Вдова на выданье (СИ)

Дарий взял метлу, и угрожал козлу расправой. Но тот весьма скептически отнёсся к этой угрозе, изредка презрительно мекая на вопли Мика: «Ух, мы сейчас тебя достанем». Харальд, Бритт и Дагфинн, которые ходили по кругу и угрожающе посматривали наверх, сообщали козлу, что нет на свете ничего вкуснее вяленой козлятины. А Агнарр осторожно подбирался к нему сзади.

Козёл же, завидев новых зрителей, отчего-то обрадовался, и с меканьем спрыгнул вниз, оставив подкравшегося Агнарра с носом.

- Вот же… Козёл! – невольно улыбнулась я.

Марджори, в очередной раз скривившись, заявила, что такого безобразия она давненько не встречала. Аллан покорно подал матери руку, помогая усесться в коляску, и совершенно случайно повернулся спиной к Козлу. Кто же мог знать, что тот сочтёт это неким оскорблением для себя. Тем более, что Аллан, желая поразить моё воображение, вырядился нынче в белоснежные брюки… то есть…

Я хочу сказать, что не знаю, что уж именно творилось в голове Козла, но он наклонил голову, и с разбега ударил в выставленную мишень. Мишень взвизгнула совсем не по-мужски, изрядно напугав самого нападающего. После этого, произошло то, с чем сам Аллан боролся весь день – его просто стошнило! На свою матушку. И коляску. И всё вокруг в диаметре двух метров.

А только успела охнуть, прежде чем матушка молодого человека открыла рот. После чего я узнала такие подробности о личности Аллана, что краснею до сих пор… одним словом, часть гостей поспешно ретировалась со двора.

Я на прощание махала платочком и размышляла, могу ли я рассчитывать на то, что один женишок от меня отвалился? Затем вспомнила госпожу Марджори, и решила, что нет. Не могу.

Затем поискала глазами Козла, но того и след простыл.

- Напугалось животное! – задумчиво смотря куда-то за горизонт, сообщил Харальд – Козёл – он животное с тонкой душевной организацией, а тут такая провокация.

Далее Харальд жестами показал, какая именно была у Аллана «провокация».

- Да ещё и в белых штанах! – поддакнул Бритт – Тут уж любой бы не выдержал, не то, что Козёл!

После такого умозаключения, оба охранника ударили по рукам, и отправились куда-то за дом, распевая непристойные песни, от которых Второй покраснел до кончиков ушей.

- Пожалуй, мы тоже будем вынуждены откланяться – сообщил Джейс, пряча чёртей в глазах – не стоит переживать, госпожа, я заберу Вернера с собой, и мы чудесно устроимся.

Я молча кивнула, слыша как Второй бормочет что-то типа: «Я Уорнер»! Гости уже давно удалились, а я всё смотрела по сторонам и переживала за судьбу впечатлительного животного.

С таким Козлом и кот не нужен!

Глава 29

Гости наконец-то уехали в деревню. Я попросила Лукаса, чтоб он лично проследил за устройством дорогих гостей на ночь. Управляющий ответил, что сделает всё в наилучшем виде – господина Джереми поселит у старосты Каллума, а Второго – у вдовы, тётки Аршаны. На такое заявление я удивлённо посмотрела на Лукаса. На что тот признался, что никакого непотребства тут нет. Всё дело в том, что тётка Аршана – крепкая баба лет пятидесяти, живёт одна, сыновья с невестками предпочли податься в город, и теперь служат там в харчевнях на должности подай-поднеси.

Я хмыкнула, делая выводы о той самой Аршане – дело в том, что здесь было принято жить оседло, ставить свой дом неподалёку от отчего, да и помогать в случае чего. А тут сразу два сына подались в поисках лучшей доли.

- Вы полагаете, Лукас, что господину – тут я замялась – Уорнеру будут комфортно с этой женщиной?

Управляющий понял мой намёк и заверил меня в том, что ничего страшного не произойдёт – это она своих невесток шпыняла почём зря. Тут же совсем другая история. Да и скандалить без повода она не решится. Одним словом, я могу не переживать – мои гости будут устроены самым лучшим способом.

А как мне было не переживать? С женихом, интересы которого представляла госпожа Марджори, было более или менее понятно – дорогой соседке полюбились мои земли, да она и не скрывала своего интереса, жадно выспрашивая у меня про дела в поместье. А вот сам Аллан, на мой взгляд, не спешит жениться. Так, эту карточку мы закрываем!

Я вертела в руках письмо, с которым приехал жених номер два – Уоррен Гринделл. Пожалуй, пора прекращать измываться над парнем, и «расслышать и запомнить» его имя… так, по существу вопроса: как я понимаю, письмо – всего лишь предлог для того, чтобы мой «настоящий» жених появился в Телфорде. Поскольку ничего интересного в том письме не было, только напутствия, мол, не проворонь своё счастье, парень-то он отличный, только рохля и немножко дурачок.

Я хмыкнула, читая слёзные слова, где было сказано, что Второй – именно тот человек, который может составить моё счастье. Так, это по диагонали… так, вот деньги с аренды дома, которые порадовали меня гораздо больше, нежели сам факт приезда женишка.

Теперь самый загадочный персонаж – Джереми Стивен Элтон, который попросил по-свойски величать его просто Джейс! Так вот, сдаётся мне, что это тёмная лошадка, и до сих пор мне непонятны ни причины самого визита господина Джейса, ни вообще причина, по которой этот столичный хлыщ заинтересовался моей скромной персоной… быть может, у ныне покойной Катерины была тётушка, которая намеревалась вскорости «тапки откинуть»? И сделать её единственной наследницей? Газет, пароходов и чего там ещё?

Я устало откинулась в кресле – голова просто пухла от мыслей. Но больше всего меня настораживало то, что все они – пальцем в небо. В дверь осторожно проник Лукас и уселся в углу, с наслаждением вытянув ноги. Я отнюдь не возражала, прекрасно понимая, что день у него выдался сегодня тяжёлый, и мои гости ещё добавили ему хлопот.

- С гостями вашими возникли небольшие проблемы. Дело в том, что они не желали отпускать из вида друг друга. Уж не знаю, чем вызвано подобное недоверие и соперничество, только они сошлись в результате на том, что воспользуются гостеприимством тётки Аршаны, благо, что живёт она одна.

Я покивала, смеясь про себя, но мне было гораздо интереснее услышать про покупку животных. Управляющий немного замялся, после чего сообщил, что предварительная договорённость была достигнута, так что особых неожиданностей эта поездка не сулила. Одним словом, всё прошло в штатном режиме – мой управляющий приехал к заводчикам, те предъявили эму товар, так сказать лицом, и все довольные и счастливые, поехали дальше.

- Разве что, Козла нам отдали бесплатно, мол, подарок за то, что вы взяли большое количество животных. Теперь-то я понимаю, что это за подарок!

- Так и не заявилась животина? – окончательно огорчилась я.

- Придёт, куда денется? – философски пожав плечами, сказал Лукас – Лишь бы никого больше не забодал. Хотя, и это неплохо! Тогда мы по его жертвам сможем отслеживать нахождение.

Я вскинула брови. Ну, так себе геолокация! Однако, сейчас у нас остро встал ещё один вопрос – кто будет ухаживать за животными? Вызвавшиеся было, Дарий и Бритт отозвали свои кандидатуры по неизвестным причинам, утверждая, что они передумали. Ну, могут мужчины передумать? Придётся спросить у старосты Каллума, нет ли у него на примете мужчин, которые согласились бы на то, чтобы работать в усадьбе скотниками.

Лукас смущённо потёр переносицу, и выдал:

- Прошу прощения! Я уже думал о работниках, и вот!

Управляющий с моего разрешения открыл дверь, и за ней оказались плотники из Дурбана, которые работали у нас на постройке загонов для животных, а теперь решили переехать ко мне в поместье, и даже смогли организовать небольшое поселение неподалёку от деревни.

- Мы, значит, с просьбой к вам, госпожа – немного робея передо мной, заявил Галлум, старший среди плотников – дело в том, что есть у нас скотники обученные, работали раньше у госпожи старой. Только почитай, все ушли оттуда. А работы у нас немного, так что они тоже хотят… насовсем, стал быть! Как мы только узнали, что господин управляющий отправится за скотиной, так мы сразу дали знать мужикам. Они и про оплату спрашивать не стали, а сразу сказали, мол, согласные. Так, выходит…

Последнее Галлум уже произнёс едва слышно. Вот, значит, как?

- То есть, вы предлагаете и вовсе мне испортить отношения с госпожой Марджори, переманивая у неё работников?

Галлум стоял, не зная, что и ответить. Тогда я широко улыбнулась.

- … конечно же, я согласна!

Одним словом, у нас появятся необходимость в постройке ещё как минимум четырёх домов. Работники ушли, а я ещё долго смотрела в окно. Как-будто, только вчера я переступила порог Телфорда и ужаснулась состоянию поместья. А сегодня уже и люди хотят у меня работать. Значит, всё, что я делаю – это не напрасно. И я не позволю кому-либо уничтожить это.

Собственно говоря, с этими мыслями я и уснула, посмеиваясь над своим пафосом.

Между тем, господину Уоррену Гринделлу было не до сна. Ему казалось, что он попал в какой-то ужасный мир. Когда господин Гринделл был маленьким, то мог закрыть руками лицо, и все страхи отступали. В этом месте он усмехнулся. Кто бы мог подумать, но Уоррен был готов ослушаться папеньку и отказаться от чести взять в жёны эту женщину.

Всё дело в том, что он совсем не так представлял себе знакомство со своею суженой, первые робкие прикосновения, нежные вздохи в гостиной… Положа руку на сердце, Уоррен не просто из головы взял образ своей возлюбленной, была одна девушка, которая полностью соответствовала строгим критериям отбора, который предъявлял к своей будущей супруге Уоррен (мысленно, конечно, избави Боги ему сказать об этом своему отцу). Однако, сам молодой человек опасался не только сказать о своих чувствах, но и даже говорить с ней дольше, чем пять минут. Братья, когда заметили нежные чувства Уоррена к простолюдинке, долго смеялись и подтрунивали над бедолагой. Он уже даже почти решился сообщить об этом отцу. Но точно не сейчас…

Так вот, когда Уоррену велели спуститься в кабинет отца, тот порядком струхнул. С чего бы ему была оказана такая честь? Старшие братья привычно зубоскалили, но Уоррен столь же привычно не обращал на это внимание.

Так вот, батюшка велел ему собираться, да не мешкать, и отправляться в дальний путь, в Южную провинцию. Мол, его ожидает невеста. Дело это решённое, так что нечего тут медлить. У госпожи скоро должен будет закончиться траур по безвременно почившему супругу, так что тебе, мол, и карты в руки.

Сказать, что Уоррен был в шоке – всё равно, что промолчать. Дело в том, что по заверению старших братьев от первого брака отца, быть самому Уоррену холостым до самой смерти. А теперь вот это! Сам молодой человек мучительно покраснел, когда вспомнил, с какими напутствиями они провожали его в путь! Он даже с собой наедине никогда бы не решился на то, чтобы повторить эти слова. Пакость какая! Для того, чтобы спастись от пакости, Уоррен глубоко вздохнул, и решился приоткрыть один глаз.

Так вот, отец был крайне взволнован, когда позвал его к себе, Саймон всё рассматривал карту королевских трактов, что-то чертил на них, и радостно потирал руки. Ясно же, что его купеческая душа была в ожидании барышей.

Уоррен любил, боялся и уважал отца, но ему было иногда неудобно за манеры отца. Если бы не женитьба на его матери, то к Саймону обращались бы не «господин», а «уважаемый», в самом лучшем случае «почтенный». А теперь вот – крупный купец, даже имеет некий вес в Торгово-Промышленной Палате… одним словом, дали Уоррену кой какие средства, старую карету его матушки, да её же лошадь, и отправили свататься. Мол, для вдовы в самый раз будет…

В этом месте своих размышлений Уоррен крепко призадумался: почему ему только сейчас пришло в голову, что не слишком-то госпожа Катерина соответствует тому образу нежной розы, который нарисовал ему его отец. Да и вообще, (тут он сморщился) Катерина не просто занималась домашним хозяйством, показывая пальчиком садовнику, где бы она желала видеть клумбу с цветами, она на самом деле вникала в проблемы поместья, и даже обсуждала за ужином преимущества приобретённых сегодня пород скота.

Абсолютно неприемлемое поведение для его супруги. Тут Уоррен вздохнул – интуиция и его собственный опыт подсказывали ему, что Катерина не станет слушать его, даже если он наберётся храбрости для того, чтобы высказать супруге своё порицание. Ещё не было момента в его двадцатичетырёхлетней жизни, когда мнение Уоррена интересовало хоть кого-то.

«Пожалуй, это не моё дело! В конце-то концов, я могу просто закрыть глаза на некоторые моменты, вот и всё»! – решил жених, ворочаясь с боку на бок. Однако, некая мысль пронзила его, и Уоррен подскочил с кровати, тревожно осмотрелся, и полез в свои дорожный сундук. Всё дело в том, что именно там находился брачный договор, который и должна была подписать Катерина после того, как они выйдут из храма Трёх богов. Отец настоятельно рекомендовал не потерять этот важный документ.

- Не профукай документы! – сказал родитель.

Точнее говоря, не совсем так. Папенька выразился по-своему обыкновению, то есть не слишком интеллигентно, зато доходчиво. Кстати, об этом! Неимоверно захотелось посетить удобства, которые, как мы понимаем, находились во дворе. Уоррен, как увидел крошечное помещение с милым сердечком, брезгливо сморщился, только деваться некуда.

Кстати, столичный франт, который сейчас мирно сопит в другой комнате, к подобным услугам отнёсся вполне лояльно.

В общем, сейчас не о том. Природа брала своё, и Уоррен тихо вышел в ночь. Он точно помнил, что лопухи с помещением располагаются ближе к забору, и осторожно пошёл по тропинке. Луна светила ярко, так что парень не боялся заблудиться.

И всё бы ничего, и закончился бы этот поход к вящему удовлетворению гостя тётки Аршаны, если бы не одно «но». Козёл, порядком напугавшись реакции человека на тонкий намёк самого Козла… ну, да… теперь, по прошествии времени, когда Козёл уже немного отошёл от пережитого, он смог здраво рассуждать и полагать, что можно было иным образом дать человеку понять, что своим внешним видом человек оскорбляет его козлиный взор…

Если честно, это всё мои фантазии, и быть может, что Козёл вовсе ничего такого не думал, а просто решил спрятаться в огороде тётки Аршаны… и теперь испуганно смотрел, как кто-то крадётся неподалёку.

Те странные люди, которые хотели его изловить, когда он знакомился с новым двором? Точно! Ведь, ничего нет вкуснее вяленой козлятины!

Глава 30

Одним словом – звёзды сошлись! Козёл тихо-тихо сидел в зарослях капустной рассады, и старался даже дышать пореже. Вообще, капустная рассада была чудо, как хороша, выращивалась она по особому «рецепту» самой тёткой, затем продавалась в товарных количествах всем соседям, которые завидовали самой страшной завистью, да только у них, в отличие от Аршаны, были жалкие хвостики, а не такие справные лопушки. И в другой момент жизни, Козёл бы с удовольствием полакомился ею, только не сейчас. Он мог только тихо сидеть в капусте, иногда нюхая и жадно облизывая сочную молодую рассаду. Поэтому, только по горящим глазам Козла можно было понять, что он жив.

Козёл, хоть и был на редкость милым и добрым животным, отлично знал, что «милые пушистики» долго не живут, и решил бороться за свою жизнь до последнего. Он уже совсем приготовился забодать рогами человека, подкрадывающегося к нему с недоброй целью, но в конце струсил! Прошу не судить его строго, любой бы мог испугаться, если бы услышал невнятное бормотание и шарканье спадающими тапками.

Уоррен, который уже достаточно далеко отошёл от приютившего дома, решил, что переоценил свои возможности, и что ему стоит вернуться в дом и зажечь свечу, раз лопухов и сарайчика как не было, так и нет. Несмотря на то, что позывы организма уже были весьма недвусмысленны, Уоррен принял решение вернуться, костеря при этом невесту, которая поселила его в дом без хоть какой ни на есть ретирадной, соперников, не принимавших его всерьёз, и даже ни в чём не повинного Козла. Одним словом, наш жених повернулся, и совсем уж было ушёл, когда увидел в темноте горящие глаза, которые уставились на него, и медленно моргнули.

- Нечистый! О, боги, что это? - взвизгнул Уоррен, и огромным усилием воли не упал в обморок.

Сами же глаза на секунду исчезли, а затем появились уже внизу, возле травы. Затем премерзкое существо, страшный анчутка, с жуткими звуками сорвался с места, и убежал.

Господин Уоррен словно прирос к земле, скорее всего, его просто парализовало от ужаса. Стоит ли говорить, в минуту стресса каждый организм по-разному с ним борется? Иными словами, Уоррен крайне ясно ощутил ту потребность, ради которой он и выходил из дома.

«Не дойду»! – в панике решил он, поскольку не видел заветного сарайчика. Зато лопушки – вот они, родимые! Уоррену было очень стыдно, но делать нечего. Поэтому он присел посреди зелени и для надёжности натянул ночной колпак на самые глаза.

После содеянного, Уоррен на подгибающихся ногах вернулся в дом, не снимая кафтан, лёг спать, и, как ни странно, уснул.

Пожалуй, сегодня у него был самый насыщенный день в его жизни! А утро… утро для него наступило раньше, чем он ожидал. От рёва буйвола, если бы ему пришла в голову идея сыпать проклятиями на головы тех, кто испортил тётке Аршане и капусту, и ожидаемую прибыль от её продажи…

- Чтобы вы на том свете каждые полчаса… ну, скажем, какали… конкуренты проклятые! Ишь ты, позавидовали моей капусте! - так перефразировал её вопли сам виновник происшествия.

Когда же Уоррен поборол приступ малодушия, и встал с кровати, то выяснилось, что соперник, тот самый хлыщ, с утра уехал в усадьбу.

«Вместо меня желает стать женихом»! – немного вяло подумал Уоррен, и почему-то решил не бороться за руку и сердце молодой вдовы.

Если честно, то подобное решение не вызвало у него привычного душевного трепета. Он прекрасно помнил, что может произойти, если он не женится на вдове, или ещё хуже – если она не подпишет нужного брачного договора.

А в то, что такое могло бы произойти, Уоррен поверил, когда узнал, что Телфорд – не её вдовья доля, а добрачное имущество! Одним словом, с первым супругом она не подписала контракт. И Уоррен терялся в догадках, что он должен предпринять для того, чтобы она подписала его во втором браке…

Для меня утро началось, как водится, очень рано, и к моменту завтрака я успела порядком проголодаться. Ни Лукас, ни Агнарр не составили мне компанию за столом, сославшись на тотальную занятость. Это было мне близко и знакомо, так что я посоветовала им найти время хотя бы для обеда. Не знаю, услышали они меня, или нет.

- Госпожа, к вам вчерашний господин! – поджав губы, сообщила Агата – Тот, который ещё первым появился!

- Пригласи его. Надеюсь, он со мной позавтракает – со вздохом ответила я, поскольку не ожидала ничего хорошего от этого визита.

Джейс зашёл в малую столовую быстрым шагом, лучась отличным настроением.

- Госпожа Катерина! Как я счастлив вас лицезреть! Благодарю за приглашение! – далее он сгрёб мою руку, облобызал её, что уже совсем не в какие ворота не лезло, и радостно плюхнулся на свободный стул.

Самый маленький чертёнок в его глазах озорно мне подмигнул! «Что же тебе надобно от меня, голубь»? – подумала я, но спросила:

- Как вам спалось на новом месте?

Оказалось, что тревожно. С улицы раздавались взволнованные голоса, и не давали Джейсу уснуть. Говорил он это всё с таким видом, что с трудом верилось, что его мучает бессонница.

- Судя по всему, общались ваш… тот молодой человек, который вчера приехал засвидетельствовать своё почтение, и Козёл! – Джейс положил в свою тарелку несколько кусочков поджаренного хлеба, водрузил сверху яичницу и поискал глазами сметану.

- Вот как? – не на шутку обеспокоилась я – Я сегодня была на скотном дворе, но Козла со вчерашнего дня нет. Он так и не вернулся обратно.

- Ничего удивительного! – поведал мне Джейс, не нашедший глазами сметаны, и поливший всю гору чесночным соусом – Вчера он порядком струхнул, да и общение с господином Гринделл не могло быть приятным!

Я задумчиво смотрела на гостя. Дело в том, согласиться с последним замечанием мне не давала элементарная вежливость, она же не давала мне возможности прижать Джейса и потребовать назвать правдивую причину своего визита.

Кстати, а какую причину он назвал? Выходит, что пока никакой!

- Кстати, а вы ранее не слышали в столице что-то о семье Гринделл? – как бы невзначай спросила я и прищурилась.

Однако, если я хотела смутить Джейса, то совершенно напрасно – он сейчас как раз запихивал в рот башню из еды, поэтому его ответ был несколько невнятным:

- Боги с вами, конечно же, нет! Никогда ранее о таких не слыхал! Я вообще предпочитаю с нуворишами и такими вот купцами, как они, не пересекаться!

И самый главный чёрт скрутил мне хорошую такую фигу. Я же сделала бесстрастное лицо и дождалась, пока на тарелке гостя не осталось ни кусочка.

- А какова же ваша цель визита в Телфорд?

Джейс откинулся на стуле, и заявил, что он хотел предложить мне выкуп части моих земель. Вот так, ни много, ни мало.

- Пройдёмте в мой кабинет! – я разлепила губы, и поднялась из-за стола, решив на время отставить панику.

Дело в том, что этот парень сказал: «выкупная стоимость». Ничего хорошего эти два слова нести не могли – подобными понятиями оперировало государство, когда хотело «подвинуть» частную собственность. По крайней мере, в Отчизне было именно так. Я ещё помню скандал, который разгорелся, когда Байкал признали природоохранной зоной, и выгнали с побережья собственников земли, и разрушили их дома. Но это не мой случай. Да и вообще, для чего понадобились мои земли государству? Пусть они не столь уж и малы, но расположены в глухой Южной провинции. Тут в округе только один городок, да и тот – транзитный.

Бинго! Вот, значит, как! Что же, рано или поздно это должно было случиться, не одна я в Аурелии такая умная, и полагаю, что необходим новый королевский тракт, больно уж большой крюк получается при доставке товаров в Бортмунд. После того, как я убедилась в своих предположениях, то дышать стала глубже. Кроме того, Джейса совершенно точно прислали с целью мирных переговоров, просто так совпало, что приволокся ещё и Второй, в результате чего и произошла эта глупая путаница…

- Прошу прощения! – господин Элтон улыбнулся самой очаровательной улыбкой из своего арсенала – О чём вы так глубоко задумались?

Всё правильно, я сидела в своём кресле, и задумчиво смотрела в переносицу Джейса.

- О господине Уоррене! – сказала чистую правду я – А теперь я хотела бы получить от вас пояснения.

- Извольте! – немного напрягся он – Как вы уже поняли, государство хотело бы выкупить часть ваших земель, и по ним пойдёт небольшая часть королевского тракта, который напрямую свяжет порт и Бортмунд. Поймите, эта сделка произойдёт в любом случае, поэтому я лишь прошу вас согласиться, взять предложенную сумму, и не препятствовать строительству.

Джейс говорил, и чувствовалось, что он вещает сейчас не как переговорщик, а как заинтересованный человек. Черти в его глазах присмирели, и теперь в них не отражалось ничего, кроме бесконечной синевы неба.

Пожалуй, он прав. С государством шутки плохи, к сожалению, это правило актуально во всех мирах и в любое время. Теперь же я видела свою задачу в том, чтобы верно обозначить нюансы. Тракт – это всегда хорошо. Нужно лишь только умело распорядиться тем, что он будет проходить по моим землям. Я глубоко вздохнула, набрала в рот воздуха, и выдала:

- Я согласна обсуждать возможность прохождения тут тракта, если не будут вырублены мои ныне существующие сады.

Господин Элтон степенно кивнул, и маленькая крошка в левом глазу подняла вверх большой палец.

- Кроме того, государству будет принадлежать земля под трактом…

- И по пять метров в стороны! – живо отозвался Джейс.

Пусть так! – кивнула я – Но в строительстве и развитии инфраструктуры я хочу принимать участие.

- Даже не буду спрашивать, зачем благородной госпоже вообще знать о столь низменных вещах, не то, что вообще заниматься таким непотребством – приподнял брови Джереми Стивен.

- Непотребство – это вернуться домой, и замерзать ночью от того, что в твоей спальне не оказалось окон, в сарае нет дров для того, чтобы затопить камин, а все деревья аккуратно вывезены по крестьянским дворам! – приподнявшись на кресле, процедила я – А теперь позвольте, я хотела бы остаться одна!

Посланник вежливо поклонился, и вымелся из кабинета, кинув на меня нечитаемый взгляд. Я медленно опустилась в кресло… кто знает, быть может, я совершила сейчас страшную ошибку, разоткровенничавшись с этим человеком?

А, впрочем, ну его к чёрту! Работа всегда успокаивала меня, я отправилась в свои комнаты, и с помощью ворчащей Агаты переоделась в одно из платьев, которое приличествует работе в саду.

- И зачем вам теперь-то самой убиваться? Ладно раньше, когда мы только-только приехали, и не знали, как нам пережить холода. Но теперь-то? Крестьяне ваши оброк по сроку приносят, на земле господской работают. Глядишь, и она по осени с прибылью будет! Я молчу, как вы вышиванием таким красивым занимаетесь, да в город продаёте… так нет же, управляющего завели, а сама, как чернавка, по поместью шатаетесь…

Да уж! Я невольно улыбнулась. В мироздании Агаты благородная дама сидит у окошка, слушает пение птиц, да вышивает батистовые платочки. Очень жаль, что реальность далека от таких фантазий.

Спускаясь по лестнице, я невольно остановилась – кто знает, если бы Катерина в своё время иногда открывала глаза и выползала из своей уютной маленькой скорлупки, то была бы по сию пору жива?

- Госпожа Катерина? – завидев меня, Агнарр приободрился – Если вы планируете выезд за территорию усадьбы, то непременно возьмите меня с собой. Или кого-нибудь из ребят! Судя по всему, Козёл ночью объявился в Телфорде, да напугал кого-то! Слышали крики и блеяние, но побоялись выйти из дома. Прослышали в народе про крутой нрав нашего «ранимого животного».

Я посмотрела на Агнарра:

- Вообще, я планировала пройтись до новой изгороди, да посмотреть, как прижились саженцы груши. Так что буду совсем рядом. Не переживай, вероятность моей трагической встречи с Козлом невелика!

Глава 31

Всё, что я сказала Агнарру, было чистой правдой. Дело в том, что сегодня у меня по списку был день хозяйственных дел. И никакие заявившиеся гости не могли нарушить сложившийся распорядок дня. Кроме того, я просто хотела какое-то время провести в одиночестве, поскольку ощущала настойчивую необходимость для размышления.

Про строительство нового королевского тракта всё более или менее понятно. Судя по всему, эта необходимость назревала достаточно долго, не один десяток лет. Скорее всего, как раз с того самого момента, как в качестве приданного нынешней королеве Аурелии достался этот морской порт и клочок прилегающей земли. И вот, наконец, решение принято и обсуждению не подлежит. Единственное, что меня немного удивляло, так это то, что ко мне не заявился какой-нибудь казначей с приказом о принудительном выкупе частной собственности государством. При котором, как вы понимаете, мне была бы предложена её кадастровая стоимость. Между строк читай – копейки! Вместо этого ко мне с неофициальным визитом заявляется некий Джейс Элтон, который делает мне, по сути, коммерческое предложение. Я думаю, что тому должна быть веская причина. Полагаю, что мне стоило для начала посоветоваться с Агнарром и Лукасом, а уже потом принимать решение.

Нет, бодаться с государством я ни в коем случае не собираюсь, но и упускать возможность финансового обогащения, тоже! В конце концов, я дочь Бориса Климова, а не босяка какого-нибудь! Воспоминание об отце не вызвали привычной боли. Оно и к счастью! Я добралась до ограды, которая радовала глаз новой кладкой. Лукас хвалился не так давно, что он с Дагфинном обнаружили не так далеко маленький карьер, откуда, скорее всего, и брался когда-то камень, да и глина для того, чтобы кладка была более прочной.

- Это не моя идея, конечно. Тут, в быту больше используются каменные заборы без скрепляющего раствора – признался Дагфинн – только думается мне, что так-то оно куда дольше простоит. Опять же, не упадёт от сильного ветра.

Я кивнула. Когда-то давно, мы побывали всей семьёй в Ирландии. Так вот там тоже я видела подобные ограды из известняка, которые были построены в Средние века. И ничего – стоят до сих пор. И наша ограда простоит. Я с уважением посмотрела на двухметровое сооружение – Дагфинн делает всё основательно, и тут решил, что маслом кашу не испортить. А как по мне – исчезла та самая дыра, в которую мы в своё время проникли в усадьбу, и ладно! Невольно я усмехнулась, и мои мысли снова потекли в том же направлении – как быть с землями под королевским трактом.

Если мне не изменяет моя интуиция (хотя с чего бы ей со мной так поступать) то у Джейса есть какой-то личный мотив суетиться по поводу строительство королевского тракта. Ну, либо не у него лично, но у его семьи – точно. А корона – ей всё равно, как произойдёт эта сделка, лишь бы это не раздувало смету.

Вот примерно с такими мыслями я добрела до свежих посадок ирги и нэши. Судя по всему, Лукас был прав. И в этом году мы уже получим первый урожай. Я с улыбкой вспомнила, как работники из Дурбана, покрутив пальцем у виска, высаживали эти кустарники в строго определённые места, а потом ещё носились с ними, переживая, чтобы ирга не пострадала от возвратных заморозков. А как проходил сам процесс высадки растений? Для начала были приготовлены несколько больших ям, не слишком глубоких, зато широких, поскольку ирга достаточно хорошо разрастается вширь.

- Ну, вот, теперь эту гадость есть нельзя, потраву раз сыплем под корни! – убеждённо сказал Галлум, когда работники добавляли в землю древесную землю и песок для дренажа, а сверху к плодородной почвы ещё и перегной.

Однако, спорить со мной никто не решился, тут помог и Лукас, который заявил, что эти кустики я купила в столице за бешеные деньги, и Харальд, который контролировал процесс высадки их в грунт. Позже я узнала, что охранник посоветовал работникам чётко придерживаться моих инструкций по посадке и уходу, иначе возможны нюансы.

Одним словом, я никогда ранее не видела столь быстрой, аккуратной и чёткой работы доморощенных садовников. А сейчас, спустя пару месяцев после высадки, саженцы уже радовали нас красивыми белыми соцветиями.

Что же касается «китайской груши» - по крайней мере, в моём мире это растение называлось именно так, то они также чувствовали себя великолепно, и грозили нам через пару лет отличным урожаем, даже несмотря на то, что Галлум предрёк, наблюдая за тем, как садовники заливают приствольный круг водой:

- Не жильцы-то эти ваши новомодные растения! Нет, чтобы посадить наши яблони да вишни. И урожай всегда гарантирован, и трястись над ними, как над этими, не нужно. Растёт и растёт, что им сделается?

Тем не менее, всё было сделано верно, и теперь я не нарадовалась, смотря на то, как «новомодные растения» отлично прижились в южной провинции. По крайней мере, стволики были здоровыми и ровными, аккуратно привязанными к опоре, молодые листочки насыщенного зелёного оттенка, а из ямки высовывался маленький серый хвостик.

От неожиданности я отшатнулась. Да нет! Боюсь, что зрение меня не подвело, и возле груши тихонько притулился напуганный зверь.

- А, вот и ты, наш герой! – обрадовалась я и решила достать Козла, для чего встала на четвереньки и стала тянуть его за ногу.

К сожалению, у него по этому поводу было совершенно противоположное мнение, во всяком случае, сам Козёл противился быть вытащенным из своего укрытия, и даже издавал какие-то полузадушенные звуки.

Поневоле, тут насторожишься.

«Это он от счастья, что кто-то решил о нём позаботиться» – подумав немного, решила я и даже слегка отпустила заднюю козлиную ногу, за которую так и тянула во время проведения спасательной операции.

Козёл, решив, что вот он – шанс смыться, быстро поднялся на все четыре конечности, хотя до этого падал на пузо и притворялся инвалидом.

- Врёшь, не уйдёшь! – сердито просипела я, и неизвестно почему, показала кулак спасаемому животному.

Очередное тоскливое блеяние, немного похожее на: «Уберите её от меня, люди добрые» раздалось из глотки Козла.

- Фух, намаялась я с тобой! Ну, ничего. Ты только потерпи ещё немного, сейчас подмога придёт, тогда мы и достанем тебя из этого куста. Агнарр, уже, наверное, спешит на помощь!

И для того, чтобы было наверняка, завопила во всю силу своих лёгких:

- Помогите! Кто-нибудь! На помощь!

И тут спасаемое животное решилось на отчаянный шаг – заткнувшись на полувзвое, с некоей решимостью в глазах, выставил вперёд рога. Мол, я самостоятельная личность, которая не приемлет рамки и ограничения. Потому прошу оставить меня в покое. А здесь я и вовсе, в тиши и одиночестве, предаюсь самопознанию и раскрытию дополнительных чакр.

Быть может, я не совсем верно передаю мысли, которые были в голове у Козла, но общий смысл был ясен.

- Тут я решаю, кому бежать, кому лежать! – немного невпопад заявила я голосом опытного прапорщика, покрепче ухватилась за выставленные рога и изо всех сил стала тянуть их владельца на себя.

Но Козёл, как и любой другой козёл, почему-то не осознавал очевидной выгоды для себя, а кроме того, решил вдруг ещё более душераздирающе мекать.

Именно сейчас появились вдалеке Агнарр, Лукас, староста Каллум, и почему-то Джереми Стивен.

- Осторожно, госпожа! Не бойтесь, мы идём вам на помощь! – крикнул Агнарр, и вытащил меч из ножен.

Я решила, что хана груше. Очевидно, что так ему будет удобнее выковыривать Козла. Только дерево точно погибнет, после того, как охранник вырежет у него несколько веток, закрывающих Козла.

Спасаемый объект сопротивлялся изо всех сил и крутил башкой из стороны в сторону.

- Сейчас забодает госпожу, как есть, забодает! – взвизгнул приближающийся Каллум и побежал быстрее.

Но, как это ни странно, самым шустрым оказался мой гость. Во всяком случае, он как-то внезапно оказался рядом, мощным рывком оторвал животное от дерева, передал Козла на попечение своим соратникам, и помог мне подняться с земли.

- Госпожа, с вами всё в порядке? – впервые я почувствовала в голосе Джейса настоящие эмоции.

- Конечно! – возмутилась я, ни мало не расстроившись от того, что платье вряд ли подлежит ремонту (просто оно несколько пострадало в процессе спасательной операции).

Животное уже заткнулось, просто тихо стояло в ожидании самой ужасной козлиной участи.

- Ну, что же. Очень жаль, госпожа, что Козёл напал на вас, госпожа! Боюсь, что придётся последовать советам наших нидерийских друзей, и сделать из Козла вяленую козлятину.

Агнарр радостно осклабился, а я испуганно воскликнула и прижала руки к лицу.

- Да не переживайте, мы деньги за него не заплатили, так что финансового урона не понесём! – решил утешить меня Лукас.

- Урона? Финансового, говоришь? – я скинула сюртук, который заботливо набросил на мои плечи Джейс, и сообщила всё, что думала о такой живодёрне.

История моя началась с того, что сидел в тиши и покое молодой и крайне воспитанный Козёл, волей судьбы поменявший адрес проживания. Затем пришла я и подумала, что вижу возможность его возвращения к нам в загон. Мотивируя это тем, что там не так здорово и вольно, зато несколько безопаснее и сытнее.

После чего животное, не совсем оценив все плюсы моего предложения, попросил время для размышления. С этим я была в корне не согласна, в результате чего у нас произошла небольшая дискуссия. Вот и всё! А они его – на мясо пустить!

- И кого? Да наш козлик – самое невинное существо среди присутствующих! - патетически воскликнула я и обняла животинку за шею.

Козёл позволил это сделать. Вообще, судя по всему, он изрядно струхнул и от количества людей, и от своих не радужных перспектив на будущее. Во всяком случае, он вёл себя на удивление тихо, не сопротивлялся, и в целом, являл из себя образец скромности и послушания.

Агнарр только хмыкнул на это замечание, но спорить не стал, и вернул меч в ножны. Лукас просто пожал плечами, мол, хозяин – барин. Такого же мнения придерживался и староста деревни: «Пусть барынька чудит, как хочет, а наше дело – сторона»!

Только лишь Джейс, подхвативший свой камзол, радостно мне улыбался, словно присутствовал на уникальном спектакле, и изящно подал мне руку.

- Вы позволите, госпожа, я провожу вас до хозяйственного двора?

Я сделала вид, будто нахожусь на приёме в мою честь, и благосклонно, слегка наклонив голову и волоча за собой не сопротивляющееся животное, прощебетала:

- Вы очень милы, господин Элтон! Благодарю вас!

- Прошу вас, для друзей я просто Джейс!

И мы такой странной колбасой отправились в сторону загона с животными. Козёл был тих и странно задумчив. А всё дело в том, что только сейчас он понял, что бояться стоит не мужиков с суровым выражением лица, а эту добрую женщину.

Тётка Аршана, которая издалека наблюдала за этой картиной, досадливо сплюнула и медленно поехала дальше на поскрипывающей телеге. Подумать только, что твориться в поместье Телфорд! Конечно, она сразу поняла, что эта новая хозяйка упорна, и обратно в столицу не собирается, но тешила себя надеждой, что долго всё равно той не продержаться. Да любой бы на месте этой странной бабы, едва завидев ту разруху, которая творилась в бывшем доме её родителей, бежал бы без оглядки. Но не эта! Мало того, что она сумела выжить, так ещё и неплохо устроилась – и охрану наняла, и вот мужчины столичные к ней зарядили. Вспомнив изгаженную капусту, тётка огорчённо закрыла глаза.

- Распутница! – процедила она сквозь зубы, и продолжила своё путешествие.

Лошадь Аршаны, старенькая коренастая кобылка пегой масти, знала дорогу и не нуждалась в том, чтобы её понукали.

- Ничего, ничего! Уж я-то сейчас расскажу госпоже Марджори про тот ужас, который твориться в Телфорде! Поди, госпожа-благодетельница так просто это не оставит!

Глава 32

Тётка Аршана не зря надеялась на помощь госпожи Блури. Та была очень доброй и заботливой госпожой. И когда однажды встретила Аршану на дороге, у которой слетело колесо на телеге, не прошла мимо этой беды, а велела кучеру своему помочь, да расспросила, как дела у самой Аршаны, не терпят ли бедствие деревенские после смерти старых хозяев.

- Да как же нет, госпожа хорошая? – искренне поразилась вдовица – Когда молодая хозяйка в столицах обретается, да обещалась управляющего прислать. А кто таков, почём мы знаем?

На эти слова добрая госпожа сочувствующе покачала головой, и сказала, что понимает переживания простой крестьянки. Кроме того, заверила Аршану, что отчаиваться не стоит. Приедет тот управляющий – или нет, так это дело десятое. Неужто крестьяне не проживут и без него? Потому как каждый крестьянин – он себе на уме.

- Вот что, Аршана! Вижу, что в Телфорде не всё так гладко, как хотелось бы! Но помочь я мало чем могу, так как саму госпожу Катерину совсем не помню, маленькая она была, да и не авторитет я для неё. Давай так, со своими проблемами ты приходи ко мне, авось, что и подскажу.

Конечно, Аршана не раз воспользовалась милостивым приглашением госпожи Блури, и частенько приезжала в Дурбан. И поделиться своими крестьянскими бедами, и почувствовать себя важной и нужной. Тем более, что в деревне Аршану не слишком-то хотели слушать, почему-то считая склочной и скандальной тёткой. Только вот слушали, и не раз. Бывало так, что Аршана говорила дельные слова ко времени, да и убедительно так…

Сама госпожа частенько угощала Аршану таким вкусным напитком, который продаётся только в Бортмунде, да и только тогда, когда приходят караваны с Востока. Шоколад! Невольно, вдова подхлестнула лошадку для того, чтобы та пошла быстрее. Ей не терпелось рассказать последние новости о гостях и прочем разврате и безобразии, которое творилось в Телфорде. Кобылка посмотрела на хозяйку, но шаг не прибавила – сама она никуда не спешила.

Аршана не сомневалась в том, что госпожа Марджори даст ей дельный совет, как себя вести, что думать и говорить в нынешней ситуации. Вообще, госпожа Блури в разговоре с Аршаной иногда высказывала такие мысли, что Аршана потом долго удивлялась, как они самой крестьянке не приходили раньше в голову.

Во всяком случае, Марджори и не подозревала, что во время одного из совместных чаепитий как-то обмолвилась, что новый управляющий – сущий мальчишка, и с ним можно справиться, поскольку для крестьян из Телфорда он не авторитет. А эта потрясающая идея – безнаказанно обворовать поместье? Оно ведь тоже было случайно брошено в разговоре и попало на благодатную почву.

Одним словом, и сегодня Аршана приехала в Дурбан не с пустыми руками, а с разговором о недопустимым поведением новой хозяйки Телфорда.

- А ведь траур до сих пор не прошёл. А госпожа не просто принимает гостей, но и даже остаётся с ними наедине. Это не считая того, что они по-прежнему в поместье. Срам, да и только! Что тогда будет, когда траур будет снят? – вещала Аршана.

Госпожа Блури согласно кивала, мол, такого допускать нельзя, это же ужасно неприлично! Она полагала, что дорогой и дефицитный шоколад, которым она угощала крестьянку, был окуплен с лихвой.

«Судя по всему, для нас с Алланом ещё не всё потеряно, и мне удастся объединить наши поместья»! – размышляла Марджори, стоя на крыльце своего дома.

Я же, оставив дорогого гостя на попечение Харальда и попросив последнего рассказать пару жизненных историй, дабы скрасить ожидание до ужина, пригласила управляющего Лукаса и Агнарра на совещание.

- Дорогие друзья, дело в том, что государство предлагает выкупить у меня часть поместья для того, чтобы построить небольшой участок королевского тракта по моей земле – начала я, с трудом дождавшись, пока работники усядутся.

Агнарр выругался, так что Лукас изрядно смутился, но потом заявил:

- Нидериец, по сути, прав, госпожа! С государством шутки плохи, если уж оно что решило, так заберёт, и хорошо, если не бесплатно.

Я покачала головой.

- Про бесплатно и речи нет! Предлагают деньги, и, в моём понимании, немалые!

- Чего же тут странного! Родина моя давно ищет повода для того, чтобы напакостить родственничкам из Аурелии. А недовольные землевладельцы – самый лучший вариант из возможных – с ухмылкой сообщил Агнарр.

Мы с Лукасом переглянулись и уважительно покивали головами.

- … но в любом случае, стоит просить для себя преференции. Пусть речь не идёт о самом строительстве дороги, поскольку тут участвует большой капитал, но…

- Но строить инфраструктуру на своей земле мне ничьё разрешение не нужно – сообщила я, совсем не по благородному откинувшись в кресле.

- Почему бы и нет! – пожал плечами Лукас – Коли так, то ваши земли будут ближайшими к порту после того, как будет построена новая дорога. Полагаю, что мы можем это озвучить представителю покупателя?

Мы рассмеялись и отправились на поиски Харальда и Джейса.

- И вот, значит, кричит Агнарр нубийцам: «Врёшь, не возьмёшь!», только тем наши слова без разницы, они одно видят – своё золото, которое мы перевозим по заказу, да и лезут на нас с кривыми мечами. Ну, Агнарр, он долго размышлять не собирался, он ближнего к себе мечом и проткнул. Остальные нубийцы не скажу, что очень сильно впечатлились, так что повеселились мы славно! Потом расстроились, конечно…

Судя по всему, на улице Харальд рассказывал Джейсу о нюансах своей работы в бытность его охранником караванов.

- Просто потрясающе! А почему же вы пожалели? – удивился Джейс.

- Так с водой у нас было не очень. А пленных мы не брали!

Когда мы вышли из дома, у обоих был на редкость оживлённый вид. Как-то чувствовалось, что они отлично проводили время в обществе друг друга.

Вернувшись в кабинет, я озвучила своё решение Джейсу:

- Я принимаю ваше предложение, господин Элтон, и готова продать часть своих земель короне под строительство тракта.

Джейс лучезарно улыбнулся и рассыпался в благодарностях моему благоразумию и деловой хватке.

- Быть может, вы также захотите поучаствовать в строительстве постоялых дворов, харчевен и магазинов? Если да, то я готов с вами это немедленно обсудить? И начать топографическую съёмку местности?

Лукас сразу заметно поскучнел и отвернулся, Агнарр осклабился, а я удивлённо приподняла бровь:

- Прошу прощения, быть может, я что-то не так поняла – я шустро расстелила на столе карту окрестностей – если всё верно, то тракт займёт вот эту часть территории, она же подлежит продаже.

Господин Элтон закивал с приклеенной улыбкой.

- Ну, так вот! – как ни в чём не бывало, продолжила я – Остальное моя земля! А чем я на ней буду заниматься – плодовые деревья выращивать, как сейчас, или коз пасти, а быть может, постоялый двор построить... так это только моё дело!

Джейс внимательно посмотрел на меня, и рассмеялся. Громко, в голос, азартно, запрокинув голову.

- Я рад, что не ошибся в вас, госпожа Катерина! Не повезло моему дядюшке!

Далее он поведал, что у него есть некий дядюшка Мейсон, который мечтал поучаствовать в дорожной концессии, но неофициально, конечно. А теперь, когда я оказалась не такой дурой, и поняла, что могу справиться со всем сама, Джейс умывает руки и полагает свою миссию выполненной.

Я улыбнулась в ответ на откровения «любящего племянника». Судя по всему, дядюшка Мейсон – государственный чиновник, который придерживается золотого правила всех чиновников: не складывать все яйца в одну корзину.

Уоррен медленно двигался на лошади в сторону усадьбы и предавался собственным размышлениям. Несмотря на то, что сводные братья всегда утверждали, будто Уоррен умственно ущербен, сам объект насмешек был с этим не согласен: не такой уж он и дурак! Понял Уоррен и то, что будущая невеста не испытывает большого энтузиазма, когда видит самого Уоррена. Но в браке такая вещь, как энтузиазм, вообще не предусмотрена. Поэтому он не слишком огорчён более, чем холодному приёму. Впрочем, это было понятно и даже ожидаемо, тем более, что сама госпожа Катерина, судя по всему, чрезвычайно щепетильная дама, и потому печётся о своей репутации.

Уоррен покачнулся на Искорке – старой лошади его матери, и понял, что какое-то время назад кобыла просто остановилась и встала на дороге, небрежно пощипывая невысокую сочную травку с обочины.

- Искорка! Хватит отдыхать! Мне нужно ехать! Пошевеливайся, иначе отдам нидерийцам госпожи Грей! Уж они-то знают толк в вяленой скотине!

Уоррен мог бы так и не разоряться, кобыла всё равно бы весьма незначительно прониклась его угрозами, зная наверняка, что понукать Уоррен может только словесно, причём столь неубедительно, что иногда самой Искорке было стыдно за такого хозяина. Одно лишь радовало разборчивую лошадь – то, что большую часть времени она проводила в большой конюшне со своими товарками. Она вообще полагала, что её жизнь удалась. И после смерти хозяйки она досталась её сыну. Не напрягалась, как лошади его отца, и не ездила по ночам, как лошади его братьев. Одним словом, не жизнь, а сказка! А теперь вот это! Ладно уж! Так и быть, пойду побыстрее, но чтобы это было в последний раз!

Уоррен, чрезвычайно довольный тем, что лишь благодаря его настойчивости ленивое животное стало шевелиться, вернулся к прерванным размышлениям. Сегодняшнему своему утреннему малодушию он не находил объяснения. Что это вообще ему в голову за странные мысли пришли? Ну, те, в которых он сомневался в том, стоило ли ему выполнять распоряжение отца, и добиваться благосклонности вдовы.

«Вдовы на выданье»! – подумал Уоррен и сам поразился своей смелости – «Конечно же, нужно непременно, и не стоит обращать внимание на того хамоватого молодого человека, который также прибыл вчера. Не стоит обращать внимание хотя бы потому, что у этого столичного хлыща нет такого замечательного письмеца от поверенного самой вдовицы, как есть у него, Уоррена».

Сочтя последнее крайне веским аргументом, Уоррен заметно приободрился. Единственное что, где-то на грани сознания промелькнула мысль о той, о которой он иногда несмело мечтал, да кидал робкие взгляды, когда был уверен, что она этого не увидит… его прекрасная, тонкая, скромная и нежная Ульрика! Невольная улыбка мелькнула на лице молодого человека, осветив прекрасным чувством выражение глаз.

- Чего только лыбится? – услышал он под ухом насмешки – Хозяйка, поди, там одна-то не скучает.

Оказывается, за своими мечтами Уоррен не заметил, как доехал до поместья, и сейчас эти неотёсанные ребята, Катеринины охранники, тренировались перед ним в остроумии.

- Ты полегче на поворотах, Бритт! Агата говорила, не сегодня-завтра у госпожи траур закончится, тогда попрутся к нам женихи, помяни моё слово!

- Твоя правда, Харальд! – заржал тот, которого называли Бриттом.

Уоррен гордо сполз с Искорки и решил не обращать внимания на неотёсанных солдат. В конце концов, он был выше этого. А зайдя в дом, приятная девушка по имени Кира пригласила его за стол, пояснив, что к ужину ждут только его.

Зашедши в столовую, Уоррен не выдержал и слегка сморщился – тот самый хлыщ развалился на стуле и делал вид, что он тут родился. Иными словами, не чувствовал ни малейшего дискомфорта в присутствии Катерины.

Ужин продолжался ни шатко, ни валко. Я пару раз теряла нить разговора, но никто, кроме Лукаса, этого не заметил. А мой управляющий был достаточно деликатен для того, чтобы не говорить об этом вслух. Поэтому, когда открылась дверь, и возник немного напряжённый Дарий, я невольно встрепенулась.

- Прошу прощения, госпожа! Там, на крыльце молодая девушка, она говорит, будто возлюбленная одного из ваших гостей.

Я почувствовала, как напряглись они оба, причём Джейс поднял глаза к потолку, очевидно, для того, чтобы было проще вести учёт. Уоррен же просто жутко покраснел и не понимал, куда ему бежать.

Пока я наблюдала за телодвижениями гостей, в дверь ввалилась растрёпанная девчонка:

- Где эта разлучница? Где, я вас спрашиваю? Хочу посмотреть на эту хищницу, ради которой Уоррен уехал в провинцию!

Глава 33

Вот оно чо? А вечер перестаёт быть томным! Я с большим трудом удержалась от того, чтобы не рассмеяться в лицо девчонки, которая требовала немедленной сатисфакции. Сам виновник и причина этой безобразной сцены стоял пунцовый и боялся поднять на меня глаза. А я диву давалась – вот какой мужчина, за ним даже невеста побежала за тридевять земель. Постойте, а я тогда кто?

- Уоррен, как же так? А я? Или для тебя это всё так, ничего не значащий флирт? – вопрошала возлюбленная – Твои братья тут же рассказали мне, что ты отправился к своей суженой!

Это она напрасно, конечно, потому что пунцовый Уоррен всё равно не был способен издавать членораздельные звуки.

Джейс издал тихий скулёж, прижав салфетку к лицу, а все черти в его левом глазу покатывались со смеху. Ладно, хватит с нас этого юмористического концерта, тем более, что невеста моего жениха стала повторяться, снова «задвигая» что-то о бессердечии её возлюбленного, о моих низких человеческих и моральных качествах.

- Конечно! – разорялась девушка – Это потому что она из богатой семьи, молода и хороша собой, но ты не думаешь о моих чувствах! – далее градус патетики только нарастал, пока не перешёл в стон умирающего лебедя.

- Тебя как зовут-то? – вклинилась я в рассуждения девушки о том, как ей дальше жить, да и надо ли…

- Ульрика! – запнулась она на полувзвое.

- Пойдём, Уля! Пошепчемся о нашем, о девичьем! – решительно встала я и потащила её за собой в гостиную.

Признаться честно, сама бы я предпочла беседовать в библиотеке или кабинете, но чувствуется, что обилие книг и тяжёлая мебель будет действовать на девчонку угнетающе.

- Ну, рассказывай, откуда ты узнала, куда именно отправился Уоррен? Вот эту историю про то, что тебе поведали об этом добрые братья твоего возлюбленного, прошу придержать для другого слушателя! – плюхнувшись в кресло и убрав оттуда свою вышивку, велела я.

Ульрика надулась, мило выпятив губки и склонив голову набок. Я вздохнула, показав тем самым, что тема с бедной несчастной овечкой тут тоже не пройдёт. Тогда девчонка поняла, что такой ерундой меня не пронять, и заговорила вполне деловым тоном, без малейших ужимок и глупых приседаний.

Оказывается, что отец этой милой девочки служил приказчиком в одной из лавок господина Саймена Гринделла, да не просто так, а входил в число доверенных лиц. Собственно говоря, именно родитель дорогой Ульрики и «собирал в дальний путь» младшего сына господина Гринделла. Так что, со способностями этой девочки, узнать место и цель путешествия возлюбленного не составило ни малейшего труда. А если учесть, что милая девушка давно помогала отцу в его нелёгкой работе, выполняла мелкие поручения самого господина Саймона и двух его старших детей, то и деньги на дальнюю дорогу у неё были, как я смогла понять из сбивчивого рассказа юной прелестницы.

- Ну, ты узнала, что поехал Уоррен в гости к будущей невесте, раздобыла адрес, даже приехала следом за ним, и что дальше? Что-то мне подсказывает, что вряд ли Уоррен тебе обрадовался, сейчас плюнет в мою сторону и поведёт тебя завтра на рассвете в храм Трёх богов – заметила я, вглядываясь в её сосредоточенное личико.

- Скорее всего, вы правы! – нехотя выдавила Ульрика.

- … тем более, что у него здесь более, чем ответственное поручение от отца, которое он просто так не осмелится не выполнить. На это нужны более, чем веские причины.

- А что это за поручение? – не выдержала Уля и поинтересовалась, состроив умильное личико – И что такое «веские причины».

- Он должен жениться на мне любыми способами после того, как у меня закончится траур. Что же до веских причин этого не делать – тут я невольно задумалась – во всяком случае, моя трагическая смерть в этот перечень причин точно не входит!

- Должен жениться? Почему? Разве вы очень влиятельная или богатая? – девушка с сомнением посмотрела на меня, потом на гостиную.

Несмотря на то, что мой дом сейчас принял достаточно жилой вид, по лицу Ульрики было понятно, что купеческое убранство дома господина Саймона не идёт с моим ни в какое сравнение.

- Полагаю, что нет, но… Есть кое-какой нюанс – загадочно улыбнулась я.

А всё дело в том, что Агнарр ещё утром принёс мне тот самый брачный договор, который Уоррен столь бережно хранил на дне своего сундука. И сделал это со словами:

- Не больно-то он хитёр! Всё на виду, только эти вот бумажули и прятал. Простофиля!

Я поблагодарила, взяла, прочла и потом долго смеялась, затем велела положить на место. Впрочем, это всё лирика! А девушка, судя по всему, настроена решительно. Даже не знаю, что теперь с этим делать. В конце концов, Уоррен – человек мне не чужой, практически, жених, и когда любимая моего будущего жениха сообщает мне, что твёрдо намерена за него выйти замуж, так просто мимо ушей я не могу эту информацию пропустить…

- Кстати, милочка! – встрепенулась я – Ты так и не просветила меня, каким образом ты собираешься добиваться руки и сердца моего жениха?

Девочка только хмыкнула, что могло означать в переводе на русский: «Уж как-нибудь без твоих советов»! Что же, тем лучше, кто не знает, тот случайно не проговорится! Что же касается причин, по которым Уоррен считался завидным женихом, то они были до удивления прозаичны, о чём милая скромница и сообщила с деловым видом. Я знала, что мать Уоррена, ныне покойная, была благородных кровей. А отец – богатый купец, а после женитьбы, стал ещё и знатным. Вроде бы все в плюсе, кроме одного «но». Дедушка Уоррена своего зятя Саймона немного недолюбливал, однако не давать ему доступ к своим финансам всё же не смог. Поэтому порешал так: своё наследство, в денежном эквиваленте, он оставит на счету в банке. Саймон может пользоваться процентами по вкладу, а распоряжаться основной суммой будет Уоррен после своего двадцатилетия. Одним словом, дед подстраховался, как мог.

Да только Саймон махнул на эти глупости рукой, не сомневаясь в том, что младший сын сам всё отдаст ему, или подпишет, где тот укажет. И жена не узнает, да и партнёры по бизнесу не догадаются, что благосостояние господина Гринделла не столь значительно, как это принято думать. Одним словом, «помощнице» Ульрике не составило особого труда качественно прошерстить все документы Саймона и своего отца тоже. А после этого «чистый цветок» стал показывать свою чистоту и непорочность Уоррену.

- Но это не означает, что я не питаю к нему тёплых чувств! – сообщила Ульрика – Вообще, я полагаю, будто одно другому не мешает! И потом, я уж, поди, сумею распорядиться деньгами деда Уоррена куда лучше его самого, его папеньки и противных братьев!

Я кивнула, что же, с такой женой мой жених не пропадёт, и улыбнулась предприимчивой девчонке.

Я подумала, что мы с Улей всё обговорили, и могли бы вернуться к гостям, но она внезапно замялась и выдала:

- Госпожа, а вы точно не захотите выйти замуж за Уоррена? А если вы передумаете? Он же такой!

Какой именно Уоррен «такой», девушка показала, задрав глаза к потолку. Я только покачала головой. Приходилось признать, что у нас абсолютно разные вкусы.

- Ну, да! Тот молодой человек за столом вам больше нравится, я это понимаю, конечно! Сразу видно благородного господина.

- Уля! – оборвала я девушку – Если мы немедленно не вернёмся в столовую, то у Уоррена будет мозоль на ушах!

- Только на правом! – поправила меня Ульрика – Он всегда подслушивает только правым ухом! И простите меня за те гадости, что я наговорила в столовой. Поймите, это было просто необходимо!

Мы весело рассмеялись и вышли к широкой публике. Лукас старался слиться с мебелью, и явно чувствовал себя не в своей тарелке, Агнарр веселился, а про Джейса и говорить нечего – столько весёлых чертей я давненько не замечала. Что же касается самого виновника всего переполоха, то на нём лица не было. Судя по всему, за закрытой дверью ему мало, что удалось услышать.

- Господин Гринделл! – патетически прижав руку ко лбу и обессиленно закрыв глаза, сообщила я – Я крайне разочарована вами! Мой поверенный, уважаемый Николас Брун, уверил меня в том, что ваши намерения ясны и однозначны – после того, как закончится траур, вы намереваетесь сделать мне предложение, а вместо этого – ваше сердце несвободно! А моё теперь – разбито! Я так надеялась на то, что нас ждёт маленький рай в моём городском особняке! И уже даже велела зарешетить все окна третьего этажа!

- Кстати! – влез в мой монолог мой управляющий – Я никогда раньше не спрашивал вас, госпожа, как погиб ваш первый муж.

- Упал с высоты второго этажа, когда спускался на простынях вниз! – я была готова развить эту тему, когда почувствовала за спиной пустоту и выругалась – Уоррен сбежал со своей подружкой.

- Зато я само внимание, госпожа! – голосом примерной гимназистки, сообщил Джейс, маленькой ложечкой ковырявшийся в десерте – Лично мне крайне интересна трагическая судьба вашего первого супруга! Но, зачем он покидал дом через окно?

Я же посмотрела совсем недобро на столичного хлыща, который так откровенно насмехался надо мной. И хотела ответить ему в том ключе… одним словом, обошлась фразой:

- Надеюсь, это пирожное пришлось вам по вкусу!

Никогда ещё я не получала более пространного объяснения вкусовых ощущений после съеденного десерта.

Агнарр посмотрел на меня со значением. Да понимаю я, понимаю, что за личность наш второй гость, только вот – не пойман – не вор! Всё дело в том, что охранник проявил любопытство, и прошерстил и вещи дорогого господина Джереми Стивена. И… ничего! Нет, количество одежды и мужского парфюма просто зашкаливало, но это было совсем не то!

«Тот ещё жук»! – неодобрительно думала я, махая ему на прощание платочком – «Поскорее бы он закончил со своими геодезическими работами и вернулся обратно в столицу! А то у меня от него все зубы ноют! И за женишком, и за этим ещё следить»!

Следующее утро показало мне, что существованием Джейса мой мир не ограничивается. Навалилось как-то всё и сразу.

- Госпожа, вам нужно примерить то новое платье, помните, вы мне обещали, как только будет время, непременно примерите, иначе я его никогда не дошью! – переживала Эмма.

- И посмотрите, как у меня получается новая вышивка? Мне осталось совсем немного! Это воротничок для вас, а ещё три таких готовы для магазина в Бортмунде! – причитала Кира.

- У нас закончились пряности и ещё много что по мелочам! – утверждала кухарка.

- Вам писал уважаемый Томас Гальф, владелец галантерейной лавки в Бортмунде. Он мягко напоминал вам о том, что до сих пор ждёт от вас обещанное кружево.

Это уже управляющий Лукас «дул» в другое ухо.

- Я всё поняла! Люсия! Пишите мне список того, что необходимо докупить для кухни и чего нельзя взять в Телфорде. Эмма! Я непременно примерю всё то, что ты уже сшила. А то эти платья действительно выглядят ужасно, ушивай их, не ушивай…

Теперь Кира! Я знаю, что вы с Агатой поработали на славу над той вышивкой, что я вам показала. Если что-то не успели доделать, ничего страшного, заказчик получит в следующий раз. Вообще, полагаю, что мне даже стоило заранее написать уважаемому галантерейщику – боюсь, что у него может не оказаться необходимой суммы для оплаты уже сделанной работы.

- За это прошу не волноваться, госпожа! – Лукас обрадовался – Он писал мне о том, что торопит свои расчёты для того, чтобы у него были свободные деньги для расчёта с вами, госпожа.

Одним словом, голова кругом. Одно лишь радует, что цветного бисера, ниток и прочей шелухи у «моей предшественницы» было на десять лет вперёд, так что о расходных материалах я могу не беспокоиться.

- Что же, самое время посетить Бортмунд!

Глава 34

В процессе сборов в город выяснилось, что дел набралось очень много, так что вот так запросто, с кандачка, всё не решить, по здравому размышлению, я усилием воли постановила – ехать завтра с утра, а пока решать административные, так сказать вопросы.

Тем более, что наш гость, дорогой Джейс, заявил, что ему также срочно стоит попасть в город, дабы отправить радостную весть для дяди Мейсона. А именно – что принципиальное согласие по продаже земель получено, и сейчас ведутся зарисовки местности с точным расположением дорожного полотна. Насколько я могла понять, сами строительные работы планируются начать уже в этом году. Но сначала мне нужно будет самолично явиться в столицу для того, чтобы зарегистрировать сделку купли-продажи земли.

Одним словом, планов радужных на будущее у меня была масса, а если учесть, что есть шанс на то, чтобы «откосить» от брака с Уорреном, так и вовсе… Если честно, парень он неплохой, только больно уж… воспитание, что ли, сыграло свою роль? Но Уля – девочка не злая, да и к нему она хорошо относится. Одним словом – совет да любовь. Одно только смущает меня – как они вообще собираются возвращаться в столицу? Сдаётся мне, что папенька Уоррена так просто не спустит самовольство сына, а про эту интриганку Ульрику и говорить нечего.

Я прикрыла ненадолго глаза. Что-то мне подсказывало, что придётся мне озаботиться выделением ещё одного дома. Теперь уже для господ Гринделл. Впрочем, я забегаю вперёд…

-Что, прости, Лукас, я ненадолго отвлеклась. Ты меня о чём-то спрашивал? – очнулась я, заметив, как управляющий со значением смотрит на меня.

Дело в том, что наедине мы друг к другу обращались на «ты», так было проще общаться, на мой взгляд…

- Я только сказал, что у нас снова дефицит работников. Даже несмотря на то, что все рабочие из Дурбана привезли свои семьи, всё равно, плодовых деревьев у нас слишком много посажено, и новые посадки прижились все до одной… скотников не хватает.

Лукас медленно перечислял, сосредоточенно загибая пальцы. Я подняла руки, прося остановиться. Думаю, что на этом недостаток работников не закончится.

Томас Галф действительно, очень надеется на то, что мы будем доставлять ему вышивку. Кроме того, есть у меня ещё одна задумка, не буду пока распространяться об этом… вот доделаю, предложу, а там посмотрим. Но что-то мне подсказывает, что и она может найти своего покупателя, особенно в таком городе, где так часто останавливаются торговые караваны…

- Я поняла, что ты хочешь мне сказать, Лукас! – заверила я управляющего – Работники будут.

Сам управляющий сосредоточенно кивнул. Он посчитал свою миссию выполненной – до начальничьего уха донёс потребность, а как оно там выкрутится – дело десятое! Всегда уважала Лукаса за такую черту, как разграничение обязанностей. Мы были возле служебного входа, куда доставлялись продукты из деревни, и сейчас староста Каллум вовсю торговался с нашей поварихой за свежую зелень. Пожалуй, не хуже, чем на Привозе.

- Принимай и подписывай, что всё получено в полном объёме, а то некогда мне тут с тобой лясы точить! – заторопился Каллум, когда увидел меня, гордо вышагивающую по саду.

Люсия сердито на него посмотрела, но причин обхаять товар не нашлось, так что она расстроилась, и молча забрала корзину.

- Тут это… - начал староста, подошедший ко мне – у нас столько работников хороших в деревне столько! И все, как один, значит, на благо родной госпожи… день и ночь!

- Что «день и ночь»? – просто решила уточнить я, выслушав деятельного старосту.

- Работать у вас! – спохватился он и посмотрел на смущённого управляющего.

Так! Сдаётся мне, «это жу-жу неспроста»! Сговорились, значит? Судя по возмущённому лицу Лукаса, он пытался всячески отбояриться, но…

- Прошу прощения, госпожа! Каллум хотел сказать, что деревенские очень раскаиваются за все свои поступки, не знаю, что могу ещё сказать… не оставляйте своих крестьян заботою!

Управляющий сделал вид невинной овечки, не знаю только для кого, поскольку лично для меня было ясно, что они сговорились заранее. Но в чём-то Лукас прав, конечно…

- В общем, так! – немного подумав, постановила я – Кроме того, что мне нужны работники в сады и на хоздвор, есть у меня потребность в девушках-вышивальщицах. Найдутся среди деревенских девушки работящие да сметливые?

Староста осклабился.

- Так, почитай, каждая приданое себе шьёт да вышивает!

Далее следовали уверения в том, что у нас в деревне этого добра – навалом! Хорошо, будем считать, что с этим определилась. Лукас быстро согласился сам съездить в Дурбан для того, чтобы взять несколько работников оттуда. А помочь в этом ему смогут ребята-охранники и те люди из Дурбана, которые уже вовсю трудятся теперь на моё благополучие.

Но и я отступать от своей мысли не собиралась – обучить несколько кружевниц из Дурбана. Больно уж кружево дорого стоило, да и то – в ходу было совсем узкое и простенькое. Одним словом, имеется у меня ещё одна новинка, которая поможет мне в восстановлении хозяйства.

Поскольку, несмотря на мои усилия, статья расходов у меня никак не могла стать меньше статьи доходов. А на сегодня у меня ещё масса дел, если я хочу поехать завтра в город. Так что я широко шагала, предаваясь своим мыслям.

- Здрав будь, Каллум! Всё по делам в усадьбу мотаешься?

- И тебе не хворать, Аршана! Как без этого? Кто же ещё госпоже поможет? Уж, поди, не новый управляющий? Она всё сама бегает по делам, вот и завтра, как я слышал, в город подастся. Не в салоны да ресторации, а по торговой надобности.

Аршана покивала головой и поехала дальше, трясясь в телеге по дорожным ухабам. Затем, немного не доезжая своей деревни, свернула на развилке с указанием: «Дурбан». Она счастливо улыбалась, поскольку госпожа-благодетельница будет только рада получить столь ценную информацию, как поездка этой распутницы в Бортмунд. Может, и ещё чем угостит. А то и денежку сунет… а мы возьмём, мы люди-то честные и неприхотливые!

Собственно, так и вышло – госпожа Марджори приняла её ласково, да обходительно, спросила про Катерину, куда без этого…

- Неужели, и правда, в город собралась завтра? С кавалерами новыми, поди? – на лице госпожи Блури было написано ангельское смирение перед недостойным поведением той, которую она знала с детства.

- Нет, госпожа! Староста Каллум узнал, что торговлишкой Катерина промышляет… вот уж и не подумала бы, что в доме ещё находится, что можно продавать! – Аршана пила горячий ягодный отвар, сладко пахнувший прошлогодними ягодами, и счастливо жмурилась.

Сама же хозяйка задумчиво крошила сдобную булочку, предаваясь каким-то своим мыслям. Аршана не осмелилась прервать молчание, так что после того, как всё съела и выпила, просто сидела с пустой кружкой в руках.

- Хорошо! – придя к какому-то решению, сказала Марджори – Катерина останется ночевать в городе? Ты говорила, что у неё предостаточно дел?

Аршана только недоумённо пожала плечами. Раньше о таком госпожа Блури у неё никогда не спрашивала, а сама Аршана не догадалась узнать у старосты, как долго эта блудница намеревается пробыть в городе.

- Кто его знает? – робко ответила крестьянка – Быстро торговые дела не делаются. Опять же, дорога… иноземцы Катерину берегут, не повезут её обратно, если темнеть станет. Да и потом – хоть пообедать, а всё равно, в гостиницу завернут. Может, и в ресторацию, конечно. Только думаю я, что в гостинице остановится. Катерина – она удобство и комфорт очень ценит.

Марджори согласно скривила губы. В подобных размышлениях было зерно логики.

- В любом случае, я рада, что ты нашла время и заехала в Дурбан, Аршана!

Тётка степенно поклонилась и вышла из гостиной. Появившемуся сыну госпожи Марджори она также отвесила поклон. Тот слегка сморщился, покопался в карманах, и сунул в руку Аршану несколько монеток. Благодарности не было предела…

- Аллан! – мать сурово окликнула молодого человека, собиравшегося покинуть дом – Будь любезен, сегодня тебе стоит провести эту ночь дома! И в одиночестве! Завтра нас ждёт ранний подъём и поездка в Бортмунд. И это твой последний шанс!

Госпожа Блури посмотрела на Аллана со значением. Тот мысленно выругался, но перечить не посмел, и вернулся в свою спальню.

- Старая сволочь! Прибить бы тебя потихоньку, да пока не ко времени! – тихо прошептал парень, поднимаясь по лестнице.

«Он, конечно, немного не дисциплинирован, но в целом, добрый и отзывчивый мальчик! Если бы не острая нужда, то я бы подыскала ему невесту получше, чем эта стерва Катерина!» - мысленно рассуждала маменька, наблюдая, как её кровинушка медленно телепается наверх, к себе. Значит, гостиница? Подходящий вариант, и людей всегда предостаточно.

Утро началось со сборов. Агнарр был по обыкновению хмур и задумчив.

- Харальд, Бритт, Дагфинн, будете сопровождать госпожу в поездке, на хозяйстве местные останутся, да управляющий ещё! Авось, за время нашего отсутствия дом не вынесут.

К тому моменту, когда я вышла из дома, охрана уже стояла возле крыльца в полном составе, плотных кожаных куртках с нашитыми на них медными бляхами и короткими мечами в ножнах. Агнарр коротко поприветствовал меня, помогая сесть в коляску.

- О, Господи! – только вымолвила я – Они бы ещё бронежилеты и каски натянули…

Затем, повернувшись к Джейсу, максимально серьёзно на это взиравшему, добавила:

- Как-то неспокойно последнее время на душе. Да и вчера… как легла спать, глаза закрою – цветные пятна перед глазами. И сны такие тревожные опять же! То ли к дождю, а может, тот пирог на ночь был лишним? Одним словом, мне с охраной как-то спокойнее.

Джейс посмотрел на меня с сомнением, мол, не такого он был раньше мнения обо мне. Однако, справившись с удивлением, в привычной ему манере протянул:

- Конечно, госпожа! Ваша безопасность – превыше всего! Вы знаете, я оружия с Академии в руках не держал, да и раньше я был не по этой части… В любом случае, крайне сожалею, что смогу защитить вас в случае опасности только лишь молитвой.

Я бурно согласилась и на это, и осведомилась, где же обретается господин Уоррен, на что Агнарр ответил, что тот уведомил о том, что в городе ему делать нечего, и писем с новостями он никому бы не жаждал отправить.

- Что же, его можно понять! Хорошо ли устроилась Ульрика? – я думала, что она способна со всем справиться сама, но…

- Староста определил на постой. Девица претензий не имеет! – ответил всё тот же вездесущий Агнарр.

Что же, теперь можно и ехать! Впереди. В качестве дозорных ехали Дарфинн и Бритт, Дарий был на козлах моей коляски, остальные рядом. Паранойя, ей Богу! У одного только Джейса было чудесное настроение, он ехал на своей лошади возле меня, лучезарно улыбался и выглядел максимально довольным жизнью молодым человеком. Только в глубине глаз я заметила отблеск тревоги и какого-то непонятного волнения. Неужели эта паранойя передаётся воздушно-капельным путём?

Поскольку в городе дел у нас была масса, решили максимально уплотнить свой график, распрощались с Джейсом, договорившись встретиться позже. Так что сразу же поехали в лавку пряностей, пробрели всё необходимое для кухни, затем лавка с тканями, Эмма составила целый список необходимых мелочей. Одним словом, когда настало время обеда, я и не поняла. Однако, дело - прежде всего, и я отправилась в галантерейную лавку к уважаемому Томасу Гальф.

- Госпожа! Рад вас видеть! – поднялся он из-за прилавка.

- И я! – честно отозвалась я и выложила наше рукоделие, наблюдая, как загорелись глаза галантерейщика.

Опуская подробности, сообщаю, что через час я вышла из лавки усталая, но довольная.

Вот теперь можно и пообедать!

Глава 35

- Хорошо, госпожа! – пожал плечами Агнарр – С вашего позволения, я бы предпочёл ресторацию, что рядом с меняльной лавкой расположена.

- С чего бы это? – удивилась я – Мы же всегда останавливаемся на постоялом дворе почтенного Мориса Брика? И кухня у него неплохая, и караваны с новинками из-за моря частенько бывают. Да и твои соотечественники, Агнарр, иногда останавливаются! Глядишь, и встретишь кого из знакомых?

- Все мои знакомые сейчас перед вами! – ответил Агнарр – А вообще, вы правы, госпожа. У нас часто бывает определённый распорядок дня, который остаётся неизменным. Это меня и тревожит.

О, Господи! Если честно, меня не удивляло хмурое и сосредоточенное лицо моего начальника охраны, а скорее… какая-то его паранойя, если так можно выразиться. Поскольку тревожность Агнарра невольно передалась и мне. И это даже несмотря на то, что сегодня на удивление удачный день, с финансовой стороны, по крайней мере.

Начнём с того, что большую часть дел нам удалось завершить, в том числе я продала галантерейщику все изделия, которые девушки с моей помощью вышили, получила новый заказ, вполовину больше первого. Только одному этому можно было порадоваться. Кроме этого, с сегодняшнего момента я являлась счастливым клиентом местного отделения государственного банка Аурелии. Несмотря на то, что особо хранить мне там нечего, пришлось при открытии счёта пожертвовать тремя золотыми аурусами. Всё для того, чтобы деньги, которые я должна была получить от государства после продажи части земли, можно было перевести на мой счёт.

- Будь по-вашему! – буркнул Агнарр и велел своим соратникам пошевеливаться.

Таким образом, мы сейчас сидели на втором этаже постоялого двора и наслаждались чудесным обедом. Шум с улицы подсказал нам, что приехал очередной караван, и хозяин, до этого момента крутившийся возле нас и интересовавшийся, останемся ли мы у него на ночь, тотчас скатился по лестнице весёлым колобком – приветствовать новых постояльцев.

Вообще, у меня было ещё одно очень важное для меня дело в городе, о котором я бы предпочитала не распространяться никому. Понимаю, что охрана всё равно узнает, но… одним словом, я осторожно выяснила у своего управляющего, где могли бы находиться копии документов по продаже части моих земель, которые были проданы по приказу моего покойного супруга, пусть земля ему будет камнем! Оригиналы, понятное дело, в моём доме не сохранились. То ли тот мальчишка, бывший управляющий, зачем-то их прихватил, то ли они были утеряны во время того бардака, что творился в доме. Одним словом, то, что земля была продана – это факт. Во всяком случае, письма, которые писал мальчишка, желая сохранить собственность Катерины, были. О том говорил и староста Каллум, и другие крестьяне. А вот кому, и по какой цене? Я проявила любопытство, и проехала до нынешней границы своих земель и не заметила на своих бывших землях никакой хозяйственной деятельности. То есть, сами сады были на месте, как я вижу… Но не просто же так они были приобретены.

- А дальше, за этими полями, чья земля? Господ Блури? – спросила я у сопровождающего меня старосту.

Тот пожал плечами.

- А боги его знают. Вроде, точно, они! Дурбана земли-то! Дальше от вас ещё поместья имеются, только не шибко-то я знаюся с ними. Впрочем, как у вас траур закончится, так и познакомитесь. Может, у Благородного Собрания, может, ещё где…

Судя по всему, Каллум решил, что мне скучно дома, вот и несёт меня повсюду. Я очнулась от воспоминаний. Если мои предположения верны, то архив местного городского управления может дать мне ответы на многие вопросы. В частности, кто именно купил у меня сады и по какой цене.

Вот и первая неудача. Нет, безусловно, секретарь архива не отказал мне в этой услуге. Только посмотрел на недовольного Харальда, и заверил, что непременно отыщет и предоставит мне требуемые документы. Если мы немного подождём. Всё дело в то, что у уважаемого сотрудника местной администрации просто нет ключей от самого архива.

- Они у начальника архива! – подумав немного, признался чиновник, который очень старался не смотреть на кулаки Харальда, которые тот показательно разжимал – Но я вам обещаю, госпожа, что тот должен вскорости вернуться. Тогда и отыщем необходимый вам документ.

Я искоса глянула на охранника и вздохнула. Скорее всего, стиль «браток быкует» был популярен во всех мирах. И я не переживала оттого, что ожидание может затянуться, поскольку уважаемый Морис Брик, хозяин постоялого двора, заверил меня, что место для меня и моей охраны всегда найдётся, и я могу на ночь остановиться у него. Одним словом, далее я уже не торопясь прогуливалась по маленьким улочкам и высматривала на местном рынке иноземные редкости. Всё-таки, есть большие плюсы в том, что мы живём близ большого тракта.

Вот так, ни шатко, ни валко, прошло три часа, и мы с Харальдом отправились в архив.

- Надеюсь, что тот плюгавый мужичок отыскал нужную вам бумажулю, госпожа! – громко сообщил охранник при входе.

Незнакомый мужчина торопливо встал из-за своего места за конторкой и заверил, что так и есть. Документы не только найдены, но с них даже сняты копии, и архив готов предоставить их мне прямо немедленно.

- Благодарю вас, уважаемый! – обрадовалась я – Сколько я вам за это должна?

- Боги с вами, госпожа! – с сомнением посмотрев на Харальда, ответил мужчина – Подобная услуга бесплатна!

Я хмыкнула, и согласилась. Но, что-то подсказывало мне, что тот маленький клерк, который встретил меня в архиве, называл какую-то сумму… думаю, мне не стоит на ней настаивать.

- Время позднее! – сообщил Агнарр, встретивший нас у порога – Пожалуй, разумнее будет остаться в городе на ночь.

Впрочем, того же мнения придерживался и Джейс, который с довольным видом прохаживался возле постоялого двора, где размещал свои повозки новый караван, пришедший с перевалов. Повсюду слышалась громкая речь и радостные возгласы – часть пути была пройдена. Мимо меня прошёл высокий крепкий мужчина, смутно напоминающий викинга. Нидерийцы, охранники каравана, скорее всего.

Если честно, то я до сих пор опасалась, что кто-то из моих охранников предпочтёт более оплачиваемую и достойную их талантов работу – охранять торговые караваны, нежели работать простыми охранниками, помощниками, а то и плотниками – у меня.

Агнарр спокойно поздоровался с соотечественниками и не проявил инициативы к тому, чтобы что-то у них выспросить.

Оставшись одна в своей комнате, я открыла конверт с документами на приобретение земли. Так, госпожа Катерина Грей, в девичестве… так, это бла-бла… покупатель… я выругалась и швырнула бумагу на землю.

А покупатель-то у нас милая соседушка, Марджори Блури. И стоила ей эта земля примерно столько же, сколько я заплатила её бывшим крестьянам, а моим нынешним рабочим, за то, что они выполняли плотницкие работы по дому.

Я сидела в кресле и раздумывала, что же мне даёт эта новая информация. По сути, не так уж и много. Я и раньше полагала, что у тётки есть в отношении меня корыстные мотивы. А этот сынок её! Как вспомню, невольно на губах появляется улыбка. Боюсь, что наша последняя встреча останется со мной навсегда!

Однако, если быть беспристрастными, то ничего противозаконного Марджори не совершила, а уж Аллан и подавно. Просто женщина по-соседски решила приобрести немного землицы, раз уж подвернулась такая возможность. А стоимость назначает продавец. Если «Катерине» срочно понадобились деньги, то она согласилась и на эту сумму.

- Время ужина, госпожа! – тихо сказала подошедшая Агата – Вам принести ужин в комнату?

- Пожалуй, нет! – решила я – Я хотела бы спуститься вниз, к гостям.

В конце концов, подумать о том, какими мыслями руководствовалась Марджори, я могу подумать и потом. А сейчас, я сидела одна за столом и наслаждалась хорошим ужином и собственной компанией. Джейс сослался на незаконченные дела и отбыл, а охрана решила сесть рядом за соседний стол. Вот так, чинно и благородно, ужин бы и закончился, если бы не появление Аллана Блури.

- Помяни чёрта, он и появится! – пробормотала я, смотря на то, как молодой человек, очаровательно улыбаясь, двигается ко мне.

- Госпожа Катерина, какое счастье видеть вас здесь! И так неожиданно! Позвольте изъявить мне своё почтение! – тут же сграбастал мою руку, осторожно слегка пожал её, и поцеловал.

Вот оно как, значит? Действия его были исключительно вежливыми, но боюсь, что за этими ужимками что-то было. И вряд ли это предложение руки и сердца. Скорее, больше походило на предложение о том, чтобы немного отдохнуть этой ночью.

Я что-то ему говорила, закатывая глаза. Вроде бы, что я очень сильно рада его видеть. Но поклясться, как говориться, не могу. Между тем, Аллан вовсю распинался передо мной, рассказывая о том, что само Провидение привело его сюда, на постоялый двор… и прочее, и прочее.

Неужели, стрела Амура поразила мужчину в самое сердце? «Я старый солдат и не знаю слов любви! Но когда я впервые увидел Вас, донна Роза, я почувствовал себя утомленным путником, который на склоне жизненного пути… узрел на озаренном солнцем поле… нежную, донна Ррроза! Нежную Фиалку»!

Я вспомнила про старый фильм и невольно улыбнулась. Странно, неужели я действительно похожа на даму, которая растает от дежурных комплиментов, осознает своё одиночество, тоску по сильному мужскому плечу и прочую шелуху? Нет, я, конечно же, регулярно смотрюсь в зеркало, поэтому замечаю, что ограничение в пище и постоянная суета сделали своё дело. Но, это ещё не означает, будто я, пожившая вдовица в унылом чёрном платье без всяких украшений, стала сказочно привлекательна для молодого человека.

Хотя… быть может, не я вся целиком, но какая-то часть меня, ему точно нравится! К примеру, та, которая прилагается к собственности! Я снова улыбнулась своим мыслям, но мой собеседник расценил это иначе, галантно сообщил, что польщён, рад, и всё в этом духе. Снова сграбастал мою руку, и был таков.

- Что ему от вас было нужно? – едва дождавшись приличного времени после того, как ушёл Аллан, спросил Агнарр.

- Поздороваться! Вроде бы! Признаться честно, я не слишком внимательно его слушала, занятая собственными мыслями.

Ну, не рассказывать же ему, какие я ощущала намёки от своего соседа?

Аллан, скривив губы, смотрел вниз, на людей, которые сидели за столиками первого этажа, беседовали, смеялись, просто ужинали или совершали сделки. Молодой человек смотрел на них с лёгкой толикой усталости и презрения. Признаться честно, он ожидал гораздо больше сопротивления от этой вдовицы. Во всяком случае, она могла хотя бы сделать вид, будто шокирована или смущена его более, чем смелым предложением. Но нет, она просто сидела, улыбалась и кивала на все его слова. Н-да! Сегодняшняя ночь должна стать незабываемой для этой замухрышки Катерины! Парень мазнул взглядом по хорошенькой горничной, которая прошла мимо, кокетливо поправив причёску и стрельнув глазками в сторону одиноко стоявшего молодого человека. Ну, да! Судя по всему, ночью он будет не свободен… но до ночи ведь ещё далеко, не правда ли? Аллан полагал себя разборчивым молодым человеком с хорошим вкусом. И эта кокетка только лишь его подчёркивала!

Проведя парочку часов, Аллан подарил девушке золотую монетку, выслушал дежурные комплименты своей мужественности, и стал нехотя собираться в гости к вдовушке. Он же обещал, что ночь станет незабываемой. Со вздохом сел на постели, и стал натягивать рубашку. Надо – значит надо!

- Ты всё запомнила, милочка? – Аллан протянул ещё монетку для горничной.

Та усмехнулась:

- Клянусь, господин! Ещё никогда я не зарабатывала деньги так легко! Я вас не подведу! Появлюсь именно тогда, когда услышу ваши восклицания!

Глава 36

Агнарр был сосредоточен и предельно собран. Нет, никаких особенных причин для того, чтобы напрягаться, у него не было. Скорее, просто дурная привычка держать всё под контролем. Конечно, Агнарр знал, что Катерине своего рода сверхопека может не понравиться, (а ещё он знал, как она могла резко высказываться, когда была чем-то недовольна) так что сам охранник со своими ребятами старались не мешать ей и не контролировать каждый шаг. Вот и сейчас – захотела госпожа остановиться в той же гостинице, что и обычно – и он, Агнарр, не стал перечить, хоть и полагал, что они становятся предсказуемыми в делах и поступках.

Ещё Агнарр полагал, что та самая паранойя, в которой его обвиняла Катерина, быть может, немного неудобна, зато может здорово продлить жизнь и позволит сохранить здоровье и благосостояние.

Все эти мысли охранник не счёл нужным донести до госпожи. Зачем ей лишняя информация? Снова станет смеяться над ним и предлагать лекарство от этой хорошей болезни - паранойи. Но Агнарр и не думал от неё избавляться. А зачем? Если это такая хорошая вещь? А в случае с тем прохвостом Блури, и вовсе незаменимая? Кстати, насчёт Аллана…

- Итак, что ему от вас было нужно? – повторил он, внимательно смотря в глаза Катерины.

Та очень удивилась, мол, кого ты имеешь в виду? Агнарр только поднял глаза к небу, попросив Трёх богов дать ещё немного терпения.

- Поздороваться! Вроде бы! Признаться честно, я не слишком внимательно его слушала, занятая собственными мыслями – госпожа с трудом припомнила человека, который битых минут двадцать сидел рядом, жулькал ручки и что-то вещал.

Судя по всему, мыслями она действительно была далеко.

Собственно говоря, сам парень интересовал охранника постольку-поскольку, а вот… Агнарр извинился и поднялся со стула. Охранник давно понял, что крестьяне местные – никакие не злостные расхитители, злобные преступники и прочее. Свою вину они признали полностью, твердя, что чёрт попутал, не иначе… так вот, со временем, все охранники уже неплохо общались с деревенскими, не чувствуя какой-либо напряжённости. Поэтому, когда Дагфинн между делом спросил у старосты, не слышал ли тот в последнее время что-то странное, тот охотно ответил, что всё и у всех как обычно, разве что тётка Аршана больно уж любопытная стала, всё выспрашивает про госпожу, что да как. Оно, конечно, пустяки, только Дагфинн всё передал в точности, и Агнарр по своей привычке к дотошности, решил поинтересоваться самой тёткой и её окружением.

Дело это было муторное и тоскливое, поскольку тётка Аршана была бабой на удивление скандальной, и деревенские с ней не часто общались. Поэтому она предпочитала заниматься собственной капустной рассадой да визитами в Дурбан. Причём, не в деревню к родственникам или знакомым, а в саму усадьбу. Дела у неё, что ли, какие там? Сам факт поездок к соседям преступлением не являлся, но повод насторожиться у Агнарра был.

Поэтому, когда староста сказал, что Аршана интересовалась, останется ли госпожа в городе на ночь, новость эта изрядно взбодрила охранника. Правда, Каллум высказался немного иначе:

- Вот видите, какая баба Аршана душевная, всё спрашивает, надолго ли госпожа в город, да вернётся ли она в тот же день, или как!

Потому Агнарр и чувствовал себя неуютно под пронизывающим взглядом серых глаз госпожи, вырядившись утром в кожаный доспех. Да ещё всех ребят с собой прихватил. Оно, быть может, и выглядит по-дурацки, зато безопасно.

А сейчас охранник стоял на террасе второго этажа, наблюдая за тем, что происходит внизу. Харальд присматривал внизу, поэтому Агнарр был немного расслаблен. Кокетливая горничная выпорхнула из одного номера. Судя по всему, уборка в номере была девушке по нраву, да и оказалась прибыльной, к тому же. Если зрение Агнарру не изменяло, то сейчас милая крошка ловко засунула пару монет за корсаж. Господин Элтон тоже успел вернуться и теперь гордо шествовал в свою комнату.

Агата мышкой прошмыгнула мимо охранника, принеся воды для того, чтобы Катерина могла освежиться перед сном. Следом прошла сама госпожа, распрощавшись с охранником, пожелав тому хороших снов. Всё та же служаночка цепко смотрела, кто зашёл в спальню. Показалось? Быть может…

- Вот что, госпожа! – Агнарр постучался и зашёл в комнату Катерины, когда та уже закончила туалет – Я бы попросил вас эту ночь провести в соседней комнате. Можете остаться там с Агатой, если вам так будет спокойнее.

- Разве, похоже, что я нервничаю? – Катерина приподняла брови и слегка улыбнулась – Кстати, а чья это комната?

Весь её вид говорил о том, что она даже и спорить не станет. У неё ещё было такое странное выражение: «Надо – так надо!» если честно, то сам Ангарр бесконечно уважал Катерину за её собранность и отсутствие истерик, на которые были так падки благородные дамы.

Поэтому, Агнарр коротко ответил:

- Моя!

После чего охранник спустился вниз и велел Бритту дежурить в спальне госпожи, а сам отправился вниз, узнать у хозяина, кто ещё из постояльцев имеет комнаты на втором этаже, после чего решил подремать в комнате Бритта.

И вот теперь, охранник сидел на кровати с потушенной свечой. За стенкой уже давно перестали возиться и хихикать, и усталость дала о себе знать. Охранник забрался в мягкую кровать, думая о том, что Катерина может быть правой, и жить с паранойей может быть не только неудобно, но и неспокойно? Вот сейчас, для чего он поселил госпожу в другую комнату, а сам пялится в невидимую в темноте стену? Лучше бы воспользовался услугами той милой крошки, которая попалась ему на глаза этим вечером, как-то чувствуется, что девочка будет не против. Глаза Агнарра непроизвольно закрылись…

Позже сам Агнарр не мог дать себе ответ на вопрос, почему его выбор пал на Бритта, ведь тот всегда был немного не дисциплинирован. Но это было потом, а сейчас Бритт вдоволь навалялся в кровати госпожи, затем заскучал и просто лёг. Так бы и прошла ночь крайне тоскливо, если бы он не вспомнил, что в его фляге плескалась отнюдь не ключевая вода.

Какой-то посторонний звук со стороны улицы заставил Аллана резко открыть глаза. Чёрт, неужели уже так поздно? Ему казалось, что он прикрыл глаза совсем на пару минут, а сейчас за окном – глубокая ночь. Он хмыкнул, и сделал вторую попытку надеть рубашку, потом плюнул, просто накинул её на плечи, немного полюбовался на себя в зеркало и осторожно вышел из своей комнаты.

Где живёт весёлая вдовушка, Аллан заранее разузнал, так что направился прямиком к ней, осторожно прикрывая ладонью свечу от сквозняка и на ходу придумывая причины, по которым он мог бы задержаться. Осторожно потянув на себя дверь, Аллан понял, что она не заперта. «Так она же должна была тебя дожидаться, балда!» - слегка пожурил себя незадачливый любовник.

После чего Аллан презрительно скривился – дама отвратительно храпела, оглашая комнату жуткими звуками, и о, боги, что это? В комнате незадачливому любовнику почудился запах какого-то дешёвого пойла, смешанного с ароматами солдатских сапог. Фу, что за мерзость? У вдовушки, судя по всему, проходной двор, а не спальня! Ну, уж нет! После их венчания он запретит ей выезжать из дома. Незачем ей позорить его доброе имя.

Однако, Аллан взял себя в руки: сейчас он должен сделать всё для того, чтобы сама свадьба состоялась, поэтому он откашлялся, запустил руки под одеяло и игриво спросил:

- Как ты, малыш? Тебе не холодно? Позволь, я тебя согрею!

Затем он почувствовал перегар совсем близко со своим лицом, а после что-то обрушилось на него. Милосердная память стёрла из памяти Аллана большую часть из того, что дальше произошло.

А было, собственно, вот что: это глупое дежурство в спальне госпожи было на удивление долгим. Ну, кто мы мог вскарабкаться по стене до второго этажа? Если бы хотели как-то повредить госпоже, то для этого есть масса других, более удобных мест. Опять же, сам Агнарр где-то неподалёку… Бритт снова отхлебнул напитка и вольготно развалился. Разбудило же его… то есть… чьи-то крепкие руки шарили по его, ну, скажем, по ногам… и мужской голос сообщал, что он, тот незнакомый мужчина, хотел бы сделать с Бриттом.

В результате услышанного Бритт взволновался, и тот человек получил удар ногой. Кажется, в грудь. И упал, как подкошенный. Одинокая свеча возле туалетного зеркала освещала, как один из мужчин увлечённо и молча попинывал другого.

Агата уже давно посапывала, смешно хрюкая во сне, а ко мне сон всё не шёл. Вот интересно, куда так надолго пропал сегодня Джейс? И кто такой он на самом деле? Ведь он так легко согласился со всеми моими условиями, и его только лишь порадовала моя самостоятельность в финансовых вопросах. Шум в соседней комнате заставил меня подпрыгнуть и тихонько подойти к двери. Выходить из комнаты было боязно, но тут я услышала какие-то возгласы, потом звон посуды и женский визг. Да это же из моей бывшей комнаты! Я выскочила за дверь и увидела, как горничная визжит, а Бритт и… Аллан в моей комнате… Стали открываться двери, послышались голоса, люди были шокированы. Как во сне, я увидела, что госпожа Марджори выплывает откуда-то сбоку. Идеально одета и причёсана, будто бы и не почивала мирно минуту тому назад.

- О, боги, милочка! – воскликнула соседка – Вот уж не ожидала от вас такого.

- Чего «такого»? – взъярилась я – Меня в этой комнате не было!

- Так и есть! – хрипло заявил вышедший из моей комнаты Бритт – Я там был. Почиваю, значит, никого не трогаю, когда чувствую, насильник сзади! Прижал меня крепко, и давай угрожать…

Марджори как-то нехорошо взбледнула, и рванула в комнату. Оттуда, с причитаниями и оханьями, выполз её сын.

- Мама, прости! Я не понял… не понимаю… что-то мне нехорошо! – едва прошептал он.

На лице благородного господина наливался огромный синяк, ног был разбит и он держался за рёбра, слегка потряхивая головой.

Но госпожа Блури уже взяла себя в руки, и, поддерживая Аллана, зло крикнула:

- Тогда где же вы были? Если вы рассчитываете на то, что ваша горничная станет вам защитницей, то защита будет весьма слабой.

- Госпожа Катерина была в этот момент со мной! – раздалось откуда-то сбоку – Мы обсуждали детали предстоящей свадьбы! Нашей свадьбы!

Я подняла глаза на Джейса и поняла, что мне не послышалось – он сказал именно это. Ну, там, про свадьбу. Нашу свадьбу! Причём, судя по тем намёкам, которые делал мне Джейс, то я должна была немедленно подтвердить его слова.

Я, всё ещё пребывая в растерянности, повторила:

- Нашей свадьбы!

Сказать Марджори на это было нечего, она как-то сморщилась, и поволокла Аллана куда-то по коридору. Если честно, я бы подумала, что она была не огорчена тем, что случилось с её сыном, а скорее… расстроена, что ли.

Присутствующие в коридоре были изрядно смущены, переглядываясь и перешёптываясь, и стали расходиться. Напуганный хозяин бегал от одного постояльца к другому и интересовался, всё ли у них в порядке, а также советовал на ночь запирать двери, дабы не попасть в непростую жизненную ситуацию.

Я же стояла, не совсем понимая, что мне теперь делать. А довольный Бритт, который уже отошёл от попытки изнасилования, поднимал свою фляжку в нашу честь и поздравлял с грядущим событием.

К нему присоединился и хмурый Агнарр, также к ней приложившийся, и даже взволнованный до крайности хозяин заведения, уважаемый Морис.

- Госпожа, радость-то какая! Достойная вы женщина, и господин Элтон давно в вас влюблён. Уж вы мне поверьте, он ещё тогда, когда только увидел вас под плотной вуалью, сразу же переменился в лице. Вот они, истинные чувства!

Хозяин гостиницы шумно высморкался в большой клетчатый платок, и выкатился отсюда.

А я медленно моргнула. Кажется, что это не сон, и я действительно выхожу замуж. Судя по всему, стоит поинтересоваться, когда у меня заканчивается траур.

Глава 37

Обратная дорога домой мне запомнилась плохо. Если честно, я совсем не так представляла тот день, когда мне сделают предложение руки и сердца, как будет плакать мама, хмуриться папа и довольно охать Линка.

На самом же деле, всё было куда прозаичнее. Просто мой будущий супруг, выходит, что уже второй по счёту, обыденно и буднично просит меня закончить свои дела поутру для того, чтобы вернуться обратно не слишком поздно. Меня же хватило только на то, чтобы просто кивнуть. Конечно, теперь, по прошествии времени, я была благодарна Джейсу за то, что он мне помог, и на меня не будут тыкать пальцами. Тем более, что я не думаю, будто у падших женщин хорошо идёт бизнес в маленьких городках. А я уезжать отсюда не планирую. Поверить не могу – я действительно выхожу замуж!

Мы вернулись домой, и пока молчаливый камердинер Джейса таскал бесконечные сундуки своего господина, я вышла из кареты и быстро прошла в дом. Присутствовать при том, как Агата с таинственным лицом наклоняется и шепчется с Эммой, сил не было.

Хотя, чего я так разнервничалась? По сути, ничего сверхъестественного не произошло. Во всяком случае, Джейс не упал на одно колено и не признался мне в любви с первого взгляда, ещё с того, когда я хаяла саму себя в той же самой гостинице, в которой и узнала, что выхожу замуж. Я сделала себе зарубку на память, чтобы узнать, когда именно должно произойти знаменательное событие.

- Через две недели, дорогая! – сообщил Джейс, внимательно наблюдающий за тем, чтобы его багаж попал в целости и сохранности в мой дом.

Я вскинула глаза на него. Он что, и мысли читать умеет? А не только появляться в нужном месте в нужное время?

- Боги с вами, Катерина, просто больно уж у вас был сосредоточенный вид. Такой был бы у меня в том случае, если бы я пытался мучительно вспомнить какую-то незначительную для меня деталь. Вот прямо как у вас, когда вы пытаетесь вспомнить дату смерти вашего первого супруга. Вы же не против, если я займу пару комнат в левом крыле дома?

Я рассеянно покачала головой – пусть занимает, что хочет… потом вскинулась: «В каком это смысле»?

- Боюсь, что вашей репутации уже помочь невозможно. А мне до ужаса надоели лопухи тётки Аршаны. Да и до будущего тракта от вашего дома ближе, чем от деревни.

Дома же меня ждали охи и ахи. Эмма уже узнала о предстоящем событии, и была в приподнятом настроении.

- Ах, госпожа! Какое счастье! Жаль, что я не успею сшить вам какой-то потрясающий наряд, но вы можете примерить несколько платьев из тех, что я сшила вам к тому моменту, как вы можете носить что-то кроме этого печального чёрного цвета!

- Точно! – поддакнула Агата – Унылая …!

Я расхохоталась, избавляясь от негатива прошлой поездки и от испуга, непонимания, как вести себя в этой ситуации.

- Откуда ты услышала это? Приличные девушки таких слов не знают!

- Простите, госпожа! – окончательно смутилась Агата – Но это вы сказали третьего дня, когда смотрелись в зеркало!

Так я поняла, что далеко не всё, что я думаю, стоит произносить вслух, а Агата – что не стоит повторять незнакомые слова за мной – они могут быть теми, которые не должны знать приличные девушки.

И жизнь потекла своим чередом. У меня по-прежнему было столько дел, что иногда приходилось сожалеть о том, что в сутках не тридцать часов. Потихоньку перестраивался сам особняк. Спасибо за это Галлуму и тем ребятам из Дурбана, которые перебрались к нам на жительство. Старик-садовник ходил гоголем – те новые саженцы, которые я привезла из столицы, то есть некоторые из них, такие, как ирга, грозили дать уже в этом году небывалый урожай. Да и его внук, Дерек, совсем к нам привык, разве что иногда пугался Козла, когда тот прятался в кустах с целью неожиданно выскочить и напугать проходящего мимо человека. Даже староста Каллум иногда заглядывал в наши сады, и намекал, что вот им бы таких деревьев в общие сады не помешает.

Если честно, Козёл уже освоился, только по-прежнему не приветствовал замкнутых пространств, регулярно покидая загон с животными и гуляя на воле. Все работники его отлично знали, во всяком случае, много слышали о нём, и уважительно называли по имени: «Козёл»!

Ещё один мой стартап грозился принести для разнообразия и дивиденды, а не только головную боль. В процессе перестройки части дома образовалось несколько больший помещений. Скорее всего, когда-то они были чайными комнатами, или комнатами для игры в мяч. Одним словом, не актуальными для меня помещениями. Под выцветшими тканевыми обоями обнаружились всё те же дубовые панели, тщательно вычищенные и натёртые воском, они придавали большому помещению всё тот же благородный вид. Высокие окна без занавесей позволяли заниматься рукоделием допоздна, так что засела я с деревенскими девчонками тут плотно. Эмма, Агата и Кира уже знали технику вышивания ришелье и французский узелок, так что грозились передать свои навыки девушкам из Дурбана и Телфорда.

Многие меня побаивались и даже дичились. За это отдельное спасибо моему старосте, ну и ребятам-охранникам, конечно. Впрочем, тут важно сказать, что любой был бы немного напряжён, если бы услышал предостережения от мужчин крепкого телосложения, которые расслабленно прогуливались на заднем дворе, да махали мечами: «Вы уж там поаккуратней будьте, госпоже в глаза не смотрите, отвечайте, только когда к вам обратятся. Если напутаете что или вышивальные штуки её попортите, так не жалуйтесь потом, что вас не предупреждали. Мало того, что сама госпожа до крайности больно дерётся, так она ещё Агнарра заставляет нас колотить!» При этом неизменно демонстрировались синяки на разных частях тела. Особенно практиковал это Бритт, всячески старавшийся доказать, что тот случай в Бортмунде – не что иное, как страшное недоразумение. Да уж… но с этим веянием мы быстро разобрались… хм…

Девушки из Дурбана будут жить какое-то время в доме, места тут много, так что я совсем не против, да и им удобно. На чердаке была обнаружена интересная загогулина, которая облегчает рукодельнице рабочий процесс. Эмма опознала в ней швейку и очень обрадовалась.

- Хорошо, что во время разграбления швейка крестьянам не понадобилась, а нам она будет очень даже необходима!

Невольно я улыбнулась, рассматривая агрегат, напоминающий прялку. У нас дома, в комнате для рукоделия, был похожий. Линка уговорила папу его приобрести у московского ювелира Милохова. Папа долго сомневался, больно уж цена была впечатляющей у этой приспособы, да чего только не сделаешь для любимой приёмной дочери… Помню, как Линка вопила в трубку телефона: «Петюня, приезжай!» и действительно, вскоре эта швейка была доставлена. Конечно, она отличалась от той, что я видела сейчас перед собой – вся резная, с какими-то птицами и зверями в наверху, сделана из цельного куска дерева.

На папин справедливый вопрос, где же можно изготовить такую красоту, Петюня ответил, что имена и координаты своих поставщиков он выдавать не намерен. Папа согласился на приобретение, а впоследствии сделал оценку и только потирал руки. Вещь и правда, была очень ценной.

- … так что можете не переживать, госпожа! – вклинился в мои мысли голос Эммы – Все девушки умею шить и вышивать, да и новому быстро научатся.

- Отлично! – мой туман воспоминаний рассеялся и я села возле рамы для вышивания – А теперь я покажу вам кое-что из того самого «нового». Это называется «вышивка лентами». Очень красиво и изящно смотрится!

Я сделала несколько стежков, и на тонком холсте обозначилась веточка черёмухи. Восхищённые ахи и охи были мне наградой. Я кисло улыбнулась и сказала, что продолжу урок позже, а сейчас у меня дела. Сама же отправилась во двор.

- Спасибо, дорогая сестрица! Всегда знала, что твои хобби мне когда-нибудь пригодятся! – сердито сообщила я в никуда, и решила поздороваться с Козлом, который как раз тиранил Дерека.

Правда, у Козла тут же возникла масса неотложных дел, и он тихо ушёл, не дожидаясь, когда я к нему подойду. Шум со стороны кухни заставил меня изменить маршрут. Оказывается, там кухарка отказывалась принимать черешню от старосты.

- Да куда ты мне её суешь? – вопрошала Люсия, разводя руками – Я ведь уже и компота наварила на зиму, и просто в ледник сложила две большие корзины. А ты ещё приволок!

Упрямый староста заявлял, что его задача – отдать нам часть урожая, а куда мы его будем потом девать – исключительно наши проблемы.

- Раньше-то старые господа и в город продавали, и соседям тоже. Только тогда и деревьев было не в пример больше. А вот уж которую зиму, как мало урожая-то. Повымерзли в позапрошлую зиму, да …

- … да сколько спилено было или выкопано! – отрезала я, не обращая внимания на то, как вспыхнули щёки старосты, отрезала я – А ты, Люсия, бери, не сомневайся. Придумаем, куда их девать.

Я кивнула на две огромные корзины, которые стояли у её ног. Она понуро кивнула, а староста радостно осклабился, замахал руками, и в ворота медленно втянулись три телеги, нагруженные такими корзинами. А я не расстроилась. Вот ещё! Было бы что, а уж куда это пристроить – сообразим.

- В общем, так, Люсия! Бери себе в помощницы пару женщин. Я думаю, что крестьянки из Дурбана, которые переехали сюда вместе со своими мужьями – плотниками, не откажутся подработать, переберите фрукты от случайного мусора, отделите переспелые от тех, которым можно немного полежать. А дальше придумаем, как быть с ними.

Люсия кивнула. Так, теперь остались пустяки – пойти, взять управляющего, и думать! И тут не обошлось без сюрпризов.

- Госпожа! Мне пришло письмо от наших соседей – Лукас помахал руками, что должно означать, где именно были те самые соседи – Так вот, они сообщают, что хотели бы приехать для того, чтобы приобрести немного ягод и фруктов для своих имений. Сами-то они не то, чтобы имеют плодовые посадки. Животноводы, как правило. Это Телфорд расположен уникальным образом, в таком месте, которое защищает и от сильных ветров с севера, и от сухих западных ветров.

Я молча кивала. Конечно, это я понимаю, и про уникальность тоже.

- Что же тут странного? Пусть приезжают и покупают, если мы в цене сойдёмся – удивилась я.

- Так-то оно так… просто я думаю, что гораздо проще было бы попросить нас привезти нам товар, чем ехать самим. Тем более, у вас пока траур.

Я усмехнулась. Что же, я знала, что в маленьких городках сплетни быстро расходятся, но чтобы так?

- Соглашайся на их приезд. Надо будет – всех соседей примем и продадим им всё, что только можно. А особо крупным клиентам в качестве бонуса будем предлагать Козла. Обратно примем только с ощутимой доплатой!

Управляющий грустно кивнул, а я поскакала дальше, мне сидеть с постным видом было просто некогда. Интересно, как там дела у Джейса?

Похожими вопросами задавались и в поместье господ Элтон в Восточной провинции – в Майдене. Старая госпожа Филиппа сидела возле окна в своих покоях, держа на коленях какую-то вышивку. Если говорить откровенно, то Филиппа Элтон не относилась к тем дамам, которые стремились к прекрасному и могли часами просиживать за рукоделием, украшая салфеточки и подушечки бесконечными вышивками и прочей ерундой. Она просто брала рукоделие исключительно для того, чтобы немного привести нервы в порядок.

Подумать только, её старший сын, Мейсон, снова отправил мальчика на какое-то своё загадочное задание. И это несмотря на то, что мальчик давно уже вышел в отставку и больше не служит короне. Внизу, во дворе замка, она заметила свою невестку, которая шла быстрым шагом в Западную башню, где и были расположены покои старой госпожи Филиппы.

- Вот, зараза! – сердито выругалась Филиппа – Взяли её в дом, обогрели, хорошим манерам научили. Зазря, видимо!

Судя по всему, Филиппа была твёрдо высказаться о том, какую большую ошибку совершил её младший сын, женившись в своё время на дочери одного из герских конунгов – Йохане.

- Мама! – сразу отмела все слова невестка – Я получила письмо от Себастьяна.

Старуха подскочила, вырвала листок, скорее записку, нежели письмо: «У господина Джереми всё отлично. Деловая поездка близится к концу. И его свадьба будет через неделю, в целом…»

Глава 38

Госпожа Элтон не была бы последние тридцать лет единоличной владелицей Майдена, если бы она столь легко впадала в панику, поэтому она быстро взяла себя в руки и снова стала читать письмо от камердинера её дорогого внука: «Прошу не беспокоиться о здоровье вашего сына. Господин Джереми великолепно себя чувствует, условия содержания вполне терпимые, во всяком случае, гораздо лучше, чем во время его последней поездки….