Возвращение Безумного Бога 15

Глава 4 Император ждать не любит

Крик разорвал утреннюю тишину, как удар молнии по карточному замку.

— ПОДЪЕМ, ДЕВЧАТА, БОЕВАЯ ТРЕВОГА! ПЯТЬ МИНУТ НА СБОРЫ! ИМПЕРАТОР ЖДАТЬ НЕ ЛЮБИТ!

Хаос вспыхнул… мгновенно.

Настя и Эмми, спавшие по обе стороны от меня, взвизгнули и подскочили, судорожно пытаясь прикрыться одеялом… которое я уже скинул. Их сонные, растерянные выражения лиц сменились паникой.

— Что⁈ Где⁈ Кто⁈ — заверещала Эмми, ее рыжие волосы встали дыбом.

— Костя, ты с ума сошел⁈ Какая тревога⁈ — Настя попыталась ударить меня подушкой, но промахнулась и попала Эмми по голове.

Никталия, висевшая на люстре, отреагировала мгновением позже учениц. Мой крик вырвал ее из сладкого сна. Она дернулась, ее нога соскользнула с хрустального рожка, и богиня ночных желаний с грацией мешка с картошкой полетела вниз.

*ШМЯК!*

Глухой, влажный, хрустящий звук. Никталия приземлилась прямо в ледяную лужу, в центре которой плавало лицо Айсштиль.

— А-а-а!.. Почему пол такой… колючий и мокрый⁈ — простонала Никталия, пытаясь подняться и поскальзываясь на льду.

Айсштиль же от такого пробуждения буквально перешла в новое агрегатное состояние — в облачко пара с льдинками. Лужа с ее лицом взорвалась фонтаном ледяных осколков.

— КТО⁈ ПОСМЕЛ⁈ — ее голос, полный ледяной ярости, донесся, казалось, от каждого осколка одновременно. По комнате пронесся миниатюрный снежный вихрь. Часть осколков начала собираться в подобие руки, которая тут же попыталась схватить Никталию за лодыжку.

На письменном столе тоже начался переполох. Три мирмеции подскочили, как ошпаренные.

— СТАТУС! ДОКЛАД! — скомандовала Сахаринка, инстинктивно пытаясь надеть свою броню (которая и так была на ней). Но в панике схватилась за нагрудник Перчинки. Он был ей явно мал.

— Неопознанное психоактивное вещество в крови! — отчеканила Перчинка, чьи антенны бешено вращались. Она почему-то пыталась нацепить степлер на ногу. Видимо, решила, что это часть брони, — Нас отравили!

— Доченьки, спокойно! Без паники! — пыталась их урезонить Мелинта. Но сама в в панике почему схватила преторианский шлем Сахаринки. И надела его задом наперед. Теперь она смотрела на мир через щель между затылочных пластин.

Из корзины для белья раздался испуганный писк. Пугливая Лилия, зарывшись в ворох грязных рубашек, дрожала всем телом. Ее уши прижались к голове, а хвост поджался под живот так, что почти исчез.

У двери раздался низкий, утробный рык. Безумная Лилия вскочила на ноги. Ее глаза горели яростью, клыки выступили из-под верхней губы. Она приняла боевую стойку, готовая защищаться хоть от всего мира. Включая, видимо, и его обитателей. Она зарычала на Айсштиль, которая как раз пыталась собрать из осколков свою вторую ногу.

— Так, всем тихо! — я хлопнул в ладоши, пытаясь перекричать этот бедлам, — Одеваемся! Быстро!

— Где моя одежда⁈ — взвизгнула покрасневшая от стыда Эмми, ныряя под кровать.

— А где моя⁈ — вторила ей Настя, роясь в шкафу, — Это не мои трусики! Они красные! Я не ношу красное!

— Это мои! — отозвалась Эмми из-под кровати, — Отдай! И верни мой лифчик!

— Я его не брала!

— Тогда почему он на тебе⁈

Настя посмотрела на свою грудь. Действительно, на ней уже был красный кружевной бюстгальтер Эмми. Он был ей явно… великоват.

Времени Настя даром не теряла.

— Ну я должна была хоть что-то надеть! — не растерялась она.

Айсштиль, наконец собравшая себя в более-менее человеческую форму (правда, обе руки были почему-то приделаны к… кхм… к месту чуть пониже спины), поднялась во весь рост.

— Никталия! — прошипела она, и пол вокруг нее покрылся инеем, — Держись от меня подальше! Ты вся липкая!

— Это не я липкая, это ты таешь! — огрызнулась Никталия, отряхиваясь, — И вообще, что за манера — спать на полу в виде лужи? Негигиенично!

Мой взгляд снова упал на зеленый пирожок с фиолетовыми вкраплениями.

— Никталия! — мой голос прозвучал как гром, — Что ты вчера подсунула нам в пирожки⁈

Богиня ночных желаний сделала самые невинные глаза на свете.

— Э-э-э… а-а-а… у-у-у… Как что? Грибочки из Мира Грез! Секретный рецепт для ярких и креативных сновидений! Говорят, очень полезно для творческого мышления! Вы должны меня благодарить! Я вам такой экспириенс подарила!

— Я сейчас тебе такой экспириенс подарю! — прорычала Айсштиль, формируя в руке большую сосульку. Одной лишь Книге Судьбы было ведому, где эта сосулька могла оказаться в следующую секунду…

— Лилия сейчас… откусить Никталии жопка! — донеслось от двери, — Правую… или левую?

— ДВАДЦАТЬ МИНУТ! — напомнил я, пытаясь найти свои брюки. Они обнаружились на голове у бюста какого-то древнего предка Безумовых, — У нас осталось двадцать минут! Сначала к Императору, потом откусываем жопки кому хотим!

Эта фраза подействовала как холодный душ. Даже Никталия перестала препираться. Паника сменилась лихорадочной суетой.

Начался армагеддон под названием «утренние сборы команды княжича Безумова».

Настя и Эмми, бросив споры, начали одеваться с такой скоростью, что одежда в их руках мелькала быстрее света. Правда, в спешке они снова все перепутали. Эмми натянула футболку Насти, которая была ей тесновата в груди, а Настя — платье Эмми, которое оказались ей широковато в талии.

Айсштиль попыталась создать себе платье из льда, но, видимо, остаточные эмоции Никталии все еще влияли на ее магию. Вместо элегантного платья у нее получилось откровенное ледяное бикини, как вчера у Никталии.

— Да что за⁈.. — выругалась она, глядя на свое творение. Со второй попытки получилось что-то более приличное, но все равно с подозрительно глубоким декольте.

Мирмеции на столе устроили настоящую свалку из хитиновых пластин.

— Это мой наплечник!

— Нет, мой! У твоего царапина от когтей твари Разлома!

— Мама, а где моя четвертая перчатка⁈

— Я ее не видела, доченька, я вообще ничего не вижу в этом шлеме!

— Так это же мой преторианский шлем! Зачем ты его вообще надела!

— Сама не знаю…

Я метался по комнате, пытаясь одновременно одеться, найти свой телефон и отдавать приказы.

— Никталия, прекрати делать селфи в зеркале и ищи свое платье! Настя, Эмми, перестаньте драться за последнюю чистую рубашку! Айси, хватит замораживать дверные ручки, мы так не выйдем! Перчинка, не надо анализировать состав пыли на полу, просто оденься! Сахаринка, перестань составлять график утренних сборов, просто следуй ему! Мелинта, сними шлем! Пугливка, вылезай из корзины! Лилия, ФУ! Нельзя грызть… э-э-э… третью ногу Айсштиль? Почему она вдруг выросла из стены?

Комната напоминала муравейник, в который кинули петарду. Одежда летала по воздуху. Кто-то спотыкался, кто-то ругался, кто-то пытался помочь, но делал только хуже. Эмми, заполучив назад свое платье, попыталась его надеть, но запуталась в рукавах и теперь скакала по комнате, как красный мешок с ногами.

Наконец, через пятнадцать минут этого безумия, мы стояли в холле. Потрепанные, взъерошенные, одетые кто во что горазд.

Настя и Эмми выглядели так, словно собирались на бал, но потом на полпути передумали и отправились на дискотеку. Айсштиль была в платье, которое подозрительно напоминало занавеску из гостиной, только замороженную. Никталия кое-как натянула свое платье, но задом наперед. Мирмеции были вперемешку в элементах брони друг друга. Пугливка и Безумная Лилия выглядели наиболее прилично. Если не считать клока шерсти, торчащего из уха последней.

Я оглядел свою «команду спасения мира».

— Так… — я глубоко вздохнул, поправляя криво застегнутый воротник, — Выглядим как бродячий цирк после враждебного поглощения бандой клоунов-анархистов. Но, по крайней мере, мы одеты. В основном. И почти не опоздали. Вперед. Император ждет. Надеюсь, у него есть чувство юмора. И хороший запас валерьянки.

Ирма, преобразованная в Перчинку, шла по главному коридору подземной базы. Ее четыре руки были сложены за спиной. Она старательно копировала походку и манеры своей Госпожи. Ощущение было странным. Хитиновый панцирь, который временно покрывал ее тело, был легок, но непривычен. Дополнительная пара рук двигалась почти инстинктивно, но все равно требовала сознательного контроля. Словно очень умные протезы.

Она была Перчинкой. По крайней мере, для всех остальных.

База гудела, как растревоженный улей. После успешной операции против Соколовых все были на подъеме. Люди Перчинки выгружали трофеи. Они сортировали артефакты и допрашивали пленных. Ирма наблюдала за этим с чувством гордости. Их маленькая организация росла. Становилась сильнее с каждым днем.

Ирма направилась в свои личные покои. Ей нужно было отдохнуть. Трансформация, даже временная, отнимала много сил. Она прошла мимо лаборатории Механика. Дверь была приоткрыта. Оттуда доносились приглушенные голоса и звон инструментов. Полковник и Механик что-то оживленно обсуждали. Ирма не стала подслушивать. Она доверяла им. Перчинка доверяла им. Они были частью новой семьи.

Нектар гарантировал преданность.

Коридор, ведущий к жилому сектору, был тускло освещен. Зеленоватый свет кристаллов отбрасывал на стены длинные, пляшущие тени. Ирма шла, погруженная в свои мысли. Она думала об отце Перчинки, о его возвращении. Это все усложняло. Госпожа была так обеспокоена… Кажется, отношения с отцом для нее очень важны.

Взрыв прогремел неожиданно. Он был не громким, а глухим, утробным. Тяжелая дверь впереди слетела с петель. Она врезалась в противоположную стену с оглушительным скрежетом. Потолок над головой Ирмы затрещал. Каменная крошка и пыль посыпались вниз. Ирма инстинктивно создала защитный барьер одной парой рук. Другой парой она прикрыла голову.

Взрыв… Прямо в ее комнате? Если бы она шла чуть быстрее, то была бы уже мертва… Покушение? Здесь. В сердце их базы. Невозможно!

Она осторожно выглянула из-за угла. Коридор был завален обломками. Впереди виднелся густой черный дым. Система пожаротушения сработала с запозданием. С потолка полилась пена.

Ирма прижалась к стене. Ее сердце бешено колотилось. Кто? Кто мог это сделать? Кто-то изнутри. Тот, кто знал планировку. Тот, кто наблюдал через видеокамеры. Тот, кто знал, что она пойдет в свои покои именно сейчас.

Ирме повезло, что непосредственно рядом с ее комнатой видеонаблюдения не было. Точнее, она сама его убрала. Это маленькая предосторожность сейчас спасла ей жизнь.

В коридоре послышался топот. Кто-то быстро приближался. И судя по тяжелым шагам и бряцанью, это были люди в полной штурмовой экипировке.

Она не пошла дальше. Вместо этого она развернулась и скользнула к неприметной панели на стене. Это был вход в служебные туннели. О них знали только она и Перчинка. Узкие, темные ходы, пронизывающие всю базу, как кровеносные сосуды. Идеальное место, чтобы спрятаться. Понять, что, черт возьми, происходит? И наблюдать.

Ирма двигалась по туннелям бесшумно. Ее новые хитиновые конечности цеплялись за выступы с кошачьей ловкостью. Она добралась до вентиляционной шахты, которая вела прямо к лаборатории Механика. Прижав ухо к холодной металлической решетке, она затаила дыхание.

— … уверен, что ее зацепило? — голос Полковника был напряженным, но в нем слышались нотки торжества.

— Заряд был направленный. Обрушение должно было похоронить ее под тонной камня, — ответил Механик. Его голос тоже дрожал от возбуждения, — Даже если выжила, она ранена. Ее добьют.

— Хорошо. Тогда действуем по плану. Блокируйте все выходы. Никто не должен покинуть базу. Наши люди уже занимают ключевые посты.

Ирма почувствовала, как ледяной холод сковывает ее изнутри. Предательство. Полковник. Механик. Те, кому Перчинка доверилась. Те, кого она приняла в свою семью.

Но как? Нектар же до сего момента не знал осечки! Людишки были полностью зависимы от воли Госпожи!

— А что с остальными? С теми, кто остался верен? — спросил Полковник.

— Нектар, — усмехнулся Механик, — Сыворотка, добавленная в еду в столовой, отлично нейтрализовала действие дурмана Перчинки. Большинство уже приняли ее. Они снова свободны. И, знаешь, — он ухмыльнулся, — Они жаждут расправиться с этой высокомерной сучкой.

Ирма зажала рот рукой, чтобы не закричать. Нектар. Госпожа была так уверена в его силе. В его способности обеспечить абсолютную лояльность. Но нашелся кто-то, кто смог создать противоядие. Кто-то очень умный. И очень опасный.

Ирма отползла от решетки. Нужно было предупредить Госпожу. Но как? Все каналы связи наверняка уже под контролем предателей. Она попробовала активировать личный коммуникатор, встроенный в хитиновый панцирь. Тишина. Сигнал был заглушен.

Она осталась одна. В ловушке. В теле своей госпожи. Окруженная врагами, которые считали ее Перчинкой. Которые хотели ее смерти.

Нужно было выбираться. Был еще один путь. Тайный ход, о котором знала только она. Аварийный выход, ведущий далеко в Дикие Земли. Перчинка показала его ей на случай самой крайней опасности. Кажется, этот случай настал.

Ирма снова скользнула в темноту служебных туннелей. Она двигалась быстро, но осторожно. Ее четыре руки помогали ей преодолевать узкие проходы и вертикальные шахты. Она слышала топот сапог в основных коридорах, крики, приказы. Предатели прочесывали базу. Они искали ее.

Она добралась до нужного сектора. Здесь было тихо. Это была старая, заброшенная часть базы, которую использовали как склад. Тайный выход был спрятан за грудой пустых ящиков. Ирма начала их разбирать, стараясь производить как можно меньше шума. Сердце стучало так громко, что, казалось, его услышат во всей базе.

Вот она, заветная панель. Ирма приложила ладонь. Механизм со скрежетом пришел в движение. Часть стены медленно отъехала в сторону, открывая проход в узкий, уходящий вниз туннель. Затхлый, холодный воздух подземелья коснулся ее лица. Но в этот момент он показался ей освежающим. Ведь это было спасение.

Она уже шагнула в проход, когда услышала за спиной тихий, размеренный шаг. И знакомый, до ужаса спокойный голос.

— Впечатляюще, Ирма. Я всегда знал, что Перчинка не ошиблась в тебе. Ты действительно самая способная из ее… питомцев.

Ирма медленно обернулась.

В нескольких шагах от нее стоял он. Человек в черной маске, скрывавшей все, кроме глаз. Тот самый, бывший лидер Организации. Тот, кого Перчинка держала в качестве «почетного гостя». Тот, который обещал сделать для нее… интересную вещицу.

Но он никогда не был пленником. Он был пауком, плетущим свою сеть в самом центре их логова.

За его спиной стояли еще несколько человек с оружием в руках. И их взгляды не сулили Ирме ничего хорошего.

— Это ты, — выдохнула Ирма. Ее четыре руки инстинктивно приняли боевую позу, — Ты дал им антидот. Ты все это спланировал.

— Разумеется, — человек в маске слегка склонил голову, — Я не мог позволить, чтобы моя Организация превратилась в секту зависимых фанатиков. Перчинка — гений, не спорю. Но ее методы… слишком грубы. Она недооценила человеческую волю. И мою тоже.

Он сделал шаг вперед.

— Думаете, что это месть? — Ирма обратилась к отряду сопровождения, — Что вы вернули себе свободу? Глупцы. Просто сменили одного хозяина на другого.

Но те лишь ухмылялись, держа ее на прицеле.

— Ты не посмеешь тронуть госпожу, — прошипела Ирма.

— О, я не собираюсь ее убивать. Она… должна быть в моей команде. Как и ты, Ирма. Ее знания, ее сила… В правильных руках они могут изменить мир.

Его люди начали медленно окружать ее. Ирма знала, что у нее нет шансов. Она была ранена. И их было слишком много. Но она не собиралась сдаваться без боя. Она была верна своей Госпоже. До конца.

— Ты пожалеешь об этом, — сказала она, готовясь к последней, отчаянной атаке.

Человек в маске усмехнулся.

— Сомневаюсь.

Он сделал едва заметный жест рукой. Ирма не успела даже понять, что произошло. Резкая, острая боль в затылке. И мир погрузился во тьму.

Последнее, что она услышала перед тем, как потерять сознание, был его спокойный, расчетливый голос:

— Возьмите ее. Аккуратно. Она нам еще понадобится. Живой. И желательно целой.