Телохранитель для смертницы

ГЛАВА 6

Королевство Сагард. Замок Сагвиль. Принцесса Аитирель.

Демон же поступил крайне подло: ссадил меня на кровать и исчез на моих глазах!

Состояние полного ступора захватило мой разум, пока, в панике озираясь по сторонам, не заметила тканевые ошметки на полу.

– Меня тут кто-то запер! – крикнула я, подскакивая и собирая остатки моего нижнего белья.

«Молодец», – пронеслось у меня в голове демонским голосом.

– Ах ты… – ругнулась я, стукнув кулаком по воздуху с досады, и тут же приблизилась и раскрыла створки шкафа, подгоняемая громыханиями за дверью. Шарах! Тудум! Бабах! Похоже, батюшка по очереди пробовал применять различные разрушающие заклинания.

– Ты с кем там? – грозно прогремел король.

Я же, выудив наконец свою голову из горлышка того самого розового ненавистного цвета платья, потому как оно единственное без шнуровки, прокричала недовольно: – Одна! Нет, не одна, тут я и моя злость! Освободите вы уже меня, наконец!

«Не перегибай», – прокомментировал голос демона, звуча в моей голове.

На что я лишь отмахнулась, глянув на неправдоподобный бардак. Потому подошла к кровати, сорвала с нее покрывало, простынь, скинула их на пол, потоптала, схватила подушку, запустила ее в угол, другую же и вовсе разорвала, разгоняя перья тут же по всей комнате.

Вот теперь порядок… Точнее беспорядок.

Ничего не упустила? Ах да, порванное нижнее белье, которое успела спрятать в шкафу!.. А вдруг найдут? Вновь раскрыла створки и принялась рвать платья, сдирать рукава, отрывать подолы. Бросилась тут же к тумбочке, вытащила оттуда ворох белья и кинула его горочкой в шкаф. Еще парочку порвав перед тем.

Вот теперь пусть ищут иголку в стоге сена.

«Впускаю», – добавил демон, хохоча в моей голове.

А за дверью тем временем громыхало все сильнее и сильнее. И в один из таких ударов вся стена целиком вместе с дверью осыпалась на пол сущей трухой. В этот же миг окно распахнулось, поднимая ее в воздух облаком пыли. Пришлось буквально задержать дыхание и закрыть глаза, чтобы не чихнуть.

Приоткрыв один глаз вначале, затем второй, с удовольствием отметила, что пыль тут же выветрилась. Потому, встречая разгневанного короля, уперла руки в боки и недовольно взирала, ожидая явление гостей. В запале битвы с подушкой и нижним бельем напрочь позабыла о причинах такого своего поведения, потому выглядела ни разу не смущенной, а скорее злой.

– Имя! Скажи мне имя того, кто это сделал! – возопил отец, врываясь в комнату.

Немного подумав, внутренне просияла от радости. Однако же на лице еле удержала праведное негодование:

– Не знаю, отец! Это вы мне скажите, кто меня запер?!

И ведь ни одним словом не соврала. Молча посверлив меня взглядом, король неохотно кивнул и перешел к другой части допроса:

– И что ты тут устроила?

Еще одно ура! А вместо улыбки обвела взглядом комнату и честно призналась:

– Я разозлилась, и вот…

Но отец решил-таки еще раз попытать счастья и снова промазал:

– Еще раз спрашиваю, с кем ты была, как его зовут?

– Не знаю, папа. Да не знаю я! Меня заперли, понимаешь?

И сощурив глаза, прям на его манер, решила в ответ атаковать:

– А тебя запирали когда-нибудь так, как меня?

– Нет, – ответил он, отчего-то понизив голос, а я же с удивлением поняла, что врет!.. И если бы не подоспевшая матушка, то мое удивление, неожиданно просочившееся сквозь маску, могло бы с легкостью меня выдать.

А так улыбнулась матери и, приблизившись, обняла её, а она меня.

– Все хорошо, доченька, мы выясним, кто сделал это с тобой.

Гладя меня по голове, королева продолжила разговор уже с мужем.

– Милый, мне кажется, будет лучше, если Аитирель уедет из замка, ибо прибывшие на прием Кое Доены будут всячески провоцировать нас.

– Предлагаешь отправить ее в Академию метаморфов?

– Нет, любимый, есть одна прекрасная школа леди Инги Сазеральд в Дитрии, к тому же закрытая для мужчин.

– Но это же вампирское учреждение! – вознегодовал отец, брезгливо сморщившись, я же, дабы глянуть на его реакцию, даже обернулась, ибо сама пребывала в шоке от матушкиных идей. Одно дело – академия, другое дело – черт-те что и черт-те где.

– Орсиния, я подумаю над твоим предложением… А пока, Тирель, отдаю тебе башню рядом с покоями Эрана. И смотри у меня, дочь… Сбежишь еще раз – откажусь от тебя и отправлю к инквизиторам!

– А как же бал? – уточнила матушка, подрагивая губами от негодования.

– Руки-ноги у нее целы, а насмешки – не беда, Сагард она или кто?! Иначе как предлагаешь ей искать родовитого мужа? Кровососов в мужья не приемлю. Все! На том и порешим.

И после этих слов отец удалился, оставив нас обеих в полном недоумении. Я так и не поняла, зачем это он приходил? Проверить мою готовность к балу? Или теперь ко мне приставят Эрана как дуэнью? Ох, и не повезло же мелкому…

Правда, тихий вопрос матушки заставил вздрогнуть:

– Почему же это ты, дочь, решила переодеться, да к тому не надев нижнего белья?

И, оставив меня подбирать слова оправданий, подошла к шкафу. А раскрыв его, матушка и вовсе ужаснулась с криком:

– Тирель!

– Что? – понурив взгляд, спросила, следом оправдываясь по-прежнему: – Меня заперли, вот я и…

– Мне ты можешь не рассказывать! Знаем мы, кто тебя запер… – проворчала в ответ мать, оборачиваясь к порванным платьям. – Скажи, ты в чем планируешь идти на бал?

Я же только сейчас осознала всю иронию: хотела провести родителей, а в итоге только подставилась. С досады развернулась к шкафу спиной и села на кровать.

– А мне обязательно идти? – промямлила, разглядывая босые ноги, выглянувшие из-под приподнявшегося подола платья.

– Ты слышала отца? – произнесла матушка, что-то там колдуя над моим гардеробом, ибо разноцветные радуги отсвечивали от всех зеркальных поверхностей в комнате. – Ну ничего, еще когда я была только фавориткой прошлой королевы, то мне не мешали танцевать даже гвозди в туфлях, и уж сколько… – протараторив все это, она неожиданно оборвала свою мысль.

А я с удивлением поняла, что не врет! Так мама была фавориткой?! Ой, как интересно…

Однако развить свою мысль не успела.

– Тира! – крикнула мне мамуля, привлекая мой и без того обращенный взор к ее спине, за которой творилось чудо, не иначе. – Иди сюда, взгляни.

И, повинуясь ее приказу и величественно поднимаясь с кровати, я медленно подошла, чтобы увидеть в руках королевы бесподобное платье-хамелеон, отливающее разными цветами в зависимости от угла обзора.

– Да ты кудесница! – воскликнула я, хлопая в ладоши, чем немало обидела мать, за что получила выговор:

– Я не имею к этим сумасшедшим никакого отношения!

– Ваше величество, Орсиния Викитри Сагард. Оно чудесно!.. – выжала я из себя официальное обращение вместо извинения, ворочая онемевшим от удивления языком и не только им, но и шеей, дабы убедиться в эффекте преломления света, меняющего цвет ткани.

– Только на этот раз не забудь надеть корсет, подъюбники и чулки с туфлями, – ворчливо проронила довольная моей реакцией матушка, протягивая мне сей шедевр портного дела. – Подумаешь, капелька трансмагификации.

В ответ из меня вырвалось само, прежде чем успела подумать:

– Научишь?

– Но… как? – ошалело выпалила мать и, ожесточившись, приказала: – Ну-ка сядь!

– Я… сила ведьм же, – начала оправдываться, застыв на месте. Вот уж не думала, что матушке есть от чего разозлиться.

Однако вместо ответа на мои слова она в очередной раз протянула мне бутылек с прозрачной жидкостью, лишь бросив приказным тоном: – Выпей.

Я же решила ее не злить и опять, вскрыв пробку, проглотила эту гадость, смахивая слезы, выступившие в уголках глаз.

Удостоверившись, что пузырек пуст, матушка продолжила меня корить:

– Ох и доиграешься ты, Тирелька, ведь Аскарон действительно отправит к инквизиторам…

– Ну и что в этом такого страшного? – Недоумению моему не было предела.

– Неужели не знаешь? Про Праведную Инквизицию?! – Матушка с недоверием воззрилась на меня.

Потому я постаралась обойти щекотливую тему по краю и не обнажить пред королевой лишних знаний.

– Подумаешь, проводят там всякие ритуалы у себя на площади, и что с того?

– А то! Выбранную смертницу после всего они отправляют в логово самой Жужжмы!.. – перейдя на шепот, с ужасом протянула мать.

– И? – не впечатлилась я.

– Э-это чудище выпивает жизнь… Методично… по капельке. Иной раз несколько лет кряду. А перед тем наслаждается всей гаммой страхов своей жертвы, позволяя той плутать по ее логову.

Встряхнув головой, будто прогоняя представшие взору видения, мать и вовсе воскликнула: – Да, о такой участи не мечтают даже дохлые урки!

При последних словах королевы чуть не прыснула со смеху, ведь урки и так дохлые!

Ибо еще с детства помню эту небылицу про окаянных заморских воинов, коих шаман, спасая от какой-то там напасти, перенес на наш континент. Да только горе-колдун перемудрил с чарами, и по приземлении эти существа с удивлением обнаружили, что их тела иссушены и разваливаются, как у настоящих трупов, да и умереть они ныне более не могут, отсюда и второе название.

С детства сестренка пугала, что они за мной придут, если не улягусь спать в тот же час. Когда-то давно меня это страшило, однако теперь-то я уже выросла и не верю во все эти бредни.

Вот только для матушки сделала вид, что меня наконец проняло, потому и сгримасничала следом, изображая сущий ужас на лице. Та, щелкнув пальцами, создала в комнате звуконепроницаемый барьер, комментируя:

– Ну-ну, не переигрывай, дочь. Я же чую ложь. Или ты забыла?

– Ах, черт, – проворчала прежде, чем опомнилась. Потому и получила тут же:

– Рот бы тебе с мылом помыть.

– Да-да… – покивала я, глядя на королеву глазами, полными надежды: – Одеться поможешь?

И наткнулась на следующую остроту:

– Да уж, после того что он с тобой сделал, приглашать камеристок опасно для твоей репутации.

И что только она увидела на моем теле?! Хоть убейте, не пойму! Бросила на себя взгляд в зеркало на дверце шкафа. Фигура как фигура. Не лишена, конечно, округлостей, однако без лишней полноты. Одним лишь чудом удержалась от комментариев, протягивая платье обратно матушке, дабы поискать уцелевшее нижнее белье.

Бал – балом, а красивый внешний вид – дело чести, достоинства и сладкой мести…

Точно-точно! Нужно еще успеть заглянуть к королевскому кузнецу, наточить набойки на каблуках…