Warhammer Fantasy Battle, Приключение Норда

Глава 2

Они разбили лагерь там же, у пересохшего русла.

Гномы работали молча и быстро. Кто-то собирал щиты, кто-то добивал раненых гоблинов коротким ударом, без злобы. Несколько воинов вбивали колья и натягивали грубые полотнища, прикрывая стоянку от сухого ветра.

Шалидор наблюдал со стороны.

Он чувствовал усталость, не телесную, а глубже. Магия этого мира оставляла осадок, для каждого заклинания приходилось преобразовывать магию сильнее чем раньше. Восстановление здесь работало, но словно не так как привычно. Оно очищало душу и восстанавливала тело, но словно сама окружающая магия противилась этому эффекту и это вызывало вопросы.

Бородач с обломанным рогом подошёл, держа в руках флягу.

— Пей, сказал он, протягивая её. — Не яд. Просто крепкий и мерзкий напиток, но он помогает прийти в себя после битвы.

Шалидор принял флягу, сделал глоток и поморщился. Напиток был густым, горьким и обжигающим, не таким как его любимый мёд.

— Благодарю, сказал он.

После чего гном сел на камень напротив, тяжело опершись на молот.

— Ты сказал, что не знаешь где находишься, продолжил он. — Это плохо.

— Почему? Ответил маг

— Потому что, если человек не знает где он, гном посмотрел на багровое небо, — Этот мир сам ему напомнит. Обычно через боль и страдания.

Шалидор кивнул.

— Тогда начнём с простого. Кто вы и что это за земли?

Гном на мгновение задумался, подбирая слова, словно решая, с чего начать.

— Мы гномы, хирд клана Железного Шлема. Шли сюда за рудой и древними выработками. Старые карты говорили, что здесь когда-то стояли крепости нашего народа. Он сплюнул.

— Карты не соврали. Но вот количество врагов на этих территориях слишком велико, без занятой крепости, где можно восстановится и постепенно зачищать территорию, невозможно вести добычу.

Он обвёл рукой равнину.

— Это Восточные бесплотные земли. Здесь всё истончается. Камень, плоть, разум. Чем дальше на восток, тем хуже. Хаос, он тут не прячется. Он дышит, властвует.

Шалидор почувствовал, как слово отзывается внутри него.

— Хаос? Повторил он. — Значит, вот оно что, вы видимо знаете, что это такое?

— Знать? Гном усмехнулся без веселья. — Мы знаем, что от него не помогут города и крепости. Знаем, что он ломает всё, до чего дотянется. А ещё что он умеет ждать и слабые разумом примыкают к нему.

Шалидор посмотрел на свои руки.

Над лагерем повисла тишина. Где-то вдалеке снова раздался глухой удар барабана далёкий, почти призрачный.

— Они не ушли далеко, сказал гном. — Гоблины редко отступают просто так.

— Я знаю, сталкивался с ними, но те были другими. Ответил Шалидор. — Они будут пробовать на прочность нас всех неоднократно. Пока мы не покинем их территорию

Гном внимательно посмотрел на него.

— Ты говорил, что можешь помочь. Не только в бою.

— Могу, кивнул маг. — Мы все сейчас в одной лодке. И нам необходимо помочь друг другу

— Тогда пойдём с нами. Сказал гном и продолжил, отпив из фляги. — В одиночку ты долго не протянешь. Даже если ты сильнее, чем кажешься. Наш аванпост тут в нескольких днях пути. Стоит нам добраться до туда, и мы будем в безопасности на сколько это вообще возможно в этом мире.

— Как и говорил раньше, я с вами, мне некуда идти, а так буду хоть с кем то, кого знаю, пусть мы и знакомы всего ничего. И да я ранее не успел представиться меня зовут Шалидор из клана Зимнего Сердца. Ответил Шалидор, на что Тордин лишь улыбнулся.

— Ну, будем знакомы, Умги. Ответил тот благодушно улыбаясь

В этот момент один из дозорных окликнул их с края лагеря:

— Движение! С востока со стороны пустоши!

Шалидор поднялся первым. Магия вокруг уже шевелилась, реагируя на приближающееся насилие. Начиная потихоньку закипать.

— Похоже, сказал он спокойно, — У нас будет шанс продолжить знакомство в ещё одной битве.

Подойдя к краю лагеря они могли увидеть, как к ним приближались мертвецы. Их было много. Возможно, даже пару сотен. С того расстояния как их увидел дозорный в трубу, было сложно посчитать.

— Что будем делать, Тордин? Спросил маг по тихоньку готовя свою магию к битве.

— Мы не уйдём от них, мертвецы не знают усталость, но при этом они уже почувствовали нас и скоро они будут уже здесь. По этому нам необходимо максимально подготовиться к битве и не дать нас зажать. Ответил Тордим после чего продолжил повернувшись к своим бойцам. — Нужно сделать ограждения, что бы они не смогли атаковать нас сразу со всех сторон. Втыкайте колья и ставьте любые предметы так что бы создать нагромождение, через которое не смогут пройти мертвецы. И сражаясь только с одной стороны у нас есть все шансы перемолоть этих мертвяков.

Услышав инструкцию от своего Тана, остальные гномы незамедлительно принялись выполнять указания. Там, где уже успели поставить колья. Добавлялись щиты павших товарищей, они подпирались для устойчивости и что бы мертвяки не могли их выдернуть. Всё фиксировалось и создавался заслон. Таким образом небольшой круг быстро огораживался от окружающего мира и толпы мертвецов что почувствовали ненавистную им жизнь.

Шалидор же видя подготовку гномов к битве решил тоже внести свою лепту. И стал сращивать разные предметы в единый кусок с помощью магии изменений. Воздавая хвалу Магнусу за то, что решил с своё время изучить этот сложный раздел магии и добился выдающихся успехов в этой дисциплине.

В такой подготовке прошло около получаса. И вот мертвецы уже были на расстоянии 400 метров. Битва вот-вот должна была начаться. Гномы перехватывали своё оружие по удобнее готовясь к изнурительной битве. Валидор же решил проверить магию разрушения. Он был экспертом школы разрушения. И пришло время проверить его волю в этом мире

Шалидор закрыл глаза на одно короткое мгновение.

Разрушение отзывалось сразу. Слишком сразу.

Магия этого мира не ждала формулы и не требовала воли. Она тянулась к намерению, к желанию уничтожать, словно зверь, почуявший кровь и давно обезумивший. Шалидор удержал её, сжимая волю, не позволяя силе вырваться без формы.

— Спокойно, прошептал он. — Не сейчас.

Он вытянул руку вперёд и начал плести заклинание огня. Простое пламя. Чистое. Без излишков.

Ответ был иным.

Пламя вспыхнуло не ровным огоньком, а пульсаром. Привычная сфера огня пульсировала словно стремясь уничтожать, оно было густым и тягучим, словно горящее масло

Шалидор нахмурился.

— Придётся привыкать, — тихо сказал он.

Мертвецы шли молча.

Это было самое страшное в противостоянии с ними.

Не было криков, не было ярости. Только шаркающие шаги, треск костей и глухой стук ржавого железа. Их тела были разными: когда-то люди, когда-то звери, иногда нечто среднее. Некоторые держались на честном слове и тёмной магии. Другие выглядели почти целыми, но в глазницах у всех горел один и тот же тусклый свет, олицетворяющий лишь одно.

Ненависть.

— Держать строй! рявкнул Тордин. — Пока не подойдут не тратить силы!

Когда первая волна нежити упёрлась в заграждения, мир взорвался шумом.

Колья вошли в гниющую плоть. Щиты заскрипели, когда мертвецы навалились всей массой. Они не чувствовали боли. Они не отступали. Те, кого пронзали, продолжали тянуться вперёд, пока кости не ломались окончательно.

— Сейчас! крикнул Тордин.

Гномы ударили.

Топоры рубили по суставам. Молоты дробили черепа. Каждый удар был экономным, выверенным. Стремящийся уничтожить цель как можно быстрее.

Шалидор же что сейчас можно использовать заклятье. Он создал заклинание огненного шара в одной руке и бросил его в толпу мертвецом. Но так что бы не зацепить передний край гномов. Другой же рукой он создал заклятье пламени. И использовал его что бы уничтожать мертвяков вокруг пока гномы защищали проход.

Битва шла, гномы перемалывали мертвецов. Маг сжигал все больше и больше мертвецов, вызывая уважение гномов. Но тут чуть в стороне показалась фигура. Она была сгорблена и держала в руках посох из кости. Видимо это был некромант. Поводырь этих мертвецов. Его было необходимо уничтожить. Что бы ослабить нежить ещё больше.

Шалидор прекратил поливать окружающих мертвецов пламенем, и решил сосредоточиться на некроманте. Но так он был достаточно далеко. То ему пришлось рискнуть и использовать магию уровня эксперта. Громовой Разряд, почти мгновенный удар молнии.

Шалидор не хотел использовать этот ранг, не проверив его в мирное время что бы знать, как она будет отзываться. Если предыдущие заклинания с лихвой контролировались его волей. То тут могут возникнуть проблемы.

Собравшись, он начал создавать заклинание. Он сразу почувствовал изменения в заклинание. Молния стремилась вырваться из его рук. Разойтись по окружающим. Поразить каждого. Но его воли было достаточно для удержания.

И вот он момент истины, заклинание было направленно в сторону врага. И в этот момент словно весь мир замер. Произошла вспышка света, а за ним оглушительный громовой удар. Молния поразила врага. По пути уничтожая мертвецов, которые заслоняли его.

Противник лишь успел вскрикнуть как тут же упал плашмя как был. Мгновенное убийства. Враг не был защищен никак от магии. Что вызывало удивление у Шалидора. Он уже готовился к магическому противостоянию и готовил обереги для отражение вражеских атак. Но это было лишь на руку магу. Он обратил внимание на союзников, которые были оглушены его атакой. И на мертвецов, которые словно впали в оцепенение. В этот момент он решил использовать заклинание, Упокоение нежити так как больше не было источника того, что скрепляет душу и тело.

В момент, когда Шалидор использовал это заклинание от него пошла волна золотого света. И мертвецы взвыли стоило их коснуться этой волне. Мертвецы начали рассыпаться в прах один за другим.

Гномы же, видя это событие перед своими глазами были удивлены и крайне благодарны за подобную помощь

Тишина после боя была обманчивой.

Она не приносила облегчения, не давала покоя. Восточные бесплотные земли не умели молчать по-настоящему. Даже сейчас воздух дрожал, будто запоминал произошедшее. Запах гари, тлена и озона висел над лагерем тяжёлым слоем, впитываясь в камни и ткань.

Первым заговорил Тордин.

— Не задерживаемся, сказал он негромко, но так, что его услышали все. — Быстро. Собрать нужное и уходим.

Гномы не спорили.

Никто не стал добивать поверженных в этом не было нужды. Прах нежити медленно оседал на землю, и даже он выглядел чужеродно, будто сама почва не хотела его принимать. Несколько воинов молча подхватили раненых. Другие уже разбирали заграждения, вытаскивали колья, сбивали щиты в охапки. Всё делалось без суеты, но с явной поспешностью.

Шалидор стоял чуть в стороне, опираясь на посох.

Тордин подошёл к нему.

— Ты сделал больше, чем мы могли ожидать, сказал он, глядя на рассыпающийся прах. — Но именно поэтому нам нельзя тут оставаться.

— Они почувствуют? Кто? спросил Шалидор.

Гном хмыкнул.

— Уже почувствовали. Он кивнул в сторону востока. — Такое количество смерти, да ещё и с магией сюда придут не только гоблины. Нас могут ожиадть падальщики, культисты, зверолюди, что чувствует искажение. А может, и цари гробниц направятся к нам.

Шалидор проследил взглядом за направлением.

Ему показалось, что багровое небо стало темнее. Или, возможно, это просто его глаза.

— Некромант был слаб, сказал он. — Слишком.

— Здесь это не редкость, ответил Тордин. — Слабые тянутся к Хаосу, думая, что он даст им силу. А он даёт им лишь безумие и искажение.

Он повернулся к своим бойцам и повысил голос:

— Хирд! Формируем колонну! Никаких остановок, пока не уйдём минимум на пять лиг!

Гномы откликнулись короткими выкриками. Кто-то затянул ремни потуже, кто-то сплюнул, будто выплёвывая саму мысль о возвращении сюда. Никто не оглядывался на поле боя.

Шалидор заметил это.

— Вы не оставляете метки? спросил он. — Ни рун, ни знаков?

— Зачем? Удивился Тордин. — Чтобы сюда пришёл кто-то ещё? Эти земли не для памяти. Они всё равно исчезнут или исказятся в этих землях.

Колонна двинулась.

Тяжёлые шаги гномов звучали глухо, будто сама земля старалась приглушить их. Шалидор шёл рядом с Тордином, чувствуя, как магия вокруг медленно успокаивается, но не исчезает. Она просто затаилась.

Через некоторое время он ощутил это снова.

Не угрозу и не заклинание. Внимание.

Он остановился на мгновение и обернулся. Поле боя уже скрывалось в пыльной дымке, но ощущение не пропадало.

— Тордин, тихо сказал он. — За нами смотрят.

Гном не замедлил шага.

— Я знаю и не сомневался, что так будет, ответил он. — Здесь всегда так. Главное, чтобы смотрели издалека и не трогали нас.

Он бросил на мага короткий взгляд.

— А ты, добавил он после паузы. — Ты оставил след, заметный, твоя магия сильна.

Шалидор сжал пальцы.

— Значит, мне придётся быть осторожнее.

— Всем нам, кивнул Тордин. — Но теперь ты часть хирда. А значит, если кто-то придёт за тобой сначала ему придётся пройти через всех нас.

Колонна уходила всё дальше на запад, оставляя за собой только пепел и едва заметный след на иссохшей земле.

Они шли без остановок столько, сколько позволяли силы.

Пейзаж почти не менялся, и именно это было самым тревожным. Камни под ногами были одинаково серыми, одинаково острыми, будто высеченными одной рукой. Земля трескалась сухими разломами, но из них не росло ничего. Ни травы, ни мха. Даже пыль казалась мёртвой.

Шалидор чувствовал, как расстояние измеряется не шагами, а напряжением.

Каждый час пути вытягивал внимание. Не силы, именно внимание. Стоило отвлечься, и в воздухе начинали мерещиться движения, образы на границе зрения. Он пару раз ловил себя на том, что готовился плести заклинание, прежде чем осознавал, что это всего лишь искажение света.

Гномы шли плотным строем.

Два дозорных впереди, ещё двое сзади. Никто не говорил лишнего. Иногда раздавался короткий жест или стук по щиту, ф знаки, отработанные за годы походов.

На первом привале Тордин дал им не больше десяти минут.

— Не разводить огонь, приказал он. — Если нужно ешьте холодное.

Шалидор сел на камень, чувствуя, как дрожь постепенно отпускает ноги. Он попытался восстановить силы магией и тут же остановился. Магия ответила слишком охотно.

Она подхватывала любое намерение, усиливала его, словно проверяя на прочность. Это было похоже не на поток, а на воронку.

— Не нравится тебе это место, хмыкнул один из гномов, проходя мимо.

— Я не привык, что сила смотрит на меня, ответил Шалидор.

Гном понимающе кивнул.

— Тогда привыкай. Тут она всегда смотрит.

На второй день путь стал хуже.

Воздух сделался плотнее. Дышать было не тяжело, но каждый вдох ощущался чужим. Как будто лёгкие наполнялись не только воздухом. У одного из гномов начала идти кровь из носа. Другой жаловался, что слышит звон, хотя вокруг стояла тишина.

Шалидор помогал, накладывая заклинания очищения. Они работали, но оставляли после себя странный холод, будто магия срывала какой-то налёт. Но раны не успевали заживать. И после каждого раза промежуток, когда была необходима помощь кому-то из хирда становился все меньше. Был необходим большой привал что бы залечить всё как следует

— Дальше так будет чаще, сказал Тордин. — Потому и нужен аванпост. Камень и руны хотя бы немного держат эту дрянь на расстоянии.

Несколько раз им приходилось менять маршрут.

Не из-за врагов из-за самой земли. Иногда тропа просто исчезала, словно её никогда не было. Иногда впереди возникали провалы, которых не было на картах. Один раз они увидели старый обелиск, покрытый знаками, от которых у Шалидора заболела голова словно кто-то попытался проникнуть в его разум, но наткнулся на защиту.

— Не смотреть, резко сказал Тордин. — И не читать это письмена культа хаоса.

Шалидор отвернулся сразу.

Ночью они не спали по-настоящему.

Сон приходил обрывками. Слишком яркими, слишком насыщенными. Шалидор видел огни, которых не знал, и слышал шёпот, не складывающийся в слова. Он просыпался каждый раз до того, как сон успевал закончиться, чувствуя, что, если досмотреть его до конца, проснётся уже не он. Он понимал, надо было проводить ритуал защиты и очищения. Здешняя магия влияет на него слишком сильно

На третий день показались стены.

Они были низкими, грубыми, вросшими в землю, будто сами выросли из камня. Рунные плиты местами были расколоты, но всё ещё держались. Над входом висел потрёпанный штандарт с символом клана Железного Шлема.

Гномы остановились.

Никто не радовался. Только выдохнули.

— Аванпост Краг-Бар, сказал Тордин. — Дальше восток уже не принимает гостей. Даже нас.

Ворота открылись не сразу.

Сначала стук. Потом голос. Потом скрежет камня. Когда створки разошлись, Шалидор почувствовал это сразу.

Магия здесь была тише. Он сделал шаг внутрь и впервые за несколько дней понял, что его плечи опустились.

— Добро пожаловать, Умги, сказал Тордин, входя следом. — Это не дом. Но лучшее, что у нас есть.

За стенами Восточные бесплотные земли продолжали жить своей жизнью.

И ждать.