Глава 22

На той же самой баррикаде я повстречался со смертью.

Легионер Алан Зигер, Французский Иностранный Легион, 1916.


Келли Уинтерс поднялась с колен. Она повернулась к огромному гвиррианцу, стоящему около выхода из тоннеля.

– Ты понесешь сержанта. Вы должны уйти отсюда, чтобы я могла установить детонаторы, – девушка подняла ружье и повесила его на плечо.

– Ханны прорвались внизу! – с другого конца тоннеля закричала капрал Паскаль. – Ватанака отступает!

– Мы окажемся в ловушке, если останемся здесь! – заметил один из людей Дмовского.

– Тогда отправляйся в бункер, и твоим беспокойствам настанет конец, – приказала Келли. – Ростов, ты установил реле?

– Так точно, мэм, – ответил эксперт-подрывник.

Радио-реле, установленное у выхода в тоннель, должно было дать сигнал детонаторам на минах.

Келли очень хотела верить, что легионер ничего не перепутал.

Уверенный вид Ростова избавил ее от последних сомнений. Иногда он вел себя как гороховый шут и часто шокировал девушку извращенным чувством юмора, но это ни на секунду не затмевало в нем черты профессионала, прекрасно разбирающегося в своем деле.

Легионеры не забывали действительно важные вещи, от которых зависела собственная жизнь и жизнь товарищей. Даже этот юноша, неуклюжий из-за регенерационного гипса на ноге, как казалось, готов ко всему.

– Вперед, выматывайтесь! – приказала Келли.

Спуск показался легионерам более долгим, чем подъем. Наконец они достигли выхода из тоннеля.

Девушка подняла руку, приказав подрывникам подготовиться. Лэнс-отделение Паскаль скрылось в тени. Стрекот автоматов ханнов приближался.

Если обезьянам придет в голову бросить в тоннель гранату…

Келли взяла в руку пульт дистанционного управления взрывателями и нажала на клавишу «детонация».

– Ну, начнем с Богом, – громко сказала она.

Ростов уверенно кивнул ей в ответ.

Гром потряс землю, прокатившись звенящей волной вниз с вершины скалы.


Тормоза заскрипели, и грузовик остановился на скалистом выступе перед поворотом на перевал. Зизииг неподвижно сидел на кабине. Солдаты должны видеть своего Асиая. Кай наслаждался триумфом.

Демоны не будут больше стоять на пути Очищения. Даже Шаватаар не сможет оспаривать его заслуги в победе.

Где-то наверху рассыпалось ожерелье бриллиантовых вспышек, через несколько секунд раздался грохот, эхо от которого, казалось, не стихнет никогда. Солдаты поднимали глаза к небу, и страх мгновенно парализовывал их суставы, касаясь холодными щупальцами каждого уголка души каев.

Зизииг последовал общему примеру и посмотрел вверх. Шейные гребни кая мгновенно встопорщились от ужаса.

Нет… это невозможно. И это накануне блестящей победы!

Вместо того, чтобы растаять, грохот нарастал.

Тонны скалистой породы и тучи земли рухнули на дорогу с вершины расколотой горы.

Зизииг даже не успел осознать, что Смерть пришла за ним.


Земля покачнулась под ногами, и Слик застыл от ужаса. Казалось, своды тоннеля через секунду сомкнутся над ним. Он упал на колени – грязь приняла его в свои липкие объятия. Долгое время единственными звуками, проникавшими в его сознание, были грохот и рев, с которым устремились к земле обломки скалы.

Вдруг все затихло. Слик услышал, как кто-то чихнул от пыли. Банальность звука привела легионеров в чувство. Выстрелы прекратились.

– Ханны все еще там, – произнесла Паскаль. – И их чертовски много. Но, кажется, они в полной растерянности. Похоже, взрыв сделал свое дело!

Лейтенант Уинтерс пробралась к входу и выглянула из тоннеля. Келли сжимала в руках ФЕК раненого сержанта Трента.

– Их оцепенение не продлится долго. Еще несколько минут, и они начнут приходить в себя! – Келли улыбнулась, зубы ее ярко блеснули в кромешной темноте пещеры. – Ну, чего вы, гориллы, ждете? Давайте покажем маленьким обезьяньим ублюдкам, на что способен Легион!

Она выскочила из пещеры, нацелив ФЕК на ближайшую группу ханнов. Мгновение спустя за ней высыпала остальная часть легионеров. Слик бежал вместе со всеми.

Туземцы пытались понять, откуда ведется огонь, и умирали на месте. Слик упал на одно колено, укрывшись за камнем, и переключил ружье на автоматический огонь. Он вслушался в визг гауссовых полей, швыряющих все новые и новые брызги смертоносных стрел в противника. Один ханн направил свой крупнокалиберный пулемет прямо на Слика, но тут же повалился на спину – тело его пронзили дюжины маленьких игл.

Однако оцепенение ханнов вскоре прошло. Грузовик противника заложил крутой вираж и с лязгом помчался к входу в тоннель. Пули застучали по камням всего в нескольких сантиметрах от головы Слика, заставив его поспешно нырнуть в расщелину. Но затем он высунулся и прицелился в пулеметчика.

ФЕК завыл… но в нем не оказалось патронов.

Магазин гранат тоже был пуст.

Рядом со Сликом прогромыхал онагр капрала Дмовекого, который сам напоминал маленький танк, с головы до ног закованный в пластиковую броню, уберегавшую стрелка от смертельного жара плазмы. Дмовский дважды нажал на курок, и плазменные шарм вонзились в бронированную кабину грузовика так, словно она была сделана из картона. Ханны закричали и ринулись врассыпную.

Туземец с ракетной установкой спрыгнул с грузовика, стреляя на ходу. Ракета полетела слишком низко, всего в нескольких сантиметрах от земли и попала в левую ногу Дмовского. Капрал повалился навзничь, из изувеченного обрубка фонтаном забила кровь.

На мгновение перед глазами Слика предстал Чилдерс, с которым произошло то же самое в битве у Обезьяньей Крепости. Слик ринулся вперед…

Штраусе оттолкнул его в сторону и сам подбежал к Дмовскому. Он бросил ФЕК и мгновенно вытащил пакет первой медицинской помощи.

Ханн вновь прицелился из «косоплюя», но упал, сраженный залпом ФЕКа Келли Уинтерс, стреляющей из укрытия около тоннеля. Стрелок-онагр Чандра разнес в куски охваченную пламенем кабину грузовика.

Слик хотел сменить магазин, но обнаружил, что патронов больше не осталось. Он выругался и огляделся по сторонам. Еще один бронированный грузовик встал как вкопанный, не доехав метров пятьдесят до горящего собрата. Орудие, установленное на нем, было 138 мм в диаметре. Ствол пушки медленно поворачивался, нацеливаясь на скопившихся около тоннеля легионеров.

Чандра дал очередь, но не попал в водителя.

Слик закричал, пытаясь предупредить товарища, но не успел. Люк на башне распахнулся, и на Чандру бросились два вооруженных длинными ножами ханна. Легионер опоздал. Слик заметил, как брызнула кровь, – один из ханнов нашел слабое место в скафандре легионера.

Штраусе потащил Дмовского к тоннелю. Слик ринулся на помощь.

Внезапно автомат аборигена застрекотал прямо у него над ухом. Слик пригнулся и покатился по земле, увертываясь от выстрелов туземца, который быстро сокращал расстояние. Пули свистели так близко, что Слику казалось, будто он чувствует щекой их обжигающее тепло. Секунду спустя навязчивый ханн упал. За своей спиной Слик услышал победные крики Ростова.

– Грант! Капрал ранен!

Слик обернулся. Капрал Штраусе лежал, не двигаясь, на теле раненого Дмовского. Слик подполз к ним.

Широко раскрытые глаза капрала смотрели в небо. На его скафандре в центре грудной пластины зияло окровавленное отверстие. Пуля попала Штрауссу прямо в сердце. Слик уже не мог ему ничем помочь.

Он осторожно коснулся пальцами цепочки, надетой на шею Штраусса, и снял ее. На цепочке болталась маленькая коробочка, заполненная землей разных отттенков.

Землей с десятков миров, на которых довелось повоевать капралу Гельмуту Штрауссу. Он потерял немало товарищей.

Слик прижал к груди талисман, хранящий землю с могил солдат Пятого Иностранного Легиона.

Неожиданно битва показалась ему второстепенным отголоском реальности.


* * *

– Сэр, субалтерн Ватанака на проводе.

– Спасибо, Грэйх, – ответил Фрейзер, присоединив кабель ком-терминала к входу на своем шлеме. – Элис-Один слушает вас, Лидер-Два.

– Элис-Один, мы отступаем к блокгаузу, – ответил запыхавшийся Ватанака. – Их слишком много. Извините, сэр…

Фрейзер оглядел замкнутое пространство темной пещеры, в которой помимо него находились еще несколько легионеров. Он подумал, что когда противник узнает о взрыве, потрясшем южную сторону перевала, Ватанаке станет легче. Возможно, он хотел от японца слишком многого.

– Понял, – сурово ответил лейтенант. – У тебя есть связь с командой сержанта Трента?

– Никак нет, сэр, – ответил Ватанака и замолк. В наушниках Фрейзера зазвучали выстрелы перестрелки. – Тоннель, ведущий к вершине горы, завален, лейтенант. Между нами и отделением подрывников находится чертовски много ханнов. Даже если наши и живы, нам будет чертовски сложно с ними связаться.

Фрейзер молчал.

– Сэр, – продолжил Ватанака. – Серж заблокировал перевал. Но в ловушку попало слишком много ханнов. Мы отрезали их от основных частей Драенской армии, но у меня осталось примерно двадцать человек. Не могли бы вы прислать хоть какое-нибудь подкрепление? Думаю, тогда бы нам удалось удержать этих ублюдков. Они потрясены тем, что оказались отсеченными от подкрепления.

По крайней мере, группа Трента завалила дорогу. «Черт! Если бы Ватанака продержался еще несколько минут…»


* * *

Говорящие С Туманом продолжали медленное, но верное наступление. Через пять минут они доберутся до прежних оборонительных рубежей, если им удастся сохранить темп наступления. Теперь на перевале не было легионеров, которые спрятались в пещерах и тоннелях на северной стороне перевала. Все было тщательно подготовлено к встрече ханнов.

А если план сорвется? Если ханны, вступившие в бой с Ватанакой, действительно так потрясены…

– Послушай меня, саб, – медленно произнес Фрейзер. – Прекрати сопротивление. Быстро освободи им дорогу. Защищайте только себя, если вам это необходимо, но не оказывайте сопротивления. Они должны беспрепятственно продвигаться по перевалу.

– Сэр? Но это ведь значит, что они нападут на вас?

Фрейзер улыбнулся.

– Это как раз то, что нужно, саб. Когда я отдам приказ, ударьте по ним с тыла всеми огневыми средствами, какие у вас только остались.

– Есть, командир. Мы сделаем все от нас зависящее.

– Я знаю, саб. Фрейзер, конец связи.

Он представил себе Говорящих С Туманом, которые были полны предчувствием славной победы.

Что может сильнее подстегнуть их к атаке, чем вид приближающихся с юга друзей?

Фрейзер закусил губу и оглядел немногих стоящих перед ним легионеров. Если он рассчитал правильно, то немного лишних ханнов не изменят положения дел.


* * *

Грохот очередного взрыва вернул Слика к реальности. Он уронил коробочку с землей, принадлежащую Штрауссу, и распластался на земле, стараясь укрыться от осколков. Снаряд попал в скалу над тоннелем. Сквозь рев и шум битвы Слик услышал, что Ростов что-то кричит ему.

– Уходи! Уходи от тоннеля!

Танк с лязганьем приближался, ствол, торчащий из огромной башни, готов был выплюнуть сокрушающий залп. Дмовский погиб, Чандра боролся с наседающими на него с ножами ханнами, кто-то должен был остановить эту махину.

Слик коснулся ногой громоздкого предмета. Это был онагр Дмовского, присоединенный к шлему мертвого стрелка кабелем системы наведения.

Слик смотрел на танк. Выбора не было…

Он суетливо схватил онагр, выдернул разъем из шлема Дмовского, отсоединив кабель наведения.

Затемг отстегнул мешавшие ремни крепления и навел грозное длазменное ружье на танк. Вспомнил лекции об онаграх, которые им читали на Дэвро…

Мощный поток тепла, выделявшийся при выстрелах из онагра, мог сильно обжечь незащищенного специальным скафандром человека, но пара залпов не должна была причинить особого вреда…

Товарищам нужна его помощь. Слик не собирался подвести свою команду. Не теперь…

Он изо всех сил стиснул ружье и нажал на курок. Жар растекся по его рукам, онагр яростно выплюнул сноп пламени. Слик стрелял снова и снова… и снова.

Боль терзала его незащищенное тело. Огонь пытался иссушить его глаза, когда он бросил взгляд на охваченную пламенем башню танка. Пулемет танка продолжал сеять смертоносную сталь, и Слик выстрелил снова.

Но вот нестерпимая боль вонзилась в его руки.

Онагр покатился по земле, и юноша, пошатнувшись, упал.

Сквозь пелену, застилавшую глаза, Слик различил фигуру Ростова, который склонился над ним.

Едва слышный сквозь шок голос товарища, казалось, пробивался через многие километры.

– Ни о чем не беспокойся, Грант. Ты убил этих сволочей. Остальные бегут…

– Нет… я – не Грант, – прошептал Слик.

– Не болтай, приятель, – сказал кто-то еще.

– Не Грант… – повторил юноша. Он чувствовал, что это важно. То, что он собирался сказать, было жизненно важным для него. – Слик… зови меня Сликом…

Он хотел, чтобы его семья узнала его имя.


Фрейзер приподнял край хамелеоновой ткани и осторожно выглянул наружу. Авангард наступающих ханнов подходил к тому месту, где перевал спускался в широкую пологую долину. Пройдет еще минута, и аборигены окажутся прямо перед бункером… и тогда можно будет захлопнуть ловушку.

Лейтенант очень надеялся, что правильно все рассчитал. Так поступил бы и сержант Трент.

Туземцы шли тесными рядами по дороге, словно марширующая на параде колонна. Что ж, это как раз то, что нужно. Высланные вперед разведчики перебегали от одного укрытия к другому, как при перестрелке, готовые к сопротивлению. К своему удивлению, они не встретили ответного огня, и их напряжение постепенно спало.

Отзвуки затихающего на юге сражения усилили уверенность наступающих. Они, должно быть, представляли себе, как под натиском войск из Жархи демоны умирают один за одним.

«Нужно дать им то, что они хотят… но только немного иначе». Фрейзер надеялся, что ему представится шанс поведать Тренту о том, как он воплотил совет сержанта на практике. Если они выживут…

Но даже уничтожив Говорящих С Туманом, потрепанные легионеры вынуждены будут противостоять нескончаемым рядам противника. Их ждет неминуемая смерть. Зато они утопят в крови элитарные силы обезьян.

Может, когда-нибудь оборона роты Браво на перевале Жархи войдет в справочники и книги по военному делу наравне с такими славными делами Легиона, как завоевание Камеруна, Ганимеда и Дэвро… на страницах которых историки расскажут, как их смерть принесла победу Легиону.

Его люди заслужили, чтобы их имена сохранились для потомков.

– Элис-Один, здесь Наблюдатель, – в наушниках лейтенанта послышался голос Маяги. Маленький ханн напросился участвовать в самой ответственной и опасной части операции. Маяги распростерся в неудобной позе на баррикаде. Он был одет в защитную форму, которую снял с мертвого солдата Драенской армии. Голова его была измазана кровью. Маяги притворился мертвым и спокойно наблюдал за продвижением Драенских войск вглубь долины, передавая сведения Фрейзеру.

Опасность подстерегала кая как от огня дружественных легионеров, так и от пуль Драенских солдат. Но Маяги не дрогнул и не дрогнет.

– Я – единственный, кто не подвергается опасности, Высокочтимый, – сказал тогда Маяги. – Если мертвым притворится легионер, то мои соплеменники в него могут выстрелить ради предосторожности…

– Солдаты приближаются к бункеру… двое, – последовала долгая пауза. Затем голос Маяги затрепетал от возбуждения. – Я вижу еще солдат, они идут с юга! Все ближе! Говорящие С Туманом заметили их!

Фрейзер услышал, как по рядам туземцев пронеслись радостные возгласы. Он кивнул капралу Джонсону.

– Пора!

Джонсон со свирепым видом нажал кнопку на пульте дистанционного управления. В долине одновременно сдетонировали двадцать последних противопехотных мин «галахад».

Легионер Грэйх отдернул хамелеоновую ткань, и отряд Фрейзера мгновенно высыпал наружу с ФЕКами наперевес, поливая смертоносными иглами застигнутых врасплох туземцев.

Ружье Фрейзера вращалось в руке, сея смерть.

Смятение в рядах противника достигло апогея. Ханны бросились врассыпную, пытаясь определить, откуда ведется огонь, но было уже слишком поздно.

Легионеры стреляли из полудюжины пещер, свист пуль напоминал гул тысяч насекомых, взметнувшихся в воздух над долиной.

– Добей их! Добей! – Фрейзер повернулся, чтобы взглянуть на огромного грека, уроженца Нового Кипра – Карацолиса, который прикрепил МЕК к своему скафандру клеем. Его товарищ, бывший водитель «Саблезуба» капрал Башар поднял руку над головой и резко махнул, приказывая своим людям наступать.

Легионеры, как разъяренные быки, выскочили из укрытий и ринулись вперед, горя страстным желанием растерзать ненавистного врага. Контратака усилила смятение, царившее в рядах ханнов.

Именно на это Фрейзер и рассчитывал. Погибших, затоптанных в неразберихе и застреленных собственными солдатами оказалось едва ли не больше, чем павших от рук легионеров.

Раненый в обе ноги сержант Бэйкер что-то кричал. Подчиненные подтащили его вперед и помогли устроиться за камнем. Бэйкер размахнулся и бросил в ближайшую группу ханнов позаимствованную из их же склада гранату. Затем другую и третью. Он выкрикнул отрывистый боевой клич, которому научился у убренфара Хигрига. Пуля, попавшая Бэйкеру в лицо, превратила его голову в кровавое месиво, но другой легионер через секунду расправился с туземцем, бросив в него гранату.

Битва продолжалась.

«Галахады» устроили переполох в тылу наступающих ханнов. Предсмертные крики туземцев заглушил воинственный рев подразделения Ватанаки.

Противник дрогнул. Говорящие С Туманом были элитарными воинами, но даже они не выдержали дикой резни. Коммандос сражались и умирали достойно, но через некоторое время многие в спешке побросали оружие и стремглав побежали по перевалу.

Единицам удалось избежать ярости Легиона.

Фигуры землян возвышались на вершине скалы… Ватанака, стройный и бледный, показывал два растопыренных буквой «V» пальца, знак победы.

Анжела Гарсия сняла шлем, темные волосы девушки развевались на легком ветерке. На плече Анжела пристроила «косоплюй». Келли Уинтерс присоединилась к лэнс-отделению. На вершину поднимались все новые и новые легионеры, даже доктор Рамирес и отец Фицпатрик. С ФЕКами в руках и гранатами, распиханными по карманам гражданских костюмов, исполнительные офицеры выглядели настоящими солдатами.

Легион держался.


* * *

Джонсон схватил Фрейзера за руку.

– Лейтенант! Послушай!

Фрейзер снял шлем и прислушался. На севере долины нарастал шум канонады. Взрывы, пулеметные очереди, крики… и что-то еще…

– Черт побери! – обреченно вздохнул Грэйх. – Только не еще одна атака обезьян!

– Больше нам их не удержать, – сказал Джонсон. – У нас не осталось боеприпасов.

– У нас все еще есть ножи, – произнес угрюмый Башар.

– Ну-ка, помолчите! – Фрейзер поднял руку. – Тихо!

Лейтенант напряг слух, затем улыбка коснулась его губ.

– Разве вы не слышите? Это же музыка!!!

Легионеры смотрели на командира как на сумасшедшего. Наконец, Карацолис тоже заулыбался. Он услышал триумфальные звуки фанфар, прилетевшие на крыльях ветра.

«Le Boudin»… старинный походный марш Иностранного Легиона.


* * *

Шаватаар пристегнулся к креслу ремнями безопасности и пробежался пальцами по клавишам панели управления кораблем, набрав команду автоматического взлета. Двигатели ожили, корабль задрожал и развернулся вокруг своей оси с легким шипящим звуком.

Космолет взмыл в небо из укрытия на краю зайглиновой плантации. Внизу, на поверхности планеты, которую земляне называли Хануманом, рухнула в полном беспорядке Сила Сумерек. Эфемеры проиграли.

С тех пор как Зизииг допустил, чтобы его убили, план Великого Похода пошел наперекосяк. Теперь ничто его не восстановит. Восстание во Вьюжеиде, интервенция убренфаров… все потеряно, разгромить землян и уничтожить Иностранный Легион не удалось.

Ну что ж, Хануман высосет из Содружества дополнительные ресурсы, которые пригодились бы землянам на Энкиде или где-нибудь еще. Шаватаар теперь свободен. Он покидает этот адский мир и вскоре ступит на борт космолета убренфаров, который ожидает его.

Шаватаар был спокоен – семти не имели эмоций. Он подождет… спланирует снова. И когда-нибудь земляне проиграют.

У бункера приземлился командный вездеход, заглушив триумфальное пение труб. Задний люк распахнулся, как будто на сцене драматического театра.

Фрейзер скомандовал «смирно» и отсалютовал коменданту Исаеву, оставшись стоять по струнке до тех пор, пока суховатый голос не отдал команду «вольно».

Гарнизон Фвинзея застал Драенскую армию врасплох, так как основная часть сил и внимания ханнов была задействована на перевале. Неорганизованный, с низким боевым духом из-за постоянных неудач на перевале противник оказался легкой добычей. Расположенная к северу от хребта Драенская армия развалилась в труху под мощным натиском легионеров.

В последний момент рота Браво была спасена.

Взгляд Исаева пробежался по долине, заваленной телами убитых, брошенным оружием и искореженной техникой. Наконец его взор остановился на рядах поредевшей роты Фрейзера – пятьдесят человек, мужчин и женщин, которые из последних сил держались на ногах. Они дорого заплатили за бесконечные дни сражений. Раненых погрузили в машины скорой помощи и отправили в госпиталь в Фвинзее, среди них были канонир сержант Трент и маленький туземец Маяги.

Со дня первого сражения в Обезьяньей Крепости подразделение потеряло семьдесят процентов личного состава. Выжившие стояли, сбившись в кучку, у них едва хватало сил, чтобы идти.

Тем не менее они упрямо стояли в шеренге – как-никак, они были солдатами Легиона.

– Хорошая работа, Фрейзер, – наконец заговорил Исаев. – Чертовски хорошая работа. Вы – гордость Легиона.

– Не я, сэр, – ответил лейтенант и показал на свою команду. – На их плечах держится победа.

Казалось, Исаев его не слышал.

– Ублюдок Смит-Хендерсон приказал нам не высовываться из Фвинзея и держать оборону. Он не хотел спасать вас. Но мы не могли просто вот так ждать, пока он передумает, – комендант взглянул Фрейзеру прямо в глаза. – Жаль, что нам не удалось вырваться раньше.

Лейтенант покачал головой.

– Не имеет значения, сэр. Я уверен, что они знали, что когда-нибудь вы придете. Они знали, что Легион о себе позаботится.

Загрузка...