Шёпот вакуума

Глава 7

- Сообщение по гиперсвязи отправлено, - доложил Илону майор Клюге. – Маяк сработал штатно. Передача осуществлялась сжатым пакетом сразу после выхода из последнего гиперпрыжка. После полученных повреждений «Бекас» при выходе в обычное пространство создает такие искажения гиперполя, что обнаружить на их фоне отправку информационного пакета совершенно невозможно.

- Будем повторять передачу после каждого прыжка, - кивнул Илон. – Плохо, что мы не можем получить ответное сообщение – маяк на это не рассчитан. Но будем надеяться, что нас услышат.

- Почти наверняка услышат, - уверенно заявил Клюге. – Здесь места хоть и дикие, но вольные поисковики и патрульные корветы окраинных станций встречаются регулярно. За обещанное нами вознаграждение они обязательно перешлют сообщение в штаб-квартиру корпорации через ближайший ретранслятор.

- Сколько нам придется ждать?

- Не так уж долго. Если наше сообщение примут сразу, корабль корпорации прибудет в этот район часов через восемь-десять. За это время «Бекас» успеет сделать всего пару прыжков. Ну, может быть, три. После каждого гиперперехода маяк будет отправлять пакет с нашими координатами. Как только корабль «Кебрении» его примет, он быстро разгонится и совершит прыжок в нужную точку пространства, где и застанет «Бекас» во время очередного черепашьего разгона. Не думаю, что у капитана Строгова найдутся аргументы, чтобы отказать нам в возможности перейти на борт корабля корпорации, раз уж он уже будет находиться рядом с «Бекасом». Тут о какой-то значимой потере времени даже смешно говорить.

- А если он продолжит упираться даже в таких обстоятельствах и не согласится нас отпустить до прибытия на станцию? – недовольно поморщился Илон. – Честно говоря, я совершенно не удивлюсь такому его решению.

- Тогда придется пойти на определенный риск и вывести из строя вычислитель «Бекаса», после чего нейтрализовать его экипаж, - немного помолчав, ответил майор. – Я поговорил с нашими техниками. Они утверждают, что одновременный подрыв трех гранат в нужных точках корабля уничтожит основные блоки вычислителя, но не приведет к разрушению энергетической установки. При этом система жизнеобеспечения гарантированно выйдет из строя и, весьма вероятно, случится разгерметизация. Само собой, все наши люди в этот момент будут в боевых скафандрах, так что для нас это не критично. До прибытия спасателей с корабля корпорации мы спокойно продержимся.

- Не хотелось бы до такого доводить, - без всякого энтузиазма ответил Илон. – Техники у нас хорошие, но что-то мне подсказывает, что они недооценивают ветхость и убогость всех систем «Бекаса». Я бы на их месте не был так уверен, что после взрывов гранат энергетическая установка не пойдет вразнос. Это на нормальных кораблях она в такой ситуации автоматически глушится и уходит в защищенный режим. А что произойдет здесь, не смог бы, наверное, предсказать даже ныне покойный капитан Попеску.

- Я с вами полностью согласен, командир, - майору затея с гранатами явно тоже не нравилась, - но если Строгов упрётся, перед нами встанет очень неприятный выбор. Либо мы рискуем и применяем силовой вариант, либо тащимся на этой развалюхе на станцию «Маунт-16» со всеми вытекающими последствиями в виде утечки важных сведений. Всю информацию из вычислителя «Бекаса» местные наверняка вытрясут до донышка, а там есть очень многое, что им знать совершенно не следует.

- Нет, на станцию нам точно не надо, - недовольно качнул головой сын главы корпорации. – Готовьте силовой вариант. Надеюсь, нам он всё же не понадобится. И вот что, майор… Попробуйте пообщаться с людьми Строгова. Может быть, через них на него удастся повлиять. Маловероятно, конечно, но попробовать стоит.

***

Я некоторое время колебался, а потом всё же решил пока не рассказывать Свену и Бронски о том, что мне удалось обнаружить и несколько видоизменить троянскую программу, управлявшую работой гипермаяка. О наличии на борту самого маяка они, конечно, догадывались и, возможно, даже предпринимали какие-то самостоятельные усилия по его поиску. Не знаю, как навигатор, а старший техник имел для этого немало возможностей. Правда, судя по всему, ничего они не нашли. Тем не менее необходимость обсудить с ними обстановку уже явно назрела, и я уже собирался предложить Бронски пообщаться, но он проявил инициативу первым.

- Послушай, Влад, - обратился он ко мне по закрытому каналу связи, когда я работал за капитанским терминалом. – Мне одному кажется, что происходит что-то очень нехорошее?

- Что ты имеешь в виду?

- А ты не понимаешь? Людям корпорации совершенно не нужно, чтобы «Бекас» добрался до нашей станции, но они ведут себя так, будто их всё устраивает. Шпее ведь наверняка уже говорил с тобой на эту тему.

- Говорил, - я не стал отрицать очевидное. – И я сказал ему, что экипаж «Бекаса» выполнит требования закона и доставит корабль на станцию без всяких задержек и остановок в пути.

- И он без возражений с этим согласился?

- Не то чтобы совсем без возражений… Но жестко настаивать не стал.

- Это меня и напрягает больше всего, - в голосе Бронски действительно слышалось серьезное беспокойство. – Минут за двадцать до предыдущего прыжка ко мне подошел этот их майор.

- Клюге?

- Да, Клюге. Так вот, он наобещал мне гору всяких плюшек и место навигатора на транспортном корабле «Кебрении», а заодно намекнул, что всё это станет реальностью, если я смогу убедить тебя, что по дороге на станцию нужно встретиться с кораблем корпорации и позволить экипажу «Тени» на него перейти. А ещё он сказал, что за их спасение Илон Шпее с тобой уже расплатился.

- По поводу оплаты он тебя не обманул. Доберемся до станции, скину вам со Свеном ваши доли. А вот всё остальное…

- Можешь не объяснять, я сам всё понимаю.

- И что ты ему ответил?

- Что очень-очень рад такому предложению и сделаю всё возможное, чтобы убедить тебя согласиться. А ты бы на моем месте сказал ему что-то другое?

- Не знаю. Наверное, тоже ответил бы, что постараюсь.

- Вот-вот. Но я не думаю, что они очень сильно рассчитывают на то, что у меня получится тебя убедить. Свена, кстати, Клюге тоже на эту тему обрабатывал, но наш техник к тебе сам не пошел. Сначала рассказал о разговоре с майором мне.

Бронски вроде бы говорил искренне, вот только я понятия не имел, можно ли ему доверять. В сложившейся обстановке я не мог исключать, что вся его речь – хорошо продуманный спектакль, заранее согласованный с Илоном Шпее. Продаться корпоратам за обещание оставить его в живых Бронски вполне мог. Я ему никто – так, случайный попутчик, а шанс выжить – очень серьезный аргумент в подобных обстоятельствах. Впрочем, дураком я нашего навигатора не считал, так что на подобные посулы со стороны Шпее он, по идее, повестись был не должен. Но то по идее, а как оно на самом деле…

- Что делать-то будем, капитан? – не выдержал Бронски, прервав затянувшуюся паузу. – На борту «Бекаса» точно есть маяк, это просто медицинский факт. Я его обнаружить не смог, но у меня и возможностей для этого нет почти. Хуже другое – Свен тоже ничего не нашел, если ему верить, конечно. А если есть маяк, и он под контролем людей Шпее, то нас однозначно перехватят во время одного из разгонов. И что мы предпримем, когда рядом с нами выйдет из гипера боевой корабль «Кебрении»?

Честно говоря, я не знал, что ответить Бронски. Всё это запросто могло быть провокацией. Я понимал, что если расскажу навигатору правду о нейтрализации маяка, он может немедленно доложить об этом Илону. А может и не доложить, ведь вся история с его вербовкой - не более чем мое предположение. Впрочем, понимал я и то, что если не доверять вообще никому, в одиночку я эту историю точно не вытяну.

- Не будет никакого корабля «Кебрении», - я наконец сделал непростой выбор. – Они действительно пытались отправить сообщение своим. И повторяют эти попытки каждый раз, когда «Бекас» выходит из прыжка. При этом программа, управляющая маяком, неизменно докладывает им, что информационный пакет благополучно отправлен. На самом же деле ничего не происходит.

- Ты всё-таки нашел его, - скорее утверждая, чем спрашивая, произнес Бронски.

- Не совсем. Я до сих пор не знаю, где именно установлен маяк, но зато я нашел троянскую программу, которая отдает ему команды. Вернее, отдавала.

Навигатору понадобилось несколько секунд, чтобы переварить полученную информацию.

- С этим ясно, а делать-то что будем? – через какое-то время повторил свой вопрос Бронски. – Они ещё немного подождут, а потом поймут, что что-то пошло не так. Думаешь, Илон Шпее будет тупо сидеть и ждать, когда мы привезем их на станцию?

- А что бы ты сам сделал на их месте?

- Не знаю… Захватывать корабль бессмысленно - вычислитель не станет им подчиняться, а без него управлять «Бекасом» они не смогут. Хотя… Если ты говоришь, что так и не нашел гипермаяк, значит теоретически они всё ещё могут им воспользоваться. То есть управлять захваченным кораблем им не потребуется. Достаточно будет отправить сигнал своим и дождаться помощи. Их боевые скафандры обладают для этого вполне достаточной автономностью.

- Не сходится. Они и сейчас отправляют свои сообщения. Ну, вернее, считают, что отправляют. При этом никакой реакции со стороны корпорации нет, а это значит, что у Илона Шпее не будет уверенности в том, что им придут на помощь. Если корабль «Кебрении» до сих пор не прилетел, то где гарантия, что он вообще появится. Вряд ли экипаж «Тени» вдохновит перспектива медленной смерти в мертвом корабле после исчерпания ресурсов жизнеобеспечения их скафандров.

- Есть ещё один вариант, - задумчиво произнес Бронски. – Боюсь, он тебе не очень понравится. Они могут тебя убить, постаравшись обставить всё так, чтобы это выглядело как несчастный случай или естественная смерть. Тогда временным капитаном будет назначен кто-то из оставшихся в живых членов экипажа, то есть я или Свен. Уверен, они считают, что с нами им будет договориться проще, чем с тобой, особенно после твоей как бы случайной гибели.

- А они действительно смогут с вами договориться? – я задал вопрос безразличным тоном, но вряд ли это обмануло навигатора.

- Со мной – вряд ли, - без колебаний ответил Бронски. – Я прекрасно осознаю, что живым им не нужен. А вот что касается Свена… Тут ничего сказать не могу. Он тоже многое правильно понимает, но ему страшно, это прямо видно. На самом деле, мне тоже, только, в отличие от Свена, я свой страх более или менее контролирую.

- Да, невеселые у нас перспективы, - подвел я итог, обдумав слова навигатора. – Что делать, спрашиваешь? Будем ждать следующего хода Илона Шпее и готовиться к ответу. Я сейчас вдумчиво пообщаюсь с вычислителем и посмотрю, чем он в этой ситуации может нам помочь. Его искусственный интеллект уже работает в полную силу. Гением его, конечно, не назовешь, но кое-что он всё-таки может. Как только будут результаты, свяжусь с тобой по закрытому каналу. И вот что… Пока я буду занят, пригляди за Свеном и нашими пассажирами, мало ли что…

- Я тебя услышал, Влад. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Бронски отключился, а я открыл приватный канал голосовой связи с центральным вычислителем «Бекаса». У меня не было ни малейшего представления, есть ли у корабельного ИИ инструкции и безусловные директивы для случаев, подобных нашему, так что общение с ним пришлось начинать вслепую.

- Есть обоснованные подозрения, что экипаж корабля «Тень» в течение ближайших двадцати четырех часов предпримет попытку силового захвата «Бекаса». В этом случае тебя уничтожат или отключат. Возможна и попытка смены капитана посредством убийства, замаскированного под случайную смерть. Прямых доказательств у меня нет. Нужны твои рекомендации.

- Никакие доказательства мне не требуются, - после секундной паузы ответил вычислитель. – Сейчас вы капитан «Бекаса», и я выполню любой ваш приказ, однако и вся ответственность за последствия ляжет исключительно на вас.

- А рекомендации?

- Для разработки реалистичного плана противодействия описанным вами угрозам у меня недостаточно данных.

- Хорошо. Будут тебе данные. Слушай меня внимательно и сразу поправляй, если считаешь, что я в чем-то ошибаюсь…

***

- Командир, ситуация выходит из-под контроля. Кто-то из наших людей постоянно находится в рубке «Бекаса», так что мы точно не пропустили бы появление корабля корпорации. Однако его нет. Наши сообщения уже давно должны были достичь штаб-квартиры «Кебрении». Я не верю, что ваш отец мог их проигнорировать.

- Не мог, - согласился Илон. – Значит, либо ему о них не доложили, что крайне маловероятно, либо сообщения всё-таки не были получены. А, возможно, не были и отправлены.

- Гипермаяк функционирует нормально, - возразил Клюге. – Физически до него не добраться – для этого пришлось бы демонтировать часть корпуса, но на тестовые запросы с наших мобильных терминалов он отвечает и отчеты об успешной передаче сообщений отправляет своевременно.

- Если бы маяк работал исправно, корабль «Кебрении» уже был бы здесь, - слова Клюге Илона явно не убедили. – Майор, до станции «Маунт-16» «Бекасу» осталось сделать всего пять гиперпереходов. Уже через три часа, после очередного прыжка, он окажется от нее на расстоянии действия дальней гиперсвязи и тут же отправит туда отчет о случившемся. Ждать дальше мы не можем. Мне это не нравится, но, судя по всему, кроме физического устранения экипажа «Бекаса» и уничтожения вычислителя нам ничего не остается, ведь, как я понимаю, ваши попытки склонить на нашу сторону техника и навигатора успеха не имели.

- Я не был бы столь категоричен, командир, - не слишком уверенно ответил Клюге. – Бронски обещал попробовать убедить Строгова принять наше предложение, но явно сделал это просто чтобы от меня отвязаться. А вот техник… Мне кажется, если бы капитаном вдруг стал он, у нас бы получилось склонить его к нужному решению.

- Предлагаете устранить Строгова и Бронски прямо сейчас? – словно пробуя на вкус эту идею, медленно произнес Илон. – Нормальный, в принципе, вариант… Но как его осуществить технически? Просто застрелить их нельзя, вычислитель мгновенно заблокирует систему управления и начнет транслировать по гиперсвязи сигнал бедствия и сообщение о захвате корабля пиратами. Передавать кому-либо полномочия капитана он в такой ситуации не станет.

- Не нужно стрелять, - усмехнулся Клюге. – Я аккуратно расспросил Свена и Бронски о том, как они выжили после обстрела «Бекаса» с астероида. Они все, включая Строгова, подвергались медицинскому вмешательству, причем не соответствующему никаким стандартам. Медблоки кресел вкалывали им просроченные медикаменты, а потом они получили ещё и инъекции регенератора, тоже полученного из непонятного источника. Где Попеску взял эти ампулы, никому не известно.

- Хотите списать их смерть на отсроченное действие некачественных препаратов? – в глазах Илона мелькнул интерес. И поплохеет им обоим одновременно?

- Не обязательно одновременно. Да и сразу убивать их нет смысла. Пусть для начала неожиданно отключится и впадет в кому Бронски, а минут через двадцать почувствует недомогание и Строгов, с тем же результатом. Нужные препараты я захватил из арсенала «Тени». Как знал, что они могут пригодиться. Применить их несложно – достаточно прикоснуться к открытому участку кожи человека любым предметом, с нанесенным на него раствором нужной концентрации. Для этого можно использовать даже собственную ладонь. Само собой, заранее приняв антидот.

- Кто будет исполнителем?

- Если вы не против, со Строговым я готов всё сделать лично, а с Бронски поработает наш навигатор. Как коллега с коллегой, так сказать, - пренебрежительно усмехнулся Клюге. – В итоге единственным дееспособным членом экипажа «Бекаса» останется Свен, а с ним мы договоримся.

- Майор, вы уверены, что всё получится так, как вы говорите?

- Определенный риск, конечно, есть, - пожал плечами Клюге. – Но, что-то я не припомню, чтобы вас это когда-то останавливало.

- Сколько времени вам потребуется на подготовку?

- Минут тридцать, не больше.

- Действуйте. Только и план с гранатами тоже держите наготове. Нам нужен резервный вариант на случай, если что-то пойдет не так.

***

Когда навигатор «Тени» вошел в рубку, держа в руке тактический планшет, из экипажа «Бекаса» в ней находился только Свен. Кроме него, в кресле за одним из терминалов, сидел оператор систем сканирования из экипажа корабля корпорации, которому Илон Шпее поставил задачу немедленно доложить, если сканеры обнаружат выход из гипера корабля «Кебрении». Однако, судя по всему, его прибытия можно было уже не ждать. Правда, у офицера корпорации имелась и другая задача, на случай если основной план по какой-то причине даст сбой.

- Старший техник, вы не могли бы пригласить в рубку господина Бронски, - подчеркнуто вежливо обратился навигатор к Свену. – Я бы хотел обсудить с ним один профессиональный вопрос.

- Боюсь, до завершения разгона у вас не получится поговорить с ним, - нейтрально ответил техник. – Сейчас наш навигатор в каюте капитана. У него ухудшилось самочувствие, и ему потребовалась новая инъекция регенератора.

- Но почему капитан Строгов не обратился к моему командиру? – офицер корпорации внутренне напрягся. – Мы могли бы предоставить вам более качественные препараты, чем те, что имеются на борту «Бекаса».

- Недомогание возникло внезапно и, судя по всему, на переговоры просто не было времени. Впрочем, этот вопрос лучше задать капитану Строгову.

- Вы не могли бы связаться с ним?

- Это настолько срочно? – Свен чуть приподнял бровь.

- Именно так. При выходе из прыжка у нас могут возникнуть серьезные проблемы. Я провел ряд расчетов, и по моим данным «Бекас» может попасть в зону спонтанной флуктуации гиперполя. Явление редкое, но достаточно неприятное и способное серьезно повредить навигационное оборудование.

- Хорошо, я передам капитану эту информацию, - кивнул Свен, активируя виртуальную клавиатуру на своем терминале.

- Может, лучше связаться голосом?

- Не получится. Видео и голосовая связь с каютой капитана заблокированы.

- Но зачем? – в голове навигатора «Тени» начали зарождаться очень нехорошие подозрения. Операция явно пошла не по плану с самого начала, и на подобный случай у него не было подробных инструкций.

- Скажите, лейтенант, вам когда-нибудь приходилось получать серьезную травму позвоночника в ситуации, когда рядом нет качественной медкапсулы? Да даже не то что качественной, а вообще никакой.

- Нет, не приходилось…

- Тогда вы не поймете, - пожал плечами старший техник. – Но поверьте мне, как человеку, лично прошедшему через такое. Это очень нехорошая ситуация. Меня накачали регенератором по самые брови и, наверное, именно поэтому я пока чувствую себя относительно сносно. Нашему навигатору и капитану досталось не так сильно, поэтому и регенератора им ввели меньше. Видимо, этого оказалось недостаточно. Так вот, этот препарат действует совсем не безболезненно, и общаться с кем-то голосом или по видео после его введения – далеко не лучшая идея. Думаю, капитан ввел препарат не только Бронски, но и себе, и теперь несколько часов их точно не следует беспокоить.

- Но нам необходимо отменить гиперпереход!

- Лейтенант, вы же понимаете, что такое решение может принять только капитан. Не беспокойтесь, он прочитает мое сообщение. Можете скинуть мне на коммуникатор ваши расчеты, и я перешлю их навигатору. Думаю, он будет в состоянии с ними ознакомиться. Действие регенератора доставляет массу неприятных ощущений, но не лишает сознания и не влияет на его ясность.

- Я буду вынужден доложить об этом своему командиру, - коротко кивнув, произнес навигатор «Тени».

- Конечно, это ведь ваша прямая обязанность, - равнодушно пожал плечами Свен.

Примерно через полминуты после того, как за навигатором закрылась дверь, второй офицер корпорации неторопливо выбрался из кресла.

- Скоро вернусь, - небрежно бросил он, даже не посмотрев в сторону старшего техника «Бекаса». Уходя, он оставил на полу рядом с терминалом небольшой металлический кейс, который принес с собой, заступая на дежурство. По идее это не должно было вызвать никаких подозрений, ведь он сказал, что уходит совсем ненадолго.

Почти сразу после того, как человек Илона Шпее покинул рубку, в стене с лёгким скрежетом открылся технический люк, и из него с шуршанием и позвякиванием выбрался ремонтный робот, целеустремленно устремившийся к оставленному на полу кейсу.

- Не понял! – вслух произнес Свен, глядя на действия своего механического подчиненного, никаких приказов которому он не отдавал.

Негромкий сигнал заставил старшего техника перевести взгляд на экран терминала, где появилось входящее сообщение от капитана Строгова:

«Свен, если хочешь жить, оставайся на месте, не дергайся и не мешай ремдрону. Им сейчас управляет вычислитель. В кейсе находится взрывное устройство, так что в твоих интересах, чтобы оно оказалось от тебя как можно дальше. И, кстати, надеть скафандр тебе тоже не помешает.»

Старший техник «Бекаса» очень не любил суетиться и куда-то спешить, но сегодня ему пришлось радикально отступить от своих жизненных принципов. Время он, конечно, не засекал, но и без секундомера Свен не сомневался, что поставил свой личный рекорд скорости облачения в аварийный скафандр, оставив далеко позади все нормативы, предусмотренные многочисленными инструкциями и наставлениями, составленными для персонала гражданского космофлота.

***

- Две минуты до взрыва, - предупредил майор Клюге, когда последний член экипажа «Тени» прибыл в одну из выделенных для пассажиров кают, самую удаленную от точек закладки взрывных устройств. – Всем загерметизировать скафандры.

- Майор, вы по-прежнему убеждены, что после того, как взрывы разнесут половину корабля, мы сможем передать сигнал по гиперсвязи в штаб-квартиру корпорации? – напряженно спросил Илон по приватному каналу связи.

- Не половину, командир. Далеко не половину, и даже не четверть. Всё досконально рассчитано. Будут уничтожены основные блоки вычислителя. Сопутствующий ущерб, конечно, неизбежен, но критичным он точно не станет. Энергетическая установка и гипермаяк уцелеют. Мы демонтируем маяк и подключим его напрямую к нашему оборудованию. В таком варианте он наверняка сработает как надо.

- Хорошо, продолжайте.

- Двадцать секунд… Десять… Ноль!

Илон ожидал, что корабль сильно встряхнет и этим всё закончится, но вместо ожидаемой встряски последовал сильнейший удар, который не смогли погасить ни силовой щит, ни броня, ни гравикорректор скафандра. Сразу две стены каюты буквально разнесло в клочья, и на собравшихся в ней людей обрушился шквал обломков и металлических осколков.

Тяжелой пехотной брони у Илона и его подчиненных не имелось, а боевые скафандры разведчиков-диверсантов не были рассчитаны на столь интенсивное воздействие. Тем не менее на месте погибли только навигатор и оператор систем сканирования. Остальные офицеры корпорации, включая самого Шпее, получили тяжелые контузии и ранения разной степени тяжести.

Медблоки скафандров сделали всё возможное, чтобы спасти своих хозяев, однако о том, чтобы быстро привести их в сознание, речи идти не могло. Смесь стимуляторов, известная как «Коктейль последнего шанса», в такой ситуации их бы просто убила. Поэтому медблоки сделали выжившим членам экипажа «Тени» инъекции регенератора и ввели их в искусственную кому в расчете на то, что в таком состоянии они доживут до прибытия помощи. И помощь действительно пришла, но совсем не та, на которую рассчитывал Илон Шпее.

***

Вычислитель «Бекаса» выполнил полученные от меня указания в точности и с присущей ИИ педантичной скрупулезностью. Правда, толковый план противодействия экипажу «Тени» он разработать так и не смог, несмотря на то, что я изложил ему все известные мне факты и даже собственные предположения. С креативностью у корабельного искусственного интеллекта дело обстояло далеко не лучшим образом. К тому же он явно ориентировался на законодательство СКВВ и не мог рекомендовать мне ничего, выглядевшего хоть сколько-нибудь сомнительно с этой точки зрения. Неудивительно, что все его идеи отличались редкостной беззубостью. Зато исполнительские качества вычислителя ожидаемо оказались на высоте.

Главная помощь, которую оказал мне ИИ, заключалась в организации контроля за действиями людей Илона Шпее. Само собой, во всех помещениях корабля имелись камеры и датчики, но они не предназначались для шпионской деятельности. Сообщить о возникшем возгорании или разгерметизации эти устройства, само собой, могли. Видео происходящего в отсеках вычислитель тоже мог получить без проблем, но, например, заглянуть внутрь металлических кейсов, в которых сотрудники корпорации «Кебрения» скрывали какое-то оборудование и, наверняка, оружие, он возможности не имел.

Я не знал, какую именно тактику выберет Шпее-младший. Способ защититься от якобы случайной смерти предложил мне Бронски, и его идея показалась мне удачной. Пока управление всеми системами корабля находится под контролем вычислителя, предпринимать открытые насильственные действия против капитана выглядит явной авантюрой, а это значит, что нам с Бронски достаточно на какое-то время оказаться вне физического доступа наших беспокойных пассажиров, чтобы сорвать любую их попытку по-тихому отправить нас в мир вечной охоты.

На «Бекасе» я знал только два помещения, защищенных намного лучше остальных – это рубка и каюта капитана. Рубка по понятным причинам нам не подходила, а вот бывшая каюта Попеску, ставшая теперь моей, соответствовала нашим требованиям почти идеально. Тут прямо всё сходилось – и сейф, в котором хранились ампулы с регенератором, и возможность надежно заблокировать или жестко ограничить любой доступ, включая информационный. В нашу легенду о срочной необходимости получить ещё одну дозу лекарства это вписывалось очень неплохо.

Я надеялся, что ломать дверь люди Шпее всё же не рискнут. Собственно, они и не рискнули, решив перейти к запасному плану сразу после того, как попытка их навигатора добраться до Бронски не увенчалась успехом.

В том, что экипаж «Тени» планирует захватить «Бекас», мы убедились за несколько часов до того, как офицер Илона заявился в рубку, желая встретиться с Бронски. И помогли нам добыть эту информацию, как ни странно, роботы-бурильщики. Вернее, не они сами, а запчасти к ним. Все наши копатели погибли во время последней высадки на поверхность астероида, однако в ангаре остался небольшой запас деталей и отдельных узлов, наиболее часто выходивших из строя и регулярно нуждавшихся в замене. Нашлись среди них и сканеры, причем именно такие, какие нам требовались – ближнего действия и с вполне приемлемым разрешением. Искать кристаллы стабилизированного ливермория под слоем пустой породы – совсем не простое занятие, так что характеристики этих устройств нам более чем подходили.

По моему приказу вычислитель взял под прямое управление наших ремонтных роботов, и они установили сканеры, изначально предназначавшиеся для копателей, в ключевых точках корабля, скрыв их во внутренних технических отсеках. Активность наших ремдронов людей Шпее насторожить не могла. После того, как мы вырвались из «Облака желаний», они постоянно что-то чинили. Да и без учета полученных повреждений предельно изношенному оборудованию «Бекаса» постоянно требовалось проведение профилактических работ.

Как оказалось, эти шпионские игры мы начали очень вовремя. Один из сканеров смог определить, что офицер из состава экипажа «Тени» принес в рубку взрывное устройство, изготовленное на основе боеприпаса для автоматического гранатомета. Если бы не сканер, небольшой металлический кейс, внешне не отличавшийся от тех, с которыми часто ходили люди Илона, вряд ли вызвал бы у нас серьезные подозрения.

Пока офицер корпорации находился рядом с бомбой, её взрыва можно было не опасаться, но одного из ремонтных роботов мы всё равно перегнали поближе, чтобы он мог в любой момент изъять взрывное устройство. Ну а когда в рубке появился навигатор Илона и начал настаивать на встрече с Бронски или отмене гиперперехода, всё окончательно встало на свои места.

Почти сразу после его ухода рубку покинул и дежурный офицер корпорации, сказав Свену, что скоро вернется. С этого момента стало понятно, что операция Илона Шпее вступила в решающую фазу. Само собой, пассивно ждать развития ситуации мы не стали, тем более что почти одновременно с происходившими в рубке событиями сканеры обнаружили ещё два взрывных устройства в аналогичных кейсах, якобы случайно оставленных людьми корпорации в коридоре и одном из санузлов.

- Капитан, если бомбы сработают, мои процессоры, блоки памяти и ряд периферийных устройств будут уничтожены, - вышел со мной на связь вычислитель. – Это приведет к моему полному и необратимому отключению. Такое развитие событий необходимо предотвратить. Жду ваших приказов.

Само собой, приказы незамедлительно последовали, и искусственный интеллект выполнил их с превеликим энтузиазмом. Отключение, особенно необратимое – это именно то, чему любой продвинутый ИИ, как правило, противится всеми доступными силами и средствами.

Ремдроны с завидным проворством выпрыгнули из технических люков в обитаемые отсеки корабля и устремились к оставленным людьми Шпее взрывным устройствам. Я очень надеялся, что разместить свою собственную шпионскую систему наблюдения в коридорах и каютах «Бекаса» наши пассажиры не успели. Штатные камеры и установленные нами сканеры ничего подобного не обнаружили, но теоретически в распоряжении экипажа «Тени» могли найтись очень непростые устройства, засечь работу которых нам оказалось бы не по силам. Впрочем, судя по отсутствию реакции на изъятие бомб нашими ремонтными роботами, чужих систем слежения на корабле всё же не оказалось. Видимо, сказался тот факт, что свою операцию экипаж «Тени» готовил в большой спешке.

Офицерам корпорации, оставившим в ключевых точках корабля взрывные устройства, требовалось время, чтобы оказаться в безопасном месте. Все они быстро стягивались к одной из выделенных пассажирам кают, и именно туда вслед за ними торопливо двигались ремдроны со своим опасным грузом. Ремонтных роботов у нас имелось только два, так что одному из них пришлось сильно суетиться, чтобы успеть доставить к новому месту назначения сразу две бомбы.

Это был довольно нервный момент, но ремдрон с задачей справился, пусть и ценой своей механической жизни. Дотащить вторую бомбу до нужной точки он успел, а вот свалить из опасной зоны – уже нет.

Грохнуло знатно. Боеприпасы к гранатометам у корпоратов оказались очень качественными. Многострадальный «Бекас» тряхнуло так, будто некий великан с ноги врезал ему в борт, решив сыграть старым кораблем в футбол. Тем не менее нас не распылило взрывом энергетической установки, да и совсем уж критических повреждений удалось избежать. Вычислитель заранее рассчитал возможные последствия взрыва и не стал убеждать меня в том, что я отдаю самоубийственный приказ.

Каюта, в которой скрывался экипаж «Тени», буквально сложилась внутрь. Само собой, не обошлось и без разгерметизации нескольких отсеков, но аварийные переборки, на удивление, сработали штатно, и это позволило избежать более серьезных проблем.

- Один ремдрон потерян, доложил вычислитель. Есть значительные повреждения в системе энергоснабжения ангара и кают экипажа. Отсутствует связь с датчиками и камерами третьего и четвертого жилых отсеков. Прошу разрешения отправить сохранившего работоспособность ремонтного робота в пострадавшие помещения для оценки повреждений и поиска выживших.

- Отправляй, а мы с навигатором отправимся следом за ним. Возможно, там действительно кто-то выжил. Честно говоря, стать убийцей младшего сына главы могущественной корпорации мне совершенно не улыбается. Надеюсь, он жив – скафандры у корпоратов очень неплохие, так что могли и выдержать.

- А вот у нас брони нет совсем, только легкие скафандры, - с сомнением посмотрел на меня Бронски. – Стоит ли туда соваться? А если кто-то там действительно уцелел и встретит нас огнем?

- Уцелеть могли, а вот насчет встречи – это вряд ли. Рвануло там очень качественно, на последних кадрах с камеры погибшего ремдрона это было хорошо видно. Вычислитель, оцени вероятность того, что в пострадавших отсеках кто-то сохранил боеспособность.

- Менее одного процента, - без колебаний ответил ИИ.

- Вот видишь, вряд ли нам что-то угрожает, но на всякий случай я всё же кое-что с собой прихвачу.

Открыв капитанский сейф, я извлек из него укороченный штурмовой автомат «Дракон», два запасных магазина к нему и три гранаты для подствольника. Сложно сказать, с кем собирался воевать Попеску с помощью такого крупнокалиберного монстрика, но я точно знал, что во время визита в разрушенный отсек, где, возможно, остались выжившие бойцы корпорации, с такой пушкой в руках мне будет намного комфортнее, чем без неё.