Ведьму сжечь, или Дракон, я тебе (не) пара

Глава 9

— И навсегда остаться птицей? — такая перспектива меня точно не прельщает.

— А мне ты говорила, что я отлично выгляжу! Что сама теперь не хочешь? — подкалывает Семен.

— Я тебе подбадривала! Много ты понимаешь!

— Аналогично! — ворон машет хвостом, обсыпая нас с девой радужной пылью.

— Тьфу! Никогда не делай так! — Сентелла чхает. Морщится! — О святой вулкан, за что мне это?!

— Только не начинай снова биться головой о стену, — предупреждаю. — Твоя голова-то выдержит, а вот шум ненужный поднимешь!

— Пусть этот держится от меня подальше! — указывает когтем на птицу. — Я плохо переношу радужную магию! А еще совмещенную с огнем… фррр, — кривит нос.

— Хочешь сказать, что мой огонь и магия Семена активировали кулон? — уточняю.

— Да, — нехотя отвечает.

— И теперь я могу тебя вызывать, когда захочу?

— Да, — у нее такое выражение лица, будто ее сейчас стошнит.

— И что ты можешь? Какой толк от тебя? Вывезти из замка не можешь. Даешь сомнительные советы.

— Не вызывай, — пожимает плечами.

— А Августина что не пользовалась этим кулоном?

— Нет. Он был утерян много лет назад. Я полагала, что навсегда. Но эта пронырливая девица его где-то раздобыла. И теперь я снова привязана.

Ага, но без Семена она его активировать не могла. А ворон изменился с нашим переходом. Ну хоть где-то ясность.

— А что у моей птицы за радужная магия?

— Гипноз и мелкие иллюзии, усыпление, все зависит от навыков, — косится в сторону птицы. Семен ей явно не нравится.

— Ничего подобного я не замечал, — задумчиво протягивает котоворон.

— Умений нет, талантов ноль, вот и собственная магия тебе неподвластна! — ехидно скалится дева.

— Это говорит мне зеленая прислужница! Ха! — и намеренно снова обсыпает ее радужной пылью.

— Хочешь узнать, как страшен мой гнев, жалкая птица! — перья у Сентеллы встают дыбом.

— Стоп! Угомонились! Мне еще только драки между вами не хватало. Проблем вагон.

— Вернемся к началу. Ты говоришь, что единственный способ мне выбраться — это превратиться в феникса? И что потом без вариантов, я такой и останусь?

— Кто знает, — равнодушно качает головой. — Может, да. Может, нет.

— Мда… очень обнадеживающе…

— Перестань пить эту гадость, — указывает на кувшин с напитком. — Он блокирует твой огонь.

— И тогда я очень быстро обрасту перьями.

— Да.

— Неправильный ты джин какой-то. А где магическое исполнение желаний, как по щелчку пальца!

Пока я так и не разобралась, какой с нее толк. Или, наоборот, только проблемы?

— Я служу в силу своих возможностей. За все надо бороться, дорогуша, — скалится.

Похоже, ее мои неудачи только радуют. Вот же злобная, зеленая мегера!

— Как мне вернуться домой? — пытаюсь вытянуть с нее хоть что-то. Должна же быть польза от зеленой девы, раз Августина берегла этот медальон.

— Это знает хранитель трав. К нему надо держать путь.

— Кажется, я слышала про него от пони.

При слове «пони» глаза Сентеллы загораются.

— Его надо забрать у Мирграда и отдать мне!

А вот и скрытый мотивчик нарисовался! Она меня подбивает стать фениксом, чтобы я помогла ей прибрать Эсвеля к рукам. Фиг ей, а не пони!

— Чего это тебе?

— Таков был договор с Августиной. Амулет или нет, клятвы данные на крови надо выполнять, — она явно что-то темнит.

— Только на крови клялась не я!

— Ты за нее!

Сварливая бабень! И за что она мне на голову свалилась!

— Ее грехи, обещание и прочее, я разгребать не нанималась!

— А придется, — ехидно скалится.

— Не проще ли найти саму Августину? — пробуй зайти с другой стороны.

— Нет. Сейчас она уже мне без надобности. Сила у тебя.

— И где твоя так называемая помощь? Услужение?! — она кого угодно выведет из себя.

Едва сдерживаюсь, чтобы не придушить зеленую нечисть.

— Я дарую тебе свою благосклонность, даю наиценнейшие советы, — выпячивает грудь вперед.

Мда, похоже, самомнение в этом мире распространенный порок.

— Пока незаметно, — бурчу себе под нос.

— Жители зеленного королевства мне приклоняются, приносят дары! А ты! Смеешь показывать свое пренебрежение!

— Угомонись, — отмахиваюсь от нее. — Ты точно большая, зеленая и назойливая муха. Зудишь над ухом, голова раскалывается.

— Сочувствую жителям зеленого королевства, поклоняться такому, — Семен отлетает на безопасное расстояние.

Сентелла шипит, машет крыльями, произносит непонятные мне слова, но по тону понимаю — это отборные ругательства.

Не знаю, чем бы все это кончилось, если бы в коридоре не послышались шаги.

— Не пей отвар! Я серьезно! — шепчет напоследок и растворяется в воздухе.

Девушка в бордовом наряде приносит мне еду. Молча ставит поднос и уходит.

А мы с Семеном вздыхаем с облегчением. Снова вызывать зеленую деву нет никакого желания.

— А ведь ее придется вызвать, — замечает ворон. — Она слишком много знает.

Сокрушенно киваю. Пока зеленая мегера единственный источник информации. Даже к хранителю трав без нее вряд ли получится попасть.

Семен с упоением принимается за еду. Выбирает только мясо. Еще и смешно каркает с причмокивающими звуками.

Моя рука тянется к кувшину. Снова во рту пустыня. Но в последний момент одергиваю руку. Что-то не дает выпить, противный голос девы в голове звучит на повторе: «Не пей! Не пей!».

Ничего ведь не случится, если я день не попью? Или случится?

Семен замечает мое решение. Ничего не говорит. Не похоже на него.

Пока я раздумываю над своей судьбинушкой, прожорливая птица умял почти все. Мне объедки достались. Дожилась! Доедаю за своим же котом, который теперь и не кот вовсе.

Иду нежиться в ванночке. На всякий случай выливаю часть содержимого кувшина. Пусть думают, что я все исправно пью.

И падаю на мягкую перину. На удивление засыпаю быстро. А наутро нас с Семеном ждет уже завтрак.

— Мы же тут не заперты? — уточняет птица, вместо доброго утра.

— Вроде нет, — придвигаю поднос к себе. Аппетит зверский. А как пить хочется! Стойко держусь. — По замку нам никто передвигаться не запрещал.

— Отлично! — машет крыльями. Даже про еду забыл. На взводе мой котоворон. Что на него с утра нашло?

— Не заперты вы можете выходить за пределы комнаты. Но не покидать замок, — красноволосый появляется в комнате.

Не слышала его приближения. Так усердно жевала. Урок на будущее надо быть осторожней.

— А постучать? — ворчу с набитым ртом.

— Его огненное величество приглашает вас прогуляться по саду, — сообщает, задрав вверх нос.

— А я могу отказаться? — хмурю брови.

— Нет.

— Огненное величество намерен сообщить вам важную весть.

Чую, опять какую-то муть на мою голову придумал неугомонный дракон.

Красноволосый покинул мою комнату, предупредив, что у меня есть не больше пятнадцати минут. Ненавижу, когда мне устанавливают рамки. Еще больше бесит, что я не могу противостоять им.

Что-то мне подсказывает, что скандал сыграет против меня. Все равно ведь притащат, только силой. И еще больше следить за мной начнут. А мне надо наоборот, усыпить их бдительность. Прикинуться паинькой, затаиться. Тогда и улизнуть будет проще. Я все еще верю, что есть еще какой-то способ, кроме того, чтобы обрасти перьями.

С нарядом заморачиваться не буду. Натягиваю первое попавшееся зеленое платье. Красные специально не выбираю. Только когда одела, до меня доходит… что я нацепила. Ну не в том я состоянии чтобы думать про наряды!

— Ничего себе! — даже Семен присвистывает. А он вообще не ценитель женской красоты, он больше по кошкам специалист.

— Ага… чет не то…

Скептически рассматриваю себя, огромный вырез, подчеркивающий все округлости, на спине сеточка полупрозрачного кружева, такое же на животе и юбка в пол, обтягивает меня как перчатка до колен, и немого расклешенная книзу. И все это переливается всеми оттенками зеленого.

— Пусть захлебнется огненными слюнями, — ехидно изрекает котоворон.

Он летает около двери, словно только и ждет, когда она откроется. Странный он сегодня.

Красноволоый приходит за нами. Окидывает меня взглядом с головы до ног. В глазах пробегают всполохи пламени. Но он быстро их прячет.

— Огненное величество приглашает только вас, Августина, без сопровождения, — кивает в сторону ворона.

— Вот и славно. Я тут пока крылья разомну, — бодренько каркает Семен, — А вы пообщайтесь с огненным величеством.

И прежде чем я успеваю рот раскрыть, скрывается в трехмерном коридоре замка. Вот паршивец! Оставил меня одну! Предатель!

Иду следом за помощником. Снова мелькание коридора, смена декораций, голова кругом. Ступени вниз. Перед нами распахиваются массивные двери, и я оказываюсь в саду. Он тоже украшен статуями. Дорога вымощена черной травой. Вокруг очень много красных цветов, в сердцевинах у них будто сверкают настоящие рубины, переливаются всеми гранями красного, а черная листва оплетает сад куполом.

Это действительно красиво. Сад завораживает мрачным великолепием.

Портит впечатление только одна деталь. Самая мерзопакостная и раздражающая — Ландер. Дракон стоит в центре, его черные волосы спадают на плечи, на чувственных губах дьявольская улыбка. Красив мерзавец.

Не тронь гадость! Не смотри! Не ведись!

Мысленно даю себе указания.

— Что тебе от меня надо? — останавливаюсь в паре метров от него.

Не отвечает. Окидывает меня взглядом, от которого мурашки бегут по коже. Глаза загораются красным, откровенно блуждают по моему телу, и мне кажется, что на мне и вовсе ничего нет. Я обнажена. Откровенный и нахальный взгляд осязаем, оставляет отметины. Мне никак не укрыться. А самое паршивое, что какой-то части меня это нравится. Я купаюсь в его красном сиянии, испытываю странное удовольствие. Кожа горит, адреналин зашкаливает, внутри начинает бушевать мое собственное пламя, и оно тянется к нему.

— Какое дивное приветствие, Августина, — хриплый смех проходится по моим оголенным нервам. Я вся дрожу, горю пылаю. И не знаю, где взять ледяное ведро воды, чтобы привести себя в чувства.

— Иного не заслуживаешь! — мой голос звучит уверенно.

Фух, дрожь удается скрыть. Лучше ярость. Но только не попасть под его чары.

— А это уже не тебе решать. Свое право голоса ты утратила, — делает шаг ко мне.

Поднимаю руку и бросаю в него огненный шар. Ловит его на лету и вдыхает, закатывает глаза.

— Очень вкусно, — облизывается.

— Рада, что тебе понравилось. А теперь я пойду. Не хочу тебя видеть, слышать, знать, — выкрикиваю и разворачиваюсь.

Через мгновение он возникает передо мной.

— А придется, Августина. Отныне у тебя есть только я, и мы немедля узаконим наш союз, — в глазах сверкает пламя, а на губах все та же обольстительно-зловещая улыбка. Они у него очень чувственные, яркие.

Память тут же подсказывает их вкус. Тьфу! Снова я не о том думаю!

Чего он там ляпнул?

— Как ты знаешь, я уже замужем! — противно даже вспоминать козла. Но сейчас мне больше нечем крыть. — Так что оставь свои бредни при себе.

— Не совсем, — снова раздевающий взгляд ожогами по всему телу.

Тааак… чую очередную подлянку.

— А теперь подробней, — делаю шаг назад. Его близость опасна.

— Мирград не поставил на тебя свою метку. Значит, церемония не считается завершенной, — глаза меняют цвет и становятся темно-синими и в них отплясывает чечетку триумф.

— Какую еще метку? — пахнет жареным. Ох, как воняет. И я лихорадочно пытаюсь придумать что-то! Паразит загоняет меня в угол, и у меня никакого оружия против его натиска.

— Память совсем подводит, да? — протягивает ехидненько.

— Или мой мозг отказывается вспоминать все, что связано с тобой. Настолько это было мерзко. И мне пришлось даже сбежать в руки к Мирграду. Только бы подальше от тебя. Не помню, но понимаю свой поступок, — выдаю ему и теперь я со злорадством смотрю, как дракон стискивает челюсти, и на шее вздуваются огненные вены.

— О да, оказаться сожженной на костре однозначно милее. Что попользовал тебя до свадьбы, а потом, ты так ему наскучила, что даже не завершив брачную церемонию, решил от тебя избавиться.

— Это ты так тешишь свое самолюбие? — огонь во мне закипает. В горле пересохло. Пламя вырывается изо рта, и дракон его пожирает. — Сам придумал оправдание, почему от тебя убегают? Думаешь, неотразим? Спешу разочаровать, как мужчина ты ноль.

Дракон резко притягивает меня к себе и впивается в губы поцелуем. Безжалостно терзает мои губы, и мое пламя, оно вьется вокруг него, успокаивается. И меня саму кружит дикий водоворот эмоций, странных, ярких, одурительно вкусных. Его губы не знают пощады. Из последних сил сдерживаю себя, чтобы не ответить на поцелуй, чтобы мои руки не обвились вокруг мощной шеи. Собираю остатки воли и отталкиваю его.

— Ничего! — говорю, задыхаясь от переполняющих меня эмоций.

— Твоя ложь сладка на вкус, — облизывается. — А твои слова ничего не значат. Я сейчас поставлю на тебе брачную метку дракона, скреплю наш брак кровью, и для этого мне не нужны помпезные церемонии. Ты станешь моей супругой. А Мирград, если захочет оспорить мое право, будет вынужден выйти в приграничные земли и сразиться со мной.

Что будет делать козлина, мне откровенно чхать. А вот планы насчет меня у красавчика, ой… у паршивца, озадачивают.

— Сейчас? — все же голос предательски дрожит.

— Зачем оттягивать неизбежное, — сверкает огромными глазищами.

Чтобы я нашла способ, как от тебя сбежать!

Ай! Что делать?! Сейчас он меня законтачит и все пропало! Что-то мне подсказывает, что от этой гадости уже будет не избавиться. А уж, какие последствия, лучше даже не думать.

— Мне нужно время! Свыкнуться, прийти в себя! — мягко отстраняюсь.

Главное — не будить в драконе дракона. Надо снизить накал. Пусть его попустит.

— Я поставлю метку и дам тебе время. Не буду настаивать на первой брачной ночи немедля, — а сам раздевает меня взглядом.

Ох, ты ж посмотри какая милость. Он что ожидает, что я к нему в ноги упаду и рассыплюсь в благодарностях?!

— Нет! Давай завтра! — еще одна попытка.

— Сейчас, — снова сокращает расстояние между нами.

Вот же упертый и твердолобый баран!

— Нет! Девушка против! Я не хочу замуж! За тебя тем более! — упираюсь руками ему в грудь.

Мне одного козла хватило. Куда больше?! Такая коллекция муженьков и в страшном сне не приснится!

Хочу домой! Надеть свои любимые тапочки с зайцами и укрыться пушистым пледом!

И где Семен, когда он так нужен?! Может, ворон бы чего сообразил.

— Твои желания значения не имеют, — в глазах вспыхивает адское пламя. — Уже не имеют.

Ага, снова вспоминает, что Августина его по самолюбию шандарахнула.

— Слушай, я же меняюсь. Я уже не так, кем была раньше. Я вообще считай другая. Давай попробуем мирно все решить. Без спешки, — выдавливаю из себя улыбку.

Я реально пытаюсь найти к нему подход. Только бы отсрочить очередной брак.

Так скоро и у меня фобия на свадьбы появится.

— Натура та же.

— Баран упертый! — все же вырывается у меня. Не могу больше сдерживаться. — Ничего такими методами не добьешься! Никогда!

— Ты сама не захотела иначе. Оно и к лучшему. Теперь в тебе проснулся феникс, — обхватывает меня рукой за талию. Стальная хватка не вырваться.

— А где тот, кто будет проводить церемонию? — в панике озираюсь по сторонам.

— Нам никто не нужен, — прямо мне в губы, обдает горячим дыханием. Второй рукой зарывается мне в волосы, огненные мурашки бегут по телу.

Глаза дракона приобретают черный цвет. Они затягивают в пугающую бездну. Жуткую и почему-то прекрасную. Не могу отвести взгляд. Замираю. Нечто необъяснимое пропитывает меня, через кожу, прямо в кровь, до души добирается.

Его губы снова прикасаются к моим. Электрический разряд. Меня подкидывает.

Надо сопротивляться. Это какая-то непонятная мне магия, сродни гипнозу у нас в мире. Еще немного и растаю в руках врага. Нееет! Без боя не сдамся!

Со всех сил вонзаю зубы ему в губу. Прокусываю до крови, ощущаю ее вкус во рту. А паршивец даже не вздрогнул. Продолжает сминать мои губы. Увеличивает напор, завоевывает новую территорию. Ярость смешивается с диким восторгом, который я не в силах контролировать. Внутри бушует пламя, оно обжигает, становится сильнее, заполняет меня до краев.

Укус… вздрагиваю. Он прокусил мне губу!

— Вкусно, — хрипло с урчанием, что проходится отголосками по моей коже.

И снова набрасывается на меня. Руку бесстыдно меня ощупывают, умело действует, зажигает меня. Заставляет дышать им, пропитываться драконьим ядом. И нет спасения… только странное ощущение, будто нечто неподвластное прошивает меня красными нитями. Стежок за стежком проходится по нашим телам.

Теряю ощущение реальности. Есть только требовательные губы и чудовищная магия, что творит нечто с нами. Из моего рта вырывается мощнейший поток огня, изо рта дракона течет пламя навстречу моему. Наш огонь сплетается в причудливом узоре, окутывает нас и поднимает вверх. Кружит нас по саду.

При всем желании невозможно разжать объятий. Моя кровь течет в нем, а кровь Ландера во мне. Мне жутко от этих ощущений, и при этом кажется, что так правильно. Пусть это прекратится! Сейчас! Немедленно! Нет, пусть никогда не прекращается, я хочу вечность купаться в этом пламени. Я словно возрождаюсь, обновляюсь, жар манит, заряжает неведомой энергией.

Когда мыслей практически не остается, только чистый кайф, полет в неизвестность, нас откидывает друг от друга в разные стороны и мы падаем на землю.

Больно ударяюсь пятой точкой о землю. Поднимаю голову и вижу, что дракон сидит и ошарашенно смотрит на меня. Судя по его взгляду, что-то явно пошло не по его плану.

На его правой руке обуглена одежда, и всю руку занимает изображение огромной огненной птицы. По изображению струится огонь и кажется, что оно живое.

— Ты поставила мне свою метку… но это невозможно, — смотрит на меня, будто видит первый раз в жизни.

Перевожу взгляд на свою правую руку. Издаю жалобный писк.

— Ты все же это сделал! Фу, какая гадость!

На моей руке красуется такая же огненная штукень, только с изображением дракона. Прямо портрет Ландера во всей красе, чтоб его. И как с этим жить?!

— Вот так хорошо! — Мирград урчит от удовольствия.

После напряженной ночи он решил расслабиться в своих покоях в окружении трех искусниц. Советник своими планами и стратегиями измучил его.

Его великолепию нужны положительные эмоции. Слишком его нерадивая жена спутала все карты. Дракона передергивает, едва вспомнил о ней. Как же сильно он ненавидит это недоразумение, что зовется его супругой. Ничего она заплатит ему за все. За все те дни, что портит его жизнь, мешает наслаждаться властью.

Искусницы массируют тело дракона. Сегодня он намерен утолить свои желания. И забыть о проблемах и врагах.

Дракон вскрикивает от внезапного приступа адской головной боли. Такое ощущение, что голова раскалывается. Падает на пол и воет, не в силах выдержать эту пытку.

Когда боль стихает, и он жалобно поскуливая, пытается встать, начинают вопить искусницы, глядя на него.

Трогает свою голову. Нащупывает странные выступы. Подползает к зеркалу и в ужасе разбивает его. Нет! Не может быть! Он не верит! Его прекрасная внешность! Кто посмел так надругаться над самым красивым драконом трех королевств?!

На голове Мирграда выросли рога. Самые настоящие. Пугающие и уродливые.

Они продолжали расти три дня. И все попытки избавиться, спилить, привели лишь к увеличению роста. Оставались рога, даже когда он менял свой облик. И никто был не в силах помочь беде короля. Рога становились все больше и больше.