Попаданка в Сильфиду на боях орков

Глава 10

На последних крохах сил активирую заклятье левитации, потому что крылья меня бы сейчас не выдержали — физически я истощена, так как маг, теряющий энергию, начинает брать силы из физического тела, лишь бы его магическая искра окончательно не погибла. Заклинание левитации легко ложится на землю подо мной, магические линии тонкие, но ровные и четкие, чтобы не позволить потерять ни капли лишней энергии. Лис только ахает удивленно, когда я поднимаюсь в воздух так, чтобы заглянуть в чашу с камнями.

Четыре камня, четыре шанса, не более. Здоровенная рука Шамана копается среди простой речной гальки с начертанными на них рунами. Вот пальцы-сардельки сжимаются на одном из них, сперва поднимает камень над головой, демонстрируя окружающим, а лишь затем опускает и зачитывает знаки-руны.

Я тем временем внимательно смотрю в чашу с камнями. Зрение у меня острее человеческого, но камни развернуты разными сторонами ко мне, я не могу так просто найти среди них свое имя, хоть и узнала вчера руны, которыми оно записано: круг с точкой внутри и полосками-рожками, а рядом две молнии-зигзага, так сказал Лис. Но нет, искать камень, значит верить в честность Шамана, а я не верю.

Уже вновь здоровенная рука погружается в чашу с камнями, копается в ней, перемешивая. Глаза его вроде бы прикрыты, почти в трансе. ГладРида стоит рядом в почтенном молчании, склонив голову, только глаза мстительно поблескивают из-под коротких ресниц. Замечаю, как Шаман открыл глаза и, прежде чем сделать выбор, небрежно отодвинул в сторону… серый камень, такой же, как и другие, но отмеченный сбоку красной краской! Отодвинул его, а схватил другой и поднял над головой. Провозгласил имя.

Красная метка на вроде бы одинаковых серых камнях вряд ли могла быть по правилам, да и оба подающих блюда ее видят — и ГладРида и другой, незнакомый орк. Видят как мухлюет их Шаман, но ничего не делают. Может, для того СакрКруша и отстранили от этой почетной обязанности, он мог рассказать.

Остаются последние шансы, последняя пара. Когда Шаман в очередной раз суёт руку в чашу, я создаю маленькое заклинание, выстраиваю его из золотистых нитей своей магии и отправляю к нему поближе. Потом, подумав, не жалею магии на еще одно. Надеюсь на удачу, но, кажется, арена не защищена от внешних магических воздействий, по крайней мере, во время ритуала. Мои маленькие энергетические схемы легко подлетают к нужному месту… Шаман опять небрежно отодвигает отмеченный краской камень, на котором я уже могу разглядеть руны своего имени, потом поднимает взгляд на небо, притворяясь, что в трансе… и я активирую магическую печать, направленным потоком воздуха подталкиваю нужную гальку ближе к его пальцам… нет, он сжимает другой камень и поднимает его над головой. Провозглашает чужое имя.

Я так холодна, что не чувствую даже досады. Один последний шанс, но страха нет, нет ничего, кроме желания достичь цели.

— Что здесь происходит? — доносится снизу зычный голос СакрКруша, но я его игнорирую, это не имеет значения, ведь он не может мне помешать — не дотянется.

Жаль, что у меня нет способности управлять камнями, только воздухом. Еще одна попытка. Когда он откидывает отмеченную гальку в сторону, я активирую одно из заклятий, не позволяя ей отлететь далеко. Переворачиваю окрашенной стороной вниз, чтобы подмена была незаметна. Потом, пока Шаман притворяется, что погружается в медитацию, стараюсь подвинуть камень в центр, еще немного, вот здесь, прямо под его руку… он вновь кидает взгляд на камни, прежде чем сделать выбор и… хватает лежащий совсем рядом, но не мой! Поднимает его над головой!

Вся энергия во мне будто вытягивается в одну тонко звенящую струну, грозящую порваться. Это невозможно! Я не могу проиграть! Я просто не могу!

Я должна его остановить!

Словно в замедленной съемке вижу, как он открывает рот, опускает руку, чтобы найти на камне имя участницы боя… золотистая искра вдруг привлекает мое внимание. Я вижу ее и вдруг понимаю, что могу управлять. Живое создание, но одновременно воплощение стихии Воздуха… всего лишь насекомое… В жесте отчаянья тянусь к нему, и… резкое движение… Шаман закашливается, когда здоровенный шмель неожиданно влетает ему прямо в рот, а потом и в горло. Он роняет камень из рук и едва не опрокидывает чашу с остальными. ГладРида, держащая ее, отскакивает в сторону, а вот второй орк пытается постучать Шамана по спине.

Воспользовавшись замешательством, я воздушными потоками выпинываю свой камень на землю рядом с уроненным, а вот чужой старательно откатываю в сторону, подальше, в траву.

Когда Шаман наконец восстанавливает дыхание, любезный орк поднимает с земли уроненный камень с именем последней участницы боев и читает вслух прежде, чем отдать Шаману.

— ОксТарна, — провозглашает молодой орк.

Едва слышно ахает ГладРида, кровью наливаются глаза Шамана. Но сделать он ничего не может — слишком много орков вокруг, в том числе и других шаманов. Он бросает на меня полный ненависти взгляд. Да, было бы странно, если бы он не заметил меня, парящую в нескольких метрах над землей подле арены. Облегченно выдыхаю и опускаюсь к земле. Уже в полуметре над землей не удерживаю заклинание и чуть не падаю, судорожно взмахиваю крыльями, но Лис вовремя подхватывает меня за талию и сажает на землю. Я обессиленно приваливаюсь к его плечу.

— Что произошло? — удивленно выдыхает СакрКруш, — что ты сделала⁈ — в его голосе слышится подозрение.

— Я попросила о благословении Стихию Воздуха, и она смилостивилась, — усмехаюсь я, отмечая, что еще несколько орков обратили на нас внимание и слушают, что я скажу. Сил совсем не остается, и я поворачиваюсь к Лису, понизив голос, прошу: — Не будите меня до боя, — потом соображаю, — разве что только на обед. Лучше крепкий бульон, чтобы на жевание силы тратить не пришлось.

Сказав это, немедленно проваливаюсь в сон. Слишком много сил израсходовала, а нужно еще выдержать бой неизвестно с кем.

***

Толком не просыпаюсь, даже когда меня кормят бульоном, до отхожего места меня Лис тащит на руках, только внутри специального шатра без крыши на минутку остаюсь в одиночестве, хотя он и внутри собирался быть мне «поддержкой и опорой». Вернувшись в свой шатер, вновь засыпаю.

Будят меня только к вечеру, когда приходит время моего боя, но к арене иду почти с видом сомнамбулы полу-прикрыв глаза. СакрКруш мрачен, а Лис всю дорогу бормочет, что у меня ничего не выйдет в таком состоянии. Я его не слушаю, хотя его упадническое настроение меня немного раздражает.

— Ты должна победить, ты сможешь, не зря ведь Предки дали тебе этот шанс, — провозглашает СакрКруш, когда мы останавливаемся перед ареной. — Не подведи.

Почему-то сейчас его слова на фоне причитаний Лиса выглядят не давлением, а верой в мои силы. Что ж, у меня действительно нет никакого выбора, я просто обязана победить.

Медленно бреду в сторону центра поляны, толком не приглядываясь к тому, кто будет моей соперницей. В этот раз я не пытаюсь сохранять расстояние между нами, слишком слаба, у меня будет только одна попытка, чтобы одержать верх, я не могу позволить себе промах.

Только подойдя совсем близко, разглядела свою соперницу — здоровенную девицу из Псов, довольно низкорослую для орчанки, но в ширину победившую даже ГладРиду. У нее на клыках намотаны разноцветные нитки: красные, зеленые, белые, черные, создавая кольца рисунка. В голове мелькает, что это же ужасный рассадник бактерий. Или она их все время стирает, а потом заново наматывает?

Даже зависаю от этих мыслей, а здоровенная бабища не теряет времени даром. Она шагает вперед и хватает меня за грудки.

«Это она зря», — мелькает в голове.

Заклятье неподвижного воздуха, состоящее из вложенных один в другой треугольников и еще нескольких линий и завитков, уже пляшет на кончиках моих пальцев. Вообще-то это просто щит от ветра, но только если не накладывать его на живых существ. Ее рост невелик, но то, что она чуть пригнулась, помогает. Я лишь поднимаю руку и касаюсь ее горла, и она начинает задыхаться. Дергаясь в конвульсиях, отталкивает меня с большой силой, а мне много и не надо — я падаю на спину, удар вышибает из меня воздух. Почти теряю сознание.

Нельзя.

Просто нельзя. Сдохнуть, но нужно победить.

Я на одной силе воли поднимаюсь на четвереньки и подползаю к ней ближе. Она уже стоит на коленях, судорожно держась за горло.

— Сдаешься? — только и выдыхаю я.

Орчанка судорожно кивает несколько раз подряд, в ее глазах светится суеверный ужас.

Движение пальцев — развеиваю заклятье, она судорожно втягивает воздух и закашливается. Дышит хрипло и судорожно, будто в этом только и есть смысл ее жизни. А затем опускается передо мной ниже, лбом касается земли и более не поднимается.

Я слышу шум вокруг — орки не поняли, в чем дело, почему одна из них сдалась. Особенно волнуется ее племя. Но мне уже все равно. Я победила. Медленно поднимаюсь на ноги.

Шаман медлит, дает время ситуации измениться. Но у него не остается выбора, остальные шаманы смотрят на него, вождь с усмешкой спрашивает, почему он застыл, кто-то из женщин подает венок победительницы.

— Не знаю, как ты сделала это, — шипит он, подходя ближе. Держит в руках венок, но не спешит опустить его мне на голову.

— Это моя магия, — говорю спокойно с улыбкой.

— СакрКруш поплатится за то, что обманул мое доверие.

— Он ничего не делал. Разве магия Арены позволила бы ему вмешаться в бой? — деланно удивляюсь я.

— Он подтасовал все так, чтобы твое имя выпало в жеребьевке, — выплевывает Шаман.

Я смотрю на него удивленно — мне бы это и в голову не пришло, но действительно ведь орки в основном имеют магию земли, а значит способны управлять камнями, а вот я — воздушника. И СакрКруш стоял подле меня в тот момент…

— Разве возможно подделать результаты жеребьевки? — спокойно выдерживаю его взгляд. — Ведь руку светлейшего Шамана направляют сами Предки, такова была ИХ воля. Они дали мне шанс, и я сумела его оправдать.

Возразить ему нечего. Орки уже высыпали на арену, молодые парни готовы поприветствовать победительницу букетами полевых цветов. И Шаману приходится-таки опустить венок мне на голову.

Степь взрывается радостными криками. Откуда-то появляются Лис и СакрКруш.

— Это была самая быстрая победа на боях, ты молодец! — опекун быстро обнимает меня, хлопает по плечам, как парня.

— Ты сделала это! — Лис сует мне в руки букет и вроде бы приобнимает, а на самом деле поддерживает, чтобы я не рухнула.

Приходится улыбаться и кивать окружающими, брать их веники, пока Лис проталкивает меня к выходу с арены. Напоследок ловлю на себе злобный взгляд Шамана.

— Теперь в твоем роду завидная невеста, СакрКруш, — с ухмылкой бросает Вождь, стоящий подле него молодой парень тоже сует мне цветы.

Сил нет совсем, только завалиться спать дня на три, но Халмир успевает еще напоить меня жирным козьим молоком, переодеть в сухую одежду и устроить на лежанке со всеми удобствами, а я даже не заметила, что вспотела, будто мешки таскала, хотя прошла-то всего ничего туда-сюда.

Ночью у меня начинается жар. Мне холодно, бьет озноб, но по словам Халмира я горячее кипятка. Он обтирает меня холодной водой и укутывает в одеяло. Когда я всплываю из забытья, диктую ему названия тех трав, которые сбивают жар. Но путаю язык и, наверное, говорю на оркском, потому что он не понимает, как бы я ни старалась. Только когда чувствую нужный вкус на языке, понимаю, что мне удалось.

Я молодец. Я справилась. Во всем справилась.

Выдыхаю с облегчением и спокойно засыпаю.