что могла мужа и обидеть случайно. Но он совершенно спокойно пояснил:
– Мы, конечно, лошадей и запрягаем, и навьючиваем, но не обязательно ездить только ради пользы – можно и для удовольствия. Что-то вроде хобби типа рисования или вышивки.
К информации отнеслась я скептично. Я и рисование с вышивкой-то не особо понимала, считая блажью имперских аристократок. Лучше уж чем-то полезным заниматься в свободное время. Вязать или из глины лепить. Но Димитрису ничего говорить не стала – просто язык прикусила и посмотрела недоверчиво.
– Поехали со мной, – внезапно предложил муж. – Конь крепкий, двоих выдержит.
Я скептично покосилась на предлагаемый транспорт.
– Он меня, часом, не испугается? – на всякий случай уточнила я.
– Не должен. Это коровы вас побаиваются, а лошади намного спокойней принимают.
Смысла в этом я не видела никакого. Меня в принципе устраивало то, что Димитрис катается, я наблюдаю. Но из вежливости, видя воодушевление мужа, я всё же решила:
– Можно кружочек, если животное не заартачиться.