Возвращение Безумного Бога 15

Глава 9 Кто хочет поиграть с огнем?

Мое сердце пропустило удар. Потом еще один.

— Ты не она, — сказал я, и мой голос прозвучал более твердо, чем я ожидал, — Хватит уже этого маскарада.

Она сделала шаг вперед. Под ее ногой земля покрылась черным инеем.

— Костя, — тихо, но напряженно произнесла Настя, — что это? Почему оно выглядит как тётя Ася? И эта сила вокруг нее… Она огромна!

— Не слушай ее болтовню, — сказал я, — Сосредоточься на печатях.

Эмми молчала, но ее пламя вспыхнуло ярче, жарче. Инстинктивная реакция огня на лед.

Черная Айсштиль окинула взглядом наш конвой. Нападавшие расступились перед ней, как море перед пророком. Даже твари отползли назад.

— Черное Солнце, — произнесла она, и в ее голосе зазвучало что-то похожее на жадность. Или на тоску, — Ты везешь его домой. Как трогательно. Как… предсказуемо.

— Что ты хочешь? — спросил я, хотя уже знал ответ. Параллельно я продолжал свои манипуляции с устройством. Если Бездна хочет поболтать… окей, поболтаем и выиграем немного времени.

Она улыбнулась. Улыбкой, которую я видел тысячу раз. Улыбкой Айсштиль. Но сейчас она не согревала. Она обжигала холодом.

— Прекрати сопротивление, Эстро, — сказала она мягко. Почти нежно, — Отдай артефакт. Добровольно. Без борьбы. И я обещаю, что твои друзья останутся невредимы, — Она обвела рукой поле боя, — В противном случае… Боюсь, это будет грязно. Кровопролитно. И очень-очень болезненно. Для всех.

Воздух вокруг нее сгустился, превращаясь в кружащиеся ледяные осколки. Каждый — острый, как бритва. Смертельный.

— Подумай, — продолжила она, — Стоит ли артефакт жизней людей, которые тебе дороги? Ты же всегда был прагматиком. Всегда умел просчитывать риски.

Настя напряглась рядом со мной. Эмми сжала кулаки, пламя облизало ее руки.

Но я смотрел на клона Айсштиль. На ее ледяное лицо. На пустые глаза. На улыбку, которая в моих воспоминаниях была живой и теплой, а теперь превратилась в маску.

— У тебя есть десять секунд, — сказала она, — Подумай хорошенько, Эстро. Время тикает.

И она замерла, как статуя из черного льда, ожидая моего ответа.

Секундная стрелка в моей голове начала свой отсчет.

Тик.

Тик.

Тик.

Тик.

Тик.

Тик.

Тик.

Тик.

Тик.

Тик.

Я ничего не ответил.

Твари и бандиты из Диких Земель снова пошли в атаку. Мирмеции в боковых машинах уже открыли огонь. Магические лучи, пули и энергетические заряды полосовали воздух.

— Сахаринка, держи тыл! — скомандовал я по рации, — И постарайся не дать им окружить нас!

— Поняла, папа! — донесся ее жизнерадостный голос, — Буду давить их, как тараканов! Только более крупных. И более вооруженных.

— Остальные — прикрывайте Дребезга! Мне нужно время, чтобы… кое-что подготовить.

— Ты не будешь драться? — удивилась Эмми.

— Вы достаточно сильны, чтобы утереть им нос. Просто выиграйте мне время.

Я прямо с переднего сидения перелез назад. И положил руки на контейнер с Черным Солнцем. Он был холодным, но не обычной холодностью металла. Это был холод Бездны. Холод, который не замораживал, а поглощал тепло, свет, надежду.

Времени на разогрев артефакта не было. Придется импровизировать. А я всегда хорошо импровизировал. Особенно когда альтернатива — смерть.

— Ну что, уроды, — пробормотал я, чувствуя, как по венам течет сила Бездны, холодная и пьянящая, — Посмотрим, кто кого. Ставки принимаются.

Бой быстро превратился в полный хаос. Мирмеции методично расстреливали нападавших, их лазеры вычерчивали смертоносные узоры в воздухе. Эмми швыряла огненные шары с энтузиазмом ребенка, которому разрешили играть с петардами. Настя ткала защитные печати, отражая снаряды и энергетические залпы. Она также создала доппеля из того гигантского скорпиона. И тот, грозно щелкая клешнями, попер на врагов.

Черная Айсштиль не вмешивалась. Она стояла неподвижно. Я не мог этого видеть, но чувствовал, что ее взгляд направлен точно на меня. Прямо сквозь бронированную стену машины.

Я же сосредоточился на Черном Солнце. Артефакт откликался на мой зов, пульсируя в такт моему сердцебиению. Тени текли из контейнера, как черная вода, сгущаясь вокруг Дребезга.

— Костя, — окликнула Настя, — Тебе, конечно, лучше знать, но… не перестарайся!

— Всё под контролем, — заверил я ее.

— Это именно то, что говорят все прямо перед катастрофой, — пробормотала она.

Очередная волна нападавших двинулась к нам. Твари рычали, люди орали что-то бодро-матерное. Картина маслом: типичный вторник в жизни князя Безумова.

Первая тварь (та самая помесь скорпиона и танка) ринулась к одному из боковых монстромобилей. Ее хитиновые лапы вгрызались в асфальт, оставляя борозды.

— Моя очередь! — радостно взвизгнула Сахаринка по рации.

Зеркала резко развернулась, оставляя след шин по широкой дуге. На полном ходу из ее грузового отсека выпрыгнула мирмеция-преторианец. Она приземлилась прямо перед тварью. На ее руках мгновенно материализовались хитиновые кастеты с длинными острыми шипами.

— Привет, уродец! — крикнула она твари, — Хочешь стать моим питомцем? Обещаю элитный корм и личный лоток!

Жало скорпиона метнулось к девушке. Сахаринка отскочила, и ядовитый шип пробил асфальт там, где она только что стояла.

— Ой, какой грубый! — воспользовавшись заминкой твари, она прыгнула ей на спину. Вонзила острые шипы в сочленения панциря, — Тебя что, манерам не учили? Сначала нужно представиться!

Монстр взревел и попытался скинуть ее, извиваясь всем телом. Сахаринка держалась, как наездник на родео.

— Ух ты, какой резвый! Восемь из десяти! Минус два балла за вонь!

Эмми, продолжая швырять огненные шары из окна, покачала головой:

— Сахарок сегодня какой-то не в меру энергичный…

— Это она с Перчинкой пообщалась, — вздохнула Настя, отражая очередную пулю защитным барьером, — Я подозреваю, что у нее две настройки: «Добрая» и «Поговорила с Перчинкой за жизнь».

Тем временем к Дребезгу прорывалась группа бандитов. Человек десять, с автоматами и тем особым фанатичным выражением лиц. Что-то вроде: «Меня наняли умереть, и я собираюсь выполнить работу качественно».

Настя сложила печать, и воздух перед машиной замерцал. Из мерцания вышел… уже второй гигантский скорпион-доппель. Сила Насти позволяла поддерживать существование нескольких таких конструктов.

— Господи, еще один⁈ — взвыл главарь отряда.

— Это прекрасно! — крикнул его товарищ, открывая огонь. На его лице играла маниакальная улыбка, — Быстрее отправимся к Бездне!

Доппель-скорпион с грохотом обрушился на бандитов, высекая лапами обломки бетона из дороги. Боевики разбежались, стреляя куда попало. Пули отскакивали от хитина допеля — он был так же прочен, как и оригинал.

Эмми тем временем работала на дальней дистанции. Ее огненные шары летели с точностью артиллерийских снарядов с наводкой беспилотников. Один бандит пытался прицелиться из гранатомета — шар врезался ему в грудь. Мужик взвыл и бросил оружие. После чего упал и принялся кататься по земле, пытаясь сбить пламя.

Еще две твари (что-то похожее на гибрид волка и многоножки) пытались обойти конвой с флангов. Их шкуры покрывали костяные наросты, глаза светились нездоровым зеленым светом.

Сахаринка спрыгнула со своего поверженного скорпиона (который теперь конвульсивно дергал лапами) и оценила новых противников.

— О, собачки! — она присвистнула, — Интересно, поддаетесь ли вы дрессировке? Нам бы такие не помешали…

Волкомногоножки зарычали, брызгая слюной.

— Да-да, я тоже рада вас видеть! — Сахаринка создала вокруг своих кулаков нечто похожее на хитиновые боксерские перчатки. Только с шипами. И гораздо более смертоносные, — Кого погладить первым?

Обе твари ринулись на нее одновременно. Сахаринка увернулась от первого, подставила подножку — тварь грохнулась мордой в асфальт. Вторая получила апперкот, от которого подлетела в воздух метра на три.

— Нокаут! — радостно объявила Сахаринка, — Рефери, засчитывай!

— Сахаринка, сосредоточься! — крикнула Настя, рассылая свои барьеры направо и налево.

— Я сосредоточена! Просто я могу быть сосредоточенной и веселой одновременно!

Настя и Эмми удивленно посмотрели на Сахаринку — обычна та была куда серьезнее. Особенно в бою. Неужели еще не отошла от пирожков Никталии?

Из-за развалин показалась новая волна тварей. Теперь это было что-то похожее на летающих скатов с зубастыми пастями на брюхе. Штук пять.

— Летающие? — простонала Эмми, — Серьезно? Им мало было ползающих и бегающих?

— Разнообразие — признак здорового биоценоза, — съязвила Настя, готовя новую печать.

— Это не биоценоз, это бестиарий кошмаров!

Первый скат пикировал на Дребезга. Эмми встретила его огненным столбом — тварь взвыла и рухнула в сторону, дымясь. Второй был хитрее — он целился в незащищенный бок конвоя.

Настя сделала что-то странное со своими руками, и воздух рядом со скатом задрожал. Внезапно там появилась… вторая Сахаринка. Точная копия.

— Привет! — весело сказала копия скату и ударила его в морду хитиновым кулаком.

Тварь в замешательстве отшатнулась.

— Что, не ожидал? — хмыкнула настоящая Настя, — Я тоже себя иногда не ожидаю.

Скат получил огненный шар от Эмми прямо в брюхо и с воем рухнул на землю.

— Хорошая работа! — крикнула рыжая.

— Спасибо! Ты тоже красотка!

Бандиты тем временем явно начали сомневаться в мудрости своего выбора карьеры.

— Я же говорил, — вопил один из них, прячась за бетонным блоком, — надо было пойти работать грузчиком! Или таксистом! Но нет, ты сказал «легкие деньги», «быстрая работа»!

— Откуда я знал, что они приведут армию⁈ — огрызнулся его напарник.

— Это не армия! Это девчонки!

— ДЕВЧОНКИ, КОТОРЫЕ НАС УНИЧТОЖАЮТ!

— Это немного обидно, — заметила Настя, услышав крик, — Мы стараемся, а они недовольны.

Сахаринка тем временем разбиралась с очередной тварью — чем-то вроде медведя с чешуей вместо шерсти. Она запрыгнула ему на спину и начала методично колотить хитиновыми кулаками по голове.

— Кто! Хороший! Мальчик! — каждое слово сопровождалось ударом, — Кто! Будет! Сидеть! Смирно!

Медведь взревел и попытался достать ее лапой. Сахаринка создала хитиновый щит, который принял удар. А затем она крепко ухватила тварь за верхнюю челюсть.

— Ну что, зубастик, поиграем в рыбалку?

Она рванулась всем телом назад, и медведь подлетел в воздух, кувыркаясь через голову.

— Поймала! — торжествующе объявила мирмеция, — Отличный трофей! Хочу повесить его на голову над камином!

— САХАРИНКА, ОН ЕЩЕ ЖИВОЙ! — крикнула Настя, глядя на то, как медведь с рычанием поднимается.

— Мелочи, мелочи!

Эмми уничтожила последнего летающего ската и перевела дух. Ее волосы дымились, лицо покрылось копотью.

— Знаете, — задумчиво сказала она, — когда я поступала в училище, я представляла себе битвы совсем иначе. Более… эпично. Благородно. С музыкой на фоне.

— Хочешь музыку? — отозвалась Настя, отражая покровом пулю, — Могу напеть. «В траве сидел кузнечик…»

— Не надо.

— «Совсем как огуречик…»

— Настя, прекрати!

— «Зелененький он был…»

Очередная тварь (на этот раз что-то вроде гигантской сороконожки с человеческим лицом) прорвалась сквозь огонь мирмеций. Она неслась прямо к Дребезгу, извиваясь всем своим омерзительным телом.

— У меня есть идея! — крикнула Эмми.

— Хорошая? — уточнила Настя.

— Когда у меня были плохие идеи?

— Тебе список по алфавиту или по датам?

Но Эмми уже не слушала. Она выскочила из машины. Сделала глубокий вдох, закрыла глаза и начала бормотать что-то под нос. Слова на языке Бездны, темные и звучные, как удары колокола в подземелье.

Настя почувствовала, как воздух сгущается. Как температура резко подскочила.

— Эмми, — медленно сказала она, — ты уверена?

— Совершенно!

Вокруг рыжей вспыхнул огонь. Не обычный — живой, пульсирующий, текущий, как жидкость. Он обвил ее тело, словно любовник в танце, начал преображать.

Волосы Эмми вспыхнули настоящим пламенем. Не горели — стали пламенем. Живым, развевающимся, ревущим. Ее одежда расплавилась в огне и тут же сформировалась заново — теперь это было что-то между боевой формой и произведением искусства. Огненное платье-броня, каждый элемент которого пылал, но не сжигал свою хозяйку.

А вокруг нее развернулся новый покров — гигантский столп огня, взмывающий в небо. В нем плясали тени, языки пламени складывались в узоры.

— Вау… — пробормотала Настя, — Благословение Бездны… каждый раз как в первый раз…

— И опасно, — добавила Сахаринка по рации, — Папа, у нас Эмми снова превратилась в живой крематорий!

Я не ответил.

Эмми открыла глаза. Они горели. Буквально — два огненных шара вместо обычных зрачков.

— Ну что… — ее голос напоминал треск костра, — кто хочет поиграть с огнем?