Часть 24

— Максим, ты как? Как плечо? — хлопотала весь вечер вокруг меня Катерина.

Все мои заверения, что после водных процедур чувствую себя отлично, жену не успокаивали. Не стану же я ей говорить о том, что моральная сторона вопроса меня волнует больше, чем телесные повреждения. Азарт боя давно схлынул, но осталась только какая-то гадливость на душе. Вроде бы мы правильно все сделали — защитили себя и близких. Только не привык я убивать людей. Даже несколько лет в первобытном мире не способствовали тому, чтобы я превратился в хладнокровного убийцу.

Если бы среди дикарей не было женщин и стариков, я бы воспринял ситуацию легче. Потому посвящать Катюху в свои душевные метания не стал. И только с благодарностью принимал её заботу. Иван с Ванькой во время жары спали не в нашем доме, а под навесом в гамаках, и нам никто не мешал. Мелкий давно спал, а жена продолжала высказывать наболевшее и вспоминать прошлое.

— Я ведь тебе никогда не говорила, но психолог мне полный отчет по анкетам сотрудников предоставил. По какой причине он решил открыть «тайну исповеди», не могу сказать, но намекнул, что ты мне подходишь по темпераменту и общности взглядов.

— Вот как? — искренне удивился я. — Так ты меня специально пригласила в поход?

— Нет. Поход — полностью идея психолога. Роман Андреевич лично составлял списки. Как он их отбирал, я не в курсе. Конечно, я надеялась, что ты обратишь на меня внимание.

— Честно скажу, Катюха, если бы не наше попадание сюда, то шансов создать у нас семью было по минимуму.

— Примерно так я и думала, — прижалась ко мне жена.

— Но сейчас я люблю и жизни без тебя не вижу, — поспешил я заверить, пока Катерина не насочиняла себе невесть что.

— А Инна почти год по Артёму сохла, — продолжила «вечер воспоминаний» жена. — И тоже безрезультатно. Роман Андреевич так и написал, что нужно привлекать самцов не в рабочей обстановке.

— Во как! — удивился я. Мы-то с мужиками решили, что это «самцы поделили самок». Оказывается, всё давно было распределено ещё до похода.

Проболтали мы до середины ночи. Такая своеобразная терапия помогла и мне, и Катерине. Супруга перестала беспокоиться о моем здоровья. Я отвлекся от воспоминаний о бое с неандертальцами.

Только ранение все равно никуда не делось. К утру плечо и левая ключица опухли. Игнат рекомендовал полный покой и тугую повязку. Вот тут я был с ним полностью не согласен и заявил, что отправляюсь со всеми на разведку. Нести рюкзак на правом плече мне вполне по силам. Плюс я могу ночью дежурить. Из нашей «боевой группы» могли пойти только семь человек и я, восьмой.

Мы спешили. Ждать, когда заживут раны на ногах у остальных, времени не было. Вдруг где-то еще остались неандертальцы? Потому с утра по холодку мы отнесли Василия на другой берег и похоронили. Женщины обещали сами оформить могилку.

Денис торопился разведать путь, по которому шли неандертальцы. Была вероятность, что кто-то отстал или устроил промежуточный лагерь. Маленьких детей в этой группе не было, и это сильно всех нас волновало. Денис предполагал, что их оставили где-то на стоянке. Мало того, совсем дряхлых стариков в группе нападавших также не было. Ту бабку, что меня покусала, я оценил не совсем правильно. Остальные особи женского пола выглядели примерно так же. Игнат предположил, что неандертальцы какое-то время испытывали недостаток воды. Жажда иссушила тела. Оттого лица, и без того безобразные, стали выглядеть старше своего возраста. Кроме того, светлые, похожие цветом на платину волосы казались седыми.

Игнат рассказал о недостатке меланина в организмах дикарей. Серые глаза и светлая кожа (в данном случае какая-то серая) тому подтверждение. Даже у наших современников при недостатке меланина возникают ряд заболеваний и повышенная возбудимость. У этих же первобытных дикарей та самая возбудимость и агрессивность просто зашкаливали. И, оказывается, имелось вполне научное объяснение такому поведению.

Безусловно, неандертальцы животными не были. Интеллект, пусть и скудный, у них наличествовал. Те дубинки, которыми махали дикари, были неплохо обработаны. Плюс набедренные повязки из кожи. Татьяна нам еще раньше рассказывал, что эти люди имели какие-то примитивные культы и обряды. Но речь у них точно не была развита. Если ученные только предполагали, что строение гортани неспособно воспроизводить связанную речь, то мы в этом убедились. Рычание, гыканье, вопли, но ничего похожего на слова мы не услышали. Хотя Артём уверял, что времени на детальное «знакомство» у нас было мало. Может, какие-то зачатки речи неандертальцы все же имели.

Пока же мы спешили проверить путь этих дикарей от гор до поселка.

— Если они прошли по суше, то и мы пройдем, — убеждал нас Денис.

Еды с собой брали с запасом. А еще прихватили два герметических мешка с кипяченой водой. Плюс оружие, спальные мешки и прочие мелочи.

В конце концов, Денис согласился, что обузой в походе я не буду. Топор у меня привязан на поясном ремне, рюкзак на правом плече. В руке сверток со спальником. Нагрузки на больное плечо и левую руку нет. А укус на ноге успешно заживает. На фоне Олега, получившего два ранения копьем в ногу и бедро, я вообще бодрячок.

Как я уже упоминал, из всех нас повезло только Артёму и Михаилу. Непонятным образом их обошли все снаряды. Артем, правда, уверял, что это стоящий за его спиной Сергей (из бывших рабов) так метко стрелял из арбалета, что противники добирались к нему уже очень ослабленными. И, конечно, очень выручал щит.

В поход мы щиты тоже взяли, но всего пять штук. Только у тех, кто стоял внутри круга, сохранились щиты. Остальные были пробиты и испорчены.

— Можно попробовать изготовить фанеру, — предлагал я идеи по пути. — Копье в фанерном щите застрянет, каменный топор его не пробьет.

— И весит фанера не так много, — поддержал мою идею Михаил.

— А еще нам нужны наручи или хотя бы простейшие кожаные напульсники, — дополнил Денис. Ему неприкрытую щитом руку зацепил один из камней неандертальцев.

Кстати, пока мы шли, поняли, почему так долго ждали на «поле боя» противника. Дикари специально спускались к реке, чтобы набрать в свои кожаные котомки камней. Даже часть припасов выгрузили, освобождая место под такие снаряды. Мы немного поковырялись в тех «богатствах», что ссыпали кучкой неандертальцы, и смогли распознать только костяные шила, куски сушеного мяса и кожаные ремни. Остальное брошенное барахло не поддавалось опознанию.

Хотя Денис все же выудил некую тряпочку, что при внимательном рассмотрении оказалась женскими стрингами. Грязная и порванная вещица изначально была розового цвета. Такого, как любят все поклонницы Пэрис Хилтон. Кому эти трусы принадлежали раньше, оставалось только гадать.

— Могли с трупа Дианы снять, — предположил Артём. — Мы же ее не хоронили. А хищник съел только мясные части.

— Да ну… — не принял я его версию. — Это что, получается, неандертальцы так далеко с севера притопали?

— Если искали более теплый район, то вполне возможно. На севере зимой, да еще в степи, где негде укрыться и нет пещер, слишком холодно, — поддержал мнение Артёма Денис.

— К тому же русла рек пересохли или обмельчали. Вброд легко перейти, — дополнил Артём.

— Или это вещь не Дианы, а была еще одна группа наших современников, — предложил свой вариант Михаил.

После его слов мы повторно принялись ворошить кучки мусора, что оставили дикари.

— Хватит блох гонять, — прервал наше занятие Денис где-то через четверть часа. — У нас другая задача. Была или нет еще одна группа — неизвестно. Мы идем на разведку.

Двигаться по следам неандертальцев оказалось несложно. Дорогу они протоптали заметную. Но сам путь совсем уж простым не был. Лес на нашем участке уходил на восток. А к югу его становилось меньше, зато кустарника больше. Повезло, что толпа диких проломилась через эти заросли, примяв их и расчистив путь.

Вечером Артем нарубил кустарника и заверил, что опасаться хищников не стоит. Ни одно нормальное животное через эти заросли не полезет. Но дежурных, конечно, оставили. Мне выпало охранять с четырех утра и до рассвета. Ох и намаялся я, поддерживая хилое подобие костра из тонких веток кустарника. Мало того, что топлива для полноценного костра в округе не было, так мы еще и опасались пожаров. Только на завтрак собирали специально дрова, чтобы накипятить воды.

Потом дружно и успешно заливали костер… хм… продуктами жизнедеятельности организма. Еще и землей засыпали, чтобы уж точно не случилось пожара. И снова продолжили идти по тропе неандертальцев. К середине дня обнаружили их стоянку. Костра дикари не разводили. Или не умели, или не посчитали нужным. И то, чем они питались, идентифицировать по костям и остаткам шкур у нас не получилось. Эту добычу дикари явно тащили с собой. В тех зарослях кустарника действительно ничего не водилось. Если до засухи в нашем регионе было много птиц, то сейчас пернатые встречались редко. Основным источником их пищи служили насекомые, которых тоже заметно убавилось. Кажется, только чайкам на побережье по-прежнему ничто не мешало ловить рыбу.

На вторую ночевку мы остановились немного раньше, чем планировали. Заросли кустарника поредели. Денис предпочел заночевать на участке с естественной защитой. Пока было светло, прошлись до реки, потом чуть вперед и немного на восток.

Мы настолько были спокойными, что вопль Артёма: «Животные!» заставил всех встрепенуться.

— Далеко и не выглядят опасными, — оценил я то, что заметил друг.

— Лучше убедиться наверняка или сместить лагерь, — не разделил моего оптимизма Денис.

— На зубров не похожи, — сообщил Иван. — Три большие особи и две помельче.

— Плохо видно, — с сожалением вздохнул я.

— Давайте посмотрим, — влез с очередным авантюрным предложением Артём. — Если это кто-то из копытных, то остановимся здесь. А если хищники, тогда лучше нарубить побольше кустарника и обложить лагерь по кругу.

— Возьмём щиты и оружие, остальные вещи пусть здесь остаются, — принял решение Денис.

До тех животных было меньше километра. И преодолели это расстояние мы быстро. Раньше здесь была высокая трава. Засуха же внесла свои коррективы. Между прочим, животные те были точно травоядные. Нет-нет, а кто-то из них нагибался, чтобы ущипнуть пучок травы, что теперь напоминала сено.

— Лошади? — первым оценил находку Артём.

— Странные какие-то, — не поддержал я идею. Очень уж непривычно они выглядели.

— Лошадь Пржевальского? — Артём снова предпринял попытку опознать животных.

— Только бабушка у них с зеброй согрешила, — усмехнулся Михаил, оценив полосатые ноги лошадок.

— Страшные, — в свою очередь дополнил Ванька.

— Это они исхудали, — пояснил Денис. — Или, что более вероятно, очень долго были без воды. Потому и выглядят, как кости, обтянутые шкурой.

— А молодняка все же три штуки, — подсчитал Ванька. — Один лежит. Кажется, он умер.

— От жажды умер, — согласился я.

— Может, напоить и забрать к себе? — посмотрел на нас всех Артем.

— Михаил, Артём, Иван, в лагерь за мешками с водой и котелками, — тут же распорядился Денис. — А мы продолжим наблюдение.

Наблюдать особо было нечего. Эти так называемые полосатые лошади если нас и боялись, то сил куда-то бежать не имели. Видок у них, и впрямь, был изможденный.

— К реке шли, — предложил я. — Только сейчас берег опустился почти на метр. Они бы спуск по камням не нашли.

Вскоре вернулись парни с водой.

— Наливай в воду в котелок, — подставил Денис посудину Михаилу. — Только так, чтобы звонко журчала.

Звук воды и вправду привлек внимание животных. Одна из лошадей тут же повернула голову. Морда по-прежнему выглядела грустной, но один робкий шажок животное в нашу сторону сделало.

— Вы не двигайтесь, а я подойду ближе, — сообщил Денис.

— Это не опасно? — заволновался Иван.

— Их сейчас и младенец пришибет, — успокоил нас Денис и не торопясь двинулся к лошадям.

Мы дружно замерли, ожидая, что будет дальше. Та первая коняшка продвинулась еще на три шага и остановилась. Денис же бормотал что-то успокаивающее и продолжал приближаться к ней.

— Вот хороший, вот умница, — хвалил Денис храброе животное, что с жадностью выдуло жидкость из котелка.

— Вообще-то это самка, — усмехнулся Михаил и потащил гермомешок с водой к лошадям.

Мы тоже решили подойти ближе. Второй котелок понес Артем. Он решил напоить малышей. Мне даже пришлось помогать, чтобы жеребята соблюдали очередность. А тут еще тот детеныш, которого мы посчитали мертвым, приподнял голову на звук льющейся воды.

— Парни, его нужно на ноги поставить и только потом поить, — заявил Михаил. — Попробуем придержать на весу.

Детеныш сильно ослаб, но полкотелка воды втянул в себя практически одним глотком.

— Нужно немного подождать, не стоит сразу много воды давать, — рекомендовал Михаил.

— Вообще-то у нас ее и не много, — не согласился Артём. — Иван, пошли к реке, еще принесем.

Остатки воды разлили по двум котелкам. Только выждать паузу не получалось. Лошадки настойчиво тыкались мордами, выпрашивая питье.

— Интересно, они дойдут до нашего лагеря? — поинтересовался я. Оставлять такую находку было жалко.

— Малыши ослабли. Лучше мы сами вещи переправим и здесь на ночь обоснуемся, — предложил Денис.

— А дикие звери? — удивился такому решению Ванька.

— Дикие звери, если бы здесь и были, уже сожрали бы этих обессиленных.

До темноты мы перетаскали вещи, огородили для себя участок щитами и срубленным кустарником. Только костер разводить не стали, чтобы не пугать животных.

С собой у нас было немного овощей, кукурузной крупы и гороха. Горох, картофель и солонину мы оставили себе. А вот кукурузу смешали с сырой водой. Потом лепили небольшие колобки и скармливали их лошадям. После того как животные напились, еду они восприняли с большим энтузиазмом. И морковкой хрустели с удовольствием.

Один из малышей вообще оказался слишком смышленым. Сам сунул морду в рюкзак, откуда я доставал овощи. Пришлось ненавязчиво отнимать. Нам еще домой возвращаться. И мы на таких нахлебников не рассчитывали.

— Денис, что будем делать с лошадьми? — задал я вопрос.

— Хотелось бы забрать себе.

— Похоже, что второй группы неандертальцев нет, — вклинился Михаил. — Не думаю, что дикари оставили соплеменников на расстоянии нескольких дней пути. Я могу потом на лодке подняться по реке и еще раз проверить.

— Думаете, что нам лучше уже вернуться домой? — все же поинтересовался мнением коллектива Денис.

— Определенно. Этих лошадей даже приручать не нужно. Они уже наши, — высказался я, отталкивая морду того нахального жеребенка.

— А со слабым малышом что делать?

— Подождем завтра до середины дня. Если не окрепнет, понесем на носилках, — предложил Михаил. — Там-то веса всего ничего. Этот «мешочек с костями» совсем легкий.

На том порешили и начали устраиваться на ночевку. Правда, поспать толком не удалось. Меня то и дело тыкал мордой Нахалёнок, парни тоже просыпались, беспокоясь о вероятных хищниках. Прокемарил я не больше трех часов. И как только начало светать, решил сплести из сухой травы подобие ошейника и поводка для Нахаленка.

За водой ходить меня не брали — одной рукой много не натаскаешь, потому я занялся таким рукоделием.

— Хорошо придумал, — похвалил Денис. — Сделай поводки для всех лошадей. Мы их чуть позже на место лагеря отведем. Сейчас там Ванька костер соорудил, чтобы завтрак приготовить.

Один котелок так и оставили для лошадей, а себе взяли второй. Немного неудобно было в том плане, что приходилось вначале ждать, пока кипяченая вода для питья остынет. Пить чай, а затем варить гороховый суп. Снова мыть и кипятить воду в котелке для питья.

Зато наши лошадки уже выглядели веселее. Мы, когда костер потушили, отвели их ближе к кустарнику. И сразу стало понятно, что третьего малыша придется нести. Он дошел с трудом и чуть было не упал. Но Михаил с Иваном успели его поддержать. А Нахалёнок снова предпринял попытку исследовать содержимое моего рюкзака.

— Морковки мало, нужно на всех поделить, — попробовал я ему объяснить.

Только куда там! Пока остальные лошади жевали по второму корнеплоду, этот умудрился четыре морковки схрумкать. А потом еще и сплетенным из травы поводком закусить.

— Правильно, питайся сеном. — Я завязал покрепче мешок и отправился за травой. С собой возьму, буду по пути прикармливать. Оказалось, что эти лошади вполне могут питаться сеном, если их поить водой. Спальник мне теперь не нужно нести. Михаил из него носилки для слабого малыша сделал, вот и понесу стожок сена.

— Не знаю, как взрослые особи, но жеребята у нас точно приживутся, — прокомментировал потом нашу процессию Артём.

— И взрослые приживутся, — заверил Денис. Та кобылка, которую он напоил первой, даже в поводке не нуждалась. Так и шла за Денисом как ручная.

— Обзаводимся хозяйством, — подтвердил Михаил.

— Сашка подрастет, будет ему на чем в лошадку играть, — усмехнулся я.

— Стадо зубров сберегли, неандертальцев разбили, лошадей нашли — жизнь налаживается, — погладил по морде «свою» кобылу Денис.


http://s1.radikali.ru/uploads/2018/2/5/7c25fb85b7f7d33e3d48523b037d33e0-full.jpg

Загрузка...