Глава 5

Какая всё же это красота — лежать в огромной тёплой ванне, больше похожей на небольшой бассейн, обнимать прекрасную девушку, пить вкуснейшее вино и совершенно ни о чём не заботиться! Не думать, что где-то в застенках Крепости сейчас развернулась настоящая баталия за право обладания добычей из разлома. Не думать, что пять кварталов столицы превратились в руины и несколько сотен, а то и тысяча жителей города, думавших, что жить по соседству с магической академией престижно, больше никогда не откроют глаза. Не думать, что впереди предстоит трудный разговор с Алией и Злым Инженером. Вообще ни о чём не думать!

Вот только все эти красоты были мне недоступны — несмотря на такое приятное и мягкое соседство, мысли то и дело возвращались к минувшим суткам. После того, как я явился в Крепость и сообщил о том, что Волна захлебнулась, а разлома под академией больше не существует, началась такая бурная деятельность, что она захватила всех и каждого. Явились даже представители других академий, дабы помочь разгрести завалы и найти пострадавших. Стражники, аристократы, горожане, студенты, церковники, смертники… Несколько тысяч людей собрались в одном месте с одной единственной целью — устранить последствия прорыва тёмных и спасти хоть кого-нибудь.

Мне в этом «празднике труда» участия принять не довелось — меня взяли в оборот представители Крепости. Как я понял, группа специального реагирования уже успела пройтись по разлому и обнаружила, что оттуда практически ничего нельзя вынести, поэтому служители Света насели на меня, требуя полный отчёт. Вот тут-то и пригодилась Алия. В этот момент я был готов называть её даже мать Алия — на то, как она прогибала куда более опытных и старших церковников, любо-дорого было посмотреть. Вскоре появился отец Нор, притащивший мою куртку, набитую всякой всячиной. Служители Света протянули было к ней руки, но на защиту моей собственности встало сразу два церковника — отец Нор и мать Алия. Сколько было ругани, сколько криков и угроз! В итоге, спустя какое-то время меня отправили в гостиницу, выписали девушку из самого дорогого борделя столицы и вот уже пять часов я безостановочно предавался сладостной неге.

Внезапно дверь едва не слетела с петель — ко мне в ванную ворвалась Алия. Злая Алия.

— Пошла прочь! — рявкнула девушка, с трудом сдерживая гнев. Пышногрудая красотка что-то пропищала и, сверкая великолепной задницей, выбежала из помещения.

— Сволочи! — в сердцах произнесла Алия, прекратив наяривать круги по комнате.

— И тебе привет, — произнёс я. — Дай угадаю — они забрали всю мою добычу?

— Только попробовали бы — я бы всем руки оторвала. То, что ты вытащил из разлома — твоё и только твоё. Ни у Крепости, ни у академии, ни у империи прав на твою добычу нет. Потом подумаем, что из этого можно использовать, а что продать. Парочку интересный камней я там увидела. Они тебе точно пригодятся.

Девушка уселась на стул и уставилась на меня. Стало неуютно — у Алии был взгляд отца Нора. Тяжёлый, проникающий в самую сущность. Что забавно — ни меня, ни её не смущало, что я находился в ванне голым. Кого вообще могли волновать такие мелочи, когда на кону стояло что-то большее?

— Тогда что случилось? На меня повесили разгром столицы? Мне нужно платить за восстановление академии? Внезапно тёмные выставили ультиматум, что Крепость должна меня выдать?

— Если бы. Тебя признали героем, спасителем города. Через месяц император желает тебя видеть, чтобы лично выдать награду.

— Эм… И ты из-за этого такая раздражённая?

— Согласно законам Заракской империи, смертник не имеет права встречаться с императором!

— Так я, вроде как, не смертник, — нахмурился я. — Или я чего-то не знаю?

— В том-то и дело, что твой статус не определён. И верховный епископ до сих пор не может согласовать с советом глав регионов твоё уникальное положение. Да, ты не смертник, но ты и не обычный житель империи. Тебя по-прежнему не существует. И в этом заключается основная загвоздка. Представитель императора, что принёс столь «благую» весть, заявил, что за спасение столицы тебе будет дарована жизнь и право вернуть своё имя. Ты вновь станешь бароном Максимилианом Валевским и изменить это мы никак не можем. Приглашение было вручено мне лично в руки в присутствии совета глав регионов. Отказаться от встречи с императором — подставить под удар Крепость.

— То есть, если через месяц я предстану перед императором, то верну своё имя и Крепость больше не будет влиять на мои действия, так? — переспросил я. — В чём подвох?

— В том, что сейчас у тебя есть только один человек, перед которым ты должен отчитываться. Как только ты станешь бароном, таких людей станет огромное количество. Герцог, в регион которому ты попадёшь, судьи и прокуроры всех мастей, градоначальники, император со всем ворохом своих советников и наследников, всевозможные графы и виконты, что выше тебя по статусу. Ты попадёшь на самый низ «пищевой цепочки» империи, где тебя будет использовать каждый, кто обладает хоть какой-либо властью. В том числе и герцог Одоевский. Проклятье — ты даже войти в церковь не сможешь! В течение года человек, получивший титул лично из рук императора, не имеет право отказываться от такого подарка даже под страхом смерти!

— Тебя послушать, так настало время падать ниц и молить о том, чтобы меня оставили в Крепости, — съязвил я. — Только ты забываешь, уважаемая личная служительница, что, вернувшись в стан «живых», я не только получу гору всевозможных начальников, которых у меня даже сейчас хоть отбавляй, но и верну право защищать свою честь и достоинство. Всеми доступными мне средствами, коих, хочу тебе сказать, довольно немало. Кроме того, никто не обязывает меня подписывать вассалитет с каким-либо из герцогов — я вполне могу какое-то время существовать как безземельный барон. Откуда я буду брать деньги на существование? Это элементарно — у меня будут развязаны руки по выбору разломов. Всё, что мне нужно — найти команду тех, кто умеет разделывать тёмных тварей. Золото, материалы, артефакты, усиления — всё это потечёт ко мне полноводной рекой. Куплю себе имение в черте столицы, уйдя таким образом из-под влияния герцога, и буду жить поживать, да добра наживать. Почему-то об этом ты умолчала.

— Разломы находятся на чьих-то землях. Крепости каждый раз приходится отдавать тридцать процентов оценочной стоимости добычи владельцу земель.

— Невелика потеря. Мне стоит только закрыть две-три пятёрки, как бароны, виконты и графы всех мастей будут приглашать меня в свои земли, только чтобы я прошёлся по их разломам. Потому что тридцать процентов после смертников и тридцать процентов после меня — разные суммы. Или я ошибаюсь?

— В этом — нет, — помрачнела Алия. — В другом — да. Разломы принадлежат Крепости. Это закон. Никто тебя не пустит внутрь без согласования и своей доли.

— Для этого у меня есть специально подготовленный человек, который умеет решать вопросы, связанные с препонами церковников. Не ты ли кричала, что останешься со мной до конца моих дней? Что тебя держит в Крепости, мать Алия? Особенно сейчас, когда ты являешься ровней епископу? Лично я даже рад, что смогу выйти из-под контроля Крепости. Посуди сама — верховный епископ прилюдно признаёт меня не смертником. Но совет глав регионов тормозит определение моего нового статуса. Почему? Да потому что им это выгодно. Отец Ург может болтать всё что угодно, но пока у него есть девять епископов, толку от Крепости не будет. Да и сам верховный епископ тоже показывает свою несостоятельность. Он громогласно провозгласил, что отныне я не принадлежу ни Крепости, ни империи. Однако стоило императору заявить, что он хочет меня видеть, как ты превратилась в злую мегеру. Почему?

— Потому что у нас не просто церковь, а церковь Заракской империи, — пробурчала Алия. — Во главе которой находится император.

— Тогда объясни, пожалуйста, какого Скрона ты выгнала мою красотку? У меня, между прочим, ещё два часа оплачены, и я собираюсь воспользоваться ими сполна! Тоже мне, нашла проблему — её подопечного вернут в стан живых. Радоваться нужно, что отныне тебе не придётся защищать меня от всякого сброда, пожелавшего развлечься и самоутвердиться за мой счёт. Так, обязательно нужно продолжить тренировки по владению шпагой. Без неё я теперь никуда. Да и саму шпагу нужно купить. Ты меня вообще слушаешь? Эй, ты что творишь?!

Мой возглас удивления имел право на существование — неожиданно Алия сняла с себя мантию, и одежду, что скрывалась под ней, представ передо мной совершенно голой. Я впервые видел девушку без бесформенного балахона, так что с достоинством оценил идеальные формы её тела. Плоский живот, небольшая вздёрнутая грудь, что так и просилась в ладонь, тонкая талия, длинные стройные ноги и ни единого волоска на теле. Без тени смущения Алия забралась ко мне в ванну и, погрузившись по самую голову и откинувшись на бортик, блаженно закатила глаза.

— Сто лет нормально не мылась. Даже не представляешь, как я завидовала, когда ты после одноуровневого разлома в баню со своей группой пошёл, — произнесла Алия, не открывая глаз. — У тебя вроде там шурганское вино было? Нальёшь?

— Держи, — я чуть сдвинулся и улёгся рядом с Алией.

— Мою группу нужно вытащить из Крепости. Сделаешь?

— Они смертники. Единственный способ их вытащить — обменять на «Усилители».

— Об этом речь и идёт, — произнёс я, отчего Алия резко открыла глаза. Взгляд, которым на меня посмотрела девушка, скомкал и напрочь выкинул весь романтический настрой, который я успел себе придумать.

— Среди твоей добычи «Усилителей» не было. Макс?

— Что Макс? Я прекрасно понимаю, что мне нужно рассказать тебе всё, что я пережил в разломе, но, когда ты вся такая красивая вошла ко мне в ванну, мысли повернулись в другую сторону. И не нужно на меня так смотреть! У меня молодой и полный сил организм, а ты, вместо того чтобы позволить мне расслабиться, выгнала мою девочку. О чём ещё я мог думать, когда ко мне в ванну влезает обнажённая красотка и просит вина? Явно не о том, что было в разломе. Или отношения между тёмным и его личным служителем запрещены? Предлагаю сразу определиться с этим моментом, чтобы я себе лишних иллюзий не строил.

— Этот момент не регламентирован, — после долгой паузы ответила Алия. Посмотрев на бокал с вином, она пригубила и отложила его в сторону. — До нашего случая личные служители и тёмные всегда были одного пола. Прости, я не подумала, как ты можешь отреагировать на моё обнажённое тело. Там, где я училась, не было разделения на мальчиков и девочек. Были лишь дети Крепости. Потому к обнажённым телам у нас выработалось другое отношение. Не такое, как у обычных людей. Если тебя это смущает — впредь такого не повторится.

— Знаешь, на самом деле это будет правильно, — подумав, ответил я. — Не стану скрывать — мне понравилось то, что я увидел. У тебя потрясающая фигура, а если не брать в расчёт тяжёлый взгляд, то ты без сомнений являешься красивой девушкой. Тяжело видеть тебя обнажённой и понимать, что тебя нельзя касаться. Лучше вообще не видеть, чем вот так.

Повисла неловкая пауза. Алия смотрела на меня, я, отодвинувшись на противоположный край бассейна, смотрел на неё. Наконец, девушка произнесла:

— Служение Свету не подразумевает отказ от плотских утех. Единственное ограничение — никаких отношений со смертниками. Или, если брать наш случай, с теми, чей статус ещё не определён. За время, проведённое в Крепости, у меня не было возможности завести хоть какие-нибудь маломальские отношения. Ведь для всех я была не просто сестрой Алией, а дочерью отца Нора, руководителя контролёров тьмы. Меня старались лишний раз не трогать, дабы не прогневить отца. Ты не представляешь, как это бесило. Возможно, я действительно слишком накрутила себя относительно грядущей встречи с императором. Если она состоится, и ты вновь станешь официально живым человеком, я ничего не буду иметь против того, чтобы мы познакомились ближе. Если ты сам этого захочешь. До этого момента тебе придётся терпеть. Потому что отказываться от ванны я не собираюсь. Надеюсь, мы этот вопрос решили? В таком случае объясни мне, пожалуйста, почему среди добычи, которую так яростно отстаивал отец Нор, нет «Усилителей»?

— Что же… Пожалуй, настал тот самый уникальный момент, когда я буду максимально откровенным. Ставь полог, мой личный служитель. То, что я собираюсь тебе рассказать, даже стены этой гостиницы слышать права не имеют…

Какая красота, что вода в наших бассейнах имеет дополнительный подогрев! На то, чтобы рассказать Алие о своих приключениях в разломе и не только, у меня ушло около часа. Как ни крути, но девушка доказала, что достойна моей откровенности. Одно восхождение на костёр чего стоит! Я рассказал ей обо всём, о чём узнал на текущий момент. О символах и способах их получения. О тварях, что лезут в голову. О том, что сталь не всегда помогает в разломах. О том, каким образом мне удалось закрыть Волну и откуда я взял голову воплощения Скрона. И, конечно же, о метаморфе, катализаторах и собственном усилении. Финальным аккордом моего рассказа стало кольцо, что я без всяких условий вручил Алие.

— Вот теперь ты знаешь о тёмных всё, что и я, — закончил я свой рассказ и одним залпом осушил бокал шурганского вина. Алия, немного подумав, совершила тоже самое со своим бокалом и произнесла:

— Долгое время «Поглотитель» считался сказкой древних. Первое упоминание об этом камне датировано сотым годом с момента явления Скрона. Его получил человек, что выбил тёмных с центра материка, поделил земли на три империи и организовал постройку Стены. Первый император людей. Второй и последний раз камень упоминается пятьсот лет назад, когда потомки первого императора вскрыли его могилу, чтобы забрать себе все ценности. Долгое время камень считался сказкой, вымыслом древних рассказчиков, пока двенадцать лет назад не был закрыт разлом восьмого уровня. Злой Инженер принимал в той битве самое активное участие — он вошёл в число тех тридцати двух смертников, что вышли из разлома. Отец нынешнего императора высоко оценил подвиг и жертву смертников, даровав им всем жизнь. Собственно, тогда-то мы и узнали, что за разломы высоких уровней можно получить осколки «Поглотителя». Знали, что ты получил их за свою восьмёрку, но не форсировали события. К чему было спешить, если в Крепости существует отдельный служитель, что ведёт полную статистику по твоим пройденным разломам и их уровням? Крепость контролирует каждый твой шаг, но без дела не вмешивается.

— И после этого ты ещё спрашиваешь, почему я так стремлюсь получить свободу? — непроизвольно вырвалось у меня. — Как раз из-за этого!

— Собственно, теперь о том, что вообще такое «Поглотитель». Если верить древним архивам — это камень, позволяющий владельцу впитывать в себя все ресурсы в определённом радиусе. К примеру, нашёл ты хрон, с помощью которого делают зелья на повышение уровня камня. Поглотитель всасывает в себя всю энергию камней и, как только её оказывается достаточно для повышения уровня, предлагает улучшить магические способности владельца. И так со всеми ресурсами. Хрон, чабр, нюкс, трам, емь… Все, какие только можно добыть в разломе или с тёмных тварей поверхности. Нужно говорить, в кого может превратится тот, кто получит «Поглотитель»? Ты упоминал о символе проклятья… По сути — это тоже самое, только без человеческих жертв.

— Знаешь, сразу вопрос возник — как много людей похищают тёмные? У Крепости есть статистика за год?

— «Червь» стал для меня сюрпризом — о таком символе информации в церкви нет. У Злого Инженера четыре символа, но они все ориентированы на усиление.

— Полагаю, что у моего наставника уже пять символов. Пятый он получил вместе со мной — когда была завершена пиктограмма вызова Волны. Ты не ответила — как много народа ежегодно пропадает?

— Тёмные твари сжирают или утаскивают в свои разломы до десяти тысяч человек ежегодно, — нехотя ответила Алия.

— Церковь уверена, что этих людей именно что сжирают?

— Я поняла твою мысль, не нужно давить, — оборвала меня девушка. — И мне не нравится то, куда ты клонишь. Мы и так выяснили неприятную новость, что тёмные могут интегрировать камни по своему желанию, не полагаясь на случай. Если окажется, что они ещё и значительно усилились за счёт людей… Это нужно обязательно проверить, вопрос только в том — каким образом? Высших иерархов Скрона нам никогда не удавалось захватить.

— Хочешь сказать, что Злой Инженер ничего вам про камни не рассказал?

— У тёмного нет камней, кроме «Анализа». Его проверяют каждый месяц.

Я прикусил язык, чтобы не сболтнуть лишнего. О как! Оказывается, наставник-то ещё тот жук! О том, что он является обладателем нескольких эксклюзивных камней, умолчал. Или не умолчал? Что, если отец Нор скрыл эту информацию от Крепости? С этого церковника станется. Нужно проверить:

— У меня не совсем корректный вопрос, так что можешь на него не отвечать, но не задать его я права не имею — ты всё, что я тебе только что рассказал, передашь Крепости? Тщательно занесёшь в какой-нибудь отчёт, приложишь к моему делу и будешь пролистывать долгими бессонными ночами, выискивая несоответствия?

— Думаешь, отец Нор что-то утаил от Крепости? — сузила глаза девушка, отчего я едва не выругался. Почему мне досталась такая умная служительница? Тем не менее Алия ответила после паузы: — Это непростой вопрос. Мы знаем, что в Крепости орудуют шпионы тёмных. Есть даже подозрение, что это высокоранговые шпионы, имеющие высокий уровень доступа. Поэтому да, я зафиксирую всё, что ты мне сказал, в отдельном отчёте, но нет — он не попадёт в Крепость. О том, где и как хранится этот отчёт, будут знать только два человека — я и верховный епископ. Информацию по тёмным я получила от отца Урга — он сделал выжимку из отчётов отца Нора. Самих отчётов я не видела. Верховный епископ сам примет решение, что из нашего с тобой разговора доносить до общественности, а что следует скрыть до лучших времён.

— А что лучше забыть навсегда, — дополнил я. — Мне почему-то кажется, что у Злого Инженера символ «Червь» имелся уже давно. Но тебе об этом, по какой-то причине, не сообщили.

— Я выясню этот момент, — согласилась девушка. — Причина такого поведения отца Урга, на самом деле, понятна — никогда ранее в нашей империи не было одновременно двух признанных церковью тёмных. Тем более с зеркалом. Все эксперименты, что проводила Крепость, увенчались сокрушительным провалом. Даже мастера, способные входить в боевую медитацию, не смогли открыть в себе зеркала. На текущий момент ты являешься уникальным человеком.

— Уникальность подразумевает огромную ответственность, которая мне не нужна. Лучше скажи, что будем делать с кольцом?

— Редко, но с тёмных падают не только амулеты, но и бижутерия. Обычно это неказистые магические предметы с двумя свойствами. Редко, один случай на тысячу, появляется элитное кольцо с четырьмя свойствами. Красные кольца никто не видел. Их существование, конечно, предсказывали, но за тысячелетнюю историю противостояния со Скроном в архивах упоминаний про эксклюзивную бижутерию нет. Сейчас свойства кольца закрыты. Они будут оставаться такими ровно до тех пор, пока предмет не окажется на чьём-то пальце. Считается, что в этот момент происходит подстройка кольца под своего носителя и из всего многообразия параметров, которых насчитывается почти сотня, будут выбраны те, которые идеально подходят под особенности развития человека. Могу ошибаться, но за такое нераскрытое кольцо император запросто может назначить тебя герцогом.

— Если бы мне оно только было надо. Можно?

Алия ни на секунду не колебалась. Стоило мне протянуть руку, как в нём тут же оказалось кольцо.

— Ты сказал, что у тебя есть пять из пяти обрывков карты, — произнесла Алия прежде, чем я успел нацепить на себя кольцо. — Что даёт полная карта?

— Если честно, я как-то об этом и подзабыл, — признался я. — Всё так завертелось, как только я Хозяина прикончил, что было совершенно не до карты. Подожди минуту, сейчас разберусь.

На то, чтобы понять принцип объединения обрывков в одно целое, ушло от силы несколько секунд. Стоило сосредоточить взгляд на строке моих приобретений, как высветилось сообщение с предложением объединить куски в одно целое. Отступать я не собирался, так что подтвердил запрос и через мгновение смотрел на огромную карту центрального региона нашей империи. Здесь было всё — города, деревни, реки и даже дороги между населёнными пунктами. Не было, разве что, только надписей и пояснений, но стоило посмотреть на столицу, которую не узнать было тяжело, и подумать, что это есть город Турб, как тут же на карте появилось первое обозначение. Карта позволяла менять масштаб — стоило сосредоточить взгляд на какой-то области, как она тут же приближалась. Не сильно, но дома в деревнях при сильном желании рассмотреть было возможно. Однако не города и дороги были важной составляющей этой карты. Красными пятнами по всему центральному региону были разбросаны разломы, а цифры, что стояли рядом с ними, показывали их уровни. Разлом в столице тоже присутствовал, только был не красного, как все остальные, а серого цвета. Остановив на нём свой взгляд, я получил пояснение:

Разлом закрыт. Уровни исчезнут через шесть дней.

— Кажется, у нас возникла небольшая проблема, — протянул я, оценивая новую карту. — В центральном регионе есть разлом десятого уровня. И, если я правильно понимаю то, что показывает мне карта, совсем скоро Хозяин этого разлома получит в своё распоряжение новый этаж… Алия, а почему про разлом почти одиннадцатого уровня, который находится в городе на севере центрального региона, никто не знает?

— Город на севере региона? Кострищ? Ты уверен? — нахмурилась девушка.

— Судя по карте — абсолютно, — я рассказал Алие, что дала собранная карта и какими особенностями она обладала. — Почему ты так удивлена?

— Потому что Кострищ — вотчина епископа Цвата. Место, откуда он практически не вылезает, несмотря на то что в его регионе есть столица, — Алия вскочила на ноги и начала наматывать круги по бассейну, ничуть не смущаясь, что я беззастенчиво пялюсь на её обнажённую фигуру. Наконец, девушка уставилась на меня своим тяжёлым взглядом и произнесла: — Макс, мне срочно нужно попасть к верховному епископу. Кажется, для тебя появилась новая работа.

Загрузка...