Warhammer Fantasy Battle, Приключение Норда

Глава 15

Победа над конвоем Гномов Хаоса принесла Краг-Бару передышку, но не отдых. Напротив, жизнь в крепости закипела с удвоенной силой. Возвращение героев отпраздновали с размахом эль лился рекой два дня, а песни о «Летучем Отряде» и «Мече из Света» уже начали обрастать неправдоподобными подробностями. Но когда похмелье улеглось, на первый план вышли насущные проблемы.

Крепость была переполнена. Приход Клана Черной Горы увеличил население почти на треть. Спальные ниши были заняты, запасы еды таяли, а лазарет был полон. Шалидор, восстановивший силы после рейда, не остался в стороне. Теперь, когда он был признан Давионгри, он чувствовал ответственность не меньше, чем Тан.

Первым делом он направился в нижние ярусы, где разместили беженцев. Здесь пахло сыростью, немытыми телами и тревогой. Гномы Черной Горы, потерявшие свой дом, ютились в старых складских помещениях, спали на тюках с соломой и выглядели потерянными. Драгомир встретил мага у входа. Старик выглядел лучше магия Шалидора поставила его на ноги, но глаза вождя были полны печали.

— Тесновато у нас, криво усмехнулся Драгомир. — Но лучше теснота, чем гоблинский нож в брюхо. Мы пытаемся расчистить старые забои под жилье, но порода здесь крепкая, а инструментов не хватает.

Шалидор кивнул.

— Инструменты есть. Просто они не из железа. Он прошел к глухой стене, которую безуспешно долбили кирками двое молодых гномов.

— Отойдите, мягко попросил маг. — Школа Изменения, прошептал он. В Скайриме заклинание Трансмутация использовали, чтобы превращать металл. Но принцип изменения плотности материи можно было использовать иначе. Шалидор положил руку на гранит. Камень под его ладонью дрогнул.

Маг не ломал его, он уговаривал породу стать мягче. — Размягчение Породы. Гранит на глубину метра стал податливым, как густая глина.

— Копайте сейчас, скомандовал он шахтерам. — У вас есть час, пока он снова не затвердеет.

Гномы, раскрыв рты, ударили кирками. Инструмент входил в камень, как в масло, вырезая ровные блоки за считанные секунды. Работа, которая заняла бы неделю, была сделана за час. Шалидор шел вдоль коридора, касаясь стен, а за ним шла бригада, стремительно расширяя жилое пространство. К вечеру у беженцев были новые, сухие покои. Грубые, но теплые.

Следующие дни Шалидор провел в Лазарете. Лекари Краг-Бара, суровые жрицы Валайи, сначала косились на него с недоверием. Но после того, как он спас их пациентов во время налета, они молча уступали ему место у самых тяжелых коек.

Раненых после воздушного рейда было много. Ожоги от магии Хаоса, раздробленные кости, осколочные ранения.

Но Шалидор решил пойти дальше. Однажды вечером, когда основные процедуры были закончены, он зашел в казарму Долгобородов. Ветераны сидели за столами, чистили оружие и играли в кости. Увидев мага, они встали знак величайшего уважения.

— Не стоит, улыбнулся Шалидор. — Я пришел не как командир. Я пришел как ремонтник. Брокс Камнелоб, сидевший у камина и растирающий колено вонючей мазью, поднял бровь.

— Ремонтник? Ты решил починить нам сапоги, умги?

— Нет. Я решил починить вас.

Шалидор подошел к Броксу.

— Твое колено. Старая травма?

— Орочья стрела двадцать лет назад, проворчал наемник. — Кость срослась криво. На погоду ноет так, что хоть вой. Но это удел воина.

— Удел воина, сражаться, а не хромать, отрезал Шалидор. — Дай посмотреть.

Он опустился на колено перед гномом. Его руки засветились мягким золотым светом Восстановления. Это была не просто регенерация. Шалидор использовал заклинания уровня Адепта, чтобы воздействовать на застарелые рубцы и кальциевые наросты.

Он чувствовал неправильную структуру сустава и, вливая ману, заставлял организм растворять лишнее и восстанавливать хрящ. Через пять минут Брокс встал. Он осторожно перенес вес на больную ногу. Присел. Потом подпрыгнул. На лице старого вояки отразился шок.

— Не болит, прошептал он. — Клянусь бородой, она не гнулась так с битвы у Черного Перевала!

В казарме воцарилась тишина.

— Кто следующий? Спросил Шалидор, закатывая рукава. — У кого старые переломы? Шрамы, которые тянут кожу? Спины, которые не разгибаются? Очередь выстроилась мгновенно. В ту ночь Шалидор не спал. Он лечил не свежие раны, а хронические увечья, которые гномы привыкли терпеть годами.

Снорри он исправил плохо сросшуюся ключицу, которая мешала замахиваться топором в полную силу. Одному из инженеров вернул чувствительность пальцев, обожженных паром год назад. Старому ветерану восстановил зрение в помутневшем глазу.

Для гномов это было чем-то за гранью понимания. Они привыкли, что магия это разрушение. А здесь магия возвращала им молодость и силу. Шалидор чинил их тела так же, как кузнец чинит любимый доспех с уважением и мастерством.

На третий день Тордин позвал его на стену. Там уже были Хельгар и Грумнир. Они стояли у главных ворот, разглядывая чертежи.

— Мы укрепили кладку, как ты говорил, начал Тан. — Но Гномы Хаоса показали нам, что камень не спасает от магии. Их Жрец пробивал наши стены, как бумагу. — Нам нужна защита, кивнул Хельгар.

— Я могу нанести руны Сопротивления Магии, но на весь периметр у меня не хватит сил и громрила.

— И не нужно, сказал Шалидор, глядя на ущелье. — Мы пойдем другим путем.

Он взял уголек и начал чертить прямо на парапете.

— На моём опыте, начал он, — лучшая защита от магии это рассеивание. Нам не нужно блокировать удар. Нам нужно, чтобы он соскользнул. Он нарисовал схему Оберега, но не в виде сферы, а в виде сети.

— Хельгар, ты можешь выковать штыри из чистого серебра?

— Серебра? Удивился рунный мастер. — Оно мягкое.

— Зато оно идеально проводит ману. Мы вобьем серебряные стержни в стены через каждые десять метров. И я зачарую их заклинанием Поглощения.

— Громоотвод? Догадался Грумнир.

— Магоотвод, улыбнулся Шалидор. — Если в стену ударит огненный шар или молния, энергия не взорвет камень. Она уйдет в серебро и рассеется в землю.

Работа закипела. Это был странный и удивительный союз. Гномьи кузнецы ковали стержни, покрывая их рунами прочности. А Шалидор ходил по стенам и "заряжал" каждый штырь, вплетая в металл сложные чары Мистицизма и Изменения. Когда они закончили, крепость изменилась. Визуально стены остались теми же, но для магического зрения они теперь были оплетены тончайшей серебристой паутиной.

— Хочешь проверить? Спросил Шалидор у Тордина.

— Давай. Маг отошел на сто шагов. Он поднял посох и, не сдерживаясь, метнул в стену Огненный шар. Сгусток пламени с ревом понесся к воротам. Стражники на стенах инстинктивно пригнулись. Но взрыва не было. За метр до камня огонь вдруг "размазался". Серебряные штыри вспыхнули синим светом, втягивая в себя пламя. Заклинание просто исчезло, уйдя в фундамент горы беззвучным разрядом.

Тордин провел рукой по холодному камню.

— Ни царапины. И даже не нагрелось. Он посмотрел на Шалидора с глубоким уважением.

— Ты превратил нашу крепость в щит, который не пробить колдовством. Теперь мы готовы к противостоянию колдунам.

А на рассвете четвертого дня долину огласил низкий, гулкий рев боевого рога. Это был «Зов Возмездия», сигнал, от которого у любого, Дави кровь закипала в жилах, а рука сама тянулась к рукояти топора. Звук отразился от скал, распугивая горных орлов, и эхом ушел в сторону перевалов.

Шалидор, стоявший на стене и проверявший магический фон новых укреплений, увидел, как из утреннего тумана выступает колонна. Это не было парадное шествие. Это была армия, идущая на войну. Никаких блестящих на солнце золотых доспехов, никаких расшитых плащей и знамен с золотой нитью. Воины были покрыты серой дорожной пылью, их кольчуги были матовыми, чтобы не бликовать, а бороды заплетены в тугие походные узлы. Основу составляли Воины Клана, крепкие, широкоплечие бойцы с тяжелыми щитами. За ними шли отряды арбалетчиков и егерей, чьи плащи сливались с камнем. Замыкали колонну инженеры, ведущие мулов, груженных бочонками с порохом и частями полевых механизмов.

— Они не прислали элиту, тихо заметил Брокс, стоящий рядом и вглядывающийся в стяги.

— Ни Железоломов, ни Молотобойцев. Это скорее всего добровольцы и ветераны пограничных гарнизонов, отправленные в рейд. Мрачно кивнул Тордин, оценивая выправку бойцов. — Легкие на ногу, злые и упрямые. Их цель сейчас не держать строй в чистом поле. Их цель идти вперед, ударить как следует и уйти.

Встреча состоялась у главных ворот. Тордин, Брокс и старейшины вышли навстречу. Спешившись с закованных в пластинчатую броню горных пони, к ним подошли двое предводителей. Первым был Тан Горм «Железная Рука», гигант даже по меркам гномов, с лицом, иссеченным старыми шрамами так, что оно напоминало карту забытых битв. Его правая рука была скрыта в огромной механической перчатке, покрытой рунами. Вторым был Рунный Лорд Барунд. Он казался древним, как сами горы: его кожа напоминала дубленую кожу, а борода, белая как снег, была заправлена за пояс. Он опирался на посох, увенчанный сияющей Руной Равновесия, и смотрел на мир с пронзительной, холодной мудростью.

— Тан Тордин, прогудел Горм, снимая шлем и встряхивая косами. — Король Казадор шлет приветствие. Весть о разбитом конвое достигла Карак-Азула быстрее ветра. Славная была охота, говорят, вы обрушили на них саму гору. Горм обвел взглядом присутствующих тяжелым, оценивающим взором и остановился на Шалидоре.

— Это и есть тот маг?

— Это Шалидор, наш друг и союзник, твердо сказал Тордин, делая шаг вперед, словно прикрывая человека. Горм неожиданно поклонился коротко, по-военному, без лишних церемоний.

— От имени Короля, благодарю. Уничтожение обсидиана спутало планы врага. Наши разведчики докладывают, что Дави-Жарр в бешенстве. Они потеряли месяцы работы и ценный ресурс. Это дало нам самое главное время.

— Но ситуация серьезнее, чем кажется, вмешался Рунный Лорд Барунд. Его голос был сухим и скрипучим, как трение камней.

— Мы здесь не для того, чтобы пировать и звенеть кубками, Тордин. Он знаком приказал развернуть на походном столе карту региона. Карта была старой, начерченной на шкуре дракона, но с новыми пометками, сделанными углем. Гномы Хаоса стягивают силы в Темных Землях, начал Барунд, водя узловатым пальцем по карте.

— То, что вы разбили, лишь один конвой, капля в море. Они готовят что-то грандиозное.

— Мы думали, они пойдут на Карак-Азул, сказал Брокс.

— И они пойдут, если мы им позволим, кивнул Горм. — Но Король Казадор не намерен сидеть за стенами и ждать, пока они подкатят свои пушки. Он собирает Великий Сбор. Вся элита Королевская гвардия, Молотобойцы, Железоломы, сейчас стягивается к столице. Король готовит полномасштабное наступление. Мы выбьем эту заразу из наших гор раз и навсегда обратно в их пустоши.

Шалидор внимательно слушал. Это меняло дело. Гномы не собирались обороняться, они готовили ответный удар.

— А какова ваша роль? Спросил маг. — Этот отряд слишком мал для генерального сражения.

— Верно, умги, усменулся Горм, и в его улыбке не было страха, только холодный расчет.

— Мы наживка и нож в печени. Наша задача пройти рейдом по их землям. Мы будем жечь шахты, взрывать мосты, убивать погонщиков рабов. Мы должны нанести им столько вреда, создать столько хаоса в их тылах, чтобы они были вынуждены развернуть часть армии на нас.

— Вы хотите отвлечь их от Карак-Азула, понял Тордин.

— Мы хотим выжить и вернуться, поправил Барунд. — Мы не Истребители, мы не ищем смерти. Мы укусим и исчезнем в тоннелях. Пусть гоняются за нами по своим пустошам, пока Король собирает главный кулак что бы вдарить по ним как следует.

Рунный Лорд ткнул пальцем в точку, где был обозначен Краг-Бар.

— И ваша крепость в этом плане, для Дави-Жарр как заноза под ногтем. Вы стоите близко к одному из маршрутов снабжения. Не единственному, нет. У них есть тракты севернее и южнее. Но само ваше присутствие здесь, так близко к их линиям, заставляет их нервничать.

— Мы угрожаем их обозам, кивнул Шалидор. — Мы можем делать вылазки и разрушать их.

— Именно, подтвердил Горм. — Пока Краг-Бар стоит и огрызается, они не могут спокойно возить железо и рабов по этому ущелью. Им приходится выделять охрану, тратить силы. Для них вы помеха. Не смертельная, конечно, но очень неприятная.

— И они захотят эту помеху устранить, мрачно закончил Тордин.

— Они попытаются изолировать вас, сказал Барунд. — Отрезать от дорог, взять в блокаду, чтобы вы не могли мешать их снабжению. Осада будет тяжелой. Поэтому мы оставляем вам подкрепление.

Горм махнул рукой в сторону строя.

— Сотня Воинов Клана. Крепкие парни, знают, с какой стороны браться за топор. Они останутся здесь, чтобы усилить ваш гарнизон. Больше дать не могу каждый меч на счету в рейде. Но эта сотня поможет вам выстоять пока не придут основные войска.

— Мы примем их как братьев, поклонился Тордин. — Стены у нас крепкие, а теперь и мечей прибавится.

Разговор прервал Рунный Лорд. Он отошел от стола и, прищурившись, подошел к стене крепости. Его взгляд, привыкший искать изъяны в породе, зацепился за серебряные штыри, установленные Шалидором.

— А это что за украшения? Проворчал он, постукивая посохом по металлу. — Серебро? В боевой стене? Вы решили, что крепость недостаточно блестит для гоблинов? Или это новая мода, которую я пропустил, сидя в библиотеках?

— Это защита, Лорд, ответил Шалидор, подходя ближе.

— Защита? Фыркнул старый гном.

— Защита это громрил, гранит и руны, выбитые молотом и потом! А это выглядит как, он брезгливо сморщился. Как эльфийская хитрость. Тонкая и ненадежная.

— Это отвод магии, спокойно пояснил Шалидор, игнорируя тон старика. — Металл пьет силу вражеского заклинания и уводит её в землю, не давая камню разрушиться.

Барунд скептически прищурился, разглядывая сложную вязь зачарования, невидимую для обычного глаза, но ощутимую для мастера.

— Пьет силу? Серебро слишком мягкое для этого. Оно расплавится от хорошего огненного шара быстрее, чем воск.

— Не с моими чарами, уверенно ответил маг. — Я изменил проводимость металла.

— Слова, отрезал Рунный Лорд. — Гномы верят удару молота, а не красивым словам. Если вас собираются изолировать, стены должны держать удар Дави-Жарр. А их огонь горячее драконьего.

Он поднял свой посох. Навершие вспыхнуло зловещим оранжевым светом Руны Гнева и Разрушения.

— Я проверю твою работу, маг. Прямо сейчас. И молись своим богам, чтобы она выдержала. Потому что если она не выдержит моего удара, то Дави-Жарр превратят вашу крепость в могилу за один день. Во дворе повисла тишина. Прибывшие воины, местные защитники, беженцы все замерли. Это был не просто тест. Это был суд.

Барунд размахнулся и с силой ударил магическим разрядом руны прямо в стену, в пространство между двумя штырями. Вспышка была ослепительно яркой, но странно беззвучной. Вместо того чтобы взорваться, разбрасывая осколки гранита, оранжевая энергия ударилась о невидимую преграду. Серебряные штыри мгновенно вспыхнули насыщенным синим светом. Они, словно жадные пиявки, втянули в себя огонь руны. Энергия пробежала по металлу и ушла вниз, в фундамент, исчезнув без следа. Стена осталась невредимой. Даже копоти не было.

Барунд моргнул. Он подошел к стене вплотную. Провел морщинистой рукой по камню холодному и твердому. Потом осторожно коснулся штыря.

— Холодный. Пробормотал он, и в его голосе прозвучало искреннее удивление. — Оно действительно выпило удар. Полностью.

Он медленно повернулся к Шалидору. В его взгляде исчезла насмешка, уступив место профессиональному уважению мастера к мастеру, пусть и работающему с иными материями.

— Я не понимаю твоих методов, человек. Для меня это выглядит дико, как магия леса. Но это работает. Камень цел. А это главное. Он ударил посохом о землю, признавая результат. — Твоя работа достойна уважения. Если ты смог заставить мягкое серебро держать удар Руны Гнева, значит, ты не просто ярмарочный фокусник. Эти стены послужат вам хорошую службу, когда враг попытается вас запереть.

Горм хохотнул, его смех разрядил напряжение. Он хлопнул Тордина по плечу своей железной рукой.

— Ну, если старый Барунд не стал ворчать и плеваться, значит, дела у нас неплохи! Он посерьезнел и надел шлем.

— Мы переночуем здесь, пополним припасы водой и уйдем на рассвете. Нас ждет долгий путь и много славных драк. А вы, он посмотрел на Шалидора и Тордина тяжелым взглядом.

— Держите это ущелье. Держите его зубами. Пусть они ломают о вас свои клыки, пока мы режем им брюхо.