Проданная невеста

Глава 12

Я впервые просыпалась в мужских объятиях и не могу сказать, что мне это не понравилось.

Открыв глаза, обнаружила себя в кольце крепких рук, которые вчера так ласкали мое тело и так сжимали в объятиях.

Запоздалый стыд обжег лицо. Не сомневаюсь, что в тот миг я была краснее цветущего мака, но ни о чем не жалела. Лишь осторожно шевельнулась, поворачиваясь к Рейну лицом, надеясь не разбудить мужа. Но его сон был чуток. Темные глаза Риверса открылись и наши взгляды встретились.

Я от волнения улыбнулась. Наверное, улыбка вышла неловкой. Уже после я подумала о том, как ужасно, наверное, выгляжу сейчас: волосы растрепаны, лицо залито краской смущения, а улыбка слишком глупая от счастья, которое переполняло меня.

Даже не знала, что между мужчиной и женщиной все может быть настолько волнительно! Снова и снова, стоило закрыть глаза, как я видела картины нашей близости, вспоминала нежность, с которой муж прикасался ко мне.

Это было слаще любой сладости на свете.

- Доброе утро, жена!

Голос графа был хриплым после сна. Он поднял руку и коснулся моей щеки, отчего по телу пробежала предательская дрожь наслаждения.

- Доброе утро, муж! – ответила я и потянувшись к Рейну, уткнулась лбом в его широкую грудь, тут же почувствовав, как сильные руки Риверса обнимают меня и сильнее прижимают к твердому телу.

Вот и все, подумалось мне. Теперь мы муж и жена перед богами и перед людьми. И несмотря на все проклятия мира я была так счастлива, что моя душа пела, а сердце билось от радости. Казалось, что вместе с Рейном мы сможем преодолеть все препятствия, пройдем огонь и воду, потому что мы рядом. Потому что любим друг друга.

Когда в дверь постучали, я невольно вздрогнула, а Рейн, накинув на нас одеяло, громко крикнул:

- Ходжис, не сейчас! Все позже! - и уже тише объяснил мне, что это пришел лакей, который будит его по утрам.

Я опешила.

- Но ведь ко мне тоже сейчас должна зайти Ивонна! – ахнула, глядя в смеющиеся глаза мужа.

- И что? – спросил он.

- Она увидит, что я не спала в своей постели и…

Рейн расхохотался и перевернул меня так, что я оказалась прямо под ним.

- И что она должна подумать, Сьюзан? – спросил муж, продолжая смеяться. – Ты моя жена! Разве мы совершаем что-то неприличное?

- О! – пробормотала я, осознавая правдивость слов Рейна, а затем посмотрела ему в глаза и увидела, как потемнел взор мужа. От его тела пошла волна жара и я поежилась, находясь меж его рук и чувствуя, как нечто странное, волнующее, пробуждается в самом низу живота, а затем горячими волнами поднимается по телу.

- Рейн? – прошептала тихо.

- Ммм? – только и спросил он и наклонившись ниже, шепнул: - Мне кажется, сегодня мы пропустим завтрак? А еще лучше позавтракаем у меня, только, - его голос стал еще более хриплым, выдавая возбуждение мужа, - только немного позже.

- Я согласна, - произнесла в ответ, прогоняя прочь совершенно лишнюю стыдливость, и потянулась к Рейну, привлекая его к себе.

Почти час спустя мы покинули постель и Рейн, одевшись, послал лакея за моей горничной, велев ей принести госпоже платье. Все это время я пряталась под одеялом, а стоило в спальню войти Ивонне, так и вовсе смутилась, глядя на сдержанное выражение лица последней. Конечно же, девушка прекрасно понимала, что я делаю в спальне мужа. Она, со свойственным хорошим слугам тактом не стала задавать лишних вопросов, и я порадовалась, что Рейн не послал за Тильдой. Вот уж кто не стал бы скрывать свои эмоции.

- Что-то еще, госпожа? – спросила Ивонна, когда я была умыта, одета, с уложенными волосами и уже более походила на настоящую графиню, чем некоторое время назад.

- Нет, - ответила горничной и отпустив ее вышла в гостиную к мужу.

Рейн сидел за столом, за которым вчера ночью работал с документами. Сейчас стол был уставлен блюдами и пузатым чайником, из глиняного носика которого тянулась ниточка пара.

- Прекрасно выглядишь, - заметил муж и я улыбнулась в ответ и…снова покраснела, потому что вспомнила уже не прошедшую ночь, а наше бурное пробуждение.

- Благодарю, - ответила тихо.

- Позавтракаем? – спросил Риверс и я кивнула, пряча счастливые глаза.

О проклятии я и думать не могла. Я просто забыла о нем на то время, пока мысли были заняты только Рейном и никем больше.

**********

Торн ничего не сообщил о своей находке королю и, пока трясся в дилижансе, проходившим королевским трактом мимо замка Роузриверс, сидел рядом с какой-то почтенной леди и думал о том, что делать дальше.

Нет, ему определенно не стоит пока ничего говорить, ни Рейну, ни его величеству. Все это слишком темная история, погружаться в которую себе дороже. Да и связываться с монархом Торн не рискнет. Он прекрасно знал это. Вот только Риверс стал ему нравиться.

Да, было в этом графе благородство. Рейн - чистая душа, которая не заслуживает проклятия.

Торн вздохнул и выглянул в окно. Экипаж давно выехал за пределы столицы и с минуты на минуту лес впереди должен расступиться и показать вдали башни замка, в котором живет граф.

«Сначала помогу ему разобраться в проклятием, а уж затем все решу!» - сказал себе маг и вздохнул, впервые чувствуя сомнение в принятом решении. Но именно сейчас он не находил другого выхода. И все же первостепенным считал жизнь графини, которая слишком много значила для своего супруга.

Дилижанс остановился у ворот. Выбравшись из кареты, Торн решительным и широким шагом направился по дороге к дому. За полмили до домика привратника и ворот, маг задержался. Он встал, набрав полные легкие воздуха, и медленно, как бабочка машет крыльями, поднял руки развернув ладонь к ладони.

Меж пальцев Торна проскочили яркие молнии. Магия вспыхнула и окутала мужчину прозрачной аурой, отчего он стал невидимым для любого взора, за исключением разве что, графского. Рейн видел его. Хватало сил и таланта. Вот только менее всего Торн желал прятаться от хозяина дома.

Продолжив путь, мужчина сунул руки в карманы дорогого плаща.

В воздухе неотвратимо пахло дождем и, вскинув взгляд, маг заметил, как на востоке клубятся черные облака, предвещавшие грозу. Поднявшийся ветер уверенно гнал непогоду на столицу и, конечно же, гроза не обойдет стороной и замок Риверса. И, кажется, дождь начнется в ближайший час.

Торн ускорил шаг и взглянул на дом, отметив окна, за которыми находился кабинет графа.

«Если бы Рейн только знал, что спрятал у себя, - подумал королевский маг и качнул головой. – Парадокс. И, к слову, неприятный», - решил он.

Вот маг миновал аллею и пятно озера в стороне, там, где дальше тянулись пустоши. Вот и двор перед замком, и садовник, несший ведро, полное сухих веток. Конечно же, слуга его не заметил, и Торн, поднявшись по лестнице, замер перед дверью, снова призывая свой дар и уже зная, что невольно потревожит охрану замка. А значит Рейн будет первым, кто узнает о его, Торна, возвращении.

Вытянув руку, маг осторожно коснулся поверхности двери. Шепнул заклинание и дверь стала прозрачной, открыв ему пустующий просторный холл. Тогда маг открыл дверь и тенью проскользнув в замок, тут же закрыл ее за собой, оглядевшись по сторонам.

Никого! А в воздухе протяжно звенит охранная магия.

Торн едва успел подняться по ступенькам, когда увидел, как навстречу ему бежит сам граф. Вид у Риверса был такой, будто Торн оторвал его от чего-то важного. Но вот Рейн увидел причину возмущения охранной магии и замер, глядя на королевского охранника.

- Вы же умеете проникать бесшумно, - эти слова были первыми, что произнес граф.

- Умею, но я решил, что будет правильным, если я, пусть своеобразно, но предупрежу вас о своем возвращении, - усмехнулся мужчина. – Но, кажется, я нарушил ваши планы на отдых? – тут же уточнил он. – Тогда примите мои самые глубочайшие извинения.

Он сказал и улыбнулся, потому что догадался, откуда именно сорвался Риверс.

Торн не сомневался ни секунды, что это утро граф провел в компании своей очаровательной молодой жены. И понял, что не мог осуждать Рейна. Все равно действие проклятия уже запущено, его не остановить. Так зачем им держаться друг от друга на расстоянии?

Нет, оба поступили правильно. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее впустую.

- Вы можете чем-то меня порадовать? – спросил граф.

- Да. Но позвольте мне немного отдохнуть, - кивнул Торн. – Я провел без сна всю ночь, сидя в библиотеке. Вечером мы с вами попробуем пробудить вашу память, Риверс. Но сейчас я желаю только мягкую постель.

- И ужин? – не вдаваясь в расспросы, уточнил Рейн.

- Нет. Премного благодарен, но я поел в городе. Там, знаете ли, на Тайлер-сквер есть одна замечательная таверна… - не закончив фразу, Торн улыбнулся графу и прошел мимо него, направляясь в свое убежище в замке.

**********

Когда Рейн вернулся в гостиную, за окнами оглушительно прогремел гром и я, не удержавшись, бросила быстрый взгляд в окно, заметив, что погода стремительно портится.

- Что там произошло, Рейн? – спросила у мужа, присевшего рядом со мной.

- Торн вернулся, - последовал ответ.

- И он… - я замялась, боясь, что ответ мне не понравится, - и он нашел то, что надо?

- Да. Вечером будет пробовать вернуть мне память, - ответил Рейн и взял меня за руку. – Письмо отправили. Так что, полагаю, уже завтра оно достигнет адресата.

- Вот и хорошо, - кивнула я.

Как теперь дожить до вечера?

Это было одновременно волнительно и пугающе. С магией всегда шутки плохи, особенно когда это касается вопросов влияния на разум человека.

- Ты будешь присутствовать, Сьюзан, - попросил муж.

- Ты не доверяешь Торну? – уточнила я, а про себя подумала, как же это легко и правильно говорить своему мужу – ты!

- Да. Все же, он человек короля.

- А мне показалось, он стал тебе нравиться, - улыбнулась я, чувствуя, как пальцы мужа ласково гладят тыльную сторону моей ладони, а затем нежно перемещаются на запястье.

По всему телу пробежала дрожь. Это было сладко, по сумасшедшему восхитительно и так волнующе, что…

Да он меня отвлекает!

Я высвободила из жаркого плена пальцы и поднялась на ноги. Подошла к окну и посмотрела на темнеющее небо и тучи, несущиеся с востока.

Снова прогремел гром. Вдали, на горизонте, ярко полыхнуло. Гроза обещала быть нешуточной, но я не боялась ее, потому что была в надежных руках своего супруга, под его защитой.

Я не боюсь проклятия. Мы с Рейном одолеем его, сказала я себе и почти сразу почувствовала, как руки мужа опускаются на мои плечи. Он встал за моей спиной. Руки скользнули ниже и обхватили мою талию, переплелись на ней, прижали к сильной груди. Я даже смогла услышать, как бьется в груди его сердце, так быстро-быстро. Он тоже был взволнован нашей близостью.

- Неужели так будет всегда? – спросила у мужа.

- Что, всегда? – уточнил он.

- Вот это, - выдохнула я, - то, что я чувствую здесь, - и взяв руку мужа подняла от талии и прижала к своей груди.

- Это любовь, Сьюзан, - шепнул муж. – Нам с тобой повезло встретить ее тогда, когда ни ты, ни я, уже не надеялись на счастье. И если бы не…

- Молчи! – скомандовала и развернувшись, встала лицом к графу. – Молчи, - повторила я и уточнила, - сколько у нас времени?

Глаза Рейна сверкнули.

- Да вы неутомимы, госпожа графиня!

- Скажем так, мне понравилось, - шепнула в ответ и приподнявшись на носочки, потянулась к губам Рейна.

*********

За ужином мне было не по себе. Да, день прошел удивительно светло и ярко на впечатления. Мы с Рейном открыли для себя друг друга. Я поняла, что значит быть женой, а Рейн…

Не знаю, о чем думал муж, но мне ужасно нравилось, как светились его глаза, когда он смотрел на меня.

И только вечером в преддверии встречи с Торном, я чувствовала себя крайне неважно и ощущение былого счастья отступило, вытесненное страхами и надеждой.

Когда подали чай, к Рейн подошел дворецкий и, поклонившись, что-то тихо и быстро произнес.

Я посмотрела на мужа вопросительно изогнув бровь. А граф, некоторое время поразмыслив, вдруг тихо рассмеялся и сказал так, чтобы слышала я:

- Друг мой, не волнуйтесь и передайте повару, что никаких воришек в нашем доме нет. Я уверен, что уже завтра она найдет свой котел на прежнем месте.

Дворецкий поклонился и отошел от стола, а Рейн протянул ко мне руку. Я потянулась к нему в ответ и наши пальцы переплелись.

- Это Торн, - шепнул мне муж. – Полагаю, готовит для меня вкусное зелье.

- Что? – ахнула я.

- Только что повар заметила на кухне пропажу медного котла объемом на два литра и половника.

Если бы ситуация не была столь напряженной, я бы рассмеялась. Но мне почему-то было совсем не до смеха. Напротив, внутри шевельнулся страх.

А что, если зелье Торна не подействует? И что там вообще за зелье такое? Я не могла не волноваться и, словно почувствовав это, муж чуть крепче сжал мою руку и сказал:

- Все будет хорошо, Сьюзан. Торн не просто так считается одним из сильнейших магов в королевстве.

- Одним из, но не самым, - зачем-то вздохнула я и отпустила руку графа.

Отодвинув чай, вздохнула. Хотелось покинуть зал и оставить все эти церемонии. Хотелось просто откинуться на спинку стула и расслабиться, но это было невозможным. Правила этикета за столом еще никто не отменял. На нас смотрели слуги. Лакеев было четверо. Сейчас они стояли с каменными лицами и ждали, когда мы закончим пить чай, чтобы убрать со стола.

- Не переживай, - сказал Рейн. Его спокойствию можно было только позавидовать.

Часы на камине пробили восемь. Я сердцем ощутила, что пора.

Рейн закончил пить чай и встав, посмотрел на меня.

- Пойдемте, графиня? – шутливо предложил он, снова перейдя на вы.

Я кивнула и вместе мы покинули зал.

Торн ждал нас у кабинета Риверса. Он появился из воздуха, стоило нам подойти к двери, и быстро, с насмешкой во взоре, спросил:

- Ну что, старуха уже успела пожаловаться на пропажу своего драгоценного котла?

- Все же это были вы, - сказала я.

- Ума не приложу, как она вообще заметила, - посетовал маг. – Я взял котел из подсобки. Там их стоял добрый десяток и все в пыли. Так что пришлось еще отмывать его. Не думал, что кто-то заметит пропажу.

Рейн посмотрел на королевского мага и пояснил:

- Вероятно, вы взяли один из половников, которым она пользуется. Вот и началась тщательная проверка.

Торн тихо рассмеялся. Сейчас он создавал впечатление очень беспечного человека, а мне бы хотелось большей ответственности в его действиях и мыслях. Видимо, сказывалось волнение.

- Да, ваших слуг не проведешь, Риверс, - заключил мужчина и, потерев ладони в некоем предвкушении, спросил, - где будем проводить церемонию.

Рейн думал недолго.

- Предлагаю мой кабинет. Туда точно никто не войдет.

- Отлично, тогда заходите и я мигом вернусь, там и поговорим, - сообщил он и…исчез.

Я даже не удивилась. Это было так в характере Торна!

Рейн подошел к двери, положил руку на дверную ручку и открыв ее предо мной, подождал, пока войду в кабинет. Затем вошел сам и закрыл дверь.

- Я боюсь за тебя, - призналась и повернувшись к мужу обвила его руками за шею.

- Ничего страшного не случится, - мягко ответил он и нежно поцеловал меня.

- Ты же позволишь мне остаться? – попросила и муж кивнул.

- Я даже хотел сам просить тебя об этом, - признался он.

- Не доверяешь Торну?

Рейн покачал головой.

- Если бы я ему не доверял, то его не было бы в моем доме.

Он снова поцеловал меня и отпустил.

Ждать прихода Торна оставалось недолго. Маг вернулся, не успели часы на каминной полке добраться до пятнадцати минут. Он вошел не стуча, держа в руках странного вида бутылку с темным стеклом, через которое просто невозможно было что-то разглядеть.

- Что это? – спросила я.

Торн закрыл дверь и прижав к ней ладонь обернулся к Риверсу.

- Нас ведь никто не потревожит, граф?

Рейн кивнул и щелкнул пальцами. В тот же миг я почувствовала, как незримая волна магии прошла по комнате и в голове прозвучал звук – будто кто-то протяжно и тяжело вздохнул. Затем все стихло и Торн прошел к буфету Рейна, с которого взял бокал. Поставив его на стол, маг откупорил бутылку и наполнив бокал ядовито-изумрудного цвета жидкостью протянул ее моему мужу.

- На вкус, конечно, не зеленый чай, но терпимо, - сказал маг.

Рейн повертел в руках бокал, рассматривая напиток. Ни ему, ни тем более мне, не нравились ни цвет, ни консистенция. Я попросила мужа позволить мне понюхать зелье, но Торн запретил.

- Не стоит, графиня. Вдруг на вас каким-то необъяснимым образом подействуют пары этого напитка и тогда мне придется выслушивать и ваши воспоминания. А я не терплю рассказы про наряды и молодых людей!

- Все шутите? – вздохнула я.

- Пытаюсь разрядить обстановку, - ответил маг с улыбкой.

- Что мне прикажете делать? – подождав, пока мы с Торном закончим дискуссию, уточнил Риверс.

- Ничего сложного. Пьете зелье до дна, затем ложитесь на диван и… - глаза королевского мага сверкнули, - и спите. А я буду доставать из вас память. Только сперва расскажите-ка мне, граф, когда вы получили этот живописный шрам, от которого в такой восторг приходит ваша супруга?

- Я не помню. Он у меня с самого детства, - отозвался Рейн.

- Тогда боюсь, нам придется погрузиться в вашу память слишком глубоко, - задумчиво проговорил маг и добавил уже без тени юмора в голосе, - пейте, граф, и ложитесь. У зелья короткий срок действия, а мне будет нужно найти то, что вы забыли. Не сомневаюсь, там есть какой-то магический блок. Впрочем, я справлюсь.

- А что делать мне? – спросила, чувствуя, как сердце замирает от волнения и страха за мужа.

- А вы садитесь рядом с графом, дорогая графиня, и запоминайте все, что он будет говорить.

Я кивнула. Рейн посмотрел на бокал в своей руке, затем подошел к дивану, залпом выпил зелье, поморщившись от отвращения, поставил опустевший фужер на столик и лег, положив под голову мягкую подушечку.

Я не успела присесть рядом на край, когда муж дернулся всем телом, а затем широко распахнул глаза и застыл, глядя в потолок белками глаз.

От ужаса у меня перехватило дыхание, но Торн, оказавшись рядом, лишь предупредительно произнес:

- Все идет так, как надо, графиня. Ваше дело сидеть и слушать. И бога ради, не прикасайтесь к мужу.

- Хорошо, - ответила я и замерла, а маг, склонившись над Рейном, прошептал какие-то слова и закрыв глаза простер над головой графа ладони, из которых на лицо Риверса полился алый свет. Лицо Рейна приобрело жуткий оттенок, а шрам на его щеке показался черным и пугающим.

Я посмотрела на мага. Торн показался очень сосредоточенным. Он неотрывно смотрел на моего мужа, а затем убрал одну руку и заговорил:

- Рейн Риверс, мы сейчас погружаемся в вашу память, в то время, когда вы получили шрам, что уродует ваше лицо. Когда и где это было, вы помните?

Рейн нахмурился. Выглядело это очень пугающе.

- Я не вижу. Вокруг только темнота.

- Сейчас, - прошептал Торн.

То, что произошло дальше, я видела впервые. Никогда прежде ни один маг при мне не пел. Правда, сколько я вообще видела в своей жизни магов такого уровня, как Торн?

Память услужливо подсказала – ни одного.

Голос у королевского охранника был сильный, тягучий, напоминавший вокализ северных шаманов, о них я читала в книге и однажды слышала, когда была еще ребенком и мы с отцом ездили в столицу на ярмарку. Так там был шатер северных колдунов. Они сидели на шкурах, сложив ноги на восточный манер, и пели. От их голосов, сливающихся воедино, переплетающихся, как две нити, по спине пробегал мороз.

Вот и Торн пел очень похоже. От звука его голоса лицо Рейна становилось спокойнее, а я, напротив, отчего-то ощутила страх. Видимо, так действовала эта чужая магия.

Мне хотелось спросить у мужчины, где он научился такому, но я не посмела нарушать действие ритуала.

Вот черты лица моего мужа разгладились. Даже пустой взор стал будто спокойным, если можно только назвать таковым взор одними белками глаз.

Торн прекратил петь и я выдохнула с облегчением.

- А теперь, граф? Темнота ушла?

- Да, - выдохнул Риверс и повернул голову сначала в мою сторону, затем в противоположную. При этом он не видел меня, я это знала точно.

- Где вы, Рейн? – спросил Торн.

- Я… - произнес мой муж, - я в доме бабушки. Я ребенок. Мне десять лет. И они кричат, они спорят…

- Кто? – голос мага звучал спокойно, располагая к ответу.

- Мой отец и эта женщина, его жена.

- Что вы видите?

Рейн нахмурился, затем рассказал:

- Я стою у приоткрытой двери и смотрю в гостиную. Бабушка сидит в стороне. Отец и эта женщина, они спорят, они ругаются. У нее на руках горит черное пламя. Отец этого, кажется, не замечает, но я… - Рейн выдохнул, - я вижу.

- Черное пламя? – Голос королевского мага изменился. Торн бросил на меня быстрый взгляд.

- Мы в том дне, когда вы получили шрам? – спросил мужчина, снова обращаясь к Риверсу.

- Да. Я вспомнил. Я вижу! Они ругаются из-за меня. Она, эта женщина, кричит отцу, что ненавидит его и ненавидит меня, потому что я живое напоминание о том, что она никогда не будет иметь детей. Она спрашивает отца, зачем он притащил меня в их общий дом. Она в ярости.

- А что происходит дальше? – спокойно спросил Торн, рассматривая лицо Рейна, словно пытаясь найти изменения в выражении его лица. И Риверс хмурится, затем моргает и когда открывает глаза, они по-прежнему белые и какие-то страшные. Не сами глаза, а их выражение.

- Эта женщина поворачивает голову и замечает меня, - продолжает граф. – Лицо ее искажает гримаса гнева. Она отталкивает руку моего отца и бежит ко мне. Я отпрянул от двери, намереваясь убежать, но не успеваю. Дверь распахивается. Эта женщина на пороге, она смотрит так, что я не в силах пошевелиться и сделать шаг. Мне кажется, я даже дышать не могу!

Рейн поднимает руки вверх и хватается за горло. Лицо его начинает белеть и я в страхе смотрю на Торна.

Маг грязно выругался и протянул снова обе руки над лицом Риверса, резко крикнув:

- Просыпайся!

Но Рейн продолжает задыхаться.

- Да сделайте же что-нибудь! – закричала я и…

И сделала то, что мне запретили. Я схватила мужа за руку, пытаясь оттянуть ее от его горла, понимая, что сейчас он сам себя душит и никак не желает просыпаться.

То, что случилось дальше, не описать словами. Я даже толком испугаться не успела, лишь моргнула, когда меня охватила тьма. Длилось все ничтожную секунду, а когда я снова смогла видеть, то обнаружила, что стою в широком коридоре, освещенном множеством светильников. Рядом со мной стоит высокий, для своего роста, мальчик. Глаза его полны ужаса, он схватился за горло и душит себя, а напротив него, шагах в пяти, на пороге распахнутых двустворчатых дверей, стоит красивая женщина. Одной рукой она вцепилась в дверь, вторая направлена на мальчика и с ее пальцев течет переплетающимися нитями сама тьма. Эта же тьма окутала Рейна, моего будущего супруга, и она убивает его.

- Нет! – ахнула я.

Женщина меня не видит. Но я слышу слова, которые она говорит:

- Будь проклят ты и род твой. Да не продлится он никогда. Да не родится от твоего семени дитя, да не обретешь ты счастья от тех, кого полюбишь! Все они будут лежать в могиле из-за твоей любви!

- Катерина, нет! – слышу вопль за спиной красавицы.

Она резко опускает руку и Рейн падает на пол, продолжая держаться за горло. К нему подбегает кто-то из слуг, а мой свекор, и я вижу его впервые, хватает свою жену за руку, дергает на себя, только, как я понимаю, поздно. Она прокляла Рейна.

- Почему? – кричит старший Риверс и трясет супругу за плечи.

- Потому что только я могла бы дать тебе наследников, способных продлить наш род, а не эта безродная гадина! Не позволю! Никогда! Если у меня нет детей, то и у тебя не будет внуков! И сгниет твой род.

За спиной старшего Риверса мелькает чье-то лицо. Это пожилая леди. Она кладет руку на плечо сыну, и я открываю глаза, оказавшись в Роузриверс, в кабинете мужа. Надо мной стоит сам Рейн, а рядом с ним Торн. И оба белы как мел. Королевский маг выглядит непривычно обессиленным. Он устало садится прямо на пол, роняя на грудь голову, а Рейн бросается ко мне, подхватывает на руки и шепчет безумным голосом:

- Боги, Сьюзан! Что ты натворила? Я думал, что потерял тебя!

По телу пробежала дрожь. Только сейчас я ощутила, насколько слаба.

- Я видела, - прошептала мужу и мир завертелся, а спустя секунду я провалилась во тьму. На этот раз без всяких видений из прошлого.