18


Озеро Вейль, Марик,

Содружество Марик,

Лига Свободных Миров,

10 ноября 3064 г.


Виктор считал корпоративные офисы Одзава-Рикара, расположенные на берегу озера Вейля, приятной смесью современности и безмятежности. Рабочие помещения были ярко освещены и профес-сионально оформлены, а служащие ходили туда-сюда по своим делам с решительной деловитостью. Также здесь были многочисленные зоны отдыха – благоухающие сады и галереи, обвешанные минима-листически-экспрессионистскими полотнами, которые были так популярны на Марике и также, по-видимому, среди подданных Синдиката.

Теодор Курита оказал большую честь Ико Одзава, приняв предложение остановиться в корпора-тивных номерах Одзавы на время своего прибывания на Марике. Занимая весь третий этаж здания, об-ширные жилые апартаменты были настолько простыми и элегантными, что можно было подумать, буд-то они были перемещены непосредственно с Люсьена. Деревянные полы отполировали до того, что они отбрасывали призрачные отражения, а комнаты разделялись экранами сёдзи, расписанными изображениями конных самураев, рядами галер, патрулирующих скалистые побережья, и прекрасными женщинами в кимоно.

Виктор и Теодор сидели на традиционных матах татами, сплетенных из рисовой соломы, их ко-лени опирались на тонкие хлопчатобумажные матрацы, приносившие небольшое облегчение от высо-кой гравитации Марика. Перед ними была прозрачная стена, открывавшая перед ними вид на озеро Вейль. Виктор не мог увидеть противоположного берега, но, казалось, что Теодор мог, пристально гля-дя в бесконечность и попивая свой ча. До совещания было очень мало времени, но между ними повисло тяжёлое молчание. Виктор подождал, пока Теодор нарушил тишину, поставив свою маленькую керамическую чашку на поднос.

– Сумимасен , Теодор-сама, – сказал Виктор, прося прощения за то, что начал разговор. – Я со-жалею, что нарушаю ваше созерцание. Но позвольте мне выразить свои соболезнования по поводу ва-шей потери.

Теодор слегка напрягся. Хотя уже прошёл почти год, с тех пор как Томоэ Сакаде совершила сеп-пуку, эта потеря всё ещё тяжело давила на плечи Теодора. Как, вероятно, и на плечи Хохиро. И отец, и сын до сих пор были недоступны. На первом вечернем приёме Совета они были резкими почти до гру-бости, а за пределами конференции избегали общества. Виктор скучал по старой дружбе, общению и военным тренировкам, но не хотел вмешиваться в их горе. Но он бы разделили его с ними, если бы они только позволили.

– Ваша жена была особенной женщиной.

Глаза Теодора помутнели, он отвёл взгляд. Это было скрытное движение, вероятно предназна-чавшееся для того, чтобы спрятать боль или же стыд из-за того, что эта боль так легко читалась. Он что-то скрывает…

Виктор взял свою чашку в обе руки.

– Я не хочу вас обидеть.

Теодор глубоко кивнул, один раз, словно начиная поклон.

– Хай, Виктор-сан. И я не хочу вас оскорбить. – Он посмотрел в сторону, снова ища бесконеч-ность над озером. – Ваши соболезнования приняты. Я передам их другим членам моей семьи.

Виктор ухватился за эти слова как за возможность начать разговор.

– Как они? – спросил он. – Минору? Оми?

На этот раз пауза была более длительной.

– Минору работает с кланом Нова Котов. Они хорошо подходят друг другу. Я думаю, что он по-настоящему удивил их своей способностью… понимать.

Виктор улыбнулся такому эвфемизму.

– Ничто не проходит мимо Минору, – сказал он. Затем подождал так долго, сколько мог, перед тем как спросить. – А Оми?

– Виктор… – замолкнув, Теодор дёрнул за широкие рукава своего халата, затем явным усилием взял себя в руки, чтобы больше ничего не вышло наружу.

– Оми отдыхает в своём дворце, – сказал он, наконец. – Прошу прощения, что у меня нет лично-го сообщения от неё. Но я думаю, что ей бы хотелось видеть тебя сконцентрированным на более важ-ных делах, которые сейчас стоят перед тобой. Сейчас не время расслабляться.

Эти слова закрывали дверь любому последующему разговору, и двое мужчин безмолвно сидели, ожидая появления Томаса Марика, каждый в своих раздумьях. Виктор провёл несколько минут, изучая чайную церемонию, которая была нарисована на ближайшей сёдзи. Он в уме смягчил черты леди-самурая, добавил немного озорства её глазам и цвет румянца – щекам. Смотря сквозь полузакрытые ве-ки, он представил, как будто бы это была Оми, такая, какой он её помнил в течение сотен вечеров пе-ред покушениём на её жизнь, до смерти его брата и всего того хаоса, что последовал. Уже прошло по-чти два года с тех пор, как он видел её в последний раз, – один год, одиннадцать месяцев, два дня и это утро.

Появление Томаса Марика спасло его от погружения в мрачные мысли. Как его научили Оми и Минору, он отложил свои личные дела в воображаемый ящик, и сконцентрировался на настоящем мо-менте. Генерал-капитан был явно удивлён, увидев Виктора.

– Ты находишься здесь, нарушая своё слово, Виктор Дэвион. Никакого вмешательства, – голос генерал-капитана на самом деле звучал немного обижено.

– Если только меня не попросят, – напомнил ему Виктор. Он сделал последний глоток своего немного горького ча, который теперь был лишь слегка тепловатым, поставил чашку на поднос, затем развернулся так, чтобы его спина была повёрнута к озеру, и он мог прямо смотреть на генерал-капитана. – Первый Лорд Курита позвал меня сегодня быть свидетелем.

Теодор тоже развернулся на своёй циновке, и поклонился как равный человеку, с которым они одновременно были друг у друга в гостях.

– Это правда, – сказал он. – Я ценю знания и опыт Виктора ещё с тех пор, как он был регентом по военным вопросам КомСтара. Или Вы бы предпочли Гэвина Доу?

Томас скорчил гримасу и покачал головой.

– Итак, дело должно касаться заявки «Слова Блейка» на членство в Звёздной Лиге?

– Да, с этим прошением есть одна проблема.

– И что же это? – генерал-капитан снял обувь согласно традиции Синдиката, но ему явно было непривычно сидеть на коленях. Удерживаясь на них и пальцах, он скорее пытался сохранить твёрдую точку опоры, а не усесться на верхней поверхности своих ног.

– Честно? – спросил Теодор. – Проблема в вас, генерал-капитан. По той же самой причине, по которой Катерина Штайнер-Дэвион не может иметь два голоса как глава двух предположительно от-дельных наций, я должен гарантировать Совету, что вам также это не будет позволено.

Томас Марик не выглядел ни удивлённым, ни оскорблённым.

– Я так понимаю, что это связано с тем, что «Слово Блейка» признало меня примасом в изгна-нии. – Он потер рукой левую, неизувеченную, сторону лица. – Я позволил им даровать мне эту честь в знак поддержки, чтобы поддержать их в нелёгкое время. Это сдерживало их внутренние группировки от нападения друг на друга. А теперь вы хотели бы использовать этот факт против них?

Виктор встрял в разговор лидеров двух государств.

– Это просто озабоченность, генерал-капитан, – сказал он. – Это и ещё одна вещь.

Марик кивнул, позволяя ему продолжить.

– Во время моей активной деятельности в КомСтаре мы пристально следили за «Словом Блей-ка». Они развивались невероятными темпами, создавая новые мощности и организуя приличную ар-мию, включая вербовку сил наёмников, предоставляя помощь системам марки Хаоса и Периферии. Да-же с теми запасами, которые, как мы знаем, были оставлены на Терре, их организация должна быть в состоянии банкротства.

– Если только моя Лига Свободных Миров не поддерживает их, – сказал Томас, обращаясь к Теодору. – Что попадает под действие правил о «чрезмерном и несправедливом влиянии», которые Катрина цитировала Сунь-Цзы. Да, я понимаю вашу точку зрения, но не вижу в этом проблемы. «Слово Блейка» – отдельная организация, находящаяся под началом Руководящего Конклава, в котором я не состою. Я даже публично откажусь от прав на роль примаса в изгнании.

– Что касается финансовой стороны вопроса, – продолжал он, пожав плечами, – у «Слова Блей-ка» есть прибыльный контракт с Лигой Свободных Миров, похожий на те контракты, которые заключены КомСтаром с большинством Великих Домов. Они управляют поставками и продажами избыточного вооружения Лиги Свободных Миров другим нациям, что было оговорено на первом собрании Звёздной Лиги. Это даёт им определённый источник доходов, который вам может и не совсем нравиться.

– Могут ли их сборы и комиссионные по этим поставкам помочь свести дебет с кредитом? – спросил Виктор, затем мгновенно поднял руку, извиняясь. – Я прошу прощения, Томас. Я здесь чтобы давать показания, а не вести расследование.

Улыбка Томаса была тонкой, но она была.

– Справедливый вопрос, и я уверен, что Первый Лорд его тоже бы поставил. Однако вы, вероят-но, не смотрели на цифры в последнее время. Не забывайте, что у Лиги Свободных Миров есть кон-тракты с каждым наследным государством Внутренней Сферы. Эти продажи приносят более чем доста-точно прибыли. Или, возможно, мне следует сказать; приносили. После прекращения военных дейст-вий против кланов эта торговля наконец начала спадать. И, за исключением выполнения оставшихся контрактов, у меня нет намерения поддерживать продолжающуюся гражданскую войну.

– Замечательно, – сказал Теодор. – Однако я всё равно буду требовать доказательств. Не то, что-бы я сомневаюсь в твоих словах, Томас, но во избежание будущих проблем. Тебе придётся позволить КомСтару провести полный аудит твоих соглашений со «Словом Блейка».

Томас кивнул.

– Если это очистит дорогу перед заявлением «Слова Блейка», то я не вижу никаких трудностей в том, чтобы согласиться на это.

Марик говорил без колебаний, что Виктор воспринял или как крайнюю уверенность, или же полное отсутствие беспокойства. Найдёт ли аудит КомСтара хоть что-то? Им придётся проверять всё за три года, которые составляли испытательный срок для «Слова Блейка». Томас определённо не вы-глядел взволнованным, что очень хорошо говорило в его пользу.

А пока Виктор подумал, что скорее склонен верить правителю Лиги Свободных Миров.


Дормут, Марик,

Содружество Марик,

Лига Свободных Миров,


– Аудит? И ты согласился на это? – требовательно спросил регент Уильям Блейн.

Томас Марик посмотрел на своего друга через маленький стол, отметив гневный румянец, под-нимающийся по лицу к лысине. Как лидер фракции Истинных Верующих в «Слове Блейка», Блэйн был тем человеком, который мог стать примасом, если бы преждевременные политические распри не сделали невозможным назначение на эту должность любого одного человека. Назвать Томаса Марика примасом в изгнании было уступкой с его стороны, это упрочнило Блэйна в роли посредника и фактического правителя «Слова Блейка».

– А у меня был выбор? – спокойно спросил Томас, успокаивая друга. Блэйн был превосходным политиком, что стало первой основой их долговременной дружбы. Другой было то, что они оба верили в пророческую мудрость Джерома Блейка. – Позволь согрешившему выйти на свет. Если его намерения благочестивы, то оправдание озарит его.

Цитата была из ранних, подлинных учений Блейка, с тех времён, когда ревизионисты ещё не на-чали жонглировать словами этого великого человека ради своих личных целей.

Блэйн откинулся на спинку кресла.

– Я предполагаю, что не было возможности избежать этого, – он сложил руки на небольшом жи-вотике. – Ладно. Я немедленно прикажу своим людям поработать над этим. Наивысший приоритет. С признанием со стороны Звёздной Лиги, «Слово Блейка» будет официально признано государствами Внутренней Сферы. Наконец-то.

Он решительно кивнул, словно всё уже было решено.

– КомСтар не найдёт ничего, к чему можно будет придраться.

– Ты так уверен, Уильям, что нет ничего, что они могут найти, или что вы сможете спрятать это достаточно глубоко?

Томас уловил виноватое поёживание друга.

– Я не слепой, – продолжал Марик. – Я знал, что вам это было нужно, и был счастлив дать вам это, когда стало понятно, что КомСтар попал в руки к посторонним людям.

– Ты имеешь в виду, к еретикам и проституткам.

Возможно, у Блэйна было несколько больше фанатизма, чем у генерал-капитана.

– К посторонним, – сказал он. – Фохту и Мори. Сам Джером Блейк обещал возвращение света, в независимости от того, какие предательства или смутные времена могут поглотить нас, поэтому я знал, что если «Слово Блейка» шло верным путём, то вы всё преодолеете. Я вышел на другую дорогу, Уиль-ям, и неважно, какой трудной временами она была. Мы оба знаем, что твоя работа сократила вам путь.

Блэйн кивнул.

– Хорошо, Томас. Хорошо. Мы были вынуждены пойти на радикальные шаги, но посмотри, че-го мы добились. Мы снова контролируем Терру, а это стоило любого риска. – Он отмахнулся от во-проса генерал-капитана взмахом руки. – Я организую своих людей против аудита КомСтара в любой день. Они верят. И они восторжествуют.

– В таком случае у тебя больше веры в них, чем у меня. Мои собственные аудиторы давали мне цифры в прошлом году. Наша личная договорённость предполагала, что ты можешь получать добавоч-ные три процента сверх официальных отчислений. Я предполагал дополнительные колебания тут и там, но Уильям, пятнадцать процентов?

– Пятнадцать! – Блэйн запнулся, затем впал в молчание, его рот открывался, но не испускал ни звука на протяжении долгих пяти секунд. Его реакция была такой, как будто Томас объявил, что воз-вращается в КомСтар, чтобы поддержать Шарилар Мори.

– Нет, Томас, – сказал он наконец, овладев голосом. – Пять! Я клянусь, что санкционировал не больше пяти.

Он сидел ровно, словно проглотив аршин.

– Мои личные архивы подтвердят это. Мы неофициально перекачивали не больше пяти процен-тов материалами или деньгами.

Генерал-капитан нахмурился. Лицо Блэйна было наполнено такой искренностью, какой Томас никогда не видел прежде, даже во время самых напряжённых дебатов по поводу слов Джерома Блейка. Не было никакой вероятности, что его друг ему лгал.

– Тогда… – сказал он, делая паузу, чтобы немного подумать, – тогда приходные цифры «Слова Блейка» неверны. Если бы неправильными были мои, то они бы отклонялись в другую сторону.

В карих глазах Блэйна показалось сомнение, но он покачал головой.

– Это невозможно. Кто мог каким-то образом… – тут он запнулся, на его лице появился страх, сообщающий о том, что он знал, кто вероятно мог осуществить такую операцию. – Чёрт возьми, нет…

Опасаясь того, что он понял на какое-то мгновение раньше Уильяма Блэйна, генерал-капитан ухватился за эту идею с вынужденной уверенностью человека, представшего перед одной единственной ужасной возможностью.

– Это может быть только… – сказал он. – Мы допустили ошибку, Уильям.

Блэйн побелел, его лицо стало бледно-пепельным, и лидер Лиги Свободных Миров кивнул.

– Это должен быть Томас Марик, – сказал он.

Загрузка...