28.09 Своя игра

Домой я добрался очень поздно. Люсиль преданно ждала меня на крыльце, скептически склонив голову набок, словно спрашивая: «И какие у тебя планы?» Переступив порог, я кое-что понял и прямиком направился к Эмме. Мне требовалась ее помощь. Мне не справиться с восемнадцатой луной Джона Брида в одиночку.

Дверь в ее спальню оказалась заперта, но я слышал, как она роется в вещах и что-то бормочет себе под нос. Я тихонько постучался, прижавшись лбом к прохладной поверхности.

— Пожалуйста, пусть с ней все будет в порядке! Хотя бы сегодня, — взмолился я.

Эмма приоткрыла мне дверь. Она не сняла передник и держала в руке иголку с ниткой. Я заглянул в тускло освещенную спальню. Кровать буквально ломилась от выкроек, катушек и трав — значит, Эмма шила своих магических куколок. Но я почувствовал нечто странное… отвратительное сочетание запахов бензина и лакрицы. Прямо как в лавке бокора!

— Эмма, что случилось?

— Не твоего ума дело! Тебе разве ничего не задано? Иди наверх делать уроки, — буркнула она, не глядя мне в глаза.

— Чем тут пахнет?

Я обвел взглядом комнату и заметил на комоде толстую черную свечу. Вокруг нее лежало множество крошечных мешочков с зашитой горловиной.

— Эмма, что ты делаешь?

После секундного замешательства Эмма резко ответила:

— Амулеты, что же еще! А тебе следует навести порядок в своей комнате, иначе туда скоро никто не попадет!

Эмма никогда раньше не зажигала в нашем доме свеч, которые источали такой тошнотворный «аромат». Но я не мог признаться, что видел ее в логове бокора. Она рассердится, если узнает, что я выследил ее в туннелях. Я старался убедить себя, что у нее есть особые скрытые мотивы. Ведь Эмма стала мне практически второй матерью и всегда защищала меня.

— С каких пор ты изготовляешь амулеты при свете свечей, которые воняют, как целая химическая лаборатория? Это совсем не конский волос и…

Я запнулся и оборвал себя на полуслове.

Я напрочь забыл, чем еще она набивала куколок и что хранилось у нее в банках. Емкость с конским волосом мне удалось вспомнить, а что же в остальных? Эмма внимательно наблюдала за мной. А я умудрился вывернуться:

— Проехали! Не хочешь говорить, чем ты там занимаешься — ну и ладно!

Я опрометью выбежал вон, бросился на крыльцо и, оперевшись на перила, вслушался в стрекот саранчи. Ненасытная стая продолжала пожирать наш Гэтлин.

Меня окутала теплая печальная тьма. Из кухни доносился звон сковородок и скрип половиц — Эмма решила сменить тактику. Обычно родные, с детства знакомые звуки успокаивали меня, но сейчас они усилили чувство вины. Я расхаживал взад-вперед с такой скоростью, что половицы начали громко скрипеть.

Нас с Эммой разделяла стена. А еще — ложь, загадки и тайны.

Интересно, сколько скелетов в шкафу хранит история моей семьи? При случае приглашу в гости тетушку Дель, если, конечно, ее способности вернутся к ней…

На улице окончательно стемнело. Мне срочно надо с кем-то поговорить. Эмма отпадает, значит, остается только один человек. Я нажал цифру «три» в быстром наборе мобильника, не желая признаваться даже самому себе в том, что забыл номер телефона, по которому звонил сотни раз.

Последнее время я все время что-нибудь забывал, совершенно не понимая, почему это происходит. Но одно мне было ясно — не к добру это.

— Тетя Мэриан?

— Итан? Как ты? — удивленно спросила она.

Плохо. Мне страшно, и я запутался. А еще я уверен, что дела не в порядке у всех нас. Однако я заставил себя выкинуть навязчивые мысли из головы и ответил:

— Я отлично. Ну а ты? Держишься?

— Итан, твоя мама гордилась бы нашим городом, — устало произнесла Мэриан. — После пожара в библиотеку пришло столько желающих помочь, сколько здесь никогда раньше не бывало.

— Я рад, Мэриан.

— Тебе удалось что-то узнать? — понизив голос, осведомилась она. — Кто поджег здание?

По ее голосу я понял: миссис Линкольн здесь совершенно ни при чем.

— У меня вообще-то проблемы. Ты мне поможешь?

Мэриан, сделай так, чтобы все было как раньше. Верни меня в прежние времена, когда я постоянно застревал с ребятами в «Стой-стяни» и читал журналы об автомобилях.

— Разумеется!

Конечно, она имела в виду: «Все, кроме того, что запрещено».

— Давай встретимся в Равенвуде? Мне нужно поговорить с тобой и с Мэконом.

Воцарилась тишина.

— О чем? — спросила Мэриан.

И опять возникла пауза.

— Итан Уот, я нахожусь в крайне сложной ситуации. Если высшие хранители догадаются, что я опять нарушила правила…

— Ты просто навестишь друга. Это ведь можно?

Или нельзя?

— Дело касается не только библиотеки. Я насчет восемнадцатой луны…

Мэриан! У меня нет никого, кроме тебя и Эммы, сейчас пребывающей во тьме. С мамой я уже не смогу поговорить.

Я надеялся, что она согласится. Люблю Мэриан за то, что она читает мои мысли.

— Скоро буду, — произнесла она и повесила трубку.

Захлопнув крышку мобильника, я положил его на ступеньку. В данный момент мобильная связь мне не понадобится. Я посмотрел на ночное небо, где начали загораться звезды.

«Эль?»

После долгого молчания я почувствовал, как Лена присоединилась к моему сознанию.

«Привет, Итан».

«Пора нам самим разобраться. Времени очень мало. Найди дядю. Я позвонил Мэриан, сейчас заеду за Линком».

«А Эмма?»

«Ей и без меня тяжело. Позовешь бабушку?»

«Ее нет дома. Приглашу тетю Дель. И Ридли».

Ридли нам вряд будет полезна, но раз на совете будет Линк, то она спятит, если ее не позовут.

«Не переживай, вдруг нам повезет. Может, Рид занята. Тыкает иголками в куколок, изображающих школьную команду поддержки».

Лена рассмеялась, но мне было не до шуток. Кроме того, я сразу вспомнил ядовитый запах в комнате Эммы. Сидя в одиночестве на крыльце, я почувствовал, как Лена коснулась губами моей щеки.

«Жди меня».

Там наверняка будет еще один человек, но мы с Леной не решились произносить ее имя даже на кельтинге.

Грейс и Мерси увлеченно смотрели «Свою игру». Эмма сидела возле них и притворялась, что гадает над каждым вопросом. А Сестры делали вид, что все знают, поэтому у меня появились неплохие шансы потихоньку улизнуть из дома.

— Кто спит три года? Ага, кончашима, Грейс! Я тебе не скажу!

Кончашима — ругательство, которое бабушка Мерси придумала специально для тех случаев, когда хотела вывести сестер из себя. Она наотрез отказывалась объяснять, что оно означает. Если честно, я предполагаю, что она и не понимала этой абракадабры.

— Сама ты кончашима, Мерси! — фыркнула Грейс. — Я и без тебя отвечу! «Чем занимались все мужья Мерси, вместо того чтобы зарабатывать на жизнь? Спали!»

— Неужели, Грейс Энн? А я думала, они спрашивают, сколько времени ты клевала носом в церкви на пасхальной проповеди, спрятавшись за моей великолепной шляпкой с центифолиями!

— Там было «три года», а не «три часа»! Если бы его преподобие не наслаждался звуками собственного голоса, может, мы что-нибудь и услышали бы! И вообще, я сидела за Дот Джессап, которая нацепила огромный головной убор в цветах да перьях. Мне все равно ничего не было видно!

— Улитки, — прервала их Эмма, снимая передник.

Сестры недоуменно воззрились на нее.

— Сколько времени спит улитка? Три года. А сколько еще мне вас ждать к ужину, девочки? И куда, кстати, ты собрался, Итан Уот?

Я замер в дверях. Эмму не проведешь.

Некоторые вещи не меняются. Эмма не выпустит меня из дома одного, да еще и поздно вечером, после визита Абрахама, пожара и прочих катаклизмов. Она поманила меня за собой, на кухню, как будто я сильно напроказил, и мне предстоит расплата.

— Я-то понимаю, что ты задумал.

Она огляделась вокруг в поисках Одноглазого Ужаса, но я оказался быстрее и спрятал устрашающую ложку в задний карман джинсов. Карандашей под рукой у нее тоже не было. Похоже, что Эмма безоружна. Настала моя очередь.

— Эмма, я обещал Лене поужинать с ее родственниками!

Я бы с радостью выложил ей правду, но пока не выясню, зачем она ходила к бокору в Новый Орлеан, лучше мне молчать.

— Сегодня?! — подбоченясь, выдала она свой главный аргумент. — Когда я готовлю на ужин фаршированную свинину?! Золото Каролины, трехкратный обладатель голубой ленточки?! Ты меня не обманешь! — фыркнула Эмма, качая головой. — Ты променял мою фаршированную свинину на чародейский павлиний паштет на золотой тарелке?

Эмма была невысокого мнения о кулинарных способностях Кухни, и, если честно, я разделял ее убеждения.

— Я забыл тебя предупредить!

Между прочим, я не соврал. Память у меня отшибло, хотя с утра Эмма говорила о том, что ждет нас на ужин. Эмма скрестила руки на груди. Ее можно понять, ведь раньше такое блюдо казалось бы мне просто раем на земле.

— Л-и-ц-е-м-е-р-и-е. Девять букв по горизонтали. Ты что-то замышляешь, Итан Уот, и родственники Лены здесь ни при чем.

Эмма тоже что-то скрывала. Но я никак не мог придумать, как это назвать, поэтому выпалил:

— Эмма, я тебя очень люблю, — и я обнял ее.

Она мгновенно растаяла и сменила гнев на милость.

— Ох, Итан Уот! То, что ты говоришь, так же далеко от истины, как мама Уэсли от бутылки виски, — ответила она напоследок.

Эмма может сколько угодно стоять на пышущей жаром кухне и незаслуженно (или наоборот) распекать меня — все равно будет по-моему.

— Не волнуйся за меня. Я всегда возвращаюсь домой!

— Мягко стелешь, Итан! — упорствовала она, но быстро смягчилась и погладила меня по голове.

— Я в одиннадцать прилечу сюда! — заявил я, хватая со стола ключи от машины и чмокая Эмму в щеку.

— В десять, и ни минутой позже! А то завтра заставлю тебя купать Харлона Джеймса. А лучше — всех четверых!

Я ретировался из кухни, не расставаясь с Одноглазым Ужасом.


— Ого, приятель! — пораженно воскликнул Линк, высовываясь из окна «Вольво», и машина тут же накренилась. — Извини!

— Сядь на место.

— Видишь черные ямы? — спросил Линк, плюхнувшись обратно на сиденье. — По дороге до Равенвуда прямо напалмом прошлись или огнеметом, а потом следы резко обрываются…

Даже в тусклом свете луны по обеим сторонам пыльной трассы были видны глубокие рытвины, метров пять шириной. Однако около ворот они заканчивались.

Поместье осталось в целости, но особняк явно подвергся массированной атаке вексов. Лена не говорила, что все настолько серьезно, а я даже и не поинтересовался. Меня больше волновала моя семья и библиотека — в общем, мой город. Кроме того, я был уверен, что в ту ночь Равенвуд не пострадал. Я съехал на обочину, и мы с Линком выбрались из машины — пиротехнические трюки такого уровня заслуживают пристального внимания.

— Чем ближе к дому, тем шире становятся выбоины, а затем резко исчезают, — констатировал Линк, присев на корточки рядом с обугленной ямой.

— Верно, — кивнул я, поднимая с земли черную сухую ветку, которая рассыпалась у меня в руках. — У бабушек словно торнадо пронесся, а в Равенвуде был пожар, типа, как в библиотеке.

— Не знаю… Может, вексы действуют по-всякому на разных… людей, и не только…

— Чародеи — тоже люди!

— Да-да, — согласился Линк, разглядывая очередную обгоревшую ветку. — Но округу изрядно поджарили.

— Думаешь, Сэрафина постаралась? Поджоги — по ее части.

А с фактами не поспоришь. Сэрафина жива и бродит где-то поблизости.

— Она — крутая… А что? Мне уже и сказать ничего нельзя? — возмутился он, заметив, как я на него посмотрел.

— Сэрафина — королева тьмы, идиот!

— А я как раз недавно кино видел! Королевы тьмы — самые крутые девицы, ожог третьей степени! — не унимался Линк, стряхивая пепел с ладони. — Пора валить отсюда, а то у меня голова разболелась. Слышишь жужжание. Вроде бы целая бригада орудует бензопилами!

Став инкубом, Линк тоже начал чувствовать наложенные на Равенвуд защитные заклинания. Я кивнул и завел машину. Ржавые, покосившиеся ворота послушно открылись.

«Эль?»

Я засунул руки в карманы и уставился на особняк. Окна, потрескавшиеся деревянные ставни, заросшие плющом… Казалось, комната Лены ничуть не изменилась. Я знал, что это иллюзия и Лена сейчас наблюдает за мной сквозь стеклянные стены.

«Я пытаюсь уговорить Рис остаться наверху вместе с Райан, но она проявляет свой покладистый нрав во всей красе».

Линк нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

«А как насчет Ридли?»

«Я спросила, хочет ли она прийти — она бы и так догадалась, что намечается совет. Она сказала, что будет, но я не уверена. Последнее время Ридли ведет себя очень странно».

Если бы у Равенвуда было лицо, то комнаты Лены и Ридли мигали бы, как огромные глаза. Ветхие ставни слегка покосились, за ними виднелись немытые окна. Я уже собирался отвернуться, но вдруг в окне Ридли мелькнула чья-то тень. Кто бы это мог быть? Вдруг стекла задребезжали, а ставня соскользнула с петли и сорвалась вниз.

«Итан?»

— Ты видел? — обратился я к Линку, но он принялся изучать трубу.

— Кирпичи падают, — пробормотал он.

Особняк сотрясался все сильнее, словно в нем бушевала магическая энергия. Входная дверь завибрировала.

«Лена!»

Я бросился к крыльцу, а из дома доносился чудовищный стук и грохот. Я навалился на створку, нажав на чародейский знак, вырезанный на верхней притолоке, но тщетно.

«Постой, Итан!»

«Ты как?»

«У нас все нормально. Дядя Мэкон думает, что какая-то сила пытается проникнуть в дом».

«А снаружи все выглядит по-другому».

Неожиданно дверь распахнулась, и Лена втащила меня внутрь. Перешагнув через порог, я очутился в плотном энергетическом поле. Линк последовал за мной, и дверь захлопнулась. Я с облегчением вздохнул. Однако спокойствие продолжалось недолго…

За время нашего знакомства я привык к тому, что интерьеры особняка Равенвудов постоянно менялись. Здесь была и старинная мебель времен плантаций, и классическая готика в стиле фильмов ужасов… Но к тому, что ожидало нас сегодня, я оказался не готов. Жилище превратилось в сверхъестественный бункер, чародейский вариант подвала миссис Линкольн, где у нее хранились всевозможные заготовки на случай урагана или конца света. Все стены от пола до потолка были покрыты защитными листами серебристого металла. Мебель испарилась. Вместо бархатных кресел и стеллажей красовались пластиковые контейнеры и шкафы со свечами и бутылками виски. На полу стоял увесистый мешок с собачьим кормом (очевидно, для Страшилы), хотя он предпочитал исключительно отбивные.

Я едва не наткнулся на ряд банок, содержимое которых подозрительно напоминало известь. У мамы Линка также имелся такой стратегический запас «для профилактических целей».

— Что это? Чародейская дезинфекция? — осведомился я, повертев емкость в руках.

— Ага, известь называется, — пояснила Лена, забирая у меня банку.

— Мама была бы в полном восторге, — вмешался Линк, постучав по одному из контейнеров. — Рейтинг твоего дяди сразу же поднялся бы на десять пунктов. Наборы для выживания на тридцать шесть и семьдесят два часа — детский лепет! Вот это я понимаю — настоящая подготовка к чрезвычайной ситуации! Вы здесь легко три недели продержитесь! Только лома не хватает!

— Лома? — переспросил я.

— Как ты собираешься тела из-под завалов откапывать?

— Тела?!

А у мамы Линка еще хуже с головой, чем я думал…

— Ребята, у вас с провиантом дела плохи, — обратился Линк к Лене.

— Не забывайте, что чародеи отличаются от людей, мистер Линкольн, — заявил Мэкон, появляясь в дверях столовой. — Кухня обеспечит нас всем необходимым. Сегодняшний вечер — отличное тому подтверждение.

Мы прошествовали в столовую. Черный стол на ножках в виде птичьих лап, разумеется, испарился. Сейчас перед нами находился хромированный металлический стол, подходящий для медицинской лаборатории.

Впрочем, если не зацикливаться на обстановке, то все напоминало мне вечер нашего с Леной знакомства. Тогда тут собралась вся семья. Ридли, будучи темной чародейкой, обманом заставила меня провести ее с собой в Равенвуд. Да, будущее непредсказуемо…

— Прошу вас, мистер Уот и мистер Линкольн! Мы пытаемся определить источник колебаний.

Я опустился на один из свободных стульев рядом с Леной, Линк присел рядом. Судя по количеству чародеев, желание обсудить ситуацию возникло не только у меня. Однако я решил помолчать. Надо быть осторожным.

«Ты прав. Мэкон даже не удивился, когда я сказала ему о том, что ты к нам заглянешь. А потом начали собираться остальные».

Мэриан наклонилась ко мне, и ее лицо озарилось светом стоящей на столе свечи:

— Что творится снаружи? По-моему, что-то очень странное…

— Не знаю, но в доме тоже есть такое ощущение, — раздался голос у меня за спиной.

— Лиа, а слева от Итана как раз имеется свободное место, — важно произнес Мэкон.

И спустя долю секунды между мной и Линком возник третий стул, предназначенный для Лиа Равенвуд.

— Привет, Лиа, — поздоровался Линк.

Она изумленно вытаращилась на него. Думаю, почувствовала присутствие сородича.

— Добро пожаловать, брат! — отозвалась она, тряхнув темными, убранными в хвост волосами, и я сразу же вспомнил медсестру из больницы.

— Лиа, ты была в палате бабушки Пру!

— Ш-ш-ш, мы хотим обсудить дела поважнее, — заявила она, стиснув под столом мою руку и подмигивая.

Но я получил ответ на свой вопрос — за бабушкой присматривала Лиа.

— Спасибо тебе!

— Не за что. Просто делаю, как мне говорят.

Наглая ложь — Лиа еще более независима и свободолюбива, чем Лена.

— Ладно тебе.

— О'кей, — рассмеялась она. — Значит, я делаю так, как считаю нужным. Короче, я думаю, что надо приглядывать за семьей: за своей, за твоей — какая разница.

Не успел я ей ответить, как в комнату ворвалась Ридли. Ее одежда напоминала нижнее белье. Свечи ярко вспыхнули — Ридли не потеряла способности к эффектным появлениям.

— Что-то я не замечаю на столе карточки со своим именем. Но приглашение на вечеринку я получила! Правда, дядя Мэкон?

— Мы будем рады, если ты присоединишься к нам, — спокойно вымолвил Мэкон.

— Милая, что на тебе за наряд? — пролепетала тетушка Дель и опасливо поднесла руку к глазам, словно не могла поверить в подобное зрелище.

А смотреть там особо не на что было.

— Я вас не понимаю, — запальчиво воскликнула Ридли, бросая на стол обертку от жевательной резинки. — Вы что, собираетесь меня в очередной раз унизить? Мне следует рассердиться?

— Равенвуд стал твоим дом, Ридли. — Мэкон улыбнулся и нетерпеливо забарабанил пальцами по столу.

— Вообще-то, дядя Мэкон, Равенвуд принадлежит моей кузине! Ты сам отдал его Лене и оставил нас с носом! — взбеленилась Ридли. — А где еда? Ах да… Кухня свихнулась окончательно! Как и все вы, сверхъестественные вы мои! Какая ирония судьбы, вы не находите? Могущественные ребята, а не можете даже ужин приготовить!

— Ну и язык у девчонки! — принялась сокрушаться тетушка Дель.

— Буду весьма благодарен, если ты проявишь некоторое уважение и понимание к нашим общим проблемам, — заявил Мэкон и жестом пригласил Ридли присоединиться к компании.

— Пожалуйста! — Ридли плюхнулась на свободное место, отмахнувшись от Мэкона ядовито-розовыми ногтями. — Итак, вечеринка начинается? — спросила она, поправив подобие бретельки на минималистичном платьице.

— Ты не мерзнешь? — шепнула ей тетя Дель.

— Это винтаж, — отрезала Ридли.

— Откуда? Из «Мулен Руж»? — В дверях появилась Лив со стопкой книг.

— А ты, Пеппи Длинныйчулок… — начала Ридли, покосившись на косичку Лив.

— Девочки, угомонитесь, — выразительно посмотрел на них Мэкон. — Ридли, твои актерские способности заслуживают гораздо более пристального внимания, чем твоя одежда. А теперь приступим, — вздохнул Мэкон. — Оливия, спасибо, что присоединилась к нам, — добавил он.

Ридли уселась на стул по соседству с Линком, притворяясь, что не замечает его.

— Не представляю, где ты его достала… Но если в торговом центре в Саммервилле есть такой магазин, зайду туда и обязательно куплю тебе подарок на день рождения! — шепнул ей Линк.

Но Ридли словно окаменела.

— Оливия, ощутила ли ты колебания энергии? — заговорил Мэкон.

Я не сводил глаз с Мэкона, но слышал, как Лив перелистывает страницы своего любимого красного блокнота, а потом настраивает селенометр. Это были хорошо знакомые мне — почти родные — звуки.

— Если позволите, сэр Мэкон, — начала Лив, кладя перед ним стопку бумаг, — то я хотела бы продемонстрировать вам показатели, которые я зафиксировала. Сначала я сомневалась в точности проведенных измерений…

— Продолжай, Оливия.

Мэкон назвал Лив по имени, и Лена мгновенно напряглась. Я чувствовал, как ее сила волнами омывает меня, а Лив как ни в чем не бывало докладывала:

— В целом, что все стремительно ухудшается. Если мои расчеты верны, то нечто привлекло в дом некую сингулярную энергию.

Отлично, Лив завела речь о том, кто кого привлекает…

— Любопытно, — протянул Мэкон. — То есть показатели растут, как мы и подозревали?

Местоимение «мы» явно задело Лену.

«Как она мне надоела!»

— Лив? — спросил я.

Черт! Я случайно произнес ее имя вслух! Что со мной?! Уже не понимаю, когда мы общаемся на кельтинге, а когда с помощью обычных слов. Лена ошеломленно уставилась на меня.

— Да, Итан? — отозвалась Лив.

Присутствующие обернулись и посмотрели на меня. Надо срочно что-то придумать! О чем говорила Лив? «Что-то привлекло в дом»… О привлекательности?!

— Я подумал…

— Да? — нетерпеливо перебила меня Лив.

Хорошо, что здесь нет Рис. Сивилла наверняка поняла бы, что со мной, даже лишившись львиной доли способностей. А мне и селенометр для этого не нужен. Мы с Лив навсегда останемся в лучшем случае друзьями, но все равно мы много значим друг для друга. У меня противно засосало под ложечкой, будто меня терзала стая разъяренных вексов.

— Вексы, — выпалил я.

Лив терпеливо кивнула и поддержала меня:

— Их активность значительно возросла.

— Нет, я о другом… Предположим, нечто пытается пролезть в Равенвуд из-за напастей, которые насылает на нас Абрахам.

— Мою библиотеку сожгли дотла, — бесстрастно сказала Мэриан. — Дом твоей бабушки разрушен. Тебе не кажется, что «предполагать» поздновато?

Чародеи уставились на меня, как на придурка, но пути назад не было, и я решил импровизировать дальше:

— А если мы ошибаемся? Вдруг угроза находится внутри, а не снаружи?

Лив удивленно приподняла бровь, а Ридли выкрикнула:

— Большей глупости я…

— Вообще-то, гениально, — вступилась за меня Лив.

— Конечно, ты же у нас Мэри Поппинс, — закатила глаза Ридли.

— Я действительно считаю, что мысль здравая. И если у тебя нет вразумительных доводов, то помолчи и в кои-то веки послушай меня, — отрезала Лив, отворачиваясь от Ридли. — Возможно, Итан прав. Некоторые показатели сильно отличаются от общего массива, и я не знаю, как объяснить погрешность.

— А что за угроза? — поинтересовалась Лена.

— Вопрос в том, от кого она исходит, — загадочным тоном произнес Мэкон.

Лена взглянула на Ридли — мы с ней подумали об одном и том же.

— Вы опять обвиняете меня?! — взвилась Ридли. — Почему?!!

— Успокойся, Ридли, — вмешался Мэкон. — Никто тебя не…

— А если показатели странных часов нашей мисс Совершенство неправильные? — рявкнула Ридли. — Но такого и быть не может! Вы все перед ней прыгаете на задних лапках!

Лена слегка улыбнулась.

«Ничего смешного, Эль».

«А я и не смеюсь».

— Достаточно! — поднял руку Мэкон. — Вероятно, никто не пытается проникнуть в Равенвуд, потому что этот некто уже здесь.

— Значит, мы не заметили, как одно из созданий Тьмы Абрахама вломилось в дом, несмотря на защитные заклинания? — недоверчиво проговорила Лена.

Мэкон поднялся, пристально глядя на меня. Именно так он смотрел на меня в ночь нашего знакомства, когда я положил перед ним медальон Женевьевы.

— Вполне справедливо, Лена.

— Мэкон, каковы твои предположения? — осведомилась Лиа Равенвуд.

— Давайте нам все объяснит Итан, — вымолвил Мэкон, обогнул стол и остановился напротив меня.

Его зеленые глаза засияли особым светом, напомнившим мне мерцание арклайта.

— Что случилось? — шепнул я потрясенной Лиа.

— Способности Мэкона изменились с тех пор, когда он превратился в чародея… но я и понятия не имела, что он может охотиться за душой.

— В каком смысле? — заволновался я.

— Чужая душа — потемки, а Мэкон умеет в ней ориентироваться.

Лиа ответила вполне в духе Эммы — то есть яснее мне не стало.

— Он читает мои мысли?

— Не совсем. Он чувствует нарушения и отклонения в душах людей, присутствие в них чего-то чужого, — тихо сказала Лиа.

Его взгляд казался расфокусированным, но я-то понимал, что он наблюдает за мной как хищник. Неприятное ощущение.

— Поразительно, — после долгого молчания заявил Мэкон.

— Что?

— Сегодня ты привел с собой сюда незваного гостя.

— Итан никогда бы так не поступил! — возмутилась Лена.

— В тебе произошла странная трансформация, — проговорил Мэкон, игнорируя ее реплику.

— О чем ты? — выдавил я, и меня стало мутить.

— Мэкон, тебе прекрасно известно, что нарушение порядка Вселенной повлияло на каждого чародея, и ты не исключение, — обратилась к нему Мэриан. — Твое восприятие обманывает тебя!

— Возможно, Мэриан, — ответил Мэкон, и зеленый огонь в его глазах потух.

Сердце колотилось у меня в груди как сумасшедшее. Только что Мэкон накинулся на меня с обвинениями, а затем просто взял и передумал?

— Мистер Уот, похоже, вы лишились чего-то очень важного. Именно поэтому я чувствую присутствие незваного гостя в моем поместье. Этот человек — вы.

Мой желудок сжался в комок.

— Что вы имеете в виду?

— Если бы знал, обязательно сообщил бы вам. К сожалению, я не вполне уверен в своей правоте, — с некоторым облегчением сказал Мэкон.

У меня закружилась голова. Он что, обвиняет меня в преступлениях, которых я не совершал? Я не собираюсь молча внимать Мэкону и покорно кивать. Мой мир находился на грани уничтожения, и я должен был получить нужную мне информацию, причем любой ценой.

— Надеюсь, вы удачно поохотились, но у меня свои причины для визита в ваш дом!

— Неужели? — бросил Мэкон, усаживаясь на свое место во главе стола.

— Восемнадцатая луна не имеет отношения ни к Равенвуду, ни к Лене! — заорал я. — Это луна Джона Брида! Но у нас нет о нем никаких сведений!

— Итан прав, — опять поддержала меня Лив, грызя ручку.

— Я решил, что, наверно, вам будет интересно и мы придумаем, как найти его, — с горечью в голосе произнес я и встал. — Вы уж простите, если я не такой, как раньше. Просто Земля стоит на пороге гибели!

И я направился к двери.

«Итан, ты куда?»

«Надоел мне идиотский фарс!»

— Итан, успокойся, — проговорила Мэриан.

— Попроси об этом вексов, которые погубили Гэтлин. Или Абрахама, Сэрафину и Охотника! Почему бы тебе не применить свое рентгеновское чудо-зрение на них? — крикнул я Мэкону.

«Итан!»

«Мне у вас делать нечего».

«Итан, он не хотел…»

«Мне плевать, Эль!»

Мэкон внимательно слушал каждое мое слово.

— Все события происходят не случайно? Когда Вселенная хочет предупредить меня о чем-то, обычно она делает это голосом моей мамы, и я собираюсь прислушаться к нему!

Я выбежал из столовой, прежде чем меня успели остановить. Не будь я проводником, то догадался бы с одного раза, кто из нас потерян.

Загрузка...