Тиа Атрейдес Песнь вторая. О принцессе, сумраке и гитаре

Глава 1

239 год от основания Империи.


Все, никаких больше несчастных случаев! Лужи крови, оторванные головы и что там ещё полагается? Полноценное представление, чтобы проняло гадов! Этот Лунный Стриж, или как его там, лучший специалист Гильдии? Вот пусть и отрабатывает свои несусветные гонорары.

Препоганое настроение с утра только ухудшалось. Несмотря на солнечную сентябрьскую погоду и жизнерадостный щебет за окном, Шу проснулась совершенно разбитой после гнуснейшего из снов. Весь мир, начиная с собственного дурного братца, ополчился против неё, несчастной.

Апельсины на кухне закончились, и она осталась без любимого сока. Руна, над которой она билась четвертый день, наотрез отказывалась действовать, как положено. Ненаглядный Кей опять провел ночь в подозрительной компании благородных недорослей, неустанно сбивающей Его свежеиспеченное Величество с пути истинного.

Бесплодность попыток отвадить нахальных повес и кутил от дворца ужасала Шу. Даже смерть заводилы, старшего сынка барона Кукса, не охладила пустые головы.

И какого демона, спрашивается, она приказала, чтобы убийством и не пахло? Гильдия не подвела, и никто так и не догадался, кто приложил мохнатую лапу к утоплению пьяного вдрызг Мицу в собственном фонтане. Дюжина не менее пьяных свидетелей в один голос утверждала, что тот свалился сам, и исключительно сам. И что? Толку ноль. Остальные поохали, напились на похоронах и продолжили, как ни в чем не бывало, пудрить мозги юному королю. Лучше бы испугались, идиоты. Обнаглели беспредельно! Ну да, им же сама Регентша обещала полную безнаказанность, а Придворный Маг поддакивал, не иначе. Да ещё золотишка отсыпала — из королевской казны, откуда ж ещё. Стервятники! Шакалы безмозглые! В голове ничего, кроме пьянок с гулянками.

И Дайма нет именно тогда, когда он больше всего нужен. Демоны, как же он был прав! Стоило Ристане стать регентшей и отодвинуть Кея от государственных дел, братец впал в тоску и оказался легкой добычей для придворных проходимцев. Всего два месяца, как Кей коронован, и как же он изменился! Не привык, что с ним не считаются. Три с половиной года отец носился с ним, как курица с яйцом, и Ристана притихла, затаилась, сделала вид, что смирилась… и на следующий же день после смерти Мардука показала себя во всей красе.

А и ширхаб с ней. Всего два года продержаться, не дать Кею совсем сдуться. Разогнать в Ургаш этих оболтусов, прикончить оставшихся двоих заводил. Ха, Рональд им безопасность обещал! Держи карман шире! Я что, дура совсем, сама их трогать? Две сотни золотых, и гроб с музыкой. И занять Кея делом. Придумать бы, каким именно… Ладно, Урман подскажет. Бедняжка Таис, хорошо хоть, не видит, с кем и как её жених развлекается. Милостивые боги, пусть она ещё месяц-другой проведет на любимом море! Пожалуйста!

Невеселые мысли одолевали Шу. Трудновато держать хвост морковкой, когда поутру приходится выгонять из покоев брата пренеприятнейшего типа невнятной ориентации, читающего Его Величеству пошлые любовные вирши и нежно поглаживающего ручку. При виде сей интимной картины Шу неудержимо захотелось плеваться: «И Кей хорош! Смотрит мимо, в глазах печаль, грусть и томление! Никто, видите ли, его не любит, не ценит, так хоть стихи посвящают… А в постели с этим хлыщом оказаться ненароком как, не боится? Всего то и дел, что подпоить немножко Его Величество, и кто докажет, что глупый мальчишка ничего такого и не подозревал даже? Вон, сколько народу видело, как они любезничали! И стишки читали! И не видать Кею своей Большой Королевской Печати на совершеннолетие. Уж Ристана раздует скандал до небес. И слабовольный король, и ориентация подозрительная, и делами государственными не интересуется, и влиянию пагубному поддается, и ширхаб знает, что ещё. И ещё лет на пять регентство продлит, вроде как дать возможность мальчику повзрослеть и одуматься. Ненавижу!»

Противный тип и не догадывался, что только что ему был вынесен смертный приговор. Шу не знала его имени, и видела его всего три или четыре раза, но какое это имеет значение? Ей вполне хватило сегодняшней встречи, чтобы прочитать его совершенно недвусмысленные намерения, приправленные самодовольством и уверенностью в собственной безопасности. Вот с него-то принцесса и решила начать показательное выступление. Если бы это жадное и развратное создание почуяло, что готовит для него Её Высочество, оно бы бежало без остановки до ближайшей границы и просило бы у орков политического убежища.

За обедом Шу нашла ещё повод погрустить. Ей достало одного вида неразлучной парочки Ахшеддинов.

Нет, конечно, любовь прекрасное чувство, но шесть с лишним лет наблюдать, как эти двое не отрывают друг от друга взгляда, целуются украдкой при каждом удобном случае, и разговаривают одними словами, и даже двигаются одинаково! И почему Эрке до сих пор полсотни косичек не заплетает? Для полного сходства.

Шу уже не впервые приходилось признать, что она отчаянно завидует. На неё никто так не смотрел, как Эрке на свою Баль. Ну, разве что Дайм. Но он не в счёт. Вот будь она мальчиком…

То, что Император сотворил со своим внебрачным сыном, не вызывало в Шу ни малейших добрых чувств к Его Всемогуществу. Если бы не заклятие, Шу с удовольствием вышла бы за Дайма замуж, и катись политическое равновесие Империи в Ургаш.

На взгляд Шу, из маркиза Дукриста вышел бы регент получше Ристаны. Власть ему даром не нужна, как и трон — что Валанты, что Империи. Дождались бы совершеннолетия Кея и отправились куда подальше от вечных интриг и придворного лицемерия. Это же так прекрасно — никаких обязательств, никаких убийц… ах, мечты.

Если бы Император имел право поверить в благие намерения. Боги, да кому он нужен, этот трон! Заботы, хлопоты, нервотрепка и никакой личной жизни. И ради чего интриговать? Но нет же. Благодаря паранойе Его Всемогущества, семьи и детей им с Даймом не видать. Конечно, дружба, понимание и взаимная поддержка это прекрасно… но как мало!

Шу вспоминала иногда их первую встречу на Весеннем балу. Она влюбилась мгновенно и бесповоротно. И как могло быть иначе? И Дайм тоже. С первого взгляда, с первого слова… она долго не могла понять, зачем он пытается скрывать свои чувства. Разве можно обмануть мага, там паче мага Разума?

Шу всегда забавляло, как некоторые умники изображали пламенную страсть к ней, увидев для себя обманчивую возможность возвыситься и обогатиться с её помощью. Забавляли видные ей, как на ладони, их мелкие корыстные побуждения, стремления и страхи, их внутренняя брезгливо-испуганная дрожь, словно перед ними не юная принцесса, а ядовитая змея. Её смешили и обижали потуги казаться для неё изысканно-остроумными и очаровательными, тщательно заготовленные любезные речи и отрепетированные томные взгляды, поцелуи, пахнущие отвращением и страхом. Ни один из этих неудачников не продержался возле неё больше трёх дней. Уж слишком горькое и однообразное развлечение. Как-то Шу попробовала зажать уши, зажмурить глаза и, в упор не замечая фальши, просто пофлиртовать. Бедняга графский сынок! Она таки ответила на его поцелуй. Исключительно из любопытства. Он чуть не окочурился. Грохнулся в обморок прямо на садовую дорожку. Еле привела его в чувство небольшим дождичком из ближайшего фонтана. С тех пор неудавшийся кавалер обзавелся интересной бледностью, романтической седой прядью в шевелюре и легким заиканием. И сменил ориентацию. А поначалу казался наиболее приличным из всех…

Временами Шу думала, что злые боги подшутили над ней, и её судьба — остаться старой девой. Каким прекрасным принцем казался ей Дайм, как она благодарила богов за их встречу, как надеялась… всего несколько дней. И в самый романтический момент он, вместо того, чтобы заняться с ней любовью, выложил всю неприглядную правду. О своем прошлом, настоящем, и будущем.

Не раз потом они проводили вместе ночи, и он научил её практически всему, и с ним Шу не раз испытала наслаждение… но она так и осталась девственной, хоть и не невинной. Императору, разумеется, добрые люди тут же донесли о предосудительной связи Главы Тайной Канцелярии, и Императорский Конвент устроил Дайму допрос с пристрастием. Ему удалось отбрехаться государственными интересами, представив Шу чуть ли не своим тайно завербованным агентом и секретным оружием. Разумеется, под прикрытием любовной интрижки. С королем Мардуком этот номер не прошел, и Шу пришлось рассказать отцу всё, как есть. Ни капли радости ему это знание не принесло, но, по крайней мере, лишать дочь единственного друга он не решился.

И вот, два месяца назад отца не стало. Все её усилия не помогли королю продержаться до совершеннолетия Кея. Все жертвы, отдавшие свою жизнь в её магическом круге, не принесли пользы. Да, отец прожил на год или полтора дольше, чем без её жестоких экспериментов. Насколько ей было бы проще, будь она прирожденным магом Жизни, как Дайм! Но исцеление давалось Шу с огромным трудом и требовало невероятных затрат энергии. И при этом, по закону Империи, никто, кроме неё, не мог помочь королю. Не зря Рональд выжил из Суарда всех магов. И зорко следил за Даймом, выискивая хоть малейший повод обвинить его во всех смертных грехах.

Одна попытка магического прикосновения к Королю-Наместнику, и Тёмные маги Метрополии, как стая коршунов, в миг растерзали бы ненавистную занозу в своих костлявых седалищах. Попробуй, докажи, что исцелял, а не склонял к измене! Кому, как не Первому Дознавателю, знать все лазейки и обманные маневры? Значит, виновен. Рональд не раз лицемерно сочувствовал Шу, что её любовник такой трус и тряпка, даже не почешется помочь её отцу! Даром, что маг Жизни, ну что ему стоит? Но на столь грубые и бездарные провокации Шу давно уже не реагировала.

Вся их с Кеем жизнь изменилась в один день. Ристана наконец получила, что хотела. Всего на два года она стала законной и полноправной правительницей Валанты, и за это время намеревалась сделать всё возможное и невозможное, чтобы остаться таковой навсегда.

В ход пошли все средства. Для начала Ристана под предлогом траура отменила свадьбу Кея и Таис, уже назначенную Мардуком на начало ноября, сразу после четырнадцатилетия невесты. Сместила герцога Дарниша с поста Королевского Советника. Запугала и выгнала из Валанты верного Мардуку и Кею министра финансов. И, разумеется, полностью отстранила младшего брата от дел. А чтобы он не скучал, натравила на него славную компанию записных гуляк и картежников.

Большинство дворян и чиновников довольно равнодушно отнеслись к смене власти. Внутренняя политика особо не изменилась, разве что Регентша ввела несколько мелких льгот для благородных фамилий и чуть снизила налоги. В этом вопросе она была непреклонна, хоть Рональд и возмущался возможным оскудением королевской казны. И король Кей тут же оказался никому не нужен. Лишь несколько дворянских семейств остались верны своим обещаниям. И то, в основном потому, что за последние четыре года успели изрядно настроить против себя или Ристану, или Рональда. Предвидя подобную возможность, Мардук заблаговременно перевел существенную часть своего личного состояния в крупные торговые предприятия и долю в Гномьем Банке. Причем сразу на имя принца Кея и принцессы Шу. Этот шаг позволил его сыну не потерять полностью влияния в собственном государстве и не остаться нищим королем.

На состояние Кея и на его репутацию и нацелилась Её Высочество Регентша. Рассорить короля с герцогом Дарнишем, убедить Императора в несостоятельности и ненадежности Кея, как правителя провинции, заставить брата растратить все деньги — и он навсегда останется послушной марионеткой в её руках. Через несколько лет женить его на подходящей девушке, то есть всецело преданной Ристане, и самой воспитать будущего наследника. Всё просто и понятно. Регентша упивалась обретенной властью, не упуская возможности поиздеваться над братом и сестрой. Пока ещё она не набралась наглости выселить их из Риль Суардиса, но, если и дальше пойдет в том же духе…

Требовалось срочно переломить ситуацию. И в голове Шу постепенно созревал план. Нет смысла вступать в открытый конфликт или пытаться добиться отмены регентства. Против Закона не попрешь. Но и Ристана ограничена тем же Законом. Им с Кеем всего-то и нужно, что не позволить Рональду и Регентше сломить и опорочить себя. Всего чуть меньше двух лет до восемнадцатилетия короля. Всего двадцать месяцев. Если удастся настоять на свадьбе Кея с Таис, отвадить от самого Кея дурную компанию и вытащить его из меланхолии после смерти отца, то не видать Ристане продолжения регентства.

Терять времени зря Шу не собиралась. Убедить Императора в необходимости свадьбы найдет способ Дайм. Пусть не прямо сейчас, а когда вернется с севера, наставив на путь истинный тамошних жрецов. Чтобы воду не мутили почем зря. К Осенним Гонкам наверняка управится. А с компанией ублюдков и всем прочим за оставшийся месяц она справится и сама. Начало положено, и к Мастеру Тени лейтенант Согред отправится сегодня же.

Шу готова была прозакладывать свою любимую книгу заклинаний, что этот сброд не останется равнодушным к проникновенной художественной композиции под названием «страшная смерть дружка от клыков неведомых монстров» в исполнении Призрачного Чижа. А для братика лично Шу планировала срочно устроить липовое покушение.

Бертран с Закеримом наверняка тоже голову сломали, как взбодрить Его Величество. Но пока Заку не удалось убедить друга, что жизнь не кончена и борьба не проиграна. Уж слишком подкосила Кея смерть отца. Вот Зак и спасет его в самый последний момент. Может, почувствовав дыхание смерти, Кей наконец вспомнит, что стоит ценить жизнь, какой бы она не была? И неплохо бы ещё направить подозрение на последнего из заводил, Мурса Мескита… в этом деле Шу думала посоветоваться с Дарнишем, который чувствовал себя в подобных интригах, как рыба в воде.

Этим же вечером у начальника Личной Гвардии короля собралась небольшая теплая компания. Зашла в гости принцесса Шу, Зак решил навестить отца, и у герцога Дарниша нашлось неотложное дело к Бертрану Дуклийону, и капитану Ахшеддину срочно понадобилось что-то обсудить с коллегой. А Его величество, чтобы не мешался под ногами, весело щебечущая Балуста потащила к мэтру Эридайгу, обсудить подарок сестричке к Осеннему Балу.


Шипя от злости, Придворный Маг наблюдал в зеркале сбор вражеского совета. И, как обычно, вместо комнаты Бертрана смог увидеть только очередную неприличную сценку в исполнении пары троллей, осла и себя, любимого. Его ненависть к несносной девчонке росла и крепла с каждым годом. Посметь провести его, могущественного Тёмного мага, у него под носом завладеть точкой концентрации, отказаться от предложения, за которое половина магически одаренной молодежи душу бы отдала, и предпочесть ему этого евнуха Дукриста! И опять нагло вмешиваться в его планы.

Рональд ни секунды не сомневался, что тот придурок не сам утопился в фонтане. Даже догадывался, кто именно из Гильдии устроил его печальный конец. Сам пару раз пользовался его услугами. Одаренный юноша, несомненно. Жаль, запретить Гильдии брать заказы от Шу невозможно. Вот выследить её посланника… пора бы. И использовать Лунного Стрижа против принцессы. Изящная комбинация пришла в голову Рональду, и настроение его резко улучшилось.

* * *

Мастеру было несколько не по себе. Его не покидало предчувствие подлого подвоха, заготовленного судьбой. Три отличных заказа подряд, гонорар в три раза выше обычного, и в самих заказах ничего сложного. Несколько необычно, но на то и Мастер Тени, чтобы за изрядное вознаграждение выполнять любые деликатные поручения, вплоть до той дикости, за которую он только что получил аванс в двести золотых.

Не особенно хотелось Мастеру связываться с Королевской Охраной и устраивать балаганное представление. Всё же Гильдия Тени, не цирк бродячий. Но ничего сложного там не требовалось, разве что незаметно подсунуть под смертельный удар какого-нибудь бездомного побродяжку вместо настоящего убийцы, да предоставить пару настоящих свидетелей происшествия, ни сном, ни духом не подозревающих об истинном положении дел. И изобразить на месте преступления присутствие некоего определенного лица, и в то же время обеспечить его отсутствие где бы то ни было ещё.

Хоть он не признавался себе в этом, но Мастеру нравились странные заказы. В нём пропал великий драматург и режиссер. Некому было оценить по достоинству шедевры, воплощенные его Гильдией. Но, как истинный художник, Мастер обходился всего одним зрителем, зато настоящим знатоком. Самим собой.

Вот второе задание, он, пожалуй, полностью доверит Стрижу. Пусть для разнообразия изобразит кровавое преступление. А то изящества ему подавай. Менестрель. То кондрашка его клиента хватит, то в фонтане утонет на глазах у изумленной публики. Не любит мальчик ручки марать.

Мастер в глубине души гордился учеником и радовался их дружбе со своим сыном. Орис умный и талантливый мальчик, и в его руках Гильдия будет процветать. И иметь в качестве доверенного лица пройдоху Хилла — самый удачный вариант. Конкурентом Орису Лунный Стриж не станет, слишком легок и независим, чтобы взвалить на себя руководство всей организацией, но никому не позволит шалить за спиной названного брата. Редко встретишь такую дружбу, чтоб в огонь и воду за товарища. А уж среди тружеников ножа и топора…

Но Мастер никак не мог убедить себя, что нет причин для беспокойства.

Загрузка...