Глава 16

— Нет! — закричала Дельфина, когда увидела, как Зелос заколол своего брата, и она не успела среагировать. Боль разорвала ее сердце при виде того, как Джерико падает, а Ника хватает его и нападает сзади. Ею овладела неконтролируемая ярость. Такая, что она не смогла бы ни объяснить ее, ни умерить.

Все, что она ощущала — это жажда крови.

Крови Зелоса.

Прежде чем Дельфина осознала, что делает, она уже прижимала Зелоса к земле и стучала его головой о пол, управляемая неудержимым бешенством.

— Дельфина, остановись! Ты его убьешь.

Где-то в тумане своего гнева она узнала голос Мадока, пытавшегося оторвать ее от Зелоса. Она выдернула руку из черных волос ублюдка. Поднявшись, сильно пнула его по ребрам.

— Держи его. Потому что если Джерико умрет, я вырву его сердце из груди и скормлю ему же.

Зет ошарашено уставился на нее:

— Учитывая то, как ты отделала его, уверен, так оно и будет. — Он посмотрел на Мадока. — Напомни мне никогда не огорчать эту женщину.

Дельфина почти его не слышала, поскольку уже мчалась к Джерико. Деймос вырвал его у Ники, но не прежде, чем та его укусила.

Он лежал на полу, задыхаясь и дрожа.

Опустившись рядом с ним на колени, она почувствовала, как горло сдавило из-за волны разрывавшей ее муки. Глаза наполнились слезами.

— Дорогой? — Голос ломался от сокрушительной боли.

Он взял ее ладонь в свою и держал, в то время, как Деймос прижимал ткань к ране на его груди.

— Что нам делать? — спросил Деймос. — Я никогда не видел, чтобы бог так истекал кровью.

— У него человеческое сердце… но он способен воскресать. Онерои и Долофони убивали его каждую ночь в течение многих столетий, но каждое утро он возвращался к жизни.

— По воле Зевса, — напомнил Деймос. — И без обид, но я не думаю, что он будет чрезмерно любезен после того, как мы с ним поступили.

По ее щекам покатились слезы, стоило ей увидеть растущую на щеках Джерико бледность. И его слабеющее дыхание.

— Не покидай меня, Джерико, — зашептала она, прижав ладонь к щеке со шрамом. — Пожалуйста. Я не в силах справиться с эмоциями, которые ты подарил мне. Не могу. И не хочу жить без тебя. Мне необходимо, чтобы ты был рядом.

Он поднес ее руку к губам для нежного поцелуя.

— Все это время, каждый раз, умирая, я не хотел просыпаться вновь. Каждую ночь я молился, чтобы та смерть была последней. Но теперь…

Он поперхнулся заполнившей его рот кровью.

Дельфина громко всхлипнула, стараясь помочь ему не захлебнуться. Крови было так много, что это делало неоспоримым тот факт, что Джерико умирал. Она его теряет. От понимания этого ее затрясло. Мысль о его смерти была для нее невыносима. Ну, нет, она его не потеряет.

— Ему нужно сердце бессмертного! — крикнула она Мадоку, глядя на онероя поверх плеча. Ее взгляд перешел на его пленника.

От решения, ударившего ее в живот, словно кулак, Дельфина застыла. Оно было жестоким, но…

Кто должен уступить свою жизнь для спасения Джерико, как не изменник, находившийся среди них? Брат, который предал его. Брат, который всегда предавал его, как и каждый из самовлюбленных богов, вступавших с ним в контакт.

Зелос.

Взгляды Дельфины и Деймоса встретились, и она поняла, что ему в голову пришла та же самая мысль.

— Оставайся с ним. — Деймос поднялся и пересек комнату.

Дельфина отвела волосы с лица Джерико.

— Дыши, любимый, дыши. Держись. Мы не дадим тебе уйти.

Хватка Джерико на ее руке ослабла:

— По крайней мере, у меня была ты.

— Нет! — рявкнула она на него. — Ты проявлял упрямство с тех пор, как я тебя встретила. Не смей теперь быть таким уступчивым. Борись ради меня. Слышишь?

Он кивнул и выплюнул еще больше крови.

Дельфина услышала сзади шум борьбы, но не повернулась посмотреть. По правде, ее это не заботило. Любой, кто мог сотворить такое с собственным братом, не заслуживал никакого милосердия.

Пусть он сдохнет.

Деймос вернулся, держа в руке сердце Зелоса. Эта страшная картина заставила Дельфину поежиться. Сбоку от нее появился Мадок. Он обнял ее и повернул лицом к себе, пока Деймос менял сердца. Ровное, глухое, ритмичное сердцебиение Мадока помогло ей собраться. Она продолжала держать Джерико за руку. Ей нельзя отпускать его. Никогда.

По прошествии, казалось, вечности она услышала, как Джерико сделал глубокий вдох. Его хватка усилилась.

Ее сердце заколотилось, она отвернулась от Мадока и увидела, что Джерико пристально за ними наблюдает.

Он кашлянул и гневно прищурился на Мадока:

— Если ты собираешься увиваться вокруг моей девушки, Мадок, мог бы, по крайней мере, подождать, пока я остыну.

Подняв руку в жесте капитуляции, Мадок засмеялся:

— Я никогда не стал бы увиваться вокруг твоей женщины. Насколько мне известно, ты единственный человек, который вернулся бы из Тартара только ради того, чтобы зверски разделаться за это со мной.

Деймос встретил ее взгляд.

— Дельфина, возможно, ты снова захочешь отвернуться. Я должен прижечь укус прежде, чем тот заразит его.

Дельфина отвернулась, но, тем не менее, слышала проклятия Джерико, когда Деймос прижигал укус галлу. И даже хотя он, должно быть, испытывал мучительную боль, его хватка не доставила ей боли.

Как только Деймос закончил, она бросилась к своему возлюбленному:

— Мой бедный малыш, — выдохнула она, целуя его щеку. — Никогда больше не пугай меня так снова. Клянусь, если ты это сделаешь, я изобью тебя до бесчувствия.

Джерико притянул ее к себе и крепко обнял. По правде говоря, он и сам не хотел бы снова оказаться в подобном положении. Он поцеловал Дельфину в макушку и краем глаза увидел тело брата. Наверное, ему следовало чувствовать себя опечаленным или виноватым, но он не чувствовал. Зелос всегда был ревнивым ублюдком и превратил их детство в кошмар.

— Кому досталась его сила?

Мадок указал на себя и Зета:

— Ее поделили мы.

Зет вышел вперед:

— Хочешь, чтобы мы от него избавились?

— Нет. Не смотря ни на что, он мой брат. Отнесите тело моей матери, и пусть она делает с ним все, что пожелает.

— Думаешь, он также был бы добр к тебе? — высмеял Деймос его заботу.

Джерико с усилием поднялся на ноги:

— Нет. Но кое-кто, — он многозначительно посмотрел на Дельфину, — заставляет меня быть лучше.

— Хорошо, — вздохнул Зет. — Пора сделать генеральную уборку. — Он опять вздохнул. — Я думаю, может, нам стоило бы нанять для этого специальную команду.

Мадок шутливо толкнул его:

— Поскольку, большая часть случившегося на совести твоей команды, я не хочу слышать никаких жалоб.

Джаред вдруг зашипел и кинулся к ним.

Джерико испуганно напрягся, думая, что на них сейчас снова нападут. Проклятье, разве нельзя им одну минуту побыть в мире?

— Что случилось?

Джаред выглядел нездоровым и бледным:

— Меня вызывают домой. Я должен идти. Зефира не любит, когда я ей сопротивляюсь.

Джерико собрал крылья и отряхнулся.

— Хочешь, я с ней поговорю?

— Это бесполезно. Мое отсутствие вывело ее из терпения, и если у вас нет того, что она хочет…

Он оглянулся вокруг с отчаянным выражением, говорившим, что ему будет очень не хватать их компании. Без сомнения, меньше всего ему будет не хватать пыток.

— Удачи вам. — Наклонив голову, Джаред исчез.

Когда он исчез, Дельфина нахмурилась.

— Я так за него переживаю.

— Как и я. Хотел бы я найти способ освободить его.

Она тяжело вздохнула.

— Уверена, никто не желает этого больше, чем он. — Она оглянулась на Нику. — Думаешь, нам стоит беспокоиться за Асмодея?

— Ага, — подтвердил Деймос с сарказмом. — При нашей удаче, его, возможно, потрошат прямо сейчас, пока мы разговариваем.


Асмодей крался по закоулкам, где бегали только крысы. Он изо всех сил старался оставаться незаметным, и не издавать ни шума, ни запаха. Азура и Нуар были неукротимы в своей ярости, нещадно избивая всех, кто оказывался рядом.

Неудивительно, что он сбежал отсюда. Но это его не спасло бы, попадись он сейчас им на глаза. Они выпустили бы ему кишки и заставили платить за то, что он их бросил.

— Что ты делаешь?

Он подпрыгнул и почти закричал, услышав низкий голос, донесшийся из тьмы.

— Черт возьми, Джейден, — сердито прошептал он. — Кто тебя освободил?

— Нуар. Он испугался, что кто-то может сделать это, пока они отбиваются от Скоти. Так что меня сослали в коридор, куда не зайдут посторонние.

Асмодей поморщился, увидев нанесенные Джейдену повреждения. Как он умудрялся говорить, когда были разбиты даже его губы? Но более всего удивительно то, каким образом Джейден мог использовать свою силу и скрывать те раны, появляясь во внешнем мире по зову демонов.

Никто извне не догадывался, какой ужас обитал здесь, в этом царстве ада.

Джейден наклонился вперед, вглядываясь в помещение, в котором Асмодей высматривал галлу.

— Галлу, которого ты ищешь, находится в задней части комнаты.

— Ненавижу, когда ты читаешь мои мысли.

— Я знаю. Поверь, для меня это тоже не преимущество. Мне нет нужды знать, во что ты впутался. У меня своих проблем хватает.

— Ага… значит, у тебя есть какая-нибудь блестящая идея насчет того, как мне добраться до того галлу и убить его так, чтобы меня не укусили и не поймали?

— Тебе не придется этого делать.

Асмодей поднял голову, поскольку его накрыла волна ужаса. Джейден что, планировал его убить?

— Что ты имеешь в виду?

Джейден вытащил из кармана искрящийся зеленый амулет.

— Отнеси его Джерико и скажи ему освободить моего… освободить Джареда от его хозяйки, а я позабочусь о твоем галлу.

Потрясенный, Асмодей не шевелился. Смел ли он надеяться на это?

— Ты уверен? Сможешь ли ты это сделать?

Кивнув, Джейден вложил амулет ему в руку.

— Поклянись мне, что не заберешь его себе. Потому что если ты это сделаешь, то видит бог, я…

— Знаю, знаю. Ты спустишь с меня шкуру. Не беспокойся, я тебя не предам.

— Благодарю. — Джейден зашагал прочь.

— Эй, Джейден?

Тот остановился и снова повернулся к нему.

— Почему для тебя так важно, чтобы Джаред оказался на свободе?

— Потому что… — Когда он завершил предложение, его тон был таким низким, что Асмодей даже не был уверен в том, правильно ли он расслышал. — Он был проклят из-за меня. Теперь иди, прежде чем тебя обнаружат другие.

Асмодей ответил ему кивком и телепортировался из мрачной дыры обратно в светлый зал, где его ждали друзья.

Друзья.

Кто бы мог представить, что ему подобный будет иметь друзей?

Дельфина поднялась со своего места, как только заметила возвращение Асмодея. Она взглянула на Нику, но богиня по-прежнему выглядела как галлу.

— Что случилось?

Асмодей приблизился.

— Джейден сказал, что о галлу позаботится он, — с этими словами он вручил Джерико ожерелье. — И еще сказал отдать тебе это, чтобы ты выкупил свободу Джареда.

Джерико не мог поверить своим глазам, когда смотрел на бесценную старинную вещицу в его руке.

— Ты говоришь серьезно?

Асмодей кивнул.

И прежде чем Джерико успел заговорить снова, он услышал, как от боли закричала Ника. Она упала на колени, покачиваясь из стороны в сторону, словно ее жег огонь. Точно такая же реакция проявилась у еще одного скоти.

К тому времени, как Джерико достиг клетки, Ника подняла на него глаза, которые снова были нормальными. Она находилась в замешательстве и была напугана.

— Кратус?

Джерико кивнул, охваченный радостью. Сработало. Едва веря в это, он открыл дверцу клетки, притянул к себе сестру и крепко обнял.

— Ты в порядке?

— Я ничего не понимаю. Я находилась в какой-то яме, и ко мне пришел Зелос с демоном. Он был так зол. Он приказал мне присоединяться к ним, но я отказалась. Я не доверяю Нуару и Азуре и никогда откажусь от своих. — Она тряхнула головой. — Зелос обозвал меня дурой, а потом заставил демона укусить меня. — Она заплакала, уткнувшись в его плечо.

Джерико утешающе произнес:

— Не волнуйся, Ника. Зелос больше нет.

— Как нет?

— Его убил Деймос.

Она открыла рот, потом вздрогнула:

— Хотелось бы мне печалиться о нем, как я печалилась, когда умерла Биа. Но в Зелосе не было ничего, о чем стоило бы скорбеть. Я только надеюсь, что после смерти он, наконец, обрел некоторый мир.

Ее черты разгладились, Ника повернулась и увидела стоявшую немного в стороне Дельфину. Задумчиво щурясь, она оглянулась на Джерико и снова повернулась к Дельфине.

— Я оказалась права насчет моего брата, не так ли?

Дельфина улыбнулась.

— Абсолютно, я даже не в силах выразить тебе свою благодарность.

Ника бросила косой взгляд на Джерико:

— У меня такое чувство, будто это взаимно.

— Так и есть. Но это все, что я скажу по данному вопросу. — Джерико сделал шаг назад. — Теперь, если леди не возражают, есть кое-что, о чем мне необходимо позаботиться.


Джерико медлил, стоя в темном коридоре с гладкими, полированными стенами, который уже посещал ранее вместе с Тори. Может быть, ему не стоило этого делать.

Джаред особо подчеркивал, что Зефира не должна получить амулет. Но после всего, что Джейден и Джаред для них сделали, казалось неправильным оставлять Джареда в рабстве. Он сам побывал в аду, и ему было трудно бросить там кого-то еще. Особенно, если он этого не заслуживал.

— Что ты здесь делаешь?

Джерико остановился, услышав в голосе Медеи опасные нотки.

— Ты постоянно торчишь в этом коридоре?

— Нет, но я чувствую, когда здесь появляется чужак, и не люблю незваных гостей в моих владениях.

Он равнодушно пожал плечами.

— Можешь расслабиться. Я здесь надолго не останусь. Мне только необходимо повидать твою мать.

— Мама? — позвала она, в этот раз даже не потрудившись отвести его в кабинет.

В коридор вошла Зефира, разгоряченная и взволнованная.

— Мне казалось, я говорила, чтобы ты не… — ее голос прервался, когда она увидела Джерико. — Что ты здесь делаешь?

Черт, получилось бы у нее добавить ненависти еще больше к одному-единственному слову? Обычный человек уже отскабливал бы себя от пола.

— Я пришел забрать Джареда.

Она насмешливо фыркнула.

— Черт, нет. Он вернулся туда, где… — Ее голос затих, когда он вынул из кармана амулет и дал ей разглядеть его, раскачивая в пальцах.

Ее глаза наполнились жаждой и голодом, и она протянула к нему руку.

Джерико отдернул амулет назад.

— Только если ты выпустишь Джареда.

Она зашипела.

— Прекрасно.

— И, — быстро произнес он прежде, чем у нее появилась возможность действовать, — я хочу получить от тебя одно обещание.

Она посмотрела на него так, как будто он был самым отвратительным из всех созданий.

— Ты ненормальный? Тебе повезло, что ты все еще жив.

— Поверь, я знаю, — ответил он с горьким смешком. — Но я не собираюсь снабжать тебя средствами, при помощи которых ты можешь причинить боль тем, кто мне помог. Я отдам тебе это с условием, что ты никогда не применишь его ни к Ашерону, ни к его матери. Никогда.

Она закатила глаза:

— Не настолько же я глупа. С моей удачей, амулет в любом случае не оказал бы на них никакого действия, и они убили бы меня за оскорбление. Теперь отдай медальон.

Он снова отдернул руку назад:

— Сначала Джаред.

— Джаред! — рявкнула она.

Он немедленно возник рядом с ней. На его лице застыло натянутое выражение. Как только он увидел Джерико, его глаза подозрительно сузились:

— Что ты сделал, Джерико?

— Услугу за услугу.

Зефира толкнула его к Джерико.

— Я по своему желанию освобождаю тебя от служения мне и передаю ему. Теперь иди.

Джаред покачал головой и запаниковал, увидев медальон:

— Ты не можешь этого сделать!

Джерико колебался. Последнее, чего он желал, это совершить ошибку. Однако, Джейден совершенно точно не послал бы медальон ему, если бы его действие убило их всех.

— Почему?

— Потому что я предпочел бы выменять на него свободу Джейдена. Пожалуйста. — Его голос наполнился мукой.

— Слишком поздно. — Зефира выхватила амулет из руки Джерико. — Теперь уходите отсюда прежде, чем я скормлю вас обоих моим Даймонам.

Джаред вздрогнул, когда она и Медея исчезли. На его челюсти дернулся мускул, будто он хотел выругаться.

Джерико ему сочувствовал. Похоже, Джареду все случившееся казалось ужасным, так как он совсем не радовался в своей свободе.

— Мне жаль.

— Мне тоже, — ответил тот тоскливо.

— По крайней мере, теперь ты свободен.

Джаред стукнул по тонкому сдерживающему ошейнику вокруг шеи.

— Вряд ли.

— Я могу его убрать.

Он одарил Джерико тусклым взглядом мертвеца:

— И я умру, когда ты это сделаешь. Только Источник может освободить меня от моего наказания.

— Мне не нужен раб, Джаред. У тебя будет вся свобода, какую ты захочешь.

Джаред угрюмо кивнул.

Странно, Джерико думал, что тот будет счастливее. С другой стороны, его свобода куплена за счет Джейдена. Не зная, чем они являлись друг для друга, он не имел возможности понять, сколь горько было то чувство.

Джаред испустил длинный выдох:

— Я должен жить на Острове с другими?

— Нет. Можешь жить везде, где захочешь.

Джаред казался успокоенным.

— Если я буду тебе нужен, позови. Теперь ты можешь приказывать мне все, что посчитаешь нужным. — Его голос так и сочился ядом. Другие, явно, пользовались им вовсю, и это наполняло его горечью. А теперь могу ли я позволить себе покинуть вас… хозяин?

— Я не твой хозяин, Джаред. Твоя жизнь принадлежит тебе, поступай, как сочтешь нужным сам. Мне совсем не нужен раб. Но я всегда буду рад другу или союзнику. — Он протянул Джареду руку.

Джаред медлил, словно боясь принять ее. Он бросил на Джерико хмурый взгляд, прежде чем, наконец, пожал ее.

— Спасибо.

— Пожалуйста. Теперь тебе лучше исчезнуть прежде, чем Зефира исполнит свои угрозы.

Джерико дождался ухода Джареда и вернулся к Дельфине.


Нуар вломился в зал войны, исходя яростью:

— Мы разгромлены.

Азура в ужасе подняла взгляд:

— Кем?

— А кем ты думаешь?

— Джейден, — презрительно усмехнулась она. — За это я спущу с него шкуру.

У Нуара возникла та же самая мысль.

— С этим уже ничего нельзя поделать. Скоти, которых мы захватили, перебежали к Онероям. Зелос мертв, убит Мадоком. Нику освободили, а Кратус возродился.

Азура выругалась.

Кратус, полностью вернув свои силы, мог бы вырвать у них Джейдена… или того хуже, найти Кама и Резара. Для них это равнялось смерти.

— Мы должны найти Брэйт. — Во вселенной всегда сохранялось равновесие.

Их сестра Брэйт была своей. Она являлась необходимым противовесом, и, что бы там ни было, они в ней нуждались.

Нуар издал низкий горловой рык:

— И Малахаи. Мы должны его или убить, или привлечь на нашу сторону. — Он единственный обладает властью свергнуть всех первородных богов и уничтожить их. Если бы ему удалось забрать себе их силу, его не смог бы остановить даже Джейден.

Он оказался бы способен разрушить все созданное и превратить вселенную снова в ничто.

Те силы должны принадлежать Нуару. Обладая ими, он сможет одолеть любой пантеон, либо того, кто обладает достаточным могуществом.

Азура прищурилась:

— Во всяком случае, у нас есть галлу. Так или иначе, они намного эффективнее, чем Скоти.

Он кивнул.

— Но со своей стороны мы должны более осторожно планировать наши действия. Эти греки более находчивы, надо отдать им должное.

— Нет. Это Кратус более находчив. Но ничего. Это всего лишь одно сражение. Победа в войне будет нашей.

Нуар ответил ей легким поклоном:

— Да, так и будет. Что касается Джейдена…

Азура захохотала:

— Ему придется очень пожалеть о том, что он сделал.

— Да, и я собираюсь позабавиться с нашими новыми друзьями.

Она изогнула бровь:

— Что это еще за новые друзья?

— Греки. Пора дать им понять, что мы их не пощадим. К тому же, у нас есть союзник, о котором они даже не догадываются… пока.

Азура усмехнулась:

— Верно. Причем, он — тот, кого они никогда не заподозрят.


Дельфина находилась в небольшом зале вместе с Мадоком, Зареком и Зетом. По выражению суровости на их лицах Джерико понял, что во время его отсутствия кое-что произошло.

— В чем дело?

Зет подтолкнул к нему ломкий кусок пергамента, на котором тут же проявились слова, стоило ему на него посмотреть.

— Нуар официально объявил войну нам и Темным Охотникам. Если мы сдадим ему Малахаи, он позволит нам жить. Если нет…

Джерико рассмеялся:

— Он превратит нашу жизнь в ад.

— Это не смешно, — рявкнул Зет.

Совершенно не чувствуя страха, Джерико пожал плечами.

— Нет, но мы знали, что это грядет.

Зарек откинулся на спинку кресла и сцепил руки за головой:

— Мы должны найти Кама и Резара.

Джерико согласился:

— И обучить этого проклятого Малахаи.

Зарек фыркнул:

— Удачи вам в этом.

— Почему?

— Он — мерзкий маленький ублюдок. Я хотел убить его несколько лет назад, но Эш мне не позволил. После всего, что сказано и сделано, Эш возможно жалеет, что удержал меня.

После всего, что сказано и сделано, возможно, они все жалеют об этом.

Джерико подошел и встал за креслом Дельфины.

— В общем, сегодня вечером уже ничего нельзя предпринять. Что касается меня, я совершенно измотан. Мне угрожали, меня били, кусали и убивали, и все это за последний час.

Дельфина покачала головой:

— Тебе нужен кто-то, чтобы уложить тебя в постель, милый?

— За это, моя богиня, я стал бы почитать тебя вечно.

Она со смехом поднялась и следом за ним отправилась в свою комнату.

Он оглядел белые кружева и рюшки вокруг, однозначно говорившие, кому эта комната принадлежит.

— Знаешь, это место выглядит очень девчачьим.

Она заколебалась:

— Ты хочешь, чтобы я сделала ремонт?

— Нет, — сказал он, удаляя с себя одежду и убирая крылья в спину, чтобы улечься в постель.

— Мне нравится, что все здесь пахнет тобой.

Она взяла край одеяла и понюхала его.

— Ничего подобного. Я не пахну.

Ее оскорбленный тон вызвал у него улыбку:

— Нет, от тебя не воняет, но твой запах на всем вокруг. И именно поэтому я не хочу никаких изменений. Мне нравится, как ты пахнешь. Это меня успокаивает. А теперь иди в кровать и дай мне тебя обнять.

Она напряглась, и он тоже.

— Это приказ?

— Нет, — ответил Джерико и устало зевнул. — Так звучит моя просьба.

— Тебе и вправду нужна практика в этом деле.

Он улыбнулся:

— Верно.

Обнаженная, Дельфина прильнула к его спине и обвила его руками. Никогда в жизни его так не обнимали. Даже будучи столь усталым, он нежился ее любви.

— Я боюсь, Джерико, — шепнула она ему, — а я обычно не чувствую страха.

— Не волнуйся. Я, к примеру, обычно не чувствую любви и доверия. — Он взял ее руку и поцеловал не тронутые царапинами пальчики. — Мы в той ситуации, когда слепой ведет слепого.

Дельфина пожала его руку:

— Но пока мы вместе…

— Нам нечего бояться. Ты для меня все, мой ангел, и я прошел бы сквозь ад ради того, чтобы только коснуться твоего лица.

— А я прошла бы сквозь ад, чтобы принести тебе поесть.

Он рассмеялся.

— Хорошо, потому что просыпаясь, я очень голоден.

— Тогда я буду иметь что-нибудь наготове. Чего бы ты хотел?

Он перевернулся и дернул ее к себе:

— Тебя, голую в моей кровати. Это единственная пища, в которой я всегда буду нуждаться.


Загрузка...