Глава 10

Главное – действие, сражение, которое поднимает тебя над остальной массой.

Полковник Пэрри Жан Перро, Французский Иностранный Легион, 1958.


Ком-терминал замигал зеленым индикатором, и Гарсия довольно улыбнулась. Последняя программа выполнена: все три транспорта-приманки прибыли на место.

– Все готово, – сказала она Тренту.

Сержант кивнул в ответ. Инженерные вездеходы остановились, маневр закончился. Транспорты создали мощную линию обороны, а их лазерные орудия были приведены в полную боевую готовность.

Как и планировалось, массированный обстрел, начатый транспортами, а также ловушки на минном поле, подготовленные Ростовым и Каннингемом, должны на некоторое время задержать ханнов. Дистанционное управление битвой напоминало детскую компьютерную игру, фантазию мечтателя. Однако эту игрушку, к сожалению, нельзя было выключить…

Гарсии было интересно, что чувствуют солдаты, занявшие оборону на периметре. Для них все будет реально.

На зеленоватом экране монитора появился медленно приближающийся к минному полю танк туземцев в сопровождении взвода солдат. Гарсия включила систему автоматического слежения, наложила на танк координатную сетку и зафиксировала его как цель. В углу экрана она обнаружила какое-то движение: невысокие фигуры, неведомой силой поднятые в воздух. Несколько пехотинцев противника умерли на месте, пронзенные жалящими иглами.

– Давайте! – закричала Анжела и схватила пульт дистанционного управления. Яркий красный луч устремился навстречу вражескому танку.

Началась последняя битва за Обезьяновку.

Взрыв «галахада» на минном поле заставил Слика вжаться в землю. Вооруженные тяжелыми пулеметами ханны, заходящие с фланга, поглотили все его внимание.

Кричали и падали наступающие аборигены. Горящий в красном пламени лазерного луча, бьющего из инженерного вездехода, исчезал на глазах.

Хотя эти лазеры были приспособлены для расчистки просек и создания тоннелей в горах, а не для ведения боевых действий, нескольких секунд было достаточно для того, чтобы прожечь броню и поджарить экипаж. Левая гусеница расплавилась, и машина осела на бок. Мгновение спустя она взорвалась, посеяв панику в рядах аборигенов. Идущий следом еще один танк ханнов оказался прямо над РХ-90, установленной Ростовым. Заряд взорвался, разворотив брюхо железного монстра.

Слик наблюдал за группой вражеских солдат, заходящих в тыл легионерам. Выстрелы и взрывы встревожили их, но холм не давал возможности увидеть картину боя. Офицер поторапливал своих подчиненных, указывая на верхушку холма и отдавая приказы – а может, просто ругался, пинками подгоняя отстающих. Сценка весьма напоминала поведение капрала Штраусса, и Слик улыбнулся.

Но что же ему делать? Слик хотел было вызвать подмогу, но тут же отказался от этой мысли. «Они и так думают, что я трус…»

Если товарищи узнают, что он не сумел справиться с несколькими туземцами, то долго будут осмеивать его малодушие. Он должен проявить себя с лучшей стороны, показать свою храбрость и мужество. Только так он сумеет завоевать доверие легионеров.

Слик выбрался из своего убежища и побежал зигзагами в сторону холма. Он был убежден, что придумал замечательный план, благодаря которому заслужит долгожданное уважение.


Командный вездеход дернулся, когда легионер Хэйнст резко повернул штурвал, пытаясь обогнуть неожиданно возникшее перед ними препятствие.

Колин Фрейзер едва успел схватиться за поручень в стене, затем заглянул в кабину водителя, чтобы проследить на мониторе маршрут их следования.

– Развернись, Хэйнст, – приказал лейтенант. – Перссон, очнись. Давай-ка, покажи парочку коронных виражей.

БМП вздрогнул, турбины завыли еще громче.

Подвешенный на магнитной подушке, с двумя мощными турбинами, аппарат стал быстро набирать скорость. Фрейзер не отрывал взгляд от монитора, через плечо водителя следя за панорамой, открывающейся перед камерами переднего обзора. Впереди летел инженерный транспорт капрала Вестона.

Фрейзер повысил голос, пытаясь перекричать рев турбин.

– Через несколько кликов развилка, сержант. Передай своим водителям, чтобы они были готовы к повороту.

– Есть, сэр.

Хэйнст вновь резко крутанул штурвал – на этот раз для того, чтобы избежать столкновения с дымящимися обломками самоходной артиллерийской установки ханнов, свалившейся на обочину. Башар в буквальном смысле слова расчистил путь колонне, разгромив не ожидавший нападения форпост Драенской армии. Благодаря тому, что основные силы противника переместились в восточный сектор крепости, отвлеченные действиями группы диверсантов, прорыв роты Браво проходил довольно гладко.

Но долго это не продлится. Джунгли в северозападной низине были труднопроходимыми, и транспортные средства легионеров не могли развить достаточную скорость. А воздушная разведка доложила, что к Обезьяновке приближается еще одна механизированная колонна ханнов, чтобы присоединиться к осаде крепости. Рота Браво могла очутиться между молотом и наковальней: основной армией противника с одной стороны и свежим подкреплением – с другой. Да, затишье не будет длительным…

Показалась боковая дорога, ведущая в глубь диких джунглей. Нужно было разведать этот путь и охранять его до тех пор, пока бригада Трента не сможет покинуть свои рубежи в крепости. Началась самая опасная часть отчаянного плана.

Перссон ткнул пальцем в голографическую карту местности, которая проецировалась в пространстве между креслами.

– Башар достиг развилки, лейтенант! – выкрикнул он. – Они сообщают, что все в порядке.

– Отлично, – ответил Фрейзер. – Передай, что БМП уже в пути!

Не дожидаясь ответа, лейтенант развернулся и поспешил в командный центр, едва не упав при очередном толчке, и осторожно опустился в кресло рядом с Вандерграффом. Он взял в руки пульт управления одного из разведчиков и направил летательный аппарат на северо-запад. Настало время определить, сколько минут понадобится Тренту, чтобы присоединиться к колонне…

Слик упал на живот и застыл, тяжело дыша.

Миниатюрные анализаторы, встроенные в ткань хамелеоновой формы, среагировали на новую цветовую гамму окружающего ландшафта, придав материи желто-зеленый цвет скалистого холма. В высокой траве, ковром покрывавшей склон, Слик был практически невидимым.

Вверх по холму карабкались десять солдат ханнов, теперь их подъем шел медленней, «Наверно, утомление сыграло свою роль», – подумал Слик.

Аборигены Ханумана обладали удивительной силой для своего маленького роста и зачастую поражали землян необычайной выносливостью и ловкостью, однако подъем вверх по крутому склону, да еще и с тяжелым снаряжением на плечах определенно утомил их.

Туземец появился менее чем в пяти метрах от Слика. Кай нес ракетную установку и несколько ракет. Казалось, что оружие невероятно велико для такого маленького существа. Позволив себе лишь несколько секунд отдыха, кай снова отправился в путь, оглядывая плоскую верхушку холма в поисках противника. Как ни странно, в руках у него был примитивный оптический прибор. Следом появились остальные солдаты с тяжелыми «косоплюями». Кроме того, Слик заметил пару ТСП. Два туземца были вооружены обыкновенными ружьями и многочисленными лентами патронов, перекинутыми через грудь.

Завершал шествие офицер. Неожиданный возглас наблюдателя с биноклем заставил его стремительно подбежать к каю. Среди громких криков, сопровождавшихся ожесточенными жестами, Слик расслышал, как несколько раз абориген произнес слово «дьявол». Его мозг лихорадочно искал выход.

Поскольку туземцы разбрелись по всему склону холма, он не мог поразить всех одной очередью. А времени оставалось не так уж и много…

Один из солдат установил «косогошй» и начал пристреливать его, целясь в скалистый кряж внизу. Слик напрягся, сомнения мучили его. Кай целился прямо в укрытие Дюпона, откуда лучший снайпер роты вел стрельбу из лазерного ружья. Он должен что-то предпринять, невзирая на опасность.

Слик встал на колени и поднял ФЕК, из ствола которого выплеснулась масса ничем не сдерживаемой кинетической энергии, поразив солдата с «косоплюем» и офицера, мгновенно превратившихся в кровавое месиво. Артиллерист упал, но конвульсивно дрогнувшие пальцы его нажали на курок. Из трубы с ревом вырвалась ракета. Слик молниеносно развернулся в сторону следующего пулеметчика.

Иглы впились в тело аборигена со скоростью десяти тысяч миль в час, отбросив назад вместе с пулеметом. Стрелок повалился навзничь прямо на скалистый выступ, заряжающий покачнулся и рухнул вниз к основанию холма. Прорычал «косоплюй», и Слик почувствовал внезапный жар – ракета просвистела всего в нескольких дюймах над его головой. Он продолжал стрелять и уложил еще трех ханнов.

ФЕК вздрогнул и замолк, стозарядный магазин опустел. Слик выругался, встал в полный рост и приготовил установку для метания гранат. Поток 10-миллиметровых снарядов выплеснулся в сторону второй пулеметной точки ханнов. Предсмертный выкрик замер у туземца на устах, как только маленькая боеголовка вгрызлась в оливково-зеленое тело и взорвалась, разбросав по сторонам окровавленные куски плоти. У Слика не было времени разглядывать результаты своих действий.

Что-то ударилось ему в спину. Защитная форма частично компенсировала силу удара, и все же Слик упал на колени. Ружье выскользнуло из рук легионера и затерялось в высокой траве. Подкравшийся сзади туземец еще раз замахнулся ружьем, пытаясь нанести новый удар прикладом, но Слик перекатился на бок, крепко схватил обеими руками оружие аборигена и дернул на себя. Туземец потерял равновесие и повалился вперед. Через мгновение длинные пальцы сомкнулись на шее Слика.

Взрыв, разразившийся в нескольких метрах от борющихся, обдал их тучей грязи и отвлек внимание туземца. Слик улучил момент и сильно ударил противника в живот, скинув с себя его обмякшее тело. В бешеном порыве он выхватил нож, спрятанный в ботинке, и прямым ударом прикончил ханна, прежде чем тот успел прийти в себя.

Слик поднялся на ноги, пошатываясь от напряжения. Ему казалось, что он очистил верхушку холма. Лишь через некоторое время он осознал, что обстрел ведется с позиций Легиона, вокруг рвутся гранаты легионеров, а не ракеты ханнов. Каев здесь больше не было – они были мертвы или умирали.

– Прекратите огонь! Прекратите огонь! – закричал Слик в радиопередатчик. Он быстро настроил дисплей, чтобы выяснить, кто ведет огонь. – Ростов, здесь Грант! Нахожусь на холме, по которому вы стреляете! Прекратите огонь!

Последний взрыв обдал Слика тучей обломков и земли, вырыв рядом с ним огромную воронку.


Компьютерная карта в шлеме мгновенно потухла – обломок скалы размером с кулак попал легионеру прямо в голову. Затем его настигла иная темнота.

– Ах, черт! – выругалась Анжела Гарсия, увидев, что померкло видеоизображение на одном из мониторов. – Двое выбыли из строя.

Она переключилась на изображение, передающееся третьим транспортом. Атаку ханнов удалось отбить только на центральном участке обороны, но танки продолжали мощно напирать на позиции БМП, защищающие дорогу в джунгли. И хотя «Песчанники» имели по местным стандартам неплохую броню, они вряд ли смогли бы выдержать столкновение лоб в лоб с танковой бригадой туземцев. Когда БМП выбирал цель и начинал обстрел, водитель танка разворачивался и отводил свою громадину назад в лес. Таким образом, лазерный луч инженерного транспорта успевал только легко оплавить гусеницы. Если ханны и были примитивными созданиями, это не значит, что они были тупыми.

Они научились ускользать от БМП.

Технология туземцев не позволяла им изготавливать многозарядные мины, однако они быстро разобрались в принципе их действия. На КП постоянно поступали сообщения о новых группах аборигенов, пытающихся зайти во фланг обороны легионеров. Как только туземцы поняли, что никакой атакой центральную линию обороны им прорвать не удастся, они принялись искать обходные пути.

– Капрал Паскаль сообщает, что в ее лэнс-отделении три раненых. – сообщил ком-техник сержанту Тренту. – Кроме того, один убит… и еще один – в отделении Бракстона. Один из людей Штраусса ранен. Чертов дурак вылез из траншеи, чтобы нарваться на огонь своих с фланга. Ростов и Вруурт пытаются его найти.

– Так-так. Отведите свои подразделения на новые позиции, – Трент нахмурился. – Черт! Я надеялся, что удастся выстоять дольше. – Он замолк и потряс головой. – Черт с ними! Ну ладно, пусть они наступают!

Гарсия мрачно посмотрела на терминал и принялась вводить программы отступления, посылая их на автопилотируемые транспорты.


– Асиай! Асиай! Демоны прорываются с северо-западной стороны крепости!

– Что? – Асиай Зизииг вскочил, направляясь к посыльному, который со всех ног мчался к его палатке. – О чем это ты говоришь?

– Это правда, Высокочтимый! Там эти их чертовы летающие штуковины и непобедимые солдаты! – посыльный содрогнулся под пристальным взглядом Зизиига. – Они взорвали танк и посеяли панику в рядах наших воинов!

Сидевший рядом с Зизиигом семти произнес:

– Я ведь предупреждал, что не следует посылать так много войск для проверки сообщения, – Шаватаар раздраженно шипел. – У легионеров больше ресурсов, чем вам кажется… или у них полностью отсутствует чувство страха. Они могли пожертвовать частью своих войск, специально бросив их в ложном направлении, чтобы попытаться прорваться с другой стороны. Земные солдаты часто поступали так в прежних сражениях. Их командир – один из тех, с кем я согласился бы отправиться в Великий Поход…

– Но его жизнь недостаточно длинна, чтобы он смог пройти с тобой Поход до конца! – злобно выкрикнул Зизииг. Демоны пытались ускользнуть! Он повернулся к радиооператору: – Прикажи полку Неустрашимых и резервам вступить в бой!

– Высокочтимый… понадобится время на то, чтобы подготовиться к атаке! – возразил посыльный. – А демоны взяли под контроль и другое место прорыва!

– Вам не поймать их, Асиай, – спокойно проговорил Шаватаар. – Их транспорты слишком быстры.

Разгневанный Зизииг повернулся к семти.

– Это – ваша вина! Вы все время говорили, что мы должны подождать, что нам удастся легко расправиться с пришельцами, что им некуда бежать!

– Кроме того, много раз повторял, что спокойствие – это величайшая мудрость, – холодно перебил семти. – Если бы вы меньше горячились, то вам удалось бы собрать силы в один кулак и отразить натиск демонов.

Зизииг почувствовал, как его шейные гребни растопырились от ярости. Глубоко вздохнув, кай попытался прогнать охватившую его злобу.

– Если нам не удастся остановить их главные силы, то мы постараемся уничтожить диверсантов! Я приказываю Полку Смертоносных форсировать атаку!

– Жестокость ничего не даст вам, – заметил Шаватаар. – Лучше прикажите войскам перегруппироваться на тот случай, если легионеры попытаются прекратить битву. Вы все еще можете причинить демонам много вреда, который они заметят не сразу.

– Вы хотите, чтобы я прекратил атаку? Я не могу так поступить, – вырвалось у Зизиига. – Древний вы или нет, но я не позволю вам отменять мои приказания. Я велю отправить вас на север, Шаватаар. Я хочу, чтобы вы поехали туда и привели демонов ко мне!


* * *

– Пригнись, Гарсия! – сержант Трент выпустил залп из ФЕКа и торопливо взглянул на комтехника. Анжела пряталась за скалой, держа ружье наготове.

Последний инженерный транспорт стал добычей ханнов, попав под обстрел танков менее получаса назад, и теперь легионеры могли только сами позаботиться о себе. Три лэнс-отделения минус четыре убитых и два раненых мужественно охраняли маленький периметр баррикад вокруг командного пункта Трента. Очередная атака туземцев была более яростной, чем все предыдущие. Аборигены поливали легионеров и их транспортные средства шквалом автоматных очередей, не обращая ни малейшего внимания на стоны раненых и умирающих.

Очевидно, они не понимали, или не хотели понять, что с ними сражается лишь маленькая группка землян, прикрывавших отход основных сил. Казалось, что обезьяны решили уничтожить подразделение Трента во что бы то ни стало.

И это плохо… очень плохо. План был рассчитан на то, что напор ханнов прекратится, как только они поймут, что прорыв из крепости гарнизона легионеров успешно осуществился с другой стороны форта, и что сражающаяся с ними кучка солдат – всего лишь жалкая часть роты Браво. Возможно, диверсионный маневр сработал слишком хорошо.

– Тран! Дай мне командный канал!

Ком-техник кивнул и протянул сержанту радиопередатчик. Теперь, когда больше не нужно было управлять инженерными вездеходами, ком-терминал вернули на прежнее место рядом с передатчиком. Гарсия выскочила из укрытия и сделала несколько быстрых выстрелов, как только Трент вышел на связь.

– Элис-Один, Элис-Один, здесь Страж! Отмените группу выручки! Повторяю, отмените группу выручки! – Трент тяжело сглотнул, пытаясь справиться с овладевшим им разочарованием. Рота рассчитывала на него…

– Страж, здесь Элис-Один, – отозвался плохо слышный в электрических разрядах голос Фрейзера. – Ответ отрицательный! Группа выручки уже в пути. Держитесь… еще три минуты.

– Черт побери, лейтенант, они столкнутся едва ли не с половиной Драенской армии! Обезьяны уже знают, как расправляться с нашими БМП! Во имя Господа, завершайте операцию!

Внезапно в разговор вмешался капрал Башар.

– И не думай, серж! Никакой примат-ублюдок не сможет причинить вред моей малышке. И ты не забыл, что остался должен мне двадцать солов за последнюю ставку в покере на прошлой неделе?!

Трент выругался.

– Если ты погибнешь, Башар, деньги тебе больше не понадобятся! Уходи!

– Заткнись и не мешай мне спасать тебя, серж! Отбой! – в канале связи воцарила мертвая тишина.

Трент выключил передатчик и осторожно выглянул из-за скалы. В тридцати метрах от него медленно полз танк ханнов, продвигаясь по усыпанной камнями скалистой почве. Внезапно какая-то серо-коричневая фигура выскочила из укрытия рядом со скалой и, вскочив на корпус танка, направила ствол ФЕКа в открытый люк на башне.

Палец капрала Башара крепко стиснул курок, и целая очередь маленьких, но достаточно мощных гранат устремилась во внутренности медлительного гиганта. Из люка и смотровых прорезей танка повалил густой черный дым, которому предшествовала вспышка яркого света. А успевший походя скосить дюжину пехотинцев капрал уже стремглав несся назад в укрытие.

Невдалеке показался еще один танк аборигенов. Тут же миниатюрная грендель-ракета, перевалившая через каменистый холм, закатилась под днище махины. Казалось, ракета на мгновение застыла, подобно собаке, разглядывающей обреченную дичь, а затем вгрызлась в тело металлического монстра.

Вспышка взрыва еще не успела потухнуть, когда над верхушкой холма появился «Саблезуб». Его турбины дико завывали – транспорт шел на полной скорости. Легионер Карацолис нацелил плазменную пушку в ближайший танк и выстрелил.

«Саблезуб» покачивался, разворачиваясь в воздухе, чтобы обеспечить точное попадание. Через мгновение позади «Саблезуба» появился «Песчанник».

Его пулемет стрекотал как тысяча кузнечиков, уничтожая толпы ханнов, появлявшихся перед ним.

– Лэнс-подразделения, вперед! Вперед! Вперед! – внезапно Трент осознал, что это его голос звучит на командной волне. Такой азарт никак не вязался с его имиджем непоколебимого флегматика.

Легионеры, как тараканы, повыскакивали из своих укрытий. Выстрелы легких орудий сменились мощными залпами пушек ВМП. Трент проследил взглядом, как Ростов помог раненому Гранту забраться в «Песчанник». Остальная часть подразделения быстро загружалась в БМП, который медленно разворачивался, чтобы не загораживать видимость «Саблезубу». Когда вездеход тронулся с места, Трент понял, что пора догонять Трана. Сержант опрометью кинулся через поляну, запрыгнув на корму транспорта за долю секунды до того, как успел открыться люк.

Следом подоспела и Гарсия. К этому времени ханны пришли в себя, и вслед Анжеле застрекотали автоматные очереди. Несколько пуль попало девушке в ногу. Она вскрикнула и упала.

Трент трижды выстрелил короткими залпами из гранатомета по пулеметной точке и ринулся на помощь. Он подхватил Анжелу, взвалил себе на плечи и помчался назад. Было похоже, что ее защитная форма все-таки отбросила пули, хотя их удары могли оказаться сильными и причинить существенную боль, или даже вызвать перелом. Гарсия скрипнула зубами.

– Спасибо, серж, – прошептала девушка, когда он уложил ее на носилки, установленные в «Саблезубе». Тран принес Анжеле невесть откуда взявшуюся подушку, затем закатал ей штанину и внимательно исследовал место ранения. Трент, окончательно выбившийся из сил, захлопнул люк и тяжело плюхнулся на сиденье. «Саблезуб» с ревом понесся вперед, его плазменная пушка продолжала яростно стрелять.

Тренту не верилось, что им удалось спастись.

Загрузка...