Дроу-1-44

Том 2. Глава 15 / 39

Однажды вечером, когда Кайн в очередной раз засиделся в подвале, проверяя отчёты, к нему осторожно подошла Ирина Викторовна.

— Дмитрий Анатольевич, можно вас на минутку?

— Да, Ирина Викторовна, что случилось? — он оторвался от экрана ноутбука, чувствуя, как ноют глаза.

— Это насчёт Сергея... — она замялась. — Он опять запил. Третий день не появляется. Группа его сегодня ждала, люди возмущались. Пришлось вести занятие мне, но я же не могу разорваться на две части и постоянно его подменять.

Кайн сжал кулаки под столом и нахмурился. У него от ярости полыхнуло в пятой точке. Этот никчёмный алкаш начал слишком часто его подводить. Пока тот был всего лишь расходником, который платил деньги, ему было плевать на то, что тот выпивает. Но теперь этот урод ломал ему бизнес и выставлял их «предприятие» не в лучшем свете. А это значит, что многие люди попросту отвернутся от них. Но это можно было бы стерпеть, если бы не возможные худшие последствия. Если кто-то обидится и решит устроить им неприятности, то будет хуже.

— Я разберусь, — сквозь зубы произнёс он. — Спасибо, что предупредили.

Когда Ирина Викторовна ушла, Кайн встал и начал мерить шагами подвал.

«И что мне с ним делать? Была бы такая возможность, я бы сразу же заменил этот отброс на другого человека, а его низвёл бы в иерархии до уровня ниже плинтуса. Но, к сожалению, замены пока нет. Ближайший выпуск вторых групп будет в лучшем случае через пять недель. Оставлять всё на самотёк тоже нельзя. Бесит!»

Он продолжал мерить помещение шагами и размышлять:

«Я позволил ученикам почувствовать себя важными, дал им денег, и они начинают расслабляться. Сергей пьёт. Старушки интригуют. Артём зазнаётся. Наташа требует внимания. Они забыли, кто здесь главный. Кто дал им всё это».

Он достал телефон и написал сообщение в общий чат пяти своих учеников:

«Срочное собрание. Завтра, 9 утра, в офисе. Присутствие обязательно. Не опаздывать».

На следующее утро в подвале царила напряжённая атмосфера. Все пятеро пришли — даже Сергей, бледный, с трясущимися руками и запахом перегара, который не могла перебить даже жвачка. Он избегал смотреть Кайну в глаза.

Кайн стоял перед ними, не предлагая садиться.

— Мы достигли многого, — начал он без предисловий с опасными нотками в голосе. — У нас есть деньги, помещение, ученики. Мы строим основу для великого дела. Но я вижу, что некоторые из вас начали забывать, ради чего всё это затевалось.

Он сделал паузу, его взгляд стал тяжёлым, словно весил сотни тонн. Он посмотрел на каждого, заставляя их почувствовать своё раздражение.

— Ты, Сергей! — пристально уставился он на алкаша. — Твои срывы ставят под угрозу доверие наших последователей. Каждый раз, когда ты не приходишь на занятие, ты плюёшь в лицо не только мне, но и всем, кто поверил в наш путь. Ты думаешь, что твоя личная жизнь важнее нашей миссии?

Сергей потупился и сгорбился.

— Прости, босс, это больше не повторится...

— Не повторится, — перебил его Кайн. — Потому что с сегодняшнего дня ты сдаёшь свою банковскую карту Ирине Викторовне. Ты будешь получать на руки только пятую часть своего дохода, а оплата твоей квартиры будет происходить под присмотром. Остальное пойдёт в общий фонд. И если ты пропустишь ещё одно занятие без уважительной причины, ты вылетишь отсюда в ту же секунду. И все твои долги, включая кредит за обучение, станут твоей личной проблемой. Понял?

Сергей кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Унижение и страх смешивались внутри него со стыдом. Но вместе с этим у него росло негодование из-за того, что его ущемляют и ставят ниже прочих приближённых лидера.

— Артём, — Кайн перевёл взгляд на него. — Твоя работа важна, но не незаменима. Я ценю твой вклад, но не потерплю шантажа. Следующая просьба о повышении оплаты будет воспринята как твоё желание покинуть наш круг. Ясно?

Артём побледнел и быстро кивнул.

— Лидия Петровна, Ирина Викторовна, — его голос смягчился, но лишь на малую толику. Он всё ещё оставался твёрдым и командным, не терпящим препирательств и возражений. — Ваши споры за ресурсы прекращаются сегодня же! Ирина Викторовна отвечает за финансы и расписание. Лидия Петровна — за работу с учениками, за атмосферу и за «духовные» вопросы. Каждая в своей области принимает решения. Пересекаться будете только через меня. Вопросы есть?

Старушки переглянулись друг с другом и молча покачали головами из стороны в сторону.

— Наташа... — наконец, Кайн посмотрел на свою девушку.

В её глазах промелькнуло недоумение, будто она не ожидала, что её тоже отчитают. Она напряглась в ожидании выговора. Но Кайн лишь тяжело вздохнул и продолжил:

— Ты держишь на себе весь наш бизнес. Без тебя нас бы уже не было. Но и ты должна понимать — сейчас не время для личного. Наши дело и цель выше любых чувств. Мы либо пройдём этот путь вместе, жертвуя всем, либо споткнёмся на мелочах и потерпим крах. К сожалению, пока я не могу дать тебе больше, чем даю сейчас. Прости.

Она кивнула, и на её глазах блеснула затаённая печаль.

— Я понимаю, Дим. Я готова ждать до тех пор, пока ты созреешь. Но хотелось бы, чтобы это произошло пораньше.

Кайн снова обвёл всех тяжелым взглядом. Он ощущал, что пока что у него получилось восстановить хрупкий контроль. Но этого явно было недостаточно. В этих людях он не воспитал главного — фанатичной приверженности идее, веры в магию и в себя, как в мессию. Всё усугубилось тем, что эти люди стали свидетелями его отношений с матерью и узнали его сокровенную тайну о болезни. Это разрушило его хрупкий авторитет, который он успел до этого заработать. Они попросту не воспринимают его в качестве непогрешимого лидера, за которым хоть в огонь, хоть в воду. Единственным исключением являлась Наташа, но она действовала на основе совсем другой мотивации — любви. К сожалению, влюбить в себя всех остальных он не мог.

«Нужно будет их менять, — решил он. — Как только появятся ученики той же квалификации, но более преданные мне и воспитанные по новой методике с добавлением всех сектантских трюков, я заменю этот мусор. Но это произойдёт не раньше, чем через месяц с лишним. Причём сразу их заменить не выйдет. Придётся растянуть этот процесс и сделать его безболезненным для бизнеса. До тех пор придётся потерпеть».

— Итак, — продолжил он. — Запомните этот день. Сейчас мы стоим на краю пропасти и находимся в шатком положении. Один неверный шаг — и всё рухнет. Но если мы будем оставаться едиными, а каждый будет выполнять свой долг, то нас ждёт могущество, о котором вы даже не смели мечтать. На этом совещание закончено, все свободны.

Когда все покинули подвальное помещение и Кайн остался один, он подошёл к своему столу, сел в кресло и закрыл глаза. Внутри у него клокотала волна эмоций. Ему хотелось передушить всех, кто действовал ему во вред, но этого делать было нельзя. Это общество имело иные принципы, а у него не было никаких сил, чтобы противостоять ему. Ему приходилось играть по местным правилам, которые запрещали убивать подчинённых, которые занимались вредительством.

«Ллос! — тяжело вздохнул он, задрав голову к потолку. — За эти дни я не продвинулся ни на шаг к своей цели. Денег на ферму как не было, так и нет. Магических сил ни капли. Никаких новых чар не придумал, поскольку погряз в административной пучине. Нужно поскорее спихнуть управление на кого-то другого: преданного и не совсем тупого... В голову приходит только Наташа... Хм... Она очень даже подходит. Если я скину на неё все эти обязанности, у неё будет оставаться меньше сил, чтобы до меня домогаться».

***

А в это время в московскую квартиру, снятую на имя Семёна Рогова, заселился новый жилец — мужчина средних лет с невыразительной внешностью и усталыми глазами. Он привёз с собой один чемодан, ноутбук и профессиональный фотоаппарат с длиннофокусным объективом. И его интересовал не вид из окна, а подвал в соседнем доме, куда по вечерам стекался странный поток людей.

***

Прошла неделя. Наступила пора переводить первую партию учеников на второй уровень. В Волгограде было немного выпускников, поэтому собрать их вместе в гараже было просто. На этот раз было тяжелее найти место для того, чтобы резать хрюшек на выпускном экзамене. В столице, естественно, нашлось больше людей, которые пожелали продолжить обучение. То ли сказался более сектантский подход к обработке неофитов, то ли обкатанная на первой партии программа, то ли всё вместе. Главное — результат превысил все возможные предположения Кайна.

Он изначально строил планы, основываясь на прошлой статистике. А она говорила, что на второй уровень попадают семь процентов учеников. А тут таковых оказалось тридцать процентов! Ошеломительный успех. Этих людей совершенно не смущала цена в сто тысяч рублей (повышать плату за второй круг Кайн не решился, как это было с первым). Если говорить языком чисел, то продолжить учёбу захотели сорок два человека.

Статистику портила группа под покровительством Сергея. Из неё всего три человека захотели пойти на второй уровень, что заставило Кайна ещё раз задуматься над отстранением этого алкаша от обучения людей. Это в очередной раз доказало, что людям с сильными зависимостями нельзя доверять ответственные должности. Максимум им можно доверить метлу и лопату. Естественно, потеря потенциальных учеников, а вместе с ними и солидной прибыли, бесили Кайна. Но прибить Сергея он не мог, хотя ему очень этого хотелось.

Двадцать три человека означает, что они принесли выручку в размере двух миллионов трёхсот тысяч. Плюс тут же были набраны четыре новых группы.

Кайн решил, что лучше потерять немного в прибыли, чем рисковать развалить дело из-за очередной выходки алкаша. Сам он собирался плотно заняться обучением продвинутой группы. Новичков же он решил доверить проверенным людям: Артёму, Наташе и двум старушкам.

Поскольку Сергей лишился преподавательской деятельности, то и платить по сто тысяч в месяц ему Кайн не собирался. Он вызвал алкоголика на разговор.

— Босс, ну чего ты? — Сергей выглядел, словно побитая собака. От него разило ударной смесью перегара и дешевого табака, от которого чувствительный нюх собеседника бился в припадке. — Я же старался, учил этих дебилов тупорылых! Я не виноват в том, что они тупые как пробка и ничего не понимают.

— Прекрати на меня дышать, — поморщился Кайн. — Сергей, ты сам виноват. Посмотри на показатели эффективности.

Бывший тёмный эльф пододвинул подчинённому график шести групп, который он распечатал на принтере. На графике три цветных пика были практически на одной высоте, чуть-чуть колеблясь. Четвёртый пик группы Наташи был выше трёх остальных. Пятый же пик будто провалился в пропасть — он едва возвышался над стартовой линией.

— Босс, ну мне такая группа досталась, — продолжил оправдываться Сергей.

— Тебе достались такие же люди, как и остальным! — резко обрубил Кайн. — Просто остальные, в отличие от тебя, с душой подошли к делу, а ты бухал и положил на обучение неофитов большой болт. Так что с этого дня никакого финансирования.

— Что?! — замер Сергей, смотря на Кайна большими глазами. — Но как же так? Босс, ну мне хотя бы ту двадцатку бы... Покушать там купить...

— Покушать?! — саркастично усмехнулся Кайн. — Скорее бухла ты хочешь купить. Ты бы лучше подумал о том, где жить.

— Эм... Босс, а разве вы квартиру мне не оплатите?

— Квартиру я оплачу, но не тебе, — покачал Кайн головой из стороны в сторону. — Не тебе, а всем последователям. Теперь это не твоя квартира, Серёж. Теперь это общежитие для тех наших последователей, которым негде жить. Среди наших учеников много приезжих. Думаю, они не откажутся бесплатно пожить в квартире, которую предоставляет магическое братство. Питание тоже оплачивается братством. Так что с голоду ты не помрёшь, и тебе будет где жить.

— Как же так? — часто заморгал ошарашенный Сергей. — Это же я арендовал эту хату!

— И чем ты собираешься продолжать за неё платить? — усмехнулся Кайн. — Пятьдесят тысяч за аренду большие деньги. Когда ты преподавал, то находился в привилегированном положении. Но ты не справился, Серёж. Ты с треском провалился. Не оправдал возложенного на тебя доверия.

— Босс, я исправлюсь! — запаниковал собеседник. — Прости, босс. Не понижай меня. Я начну лучше учить этих дебилов.

— Бросай пить, восстанови свою репутацию и прекрати называть наших новых братьев дебилами, — нахмурился Кайн. — Тогда я подумаю, стоит ли тебе снова доверить неофитов. А до тех пор, пока я не увижу положительной динамики, даже и не думай о возврате привилегий старших братьев.

— Босс... — по плаксивым глазам Сергея было заметно, что ему жутко стыдно, но при этом он ещё и до крайности возмущён утратой привилегированного положения.

— Свободен! — повелительным взмахом руки Кайн отправил алкаша прочь от себя.

***

Детектив Рогов через неделю пребывания в столице успешно внедрился в организацию сына заказчицы. В момент оплаты взноса за первый уровень обучения он мысленно с удовлетворением подтвердил, что это действительно скам. Но этот скам был оформлен так, что по закону не подкопаться. Тут и официальная оплата через кассу, и в качестве услуг указано прослушивание курса современной философии, что не требует лицензирования. Да под философию можно подвести что угодно. Лекторы могут нести любую чушь, хоть цирковые представления разыгрывать, и формально будут правы.

Главным отличием от деятельности, которую ранее нарыл детектив, являлось лицо, через которые шёл денежный поток. Раньше это был Дмитрий Иванов, теперь же этим занималась Наталья Дьякова. Но эти изменения были понятны Рогову, ведь это с его подачи Марина Иванова бросилась на банковскую амбразуру в компании знакомого ему юриста. Эта женщина безжалостно лишила сына любого доступа к банковским услугам и загнала в тупиковую ситуацию, в которой у парня в банке остался кредит, но он даже не мог его оплачивать. Из-за этого размер долга увеличивался за счёт начисления штрафных пени, а кредитная история была безнадёжно испорчена.

Осознавая, с какой жестокостью эта женщина пыталась раздавить жизнь своего сына, Рогову становилось жутко и немного неуютно. И если бы у него после длительной работы в полиции остались хотя бы зачатки совести, то не исключено, что он бы даже посочувствовал парню и, возможно, не стал бы браться за это задание.

Но как не взяться за такое дело? Клиентка оплачивала ему жизнь в Москве: проживание, питание, проезд. Плюс она взяла на себя расходы по расследованию, как, к примеру, оплата за прослушивание философского курса в ИП Дьякова. Ну и, конечно же, по итогу он должен был получить солидный гонорар. То, где женщина на всё это найдёт деньги, его совершенно не волновало. Если эта сумасшедшая сама хотела залезть по уши в долги ради удовлетворения своих безумных планов, то это её проблемы.

После первого занятия Рогов вернулся в свою съёмную квартиру и связался с Мариной Ивановой через мессенджер. Он подробно отчитался о том, что организация легальна, формальных нарушений нет, её сын выглядит здоровым, уверенным в себе и полностью контролирует процесс. Он осторожно намекнул, что, возможно, её опасения преувеличены.

Ответ пришёл почти мгновенно, и в нём сквозила истерика:

«Он загипнотизирован! Они все загипнотизированы! Вы должны найти, чем они его держат! Должны быть деньги, угрозы, шантаж! Копайте глубже! Уничтожьте эту шарашкину контору!!!»

Рогов с кислой миной отложил телефон. Клиентка явно потеряла связь с реальностью. Но контракт есть контракт. Он решил сменить тактику. Если нельзя найти криминал в самой организации, возможно, его следует самостоятельно создать? Или, по крайней мере, найти уязвимости в её членах.

Он открыл досье, которое начал вести на пятерых ближайших сподвижников Дмитрия Иванова. Наташа Дьякова — эмоциональная, преданная, вероятно, влюблена в лидера. Слабое место — её чувства. Сергей — алкаш, недавно пониженный в статусе, обиженный, озлобленный. Лидия Петровна и Ирина Викторовна — старушки, дорожащие своим новым статусом и уважением. Артём — амбициозный технарь, чувствующий свою незаменимость.

«Сергей, — подумал Рогов. — Обиженный, униженный и с зависимостью. Идеальная мишень».

На следующий день Рогов выследил Сергея, когда тот, мрачный и потрёпанный, выходил из подъезда своего бывшего жилья, которое было превращено в «общежитие братства». Алкоголик направился не к метро, а в ближайший отдел алкомаркета.

Детектив подошёл к нему у дверей магазина, сделав вид, что случайно встретил знакомого.

— Сергей? Привет, мы на лекциях у Дмитрия Анатольевича пересекались. Всё нормально? Выглядишь не очень.

Сергей мрачно покосился на него.

— А ты кто такой?

— Мы тёски. Меня тоже зовут Сергей, — с улыбкой протянул ему руку Рогов. Опыт предыдущей работы позволял ему разговаривать людей. Представиться тем же именем, что и собеседник, один из приёмов для того, чтобы заполучить его доверие. — Я видел, как ты на первых занятиях вёл группу. Круто держался. Дружище, ты что-то приуныл. Что-то случилось?

Лесть попала в цель. Сергей хмыкнул и остановился.

— Да пошло оно всё! Они моих стараний не оценили.

— Бывает, — сочувственно вздохнул Рогов. — Начальство часто не замечает самых преданных. Как насчёт пропустить по стаканчику? Разгрузиться не помешало бы. Я как раз собирался выпить.

Искушение у Сергея было настолько сильным, что он сразу же согласился. Через полчаса они сидели в рюмочной неподалёку. Рогов терпеливо слушал поток жалоб: о неблагодарном «боссе», о том, как Сергея «отстранили от кормушки» из-за пары проколов, о том, что теперь он «на побегушках у старух и на положении раба».

— И ведь я для него всё делал! — бубнил Сергей, уже изрядно набравшись. — Из грязи вытащил! А он цены себе не знает. Мажор проклятый.

— Странно, — осторожно вставил Рогов. — Мне он показался справедливым. Жёстким, но справедливым.

— Справедливым?! — Сергей ударил кулаком по столу, отчего зазвенела посуда, а немногочисленные посетители рюмочной с неодобрением покосились в их сторону. — Да он сам-то кто? А? Больной на голову! Его мать сама говорила, что он недееспособный! А он тут нас учит жизни, строит из себя гуру!

Рогов не подавал виду, но внутри у него всё замерло. Он почуял, что начал вытягивать из языка важные сведения. Вот только о недееспособности Дмитрия Иванова ему было известно и раньше. Но эти сведения он получил от клиентки, а сейчас они исходили от приближённого к объекту разведки лица.

— Не может быть, — сделал он удивлённое лицо. — Дмитрий Анатольевич ведь такой солидный и собранный. Бизнесом занимается.

— Ага, занимается! — злорадно фыркнул Сергей. — На бумагах-то другая баба числится! Наташка эта, его подстилка. А у него все счета заблокированы. Тут его мамаша постаралась. Он и карточки-то нормальной не имеет. Лошара, а лезет всем заправлять…

Рогов продолжал качать информацию, подливая информатору водку. Когда он, заплатив по счету, выпроводил из рюмочной едва державшегося на ногах Сергея, в его голове уже складывался план о том, чтобы использовать информацию о недееспособности Дмитрия Иванова, например, её можно передать в органы опеки Москвы, приложив копии документов, которые предоставила ему заказчица. Это создало бы Кайну административные проблемы.

Параллельно можно было «слить» в СМИ информацию о том, что Иванов лидер секты, который замешан в нескольких полицейских историях. Общественный резонанс, давление со стороны опеки, возможно, проверка налоговой по наводке… Организация, даже самая легальная, могла не выдержать такого комбинированного удара. А когда фирма развалится, то задача окажется формально выполненной. Даже перевыполненной, ведь парнишка лишится дохода и будет вынужден вернуться в Волгоград, чего добивалась клиентка. И это не будет стоить ни копейки.

«Прости, парень, — без особого сожаления подумал Рогов, глядя на удаляющееся такси. — Ничего личного — это бизнес. Твоя мамаша слишком хорошо платит за твоё возвращение в клетку. Осталось выложить ей этот план и получить одобрение. Только не стоит ей говорить о том, что лидером этой богадельни является её отпрыск».