Попаданка в Сильфиду на боях орков

Глава 32

Окончательно отпустило меня уже поздней ночью, когда мы практически справились с огнем. Я все еще летала и в свете четырех лун и не потухшего еще кое-где огня отслеживала всю защитную полосу. Кое-где огню все же удалось прорваться через защитную полосу, но он не успел сильно разгореться. В нескольких случаях Кирим успевал перехватить над огнем контроль, а в одном пришлось создать еще одну защитную полосу-полукруг. Огонь плевался и шипел, словно живой, пока мы с Киримом пытались его сдерживать, а орки мастерили защиту. Потом заметался, как волк в клетке, сжег все, что было возможно, а потом постепенно затих, прогорая.

Наконец, все было кончено. Очаги пламени все еще светились где-то там за защитными сооружениями, прогорали редкие деревья и кусты, догорали угли и, казалось, сама земля, но в нашу сторону пламя уже не наступало. Я смогла, наконец, выдохнуть и спуститься, чтобы дать отдых натруженным крыльям.

Орки выставили дозоры по всему периметру, тех магов, кто помогал в тушении, попросили установить палатки ближе к границе, чтобы быстрее среагировать, если что-то случится ночью.

Нам повезло еще, что ветер стабильно дул с востока на запад, а то огонь мог бы распространиться дальше по степи и наделать еще больше бед. И тот факт, что неизвестные развели огонь внутри озера-молумесяца, тоже помог. Если бы огонь ушел за границу ограничивающих водных «рогов», он бы не остановился, пока не дошел бы до моря или пока не начались бы дожди. Я не знаю, что было бы вероятнее в это время года, но в любом случае очевидно, что это была бы экологическая катастрофа. На тех территориях не осталось бы никакой живности и травы, а значит орки не смогли бы там выжить и пошли бы войной на другие племена.

У меня в голове не укладывалось, кто мог такое совершить, причем, очевидно, по коллективному сговору. Как минимум двое присутствовали там, где пролетали мы с РилеДиром: на одного я смотрела, а второй швырнул мне в голову камень. Но я уверена, что поджигали в большем количестве мест, то есть это был довольно масштабный заговор, и я не представляла, кто из орков мог решиться так рисковать своими семьями.

Честно сказать, подозрение сразу упало на Шамана, именно он попытался в этой ситуации что-то сделать с тотемными животными всех племен. Но я не могла быть уверена, что это было не во благо оркам. Быть может, действительно, чтобы сотворить защиту, нужно пленить всех зверей, которые, обладая собственными характерами, делиться энергией не желали. Это звучало логично, но… то, что я видела во время ритуала, не внушало мне доверия. Не так люди просят о помощи сверхъестественных духов. Орки всегда отзывались о своих тотемах с уважением и почтением, те не были их рабами, скорее хранителями, почти божествами. И для меня это выглядело кощунственным по отношению к таким материям.

А еще теперь, когда все улеглось, у меня возник вопрос: как так вышло, что у некоторых тотемов есть какие-то еще энергии, а не только земная? И почему, по словам РилеДира, орк может лишиться этих дополнительных способностей, если пройдет инициацию в племени, у тотема которого этих сил нет. Значит, эти энергии были в тотемах изначально, когда те были только созданы для защиты орков от самих себя? То есть магия огня, воздуха и воды — это не силы, приобретенные из-за связи орков с людьми, а то, что у них и так было, пусть и в меньшей степени.

Очень загадочно.

Пока же мы смогли, наконец, устроиться на ночлег. Лис привез мне небольшую палатку, не ту, в которой мы жили с Халмиром, а совсем маленькую походную на одного. Кирима приютили в общей палатке орки из нашего племени.

Ночью нас несколько раз поднимали из-за всполохов пламени, но к счастью все обошлось, редкие прилетевшие через защитную полосу искры удалось погасить без магов. А на рассвете последние угольки уже потухли, о случившемся напоминала только перекопанная земля и пепелище, да кое-где валяющиеся прогоревшие валики дерна. А еще, конечно, серые от пепла лица и одежда всех участников операции по спасению орков от напасти. Вчера ночью мы бухнулись спать, не заморачиваясь, а с утра, посмотрев друг на друга, засмеялись. Под слоем пепла и сажи орки и люди были на одно лицо и отличались разве что размерами.

Я с сожалением опустила взгляд на свою одежду. Только ведь помылась и свежее надела! Ну, что за сутки, с ума сойти!

Орки из всех наблюдательных пунктов стали собираться в одном месте, чтобы вместе позавтракать, а потом уже возвращаться в свои племена. Общее дело сплотила их, Медведи и Кони, Соколы и Псы сидели вперемешку, посмеиваясь и вспоминая вчерашний день. Редкие девушки-магички вели себя более скромно, но тоже не забивались в угол, а подхихикивали наравне с остальными, а парни поглядывали на них с явным интересом.

Именно сюда к нашему дружному кружку и приехал высший совет орков — вожди и шаманы всех племен в сопровождении самых главных орков. Мы почтительно притихли, пока каждый из вождей зачитывал пафосную речь о том, какие мы молодцы и сколько сделали, при этом каждый старался не повторять за остальными, а ввернуть что-то оригинальное, из-за чего иногда речи выглядели весьма комично:

— Вы сильны, как самые мощные медведи, способные разорвать косулю голыми лапами, — вещал вождь Медведей.

— Вы быстры и проворны, как Кони, только благодаря этому вы сумели опередить распространение огня! — не отставал вождь Коней, косясь недобро на коллегу.

Сравнения кончились очень нескоро, я уже успела съесть свою кашу и лепешку, захотелось просто расслабиться и поспать, но, восстанавливая потраченные силы. Я даже не сразу среагировала, когда от восхвалений нас всех в целом перешли к отдельным личностям.

— ЯригДуз, ты проявил не только магическую силу, но и стойкость, я горжусь тем, что ты — член моего племени, — провозгласил вождь Медведей, указывая на того из братьев, что не убегал от огня. Второй позеленел от стыда. — Но и РигоДуз тоже молодец, — закончил вождь, кивнув на него.

Так они хвалили разных участников операции, иногда сталкиваясь в определениях опять же, этот герой сильный или хороший маг или быстрый или зоркий, благодаря чему огонь удалось остановить, сдержать, заметить вовремя и так далее.

— Я хочу поблагодарить тебя, ОксТарна, что помогла нам остановить огонь, поделившись своим знанием, — наконец, провозгласил Вождь Соколов, а я криво усмехнулась: да, конечно, только в этом и заключалась моя работа. — Ты показала себя сильной магичкой и достойной невестой, которой будет рад любой род моего племени.

— Да не только твоего. Пигалица хоть и мелкая, а молодец, — вставил вождь Медведей в своей обычной манере.

— И потому я окажу тебе великую честь, — не дал себя сбить с мысли Вождь Соколов. — Я поручил тебя роду СакрКруша, но он мал и слаб. Чтобы ты стала более завидной невестой, я принимаю тебя под свое покровительство, ты выйдешь замуж из моего шатра за самого достойного из тех, что посватается к тебе! — орки зашумели, поздравляя, а я шокировано уставилась на вождя.

— Но как же так… у меня ведь жених есть, — я покосилась на Лиса, ища поддержки. Лицо его было мрачным и серьезным.

— Ой, да какой там жених, — отмахнулся Вождь. — Мы тебе получше найдем. Лучшие воины будут сражаться за твою руку.

Мне поплохело.

— Это что же это, Вождь! — вскочил со своего места СакрКруш, — слушайте все племена! Мой род притесняют! Мне ты вручил человечку-рабу, никому не нужную, дурную и глупую. Я ее растил-воспитывал, готовить научил, в невесты вывел, работал, рук не покладая, а теперь ты хочешь калым себе забрать! — я еще больше прифигела от аргументации. То есть СакрКрушу не я важна, как член его рода, а калым⁈ Да и вообще, стоило ли такой разбор публично устраивать. Может, лучше тихонько, своим племенем…

Вождю нашему будто зеленки в лицо плеснули не то от стыда, не то от ярости на подчиненного:

— Ты же сам говорил, что тебе она — одна обуза, что ничего не умеет и глупа как пробка, да еще худосочна, у нее из рук все валится, — прошипел он.

— Так пока она обузой была, ты мне ее сунул, а как я ее воспитал да пристроил, решил забрать⁈ — картинно возмутился СакрКруш.

Тут уже по рядам орков пошел возмущенный ропот, даже остальные вожди начали коситься на нашего с неодобрением, а шаманы принялись перешептываться.

— И верно, несправедливо это, — неожиданно влез Шаман Соколов. — Ты, Вождь, от девицы отказался, когда ее СакрКрушу в род отдал, поздно возвращать. Но и для слабого его рода она слишком сильна. Магию ее нужно развивать, девицу вздорную воспитывать… я, так и быть, приму на себя сей тяжелый крест. Кто лучше меня магию знает в нашем племени? — он тяжко вздохнул и состроил такую скромную мину, что офигели оба спорщика.

По тому, как перекосило Вождя, я поняла, что, затевая свой демарш, он совсем на другой результат рассчитывал. Отдавать меня своему политическому противнику он совсем не хотел, но аргументов не находил.

— Да вы что! — возмутилась я истерично, — я ему в род не пойду! Он меня в наложницы хотел взять, он же не отцом меня берет, а хозяином, он же меня опозорит немедленно!

— Как ты смеешь⁈ — картинно возмутился Шаман, — я о тебе забочусь…

— Свидетельствую, что Шаман несколько раз подходил ко мне и предлагал отдать ему девицу из моего рода в наложницы, это и другие орки слышали, можно найти других свидетелей, — поддержал меня СакрКруш.

— Я свидетельствую! — поднял руку Лис.

«Как так можно? Неужели? О, предки, до чего докатилось племя Соколов», — зашептались свидетели этого скандала.

— Вряд ли можно считать достойным учителем магии шамана, который не справился вчера с заклинанием, которое сам же и предложил, — вставил, подслеповато щурясь, пожилой шаман Медведей. — Его оплошность едва не погубила все племена, лишь эта дева спасла орков от гибели.

Я бы возгордилась и приосанилась, если бы ситуация не была столь сложной.

— Вот я о ней и позабочусь, — встрял Вождь Соколов. — А ты тоже мужик неженатый еще, жизнь в твоих шатрах на нее тоже тень бросает, — перевернул он мой аргумент в другую сторону.

— Я вполне справляюсь с заботами об ОксТарне и без вас, — не согласился СакрКруш. — А за честью ОксТарны следит ее дед, которого мне тоже в нагрузку всучили. Я столько времени и ее, и деда немощного ее кормлю разве для того, чтобы пойманную уже дичь другому отдать? — орки заволновались, кажется, здесь это был распространенный речевой оборот.

— Если она выйдет замуж из моего шатра, в том будет больше почета, — Вождь задрал вверх указательный палец. — А калым, так и быть, можно и поделить, — из-за начала торговли мне захотелось пробить себе лоб фейспалмом.

— Я ее опекун, мне и почет и калым, — сложил руки на груди СакрКруш. — Но вы можете быть на празднике посаженным отцом, — снисходительно добавил он.

— Сваты должны в мой шатер идти и разрешения на брак спрашивать, — прорычал Вождь. Кажется, власть его волновала больше, чем деньги и дары.

— Я опекун, мне и свадьбу сыграть и жениха выбирать, — не согласился СакрКруш.

— А справишься ли ты? Сможешь ли столы богатые накрыть? — сощурился Вождь. — Особенно сейчас, когда дичь огнем распугана?

— Справлюсь!

— А я…

— Вы забываете, что ОксТарна моя ученица, — неожиданно решительно выступила вперед Заликруна. — И приняла я ее в ученицы до того, как она прославилась, — уничижительный взгляд в сторону Шамана и Вождя. — Не дело, что она в шатре мужика неженатого живет, — Вождь просиял, — но СакрКруш постарался — чужестранку приветил, все ей объяснил, — мне захотелось заржать, — обеспечил и во всем помог. И ко мне в ученицы пристроил, — добавила она, выделяя слова голосом. — Вот в моем шатре пусть и живет. Одна я осталась, стара совсем, а места много.

— Но как же, — пробормотал Вождь, явно, не ожидавший такой подставы.

— Дочерей я вырастила и замуж отдала, одиноко одной, — принялась прибедняться женщина. — Буду ей приемной матерью, о девочке позабочусь.

— Но… — протянул СакрКруш.

— Замуж она из моего шатра выйдет, — твердо кивнула знахарка. — Буду ей матерью, а СакрКруш — отцом, я на ту роль не претендую. Пусть калым тебе пойдет, мне бедной одинокой женщине, нужна лишь лепешка постная да мясца отварного кусочек, — хитрый взгляд на СакрКруша.

— Конечно, я не оставлю девицу своего рода без содержания, добрая знахарка, — кивнул он, выделяя значимые слова, — и за ученичество ее отплачу сполна.

— Но будущий муж должен получить и мое благословение, раз я посаженным отцом буду, — буркнул Вождь Соколов, понимая, что его обошли по всем фронтам.

— Конечно, Пресветлый Вождь, конечно, — закивала ЗалиКруна, — как же иначе?

По поджатым губам СакрКруша было понятно, что это не то, на что он рассчитывал, но без помощи знахарки могло быть и хуже.