Помещица Бедная Лиза

Поэтому, печально вздыхая и борясь с внутренней жабой, достала последнюю пару тонких колготок с лайкрой, горячо надеясь, что они выдержат сезон балов. Аналогичная беда была и с нижним бельем. Трикотажа не существовало еще в России, пришлось шить по своим старым из тонкого хлопка. Благо, обрезков разных кружев и ленточек у меня хватало. Семенишна, увидев мое рукоделие, покачала головой и сказала.

-Экое безобразие! Прямо срам какой, прости Господи! И чему только теперь приличных барышень в этих столицах учат! Сидели бы дома, куда как полезней было бы! Тьфу!

Семенишна до сих пор все мои странности и несоответствия этой эпохе списывала на неведомый ей, да и мне, если уж честно, институт в Петербурге.

В этот раз, ещё и упаковывались и мои наряды. Требовалось их много, практически на каждое мероприятия отдельный наряд. Для балов, для приемов, для прогулок, визитов, благотворительных мероприятий. Если шить все это, я разорюсь только на тряпках.

Но ныне я обзавелась личным "кутюрье". Пару лет назад у нас была проблема с одной из мастериц, Настей. Она неожиданно сказала, что не хочет работать в мастерской. Но недели через три, прибежала ко мне в слезах. Дашка, внучка Семенишны и дочь Никиты и Оксаны, таки устроила подлянку. Настя была уже просватана за красивого парня из зажиточной семьи, но родители там были жадноваты да прижимистые. Вот Настя и рвалась заработать как можно больше, чтобы понравиться семье жениха. А тут Дашка с предложением уйти из мастерской и работать на себя, а она, Дашка, сумеет продавать ее рукоделия в Курске, договорится с возчиками, которые ездят в город с товаром, и будет с ними ездить и продавать. Да того не учли коммерсантки, что я мастерицам платила исходя из московских цен, в Курске они в несколько раз ниже. Вот и не получила Настя и половины от прежнего.

Тем временем Дашка нашептала родне жениха, что Настя теперь совсем мало зарабатывает. Те всполошились и быстренько отказались от невыгодной невесты. Дарья же успела охмурить бывшего жениха Насти и довести его до венца. Жадная родня польстилась на то, что родители Дашки очень хорошо зарабатывают в имении и не оставят кровиночку своими заботами. Но родители, узнав обо всем, очень были рассержены. Выдав положенное приданное, неплохое весьма, кстати, в дальнейшем отказались от материального участия в молодой семье. Теперь Дашке приходилось несладко в новой семье. А Настя, тем не менее, не захотела рукодельничать, сказала, что ей всегда больше нравилось шить.

Вот так и появилась у меня портниха. Талант и вкус у девчонки был, а у меня сведения о нарядах моего мира. Вдвоем мы придумывали такие наряды! Причем совмещали красоту с функциональностью. Так, одно платье можно было надеть не менее трёх раз, и никто бы об этом не догадался. Менялись воротнички, жабо, галстуки, манжеты, в одном даже отстегивалась юбка. Добавлялись жакетики, горжетка - и получался новый наряд. Так что ехала я с разнообразными нарядами. Но вот шубка меня печалила. Хоть я и старалась носить ее редко и аккуратно, все равно срок её подходил к концу. Буду искать подходящие меха и сопутствующие материалы в Москве, а уж пошьем мы с Настей ее и здесь.

Последнее время меня стал беспокоить Фиодор. Нет, он был здоров, но вот что-то стал хандрить, даже драки с деревенскими котами его не вдохновляли. Говорил.

-Ай, Лиза, скучно с ними драться! Они же не смотрели канал Бойцовский клуб, драться совсем не умеют! А я все приемы оттуда выучил.

-Ага, выучил! А ухо у кого драное?

-Ну, ухо... они тогда всей толпой из засады навалились. И вообще, шрамы украшают мужчину! Эх...

И грустно подпёр лапкой подбородок, глядя в окно. Путем длительных расспросов, узнала, что Федька мой тоскует по кошечке Тасе, оставшейся в нашем мире. Блондиночка с голубыми глазами, по словам Фиодора, у них только родились котята... невероятно умная и воспитанная кошечка, потеряла свой дом, выгнали ее наследники умершей хозяйки из квартиры, поэтому жила она у нас в подвале. Вот и осталась она в сердце Федьки, как первая и единственная любовь, вздыхал он по ней. И деревенские красотки его привлекали так себе, только в силу физиологии. К сожалению, ничем тут я помочь не могла, только сочувствием.

Глядя на мои сборы, засобирался в поездку и Фиодор, хотя зарекался больше ни ездить в Москву. Объяснил тем, что хоть так тоску развеет, будет повод на меня поворчать, да и побыть в моем обществе подольше, а то я все в делах и бегах. Да и вдруг мне какая помощь понадобится или совет? Ведь где-то там, на горизонте Москвы бродит наш муж... доводы были железные и я согласилась. Но неожиданно и Федька потребовал себе наряды. Поэтому для него были сшиты меховая попонка и меховые же чувячки на лапки, а ещё нарядный бантик-галстучек. Так что выглядел мой котяра очень даже шикарно.

Торгпреда в Курске я известила о своей поездке, поэтому они должны были и заказать мне двухместное купе, не люблю ездить с попутчиками!, и заказать грузовые места. По нашим с Романом расчетам нынче товара набралось более чем на половину вагона (следует учесть, что в те времена вагоны были и объемом меньше и грузоподъёмностью, нежели нынешние), так что обоз будет большой. Ящики с маслом, коробки со сгущенкой, сыром, паштеты и из свиной и куриной печени, тушёнка свиная и курица в собственном соку... фруктовые пюре из последних яблок, сухофрукты, компоты и варенья из летних заготовок. Со слезой в душе оторвала от себя несколько коробок с маринованными пикулями. Их не менее слёзно просил в последней телеграмме Орехов.

Ну и, само собой, беконы разные (эх, как жаль, что нет современных вакуумных упаковок!!), копчёные тушки бройлеров и свежемороженые.

Вся линейка кондитерских изделий тоже была упакована, как и две наши новинки на пробу. Неожиданно не слишком большой участок подсолнечника, который весной засеяли по настоянию Романа, дал отличный урожай. Хватило не только на растительное масло для собственных нужд, но и осталось для производства очень простых сладостей - козинаки и халвы. Вот и везу с собой на пробу. До сих пор все это считалось восточными сладостями и привозилось в Россию с арабского Востока. Тахины, то есть кунжута у нас нет, а вот семечек подсолнечника, как и сахара и молока достаточно. Так что будем продвигать отечественный продукт.

Дорога до Москвы прошла обычно, без всяких происшествий, даже Панталона в Курске не встретили, что даже несколько обидно. Так как каждый мой приезд в Курск он всегда попадался мне на глаза, хоть издали. Уж не женился ли он? Но на самом деле меня это не слишком волновало. Да и в поезде тоже все было нормально, правда, Федька все время жаловался, что ему холодно, и не желал вылазить из-под одеяла. Хотя мне показалось, что это было лишь поводом к тому, чтобы нарядиться в новые одежки. Фиодор счёл, что в них он смотрится неотразимо.

Кстати, наконец-то в поездах появились вагоны-рестораны для чистой публики. (На самом деле, первые вагоны-рестораны появились в России лишь в 1896 году, но помним про альтернативный мир!). Но мы, памятуя качество пищи в наших вагонах - ресторанах, не рискнули заказать еду и пользовались домашними заготовками, только чай покупали у проводника.

Неожиданно припомнилось далёкое детство - мы с бабушкой едем в гости на Урал к ее хорошей подруге. На столике в купе лежит жареная курица, отварные яйца, стоят стаканы в металлических подстаканниках, в них темно-рубиновый чай и рядом лежат маленькие, на два кусочка, пачечки сахара. Помнится, такие пачки собирали и привозили домой, как память о путешествии. Но пока такого нет.

Лениво подумалось - сделать, что ли партию пиленого рафинада, заказать соответствующие эпохе бумажки и продавать железной дороге? Отложила пока эту идею до лучших времён. А сейчас позволила себе расслабиться, не думать ни о чем сложном, не переживать о реализации товара, покупатели стабильные. Ну не пойдут козинаки и халва - ну и ладно, сами есть до упаду будем.

А пока мы шутливо пикировались с Фиодором. Комментировали увиденное за окном, я рассказывала коту о московском светском обществе. Смеялись над самыми пафосными его представителями, в общем, дурачились. Оставим все серьезное на завтра. Я загнала глубоко-глубоко внутрь себя все мысли о Шереметове, пообещав себе, что подумаю об этом завтра.

Приехав в Москву, как обычно, пристроила свой груз на хранение. На привокзальной площади меня уже поджидал экипаж, в этот раз я была приглашена погостить у князей Гагариных. Ожидали меня там с нетерпением, особенно княжна Анастасия. Ей нетерпелось похвастаться, она обручилась! И даже по сердечной склонности! Молодой князь Нащокин сделал ей предложение. Я его видела в начале лета, приятный молодой человек, без особого апломба и пафоса, но запомнились его очень умные и рассудительные высказывания на тему международной политики. Князь готовился на дипломатическую службу, хотя и относился к старой московской семье.

Нынче предпочтение почему-то на важные посты отдавалось петербургской аристократии (как повторяется история!).

А я искренне порадовалась за такую красивую и добрую пару, восхитилась роскошным обручальным кольцом.

Глава 38

У каждой из дам Гагариных были свои разговоры. Настеньке не терпелось посекретничать без присутствия маменьки, а последней немедленно же хотелось поведать все последние сплетни Москвы и ее окрестностей - свободные уши, ага! А ещё ей не терпелось узнать, какие новинки от моей мастерской будут нынче, чтобы задирать нос перед своими заклятыми подругами. В общем, до самого вечера я исполняла роль свободных ушей. Наконец, хозяйки начали собираться на какой-то прием, приглашали и меня, но я взмолилась.

-Дамы, пощадите! Сутки в поезде, ещё столько же в сборах в дорогу, путь до Курска! Я уже себя не помню! Мне сейчас только о горячей ванне мечтается и кровати! Завтра с утра у меня срочные дела, а потом я вся ваша!

Дамы согласились. Кстати, мой Фиодор произвел огромнейшее впечатление на моих хозяек. Он немедленно был затискан, весь наглажен до полуобморочного состояния и передан на попечение выделенной мне горничной с наказом накормить милого котика только свежим мяском и сливочки должны быть подогреты. Мне осталось только закатить глаза и прошипеть коту на ухо.

-Обожрешься - не буду живот гладить, чтобы не болел!! Смотри мне!

Показалось мне или нет, но Федька показал мне язык! От немедленной расправы его спасло появление горничной, унесшей кота для ужина на кухне.

С утра я постаралась как можно быстрее передать товар своим контрагентам, чтобы не рисковать условиями хранения. Купцы ждали мой товар с нетерпением. Немировский даже пожаловался.

-Закончилось ваше масло, а подвоза не было из-за распутицы, закупил у другого поставщика. Так покупатели сразу сказали - не то, нужно арсентьевское масло! Да я и сам привык к нему, другое вроде и вкусное, но не то! А что нынче новенького у тебя?

Пришлось показать все новинки. В халву Немировский вцепился, твердо сказав.

-Мое! Не отдам!

А вот козинаки великодушно отдал Орехову. Но взамен забрал себе три банки пикулей, пояснив, что это для личного пользования. Дальнейшие поездки прошли не менее удачно, и к обеду я уже вернулась в особняк Гагариных. Хозяева давно тоже были на ногах, ожидали меня, чтобы обедать и начать сборы на вечерний прием у Нащокиных. Я, разумеется, была тоже приглашена туда же. Кстати, мне торжественно была вручена целая пачка приглашений на большинство мероприятий зимнего сезона. Боюсь, все их я не успею посетить чисто физически, домой я должна вернуться до начала рождественского поста. А пока надо отдохнуть и попытаться получить удовольствия от краткого отпуска в Москве после напряжённой работы летом и осенью.

Средь шумного бала, случайно, в потоке мирской суеты...

Вот уж поистине, средь шумного бала… хотя нет, это не было в прямом смысле балом. Просто был вечерний прием с небольшим фуршетом и танцами. Но готовились мы тщательно, невеста и ее окружение не могло ударить в грязь лицом. Посему мы все трое - сама Настенька, ее маман, княгиня Гагарина, ну и я, до кучи - были разряжены в пух и прах. Я даже достала бабушкины драгоценности, и, махнув рукой на чувство интеллигентной меры, обвешалась ими, аки ёлка новогодняя. Федька, развалясь после плотного ужина на моей кровати, лениво заметил.

-Это хорошо, что эта вечеринка в темное время суток будет...

Я удивилась. - Это почему же, скажи на милость?

-Так все сороки-вороны спят уже и не увидят тебя, такую всю блестящую. А то бы утащили...

-Тьфу на тебя, хвостатый! Нет, чтобы похвалить! Вечно ты что-нибудь ехидное норовишь сказать!

В общем, мы выглядели сногсшибательно, даже я смотрелась вполне презентабельно. За эти годы фигура у меня улучшилась, и цвет волос остался таким же красивым, как после посещения дорогого салона. Чуть округлилось лицо, кожа лица тоже не была уже того болезненного серо-желтого оттенка. Так что и меня можно было бы выставлять на рынке невест. В теории. Практически это было невозможно.

На нашем блестящем фоне князь Гагарин смотрелся невзрачно. Кстати, очень мудрый мужчина. Он никогда не спорил с женой, ничего ей не запрещал, за столом я от него слышала только.

-Да, дорогая! Конечно, дорогая! Делай, как считаешь нужным, дорогая!

И княгиня правила домом железной рукой. Но далее супруг ее не пускал - хозяйством и бизнесом занимался сам. И сейчас тоскливо оттягивал ворот камзола, ожидая нудной церемонии представления, мечтая потом поскорее сбежать в отдельную комнату, где такие же отцы семейств, сдав своих дам в бальную залу, коротали время за партией в роббер или вист, с бокалом спиртного, обсуждая свои мужские дела.

Наконец, нас представили широкой публике и запустили в залу. Было шумно, душно, людно. Вся московская аристократия, вырвавшись из своих поместий, наверстывала упущенные увеселения. Меня, разумеется, представляли всем знакомым семьи Гагариных, навеличивая так.

-Это Елизавета Ивановна Арсентьева, наша хорошая приятельница Лизанька! Гостит у нас, мы очень рады ей!

Хотя многих присутствующих я уже знала, во всяком случае, дам, по их заказам для моей мастерской, по моим прошлым приездам в Москву. Но статус-кво должен быть соблюден, и я терпела всю эту процедуру! Наконец, меня освободили, и я пошла по залу, останавливаясь поболтать со своими знакомыми. Но тут увидала месье Трегубова, который целеустремлённо двигался в мою сторону. Ну, нет, не хочу я с ним общаться! Я развернулась и резко двинулась в противоположную сторону. И тут услышала знакомый ласковый голос.

-Лизонька! Здравствуй! Подойди к нам!

Я повернулась в ту сторону. Там, в небольшой нише стояли несколько стульев и круглый столик, где находилось семейство Шереметовых, в почти полном составе. Почти - потому что дорогого супруга я не увидела. Вероятно, они прибыли недавно, поэтому я их не заметила. Окликала меня княгиня Анастасия Афанасьевна. Ну, коль спалилась, надо идти, общаться. Присев в вежливом книксене, произнесла.

-Княгиня Анастасия, князь Николай Петрович! Рада видеть вас в добром здравии! Как поживаете?

-Подобру, Лизонька, подобру! Разреши представить тебе и других членов семьи, с которыми ты ещё не знакома. Наш старший сын, князь Владимир!

Высокий мужчина, стоявший возле кресла княгини Анны, повернулся ко мне, склонил голову в коротком поклоне и символически поцеловал мою перчатку на протянутой моей лапке. Он очень внешне походил на младшего брата, только если младший смотрел на окружающих или с ленивым любопытством или с холодным равнодушием, в зависимости от настроении. То старший постоянно сохранял на лице встревоженно-напряженное выражение, делавшее молодого ещё мужчину, старше своих лет.

-А это супруга Владимира, княгиня Анна!

Молодая княгиня пыталась изобразить холодное равнодушие, но безуспешно, явно на лице проявлялась досада и раздражение. Я не менее холодно кивнула и сказала.

-Мы уже знакомы с княгиней.

Старый князь тревожно переглянулись с княгиней, и князь Николай Петрович огорчённо вздохнул. Вероятно, о выходке молодой княгини они уже наслышаны. Тем не менее, княгиня Анастасия доброжелательно продолжала.

-Лизонька, ты опять в гостинице остановилась? Зачем же? У тебя в нашем доме есть свои покои, и они всегда тебя ждут. А уж Сережа как рад будет! Он сейчас почти все время проводит в своем имении, дела после стольких лет отсутствия требуют его внимания. Он и сегодня не смог приехать. Так что мы тебя ждём, обязательно! Приезжай!

Надо было видеть в этот момент лицо Анны! Ей-Богу, как будто кило лимонов замахнула разом, без закуси. Только ради этого стоило подойти к Шереметовым! Князь Николай Петрович ещё недолго поговорил о моих финансовых делах, я отговорилась общими фразами, что все хорошо. Сама оглядывалась, не видно ли где Трегубова. Вроде бы, в зале его не наблюдалось. Утешая себя тем, что, вероятно он пошел в карточный зал, я пошла к Настеньке Гагариной, она сидела поодаль, рядом с женихом, князем Нащокиным. Они о чем-то мило беседовали, периодически князь подносил к губам ручку невесты в перчатке, обозначая поцелуй, что заставляло вспыхивать румянцем щёчки очаровательной Настеньки. Сидевшие рядом приятельницы трещали о чем-то своем, о девичьем, стреляли глазками, пока рядом нет мамаш, кучкующиеся неподалеку кавалеры лихо подкручивали усы, делая скучающие лица. В общем, ярмарка невест и тщеславия была в самом разгаре. Мне вдруг стало смертельно скучно и очень захотелось домой, в Арсентьево. Но надо было провести в Москве ещё какое-то время, решая свои дела и обзаводясь новыми деловыми связями. Поэтому, сияя улыбкой (ой, только бы не крокодильим оскалом!), я присоединилась к компании молодежи.

Девчонки в тесном своем кружке болтали о чем-то своем, Настя тихонько шепталась с женихом под бдительным присмотром маменьки, но издалека, а я сидела, наслаждаясь покоем, изредка обмахиваясь веером. Всё-таки большое количество людей в зале добавляло духоты к теплу от свечей и ламп, к теплу натопленных печей в доме. Я старалась ни о чем не думать, только искоса наблюдала, не появится ли в поле зрения месье Трегубов. Сегодня он был в штатском платье, не в офицерской форме. Тоже в отставку вышел, что ли? Внезапно до моего слуха из девичьей болтовни донеслась фамилия Шереметов. Я, как хорошая охотничья собака, сразу сделала стойку, то есть навострила уши. Вот так и вырабатываются условные рефлексы, осталось только гавкнуть, прости, Господи! Девушки оживлённо обсуждали некую Долли Тенищеву и ее аманатов, а по-русски - любовников.

-Ну что вы, право, мадмуазели, Долли теперь свободна в своем выборе, теперь ей ни родители ее, ни родня покойного супруга не указ!

-Да, мамзели, это же кошмар, почти десять лет замужем за больным стариком!

-Говорят, старый муж ее даже на балы или в театр не пускал без него! Везде только с ней! А сам не танцует, сядет и сидит, и Долли рядом с собой держит!

-Да-да, я сама видела в прошлом году их на губернаторском балу. Бедная Долли!

Тут в разговор встряла ещё одна девица, чуть постарше.

-Не стоит горевать о ее судьбе, мадмуазели! За тот неполный год, что она вдова, у нее столько уже аманатов было! Все наверстала!

Тут ещё девушка добавила таинственным шепотом.

-Говорят, что сейчас она вновь замуж собирается за одного из своих поклонников!

-Да, я тоже слыхала! Она сейчас везде появляется в свете со своим поклонником Сержем Шереметовым! Ах, мамзели, он такая душка! Только мрачноват что-то...

-Нет, наоборот, эта мрачность придает ему шарма! Он такой весь загадошный, романтичный... Прямо Чайльд-Гарольд, как в романе лорда Байрона!

Девушки сошлись во мнении, что Серж Шереметов душка, шарман и прелесть какая! А я сидела ни жива, ни мертва... меня как - будто всю кипятком ошпарило! Значит, Сережа все время проводит в своем имении, весь в делах! Однако многое родители не знают о своем сыночке!

Я поискала глазами семью Шереметовых, они сидели на том же месте, только старого князя не было, очевидно, отошёл к своим знакомым. Понимаю, что досадовать или вообще предпринимать какие-либо действия сейчас бессмысленно, ибо я сама во многом виновата, поставив такие условия брака, но пусть нелогично и глупо, всё-таки мне было больно и обидно. Хоть я и запихивала все эти годы поглубже мысли о Сергее, но, тем не менее, я знала, что у меня есть муж!! И постепенно привыкла к этой мысли, хотя не призналась бы в этом даже под страхом расстрела!

Статус замужней - это был мой последний шанс, запасной аэродром, моя защита и дымовая завеса! Мне было так удобнее. И я впервые задумалась, а каково было Сергею? И нелицеприятная правда всплыла во всей красе - а ведь я эгоистка! И я просто пользовалась именем мужа, когда мне было выгодно. А вдруг у него сейчас с этой Долли все серьезно, а он женат? Тогда у нас есть только один выход - подавать апелляцию в святую церковь о признании брака недействительным. Препятствий к этому не имелось - я, в своем мире, в статусе страшилки, так и не смогла увлечь ни одного мужика не то, что до ЗАГСа, до постели, хотя бы. Неловко, но факт. А в этом мире, с его моральными устоями, тем более.

Уйти отсюда захотелось ещё сильнее, я уже начала раздумывать, под каким предлогом отпроситься у княгини Гагариной уехать с приема. Но девицы по соседству вновь вернулись к обсуждению Долли и ее любовника.

-Мне Зизи говорила, что там уже все слажено и сговорено, ей сама Долли сказала. А Зизи точно знает, она просватана за среднего сына Тенишевых, да и сама она в родстве с Шереметовыми, кузина им.

-А я слыхала, что у Шереметова была сговоренная невеста!

-Зизи говорила, что и правда была, да умерла она, года три-четыре назад...

Ах, мерзкая эта Зизи, Зинка то есть! Выходит, она знала, что та несчастная маленькая девочка Лиза и есть невеста Шереметова, когда подстраивала ту каверзу в институте! Что Сергей ее может не узнать - это понятно, разница между семилетним ребенком и семнадцатилетней девицей значительная, а сама Лиза и вовсе ничего не помнила. Но зачем, для чего ей нужна была такая жестокость? Просто из желания самоутвердиться среди сверстниц? А теперь и вовсе объявила меня мертвой! Но она точно видела меня живой, когда я уезжала из Петербурга! В общем, сто вопросов и ни одного ответа...

Глава 39

Пока я раздумывала, среди девчонок пронесся шепоток, раздались тихие ахи, и я взглянула в зал.

Первыми я увидела семью Шереметовых. Судя по удивлённо вздернутой брови князя Владимира, еходно-довольному лицу княгини Анны и смертельной бледности, залившей лицо княгини Анастасии Афанасьевны - там происходило нечто странное. Я перевела взгляд дальше. Сквозь расступившуюся толпу к своей семье шел мой супруг, ведя под локоток статную брюнетку с высокой прической, на белоснежном лице ярко сверкали темные глаза, она ослепительно улыбалась окружающим, излучая довольство и некое превосходство. Судя по всему, это и была та самая Долли Тенищева. Но и Сергей не уступал ей в сногсшибательности вида. Он не только был хорош в офицерской форме, но и в штатском наряде был неотразим. Сейчас он показался даже красивее, чем тот образ, что сохранила моя память с нашей первой и последней встречи.

Чем ближе подходил он со своей спутницей к семье, тем растеряннее выглядела старая княгиня и удивленнее брат. Княгиня - мать нашла меня глазами, испуганно - виновато глядя на меня. Я постаралась мягко ей улыбнуться, но это ничуть не успокоило ее. Не знаю, что бы мне пришлось делать дальше, но тут грянула музыка, и прямо у меня над ухом раздался вкрадчивый голос, от чего я подпрыгнула на стуле от неожиданности.

-Наконец-то мне удалось вас застать свободной, дорогая Елизавета Ивановна! Разрешите мне пригласить вас на вальс?

Месье Трегубов собственной персоной, кто ж ещё! Мне не оставалось ничего другого, как встать, присесть в этом чертовом книксене (за сегодняшний вечер так наприседалась, что, казалось, ещё год буду ходить в полуприсяде!), опустить глазки долу, покраснеть от смущения, обмахнувшись веером и протянуть ручку. Хотя, если честно, краснела я вовсе не от смущения, а от злости, на всю эту идиотскую ситуацию. Вальсировал Трегубов отлично, и я не очень боялась опозориться, споткнувшись о собственные ноги или подол собственного платья, или вовсе наступив кавалеру на ногу. Трегубов что-то вещал, я особо не прислушивалась. Я вытягивала шею, пытаясь рассмотреть, что там, у Шереметовых, но мы кружились пока что далеко от них. Наконец, я услышала то, что говорил Трегубов.

-Лизавета Ивановна, вы, оказывается, весьма хозяйственная и деловая барышня! Моя матушка, в беседе со своими подругами узнала, что это именно вы, задаете тон в Москве своими модными новинками! Да и говорят, что вы сами ведёте свое имение! Никогда бы не подумал, что такая молодая и очаровательная барышня занимается столь неподходящими для барышни делами! Моя матушка просто жаждет с вами познакомиться!

Ага, только этого мне не хватало! Внимания Трегубовской матушки! Уж лучше познакомьте меня с нильским крокодилом, хотя бы гуманнее будет! А что это за намеки на тему, что не стоит забивать головку очаровательной барышни столь скучными и мужским делами, как управление поместьем! Уж не ты ли, мил друг, желаешь взвалить на свои плечи столь тяжкий груз? Так вроде у Трегубовых процветающее имение или я чего-то не знаю?

Теперь мы провальсировали как раз мимо Шереметовых. Там шли какие-то неприятные разговоры, поскольку старый князь явно был разгневан, Сергей раздражён, его спутница стояла, ничего не понимая и продолжая светски улыбаться. На нас Сергей обратил внимание только потому, что мой партнёр по танцу лихо подмигнул ему, как однополчанину, что ли? По мне супруг скользнул равнодушным взглядом, не более. Не узнал! Я перевела дух. Но на следующем туре, Сергей уже всматривался в мое лицо, как будто усиленно что-то пытаясь вспомнить. Затем неуверенность переросла в некое вроде бы узнавание и неверие одновременно, и только на пятом проходе мимо них, в глазах мужа я увидела убеждение и решимость. Но мы уже отвальсировали дальше. Музыка стихла, партнёр повел меня на мое прежнее место. Я украдкой выглядывала, что же там, в углу семьи делается? А происходило вот что.

Сергей рвался идти в мою сторону, мать удерживала его за рукав камзола, отец что-то сердито выговаривал, брат встревоженно тоже что-то говорил ему, княгиня Анна довольно улыбалась. Долли растерянно оглядывалась, не понимая, что происходит. И только я чётко понимала - сейчас будет скандал! Грандиозный. От которого я век не отмоюсь и который будут поминать в свете даже моим внукам, буде таковые появятся. Шереметову удалось вырваться от семьи, и теперь он широким шагом направлялся к нам. По сжатым губам, по побелевшие скулам, по глазам, пылающим праведным гневом, я поняла, что надо спасать ситуацию. И оставив Трегубова на полуслове, с открытым ртом, я быстро двинулась к мужу, счастливо восклицая.

-Дорогой князь! Как я рада увидеть вас вновь! Но у меня к вам есть несколько слов, я кое-что хотела бы вам сообщить!

Вцепившись ему в рукав, я поволокла его вновь к семье. Князь растерялся от моего напора и немного опешил, поэтому шел за мной, как на буксире. По обмякшему лицу, я поняла, что угроза миновала, но объяснений в семье все равно не избежать. Поэтому шла, полная решимости все прояснить.

Кажется, Сергей тоже очнулся от своего безумного гнева, пришел в себя и перехватил инициативу. Аккуратно освободил свой рукав от моей цепкой лапки, вежливо чмокнул воздух над моей перчаткой, подхватил меня под локоток и зашагал рядом со мной по направлению к семье. Я даже с невольным уважением покосилась на него - что значит кадровый военный и длинная череда дворянских предков! Такое самообладание и быстрота решений!

Окружающие, собственно, и не поняли ничего, кроме того, что некая экзальтированная барышня кинулась зачем-то к князю Шереметову, а теперь все вместе, улыбаясь, беседуют с семьёй князя. И никто не обратил внимания, что княгиня-мать бледна, что княгиня Анна старается забиться в уголок поглубже, что улыбки больше подходят на оскал. А первая спутница молодого князя, сидит в полуобморочном состоянии, нервически обмахиваясь большим веером. И никто не слышал той беседы. А было очень интересно. Заговорили мы с мужем практически одновременно.

-Так мой супруг весь делами занят? Только, как мне кажется, не в имении, а в постели этой дамы?

-Что все это значит? Вы знали, что она будет здесь и специально мне не сказали, решив подставить?

Все это мы говорили, не прекращая зверски улыбаться. Княгиня Анастасия Афанасьевна, шокированная моей прямотой, с ужасом смотрела на меня, но тоже приветливо улыбалась. Ну да, здесь было не принято произносить такие вещи вслух, и даже застав в постели мужа постороннюю даму, надо выйти из спальни, сделав вид, что ошиблась дверью. Но я такого верха приличия не достигла и говорила все как есть.

Супруг, однако, не остался в долгу и тут же огрызнулся.

-А что мне остаётся делать, коли любезная супруга отказала мне в супружеской постели?

Я, улыбаясь так, что можно было разглядеть мои коренные зубы с расстояния в сто метров, не менее злобно ответила.

-А может не менее любезный супруг припомнит, при каких обстоятельствах это произошло?

Сергей замешкался с ответом, и этой краткой паузой воспользовался старый князь, чтобы сурово сказать.

-Хватит! Прекратите! Сережа, мы и в самом деле не знали не только то, что Лиза будет на этом приеме, но и то, что она вообще в городе. Лиза, а ты почему не приехала к нам?

И тут я, не подумавши, брякнула.

-В качестве кого? Самозванки, побирушки, нищенки?

И метнула злой взгляд в сторону княгини Анны. Та, судя по ее виду, то ли собиралась немедля скончаться от сердечного приступа, то ли уйти в глухую кому и не возвращаться оттуда в ближайший год. Владимир суетился вокруг нее, то обмахивая ее веером, то подсовывая ей под нос нюхательные соли, то подавая бокал с каким-то напитком. Княгиня продолжала изображать уже практически издохшую лань. Владимир растерянно глянул на нас, спросил.

-Что ещё можно Анне дать?

А мне неожиданно вспомнился мультик про домовенка Кузю, где кот Бабы-Яги на аналогичный вопрос ответил "Ремня-у!"

Я говорила, что язык мой - враг мой? Нет? Ну, так говорю! Ибо я тоже, как тот кот, брякнула.

-Ремня ей к заднице!

На сей раз шок был всеобщий. Первым опомнился Николай Петрович.

-Анна, прекрати спектакль! Владимир, увози жену домой, и подождите нас там!

Тут опять вылез мой муженёк.

-И вам тоже, любезная супруга, ремня не мешало бы!

Сразу не дала ответить на это хамское предложение спутница Сергея, до сего момента сидевшая на стуле и ошарашенно наблюдавшая весь этот концерт. Отмерев, она сказала, тыкая в меня пальцем. ( Фу, моветон!)

-Так это что получается! Вот она твоя жена? А как же я?

Сегодня явно был мой бенефис, так как меня точно нечистый подзуживал и дёргал за язык.

-Вот представляете, уже три года как Сергей женат на мне! А вы что, тоже законная супруга Сержа? Тогда добро пожаловать в гарем! Чур, я старшая жена!

-Лиза, перестань! Мы тебя понимаем, но помолчи пока, пожалуйста! Сергей, проводи свою гостью и сюда! И не спорь! А теперь с тобой, Лиза. Ты где остановилась? В гостинице?

В отсутствие раздражителей я успокоилась и вежливо отвечала.

-Нет, Николай Петрович, я у Гагариных остановилась, они меня пригласили на начало сезона в Москве.

-Надеюсь, ты понимаешь, что если мы прежде молчали и закрывали глаза на проявления твоего характера, да и Сергея не было в Москве, то теперь все изменилось. И тебе придется переехать к нам домой. И не спорь! Достаточно сегодня повеселили московское общество!

Я пристыженно молчала. Нда, выступили мы с мужем сегодня по первому классу, что и говорить... Потом я подскочила.

-Я не могу сегодня уехать от Гагариных! У меня там мой кот! И вещи мои.

Княгиня-мать слабо улыбнулась

-Это тот чудный котик? Надо заехать и забрать его! И вещи твои. Надеюсь, в экипаж Серёжи все войдёт?

Я удручённо кивнула, сама раздумывая - а как мне Гагариным объяснить мой спешный отъезд от них? И озвучила проблему.

Но Анастасия Афанасьевна решительно отмела проблему в сторону, сказав, что все уладит. И взмахнула веером в сторону проходящей неподалеку княгини Гагариной. Та подошла к нам практически одновременно с вернувшимся Сергеем. При виде Гагариной, он сделал очаровательно-любезное лицо, поздоровался, поцеловав ручку, и встал рядом с моим стулом, чуть сзади.

Обе княгини расцеловались, поболтали о каких-то общих знакомых, потом Анастасия Афанасьевна, вздохнув, сказала.

-Да, время летит, увидеть не успеваешь! Вон, ты мою крестницу уже и обручила, скоро и замуж выдашь! А давно ли, кажется, крестили малышку у Николы на курьих ножках? Она тогда такая хорошенькая малышка была! А сейчас так и вовсе красавица выросла! Вот и мы уже и младшенького женили, да давно, уж три года как. Да только, представляешь, Лена, как поссорились молодые из-за ерунды какой-то, так и дулись друг на друга! Ох, уж эта молодежь! А помнишь, Лена, как мы - то замуж выходили? Слова поперек мужу сказать не могли! (я тихонько хмыкнула - это Елена Степановна слова поперек мужу не говорит???). А сейчас молодежь чуть что - фырк и по разным домам разбежались! Сережа служил, а Лиза в своем поместье сидела. Но, слава Богу, все уладилось, помирились мои дети, Сережа службу окончил, теперь вот решили вместе жить, глядишь, на старости лет внучатами нас порадуют!

Я побагровела и закашлялась. Вот только внучат мне и не хватало! Супруг нежно похлопал меня по спине. В районе позвоночника что-то подозрительно хрустнуло. Княгиня Гагарина растеряно переводила взгляд с нашей пары на пару старых князей. А Анастасия Афанасьевна продолжала лить елей.

-Леночка, мы так благодарны тебе, что ты взяла под свое крыло и пригляд нашу Лизоньку, у тебя всегда был хороший вкус и воспитание, поэтому мы тебе очень и очень признательны! Но уж теперь, сама понимаешь, Лиза будет жить дома, сейчас они с Серёжей поедут и соберут ее вещи и заберут ее кота. Ах, этот проказник Фиодор! Я его обожаю! В прошлый приезд котик просто покорил мое сердце! Но, Лена, сегодня эта новость - секрет для нашего общества! А вот завтра можешь смело первая рассказывать, что все слухи про якобы связь Серёжи с Долли Тенищевой - просто сплетни, что он давно и счастливо женат, не объявляли об этом широко только потому, что Сергей ещё служил, да и невеста была очень молода, не хотела в свет выходить. Ты поняла меня, Лена?

Ошеломленная новостями княгиня Гагарина медленно кивнула, встала со стула и пошла далее, постоянно оглядываясь в нашу сторону. Теперь княгиня повернулась к нам.

-Сережа, Лиза! Вы едете за вещами Лизы и котом, затем ждём вас дома! Мы с Николаем Петровичем тоже едем домой.

Да, старая княгиня просто гений дипломатии! Делать нечего, мы с супругом постарались незаметно удалиться из гостеприимного особняка. Окончание этого вечера обещало быть не менее увлекательным.

Глава 40

СЕРГЕЙ

Ни на какой прием я ехать не хотел. Приехал поздно, родители и Владимир с женой уже уехали. Продрог в дороге, устал и сейчас хотел лишь одного - помыться в горячей воде и спать. По-доброму бы сейчас баньку приказать затопить, да пропариться бы с веничком, выгоняя усталость, раздражение, да ту промерзлость, что заставляла мелко дрожать мышцы тела, не давая согреться даже в теплом доме.

Слуги быстро наполнили медную лохань горячей водой, над которой клубился пар, я медленно погрузился в воду и даже застонал от блаженства. В горячей воде прошла трясучка, мышцы, наконец, расслабились и я вытянулся во весь рост, откинув голову на бортик. Во время службы иной раз приходилось лишь мечтать о таком счастье. Ледяная вода из ближайшей речушки - вот и все мои водные процедуры. Но мои солдаты, да и командиры никогда не должны были видеть своего офицера грязным, воняющим потом и несвежим бельем, небритым… только вылез из воды, вытерся и собрался упасть спать до утра, как принесли записку от моей нынешней любовницы, Долли Тенищевой, то есть Дарьи.

Вот раздражает меня это подражание нашего светского общества разным именам заграничным. Вместо Петра - Пьер, вместо Дарьи - Долли, или невестка, жена брата Володи, Анна называет себя Аннетт, кузина Зинаида величается Зизи, вместо Лизы - Элиз, ой, нет, это запретная тема, я об этом совсем не думаю! В записке Долли писала, что ей ужасно хочется пойти на прием к Нащокиным, там будет весь свет, их сын празднует помолвку с Анастасией Гагариной. Я задумался. Идти не хотелось решительно. Однако я и так последние два раза отказывал Долли в выходах в свет. Причем последний раз, уже все было решено и твердо обещано, что пойдем вместе на нашумевшую премьеру в театр, но я срочно уехал в свое имение, там возникли неотложные дела, и вот только сегодня вернулся в Москву. Кстати, с Долли меня именно Зизи и познакомила, она каким-то образом была вхожа в ту семью. Не помню уж, как именно.

Вначале Долли мне даже понравилась - красивая, неглупа, без дурацких слащавых ужимок, а самое главное - она не была намерена выйти за меня замуж! Во всяком случае, никаких намеков на эту тему не звучало. Мы хорошо проводили время и в постели и вне ее и достаточно! Тем более что я давно и безнадежно женат и разводиться не собираюсь. Я вновь вздохнул, загоняя все мысли об этом поглубже, не давая себе возможности подумать об этом, как-нибудь в другой раз. Я даже невольно уважал свою жену, ведь совсем девочка, а какой цельный и стальной характер! Пошла на противоречия со мной, не побоялась. Пусть живёт своей жизнью, не буду ее тревожить.

Чертыхаясь сквозь зубы, принялся одеваться на этот проклятый прием. Приспичило же молодому Нащокину обручаться зимой, по холоду! Нет бы летом!

Заехал за Долли, та уже ожидала меня, полностью готовая к выходу в свет, в своем огромном, похожем на мавзолей, особняке, доставшемся ей от покойного супруга. По дороге к Нащокиным Долли о чем-то пустом мило щебетала, но мне не мешала, я ограничивался невнятным мычанием в нужных местах. Мысли были у меня невесёлые. Пока меня не было, дела в моем имении шли ни шатко, ни валко. Нет, никакой разрухи или обнищания. Но настолько все устарело, никакого движения в сторону нового. Моему управляющему, в силу его возраста, и так было хорошо, новизна его мало интересовала, традиции он ценил больше. Моему отцу было особо некогда моим хозяйством заниматься, большое семейное поместье требовало от него все больше времени и внимания. Брату Владимиру тоже особо некогда было, почти все время он проводил, разъезжая со своей больной женой по разным курортам и водам. То они на Кавказе, то в Карлсбад едут. Не знаю, как здоровье Анны, но характеру ее только хуже стало.

Вот я и хотел поставить на место моего старого управляющего его сына. В мой приезд в отпуск я с ним общался, очень интересный молодой человек, с прогрессивными взглядами, с желанием учиться всему новому. Да он и учился. Вот на него я и рассчитывал. А вернувшись, узнал, что Роман уже работает, но!! управляющим у моей дорогой супруги, в ее имении в Курской губернии! Очередной сюрприз для меня. Как я не гнал от себя все мысли о жене, но постоянные напоминание о ней тем или другим способом, никак не давали этого сделать. Пока я раздумывал, мы приехали.

Бальная зала сверкала огнями ламп и свечей, ослепительными улыбками дам, блеском драгоценностей, надетых на красавиц. Долли в возбуждении оглядывалась вокруг. Это была ее атмосфера - светская толпа, шум, блеск, красавицы и красавцы, звуки музыки, ароматы духов, блеск драгоценностей... а я старался незаметно сцедить в руку сонный зевок. Долли радостно воскликнула.

-Серж, смотри, вон твоя семья! Давай подойдем к ним, хочу поздороваться с моей милой подругой Аннетт! Я так давно не видела ее!

Вот этого я как раз и хотел избежать. Ни к чему моим родителям такое знакомство. Но делать нечего, пришлось вести Долли к ним, вдовушка просто излучала радость и счастье от предстоящего знакомства. Подойдя ближе, я заметил некую странность - моя семья вовсе не испытывала никакой радости от моего появления! Мама сильно побледнела и беспомощно смотрела на отца, тот сурово хмурил брови, Володя тоже выглядел встревоженным, а Анна и вовсе пыталась задвинуться в угол ниши, где они все находились. Наконец, мама собралась и неловко улыбаясь, произнесла.

-Сереженька, как хорошо, что ты вернулся в город! Что же ты не предупредил, мы бы тебя подождали!

-Да я внезапно собрался, вдруг неожиданно понял, что ужасно по вам соскучился. И приехал. Мама, отец, разрешите вам представить мою приятельницу Дарью Тенищеву!

-Долли! - поправила меня она, сияя лучезарной улыбкой и приседая в книксене.

А вот мои родители вроде бы счастья не испытывали, скорее, наоборот, все время встревоженно оглядывались, как-будто искали кого-то. Да что происходит? Я начинал злиться, не люблю, когда вокруг всем известно, один я, как Иванушка-дурачок.

Мимо нас в вихре вальса пронесся мой однополчанин Трегубов, ведя в танце очередную красотку, лихо мне подмигнул. Все безуспешно пытается жениться. Но никак не поймет, что пока жива его матушка, женатому ему не быть. Но при виде этой пары у моей мамы сделалось совсем несчастное лицо, даже глаза расширились от ужаса. Я попытался отыскать эту пару взглядом, что же там такое? Трегубов как Трегубов, а вот его спутница... ладная фигурка, вполне симпатичная мордашка... Таких много на каждом приеме или балу. Я вначале отвёл от нее взгляд, но потом что-то царапнуло меня, я стал внимательно к ней присматриваться. Вроде бы что-то знакомое промелькнуло в памяти, на третьем круге их пары мимо нас мне даже показалось, что это моя добрая супруга.

Я даже потряс головой. - Да ну на фиг, я же помню, как она выглядит! Но на следующем круге, я уже приходил к убеждению, что это Елизавета, а к пятому был уверен в этом и готов был рвать и метать!! Красная пелена ярости затмила мне разум, я не слышал испуганных слов матери и сердитых - отца. Ситуация и впрямь была идиотская - припереться на этот чёртов прием с висящей на моей руке любовницей, которую видели все вокруг, и обнаружить там собственную жену! Которая тоже видит всю эту сцену! Да, по меркам нашего общества, это несколько выходит за рамки допустимого! А я дураком в глазах окружающих быть не люблю!

Вырвал руку от мамы и зашагал по направлению к Елизавете. Вероятно, от злости я уже ничего не соображал. Музыка стихла, танец закончился. И вдруг я понял, что жена вовсе не бежит прочь от меня, а наоборот, бежит ко мне с какими-то восторженными воплями! От неожиданности я остановился, замер на месте, она же, не снижая скорости, схватила меня за рукав и потащила за собой по направлению к моей семье. Я просто переставлял ноги. И тут с меня как будто спала дурная пелена с головы!

Я осознал, что Лиза сейчас спасает и меня и мою семью от грандиозного скандала, который вследствие моей дикой выходки вот-вот бы разразился в зале. И от этой дурной славы мы бы не отмылись ещё долгие годы. Придя в себя, я перехватил инициативу, подхватив супругу под локоток, уверенно двинулся к родителям. Лиза что-то радостно щебетала, улыбаясь такой счастливой улыбкой, что я чуть было, не поверил. Но тоже улыбался ей не менее радостно. Так, счастливой парою, мы и появились перед глазами родителей.

Разговор с семьёй был не самый лёгкий. Жена обвиняла меня, родители уверяли, что вообще не знали о том, что Лиза в городе, встретили ее только здесь, и что я сам виноват, притащив сюда свою ээ… приятельницу. И тут я тоже вспомнил о ней. Долли сидела, вся ошарашенная, не зная, как реагировать на то, что творится вокруг. При этом мы все радостно улыбались и я в том числе. Семейка идиотов, тьфу! Мысленно сплюнув, прислушался к разговору. Отец спрашивал у Лизы, почему она мыкается или по гостиницам или чужим людям, когда к ее услугам всегда открыт семейный особняк? Жена ответила, что она не желает бывать в особняке в качестве самозванки и побирушки. Мы вообще ничего не поняли, но Лиза такой многозначительный взгляд метнула в сторону Анны, что та немедленно решила потерять сознание. Владимир суетился вокруг, выполнив все традиционные в этом случае процедуры - обмахивание, выдача воды и нюхательных солей, потом спросил у нас, что ей дать ещё. И тут моя супруга внезапно подала совет.

-Ремня ей к заднице!

Как я удержался от хохота - не знаю, но сурово сказал.

-Вам бы, любезная супруга, тоже ремня не помешало!

Продолжить столь завлекательный обмен ценными советами не дала Долли, тыкая в сторону Лизы пальцем и восклицая.

-Так это, что, выходит твоя жена? А как же я?

Что-то ей там отвечала Лиза, я не слушал, мучительно ища выход из этого дурацкого положения. Не попадал в подобную до этого ни разу. Разрешил вопрос отец, отправив домой Володю с обморошной Анной.

-Сергей, проводи свою спутницу и немедленно назад! Ещё ничего не закончилось!

Согласно кивнув, я подхватил Долли под локоток и повел ее к выходу, благо мы располагались совсем недалеко от него. Долли была хороша в своем неизбывном горе - хрустальные слёзки блестели в глазах, пухлая нижняя губка тряслась от обиды.

-Ах, Серж! Как ты мог так меня обманывать! Я же поверила тебе! Я так была счастлива! Думала, что и ты меня любишь, и у нас будет счастливая семья! И Зизи меня уверяла, что ты свободен! Ведь твоя невеста умерла три года назад и ничто не мешает тебе быть счастливым со мной!

Я даже остановился посередине лестницы. Зизи! Так вот откуда ветер дует! Но она отлично знает, кто именно моя невеста и то, что она жива и теперь имеет другой статус - тоже знает! Зачем она все это делает - непонятно. Кажется, я очень хочу увидеться с кузиной. Кстати, тогда, в Петербурге, именно она подстроила всю эту историю с танцем. Попросила потанцевать один танец с ее невзрачной одноклассницей. Я не отказал, фамилии девушки Зизи не называла, только имя. Да, я не узнал Лизу тогда, что и неудивительно, ведь десять лет прошло, девочка превратилась в девушку. А у Лизы, как после рассказал мне отец, и вовсе после перенесенной горячки пропала память о нашем обручении и она тоже не знала обо мне, как о своем женихе. Но зато знала Зизи! И устроила все это безобразие. Конечно, и я был виноват, повел себя, как последний осел, с этими письмами… После всего я припер кузину к стенке и она созналась.

-Да, я сделала это нарочно! Бесит меня эта Арсентьева! Вот бесит и все! Вечно со своими картинками носится! И наш учитель рисования, господин Сокольский, все ее хвалит, говорит, что талааант у нее видите ли, ей серьезно надо этому учиться! Как будто другие хуже рисуют, чем эта страшила! Подумаешь! И вообще, Серж, она тебе не пара! Я же для тебя старалась!

Все это я припомнил, пока Долли одевалась, покуда я нашел ей наемный экипаж, чтобы уехать домой. Возле домов, где проходят балы или приемы, всегда есть наемные экипажи.

Когда вернулся в зал, мама уже улаживала дела с княгиней Гагариной. Чтобы поддержать мамину версию, я нежно взял ручку жены, поцеловал перчатку, ласково глядя на Лизу. То есть, полностью изображая любящего супруга.

В особняке Гагариных мы забрали вещи Лизы и ее кота. Я эту зверюгу запомнил хорошо ещё со времён грандиозного побоища в кабинете у Лизы и точно знал о суровости его характера. Вот и сейчас мне показалось, что кот взглянул на меня слишком разумно и не слишком доброжелательно.

Дома, в холле, нас ожидал отец, сказал, что Анна все ещё плохо себя чувствует, да и маме тоже стало плохо после всего происшедшего, поэтому разговор переносится на утро. Мы пошли в мои комнаты.

Глава 41

Слуги уже доставили багаж Лизы в мои покои, я сидел в гостиной, пока супруга с горничной занимались вещами, умывалась и прочими дамскими мелочами. Ее кот, Федор, кажется, тоже сидел в гостиной, посередине ковра, и внимательно меня разглядывал, как будто раздумывал, что же ему мне сказать.

-Что, брат Федор, вот такая глупая ситуация, прямо как во французских комедиях, что нынче представляют в театрах... Муж и жена встречаются на балу, при этом муж ещё и любовницу притащил... Виноват я, это уж бесспорно… но с другой стороны, сама же она меня отправила, не буду говорить куда... и не приезжай и вообще, знать не желает, а как в реальности увидела, так я сразу подлец и изменник! Вот ты тоже мужик, скажи мне, что этим женщинам надо?

Если со стороны посмотреть - сплошное сумасшествие! Внешне нормальный человек беседует с котом... В глазах кота явно читалось лёгкое презрение, он отчётливо то ли хмыкнул, то ли икнул, казалось, вот-вот покрутит лапкой у виска. Потом Котофей демонстративно повернулся ко мне задом, гребанул пару раз задними лапами по ковру и подался в спальную комнату к Лизе, задрав пушистый хвост. Ничего себе наглая морда!

Выждав, когда прекратят суету слуги и все уйдут, я тоже пошел в спальню. Если честно, спать хотелось безумно. И больше ничего. Я не настолько идиот, чтобы не понять, что меня сейчас в качестве мужа Лиза не примет ни за что, да и я не намерен был унижать ее достоинство подобным образом.

Но, подойдя к открытой двери, получил в лицо летящую подушку, только успел поймать ее, как на меня сверху ещё прилетело одеяло, и послышался звук задвигаемой щеколды. Вот тебе и здрасти, выспался! Я огляделся. В гостиной был диван, я с сомнением осмотрел его. Да, узковат и коротковат, с моим ростом проблематично будет устроиться на нем с комфортом. Идти сейчас искать свободную комнату с кроватью можно, конечно, но это значит, утром все домашние, включая слуг, будут знать о том, что у меня нелады с женой. Вот этого и хотелось бы избежать. Особенно учитывая то, что маме и так стало плохо с вечера.

Спать было проблематично - вытянешь ноги, голова свешивается с подлокотника, шея затекает, подушка падает. Подогнешь ноги - затекают ноги, выпрямишь - одеяло коротковато, ноги свисают с того края дивана. Да и узким он оказался, кое-как задремал, укутавшись в одеяло, начал поворачиваться во сне - в одеяле же и грохнулся на пол. Под утро ещё и замёрз для полноты счастья. В общем, утром я был злой, не выспавшийся, замёрзший, и точно не готовый к мирному диалогу.

Лиза-1. Другой мир

Пока ехали от Гагариных, я лихорадочно раздумывала, о чем сейчас пойдет разговор. О том, что разборки будут серьезные, можно было даже и не гадать. Конечно, больше всех придется вины на Сергея, несмотря на все "смертельные" болезни пройдутся и по Анне, но есть вероятность, что и мне достанется. Это ведь я такие условия брака выдвинула, а Сергею деваться было некуда, вот и согласился. В общем, моя "некая непокобелимость", как говорил один персонаж из фильма Гардемарины, ещё выйдет мне боком. Фиодор тоже помалкивал, опасаясь говорить при супруге, только успокаивающе мурчал, пригревшись у меня за пазухой.

Но дома оказалось, что разбор полетов переносится на завтра, Хоть я очень сочувствовала княгине Анастасии Афанасьевне, ей сегодня пришлось больше всех разруливать ситуацию, но где-то в глубине души, я даже обрадовалась. За ночь мы все успокоимся, обдумаем, слова и решения, и будет проще выйти из этого с наименьшими потерями. Как потом оказалось, не все я учла.

Когда зашли в комнаты Сергея, передо мной во всей красе встал вопрос - как спать будем? Спальня, как и кровать, была одна. Ну, вот что за жлобство такое? Нет, чтобы ещё одну спальню мужику добавить? Ну и что, что не женат был? Может, человек желает спать в разных кроватях, по четным числам в одной, по нечетным - в другой? Так, бурча про себя и сама, понимая абсурдность своих мыслей, я готовилась ко сну. Эмоционально я тоже была вымотана.

Проходя мимо полуоткрытой двери в гостиную, заметила Сергея, сидящего на диванчике и беседующего с котом. Кот внимательно слушал монолог моего супруга, и по его морде было видно, что он довольно скептически относится к словам Сергея. Ладно, потом мне перескажет Федька. А вот вид диванчика навёл меня на злорадные мысли - спать моему муженьку придется именно на нем! И, как только ушла горничная, и зашёл в спальню мой кот, в навострившегося сюда же муженька полетела подушка, а следом - одеяло. И задвинула щеколду на двери. Невнятная ругань выпутывавшегося из одеяльного плена супруга звучала для меня как самая хитовая песня!

Ночью я слышала, как он там, на коротком и узком диванчике крутится, ворчит, потом он упал с грохотом на пол. Но в спальню не ломился, выдерживал характер, хотя с его габаритами вышибить двери, да ещё такие хлипкие - раз плюнуть. Но он не стал этого делать, что, как ни странно и удивительно, злило меня. Не знаю, чего бы мне хотелось, в самом деле... Ох, и странные мы бабы, особенно, когда гормоны шалят.

Рано утром меня разбудил Фиодор, ему срочно надо было посетить удобства. Сонная, спотыкаясь, открыла ему дверь на выход, осторожно выглянула в гостиную. Муж спал на диване, согнувшись в три погибели, закутавшись с головой в одеяло. Замёрз, бедолага. В гостиной и впрямь было прохладно, очевидно, печи ещё или только затопили или вовсе не топили ещё. Вздохнув, поплелась назад в теплую постель, нырнула на свое угретое местечко, повозилась чуток и уснула.

Вновь проснулась только через пару часов от какого-то фырканья. Приоткрыв один глаз, увидела, что Сергей, одетый только в одни бриджи, умывается холодной водой, яростно отфыркиваясь. Невольно засмотрелась на его фигуру - с хорошими мышцами, нигде не видно никакой рыхлости или жирка, присущего некоторым русским помещикам, узкая талия, пара белых, старых шрамов на лопатке и плече. Когда повернулся ко мне боком, причесывая мокрые волосы, увидела идущий вдоль ребер красный, неровный, бугристый шрам, это уже явно недавний. Интересно, он вышел в отставку, потому что отслужил положенный срок или из-за ранения? Вот как-то плохо могу себе представить Сергея мирным помещиком. Покопавшись в шкафу, он достал свежую рубашку, камзол и вышел осторожно из спальни. Я повернулась на другой бок и удивилась - вторая половина постели была смята, как-будто на ней кто-то спал! Послышался голос кота.

-Это твой муженёк так сделал, не я. Не хочет, чтобы все знали, что у вас нелады. Вот и встал раньше, чем горничная пришла, смял постель, умылся и вышел. Не подкопаешься! И ты вставай! Завтрак скоро. Я уже позавтракал на кухне. Старая княгиня пока в своих покоях, ей и правда плоховато. А Анна эта, хоть и придуривается, но завтрак потребовала себе в комнаты. Но старый князь всем велел собраться в кабинете после завтрака. Так что вставай!

Не скрою, мне хотелось бы оттянуть этот неприятный момент посещения кабинета, но делать нечего, надо идти.

За завтраком, в утренней столовой, присутствовали трое - старый князь да мы с супругом. Увидев на столе и жареный до хрустящей корочки бекон и паштет, плавленый сыр и масло в хрустальной маслёнке, я удивлённо взглянула на Николая Петровича. Он понял мой взгляд верно, усмехнулся.

-Немировский мне присылает по моему заказу. Очень уж мне твой бекон понравился! А Настасья к твоим джемам пристрастилась да конфетам.

Мне было неловко, могла бы и сама догадаться, с каждой отправкой товара и старым князьям отправить небольшую посылку. Супруг тоже с удивлением смотрел на меня, хотя и было заметно, что он раздражён и внутренне ощетинился.

В кабинете уже сидела княгиня Анастасия, явно бледноватая, но улыбающаяся нам. Следом за нами в кабинет вошли и Владимир с Анной, та демонстративно подносила к носу флакончик с нюхательными солями. Изображала болезную. Я скромно пристроилась на краешке дивана. Князь, оглядев все семейство, сухо начал.

-Вы все знаете, почему мы здесь собрались. Сергей, ты не подскажешь, что за явление вчера было? Я имею в виду, тебя и твою мм... приятельницу Долли Тенищеву? Ты ведь понимаешь, как ты подставил не только свою жену, но и всю семью? Да и зачем ты давал ложные надежды этой женщине, ты ведь знал, что ты давно женат?

Да, Серёжа точно был не в духе, потому что весьма экспрессивно начал.

-Вовсе никаких надежд, ей не давал, она даже никогда не говорила, и намека не делала, что хотела бы каких-то серьезных отношений. А почему так произошло вообще, стоит узнать у моей дражайшей супруги!

Я насупилась, надо же так ловко перевести стрелки на меня!

Князь тоже нахмурился.

-Прости, Лиза, но к тебе тоже будут вопросы. Сейчас я хотел бы узнать, почему ты сказала, что не хочешь приходить в этот дом самозванкой и попрошайкой? Что все это значит?

Не хотела я говорить, но придется, поэтому неохотно начала.

-Я заезжала сюда, когда была в городе. Мне тогда сказали, что вам, князь, нездоровится. Вот я и хотела справиться о вашем здоровье. Меня приняла княгиня Анна, я ей представилась и сообщила о цели своего визита. Но она мне не поверила, решила, что я мошенница и самозванка или нищенка, не помню уж точно. И приказала Матвею выпроводить.

Больше в ваш дом я не заезжала.

Князь перевел взгляд на Анну, Сергей тоже смотрел на нее многообещающим взглядом. Княгиня Анастасия Афанасьевна ещё больше побледнела, беспомощно глядя на старшую невестку. Даже Владимир смотрел на жену с удивлением. Та, нюхнув для укрепления нервов ещё солей, с апломбом начала.

-А откуда я могла знать, что это именно она?

Княгиня-мать тихо сказала.

-Не лукавь, Аня, ведь Матвей тебе ясно сказал, а он Лизу уже видел и знает, кто она. Я узнала у него. Ты запретила ему пускать ее в дом. Хорошо, что Матвей ослушался тебя и отправил нашу коляску, чтобы увезти Лизу в гостиницу, иначе девочке пришлось бы брести по темноте в такую даль! Не ожидала я от тебя такой страшной глупости!

Княгиня Анна сжалась под сердитым взглядами и испуганно пролепетала.

-Да мы только утром приехали, я устала, нервничала. Потом заглянула поздороваться к нам Зизи, зашёл почему-то разговор о князе Сергее. Зизи и сказала, что он действительно был обручен, но его невеста умерла год назад, и он пока в трауре по ней. А вечером является незнакомка и заявляет, что она жена князя Сергея! Что я должна была подумать?

Все растерялись. Опять Зизи? Что этой Зинке надо от меня или от Сергея?

Князь махнул рукой.

-Ладно, будем считать, с этим понятно, Зина тебя настроила, но почему-то Матвею ты не поверила и вообще, вела себя неподобающе. Думаю, что деревенский воздух пойдет на пользу твоему здоровью. А Владимиру выпадет редкий шанс заняться, наконец, хозяйственными делами. После обеда можете отбывать.

Владимир спокойно кивнул головой, а вот Анну перекосило. Но и она молча встала и пошла с мужем из кабинета.

Да, Николай Петрович крепко держит бразды семьи в своих руках. Похоже, теперь моя очередь. Хорошо ещё, что Анну с мужем отправил Николай Петрович, меньше сплетен будет. Князь повернулся к нам.

-Ну-с, рассказывайте, что такого вы натворили, до сих расхлебать не можете? Давайте приступайте, мы с матерью слушаем.

Мы уныло переглянулись, и Сергей тоскливо начал.

-Я тогда приехал в поместье к Лизе, а там скандал и крики, какой-то мужик заставляет ее выйти замуж за него, какой-то купчик местный. Вот я и сказал, что Лиза моя невеста и не может выйти замуж ни за кого другого, кроме меня. Откуда я мог знать, что Лиза ничего не помнит об этом? Да и последняя наша встреча была неприятной... в институте ее... там опять Зизи отметилась. Вот я и предложил Лизе выйти замуж за меня. Это же мое обязательство было, а Шереметовы всегда слово держат, ты же сам учил! Вот, а Лиза выдвинула условие - замуж она выйдет, но брак будет на расстоянии, я уеду и не появляюсь больше. Я писал, хотел приехать, Лиза отказала.

Я вскипела. - Что же ты, дорогой муж, не говоришь, почему ты так резко решил жениться? Да тебя тогда придавила какая-то мамзелька твоя, заставляя жениться на ней, вроде как она ждала ребенка от тебя! Кстати, появилось дитё хоть? Вот он и решил по-быстрому жену предъявить готовую, мол, простите, не могу жениться, уже женат! Вот и получил такое условие! Но очень уж тебе надо было, вот и согласился. Сам виноват! Поэтому я и не хотела входить в вашу семью, я же понимала, что не будет у нас ничего общего.

Князь вздохнул и тихо сказал.

-Лиза, я не знал, что ты можешь быть такой жестокой! Ты не понимаешь, что ты обрекаешь Сергея на бессмысленную жизнь? Ведь у него никогда не будет детей, жены...

Глава 42

Оказывается, я пыталась думать реалиями моего мира - всегда можно развестись если что. И вот тут мне стало страшно. Лучше бы он кричал и ругал меня! И в самом деле, я как-то не задумывалась об этой стороне жизни. А тут, тем более в этой семье, разводы не приняты. Я поежилась, искоса глянув на мужа. Тот тоже не выглядел радостным. И что теперь делать?

Княгиня Анастасия вдруг тихо сказала.

-Ладно тебе, Коля! Они по молодости и глупости своей не думали ни о чем, кроме своего гонора и самолюбия. А сейчас начинают понимать. Ты посмотри, они даже спорят и ругаются, как супруги со стажем! Все ещё у них будет! Ты не дави на них, они сами справятся со своими проблемами. Ты им лучше помоги с хозяйствами.

Князь Николай Петрович помолчал недолго, потом тряхнул головой, будто прогоняя прочь тяжёлые мысли, и совсем другим тоном сказал.

-Будем считать, что вы все поняли. Пока к этому не возвращаемся. А теперь по вашим делам. У кого какие проблемы, выкладывайте! Может, чем смогу помочь. Лиза, по твоим делам с купцами пока проблем нет, я так понимаю? И на стеклянной фабрике у тебя тоже все нормально? Да-да, не таращись так, хоть ты и не хотела знаться с нами, я все равно присматривал за твоими делами, чтобы никаких накладок с отправкой тебе товара не было, и контрагенты твои вели честные расчеты. Но что-то ты задумала, похоже, судя по твоему лицу. Говори.

Исчез сердитый и властный глава семьи, сейчас это был заботливый отец, который беспокоится, чтобы дитятко сильно не ушиблось, делая первые самостоятельные шаги на новом поприще, старается помочь и поддержать. И я решилась.

-Николай Петрович, есть у меня задумка, вы правы. Но мне нужны выходы на чулочные фабрики. Я ведь не знаю никого в промышленности. Хочу предложить им кое-что, новинку, но вот у меня еще, в чем вопрос - я хочу получить патент на это изделие, потом уже обращаться на фабрику.

Князь задумался, вспоминая, кого он знает по этим вопросам. А вот Сергей таращился на меня, что, не подозревал, муженёк, что и твоя ненужная жена на что-то способна? Пока князь листал свои записи и журналы, я шустрой белкой метнулась к себе в спальню, вздыхая, достала из упаковки самые последние, новые колготы с лайкрой и хлопком, и понесла показывать их княгине Анастасии Афанасьевне. Как-то мужчинам мне было неудобно их демонстрировать, кто знает, вдруг это неприлично по здешним меркам.

Пока мужчины обсуждали что-то своё, мы с княгиней матерью в уголке рассматривали колготы, княгиня тихонько сказала.

-Лизонька, это же прелесть какая! И никаких подвязок и падающих чулок! И тепло ведь как! Обязательно бери патент! Я в этом мало понимаю, но Николай Петрович обязательно тебе поможет, мы ведь семья! Я вообще хотела поговорить с тобой без мужских ушей, про наше, женское, ты не против?

Наш междусобойчик прервал старый князь.

-Лиза, нашел я тут кое-что для тебя. Недавно в Москву из Петербурга приехал промышленник Керстен, у него в столице есть чулочная мануфактура, вот он ещё и в Москве открыть решил. Есть у меня некоторые выходы на него, попробуем решить твой вопрос. А теперь показывай, что вы там с матерью рассматриваете. Да не красней ты, что я там не видал… а уж Сергей - князь покосился в сторону моего муженька - и вовсе дамский гардероб знает лучше своего.

Теперь уже Николай Петрович с Сергеем рассматривали мои колготки. Наконец, покрутив их и так и эдак, признали, что вещь интересная и нужная, и патент обязательно получать надо. Потому как идея проста, лежит на поверхности, и стянут обязательно. И чтобы не откладывать дело в то долгий ящик, он сейчас же и поедет с нами в Патентную Палату, заплатим небольшой сбор, а если подмазать кого-то нужного, то получим патент в течение пары дней.

Это, конечно, огромная помощь будет для меня, я нигде точно никаких связей не имею, может, и справилась бы сама, но, сколько это продлилось бы… откаты за услуги, увы! не в наше время придуманы, а давным-давно.

Поехали мы и в самом деле семейно, в большой карете Шереметовых, к моему удивлению, с нами и княгиня-мать. Сказала, что свежий воздух ей не повредит, да и с детьми хочет повидаться не только на балах, но и просто так.

Да, это не Москва моего мира и эпохи! Эта Москва больше походила на дородную, румяную купчиху. В нарядных, ярких зимних одеждах, с чистым белым снегом на крышах домов и наличниках окон. Со свежим, морозным воздухом, пахнувшим выстиранным замороженным бельем, с небольшой, вкусной примесью печного дыма, чинно и неторопливо гуляющими людьми по улицам, вежливо раскланивающимися со знакомыми, звоном бубенцов лихо пролетающих возков. Совсем не походит на мою Москву - с высотными громадами домов, узкими высотками деловых центров. Больше похожую на высокую, анемичную девицу. На вечной диете, оттого нервную, постоянно спешащую, и вздрагивающую от любого незнакомого звука. С раскисшей снежной кашей на дорогах и тротуарах, воняющую автомобильными выхлопами от ревущего автомобильного стада, бесконечными человеческими ручейками, постоянно выливающимися из открытых дверей подземного метро...

Пока ехали, мне ещё одна мысль пришла в голову, но это надо смотреть, какую ткань используют на этой фабрике. Хорошо бы трикотаж. Тогда можно "изобрести" такую нужную вещь под названием кальсоны. Но не те, знаменитые дедушкины голубые подштанники, изготовленные трудолюбивыми жителями Китая, а тонкое мужское белье. Климат у нас очень даже располагает к такому наряду. Но пока эту смутьянскую идею придержу в мыслях. А то насобираю этих идей, как Бобик репьев на хвост, потом во все стороны меня одновременно тащит с ними...

В Патентной Палате от меня и требовалось всего, что посидеть с умным видом, сложив ручки на коленках, похлопывая периодически глазками и все. Остальное решил Николай Петрович. Обещали выправить патент за два дня. Это просто революционно быстро! А пока мы поехали обедать в один из самых популярных ресторанов Москвы "Эрмитаж" на Трубной площади. Кстати, совладельцем этого ресторана был тот самый Люсиль Оливье, который и изобрел свой знаменитый "Майонез на дичи", то есть салат Оливье.

Я даже удивилась, зачем ехать в ресторан, когда наверняка дома есть готовый обед? Но княгиня Анастасия Афанасьевна пояснила мне, что это они делают специально, чтобы перебить возможные сплетни и слухи, если они появятся. Пусть все видят, что у нас в семье все хорошо и никакого скандала нет. Тем более что сегодня княгиня Гагарина с самого утра наверняка уже половину Москвы объехала с новостями. Ну, да, логика есть.

В общем, ресторан как ресторан, если не считать высокие цены и микроскопические порции. Княгиня была права - многие из обедающих с любопытством поглядывали в нашу сторону, видимо, слухи уже разошлись по городу.

После обеда поехали на мануфактуру Керстена. (Впоследствии ее перенесут в Тушино, и она станет называться Тушинская чулочно-носочное фабрика. Но это в моем мире). Знакомый князя Шереметова был на месте и трудился он в чине одного из управителей мануфактуры, отвечал за поставки сырья и сбыт готовой продукции. В общем нужный нам человек. Поговорили с ним, выяснили, что они работают и с трикотажным полотном и с шелковым. И недавно купили в Британии станок для цилиндрического вязания, который позволяет как раз изготавливать носки и чулки без швов. Это то, что мне надо! Показала этому "снабсбыту" свои колготы. Он их внимательно рассматривал со скучающим видом, но тут старый князь вежливо сказал, что на это изделие уже завтра будет готов патент, так что...

На лице управителя скучающее выражение сменилось разочарованием, и он сказал, что он один не сможет решить, надо позвать директора-управителя. Сам Керстен сейчас в Петербурге, но его заместитель Миллер тут, на месте. Пришел Миллер и все началось по новой - скучающее выражение, разочарование, убеждение меня, что лучше всего будет продать патент им, вряд ли женщина сумеет правильно им распорядиться... Я только хлопала глазами, переводя взгляд с одного лица на другое. Прекратил эту комедию Николай Петрович. Он пояснил, что у слабой и неразумной женщины, то есть, у меня, имеется разумный муж и не менее разумный свёкор, которые не позволят мне наделать глупостей. Вот после этого и пошел деловой разговор. Договорились, что я позволяю им работать по моему патенту за определенную часть дохода от реализации товара, а не за фиксированную плату. И мне будут предоставлены бухгалтерские документы. Копию колгот и патента я предоставлю через два дня. Точнее, копию модели колгот будут снимать здесь, в мануфактуре, при мне.

Вышли мы из этой мануфактуры, когда уже появились предвестники ранних зимних сумерек - небо из голубого стало уже насыщенно синим, кое-где мелькали огоньки в окнах, наемные извозчики уже зажгли фонари на своих экипажах. Мы все устали, но были довольны - моя авантюрная идея удалась! Но тут моей заслуги было мало, практически всю работу выполнил старый князь, вовсю используя свои связи ради меня. И меня опять кольнуло чувство сомнения - а так ли я уж была права в своем праведном гневе, разрывая и обрубая все семейные связи? Иногда мы бываем удивительно упорны в своих убеждениях, считая их единственно верными. И не давая себе труда посмотреть на этот же вопрос с другой стороны.

Когда мы приехали домой, оказалось, что нас ожидают. Пока мы снимали верхнюю одежду в передней, Матвей сообщил, что в гостиной ожидает хозяев Зизи. Но старый князь совсем не удивился, видимо, он знал об этом визите. Раздевшись, мы прошли в гостиную. При нашем появлении Зизи встала и несколько нервно воскликнула.

-Дядя, тетя, вы хотели меня видеть? Я приехала, как только мне доставили записку, но вас ещё не было дома. Я решила вас дождаться, вдруг что-то важное!

При этом она совершенно игнорировала Сергея и меня, как будто вовсе нас тут не было. Николай Петрович, пройдя вперёд и сев в кресло, спокойно сказал.

- Да вот, Зиночка, хотели тебя познакомить с покойной невестой, а ныне женой, моего сына Сергея! Что же ты не поздороваешься с ней? Ведь это же твоя бывшая однокурсница, если я ничего не путаю?

Теперь Зизи вынуждена была посмотреть на меня и нехотя кивнула мне, здороваясь. Сергей сидел рядом со мной, и по его каменному выражению лица сложно было понять, что он думает, но мне почему-то казалось, что он очень зол. Старый князь, между тем, не унимался.

-Что же ты, Зина, не спросишь, почему именно с покойной невестой? Ведь это ты сказала Долли Тенищевой, что Сергей абсолютно свободен и что его невеста умерла три года назад. И ты познакомила Долли с Серёжей, хотя знала, что не стоит этого делать и что Лиза была в полном здравии три года назад и как раз вышла замуж за моего сына, то есть уже была не невестой, а женой! Объясни, пожалуйста!

-Ну, дядя, я не знаю, наверное, Долли что-то не так поняла, я наверное, что-то другое имела в виду...

Зинка лепетала уже какую-то чушь, испуганно глядя то на старого князя, то на Сергея, тщательно избегая смотреть на меня. А мне, вот удивительно! до ужаса хотелось вернуться в далёкие детские времена, когда я отчаянно дралась во дворе, стоило, кому сказать что-то нелицеприятное про мою внешность. Ух, я бы поддала этой рафинированной фифе! Точно прическу отформатировала бы! В разговор вступила княгиня Анастасия. Было заметно, что этот разговор ей неприятен, но надо было все выяснить до конца, княгиня-мать очень сильно хотела, чтобы ее сыновья были счастливы со своими женами.

-Хорошо, Зиночка, Долли не так поняла, а наша Аня, Володина жена, тоже не так поняла? Ты ведь и ей тоже самое сказала? И не лукавь, я у нее все специально уточняла, ничего другого ей не показалось.

Зизи молчала, забившись вглубь кресла. И тут финальную точку поставил во всем тяжком разбирательстве Сергей.

-Я, разумеется, не снимаю с себя вины, но вспомни, Зизи, ведь это ты подстроила тогда ту ситуацию с танцем на балу в вашем институте. И только ты могла знать то, что связывало нас с Лизой. Что я не узнал ее - понятно, мы виделись, когда ей было всего семь лет, а тут семнадцатилетняя девушка. И ты ни разу не назвала ее по фамилии! И я никак не мог знать, что Лиза после болезни потеряет память об этом событии, имеется в виду обручение. И ты устроила такое злое представление! Я потом тебя ведь спросил, зачем ты это сделала и ты сказала, что просто терпеть не можешь Лизу! Хотя она ничего плохого тебе не сделала. Зато ты ухитрилась очень испортить нам отношения между собой. Во всяком случае, мне тогда так казалось. Но могу сказать, что тебе это всё-таки не удалось! Наша семья остаётся вместе и твои интриги тут не прошли.

Хмы... а не торопится ли мой муженёк? Ишь, разлетелся! Семья… вместе… я бурчала про себя, старательно отгоняя от себя рассказ Сергея о том, что на самом деле произошло тогда в институте с маленькой Лизой.

Получается, что они тогда оба стали жертвами этой завистливой интриганки, только не поняли этого сразу.

Глава 43

Вот и поговорили. Оказывается, ее просто не так поняли. А у меня муж, вот он рядом. Отгоняй не отгоняй, а по сути, лично мне он ничего плохого не сделал. Ладно, подумаю об этом завтра. Итог всей этой драматичной истории подвёл князь Николай Петрович.

-Ладно, Зина, мы все выяснили. Надеюсь, ты понимаешь, что тебе в этом доме в гостеприимстве отказано. А с твоим отцом, моим младшим братом я сам поговорю. Пусть он сам решает, что ему с тобой делать.

За ужином, когда все пребывали в подавленном состоянии, свёкор неожиданно предложил.

-Сережа, ты говорил, что у тебя проблемы в твоём имении с управляющим и устаревшее хозяйство? А вот давайте завтра с утра и езжайте в имение и Лизу возьми с собой обязательно! Она за эти годы набралась столько опыта! И имеет отличный результат! Товары из ее поместья известны как минимум, половине Москвы! Пусть посмотрит, глядишь, что и посоветует тебе. И у вас как раз будет, чем занять себя эти два дня до получения патента.

Подумав, мы пришли к мнению, что это очень неплохой вариант. Уже в наших комнатах Сергей, устало плюхнувшись на диван, сказал.

-Лиза, ты уж как хочешь, но я больше на этом пыточном лежбище спать не буду! Не бойся, приставать не буду, а кровать у меня достаточно широкая, так что все выспимся, включая твоего кота. Давай умывайся и прочее, и ложись. Я ещё немного с отцом посижу за бумагами и приду. Спи спокойно.

И он ушел. Вначале хотела возмутиться, покричать, потопать ногами, затем сама устыдилась своих детских порывов. И поэтому просто последовала совету мужа - легла спать и на удивление, уснула.

Перед тем, как лечь спать, я рассказала обо всем Фиодору, тот покивал головой и сказал.

-Давно смотрел передачу про обычаи Кавказа. Так там говорилось, что если чужих друг другу женщину и мужчину в пути заставала ночь, чтобы оградить честь женщины, мужчина клал между ними свой меч. Вот сегодня я буду вашим мечом. Я лягу спать как раз между вами. Спи, я буду бдить!

Успокоенная таким образом, я легла и крепко заснула. Сказалось и нервное напряжение последних суток, и недосып прошлой ночью, когда Сергей то вертелся на диванчике, то падал с него, то ворчал и чертыхался в гостиной. Да и сегодня день тоже был насыщенный в деловом плане. В общем, я мирно дрыхла и даже не слышала, когда пожаловал супруг и тоже лег спать.

Проснулась я ночью от жуткого сдвоенного вопля. С перепугу я подскочила на кровати и тоже заорала. На всякий случай, ну и за компанию. Я всегда за любой кипеш, кроме голодовки. Наверное, мы представляли втроём сюрреалистическую картину. Сидит на постели девка в широченной байковой ночнушке (спецом надела, чтобы отбить сексуальный интерес муженька - такое чудо увидишь, импотенция навек обеспечена!). На другом краю кровати мужик с голым торсом и в подштанниках цвета бедра трусливой нимфы (не помню, где читала, но цвет, вероятно, был сногсшибательный, с тех пор все непонятные цвета так и называю), между ними здоровенный серый кот в полоску и все трое истошно орут! Первым, конечно, остановился мужчина и скомандовал.

-А ну, заткнулись!

Я со стуком челюсти захлопнула рот, Федька умолк на полувзвое. Все трое уставились друг на друга, ожидая разъяснений. А дело было в следующем - Сергей пришел, чтобы не беспокоить меня, разделся, не зажигая лампу, и упал спать со своего края. Кота, он, разумеется, не видел. Уснул тоже сразу, и у него сутки были тяжёлые. И во сне, по своей милой привычке раскидывать на всю кровать руки-ноги, повернулся и с размаху влепил по коту. А этот стражник, обещавший охранять мой сон и честь, бессовестно дрых. И во сне получил оплеуху. Ясно, что с перепугу он взвыл, пожарная сирена бы обзавидовалась на него. Ну и тяпнул ещё Серёгу за кисть до кучи. Спросонья и Сергей взвыл тоже в тональности той же сирены. Потом проснулась я и орала уже чуть по-другому, как скорая помощь. Осознав все, я начала мелко трястись от сдерживаемого хохота, кот смотрел исподлобья на обидчика. Тот растерянно сказал.

-Не обижайся, кот, я ведь нечаянно, во сне!

И тут Федька отмочил! Демонстративно потирая лапкой ушибленное ухо, проворчал.

-Нечаянно, нечаянно… чуть дух не вышиб! И хвост едва не придавил!

Этого уже мой муженёк не вынес, глазки у него закатились, и он рухнул на подушку без сознания в лучших традициях нервических барышень из дамских романов. Теперь я уже не сдерживалась, хохотала до слез и икоты. Вот ни фига я не заботливая и трепетная супруга! У меня тут под боком, можно сказать, молодой супруг без сознания валяется, а я хохочу да тщательно подушку взбиваю, да одеяло подтыкаю под бок! Мудро рассудив, что устанет в обмороке лежать - сам очнётся. Не, ну можно было и водичкой брызнуть, но спать в мокрой постели фу!! А нюхательных солей у меня отродясь не водилось. Так что я спокойно улеглась и мирно засопела. И не слышала, как очнулся Сергей, потряс головой, глядя на спящую меня, лежащего вдоль моей спины кота, повернувшегося к нему тылом, и осторожно лег на свое место, укрывшись одеялом с головой.

Утром он, правда, пытался прояснить ситуацию, осторожно сказав.

-Представь, Лиза, мне ночью показалось, что твой кот разговаривает по-человечески!

Я равнодушно пожала плечами.

-Не замечала за ним таких талантов! Вот укусил он тебя, за то, что ты его нечаянно задел и напугал - это было. А вот разговор... ты там вчера с отцом в кабинете ничего горячительного не принимал?

Сергей сердито фыркнул и вышел, сообщив мне перед этим, что выедем после завтрака, и ночевать будем у него в имении в Глинках. Ладно, соберёмся. Лучше всего Федьке - усы распушил, хвост трубой поставил, лапы в кучу собрал и готов.

Глинки - небольшое веселое сельцо в окрестностях Москвы. Ехали мы до него в возке Сергея часа три с половиной. Сегодня изрядно подмораживало, и я с большим удовольствием обнаружила внутри небольшую печурочку, типа буржуйки, стопку коротких полешек на запятках, длинную трубу, выведенную наружу из возка. Вид наш экипаж имел залихватский - пара лошадей с бубенцами, кучер, в бараньем тулупе и валенках, на облучке, лихо посвистывающий на лошадок, сам возок на полозьях, и хвост дыма из длинной трубы, торчащей из возка. Внутри повозки было тепло, я даже расстегнула шубку и Федьку посадила рядом с собой на диванчик. Правда, эта скотина все равно норовила залезть мне на колени, совсем не учитывая свой немаленький вес. Нынче с утра я была выспавшаяся, сытая и настроена миролюбиво. Поэтому взялась расспрашивать Сергея о его поместье, какие там у него проблемы и что он хотел бы там иметь. Вначале муж отвечал неохотно, потом постепенно вошёл во вкус и рассказывал интересно. По словам супруга, Глинки - поместье небольшое, и названо так, потому что почва там суглинок с примесью песка. Есть ещё пара небольших глиняных карьеров, или урочищ, как сказал Сергей. Но для производства тех же игрушек, типа Дымковской или посуды, как Гжель, глина не годится. Я меланхолично глядя в полузамерзшее окно, сказала.

-Ну, делай кирпичи хоть, что ли...

Местность за окном что-то мне напоминала, но что никак не могла понять и сосредоточиться на этом. Решив отодвинуть эти мысли, спросила.

- А что ты хочешь делать в своем поместье?

-Ну, пшеницу выращивать, рожь. - Неуверенно сказал Сергей.

-А зачем? Ты же сам сказал, что земля не слишком плодородная. Тогда уж не заниматься зерном, а сосредоточиться на чем-то другом. Овощи, например. Выпиши новые, урожайные сорта, подходящие под ваш климат и работай с этим.

-Да я думал, так овощи ведь летом, и стоят они тогда копейки.

-Почему именно летом? Построй хранилище для овощей и вперёд! Знаешь, сколько сейчас стоит картошка, морковь, свекла, капуста свежие? Дурные деньги! Мне Орехов жаловался, что закуп сейчас взлетел до небес! И вообще, можно ведь перерабатывать овощи! Солить и мариновать огурцы, квасить капусту. Давай приедем и посмотрим. Хотя, что там, под снегом, разглядишь. Но весной уже поздно будет, работать надо будет уже.

Так, за разговорами, и доехали до сельца. Выглядело оно недурственно, ветхих домишек, крытых соломою не было, дома добротные, резные наличники окон, резные же коньки крыш, с деревянными петухами, раскрашены в яркие цвета - все это придавало, на фоне белоснежных сугробов очень нарядный и весёлый вид. Помещичий дом был немного похож на мой, в той же бело-желтой гамме, только меньше.

Встречал нас на крыльце управляющий. Вот теперь я точно знаю, как будет выглядеть мой управляющий Роман, когда постареет. Он удивительно походил на отца. Сергей представил меня.

-Вот, Савелий Петрович, знакомься, это моя супруга, княгиня Елизавета Ивановна! Мы пару дней побудем здесь, потом вернёмся в Москву, дела у нас. Сейчас пообедаем, и я Елизавете Ивановне покажу свое имение. У нее в Курской губернии свое большое имение. Да ты должен знать, твой сын там управляющим работает.

Но управляющий выглядел настороженным. Возможно, просто не знал, чего ожидать от молодой хозяйки, мало ли.

После обеда мы и в самом деле пошли осматривать хозяйство имения. Вроде и чисто, и все прибрано, и чистые и крепкие хлева и птичник, да только коровенки и свиньи простые, такие у моих крестьян были поначалу. Да и куры мелковаты. Я повернулась к мужу, спросила.

-Сережа, а почему скот такой невидный?

Муж растерялся, но Савелий Петрович ответил вместо него, насупясь.

-Что это невидный? У всех такой! Да и держим тут скот только для своих нужд.

Я постаралась говорить помягче.

-Даже для себя можно держать хорошие, продуктивные породы.

-Эва, баловство это! Да и хлопоты, уходу за таким скотом много!

Я промолчала, мотая инфу на ус. Потом сделаю анализ и тогда уж полные выводы. За домом виднелся плодовый сад. Я поинтересовалась, какие сорта, какая урожайность. Сергей на этот раз ответил сам.

-Лиза, да у нас хорошие сорта деревьев, почитай, каждый год или вымерзают или сильно повреждаются морозами! Вот и растут самые простые яблоки. С курским яблоками не сравнить! Ну, вон в дальнем углу сада ещё кусты ягодные растут. И все.

Это верно, с климатом моего мира в современной эпохе здешний не сравнить, намного холоднее. Это сейчас в Подмосковье садоводы выращивают всякую экзотику.

Кусты ягодные это хорошо, ягоды - это не только варенья, но и джемы и повидла различные, спрос на них есть. Вот ещё одна статья доходов. Надо только опять же хорошие саженцы закупить и посадить, и старые кусты привести в порядок. В общем, здесь нужен агроном.

И только, когда основательно продрогнув, в начинающихся сумерках мы шли по направлению к дому, меня как прострелило, я даже подпрыгнула. Я вспомнила, что именно меня мучило дорогой! Вот почему мне показалось все как-то знакомым! В моем мире именно на этих землях располагался совхоз имени Ленина! Знаменитый своими клубничным плантациями. А совсем недавно в журнале я видела рекламу урожайных сортов культурной клубники! Ещё подумала, что и мне неплохо бы выписать такую, да свободной земли для нее у меня нет - или сахарная свекла или подсолнечник растут. А тут сажай - не хочу! Вот, вот от этого и начнем плясать! Сегодня же сама засяду за наброски плана и Сергея усажу, обсуждать будем. А потом, в Москве, все окончательно уточним, посчитаем по цене, ведь все журналы у старого князя в кабинете есть.

Вечер мы с мужем провели весьма увлекательно. Нет, не так, как можно было подумать. Мы писали, вычёркивали и вновь записывали все свои мысли и предложения, спорили до хрипоты, Сергей пару раз выскакивал из кабинета, хлопнув дверью, побегав по коридору и остыв, вновь возвращался и все по новой начиналось. Самое главное было - деньги. На новый скот, семена, саженцы, найм работников, овощехранилище, удобрение, оборудование для переработки и стерилизации. Сергей сказал, что почти все его офицерское жалованье за эти годы лежит нетронутым, ну и кое-какие доходы от имения тоже были все это время. Управляющий у него честный, воровства в хозяйстве нет. Но если всех средств не хватит - придется брать или в банке займ или у отца, если у него будут свободные деньги. Надо же, жалованье он сохранил, я почему-то была уверена, что в Петербурге он жил на широкую ногу. Когда я сказала об этом, муж невесело засмеялся.

-Лиза, у тебя, как и у всех барышень, ошибочное мнение о службе. Вы думаете, служба - это балы, красавицы, блеск эполет, батистовая белоснежная рубашка, дуэли время от времени? Да я в столице бывал не более пары месяцев в год! Крупных войн сейчас и нет, да мелких полно! А война - это грязное дело... Так что куда мне деньги на войне девать было? Вот и сохранились. А теперь в дело пойдут.

Сошлись мы и во мнении, что надо нанимать новых, хороших специалистов - агронома и возможно, управляющего, если Савелий Петрович не сможет принять новшества. Так и решили, но будем советоваться и с князем Николаем Петровичем.

Глава 44

В Москву мы вернулись на следующий день, уже после обеда. Времени оставалось только поесть и начинать собираться на бал к Разумовским, они давали его в честь дня рождения их младшей дочери, ей исполнилось семнадцать лет.

Только мы сели в столовой за накрытый стол, как торопливо вошёл Николай Петрович, он тоже задержался в городе и пропустил обед. Поэтому присоединился к нам. Сразу же и объяснил, что задержка случилось из-за того, что он ездил получать мой патент. Выдали ему патент без моего присутствия только по знакомству. Я только и рада была. Завтра можно и в чулочную мануфактуру ехать уже с поверенным и всеми документами. Николай Петрович предложил взять поверенного семьи Шереметовых, завтра с утра он его известит. Ну и мы тоже, перескакивая с пятого на десятое, поведали о нашей поездке и выводах из нее. Николай Петрович выслушал и ответил.

-Вот я же говорил, что нужен взгляд со стороны! Сегодня уже не успеем, а завтра, сразу после поездки в мануфактуру, сядем, все обговорим и посчитаем. Посмотрим, что у нас будет получаться.

Поскольку Владимир с Анной все ещё пребывали в деревне, то поехали мы вчетвером. Хотя, если честно, я с большим удовольствием осталась бы дома и валялась бы с Фиодором на постели. Но раз необходимо демонстрировать образ счастливой семьи, то будем соответствовать. И красоту будем наводить. Когда я уже практически расфуфырилась под скептическим взглядом кота, вошёл Сергей. Протянул мне шкатулку средних размеров и сказал.

-Лиза, прости, сразу не отдал, за эти дни столько дел навалилось... вот, это твое по праву, как моей жене, принадлежит.

Я, конечно, не слишком разбираюсь в драгоценностях, но это были эксклюзивные украшения. Особенно к моему сегодняшнему наряду из голубого плотного шелка с драпировкой декольте белой полупрозрачной органзой подходил комплект, состоящий из колье, серёг и небольшой тиары, выполненный из полированного серебра и сапфиров. Мои глаза невнятного голубого цвета от блеска сапфиров стали как будто ярче. А длинные серьги с каскадом мелких камней визуально удлиняли шею. В общем, даже сама себе я понравилась, что было редкостью. В шкатулке были ещё какие-то драгоценности, я пока что и смотреть не стала. Из колец обошлась одним обручальным.

В бальной зале дворца Разумовских при нашем появлении воцарилась тишина, все дружно разглядывали нашу пару, выискивая признаки скандалов, но потом послышались тихие и не очень, скромные и не слишком, шепотки, всем хотелось обсудить жареную новость. Мы с княгиней Анастасией Афанасьевной сияли ослепительными улыбками, наши мужчины были невыносимо вежливы и церемонны, в общем, образ идеального семейства получился на все сто. В одиночестве мы не оставались почти весь вечер. Вначале подбежала Настенька Гагарина с компанией подружек, утащили меня потрещать о своем, о девичьем, расспросить меня, почему так секретничала. Я пожала плечами.

-Нет же, мадмуазели, нисколько я не секретничала! Сережа служил, а мне не хотелось торчать одной месяцами на съёмных квартирах, ведь в Петербурге он бывал редко. Вот я и занималась делами в своем поместье. А сейчас Сергей оставил службу и мы теперь вместе.

-Ах, Лизонька, у вас, наверное, такая страстная любовь была, что вы поженились сразу же, как только ты вышла из института!

Это впечатлительная Натали Любомирова. Но я ее разочаровала, спокойно сообщив чистую правду, что это случилось по договору между нашими отцами. Поскольку договорные браки, браки по уговору в светском обществе Москвы были не новостью, то все восприняли это нормально. Конечно, всем хотелось расспросить про Долли Тенищеву, но такие вещи вслух не обсуждают при непосредственных участниках. Это вам не программа "Пусть говорят". Здесь про это шепчутся тихонько по углам.

К Сергею тоже подходили его знакомые, поздравляли с браком, беззастенчиво разглядывая меня, как призовую кобылу на аукционе. Два раза потанцевала с мужем, один раз со свекром. А потом меня пригласил, кто бы вы думали? Месье Трегубов! Причем приглашение было в мм… несколько неоднозначной форме.

-Серж, дружище, ты ведь не запретишь своей очаровательной супруге потанцевать со старым однополчанином?

Сергею ничего не оставалось, как скрипнув зубами, позволить мне принять это приглашение. Впрочем, я быстро пожалела об этом. Трегубов вскоре начал разговор.

-А вы, княгиня, хорошо умеете морочить мужчин! Вы мне так понравились! И маменька моя хотела с вами познакомиться! (Вот чур меня от этого, чур!). А вы, оказывается, замужем давно! Ах, вы разбили мне сердце!

Я едва дождалась окончания танца, чтобы потом плотно повиснуть на руке мужа и не принимать больше ничьих приглашений на танец. Изредка мелькала на заднем плане Зизи, но к нам она не подходила. И то хорошо.

Все нужные бумаги в конторе мануфактуры оформил поверенный семьи. Он оказался докой в своем деле, хотя показался мне поначалу нудным и въедливым. Зато он так составил договор, что учел все, даже малейшие нюансы и не оставил ни малейшей лазейки для ущемления моих интересов. Потом надо будет подумать о том, чтобы передать ведение моих московских дел в его руки. Даже снятие копии моих колготок, разъяснение мной приблизительной технологии их изготовления (как я это себе могла теоретически представить) и то прошло быстрее, чем оформление бумаг. Но заканчивается все и это тоже.

Потом мы работали дома, в кабинете свекра. Вчерне мы планы набросали ещё в Глинках, теперь Сергей с отцом обсуждали их конкретно, считали, решали, что именно надо закупать и когда. Пока они все это обсуждали, я тщательно шерстила всю стопу журналов, бывших у старого князя в кабинете. Находила там рекламные объявления о продаже семян, саженцев, элитных пород скота, новых различных аппаратов. Делала надписи и вкладывала бумажные закладки в журналы. Теперь они щетинились во все стороны бумажными лентами. Решили, что саженцы и скот надо закупать весной, тогда же и нанимать рабочих, а сейчас можно заказывать технику, семена. Я нашла даже кандидата на роль агронома по объявлению. Пусть Сергей с отцом с ним встречаются и беседуют. Сейчас можно озаботиться тарой стеклянной и бумажными этикетками. Чтобы потом не было штурмовщины, как у меня на первых порах. Эх, второму всегда легче идти!

Так и прошли мои московские каникулы. С утра я ездила по своим делам и заказам, нанося периодически светские утренние визиты. Вечера проводили, разъезжая по приемам и балам. И везде меня сопровождал супруг, хоть на деловые встречи, хоть на развлечения. Объяснял, что он по утрам набирается делового опыта. А вечером, танцевального, что ли? Зато ночи, ночи мы проводили втроем - я, Сергей и кот между нами.

Несмотря на то, что прежней злости и ненависти к мужу я не испытывала, да и прояснилось многое, я все равно никак не могла решиться на последний шаг, после которого уже не будет пути назад, что-то меня удерживало. Чего-то мне не хватало, никак не могла понять чего. Может, и в самом деле, как молоденькой романтичной дурочке мне не хватало бурных страстей, ярких чувств? А муж демонстрировал ровное, спокойное, доброжелательное отношение. Он был неизменно вежлив и внимателен ко мне, но не более. И это меня безумно злило. Да, я понимаю, что я нелогична, но я и сама себя понять не могу.

Оставалось несколько дней до начала рождественского поста, и я засобиралась домой. Товар, заказанный мной у разных торговцев, фабрик, мастерских и прочее, был получен, груз сформирован и ожидал отправки. Я даже получила на чулочной мануфактуре некое количество из первой партии колгот. Жаль, запускать их в торговлю будут уже без меня, но князь проследит за всем. Но со мной собрался ехать и Сергей! Уверял, что хочет посмотреть на развитое хозяйство в реальности. Учитывая его бизнес-проект, который сама же и придумала, отказать ему не смогла. Наконец, все собрано, билеты куплены, груз в багажном вагоне оплачен, на перроне перед вагонами прощальные поцелуи, слезы, обещания вскоре приехать и прочее. Все, мы едем домой!

В Курске нас встречали - Кузьма с возком и грузовые сани. Пока шла суета с выгрузкой нашего багажа, погрузкой его в сани, я намерилась быстро съездить к торгпредам, передать им все бумаги из Москвы. Все багажные квитанции и общее руководство бедламом под названием выгрузка - погрузка передала Сергею, пусть пробует свои силы, а я посмотрю.

Отсутствовала я не более часа, а когда вернулась на вокзал, оказалось, что меня уже минут двадцать как все ожидают. Удивительно, но обычно суматошная и долгая процедура с грузом, была успешно завершена в рекордные сроки. Перед дорогой решили, что неплохо бы всем нам поесть горячего, всё-таки зима и дорога, не сказать, что близкая.

Мы с Сергеем пошли в ресторан при гостинице, где я обычно останавливаюсь, а возчики по очереди ходили обедать в трактир неподалеку. В ресторане уже знали, что кот всегда ходит обедать со мной, поэтому безропотно приносили небольшой стульчик для него и блюдце с мелко нарезанным отварным мясом и Фиодор важно обедал. Может, Сергей и был удивлен, но промолчал. Вот и хорошо. Уже принесли заказ и мы приступили к трапезе, когда я увидела за столиком у окна г-на Торпыгина. Панталон вид имел несколько помятый, имелось и помятое лицо, вкупе с отекшими глазами. Взгляд был мутный, смотрел он на меня исподлобья. Все вместе эти признаки обозначали одно - Панталон пил. И пил не первый день. Мне все это было неприятно, я передернула плечами и отвернулась. Супруг, заметив мой взгляд, тоже посмотрел туда же, узнал Панталона, хмыкнул.

-Любезная супруга, ваши поклонники, смотрю, все не оставляют вас своим вниманием! Выглядит он, правда, не очень, так ваш отказ повлиял?

Пока я раздумывала, как бы достойно ответить этому ехиде, Фиодор, закончив трапезу, потянулся, громко муркнув, выразив тем самым благодарность, и сев косилкой, принялся надраивать морду лапой. Теперь его хорошо было видно за столом. Панталон, завидев своего врага, встал из-за стола и шустро, хоть и слегка неустойчивой походкой, направился в сторону мужской комнаты, наверное "попудрить носик". Федька, недобро прищурившись, смотрел ему вслед. Во избежание эксцессов, я поспешила быстрее завершить трапезу и двинуться в путь. Когда муж помогал мне сесть в возок, я невольно бросила взгляд на окно ресторана. Там, прижавшись практически носом к стеклу, нас рассматривал пьяный Торпыгин. Поняв, что его заметили, ухмыльнулся. Двинулись в путь, я, выбросив все лишние мысли из головы, вознамерилась вздремнуть в дороге.

Проснулась, когда мы уже подъезжали к последней деревеньке перед моим имением. Спала я, лёжа на небольшом диванчике в возке, ноги мне грел кот, а голова лежала на части шубы Сергея, которую тот снял с себя, свернул углом, положил себе на колени, уложил меня и другой частью шубы укрыл. Бережно поддерживая меня рукой, чтобы я не упала на пол при особо лихих виражах нашей дороги. Особо холодно в возке не было, но и не тепло тоже. Сергей явно продрог, но терпел, укрывая меня. Вскоре мы уже въезжали в широко распахнутые ворота имения. Суетились встречающие с фонарями, слышались голоса, окликающие наших экспедиционеров. Распоряжался Роман, куда разгружать привезенное, Семенишна созывала прислугу нести багаж хозяев... Как не похоже это было на мой самый первый приезд в этот дом.

Приятным бонусом было то, что Семенишна заранее велела натопить баню и теперь мы могли хорошенько пропариться, выгоняя усталость и согревая продрогшее за зимнюю дорогу тело.

После бани мы неспешно ужинали, долго молча пили чай с вареньем, которое очень любил Сергей - с вишнёвым. Запах свежезаваренного чая с мятой разносился по столовой, смешиваясь с ароматом вишнёвого варенья, тихо потрескивали дрова в печи, низко над столом висела лампа под тканевым абажуром, за окном бросалась снегом разыгравшаяся к ночи метель - и было так уютно и безмятежно вот так сидеть, изредка перебрасываясь какими-то малозначительными фразами. Я даже махнула рукой Роману, сунувшемуся было в столовую с каким-то докладом, чтобы ушел, не мешал.

Спали мы сегодня вдвоем с Фиодором, Сергея разместили в спальне хозяина. Видимо, устала я с этими поездками, потому что уснула ещё на подлёте к подушке. Проснулась я от чего-то непонятного, за окном темно, ночь ещё, явно. Послышалось чье-то пыхтение, гневное сопение, тихие чертыхания.

-Кот, ну ты совесть имей, развалился один на половину кровати, а хозяева на краешке должны? Кот подвинься, говорю! А то вообще сейчас в коридор на коврик спать пойдешь!

Тут я проснулась совсем и тихонько наблюдала забавную картину - Сережа стоял с одеялом и подушкой под мышкой, и пытался сдвинуть с места посередине постели Фиодора. Тот притворялся беспощадно спавшим, раскидав лапы и кверху пузом. Даже хвост в сторону откинул, чтобы больше места занимать. Выдавало его только гневное сопение. Я повздыхала и тихо спросила.

-Сережа, ты чего? Или бабайки в той комнате напугался?

Муж удрученно вздохнул и ответил.

-Да никак уснуть не могу! Привык уже, что ты сопишь рядом, кот пихается, мурчит во сне, а тут, как дурак, один на здоровой кровати... вот и пришел.

Глава 45

Вздыхай не вздыхай, а надо устраивать мужа, вернее место ему освобождать. Вдвоем кое-как сократили кота на постели, помогать в этом деле он нам никак не собирался. Сергей лег со своего края и мгновенно уснул. Федька тоже не чинился, принялся петь свою кошачью песню-засыпайку, а я лежала и улыбалась в темноте спальни неизвестно чему. Но на душе было приятно. Так и уснула, улыбаясь.

А с утра все мечты о спокойной и тихой жизни пришлось отодвинуть в сторону и впрягаться в повседневную жизнь со всеми ее проблемами, задачами, удачами и неудачами. Дела сами не сделаются.

Так, в результате совместных с нашим ветеринаром размышлений, был признан неудачным эксперимент по разведению "индейских петухов", так здесь называли индюков. Этих птиц в Российскую империю стали завозить не так давно, а я, дитя супермаркетов и американских фильмов, где обязательно готовили на День Благодарения индейку, ухватилась за идею разведения этих птиц. Оказались они очень капризными для разведения в наших условиях. То им жарко, то им холодно, а падеж индюшат был слишком большой.

В общем, отказались мы от этого направления, хоть и очень жаль было. Зато успешным оказался проект с разведением гусей. Весной я заказала гусят нескольких пород, про которых прочитала в журнале. Выбрала тулузских гусей, датских легатов и наших холмогорских. Холмогоры были меньше весом, зато хорошие наседки, а вот иностранки - гусыни при своем большом весе оказывается, вовсе лишены материнского инстинкта. Пока что от наших гусей мы получали два продукта - мясо и пух. Причем легатов надо было ощипывать каждые несколько недель, пух отрастал вновь. И сейчас на складе у нас скопилось изрядное количество пуха. Вскоре должен прийти из Москвы заказанный материал для пошива пуховых детских одеял и подушек. Шить для взрослых одеяла и подушки я посчитала нерентабельным, цена почти одинакова, но для детских то расходников значительно меньше.

Из неприятного - эти пушистые шкоды оказались склонны к побегам, то есть, к уплывам. Они постоянно норовили уплыть по нашей речушке вниз по течению. Первое время, пока не поставили колья, вбитые в дно речки, частенько приходилось догонять гусей у соседей. Некоторые возвращали птиц без возражений, а некоторые, типа моего "родственника" Петра, спорили до хрипоты, доказывая, что это их родные гуси.

Сергей везде ходил со мной, молчал, не спорил и не вмешивался, но очень внимательно наблюдал. Вечером расспрашивал меня о том, что не понял. Я постепенно привыкла к его постоянному присутствию за спиной. Может, в хозяйственном плане он знал ещё мало, но вот организаторский талант у него явно был. Как-то он умел так распределить рабочих, что все стадии рабочего процесса проходили быстро, спокойно и без суеты. И работники его слушались. У меня так до сих пор не каждый раз получалось.

Но меня начинали беспокоить взгляды Романа - тоскливые на меня и раздраженные на Сергея. Дошло до того, что я даже советовалась с Фиодором. Тот, выслушав меня, пробурчал.

-Вот говорил я тебе ещё когда, поговори с ним! Объясни, что его надежды напрасны, и дело даже не в замужестве, а в том, что ты не относишься к нему иначе, чем к хорошему специалисту, надёжному помощнику. А так он и на вас злится, и Ганка вся извелась уже. Тоже волком на тебя смотрит, когда ты не замечаешь. Это ещё твой муженёк не понял ничего, а то беда будет.

Я уныло покивала, прав был Федька, прав! Я сама затянула эту проблему, все откладывала на потом, видимо, надеясь, что как-нибудь само рассосётся, как беременность у старшеклассницы. А она накапливается и накапливается эта проблема. И теперь вопрос стоит уже не ребром, а полным профилем!

Выдав мне нравоучительную речугу, кот взгромоздился на подоконник и грустно уставился в полузамерзшее окно кабинета, где мы с ним пребывали сейчас. Какая-то тоска и безнадёга проглядывали во всем облике моего кота. Я не выдержала.

-Федь, что у тебя случилось? Я уже давненько вижу, что ты хандришь.

Федька печально вздохнул.

-Да Тася моя все из головы не идёт... Как она там? Котятки наши, уже, небось, большие выросли, взрослые совсем... помнит ли она меня?

Я постаралась успокоить его.

-Ну, я думаю, все хорошо у Таси, ты же помнишь, бабки у нас во дворе, хоть и сплетницы, но жалостливые, всегда кошек всяких кормят. Да у тебя самого, поди, уж полдеревни котят!

Кот вздохнул ещё печальные.

-Да нет у меня здесь котят! У меня ведь котята могут появиться только по моему желанию. А кошки здешние... ну красивые, но дуры дурами! Мне с ними скучно и поговорить с ними не о чем. Так, приду, помурлыкаем и все. То ли дело моя Тася! Мы с ней столько передач обсудили! Да, Лиза, не смотри так! Приходила она, когда ты на работе, по дереву, на ветку, оттуда через окно и в кухню. Я ей свой обед отдавал, у нее же котята должны были появиться. Потом мы телевизор вместе смотрели или комп твой. Эх, было время! Тоскливо мне тут!

Я удивилась про себя, потом призадумалась. Вот кошки, казалось бы, ерунда какая! А тут серьезные чувства! У меня и муж рядом со мной, а я все сомнениями терзаюсь, что мы чувствуем друг к другу, нужны ли мы друг другу? Я вздохнула - как всё-таки сложно понять даже саму себя, не то, что другого человека! Но в одном Федька прав - надо поговорить с Романом, пока не стало поздно. Но сделать надо это как можно деликатнее, чтобы у каждого осталось чувство самоуважения и достоинства, чтобы не влезть кирзовыми сапогами прямо в душу человеку и потоптаться там. А значит, сделать надо это тет-а-тет, без свидетелей. Надо выбирать подходящий случай.

Такой случай выдался примерно через неделю. Пришлось отправить нашего ветеринара в Курск за какими-то одному ему известными лекарствами и ещё чем-то сугубо ветеринарным. Поскольку он недавно простыл и только что выздоровел, я не рискнула отправлять его на грузовых санях, отправила его с Кузьмой в возке. И пару грузовых саней, заодно получит наш груз из Москвы.

И тут доставили мне записку от нашего священника, отца Василия. Он приглашал меня посетить храм и обсудить приготовления к празднику Рождества.

Дело в том, что я последние два года ввела в моду ставить новогодние ели с самодельными игрушками и готовить немудрящие подарочки для детворы со сладостями и простенькими игрушками, чаще всего, тоже самодельными. Вот отец Василий предложил нынче поставить такую ель у храма, а на подарки деньги собрать со всех окрестных помещиков. Сумма будет небольшая, сладости многие могут изготовить и на кухнях своих имений. Нужно только купить по возможности какие-нибудь простые игрушки. Вот на организационное собрание отец Василий и приглашал меня. Сергей был занят с бумажными делами - приводил в порядок все свои записи и подсчёты. Я даже позавидовала ему - вот до чего дотошный до мелочей человек, все у него записано и расписано по графам и таблицам, не то, что у меня, вечно все на клочках каких-то, потом выискиваю в кипе бумаг на столе.

Роману надо было проехаться по дальним полям, кто-то недавно сказал, что с двух полей не вывезли солому, забыли. Вот он и поехал проверять. Заодно проводит меня почти до того села, где церковь. Ехать я решила верхом, кобылка у меня была смирная, мы с ней привыкли друг к другу, так что никаких проблем я не ожидала. Надев короткий тулупчик и теплые брюки под длинное платье, чтобы не шокировать нашего старенького попика отца Василия, собралась на выход. Почти у самых дверей меня догнал Фиодор, пробурчал, что тоже поедет, ему нужно проконтролировать мой разговор с Романом, чтобы я опять не струсила. Вздохнув, взяла его на руки, а взгромоздившись на свою Ветку, запихнула кота в отворот тулупчика, где он и притих. Разговор получился тяжёлым.

Порой мне казалось, что мы говорим с Романом на разных языках, до такой степени он не понимал меня. Или не хотел понимать. Клялся, что он беззаветно любит меня, что я не понимаю, что не нужна мужу, что он как раз не любит меня. И что я это обязательно пойму, только должна дать ему, Роману, шанс. Но вот что интересно, он ни разу не сказал, что, мол, расторгайте брак, любимая Елизавета Ивановна, и выходите замуж за меня... Это что, получается, он видит меня в роли любовницы? Сожительницы? На смену Ганке? Эту неделю сплю с тобой, а следующую - с Ганкой?

Я старалась быть вежливой, помягче строить фразы, чтобы не обидеть его, но вот уже начинало все это подбешивать меня! Какое он имеет право говорить мне, с кем жить, кого любить! Я ни разу не дала ему повода думать, что я отношусь к нему как-то по-особому. Так почему Роман решил, что я должна ответить на его чувства, отринуть правила морали и приличия, при живом муже иметь управляющего в любовниках? Это не только нарушение светских приличий, но и противно моим личным принципам! Да и любит ли он меня? Любимой женщине такое не предлагают! Вероятней всего, он просто вбил себе в голову, что любит, и не хочет посмотреть правде в глаза.

-Знаете что, Роман Савельевич? Даже если бы я не была замужем, то я все равно не смогла бы ответить на ваши чувства, и не потому, что вы и я - люди разного социального круга, а просто потому, что я не вижу в вас мужчину, который бы волновал мое сердце, мою душу! Я вижу в вас надёжного помощника, может, друга, но не любимого. Простите, но свои взгляды я не изменю. Вы сказали, что выбрали меня любимой, потому что я такая расчудесная. Так вот я не желаю, чтобы меня выбирали! Я хочу выбирать сама, кого мне любить!

-Сергея Николаевича вы тоже сама выбирали? - С какой-то детской обидой выкрикнул Роман.

Я засмеялась. - А вы знаете, да, я сама его выбрала!

Роман замолчал, потом, отвернувшись от меня, глухо сказал.

-Простите, Елизавета Ивановна, думаю, вы меня поймёте, я хотел бы остаться один, мне надо подумать!

И он, свернув на небольшую, полузанесенную дорогу через поля, хлестнул коня нагайкой и поскакал в направлении полей.

А мы с Федькой остались одни на пустой дороге. Хотя, ничего страшного, вон там виднеется деревенька и крыша помещичьего дома. Правда, нужное мне село будет только следующее, но ещё только утро, весь день впереди. А обратно я как-нибудь найду попутчиков.

Так, успокаивая себя, тихонько беседуя с котом, я продвигалась в нужном направлении. Кстати, Фиодор поддержал и мое решение по Роману, и мое предположение о том, что на самом деле не любит он меня. Зато сказал.

-Знаешь, Лиз, а наш Сержик по сравнению с этим Романом - просто идеал! Он гораздо внимательнее к тебе, не давит морально, даёт время тебе самой во всем разобраться. И с тех пор, как вы стали жить под одной крышей, он ни по каким Ганкам не бегает! Может, ты и не заметила, но сейчас Сергей уже большую часть работы Романа выполняет сам. Просто тебе не хвастается этим. Как мне кажется, это ему стоит дать шанс. Конечно, если это тебе самой надо, если он твоей душе и сердцу не противен. А если никак - не мучай ни себя, ни его, дойди до патриарха, но добейся признания брака недействительным. Конечно, для репутации это не слишком хорошо, но так у вас обоих будет шанс когда-нибудь обрести свое счастье.

Я задумалась. В словах Федьки была своя, сермяжная правда. Но и в самом деле, мне надо разобраться в себе, в своих чувствах, а то мне и самой непонятно, что же я чувствую к мужу. Так, размышляя, я подъехала к небольшому лесочку возле дороги, за ним начиналась деревенька. Внезапно моя Ветка громко заржала и поднялась свечкой на дыбы. Я этого не ожидала и не удержала поводья, да и сама не удержалась. Уже вылетая из седла, только и успела подумать.

-Надо бы ноги суметь выдернуть из стремян, иначе мне конец!

Ноги то я сумела, освободила, но грохнулась навзничь на указанную дорогу со всей силы. Перед глазами заплясали цветные огоньки, но затем померкли и они. Наступила тишина и темнота, больше я ничего не видела и не чувствовала.

Глава 46

От внезапного падения и удара Федьку выбросило из тепленького местечка под тулупом хозяйки, прямо в глубокий сугроб посреди густого куста у дороги. Пока он, отфыркиваясь и выгребая лапами, как пловец, выползал из сугроба, ситуация на дороге изменилась. Возле лежащей без сознания на дороге Лизы, стояла лошадь, запряжённая в сани, рядом топтались двое дюжих мужиков. Один заглядывал Лизе в глаза, махал перед лицом рукой. Второй озабоченно спрашивал.