Глава 17

Мне потребовалось немного времени, чтобы понять, что меня кто-то преследует. Кто-то наделенный либо большим умением, либо некоторой магической поддержкой. Я никак не мог стряхнуть его; подстеречь преследователя мне тоже не удалось. Мелонди Кадар продолжала храпеть. Котятам задержки были не по душе – когда я попытался устроить засаду, они занервничали, а когда я не захотел уходить, принялись попискивать.

– Вы что, ребята, голодные? – спросил я.

Ночь была тихой, а погода хорошей, несмотря на время года. Большая убывающая луна поднялась над крышами, высвечивая силуэты проносящихся в небе летучих мышей. Стоял легкий морозец, по небу несло обрывки пушистых облачков. Вряд ли летучим мышам удастся отыскать много насекомых: зима была не за горами.

Мелонди застонала и принялась хныкать.

– Ты сама виновата, букашка.

В отдалении весело пылал Уайтфилд-холл. Пикси выбралась из моего кармана и попробовала взлететь. Я поймал ее прежде, чем она рухнула па землю, и попытался снова упаковать. Такой вариант ее не устраивал. Вместо этого она поехала у меня на плече, но когда я остановился, чтобы прислушаться к звуку шагов, скользнула ко мне за пазуху. Когда ты настолько мал, телесное тепло теряется очень быстро.

– Не прыгай так, верзила! И держи своих котят подальше от меня.

Улицы выглядели пустынными, что было весьма необычно – Танфер кипит жизнью круглые сутки. Но меня это не беспокоило. Приятно, когда в воздухе не висит ощущение мрачной угрозы.

– Ну что, букашка, мы почти дома! И у меня есть идея. Не хочешь ли ты помочь мне поймать этого духа, который нас преследует?

– Моя голова! – простонала она. – Почему «нас», верзила?

– Ну хорошо, тебя. Потому что кто, во имя дьявола, станет гнаться за мной из-за корзинки котят?

– Ах ты умник! Ну ладно, я слушаю. Только говори потише. Какой у тебя план?

План был таков: я закинул мою маленькую подружку на карниз, подальше от глаз, а сам пошел вперед. Дойдя до следующего перекрестка, я повернул направо, потом еще раз направо, и еще раз, и топал вперед до тех пор, пока не подобрал свою дрожащую от холода помощницу с того же карниза.

– Тебе обязательно было останавливаться, чтобы выпить пива?

– Хныкалка. Я бы остановился, если бы увидел подходящее место. И вообще, мне уже поздно начинать. Итак, букашка, каково же страшное заклятие? Что за жуткий темный властелин с Холма выслеживает меня в ночных закоулках?

– Ты просто гад, Гаррет. Настоящая сволочь. Нет, черт возьми, гиперсволочь! Сорок фунтов дерьма, затолканные в десятифунтовый мешок вместо обычных двадцати.

– Зато я симпатичный. Все девушки меня любят.

– Наверное, это какие-нибудь ненормальные – какие-нибудь небесные эльфы. Или крысы. Или троллихи, настолько мерзкие; что не могут найти себе парня с достаточно крепкими нервами.

– Ну, уж это полная ерунда! – Действительно, троллихи за мной никогда не гонялись. – Ты просто дуешься, потому что ты слишком крохотная, чтобы насладиться особым очарованием Гаррета.

Интересно, а как тролли отличают мальчиков от девочек?

– Ты уверен, что ничего не выдумываешь, Гаррет? Я слышала про тебя совсем другие вещи.

– Ого! Да мы остры, как жабий зуб! Давай, Мел, скажи наконец, кого я тащу у себя на хвосте? Пока мне не пришлось придумать, как превратить мои последние два волоска в крепкую петлю.

– Ага, ты больше не шутишь! Ну ладно. Это был тот мальчик-девочка. Или девочка-мальчик. Которая принесла тебе котят.

– Что? Пенни Мрак? Этот постреленок может следить за мной, не отставая и не давая себя поймать? В это трудно поверить.

– А вот мне совсем несложно в это поверить. Просто ты – это ты, у тебя такое самомнение… Встань лицом к лицу с фактами, здоровяк: на этот раз твоя магия не сработала.

– Я подумываю над тем, чтобы показать тебе настоящую магию Гаррета, букашка. Я знаю кое-какие вещи, кое-каких людей… Я могу устроить, чтобы тебе увеличили размер.

– Ты не потянешь! У тебя будет сердечный приступ.

И дальше в том же духе. Мы двигались к югу, пока не дошли до Дороги Чародея, затем повернули на запад по Макунадо-стрит. И вот наконец мы дома, снова дома, гип-гип-ура. Как раз вовремя, чтобы успеть спрятаться за дверью, пока до нее не добралась шайка исполненных благих намерений официальных лиц. Еще какие-нибудь полминуты – и они бы нас увидели.

Они принялись колошматить в дверь. Я выглянул в дверной глазок, но не стал открывать. Мелонди Кадар хихикала и посмеивалась – ей было весело.

– Почему бы тебе не навестить своих людей? Мне нужно покормить котят.

Она не могла сделать это изнутри. У меня в свое время хватило соображения принять меры, чтобы пикси не могли привнести свою специфическую культуру в мою крепость.

Котята быстрым ручейком вытекли из корзинки и галопом понеслись на кухню. Я последовал за ними.

На кухне сидели Синдж и ее братец, каждый с кружкой пива в лапе. Содержимого стоявшего между ними большого блюда хватило бы человек на сорок.

– Где ты был? – спросила Синдж.

– Сегодня вечером мне пришлось поработать. А потом возвращался домой пешком, потому что мой экипаж превратился в тыкву, оставив меня тащить полную корзинку неблагодарных мяукалок; к тому же всю дорогу выслушивать жалобы самой брюзгливой в мире пикси по поводу того, что она слишком мала, чтобы быть моей подружкой.

После этих слов даже Джон Пружина посмотрел на меня искоса. Мелонди звучно выпустила газы и принялась, пошатываясь, бродить кругами в поисках чего-нибудь достаточно маленького, чтобы послужить ей пивной кружкой.

Синдж покачала головой – совсем как человек, черт возьми.

– Хочешь есть?

– Крыса есть крыса! Все сводится к пище. Да, я съел бы сандвич. На вечеринке у Чодо мне не удалось ничего перехватить.

Что за глупый прокол! Никогда не следует настолько сосредоточиваться на работе, чтобы забыть пожрать на халяву.

Блюдо имело на борту дюжину жареных пирожков. Дин принес еще четыре, еще шипящих и брызгающих горячим маслом.

– Квадратные сладкие. У круглых внутри сосиска.

– М-м?

– Это эксперимент. Я ищу разнообразия.

Сосиски в тесте – не новость в моем доме; впрочем, на этот раз тесто было не бисквитным.

Мелонди оставила попытки найти себе кружку и принялась за квадратный пирожок размером с нее саму. Маленький народец должен есть больше нас – из-за того, что они все время летают.

Я попробовал сосиску в тесте.

– Вкусно! – промычал я со ртом, полным слюны.

Дин нахмурился, не поддаваясь на лесть, и принес мне холодного светлого. Немного еды он оставил для котят.

– Синдж, – спросил я, – у тебя есть какие-нибудь мысли по поводу сегодняшнего вечера?

– Ну, если тебя не смущает умаление достоинств твоих соплеменников…

– Умаляй на здоровье. Главное, чтобы ты смогла поделиться какими-нибудь полезными наблюдениями.

– Полезными? Откуда? Мы с Джоном Пружиной пошли с тобой и пытались помочь, но мы не понимаем, чего ты от нас хотел. Может быть, потому, что ты сам не очень ясно себе это представлял.

Нет, мне определенно нужно сменить окружение. Моя старая команда знает меня слишком хорошо.

– Дин, есть какие-нибудь признаки жизни от Его Превосходительства? – Было бы неплохо прогнать всю накопившуюся у меня информацию через объемистые мозги нашего Мешка с костями.

Я не настолько тупой, как прикидываюсь. Некоторые могут счесть это маловероятным, но у меня постоянно крутятся в голове по меньшей мере две мысли. Иногда даже три. Безнадежно перепутанные друг с другом из-за общего знаменателя по имени я.

Ответ Дина был не особенно обнадеживающим.

– Нет, он по-прежнему бездействует. Как ни печально, еще не пришло время, когда можно будет освободить дом от останков.

– Ты слишком торопишься, – пропищала Мелонди Кадар. – В этой куче жира теплится еще с дюжину искорок.

– Ты можешь это узнать? – недоверчиво спросил я. – Ты можешь прочитать этот Мешок с тухлым мясом?

– Да, только для этого мне нужно выпить. И лучше чего-нибудь более существенного, чем эта бесцветная жидкость. Чего-нибудь с большим градусом.

– Градусом я тебя обеспечу, букашка. Ответь мне на один вопрос…

– Нет.

– Нет? Что – нет?

– Нет, верзила, я не могу читать его так, как ты хочешь. Все, что я могу – это сказать, что он еще не ушел. Впрочем, он, возможно, подумывает о том, чтобы уйти.

– Что? – Я опрокинул еще одну кружку. Поскольку я поздно начал, приходилось спешить, чтобы догнать остальных.

Передо мной появилась еще одна запотевшая кружка. Мечта становилась явью: лился пивной дождь. Я окинул Дина подозрительным взглядом – если Дин подает на стол, всегда стоит быть осторожным. Он что-то замышлял и надеялся, что, если я наберусь как следует, это отвлечет меня от чего-то или заставит меня легче согласиться с чем-то. Опять.

Тем временем Джон Пружина одним большим глотком загрузил в себя достойное восхищения количество пива.

– Вечер был интересным.

– Лучше выясняй то, что нам удалось узнать, прямо сейчас, – сказала мне Синдж. – Он не очень хорошо переносит алкоголь.

Так что я сосредоточил внимание на главной крысе крысиного криминального мира и выслушал то, что у него было мне сказать. Однако все это имело для меня немного смысла, поскольку, как я понял, обычные крысы воспринимают окружающее в основном в терминах звуков и запахов.

Интересно.

Мелонди тоже немногое смогла доложить мне. Разве только то, что ей пока что не удалось выудить достаточно сведений из своей когорты. Впрочем, она снова и снова обещала мне, что снабдит меня наилучшей информацией – как только протрезвеет…

Дин снова наполнил наши кружки. Он был доволен собой – все шло так, как он задумал. Мы все были сосредоточены на том, чтобы влить в себя как можно больше пива. Четвероногая мохнатая команда фокусировалась на наполнении кошачьих желудков. Никто не задавал Дину нежелательных вопросов.

Набив брюхо сосисками, хлебом и молоком, котята забрались обратно в корзину и тотчас заснули одной теплой мурлыкающей грудой.

Мы говорили до тех пор, пока не перестали понимать друг друга – исключая Дина. Старый зануда отправился давить матрас сразу же, как только покончил с готовкой.

Загрузка...