Шёпот вакуума

Глава 3

О том, что на окраине освоенной зоны существуют области аномалий, я, само собой, слышал и раньше. Правда, достоверной информацией на эту тему располагали немногие, и я с такими людьми пока не встречался. Зато различных слухов об аномалиях более чем хватало. Судя по тому, что я успел понять из нескольких случайных фраз капитана и членов команды «Бекаса», никто из них тоже толком не знал, что нас там ждет. Ну, если не считать общих слов о том, что кристаллов стабилизированного ливермория в этих местах хватает, как и опасностей, поджидающих каждого, кто решит до них добраться.

Собственно, всё это мало отличалось от тех обрывочных сведений, завернутых в красочные выдумки многочисленных рассказчиков, которые добирались до моих ушей раньше. В областях аномалий исчезали корабли и целые эскадры. В период расцвета Метрополии туда не раз отправлялись хорошо оснащенные экспедиции, да и группы авантюристов, готовых рискнуть своими жизнями ради сверхприбыли, проявляли к этим местам немалый интерес. Правда, обратно возвращались немногие, и, как правило, эти счастливчики не спешили делиться с широкой общественностью информацией о том, с чем они там столкнулись. Впрочем, кое-что всё-таки просочилось если и не в широкие народные массы, то к отдельным заинтересованным лицам, в чем я вскоре и получил возможность убедиться.

- Следующий прыжок выведет нас к границе аномальной зоны «Облако желаний», - сообщил нам Попеску, собрав в рубке весь экипаж. – Дальше пойдем в особом режиме. Пару минут назад я загрузил в память корабельного вычислителя специальный программный модуль, который активируется сразу после выхода из гипера. После этого ваши рабочие терминалы начнут отчаянно тупить, потому что все универсальные сервисы, завязанные на искусственный интеллект, просто перестанут работать. Функционал сохранится только у узкоспециализированных нейронных сетей, которые и интеллектом-то назвать сложно. Всё остальное придется делать либо вручную, либо с помощью обычного программного кода, работающего по жестким алгоритмам.

- И как мы с этим будем работать? – навигатору услышанное явно не понравилось.

- Молча, Бронски, - резко бросил капитан. – Если не хочешь сдохнуть, об искусственном интеллекте лучше забудь. Использовать его в области аномалий – это прямой путь к тому, чтобы оттуда не вернуться.

- Капитан, при таком раскладе мы будем уходить в гипер почти вслепую! – не захотел уступать навигатор. – Погрешность при выходе из прыжка составит до пяти процентов, а то и больше. Ты же сам меня и сожрешь за дикий дополнительный расход топлива.

- Не сожру, - тоном ниже ответил Попеску. – Потому что не хочу пополнить своим именем список тех, для кого рейд в «Облако желаний» стал дорогой в один конец. Хрен с ней, с погрешностью. И с дополнительными расходами тоже. Кроме того, я ведь сказал, что узкопрофильные нейронные сетки работать будут, только будьте готовы к тому, что и они могут иногда сбоить. Редко, но могут. В общем, ничего невозможного я от вас не требую. Да, работать станет сложнее, но и контракты у вас несколько изменились, не забывайте об этом. Фактически, мы теперь партнеры. По крайней мере, в этом рейде.

- Ну, раз мы партнеры, так может объяснишь подробнее, капитан? – негромко, но довольно жестко произнес старший техник. – Ради чего ты хочешь почти полностью «задушить» корабельный вычислитель и устроить нам веселую жизнь? Не знаю, как остальным, а мне бы хотелось знать, чего ты так боишься?

- Вообще-то, эта информация стоила мне немалых денег, Свен, - зло ощерился капитан. – Как, кстати, и программный модуль. Хочешь знать всё – компенсируй мне часть этих затрат из своей доли. Готов на такую сделку?

На несколько секунд в рубке повисла напряженная тишина, и я почти физически ощутил, как стремительно накаляется атмосфера. Экипаж не верил своему капитану и не горел желанием выполнять приказы, не понимая их смысла, а Попеску не хотел делиться ценными сведениями. Видимо, опасался их утечки к конкурентам, прекрасно понимая, что его люди почти наверняка разбегутся, как только «Бекас» вернется на станцию. Вернее, если вернется. И, судя по всему, именно это «если» заставило владельца корабля уступить.

- Ладно, будем считать, что я пошутил, - усмехнулся Попеску. – Ты прав, Свен, партнеры должны доверять друг другу, так что слушайте, повторять не буду. Само собой, планируя этот рейд, я не собирался ломиться в область аномалий вслепую. Выяснил кое-что о том, что здесь происходит. Есть у меня знакомый, тоже в недавнем прошлом промышлявший добычей ливермория. За ним был должок. Давний уже, но он о нем помнил. Теперь он мне больше ничего не должен.

- Хомяк, что ли? – со смесью недоверия и удивления спросил Свен.

- Хотел бы сказать – сказал бы, - мрачно зыркнул на старшего техника капитан. – Ещё раз перебьешь, вообще больше ничего не услышишь. Короче, информацией бывший капитан со мной поделился, и программный модуль получен тоже от него. Подставы я от этого человека не жду, опять же, в силу специфики наших с ним прошлых дел. А рассказал он, что в отличие от планетных систем, где мы обычно добываем кристаллы, зоны аномалий – это области пространства, в которых флоты Изначальных не просто когда-то сражались друг с другом, а где уцелели и продолжают функционировать какие-то их устройства. Понятно, что это только предположение, но оно многое объясняет. Самих Изначальных уже давно нет, никто этот факт оспаривать не пытается. Однако от них остались не только месторождения стабилизированного ливермория. Считается, что аномалии – это результат работы неких аналогов наших систем РЭБ, только на несколько порядков более опасных. В зоне их действия любой достаточно продвинутый искусственный интеллект начинает сначала сбоить, а потом полностью выходит из-под контроля, переставая выполнять поступающие команды. И хорошо если всё ограничивается только этим. В худшем варианте он пытается уничтожить своих бывших хозяев. Думаю, никто из вас не горит желанием оказаться в ситуации, когда вычислитель «Бекаса» вырубит все системы жизнеобеспечения или отключит защиту энергетической установки. Именно поэтому любой ИИ, способный к самообучению, в области аномалий опасен, так что все продвинутые функции центрального и периферийных вычислителей будут отключены. Работать придется с тем, что останется, то есть с узкопрофильными нейронками, причем только по отдельности с каждой. Собирать их в пакеты, взаимодействующие между собой, тоже опасно.

- Хреново, - мрачно констатировал оператор систем сканирования, когда стало ясно, что Попеску сказал уже всё, что собирался, и продолжения не будет.

- Это ещё мягко сказано, - в том же тоне высказался навигатор. – Может, всё-таки передумаешь, капитан? По мне так лучше остаться без корабля, но хотя бы пожить подольше.

- Не обсуждается, - вполне ожидаемо ответил Попеску. – Приступай к разгону, Бронски. Все проблемы будем решать по мере поступления, так что не мандражируй. Мы знаем, какая угроза нас ждет, и понимаем, как ей противостоять, а это уже половина успеха. Лучше подумай о том, что будешь делать со своей долей ливермория, когда мы вернемся на станцию.

- Выполняю, - после короткой паузы кивнул навигатор. Ему явно было что возразить капитану, однако он предпочел промолчать, понимая бесполезность дальнейшей дискуссии.

У меня тоже хватало аргументов против, но мой голос в данной ситуации вообще ничего не значил, так что высказывать их не имело никакого смысла. Попеску и сам прекрасно понимал всю необоснованность своего наигранного оптимизма и просто пытался хоть как-то поднять моральный дух экипажа, устойчиво обосновавшийся где-то на уровне плинтуса.

Если бы все проблемы ограничивались тем, что он нам рассказал, крупнейшие корпорации уже давно выгребали бы из аномальных областей тонны ливермория. Однако они предпочитали держаться от этих зон на почтительном расстоянии, и за этим решением наверняка стояли более чем веские основания. Руководство корпораций явно знало об аномалиях намного больше капитана Попеску.

***

Первый гиперпрыжок в пространство «Облака желаний» привел нас в окрестности безымянного белого карлика, выглядевшего, на первый взгляд, не слишком перспективно. Планет у этой довольно яркой звезды не оказалось, а два разреженных пояса астероидов выглядели не слишком убедительно. Вряд ли противоборствующие флоты Изначальных могли вести серьезные сражения за такое бесполезное во всех отношениях место. А где не было их крупных сражений, там и кристаллы ливермория искать бесполезно.

- Здесь останавливаться не будем, - словно прочитав мои мысли, произнес капитан. – Сюда и до нас многие заглядывали – очень уж удобно эта звезда расположена. Прыгнул из-за границы области аномалий, быстренько обшарил пару астероидов, и обратно – в нормальное пространство. Таких умников поначалу находилось немало. Только нет здесь ничего, так что давай, Бронски, считай следующий прыжок. Не стоит нам тут долго задерживаться.

- Может, всё-таки глянем на два-три местных булыжника в одно касание? – не слишком уверенно предложил Свен. – Наш счетчик даже на астероидах Белоны-Б что-то найти смог, причем там, где никто и искать-то не пробовал за явной безнадежностью. Вдруг и здесь такие места есть?

- Некогда нам пустышки перелопачивать, - отрицательно качнул головой Попеску. – Здесь каждую минуту можно ждать какой-нибудь пакости, так что если уж рисковать, то только там, где есть шанс получить по-настоящему хороший результат.

- Ты знаешь такие места? – не скрывая сомнений поинтересовался навигатор.

- Гарантий не дам, но кое-какие намеки мой источник сделал. Наша первая цель – система двойной звезды Шварон. Отсюда до нее можно дотянуться одним прыжком.

- Можно, - с некоторым сомнением согласился Бронски, – но Шварон расположен от нас заметно ближе, чем дистанция стандартного гиперперехода. Режим будет неоптимальным. Разумнее было бы выбрать более длинный маршрут, состоящий из пары обычных прыжков, а не ломиться по кратчайшему пути. За один такой нестандартный переход мы сожжем раза в три больше топлива, чем за два обычных прыжка.

- Знаю, - равнодушно кивнул Попеску. – Только лучше потратиться на лишнее топливо, чем скакать, как блоха, по области аномалий. Здесь каждый выход из гипера – это дополнительный риск. Всё, хватит рассуждать. Считай прыжок.

Ждать пришлось довольно долго. Выполнить все необходимые расчеты, пользуясь лишь малой частью обычных возможностей корабельного вычислителя, оказалось для Бронски не самой простой задачей. Под конец навигатор буквально обливался потом, негромко, но злобно и нецензурно поминая позорно низкую скорость сходимости итераций и отвратительную точность получающегося решения. Ко всему прочему, если верить его словам, оно могло оказаться ещё и локальным, а не глобальным, со всеми вытекающими из этого дерьмовыми последствиями. Я прям заслушался.

- Всё, капитан, готово, - наконец устало доложил Бронски. – Что мог, я сделал, но сразу предупреждаю, расчет, мягко говоря, далек от идеала. Увы, лучше я в таких условиях точно не сделаю, хоть выбрасывайте меня за борт. Нет, попробовать я, конечно, могу…

- Приступить к разгону, - не обращая внимания на недовольное бухтение навигатора, приказал Попеску. – Мы и так здесь задержались гораздо дольше, чем следовало.

Набор скорости для ухода в гиперпрыжок давался «Бекасу» непросто. Изрядно побитый жизнью корабль не испытывал никакого желания изображать из себя быстроходный курьерский клиппер. Тем не менее примерно через час старший техник доложил о готовности к гиперпереходу.

Капитан Попеску облегченно выдохнул и уже собирался отдать соответствующий приказ, когда в углу главного экрана вспыхнула желтая отметка, почти сразу окрасившаяся в красный цвет. Коротко взвывшая сирена лишь подтвердила мои худшие опасения. Теперь в системе мы были не одни, и неизвестный корабль, стремящийся пересечь курс «Бекаса», имел ярко выраженные враждебные намерения. Правда, появился он поздновато, но задержись мы ещё хотя бы минут на десять, и неизвестно, чем бы эта встреча для нас закончилась.

- Виктор, кто это? – мгновенно севшим голосом, спросил второй техник.

- Под маскировкой не разобрать, - сосредоточенно ответил оператор систем сканирования. – Капитан, неизвестный корабль открыл огонь! Фиксирую вспышки разгонных импульсов орудий среднего калибра!

- Прыжок! Немедленно! – резко выкрикнул Попеску, едва не срываясь на визг.

Изображение на главном экране мигнуло. Пространство вокруг нас схлопнулось в точку, и, спустя неуловимое мгновение, «Бекас» в бледной вспышке вторичного излучения вывалился в обычное пространство в восьми с хвостиком световых годах от точки старта.

- Твою ж за ногу… - беззлобно ругнулся Виктор. – Вот это мы удачно оттуда сдернули. Не знаю, кто нас атаковал, но, судя по скорости приближения снарядов, подлетное время у них на такой дистанции секунд семь. Если бы мы не ушли в прыжок, увернуться от залпа не было бы никаких шансов, а наш силовой щит и броня – это смех один, причем смех сквозь слёзы.

- Отставить пустой трёп, - прошипел Попеску, которого, похоже, всё ещё колотила нервная дрожь. – Навигатор, доклад! Почему я до сих пор не знаю, куда нас привели твои дерьмовые расчеты?!

- Нормально мы прыгнули, капитан, - с демонстративной обидой в голосе ответил Бронски. – Вот же он, Шварон-А. До условной границы его планетной системы мы доберемся часа за три. Не такими уж плохими оказались мои расчеты. Могло быть намного хуже.

- Виктор, что видят сканеры? – не унимался капитан.

- Космос чист, - стандартной фразой ответил оператор систем сканирования.

- Уверен?

- Нет, конечно, - пожал плечами Виктор. – Тебе, капитан, не хуже меня известно качество нашей аппаратуры. Извини, но у нас не линкор Метрополии и даже не какой-нибудь корвет одной из крупных корпораций.

Сомнения Виктора я вполне разделял. На главном экране кроме ярких точек компонентов А и Б двойной звезды Шварон отображались полтора десятка планет, несколько поясов астероидов и более мелкие космические объекты естественного происхождения. На первый взгляд, ничего опасного, но это только если верить сканерам «Бекаса», чья чувствительность оставляла желать много лучшего. Во всяком случае, неизвестный противник, атаковавший нас перед самым прыжком, смог скрытно подобраться к нам на дистанцию залпа, и ускользнули мы от его снарядов лишь благодаря удачному стечению обстоятельств.

- Курс на внутренний пояс астероидов Шварона-А, - всё ещё не до конца успокоившись, но уже взяв под контроль эмоции, приказал Попеску. – Счетчик, у тебя будет около пяти часов на адаптацию к новым условиям работы. Проверь всё как можно тщательнее. Когда прибудем на место, времени на это уже не будет. Я не хочу задерживаться здесь ни одной лишней минуты.

- Капитан, тут не о минутах речь, - не удержался я от очевидного замечания. – Если мы хотим вести добычу, нам придется остаться в этой системе на несколько суток. Копатели быстро не работают.

- Заткнись и выполняй приказ, - зло процедил Попеску. – Экипаж, чего расселись? Вас это тоже касается. Провести проверку всех ключевых систем корабля! Я не потерплю никаких сбоев и технических неполадок. Если придется экстренно сваливать, «Бекас» должен выдать всё, на что он способен. Или, может быть, кому-то из вас настолько понравились местные пейзажи, что он жаждет остаться здесь навсегда?

***

- Объект наблюдения вышел из прыжка в окрестностях двойной звезды Шварон, - доложил навигатор.

- Очень хорошо, - удовлетворенно кивнул Илон Шпее, увидев, как на тактической голограмме добавился ещё один обозначенный пунктиром отрезок маршрута «Бекаса».

Сейчас капитан Попеску делал для корпорации «Кебрения» очень полезную и опасную работу, причем совершенно бесплатно. Мысленно Илон пожелал ему удачи, ведь чем дольше «Бекас» проживет в области аномалий, тем больше он соберет ценнейшей информации. Гипермаяк, встроенный в корпус поисковика, пока передавал лишь короткие пакеты с координатами корабля, делая это в момент выхода из прыжка, но этим его функция не ограничивалась.

Отправлять более объемные сообщения было рискованно. Это могло привести к обнаружению маяка экипажем. Кроме того, Илон не хотел раньше времени привлекать к «Бекасу» внимание обитателей аномальной зоны. Он знал, что некоторые из них способны реагировать на сильные возмущения гиперполя и не желал рисковать столь ценным разведчиком, пусть и используемым втемную. А вот когда над кораблем Горна Попеску нависнет угроза неминуемой гибели, гипермаяк сработает на полную мощность и отправит Илону объемный пакет информации, содержащий копию всех данных о последнем рейде «Бекаса». В том, что такой момент настанет, младший сын главы корпорации «Кебрения» не сомневался. Даже если вольный поисковик уцелеет в области аномалий, на выходе его встретит корабль Илона, и эта встреча станет для капитана Попеску и его людей последней.

- Навигатор, с какого расстояния мы сможем уверенно принимать передачи гипермаяка? – спросил Илон, внимательно вглядываясь в пунктирные линии на тактической голограмме.

- Если он по-прежнему будет работать в режиме малой мощности, то с дистанции двух-трех стандартных прыжков. С учетом того, что объект находится в аномальной зоне, я бы рассчитывал не более чем на два. На полной мощности – примерно четыре.

- Плохо, - недовольно поморщился Илон. – Этот Попеску достаточно безумен, чтобы попытаться влезть в «Облако желаний» намного глубже. Получается, если мы останемся за границей области аномалий, мы его потеряем?

- Только на время, - возразил майор Клюге. – Если сунется вглубь зоны, его там быстро прихлопнут, и мы сразу получим полный пакет данных. На максимальной мощности маяк способен добить до границ «Облака желаний».

- Не хочу рисковать, - категорично заявил Илон. – Если мы потеряем контроль за перемещениями «Бекаса», и он сгинет где-то за пределами зоны связи, вместе с ним пропадет значительная часть очень ценных данных, а этого я допустить не могу. Мы пойдем за ним по его маршруту. Если уж убогая посудина капитана Попеску там только что прошла без всяких проблем, значит и нам в этих точках пространства ничего не грозит.

- Командир, позвольте переговорить с вами наедине, - негромко произнес Клюге.

- Идемте, майор, - недовольно кивнул командир корабля-разведчика. – Пообщаемся в моей каюте. Надеюсь, такой вариант вас устроит?

- Более чем.

До каюты они дошли молча. На отвлеченные темы говорить им было не о чем, а то, что Клюге хотел сказать сыну главы корпорации, совершено не предназначалось для чужих ушей.

- Будете убеждать меня не входить в область аномалий, майор? – прямо спросил Илон, когда за ними закрылась дверь каюты. – И что будет, если я вас не послушаю?

- Мне бы не хотелось начинать разговор с взаимных претензий, Илон, - спокойно ответил Клюге. – Я думаю, гораздо продуктивнее будет обсудить эту проблему без лишних эмоций. Уверен, мы обо всём договоримся.

- Договоримся? – демонстративно изогнул бровь сын главы корпорации. – Вы ведь хотите запретить мне последовать за этим убогим корабликом, не так ли? И если я стану упорствовать, воспользуетесь полномочиями, полученными от моего отца. Можете не делать вид, что не понимаете, о чем речь. Мы оба знаем, что такие полномочия у вас есть.

- Я и не отрицаю, - невозмутимо пожал плечами майор. – Однако использовать их мне бы очень не хотелось. Не буду лукавить, я совершенно не рад тому, что оказался втянутым в эту историю. Ваш план смел, дерзок и в случае успеха может принести корпорации немалые прибыли, но, как любой подобный план, он сопряжен с большими рисками, а ваш отец готов рисковать кем угодно, только не своим сыном.

- Можно подумать, он сам добился своего положения, всегда избегая риска, - с сарказмом в голосе ответил Илон.

- Риска Марк Шпее никогда не боялся, это точно, - согласно кивнул Клюге. - Мы вместе с ним прошли через очень непростые события, потому он мне и доверяет. Но тогда были другие времена. Он рисковал, чтобы создать свою бизнес-империю, а сейчас такой риск уже не требуется. Корпорация «Кебрения» и так процветает. Наследники – самое ценное, что есть у вашего отца. Именно поэтому Марк поручил мне заботу о вашей безопасности, Илон. Правда, этим он поставил меня между молотом и наковальней. Вы оба очень сильные и харизматичные лидеры, способные добиваться своего, ломая на пути любые преграды. Неудивительно, ведь вы отец и сын. Так что передо мной стоит очень непростой выбор. Если я запрещу вам преследовать корабль Попеску и этим сорву ваш план, вы немедленно внесете меня в список своих врагов. Это сулит мне очень большие проблемы в будущем. А если разрешу, то стану врагом вашего отца, причем прямо сейчас, потому что Марк категорически запретил мне отпускать вас в области аномалий. Запретил ещё до начала операции, прекрасно понимая, что при малейшей возможности вы попытаетесь проникнуть туда и посмотреть на то, что там происходит, своими глазами.

- И что вы предлагаете, майор? – уже более спокойным тоном спросил Илон. Слова Клюге его не убедили, но всё же заставили задуматься.

- Я не стану оспаривать ваше решение и применять данные мне вашим отцом полномочия, но вы пообещаете мне, что мы не пойдем за «Бекасом» в «Облако желаний» дальше, чем до первой точки его выхода из гипера. «Тень» - очень хороший корабль, быстрый и незаметный. Тем не менее в аномалиях исчезали и более продвинутые разведчики, включая скауты времен пика могущества Метрополии. Да, с учетом того, что по этому маршруту только что прошел корабль капитана Попеску, риск не так уж велик, но только если у нас всегда будет возможность одним прыжком покинуть аномальную зону. Вы согласны на такой компромисс?

- Будем считать, что вы меня убедили, майор, - немного подумав, ответил Илон. – Пожалуй, теперь я понимаю отца, решившего приставить ко мне в качестве няньки именно вас. Умение находить взаимоприемлемые решения там, где их, казалось бы, не может быть – это очень ценное качество.

- Спасибо, Илон. – Клюге обозначил на лице вежливую улыбку. – Мне приятна столь высокая оценка моих способностей, особенно когда она звучит из ваших уст.

***

На этот раз Попеску приказал не использовать зонды для предварительной разведки системы. «Бекас» находился в слишком опасном месте, и рисковать капитан не хотел. Работа систем гиперсвязи могла привлечь к нам внимание тех сил, по вине которых здесь с угнетающей регулярностью исчезали корабли теперь уже не слишком многочисленных авантюристов, пытавшихся сорвать крупный куш там, где потерпели неудачу почти все их предшественники. Нам пока везло, но случай с атаковавшим «Бекас» неизвестным противником недвусмысленно намекал на то, что это везение может очень быстро закончиться. Поэтому капитан предпочитал проявлять максимальную осторожность.

- Мы на дистанции эффективного сканирования, - доложил Виктор, когда «Бекас» наконец приблизился к внутреннему поясу астероидов Шварона-А.

- Начинай скидывать информацию счетчику.

- Уже делается.

На моем экране действительно начали появляться первые снимки, однако сразу погрузиться в работу с ними у меня не получилось. Сказывалось нервное напряжение, и это мешало поймать правильный настрой, а в моей методике от него зависело очень многое.

- Не дергайся, счетчик, - капитан Попеску явно заметил мое состояние. – Никто на нас пока не нападает и, я надеюсь, в ближайшее время не нападет. Мы уже не в открытом пространстве. Обнаружить нас в поясе астероидов будет намного сложнее. Хочешь побыстрее отсюда свалить? Ну, так это сейчас только от тебя и зависит. Чем быстрее мы получим то, ради чего сюда прибыли, тем меньше времени нам придется здесь торчать, подставляя свои задницы под удары судьбы.

- Понял, капитан. Работаю, - вступать с Попеску в какие-либо споры я не собирался.

Понятно, что рассуждения по поводу сложностей с нашим обнаружением в поясе астероидов - это полный бред. Капитан просто пытался меня успокоить. «Бекас» с его примитивным маскировочным полем не смог бы скрыться даже от не самых продвинутых сканеров. Что уж говорить о возможностях неизвестных нам хозяев этих мест, которым удавалось справиться даже с военными кораблями Метрополии. Если мы окажемся в зоне их внимания, нам точно не выжить.

Тем не менее слова капитана о том, что именно от меня зависит время нашего нахождения в области аномалий, достигли цели. Я, конечно, и без него это понимал, но, как ни странно, произнесение этой простой мысли вслух действительно помогло мне сосредоточиться на деле.

Подавив рвущиеся наружу нехорошие предчувствия, я сосредоточился на первом снимке участка поверхности одного из астероидов. Наложенные на него силовые линии гиперполя причудливо изгибались, явно указывая на то, что в этой области пространства есть немало факторов, оказывающих на них серьезное влияние. Длительные тренировки на архивных данных дали свой результат, и нужные ассоциации начали возникать в моем мозгу одна за другой.

Мои пальцы замелькали над виртуальной клавиатурой, добавляя к снимкам новые параметры. Чуть позже созданная мной искусственная нейронная сеть использует их для оценки потенциала анализируемых участков, а пока я просто готовил для неё исходные данные.

Работать мне никто не мешал. Я настолько сосредоточился на снимках, что даже не сразу заметил, что «Бекас» уже успел несколько раз переместиться от одного астероида к другому. Эти космические булыжники мало чем отличались друг от друга, так что на снимках отдельных участков поверхности разница была не слишком заметна. Зато возникавшие в моей голове ассоциации, вызванные просмотренными изображениями, радовали большим разнообразием.

Даже без обработки снимков нейросетью мне было понятно, что ливерморий здесь есть, и его немало. Вопрос состоял лишь в том, где месторождения окажутся по-настоящему богатыми, а где роботам-бурильщикам придется уныло выковыривать из пустой породы отдельные небольшие кристаллы. Последнее, по понятным причинам, меня совершенно не устраивало, ведь я собирался покинуть зону аномалий как можно скорее.

Через пару часов непрерывной работы голова стала совсем мутной, и я понял, что пора переходить к анализу снимков с помощью нейросети. Накопилось их уже вполне достаточно, а значит, и результат должен быть неплохим.

Откинувшись на спинку кресла, я запустил нейронку в работу и прикрыл глаза, давая организму немного расслабиться. Мне по-прежнему никто не мешал. Весь экипаж, включая капитана, сосредоточенно пялился на экран моего терминала, где быстро сменяли друг друга изображения участков поверхности астероидов, и где вскоре должна была появиться итоговая таблица, в которой они будут отсортированы по уровню перспективности.

Негромкий сигнал терминала оповестил меня о том, что нейросеть завершила обработку исходных данных. Я немедленно открыл глаза и впился взглядом в верхние строки таблицы. Да, в отличие от астероидов Белоны-Б, сейчас мы, похоже, находились в настоящем ливермориевом раю. Семь участков, находившихся в верхней части списка, набрали максимально возможную сумму баллов.

В глазах капитана Попеску моментально вспыхнул азарт охотника.

- Бронски, курс на ближайший к нам участок из верхней семерки, - бодро прорычал он, быстрым шагом направляясь к своему терминалу. – Счетчик, готовь к вылету копателей. Поработаем, партнеры.

Похоже, перспектива богатой добычи напрочь вышибла из головы Попеску все мысли о возможных рисках, а ведь угрожающая нам опасность никуда не делась. До настоящего момента «Бекас» вел себя очень осторожно, ни разу с момента выхода из прыжка не использовав систему связи. Теперь же нам от этого было никуда не деться. Роботы-бурильщики не могут работать в полностью автономном режиме. Управлять ими придется с помощью ближней гиперсвязи. Это, конечно, не так опасно, как в случае обмена данными с разведзондами через половину планетной системы, но чувствительные сканеры могут засечь и такие информационные пакеты. Говорить об этом капитану я не стал. От высадки диггеров на поверхность он всё равно бы не отказался, так зачем впустую сотрясать воздух?

***

Говоря о том, что «Тень» - хороший корабль, майор Клюге ничуть не лукавил. Своему сыну Марк Шпее отдал под командование дальний разведчик флота корпорации, оснащенный лучшими сканерами и маскировочными полями из доступных частным владельцам. Причем далеко не всем, а лишь обладающим практически неограниченными финансовыми ресурсами и очень серьезным влиянием в коридорах власти Союза Колоний Второй Волны. Пожалуй, даже у стандартного корвета или эсминца Метрополии возникли бы серьезные трудности с его обнаружением на средних дистанциях. Поэтому Клюге хоть и нервничал по поводу своего решения пойти на поводу у Илона, но успешно успокаивал себя тем, что смог ограничить риск вполне разумными пределами.

Выход из прыжка в системе бесполезного белого карлика, окруженного двумя редкими поясами астероидов, прошел вполне штатно. Идеально настроенные двигатели небольшого корабля породили лишь незначительный всплеск вторичного излучения и сравнительно небольшие колебания гиперполя.

Укрывшись плотным маскировочным полем, разведчик быстро покинул точку выхода, сместившись ближе к внешнему поясу астероидов и неподвижно зависнув в пространстве. Теперь его экипажу оставалось только ждать нового сигнала от гипермаяка, установленного на борту «Бекаса», причем если у капитана Попеску не случится чего-то чрезвычайного, это ожидание обещало затянуться на несколько суток.

Оторвав взгляд от тактической голограммы, не демонстрировавшей ничего интересного, Клюге кивнул Илону и развернулся к выходу из рубки, собираясь направиться в свою каюту, однако он успел сделать лишь пару шагов, когда в рутинно-деловую обстановку командного поста корабля-разведчика ворвался резкий визг сигнала боевой тревоги.

- Обнаружен неизвестный корабль, прикрытый плотным маскировочным полем, - скороговоркой доложил оператор систем сканирования. – По предварительной оценке это корвет или фрегат. Курс на нас. Идет со значительным ускорением. Дистанция четверть астрономической единицы. Примерное время выхода на рубеж открытия огня – восемь минут. Возможно, меньше – точно определить тип корабля не представляется возможным.

- Командир, нужно немедленно уходить, - негромко, но с нажимом произнес Клюге.

- Приступить к разгону! – почти одновременно со словами майора приказал Илон Шпее. Он тоже прекрасно понимал, что вступать в бой с неизвестным корветом, не говоря уже о фрегате, его кораблю точно не стоит. – Уход в прыжок по готовности.

- Выполняю, - чуть дрогнувшим голосом ответил навигатор и спустя пару секунд добавил: – Командир, мы не успеваем. Заканчивать разгон «Тень» будет уже под огнем противника. Придется маневрировать, уклоняясь от его залпов, а это увеличит время набора скорости, необходимой для прыжка. В худшем варианте нам вообще не удастся уйти в гипер.

- Доигрались, - едва слышно прошипел Клюге, до боли сжав кулаки.

- Отставить панику, - злобно рыкнул в ответ Илон. – Старший техник, мы можем как-то форсировать разгон?

- Если снять программные ограничения, энергетическую установку можно вывести на сто семь процентов мощности без риска немедленного взрыва, но потом её придется полностью менять. Тут никакой ремонт не поможет.

- Делайте! – мгновенно отреагировал Клюге, опередив Илона.

Старший техник перевел взгляд на командира, и тот коротко кивнул, подтверждая приказ майора.

- Навигатор, внесите поправку в расчеты, с учетом увеличения мощности двигателей, - приказал Илон.

- Уже сделано, командир, но результат остался прежним. Противник продолжает наращивать ускорение. По уточненным данным нам всё равно придется завершать разгон под огнем его орудий.

- Что с идентификацией цели?

- Пока точных данных нет, но с вероятностью более семидесяти процентов это всё-таки корвет, а не фрегат.

- Нам и корвета за глаза хватит, - глядя куда-то в сторону, процедил сквозь зубы Клюге. В сложившейся ситуации майор явно считал виновным только себя.

Около двух минут прошло в напряженном молчании, которое прервал доклад оператора систем сканирования:

- Есть идентификация. Нас преследует корвет Метрополии. Старый, проекта «Катана», такие давно не строят.

- Тем хуже для нас, - мрачно произнес навигатор, - Потому что современные корабли до его характеристик сильно не дотягивают. Теперь нам точно не избежать огневого контакта.

- Каковы наши шансы? – сохраняя видимую невозмутимость, задал вопрос Илон.

- Сложно сказать. Искусственный интеллект корабельного вычислителя мог бы их оценить более или менее точно, но сейчас он практически отключен. Впрочем, какие-то шансы, наверное, есть. Судя по параметрам разгона, преследующий нас корвет явно находится не в лучшем техническом состоянии и не может выдавать максимум своих былых возможностей.

- Но ведь Метрополия нам не враг! – не выдержал оператор систем сканирования. - Земля и старые колонии – наши союзники в борьбе с Акридами! Почему их корабль нас атакует?

- Потому что это уже давно не корвет Метрополии, - негромко ответил Клюге. – Мы не знаем, кто им управляет и есть ли там вообще экипаж. Я имею в виду живой экипаж.