01.11 Королева демонов

Если ты живешь в маленьком городке, то не можешь улизнуть с исторической инсценировки, на организацию которой твоя учительница английского потратила целый месяц. Твой поступок не останется безнаказанным. Конечно, возмездие настигло меня, и очень скоро. В большинстве школ меня бы отстранили от занятий или как минимум оставили после уроков. Но в Гэтлине все не как у людей, поэтому Эмма заставила меня отнести блюдо арахисового печенья миссис Инглиш прямо домой.

Постояв на пороге, я тяжело вздохнул и постучался. Втайне я надеялся, что мне никто не откроет. Переминаясь с ноги на ногу, я принялся изучать дверь, выкрашенную красной краской. Лене нравился такой цвет. Она объяснила, что он символизирует радость, но чародеи предпочитают делать двери незаметными, поскольку они считаются опасными. А у смертных иная ситуация. Правда, моя мама подобный выпендреж терпеть не могла, как, впрочем, и хозяев этих домов. Она говорила, что в Гэтлине все шиворот-навыворот, и если тебя отличает от остальных наличие красной двери, то ты на самом деле ничем не лучше других.

Не успел я развить свою собственную философию, как мне открыли. На пороге появилась миссис Инглиш в платье в цветочек и пушистых тапочках.

— Итан?..

— Мэм, я хочу извиниться за свое поведение, — сообщил я, протягивая ей подношение Эммы.

— Что ж, проходи, — произнесла она, пропуская меня внутрь.

Ничего себе! Я-то думал, что отдам ей знаменитое арахисовое печенье Эммы, она поблагодарит, и мы мирно распрощаемся. «Похоже, это надолго», — грустно подумал я.

— Прошу, в гостиную!

Я послушно последовал за ней в крошечную комнатушку. В таком маленьком доме я еще не бывал. Стены были увешаны черно-белыми фотографиями родственников. Портреты оказались старыми и миниатюрными. Я невольно останавливался, чтобы их рассмотреть, и чувствовал себя ужасно неловко. Для Гэтлина это очень странно — мы гордимся своими близкими, и мертвыми, и живыми.

Значит, миссис Инглиш полна загадок…

— Присаживайся, принесу тебе попить, — не терпящим возражений тоном провозгласила она и вышла на кухню, размером с нашу кладовку.

— Спасибо, мэм, — поблагодарил я, слушая звук льющейся воды.

На камине красовалась коллекция глиняных фигурок — глобус, книга, кошка, собака, луна, звезда. Совсем как коллекция Сестер, до которой они никому не разрешали дотрагиваться, пока торнадо не превратил ее в груду осколков. В центре комнаты находился телевизор с антенной из тех моделей, что исчезли из продажи еще лет двадцать назад. На нем стоял горшок с растением, напоминающим паука. Все бы ничего, только обстановка как-то угнетала.

Рядом с камином я заметил предмет мебели, вроде микроскопического книжного шкафа. К моему удивлению, в нем были книги. Я наклонился и прочитал названия на корешках: «Убить пересмешника», «Человек-невидимка», «Франкенштейн», «Странная история доктора Джекила и мистера Хайда», «Большие надежды»…

Внезапно входная дверь распахнулась, и женский голос произнес:

— «Большие надежды»! Обожаю этот роман! Такой печальный конец!

Спустя секунду я увидел Сэрафину. В старом кресле с обивкой в цветочек материализовался Абрахам. Он непринужденно мне улыбнулся, явно чувствуя себя очень уверенно. У него на коленях появилась Книга Лун.

— Итан? Что случилось? — спросила миссис Инглиш, возвращаясь из кухни.

Не знаю, что испугало ее больше: присутствие в доме незваных гостей или золотистые глаза Сэрафины, но она уронила стакан, и осколки градом посыпались на цветастый коврик.

— Вы кто такие? — возмутилась она.

— Они пришли за мной, — ответил я, взглянув на Абрахама.

— Нет, мальчик, — рассмеялся тот, — ты нам не нужен!

— У меня нет ничего ценного, я простая учительница, — пролепетала миссис Инглиш.

— Лилиан, вообще-то у тебя есть весьма ценная вещь! — зловеще усмехнулась Сэрафина.

— Но вам лучше уйти, — сказала миссис Инглиш и попятилась. — Соседи, наверное, уже вызвали полицию. У нас очень тихий район, — слабо пискнула она.

— Оставьте ее в покое! — заявил я и шагнул в сторону Сэрафины.

Она шевельнула пальцем, и мне в грудь врезался невидимый кулак. Я отлетел к шкафу, и на меня посыпались пыльные книжки.

— Присаживайся, Итан! Тебе выпала честь наблюдать, как гибнет твой мир.

Я не мог встать — Сэрафина ни на секунду не ослабляла магическую стальную хватку.

— Вы свихнулись, — прошептала миссис Инглиш.

— Ты даже себе не представляешь насколько, — парировала Сэрафина.

Абрахам затушил сигару о журнальный столик миссис Инглиш, поднялся с кресла и открыл Книгу Лун на заложенной странице.

— Что ты собираешься делать? Нагнать в Гэтлин очередное полчище вексов?! — крикнул я.

Они с Сэрафиной дружно расхохотались, а потом Абрахам ответил:

— По сравнению с той силой, которую я собираюсь призвать, вексы покажутся тебе безобидными котятами!

Он заговорил на незнакомом языке. Должно быть, на чародейском ниадическом наречии. Слова звучали мелодично, но затем он повторил текст по-английски, и я понял, нам несдобровать.

— «Из крови, пепла и горя. Для демонов, томящихся в заточении…»

— Перестань! — заорал я, но Абрахам никак на меня не отреагировал.

Сэрафина едва заметно согнула руку в запястье, и мне сдавило грудь еще сильнее.

— Ты присутствуешь при историческом событии для чародеев и смертных, Итан! Так что отнесись к этому с должным уважением!

— «Призываю их Создателя…» — продолжал Абрахам.

Когда он закончил с заклинанием, миссис Инглиш резко вдохнула, ее тело выгнулось дугой, глаза закатились, и она рухнула на ковер, как тряпичная кукла. Я поразился тому, насколько безжизненной она выглядит. Совсем как мертвая.

Абрахам снова принялся читать, но я едва слышал его. Мне почудилось, что я нахожусь под водой. Все слова Абрахама замедлились, звуки доносились будто издалека. «Сколько же еще людей они погубят?» — подумал я.

— «…отомстить им. И служить!» — неожиданно прогремел Абрахам, и стены гостиной задрожали.

Он захлопнул книгу и подошел к распростертой на полу миссис Инглиш. «Паучье» растение упало с телевизора, горшок стукнулся об угол камина и разбился. Декоративные фигурки постигла та же участь. Я молча наблюдал за тем, как бьется на куски жизнь миссис Инглиш.

— Готово! — победно воскликнула Сэрафина, кивая на миссис Инглиш.

Я попытался встать, но тело отказалось мне подчиниться. Я снова опоздал.

Тело моей учительницы оторвалось от пола, приподнялось и заняло вертикальное положение. Теперь миссис Инглиш подчинялась невидимому кукловоду. Ужасное зрелище — она дергалась, как марионетка, а когда ее веки поднялись, за ними чернели две бездонные дыры.

В комнате воцарилась тишина.

— Кто зовет меня? — заговорила миссис Инглиш нечеловеческим голосом, лишенным всякой интонации или тембра.

«Наверное, в нее вселился призрак», — решил я. Абрахам гордо улыбнулся и произнес:

— Я призвал тебя. Порядок нарушен, и я приказываю тебе привести к нам бездушных — тех, кто бродит в подземном мире.

— Это невозможно, — последовал ответ.

— Что? — запаниковала Сэрафина.

Он взглядом приказал ей молчать и вновь обратился к потустороннему существу:

— Я неясно выразился. Мы дадим им тела. Более того, мы подарим им плоть светлых чародеев. Сделай, как я говорю, и да восторжествует новый порядок мироздания!

Из горла миссис Инглиш вырвался оглушительный клокочущий звук:

— Я — Лилум! Время. Истина. Судьба. Бесконечная река. Колесо судьбы. Не смей указывать мне!

Лилум! Лилиан Инглиш! У Вселенной завидное чувство юмора! Но мне было не до шуток, потому что в голове у меня вертелась всего одна фраза: «Колесо судьбы уничтожит всех нас».

Абрахам впал в прострацию, Сэрафина побелела. Кем бы ни являлся Лилум, они были уверены, что смогут им управлять. Абрахам покрепче сжал Книгу Лун и сменил тактику:

— Тогда я обращаюсь к тебе как к королеве демонов! Помоги нам! Пусть Тьма навсегда поглотит Свет!

Я похолодел — все сходится! Песня предречения сбылась! О Лилум в ней не говорилось, а вот о королеве демонов и Колесе судьбы меня предупреждали неоднократно! Я попытался сосредоточиться.

— Мне нет дела до Света и Тьмы, — ответила Лилум бесстрастным тоном. — Есть лишь одна сила — Темный Огонь, источник всего.

О чем это она?

— Нет, — прошептала Сэрафина. — Королева демонов — повелительница истинной Тьмы!

— Истина есть лишь в Темном Огне, источнике силы Светлых и Темных.

На лице Сэрафины отразилось замешательство, в таком состоянии я видел ее лишь в видениях.

И тут я понял, что они с Абрахамом совершили ошибку. Конечно, я и сам понимаю сущность Лилум, но я кое о чем догадался. Вероятно, Лилум — серая, новый, неизведанный оттенок спектра. Или наоборот: в Лилум нет ни Тьмы, ни Света — она представляет собой отсутствие и того, и другого.

Самое главное, она явно не на их стороне.

— Но ты ведь можешь призвать новый порядок? — спросила Сэрафина.

— Да, — ответила Лилум, и голова миссис Инглиш резко качнулась. — Но сперва необходимо заплатить цену.

— Какую? — вырвалось у меня.

— Суровое испытание.

Королева демонов, Колесо судьбы… кем бы это существо ни являлось, оно точно говорило не о задании по английскому.

— А конкретно?

— Заткнись, мальчишка! — рявкнул на меня Абрахам, но Лилум продолжала смотреть в мою сторону невидящим взглядом.

— Смертная знает нужные термины, — протянула Лилум. — Суровое испытание. Плавильная чаша. Смертная аллегория, — перебирала она варианты, роясь в сознании миссис Инглиш. — Проверка на прочность. Восемнадцатая луна.

— Что за проверка?

— Восемнадцатая луна, — повторила она. — Единый, кто стал двумя, восстановит порядок.

Еще Один из песни предречения! Почти целиком!

— Кто он? — требовательно спросил Абрахам. — Отвечай!

Шея миссис Инглиш вывернулась под неестественным углом, и Лилум прогрохотала на весь дом:

— Не смей мне указывать!

В тот же миг из черных впадин-глазниц Лилум вырвались ослепительные молнии и ударили в то место, где стояли Абрахам и Сэрафина. Он даже не успел телепортироваться. Чары Сэрафины моментально ослабли, я едва успел прикрыть ладонями лицо. Но и такая защита была недостаточной: я ощутил яркий свет, будто смотрел прямо на солнце.

К счастью, вскоре воцарилась темнота. Я приоткрыл глаза. Абрахам и Сэрафина сгинули.

— Они мертвы? — выдохнул я.

Похоже, Абрахам переусердствовал с Книгой Лун. Она всегда требует чего-то взамен.

— Мертвы? — переспросила Лилум. — Нет. Сейчас не время их судить.

Я не вполне согласился с ее утверждением, но совершенно не собирался спорить с королевой демонов.

— Что с ними?

— Мне было угодно, чтобы они исчезли. Не желаю их слышать, — уклончиво сказала Лилум.

Я помолчал, собрался с духом и задал мучивший меня вопрос:

— Тот, кому предстоит пройти проверку на восемнадцатую луну — это Единый, кто стал двумя?

— Он заплатит цену и восстановит равновесие, — начала вещать Лилум. — Из Темного Огня, источника всей силы, появится новый порядок.

— Значит, мы сможем все исправить?

— Если цена равновесия будет заплачена, появится новый порядок, — равнодушно продолжала она.

— А что такое Равновесие?

— Равновесие. Цена. Жертвоприношение.

Кого-то должны принести в жертву?

Может, Единого?

— Только не Лену, — прошептал я, ужаснувшись. — Она не специально, она не хотела ничего разрушать!

— И Тьма, и Свет. Идеальное равновесие. Истинная магия, — проговорила Лилум.

Интересно, она пытается найти в сознании миссис Инглиш подходящие слова или начинает от меня уставать?!

— Она не та, кому предстоит суровое испытание. Дитя Тьмы и Света провозгласит новый порядок.

«Слава богу», — подумал я и, набравшись храбрости, спросил:

— Погоди, но кто же, если не она?

— Есть другой.

— Но кто? — не унимался я.

— Ты найдешь Единого, — провозгласила Лилум, не моргая.

— Почему я?

— Ты — проводник. Ты стоишь на границе между мирами демонов и смертных.

— А если я не хочу быть проводником? — ляпнул я.

Я не врал. И я не собираюсь нести ответственность за судьбу мироздания. Внезапно стены вновь задрожали, на камине зазвенели уцелевшие глиняные фигурки. Крохотная луна оказалась в опасной близости от края.

— Понимаю. Мы не выбираем свою участь. Я — королева демонов.

То есть ее эта должность тоже не устраивает?

— Порядок существует независимо от нас, — проговорила Лилум. — Река течет. Колесо вращается. Каждый момент неповторим. Ты все изменил.

Комната перестала вибрировать. Декоративная луна замерла у самого края камина, за секунду до неминуемого падения.

— Таков твой путь. Выбора у тебя нет, — закончила Лилум, и тело миссис Инглиш рухнуло на пол.

Тут уж не поспоришь.

Загрузка...