Ваше желание исполнено!

Глава 6 Конкурс

Дживон не стал больше лезть в душу и просто довез Инсу до дома. Они жила в трехэтажном здании старой постройки в маленькой комнате на крыше. Он чувствовал безотчетное желание подняться, посмотреть, как она живет, узнать еще что-то о девушке, которая с недавних пор стала занимать его мысли, но его никто не пригласил, и он просто вышел из машины, чтобы попрощаться.

Синчон-дон находился на возвышенности, и холод здесь ощущался сильнее. Дул сильный ветер, и Инсу поплотнее запахнула пальто, не спеша подниматься домой. Наверное, не знала, что сказать после того, чем закончился сегодняшний вечер. Да и Дживон переминался с ноги на ногу, как школьник, впервые за долгое время чувствуя смятение и неловкость рядом с симпатичной девушкой. Его последние отношения закончились год назад, а казалось, что прошла целая вечность.

— Онни[1]! — звонкий девичий голос разрушил возникшую неловкость, и Дживон увидел худощавую, невысокую школьницу, спешившую к ним с большим рюкзаком за спиной. Она взяла Инсу под руку и подозрительно уставилась на Дживона.

— Минсу, это мой начальник, господин Ким Дживон. Директор, это моя младшая сестра, Минсу, — представила их друг другу Инсу.

— Здравствуйте, — просияла девчонка, задорно посмотрела на сестру и обратилась к Дживону. — Может быть зайдете? Я готовлю обалденный травяной чай!

— Ты с ума сошла! — шикнула на нее Инсу, и даже в не очень ярком свете фонарей стало заметно, как она покраснела. — У господина Кима дела, не нужно его отвлекать. Всего хорошего, директор, спасибо, что подвезли. И… еще раз извините.

Она коротко поклонилась и потянула сестру за собой к подъезду. Минсу несколько раз обернулась, и Дживон услышал ее громкий шепот:

— А он красавчик!

— Успокойся, — одернула ее Инсу и почти затолкала в подъезд.

Дживон расплылся в счастливой улыбке и еще немного постоял, глядя в черное беззвездное небо. Он дождался, пока в комнате на крыше зажегся свет, и неохотно сел в машину. Ему не хотелось уезжать, не хотелось возвращаться в свою шикарную, но такую холодную квартиру. Почему-то он был уверен, что маленькая, бедная комнатка двух сестер гораздо уютнее и теплее, чем его апартаменты в Каннаме. Дживон вдруг остро ощутил, как ему хочется каждый день возвращаться туда, где его встретит не только Куки, но и любимая женщина, которая его любит и ждет. Да, он мечтал о семье, об уютных вечерах у камина, о Рождественских подарках, которые он не получал уже много лет, о совместных походах за продуктами и прочих абсолютно нормальных и простых бытовых мелочах, которые естественны для большинства людей, но совершенно недоступны для него.

Нет, Дживон не был монахом и конечно он встречался с девушками. Однажды у него были действительно серьезные отношения, которые продлились почти два года. Но когда зашла речь о свадьбе, Дживон решил, что нужно рассказать своей избраннице о даре, которым он обладал. Он считал, что нельзя вступать в семейную жизнь, скрывая такой большой секрет от близкого человека. Сначала она не поверила. Решила, что это просто шутка. Но потом решила проверить. Загадала выиграть в лотерею миллион долларов, и Дживон выполнил ее желание. На следующий день она проснулась богатой, а потом… просила снова и снова, еще и еще, говорила, что все это для их будущего, но в итоге Дживон наконец осознал, что она просто использовала его ради наживы. Ее звали Пэ Суджи, и сейчас она вполне успешно управляла дорогим бутиком на деньги, которые она получила от Дживона. Они так и не поженились: она бросила его за неделю до свадьбы, когда получила все, что хотела.

Первое время Дживон был просто убит. Он не понимал, как человек, которого он знал два года, мог так измениться в одночасье. Откатом за выполненные желания стала смерть ее сестры. И когда Дживон увидел Суджи в похоронном зале, понял, что она всегда была такой, просто до поры до времени скрывала свою суть. Он тогда подошел к ней, чтобы выразить соболезнования, и услышал в ответ:

— Оппа[2], ты просто не представляешь, что для меня сделал! Я открываю свой собственный магазин одежды, о котором мечтала! А это, — она махнула рукой в сторону фотографии сестры в рамке, украшенной белыми хризантемами, — что ж, мне очень жаль, что так вышло, но ведь живые должны жить дальше, верно?

У Дживона был шок. С одной стороны он был благодарен судьбе, что она вовремя открыла ему правду о женщине, с которой он собирался связать жизнь. Но с другой… его разочарование было так сильно, так глубоко ранило сердце, что с тех пор Дживон больше никого не впускал в свою жизнь. Со всеми был вежлив, холоден и старался соблюдать дистанцию. И вот появилась девушка, с которой ему захотелось сблизиться впервые за долгое время. Но пока он был для нее только начальником и не более того. Дживон не чувствовал с ее стороны интереса, хотя, похоже, Минсу он понравился, может она заставит сестру посмотреть на своего директора другими глазами?

Дома его по традиции встретил голодный и счастливый от встречи с хозяином Куки. Он долго мурлыкал и терся о ноги Дживона, выражая благодарность за вкусный ужин. Рассеянно поглаживая пушистую рыжую шерстку, Дживон сидел на диване и никак не мог сосредоточиться. Мысли то и дело уплывали к Инсу, и он пытался представить, что она сейчас делает, о чем думает. Вдруг его осенило, и он помчался через гостиную к кладовой, которая находилась сразу за гардеробной.

Он открыл дверь, включил свет и громко чихнул, разгоняя пыль. Да уж, сюда он не заходил, кажется, целую вечность. Сколько хлама он накопил за пять лет жизни в этой квартире! Чего там только не было! Старые стулья, которые он по какой-то причине не выбросил после переезда из старой квартиры; огромный пузатый компьютер; ведра, швабры, чемоданы, вылинявшие шторы и многое другое, что не смог определить под слоем пыли. Жмурясь и то и дело чихая, Дживон наконец-то вытащил на свет божий большую коробку с искусственной елкой, которую купил, как только поселился здесь. Он осмотрел коробку и хмыкнул: даже скотч не сорван. Когда-то Дживон думал, что в этой квартире он будет жить с родителями, но они избегали его, все еще боясь его дара. И в итоге так и остались жить в Чонане — родном городе отца. А ведь он так хотел дать им все самое лучшее. Возникло мимолетное желание позвонить маме, спросить, как у них дела, не нужна ли помощь, но он остановился. Если сами не звонят, значит все в порядке. Обычно мама ограничивалась короткими сообщениями, если им нужны были деньги, и формальными поздравлениями с праздниками. Даже на Чхусок[3] он ни разу не приезжал.

Вытащив коробку в гостиную, Дживон сразу приметил место, где елка будет смотреться хорошо: у панорамного окна, из которого Каннам был виден как на ладони. Распаковав коробку, он поочередно вытащил ветки и остов. Куки тут же оживился и настороженно принюхивался к новым предметам интерьера. Но, пару раз наткнувшись носиком на колючки, решил уйти, обиженно махнув пушистым хвостом.

Через полчаса большая, пышная елка была готова. Зеленые иголки на концах были украшены серебристыми блестками, и в электрическом свете искусственное дерево выглядело загадочно и нарядно даже без игрушек.

«Точно! Игрушки!» — хлопнул себя по лбу Дживон, вновь направляясь в кладовую. Коробка с игрушками нашлась на самой верхней полке, но почему-то Дживону расхотелось наряжать елку.

— Она и так неплохо смотрится, как думаешь, Куки? — спросил он кота. Тот мяукнул в ответ, явно недовольный тем, что весь вечер хозяин занимается непонятно чем, вместо того чтобы посвятить все свободное время своему пушистому питомцу.

Так и не закончив с украшением, Дживон лег в кровать, привычно обнимая мягкого зверька, довольного, что хозяин наконец-то принадлежит только ему.

А утром в пекарне его уже ждала взбудораженная Инсу. Как только они вошли в помещение, она, не снимая пальто, ткнула ему в нос телефон.

— Вот! Смотрите! — выпалила она. Дживон с трудом оторвал взгляд от ее раскрасневшегося лица и уставился в экран сотового.

— Администрация Чонногу объявила конкурс на лучшую пекарню… через две недели, тридцатого декабря будет объявлен победитель… — рассеянно прочитал он и поднял глаза на горевшую нетерпением Инсу. — Не понимаю. Ты хочешь поучаствовать в конкурсе?

— Конечно! Обязательно! — она всплеснула руками, но Дживон не разделял ее энтузиазма.

— У нас нет ни единого шанса, — отрезал он. — Только опозоримся.

Лицо Инсу обиженно вытянулось.

— Почему вы готовы проиграть, даже не вступив в игру? — воскликнула она. — Условия очень простые. У них будет три номинации: лучшее украшение пекарни, лучшая выпечка и лучшие продажи за последний месяц. По крайней мере в двух мы можем претендовать на победу! А даже если нет, то это отличная реклама! Сюда приедут не только представители администрации, но и пресса, а если повезет, то кое-кто из известных блогеров. В любом случае нам это только в плюс, а вы уже хотите сдаться!

— Даже не знаю… — неохотно проронил Дживон, который привык к уединению и всячески избегал внимания.

— Зато я знаю, — твердо сказала Инсу, и Дживон вновь поразился жесткости, которая сквозила в ее словах, когда она была в чем-то абсолютно уверена. — Директор, прошу вас, давайте попробуем. Если мы хотим поднять продажи, участие в этом конкурсе нам просто необходимо.

— Ну что ж, если ты так уверена, что нам это пойдет на пользу, я не против. Давай подадим заявку на участие, — согласился Дживон, хотя ему совсем не хотелось участвовать в этом балагане.

— Я уже подала. Вчера вечером, сразу, как только увидела новость! Теперь приступим к приготовлениям!

[1] Онни — обращение младшей сестры к старшей сестре или старшей по возрасту девушке

[2] Оппа — обращение девушки к старшему брату (или возлюбленному) или старшему по возрасту парню

[3] Чхусок — один из самых главных корейских праздников. Праздник урожая и корейский День благодарения. Обычно в дни Чхусока корейцы собираются семьями, разъезжаясь по родным городам и навещая родственников в провинции. В дни проведения Чхусока Сеул заметно пустеет.