Александр Отчуждение

Вы презирали меня за мое уродство, травили злыми шутками, издевались, не обращая внимания на то что я ваш родной ребенок — ваша плоть и кровь. Ожидающий взамен ежедневных побоев, беспричинных упреков немного душевной теплоты, сочувствия, ласки. Но вы меня оттолкнули от себя на безграничное расстояние безнадежности, растоптали, превратили в безропотного урода готового по малейшему приказанию выполнять любые ваши прихоти, порой сумасбродные до бесстыдства. Я стал тем — кем вы создали меня. Подавленным, с вымученной безобразной улыбкой, клоуном готовым всегда всем услужить — но что творилось у меня за маской равнодушия, вы даже не догадывались. Я ненавидел вас и запоминал ваши безжалостные шутки в тайне надеясь, что они в скором будущем обернуться против вас. И час мщения настал незаметно подкрался предоставляя шанс которым я незамедлительно воспользовался. Произошло как ни странно все случайно, обычная травма изменила жизнь, наделила тело необычайными способностями — вхождение в чужой разум через восприятия сна — преодоления защитного барьера сознания — внушением. Это называлось — ПРОНИКНОВЕНИЕМ. Несколько выученных наизусть запретных книг по оккультным наукам закрепили и усилили мою способность изменять временное пространство и беспрепятственно проникать в самую душу заклятого врага и творить с ним все что я захочу. Происшедшее с ним во сне, на утро становиться действительностью, сон перерастал в жестокую реальность — страшный кошмар не поддающийся логическому объяснению. Человек в комнате ночью совершенно один, закрывается для безопасности на существующие в природе замысловатые замки, включает сигнализацию и блаженно вздыхает упоенный своей неприступностью. Закрывает глаза и наслаждается приближением безмятежного сна, с полной уверенностью в том, что как всегда через шесть часов наступит рассвет… Но утро… Обойдет его стороной, жизнь окончена, оборвана моей волей, желанием мести.

Я проникну в ваш мозг, заключу мысли в непроницаемый обруч, перенесу вашу духовную сущность в потусторонний мир, превращу в физический объект и безжалостно уничтожу самым отвратительным способом. И все, что я сотворю с эфирной оболочкой, в точности отразиться на твоем физическом теле. Отрублю голову, сожгу, утоплю, задушу и человек не просыпаясь умрет, истекая кровью из появившихся из ни откуда, колотых ран, глубоких порезов, страшных ожогов.

Ты был и тебя больше нет, и все это сделал я — наделенный черной властью, урод, способный извлекать из сна сумрачную действительность, творить из минутного забвения — холодную пустынную ночь, длинною с вечность и разнообразием всевозможных извращенных пыток, которые по желанию ты сможешь выбрать для себя сам.

Я — тот, кто из твоих радужных воспоминаний конструирует преддверие смерти.

Я — твое начало и окончание сна, после которого никогда не наступает пробуждение.

Чисто белый потолок безмолвно завис над молодым парнем еще сильнее усугубляя и без того отчаянное положение. Сквозь слезы он видел искажающуюся в серых тонах давящую массу готовую заживо похоронить его под обломками одиночества. Он был живое воплощение потустороннего создания. Страшный урод находящий понимание в сердцах подобных себе людей, но даже здесь его ожидало разочарование, он не мог подыскать себе родственную душу. Всему виной была родная семья, перечеркнувшая его как личность, и заключившая его в домашний плен сделав почти в прямом смысле — рабом. Он не только убирался, пылесосил ковры, мыл полы, но и стирал, готовил, гладил, а когда родители уходили на работу, становился объектом нападок со стороны старшей сестры и ее ухажеров. Они… Что только они с ним не творили… Том от стыда горько разрыдался, вытирая ладонью крупные капли отчаяния, заливающее лицо.

Но он никогда, никому, ни на кого не жаловался, а свою боль глубоко прятал в судорожно бьющемся сердце, принимая происходящее как должное.

Но всему когда-то наступает конец.

Он склонился и достал из бритвенной коробки отца остро отточенное лезвие, разорвал упаковку и с тоской посмотрел на тонкую легкую нержавейку, кусок метала, которым сейчас должен будет распахнуть двери, открывающие путь в потусторонний мир, надежное убежище от мирских забот, в объятиях забвения. Слезы самопроизвольно наворачивались на глаза, он не хотел плакать, но горечь обиды судорожно сжимала горло. Запрокидывая голову, он с трудом сглотнул горький комок, и беспомощно уставился на занесенную в порыве презрения к собственной жизни, руку крепко сжимающую «частицу смерти».

— Все! — выдавил он через стон, — я так больше не могу жить. Прощайте все!! Вы меня больше не увидите!! Живите как хотите!! Крепко зажмурился и безмолвно опустил руку… Плавное падение, но чувство самосохранения победило вновь сознание самопроизвольно остановило стремительное приближение смерти.

— Умереть даже не могу с достоинством, — плача простонал Том с тоской переминая тонкое лезвие. — Но я должен это сделать, если решился идти до конца. Так дальше жить нельзя.

Он сжал пальцы в кулак и отсутствующим взглядом уставился на пульсирующую вену. Безумный порыв и холодная сталь решительно прошлась по коже оставляя за собой кровоточащую бороздку. Но рука дрогнула и порез получился не глубокими, сознание отказывалось собственноручно вознести тело на лавры смерти.

— Не могу, — выдохнул Том сквозь слезы наблюдая за выступающими на порезе капельками крови. — Я слаб для самоубийства. И слаб для жизни. Он с раздражением отбросил никчемное лезвие и горько разрыдался, уткнув заплаканное лицо в ладони.

— Эй ты выходи. — Раздался за дверью не довольный голос отца — ты что умер там. Открывай немедленно, мне нужно в туалет.

— Сейчас, — испуганно откликнулся парень поспешно вытирая слезы и надавливая на педаль унитаза. Раздался шум падающей воды.

— Все! Я уже выхожу, — он быстро открыл дверь и при виде отца изобразил на лице подобие улыбки.

Глаза мужчины гневно сверкнули и он с ненавистью произнес:

— Да твое место именно здесь на унитазе. И зарядил увесистый подзатыльник.

От боли Том на мгновенье потерял сознание, а в глазах закружил рой разноцветных звездочек. Он недоуменно посмотрел на отца не понимая причину раздражения.

— Что ты еще не убрался, — прошипел Поль багровый от злости. — Вон отсюда тварь.

И вдогонку больно пнул убегающего мальчика по ноге. И довольный, что выместил на ненавистном отпрыске злость, с радостью разместился на кольце унитаза.

Том стремительно скрылся в своей комнате и спрятался под кровать, отполз в самый дальний угол, и притаился. Это было единственное самое безопасное укрытие, где родители не доставали его. Там он научился читать, писать в полном мраке мысленно настраиваясь на текст и тем самым считывать буквы из глубины восприятия сознания, а не с бумаги. Буквы сами рождались в его больном воображении. А из слов он почти машинально составлял предложения. Он развил в себе фантастическую способность читать как слепой водя пальцами по буквам и подсознательно составляя слова.

У него было множество любимых писателей Шекспир, Вальтер, Скотт, Джек Лондон, Александр Дюма, ему понравилась история, математика, география, зоология, с интересом читал фантастические романы, детективы, эротические рассказы, но больше всего он получал удовольствие от чтения мистических произведений таких авторов, как Стивен Кинг, Лавкрат и многих других мастеров описывающих потустороннюю жизнь. И сейчас он взял в руку любимую книгу Стивена Кинга «Кошмары и фантазии» и открыл на полюбившемся рассказе, который уже прочитал не менее десяти раз. Он так же хотел иметь такой домик как на Мейпл стрит, который внезапно улетел, прихватив с собой злых родителей.

Может быть только тогда когда бы он остался один зажил бы другой жизнью, свободной, избавленной от страха и сожаления. А сейчас оставалось только терпеливо выносить беспощадные издевательства и предаваться несбыточным мечтам.

— Том, где ты? — послышался с кухни разсержанный голос матери. — Иди сюда!

Парень пулей вылетел из-под кровати, отряхнулся от пыли и поспешно кинулся на зов, стараясь как можно быстрее предстать перед матерью.

— Ты опять бездельничаешь, — грозно произнесла женщина сорока лет с растрепанными рыжими волосами, облокотившись на стол. Ее миловидное лицо исказила гримаса отвращения. Она презрительно заметила: — И в кого ты уродился таким уродом, — но спохватившись примирительно добавила, — Ладно сегодня помоешь полы, потом посуду и вытрешь пыль с мебели. А потом можешь быть свободным. Ты меня понял? — она строго посмотрела на сына.

— Да, — невнятно промычал парень потупив взгляд.

— Вот и хорошо, — радостно заметила женщина, скидывая на спинку стула кухонный фартук.

На кухню забежала старшая сестра. На ней как всегда были одеты голубые в обтяжку джинсы, подчеркивающие уже недевечьи формы аппетитного задика, и белоснежная блузка, сквозь которую просвечивались остроконечные грудки. Она откусила большой кусок бигмага и запила апельсиновым соком.

— Мама, я уже ухожу в колледж! — невнятно прокричала она с набитым ртом.

— Хорошо! — Женщина поцеловала дочь в щечку и на дорогу сопутствовала: Долго не задерживайся. Я не хочу этого придурка оставлять одного дома.

Грейс томно улыбаясь посмотрела на пунцового от стыда брата и убежденно заверила: — Мама, как закончатся уроки я сразу вернусь домой, — и нацепив на лицо маску безразличия, между делом поинтересовалась: — А вы с отцом во сколько сегодня вернетесь с работы?

— Поздно вечером, — ответила женщина и вышла в коридор переодеваться.

— Очень хорошо. — Блаженно заключила девушка, провожая мать долгим испытывающим взглядом и радостно захлопала в ладоши. И томно улыбаясь с сарказмом заключила:

— Сегодня к нам в гости придет наш старый общий друг Нобби и мы займемся полюбившимся для тебя занятием. Так что никуда не уходи, а жди нас. — Она больно дернула брата за ухо и вызывающе покачивая бедрами удалилась из дома на последок громка крикнув:

— Я ушла.

За ней с грохотом захлопнулась входная дверь. Послышался шум подъезжающей машины. Том из любопытства осторожно выглянул из занавески. К лужайке плавно подкатил белоснежный Катилак-Кабриолет, за рулем сидел здоровенный парень в безрукавке с внушительными бицепсами, новый друг сестры по имени Нобби. Он играючи похлопал подругу по бедрам и страстно поцеловал в губы, нажал на педаль газа и влюбленные с визгом скрылись за поворотом. Том с ненавистью посмотрел вслед удаляющейся машине, Катилак был его самой самозабвенной мечтой. Он тяжело вздохнул, прекрасно понимая, что автомобиль так и останется несбыточной мечтой, и приступил за унылое мытье посуды.

— Что! За собой свинарник убираешь, — за спиной парня раздался насмешливый голос отца. От неожиданности Том испуганно вздрогнул и выронил из рук чайную кружку, которая со звоном упала на пол и разбилась на мелкие кусочки.

Глаза мужчины налились кровью, он гневно заорал:

— Может тебя сразу убить, чтобы ты не мучился и не трепал нервы другим.

Том сжался в комок ожидая наказания, — Тварь, — разошелся тот угрожающе наступая, — Ты даже простые поручения не в состоянии добросовестно выполнить, не говоря у же о сложных. Да, по тебе уже давно дурдом плачет, не знаю как ты мог так долго задержаться в нормальной семье.

Мальчик нервно заплакал, судорожно вздрагивая худенькими плечиками. — Да ты посмотри на себя, — мужчина презрительно окинул похожую на скелет фигуру сына: — Ты ошибка природы, — заключил он, — жертва несостоявшихся обстоятельств. Гнойник, который нужно немедленно удалить, — и усмехаясь ехидно позвал: — Мать иди сюда, посмотри, что наделал твой любимый МА-ЛЫ-Ш! Последнее слово он выделил интонацией особенно отчетливо.

Парень для родителей был рыбьей костью поперек горла. Весь его вид вызывал острое отвращение и мгновенное раздражение. Он отрицательно действовал на нервную систему. Без исключения почти все нормальные дети презирали мальчика за уродство и не хотели с ним дружить. Их мстительные шутки по поводу его рождения вызывали еще большую ненависть со стороны родителей к своему никчемному отпрыску с лицом монстра, вышедшего из фильма ужасов.

— Что случилось, — в дверном проеме появилась улыбающаяся женщина, но увидев разбитой любимую чашку, не скрывая гнева произнесла: — Ты похоже издеваешься над нами. Ты понимаешь, что твои действия до добра не доведут, я придушу тебя собственноручно. — Она задохнулась от ярости, нераздумывая схватила со стола железную подставку и со всей силы ударила сына по голове, при этом грозно выкрикивая:

— Мне кажется тебя нужно немедленно убить и незаметно похоронить где-нибудь на помойке. Все равно о тебе никто не вспомнит.

Том испуганно заслонил руками голову, но железка минуя заслон, с глухим стуком врезалась в череп в области темени.

Парень истошно всхлипнул, судорожно дернулся, сознание затмила черная пелена непроглядного тумана. Он пошатнулся и бесчувственно рухнул на пол. Из рваной раны вязкой жижей потекла багровая кровь. Лужа медленно росла в размерах.

Женщина озабоченно посмотрела на неподвижно лежащего мальчика, растерянно сжимая до обеления в суставах увесистую железку обагренную кровью. Она нерешительно переминалась с ноги на ногу, осознав что совершила убийство.

— Убила! — злорадно заключил мужчина, взъерошивая рукой седые волосы и язвительно добавил: — И тем самым огородила мир от появления еще одного ублюдка! В лице собственного сына!

— Да он не меньше твой, чем мой! — огрызнулась женщина не сводя широко открытых глаз с темного пятна крови. Она не хотела его убивать. Ругать, отшлепать как следует, наказать — это одно, но убивать… Если бы это не произошло по чистой случайности, она бы никогда не смогла умышленно лишить мальчика пусть он даже урод — жизни. Женщина испуганно наклонилась над ребенком, внимательно всматриваясь на залитое бледностью лицо, она с ужасом заметила, что мальчик не подавал ни малейших признаков жизни и как ей показалось даже не дышал.

— Что я наделала! — жалобно простонала миссис Бутс. — Он живой?! — И она с надеждой посмотрела на мужа, словно от его решения зависела жизнь ребенка.

Мужчина тяжело вздохнул и с недовольным лицом опустился на колени, брезгливо прикасаясь пальцами к вене на запястье сына. Затаив дыхание подушечками пальцев улавливая слабое биение пульса.

— Ну что он живой? — нетерпеливо поинтересовалась женщина, вытирая слезы рукавом халата.

Мужчина сохранял молчание. Он неторопливо встал, тщательно отряхнул от пыли брюки, и только после этого ехидно заметил:

— Твое порождение ада не осилить обычным способом, на него по меньшей мере потребуется серебряная пуля или осиновый кол. Он хрипло рассмеялся. — Демоны не погибают в обычных условиях.

Женщина облегченно вздохнула. Сын ее больше не интересовал, он не мертвый, а значит будет жить и она снова начала его ненавидеть, даже сильнее, за то что он заставил ее поволноваться. Но сейчас она переключила все свое внимание на обвинительные нападки со стороны мужа.

Миссис Оутс раздраженно прищелкнула языком и убежденно повторила:

— Он так же мой как и твой! И не стоит всю вину за его рождение сваливать на меня. Ты не меньше виновен в том, что он родился круглым дураком!

— Даже так! — возмутился мужчина, поправляя на переносице круглые очки. — А из чьей утробы он вылез?! — и покачивая головой издевательски добавил, — Из моей что ли! Если это так то мне стоит присудить Нобелевскую премию — за рождение единственного ребенка мужчиной! Оказывается я — отец героиня! Он скептически улыбнулся. Расправил могучие плечи и с хрустом сжал кулаки, которые соизмеримы были пивным бочонкам.

— Он весь в меня! Нас не различить где отец, а где его драгоценный сын!

Мистер Бик кашляя рассмеялся.

— У нас одинаковая внешность и физические данные.

Женщина задохнулась о возмущения:

— Ты хочешь сказать, что он похож на меня! — Ее нижняя губа задрожала от обиды. — За чем же ты меня в жены взял такую уродину? Для того, чтобы обезьянник у себя дома устроить! — Она разошлась не на шутку. — Ведь ты должен знать генетику, правда я даже сомневаюсь что ты слышал это слово вообще. Так вот ученые доказали, что внешность ребенка не зависит от того из какой дыры от вылез, многое зависит от генов отца, а они как я замечаю у тебя совсем никудышные!

Теперь настала ее очередь рассмеяться.

— Ах вот значит как мы обернули дело! — мистер Бик нахохлился, — А дочь? Ты же не хочешь сказать, что она уродина?!

— Конечно нет! — спокойно согласилась женщина. — Но в этом нет ни доли твоей заслуги!

— Как это? — растерялся мужчина, удивленно взирая на жену.

— Понимаешь ли растяпа! Дочь всегда похожа на мать и материнские ДНК влияют на создание ребенка женского пола, а ты только служил толчком для зарождения жизни. Но на счет мальчика можно сказать обратное, тут то гены отца играют основную роль. Она многозначительно замолчала.

— А я уже подумал что и дочь не от меня! — зашипел от наглого обвинения в свой адрес мистер Бик. — Мне кажется все намного проще, и генетика тут не имеет к этому никакого отношения! Просто у меня выросли огромные ветвистые рога, когда зародился этот подлец, которого я ненавижу до глубины души. Ведь не может же отец питать к родному сыну столь противоречивые чувства. Или ты забыла твое признание на море? — теперь он многозначительно замолчал.

Женщина насупилась и усмехаясь огрызнулась:

— Я тебе уже чистосердечно призналась, что не знаю от кого он и оправдываться не собираюсь! В этом моя единственная ошибка!

— За то какая существенная! — съязвил Мистер Бик.

— А ты! А ты! — женщина задохнулась от возмущения. — А ты каждый месяц у себя в офисе меняешь молоденьких секретарш, не мне ли знать что ты с ними делаешь когда я у тебя в ящике письменного стола случайно обнаружила женский лифчик. Или ты хочешь сказать, что в свободное время носишь его! А я и не догадывалась, что ты расположен к фетишизму! — она грустно рассмеялась. — Вот у кого рога то должны расти, так это наверное у меня и приличных размеров. Да такие ветвистые, что придется расширять входную дверь, иначе мне в дом не войти.

— Ты во всем обвиняешь меня! — возмутился мужчина багровый от злости. — А ты значит самая святая из святых. Ладно я забуду тот случай. Хотя к тебе еще ни кто ни разу не приходил и не заявлял, что девушка беременная от меня. Он озабоченно потер затылок. — Много других примеров. Или ты забыла у кого я в сумочке обнаружил пачку презервативов.

— Не хорошо лазить по чужим сумочкам! — защищалась женщина, виновато потупив взгляд.

— Вещи жены — мои вещи, — незадумываясь над словами произнес мистер Бик.

— Извращенец, — попыталась женщина перевести разговор в шутку. — Нужно было сразу признаться в том, что ты любишь женские вещи, а не заставлять меня ревновать!

— Это не важно! — мистер Бик не сдавался. — Ты же не хочешь утверждать, что тайком купила мне пачку, чтобы подарить на день рождения. Но при этом вытащила одну упаковку для личного пользования, чтобы проверить его надежность на стороне! Да царевна «Верность»? — Он вопросительно посмотрел на жену.

Та слегка приостыла и успокоилась.

— Знаешь я не хочу с тобой ругаться. Я сильно тебя ревновала и решила тебе отомстить. Вот и изменила. Но я была глупа как маленькая дурочка.

Мальчик лежал на полу и словно сквозь пелену тумана слушал перебранку своих родителей. Половину он не понял из разговора, например, измену матери и его рождение, но остальное было старо как мир.

«Как странно», — он задумался над необычным ощущением тела. Он словно пушинка парил в невесомости и самое главное ВИДЕЛ!! Видел своих родителей! Правда не отчетливо, неясно, но видел через закрытые глаза! Видел, что они делают! Знал наперед, что они сделают!

Он не знал, как это могло произойти, но был уверен, что по прежнему находится без сознания, но откуда тогда берутся образы. Из восприятия смерти или клиническая смерть. Ведь он не должен испытывать каких-либо ощущений кроме покоя. Или душа его уже рассталась с телом и зависла над трупом неспособная покинуть материальный мир. Ведь мало того, что он видел каждого из родителей, но словно знал их изнутри. Их тайные желания, противоречивые мысли… Привычки… «Он умер! Точно умер!» — испуганно заключил мальчик. «Я у-ме-р!» Ему захотелось кричать от несправедливости, за то что Бог лишил его жизни в таком малолетнем возрасте. «Но что это за стук.» Он сконцентрировался на монотонном звуке исходящем из глубины его тела.

Тук! Тук! Тук!

Наплыв энергии… Круговорот… И сознание словно распалось на составные части… Он задрожал от радости… Восторга… Возбуждения…

Сердце… Это было живое человеческое сердце… Его сердце… Оно билось в заданном жизнью ритмом.

«Он живой — только без сознания!»

«Я живой!» радостно воскликнул Том. — «ЖИВОЙ!» Как прекрасно это осознавать! На что же тогда произошло? — он рассеянно задумался. «Что случилось со мной? Кем Я стал?» Внезапно он понял все-все стало на свои места. Удар послужил толчком и духовная сущность освободилась от бренного заключения тела. Он стал свободный как энергетическая частица в которую была заложена информация. Он не просто мог покинуть тело, он мог даже думать!

«О! Боже! Как это необычно хорошо!»

Том чувствовал себя сверхчеловеком способным управлять вселенной.

Я должен как можно глубже проникнуть в ощущения восприятия, чтобы постараться запомнить это состояние и воспроизвести уже в здравом уме.

«Так!» — он сконцентрировался на необъятности вселенной, расслабился и растворился в пространстве. Стена Мрака расступилась, искажающийся вид комнаты. Предметы словно кривляясь плыли и бесконечно растягивались.

Он внимательно смотрел на притихшую мать, зная наперед, что она произнесет.

— Хватит обвинять друг друга в том что осталось в прошлом. У каждого из нас есть в жизни ошибки, и не стоит на этом обострять внимание, иначе так не далеко до глупой ссоры. Если любим друг друга нужно уметь прощать!

Как не странно Том слышал не ушами, а словно слова рождались внутри него на тонком незримом дисплее подсознания.

— Не будим ссориться, — согласился отец. — У нас и без того забот по самое горло. Самое главное не совершать ошибки в будущем!

Он не спеша приблизился к жене и поцеловал. — Я люблю тебя.

— Я тоже! — страстно ответила она.

Потом он обернулся и пошевелил тело мальчика ногой, убежденно заверяя:

— С ним ничего не случиться, минут через двадцать придет в сознание и будет свежим как огурчик. А мы тем временем опоздаем на работу.

— Ладно, я быстро, — женщина достала из аптечки бинт с пузырьком йода и аккуратно положила медикаменты возле головы мальчика, — очнется перебинтует голову сам. А то я уже не успеваю на репетицию.

— Ни что с ним не случиться, а сдохнет тем лучше для нас, одним идиотом станет меньше.

И родители нежно обнявшись вышли из кухни, оставляя сына на произвол судьбы. Том глубоко сконцентрировался и визуально проводил старших до коридора, дождался когда за ними закроется входная дверь, и только после этого покидая абстрал возвратился в собственное тело. Судорожно вздрогнул, почувствовал острую боль в затылке и ошарашено заморгал ресницами, недоумевая что же произошло с ним. Пошатываясь, неуверенно встал на ватные ноги и осторожно прикоснулся к глубокой ране на голове радостно замечая, что кровь уже перестала течь и свернувшись образовала твердую корочку. Он не стал обрабатывать рану медикаментами, а просто сполоснул голову струей холодной воды, смывая остатки крови, после чего осторожно причесал волосы, чтобы не потревожить заживающую рану. Придирчиво осмотрел себя в зеркало и остался доволен своим внешним видом.

— Что же со мной произошло, — задал он вопрос своему отражению и улыбаясь сам же ответил: — Наверное что-то сверхъестественное. Но довольно стоящее чтобы об этом подробнее узнать. В книжной лавке я надеюсь найду на свои вопросы подобающие ответы.

Он отрешенно смотрел на безобразное отражение в зеркале и криво улыбнулся. Внезапно черные глаза вспыхнули мерцающим блеском и парень угрожающе произнес.

— Я отомщу вам за свои страдания! Я заставлю вас испытывать ту боль, которую вы доставили мне на протяжении всей моей жизни. И буду при этом беспощадным!

Он произносил слова, но не слышал собственного голоса, словно сознание раздвоилось на две противоречивые борющиеся с собой составные части: прежнего послушного мальчика и нового — жаждущего смерти. Но как не странно две внутренние еще не догадывались о существовании каждой, поэтому слова сказанные в порыве ярости остались без внимания — доброй половины. Том словно впал в транс, а когда вышел не знал какие планы строила на будущее его темная сторона.

Злобное выражение лица медленно сменила прежняя глуповатая улыбка и прогоняя навалившийся на сонное сознание густой непроницаемый туман он истерично замотал головой.

— Что же со мной происходит? — заикаясь прошептал Том, через отражение в зеркале пристально рассматривая пустые зрачки. — Кем я стал? Такое со мной происходит впервые! Он подсознательно почувствовал, что внутренне изменился, но был не в состоянии объяснить происшедшее.

— Кто я!! — Ему понравилась скрытая загадочность своей личности. Суперчеловек, как доктор Ковер?!

Он припомнил фильм ужасов в котором хирург, после того как его в детстве ударила молния мстит своим обидчикам, убивая их хирургическим скальпелем. В начале фильма он так же оглушенный почти почерневший от электрического разряда лежал на траве с перекошенным от боли лицом и видел что творится возле его неподвижного тела, хотя глаза его были закрыты. Нелепое происшествие наделило его черным потенциалом. И вот сейчас с мальчиком произошло похожее, причиной возникновения его сверхвозможностей послужил обычный удар по голове тупым предметом.

— Боже мой, они убьют меня! — Испуганно вскрикнул парень, неожиданно вспоминая что оставил на полу лужу собственной крови и осколки от разбитой чашки. — Мне нужно срочно до их прихода убраться!

С этими словами он поспешно скрылся на кухне. Он набрал из-под крана полное ведро теплой воды и до блеска натер полы не оставляя не единого замаранного пятнышка. Кристально чистая вода окрасилась в буро-алый цвет после того как он сполоснул тряпку, мальчик брезгливо отвернулся выливая в унитаз пахнущий сладковато приторным запахом мутный раствор. Затем старательно помыл посуду досуха протирая полотенцем, расставил по полочкам и собрав по всему полу осколки стекла выбросил их в помойное ведро. Вытирая о штаны мокрые руки облегченно вздохнул:

— Все! Но припомнив о строгом наказе матери убежденно заметил: — С пылью разберусь после того как схожу в книжную лавку к мистеру Квину и куплю у него любую книгу о потустороннем мире.

Мальчик возбужденно потер руки и достав из копилки десять долларов стремительно выскочил на улицу, громко хлопнув дверью.

Загрузка...