Суровый инопланетянин

Сью Меркьюри Суровый инопланетянин Вакслианские пары — 4

Автор: Сью Меркьюри

Книга:«Суровый инопланетянин»

Жанр: эротика, фэнтези, пришельцы

Серия: «Вакслианские пары» — 4

Возрастное ограничение: 18+

Перевод: Muzyka

Редактура: Muzyka

Обложка: Heksany

Дизайн артов и коллажей: Heksany

Переведено для группы: vk.com/paranormal_love_stories

Тексты всех произведений выложены исключительно для ознакомления.

Не для коммерческого использования!

При размещении на других ресурсах обязательно указывайте группу, для которых был осуществлен перевод. Запрещается выдавать перевод за сделанный вами или иным образом использовать опубликованные в данной группе тексты с целью получения материальной выгоды.

Пролог

Не отдавая отчет своим действиям, он нежно поцеловал её в губы, продлив поцелуй на мгновения, от которых замерло сердце. Он ничего не мог с собой поделать. Вопреки всему, его тянуло к ней, и он гадал, сколько же таких поцелуев потребуется, чтобы унять её страхи.

Тысяча? Миллион? Когда дело касалось ее, он готов потратить все время во вселенной.

Наконец он отстранился, держа её за подбородок. Она испуганно вздохнула и моргнула, её взгляд выражал недоумение. В глазах блестели слёзы. Слёзы, которые разбили ему сердце. Он бы хотел взять на себя все её страхи и тревоги. Если бы всё было так просто.

— Ты… ты не собираешься меня наказывать? — тихо прошептала она.

— Я скорее умру, чем причиню тебе вред.

По её щеке скатилась одинокая слеза. Он поймал её большим пальцем и смахнул, затем обхватил лицо человека одной рукой, а другой погладил её длинные золотистые локоны.

— Значит, ты не похож на других рабовладельцев. — Она посмотрела на укус и ахнула.

Он проследил за её взглядом и заметил, что рана быстро затягивается. Несмотря на то, что она прокусила его кожу, наноботы в кровотоке быстро заживляли рану. Спустя ещё несколько мгновений краснота полностью исчезла.

— Я никогда не видела, чтобы кто-то так быстро восстанавливался.

— Наноботы в моей крови делают большую часть работы, — объяснил он. — Скоро я введу тебе наноботов, и ты тоже быстро будешь выздоравливать, хотя я сделаю всё возможное, чтобы тебе никогда не причинили вреда. — Он продолжал водить пальцами по её шелковистым локонам, очарованный их мягкостью и нежностью. Да, он считал её милой, несмотря на склонность кусаться.

— Зачем вы вживляете наноботов рабам?

— Ты больше не рабыня, маленький человек. — Он поднял её и прижал к груди. Она напряглась, но позволила ему обнять, и медленно, очень медленно, расслабилась в его объятиях. Он прошептал ей на ухо:

— Я намерен сделать тебя своей парой и заботиться вечно.

Глава 1

Файнд шел по шумному рынку в Беша, крупнейшем поселении Ценсины. Толпа расступалась перед ним, как обычно, стоило инопланетянам взглянуть на его изуродованное лицо. Необычно красные отметины, покрывавшие его лицо и шею, говорили о том, что он сражался с урроннийским наёмником и выжил, чтобы рассказать об этом. Даже для вакслианского воина Файнд был чересчур грозным, никто на рынке не хотел с ним сталкиваться.

Вдали показался большой зелёный шатер, который он искал. Он остановился и коснулся мешочка с оррхованскими драгоценностями, спрятанного в кармане, чувствуя, как охватывает странная нервозность. То, что он собирался сделать, навсегда изменит его жизнь, как и жизнь ничего не подозревающей человеческой женщины. Но ему нужно найти пару, прежде чем он вернётся на Новый Вакс. Женщина в шатре должна подойти для этого, кем бы она ни была.

Его шрамы, вероятно, будут вызывать у неё отвращение и страх, но ничего не поделаешь. Она прибудет с ним на Новый Вакс, станет его парой и родит ему детей. Возможно, со временем женщина оценит, что он избавил её от рабства. Он будет хорошо с ней обращаться и соблюдать свои супружеские клятвы.

Он мог лишь надеяться, что между ними завяжется что-то вроде дружбы. О большем он и мечтать не смел. Он не повторит одну и ту же ошибку дважды.

С крепнущей решимостью он вошёл в зелёный шатер и сердито посмотрел на четырёхрукого пришельца, который преградил ему путь. Глаза пришельца расширились, и он сглотнул, явно не такой храбрый, каким должен быть охранник. И не такой высокий. Файнд возвышался над ним больше, чем на две головы.

— Клазсум ждет меня.

— А, Файнд! — Клазсум, работорговец, с которым Файнд вчера общался по видеосвязи, появился из темноты, и охранник тут же отошёл в сторону. — Как повезло, что ты успел до того, как солнечная буря обрушилась на этот сектор.

— Я здесь не за разговорами о погоде, а ради человеческой женщины. Отведи меня к ней. — Он убеждал себя, что просто хочет поскорее завершить сделку и сбежать с этого многолюдного рынка вместе со своей новой парой. Он вовсе не жаждал встречи с ней. Ведь не из-за этого его сердце бешено колотилось в груди.

— Следуй за мной. — Клазсум вежливо кивнул.

Файнд последовал за работорговцем вдоль ряда клеток. Большинство из них были пусты, но в некоторых находились инопланетяне разных видов, а также экзотические животные. Это зрелище глубоко поразило Файнда. По периметру палатки стояли охранники, большинство из которых держали оружие наготове, словно ожидая нападения или внезапной попытки побега обитателей клеток.

В груди Файнда нарастал гнев, желание схватить Клазсума и свернуть ему шею росло с каждым шагом. Но он сдержался, хотя и считал, что ни работорговец, ни охранники не заслуживают ещё одного дня жизни. Если Файнд затеет драку, охранники, скорее всего, выстрелят, и многие в клетках, включая его женщину-человека, могут пострадать. Но это не мешало Файнду продолжать представлять, как убивает Клазсума голыми руками.

Практика продажи инопланетян была варварской и жестокой, а рабовладельцы — худшим из всех мерзавцев. Но вот он здесь — в палатке, собирается купить раба у тех самых работорговцев, которых ненавидел. Файнд сглотнул подступающую к горлу желчь и сказал себе, что он лучше рабовладельцев и лучше работорговцев вроде Клазсума, ведь купленная им человеческая женщина больше не будет рабыней.

Хотя в каком-то смысле она ею останется.

Он планировал спариться с ней и забрать на Новый Вакс. Она не сможет уйти. Понравится ей это или нет, она станет его парой и будет жить на его планете до конца своих дней. Файнд тихо выругался и последовал за Клазсумом вдоль ещё одного ряда клеток, пока наконец они не добрались до последнего загона в проходе.

Затем он увидел её. Человеческую женщину, которая станет его парой.

У него перехватило дыхание.

Она была маленькой. Поджав колени к груди, она дрожала, глядя на него сквозь прутья решетки широко раскрытыми голубыми глазами. Она была голой, и её физиология явно не приспособлена к холоду Беши.

Длинные золотистые волосы обрамляли её лицо, шёлковые локоны волнами ниспадали на плечи. Она моргнула и отпрянула к стене клетки, страх в её взгляде усилился. Сердце Файнда сжалось, а ярость наполнила вены.

Как они смеют держать её в таких условиях, даже не дав одеяла? Он мог только представить, как она замёрзла за ночь, и надеялся, что она не пробыла в этой палатке долго.

С рычанием, сердито взглянув на Клазсума, он сорвал с себя куртку и опустился на колени перед клеткой.

— Привет, малышка, — сказал он на общегалактическом. Он поднял куртку, чтобы женщина увидела, а затем просунул её сквозь прутья, держа перед собой, ожидая, когда она примет подношение. — Это тебе. Пожалуйста, надень. Я знаю, тебе, должно быть, холодно.

Её испуганные голубые глаза встретились с его, и она с трудом сглотнула. Сначала он не думал, что она возьмёт куртку, но после его ободряющего кивка она неуверенно наклонилась вперёд и протянула руку. В её глазах мелькнуло подозрение, и она двигалась медленно, словно опасаясь, что он без предупреждения схватит её через прутья.

— Никаких уловок, малышка. — Он пристально смотрел на неё, запоминая оттенок её голубых глаз, так непохожий на привычный зелёный цвет вакслианцев. Он мог бы облететь всю вселенную, увидеть все океаны и озера, и всё равно не найти оттенка голубого столь же прекрасного и чистого, как глаза его будущей пары. — Пожалуйста, возьми, — сказал он. — Я хочу, чтобы тебе было тепло.

Хотя подозрение всё ещё пылало в её завораживающем взгляде, она глубоко вздохнула и стала наклоняться всё ближе и ближе, пока её пальцы не сомкнулись на куртке. Файнд отпустил её, и как только женщина её схватила, тут же отпрянула, словно всё ещё опасаясь подвоха. Он наблюдал, как она быстро надела одежду, просунув руки в слишком большие рукава и обернув её вокруг своего хрупкого тела.

Ему хотелось обнять её, прижать к себе, чтобы никто больше не причинил ей вреда. Внезапная мысль поразила его. Он давно не общался с женщинами и уж тем более давно не питал к ним нежных чувств. Но желание защитить её и одарить своей лаской нахлынуло, согревая.

Клазсум прочистил горло:

— Вы готовы обсудить цену?

Файнд вскочил на ноги, схватил работорговца за руку и грубо оттащил от женщины. Он надеялся завершить сделку, чтобы она не услышала. Двое стоявших неподалёку охранников приблизились, подняв оружие в знак предупреждения.

С рычанием Файнд отпустил Клазсума и полез в карман за оррхованскими драгоценностями. Он передал весь мешок работорговцу.

— Думаю, этой суммы будет более чем достаточно. Открой клетку. Теперь она моя.

***

Нужно бежать. Она должна.

Люси не могла представить себя принадлежащей этому огромному инопланетному чудовищу, которое только что её купило. Он был как минимум в три, а то и в четыре раза больше её. Если бы он разозлился на неё, а по её опыту хозяева всегда злились, он мог бы легко убить её одним ударом. Она никогда не видела пришельца такого высокого и с такими мощными мышцами. Свирепое выражение лица тоже пугало, хотя шрамы, покрывавшие его лицо и шею, не тревожили.

Его взгляд на работорговца заставил содрогнуться, его пылающие зелёные глаза были полны злобы. Она могла только представить, как он с ней будет обходиться. Слёзы жгли глаза, и она заморгала, решив не плакать перед этим зверем. Некоторым хозяевам нравилось, когда женщина плачет. Она не хотела доставлять ему удовольствия или повода уделять ей лишнее внимание.

К какой расе он принадлежал? Она украдкой разглядывала его, пока он завершал сделку с работорговцем. Если бы не высокий рост, светящиеся глаза и невероятно накачанные мышцы, он мог бы сойти за человека. Но он не был человеком. Её горло сжалось от волнения. И хотя она давно не видела людей, понимала, что он не человек.

Сверхъестественные зелёные глаза устремились к ней, когда он подошел к клетке. Сердце её забилось чаще, ладони вспотели. О боже. Он купил её, и теперь ей придётся идти с ним.

Был ли он таким жестоким, как выглядел со стороны?

Она знала, что не следует судить о пришельце по внешности, но было трудно, когда он продолжал сверлить её взглядом и тихо порыкивать. А еще он купил ее. Насколько порядочным и честным может быть рабовладелец?

Нисколько. Абсолютно нисколько. Страх усилился, холод пробирал до костей, несмотря на куртку, которую ей дали. Последние четыре дня она провела в этой клетке, молясь, чтобы её следующий хозяин оказался добрым, чтобы тот, кто её купил, не обращался с ней так же жестоко, как Фесслон или его брат. Возможно, она обманывала себя, веря в такую возможность.

— Отоприте клетку сейчас же, или я сам выломаю прутья, — приказал её новый хозяин, бросив злобный взгляд на работорговца. — Я больше не буду просить.

Она подавила вздох и взглянула на его бицепсы. Сможет ли он действительно раздвинуть прутья клетки? О, чего бы она только не отдала, чтобы обладать такой силой. Она бы продала душу всем дьяволам из всех религий галактики.

Работорговец, только что продавший её по поручению Фесслона, бросился вперёд и прижал руку к панели возле клетки. Дверь со щелчком открылась, и её новый хозяин, не теряя времени, потянулся к ней. Она съежилась, когда он схватил её за руку, хотя его прикосновение не было грубым.

Он встретился с ней взглядом, и она затаила дыхание.

Он смотрел на неё так пристально, что ей казалось, будто он заглядывает в глубину её души. Она молилась, чтобы его раса не обладала телепатическими способностями. Она слышала о хозяевах, которые могли читать мысли своих рабов и наказывали их за непослушание, как за мысли, так и за поступки.

— Выходи оттуда, малышка, и я увезу тебя подальше отсюда. — Выражение его лица смягчилось, и все следы гнева сошли с него. — Обещаю, что не причиню тебе вреда. Клянусь душами всех своих предков.

Какой у нее был выбор?

Если она попытается остаться в клетке, он, вероятно, вытащит её, и она может пораниться. Её мышцы болели от многодневного заточения в тесноте клетки, без возможности потянуться или встать. Незаметно вздохнув, она подошла и позволила огромному пришельцу вывести её из тесной клетки.

Верный своему слову, он обращался с ней нежно. Ни разу не схватил её за руки, не дёргал за волосы и не тыкал электрошокером. Она видела бесчисленное множество рабов, с которыми так обращались. Истекающие кровью и избитые жестокими новыми хозяевами.

Чудовище обняло её за плечи и вывело из зелёного шатра. Выйдя на рынок, она глубоко вздохнула. Впервые за много дней тёплые солнечные лучи коснулись её лица, хотя воздух всё ещё был прохладным, и она была благодарна хозяину за то, что он дал ей куртку.

Он посмотрел на её ноги и нахмурился.

— У тебя нет обуви? — Он тихо выругался. — Конечно, нет. Извини, малышка. Давай, я понесу тебя, чтобы ты не повредила ноги.

Прежде чем она успела возразить, он подхватил её на руки и понёс через многолюдный рынок. Она дрожала в его объятиях, от страха перед неизвестностью её тошнило. Живёт ли этот пришелец на Ценсине? Или он увезёт её на другую планету?

Она с трудом сглотнула и оглядела рынок, мечтая, чтобы инопланетянин не держал её. Ей нужно было как можно скорее убежать от него подальше и спрятаться.

Оказаться на свободе.

Она хотела быть свободной. Последние пять лет она мечтала о свободе и молилась, чтобы однажды найти своих сестёр, которых похитили работорговцы, когда их пассажирское судно «Маццон» подверглось нападению. Живы ли ещё Амелия и Келли?

Она ещё раз украдкой взглянула на своего нового хозяина, пытаясь решить, что делать дальше. Когда они вышли из рыночной толпы и направились к посадочной площадке на окраине города, её нервозность усилилась, и она заёрзала в его объятиях.

Он на мгновение замолчал, произнёс что-то на непонятном ей языке и покрепче прижал её к себе. Но его незнакомые, грохочущие слова, произнесённые глубоким, успокаивающим тоном, застали её врасплох. Его сильный мужской запах наполнил её ноздри, заставив постоянно ощущать его мужественность — его грубую силу по сравнению с её маленькой, тщедушной человечностью. Не в первый раз ей захотелось стать огромной прувваррианкой или свирепой шасттанкой. Тогда у неё появился бы шанс сразиться с инопланетными хозяевами, которые без колебаний держат рабов.

Он пронёс её мимо множества судов, направляясь к изящному дискообразному судну. Он крикнул что-то на родном языке, и с корабля опустился трап. Её охватила паника. Она не хотела, чтобы её заносили на борт. Оказавшись на борту, сбежать будет ещё сложнее.

Отчаянно желая освободиться, она вцепилась ему в руку и укусила так сильно, как только могла, пока не почувствовала вкус крови, затем стала колотить его в грудь и биться, изо всех сил пытаясь вырваться.

Он зашипел от боли и поставил её на ноги, продолжая держать за плечи. Он посмотрел на след от укуса на руке, затем сердито поглядел на неё сверху вниз, его пылающие зелёные глаза потемнели, а ноздри раздулись. Она продолжала сопротивляться и попыталась пнуть его, но он вовремя отпрянул, чтобы избежать удара. Не то чтобы удар причинил ему боль. На ней не было обуви, а он был инопланетной горой.

— Прекрати драться, человек, — сказал он твёрдым тоном. — Я не причиню тебе вреда.

Он перекинул ее через плечо и отнес на свой корабль.