Глава 13

Я долго молчала после того, как Влад закончил свое повествование, пытаясь осознать все, что он рассказал, — так можно переваривать деликатесы на Высоком пиршестве лиорнов, состоящем из семнадцати блюд, в честь Кейрона — празднике, который я никогда не отмечаю по личным мотивам, хотя и посещала пир. Я продолжала поглядывать на Савна и Лойоша, которые сделали несколько важных шагов на пути к выздоровлению. Впрочем, Лойош не выглядел раненым, если не считать того, что он почти не шевелился, а Савн не производил впечатления человека, идущего на поправку, если не считать того, что он шевелился чуть больше.

— Ну? — сказал Влад, когда ему надоело молчать.

— В каком смысле?

— Ты сложила головоломку?

— Ах, извини, — я показала в сторону Савна, — я думала о другом.

Он кивнул.

— Хочешь попробовать отгадать сама или мне объяснить?

— Кое-что мне очевидно.

— Ты имеешь в виду аферу с землей?

— Да. Она являлась всего лишь одной из вариаций. У большинства из них имелись крупные суммы наличными, поэтому они за гроши выкупили компании Файриса, поскольку цены на них катастрофически упали, после чего принялись угрожать выселением людям, вроде нашей доброй Гвдфрджаанси, чтобы вызвать у них тревогу, а потом исчезнуть, спровоцировав панику. Через некоторое время наши герои намеревались вернуться с предложением выкупить у них земли по спекулятивным ценам и за наличные.

Влад кивнул:

— Предложив им одновременно взять ссуды под огромный процент — в стиле джарегов.

— Поэтому нашей хозяйке не грозит потеря дома, и если она будет осторожна, ей придется выплатить лишь небольшую сумму. Более того, если мы добудем для нее наличные, она избежит грабительских процентов.

— Я думаю, это нам по силам, — заметил Влад.

— Тут у меня нет ни малейших сомнений, — заявила я.

— Ну а как с остальными загадками? — спросил он. — Разгадала?

— Может быть. А ты?

— Почти, — ответил Влад. — Однако мне не хватает нескольких деталей, но зато есть теории; а еще в избытке второстепенные подробности, которые ты, наверное, сможешь объяснить.

— И чего не хватает?

— Лофтиса.

— Ты не понимаешь, почему Риига его убила?

— Да. Если это Риига.

— Ты полагаешь, Воннит тебе солгала?

— Едва ли. Но нам неизвестно вот что: Риига приняла это решение или просто организовала убийство?

— А зачем ей его организовывать?

— Потому что у нее были на то все основания. Риига могла многое выиграть, а кроме того, она поддерживала связь с Лофтисом.

— Откуда ты знаешь? — спросила я.

— По ее реакции на мои слова, когда я заявил, что Империя скрывает какие-то факты.

— Верно. Я забыла. Да, не исключено, что она организовала убийство. Но если так, для кого она старалась? И зачем?

— Хорошие вопросы. Именно ответов на них мне и не хватает. — Влад покачал головой. — И еще я хотел бы знать, что означают слова: «Он не сломал палку»?

— Мне кажется, я знаю, — заявила я.

— Что?

— Это берет начало между Пятым и Шестым Циклами, и даже захватывает Седьмой, вплоть до изобретения камней-вспышек.

— Да?

— Некоторым элитным частям придавалось волшебство. Ничего особенного, просто пара заклинаний для определения местонахождения врага, а также одно или два атакующих заклинания, позволяющих наносить противнику удары на расстоянии. Кстати, они оказались не слишком эффективными.

— Продолжай.

— Волшебник отряда заряжал заклинанием палку, так что любой болван мог активировать заклинание. Они использовали дерево из-за того, что привязка к камню отнимала больше времени и была заметно сложнее, хотя и отличалась надежностью. — Я пожала плечами. — Ты наводил палку на кого-нибудь и запускал заклинание, никакого особого умения не требовалось. После чего на ладони оставалась весьма неприятная царапина, а у того, на кого ты нацелил свое оружие, появлялся сильный ожог. Таким способом можно убить человека даже на значительном расстоянии, если имеешь твердую руку и зоркий глаз. Но еще в большей степени все зависит от качества самого заклинания, которое чаще всего налагалось не слишком добротно, — добавила я, — если верить историкам.

— Но какое отношение…

— Правильно. Дело в том, что палки делались гладкими, но в остальном ничем не отличались от самых обычных палок. В разгар сражения ты мог случайно заметить на земле такую палку, но установить, использована она уже или нет, не имел никакой возможности — если, конечно, сам не являлся достаточно сильным волшебником. Поэтому оставался единственный способ проверить — и ты понимаешь, в какое неприятное положение попадал тот, кто неправильно оценивал ситуацию.

— Да, могу себе представить.

— Поэтому было принято ломать палку после того, как она разряжалась.

— И ты предполагаешь, что он говорил именно об этом?

— «Сломать палку» стало означать оставить сигнал или предупреждение.

— Сколько времени прошло с тех пор, когда использовались подобные выражения?

— Очень много.

— Тогда…

— Он был военным историком, Влад. Вспомни, как он любил делать неясные намеки…

— Да, теперь припоминаю.

Я пожала плечами.

— Не исключено, что он имел в виду нечто другое, но…

— Весьма любопытно. — Он на мгновение прикрыл глаза, и мне показалось, что я слышу шум прибоя его мыслей, разбивающихся о берег фактов, когда он пытался сложить их по-новому. Я ждала. — Хм-м-м. Да. Кайра, это очень интересно.

— Что ты имеешь в виду?

— Сложились все части головоломки. И еще кое-что.

— И еще кое-что?

— Да, я получил даже больше, чем хотел. Но не будем об этом. Ты разгадала ребус?

— Может быть, — сказала я. — Давай подведем итоги. Файриса убили, и кто-то отчаянно пытается скрыть факт его насильственной смерти. У нас есть компании, которые падают одна за другой, как теклы у Стены Гробницы Барита. У нас есть человек, или группа людей, в руководстве Империи, отчаянно пытающиеся скрыть обстоятельства смерти Файриса. Я правильно изложила факты?

— Да. Продолжай.

— Хорошо. Мы знаем, что джареги связаны с Файрисом, а Империя с банками, и… подожди-ка минутку.

— Да?

— Файрис был должен джарегам. Файрис был должен банкам. Банки и джареги рассчитывали на Файриса. Империя защищает банки, а банки поддерживают Империю. Верно?

— Абсолютно. Вывод?

— Империя работает заодно с джарегами.

— Точно, — кивнул Влад. — Поддерживает джарегов, занимает у них деньги. И, вероятно, использует джарегов.

— Все обстоит именно так, как ты говоришь.

— Да, все прямые сходятся в одной точке. Но сделай еще один шаг, Кайра: как поступит Империя, если слухи о влиянии на нее джарегов станут достоянием широкой публики?

Я пожала плечами.

— Сделает все, чтобы это скрыть.

— Все?

Я кивнула:

— Да. Все — и в том числе утаит факт убийства Файриса и организует убийство собственного следователя, если усомнится в его лояльности.

— Угу. Вот что означало «он не сломал палку». Меня встревожило, что такой человек, как Лофтис, ведет себя столь легкомысленно. Из чего следует: либо мы ошибались в нем, либо имели место какие-то неизвестные нам факты, которые открылись сейчас.

— Да, — сказала я. — Его подставили собственные люди.

Влад кивнул.

— Он не получил предупреждения о грозящей опасности. Очевидно, они выбрали ту таверну заранее, а потом он должен был увидеть знак, показывающий, что все в порядке — или наоборот. Лофтис посчитал, что все идет по плану, вот почему они так легко его убили.

— Согласна. Домм?

— Его имя приходило мне в голову, — признался Влад.

Я кивнула:

— Домм — самая подходящая кандидатура. Риига все организовала, а Домм позаботился о том, чтобы Лофтис ничего не заподозрил, и они использовали тебя…

Я замолчала и посмотрела на Влада.

— Что? — переспросил он, а потом добавил: — Вот оно как.

— Они были в полной готовности, а ты оказался в нужном месте в нужное время.

— Я ничем себя не выдал и не совершил ни единой ошибки, — заявил Влад. — Они знали о моем появлении уже в тот момент, когда я входил, из чего следует, что им все известно и о тебе.

Я кивнула.

— И это объясняет еще кое-что: а именно, почему нам удалось так легко обмануть всех этих людей. На самом деле мы никого не обманули, за исключением, быть может, Воннит. Они с нами играли, позволяя нам думать, что мы сами играем с ними.

— И с Воннит то же самое, — возразил Влад. — Она меня разгадала в тот момент, когда я появился в ее доме.

— Безжалостный?

— Да. Когда он оказался возле дома Воннит, я решил, что мне просто не повезло. Но она, наверное, связалась с ним, как только я пришел, после чего ей оставалось лишь задержать меня подольше, чтобы они могли со мной разделаться.

Я кивнула.

— Ну разве мы не парочка идиотов? — сказал Влад.

Я снова кивнула.

— Безжалостный, — проворчала я. — Сукин сын.

— Что теперь?

— Теперь, Влад? Мы решили проблему Гвдфрджаанси, а больше нам ничего и не нужно. Кроме того, мы установили, что они с самого начала нас раскусили. С нами все ясно.

Он посмотрел на меня.

— Ты хочешь предложить завершить дело? И дать им спокойно уйти?

Я усмехнулась:

— Да, если ты не против.

— Минуту назад я даже начал беспокоиться за тебя, — улыбнулся Влад и тут же нахмурился. — Как ты думаешь, когда они нас раскололи?

— Довольно рано, — ответила я. — Помнишь, как Безжалостный спрашивал у меня, когда я последний раз с тобой виделась?

— Конечно. Я решил тогда, что его вопрос лишь показывает, как сильно они хотят меня поймать, ведь им хорошо известно, что мы с тобой знакомы.

— Я тоже так сначала подумала. Наверное, тогда так оно и было, но потом они сопоставили факты. В дом Файриса кто-то забрался, верно?

— Верно.

— Хорошо. В тот момент ты не объяснил мне, зачем тебе это нужно. Если бы ты был более откровенен, я бы постаралась наследить или сделала бы что-нибудь необычное, а так получилось, что они сразу поняли: здесь работала Кайра… — Я подняла руку, заметив, что он хочет меня перебить. — Нет, я тебя не виню — ты не мог знать, что я и дальше буду помогать тебе. Я и не собиралась, просто мне стало интересно. Но сам подумай: что произошло сразу же вслед за тем, как я проникла в дом Файриса и украла его частные бумаги?

— Ты стала задавать Безжалостному вопросы.

— Правильно.

— Мы тогда еще не знали, что Безжалостный настолько вовлечен в аферу, что ему известно обо всем, что хоть как-то связано с Файрисом, банком и расследованием убийства.

— В том-то и дело, — сказала я. — Безжалостный довольно быстро узнал, что я заинтересовалась смертью Файриса, хотя и не понимал почему. Иными словами, ему сообщили, что Кайра Воровка расспрашивает про богатого типа, который доставил всем столько неприятностей.

— И как он поступает дальше? — спросил Влад.

— Он задает себе вопрос: куда еще следует заглянуть, чтобы найти людей, заинтересованных в смерти Файриса? О чем он подумал в первую очередь?

— О расследовании, которое ведет Империя.

— Точно. Поэтому он предупреждает Лофтиса и его веселую компанию, что их может навестить Кайра Воровка или еще кто-нибудь, работающий на Кайру. И кто же появляется, к всеобщему удивлению?

Влад кивнул.

— Появляюсь я, — с горечью сказал он. — Вместе со всей моей маскировкой, которая должна была их полностью запутать.

— Да. Лофтис ждал, когда придут люди и начнут задавать вопросы, предполагая, что они должны хорошо замаскироваться. И тут возникаешь ты. Мы не можем знать, поддерживали ли Лофтис и Безжалостный связь напрямую, может быть, и нет. Так или иначе, но Безжалостный узнает, что Лофтиса посетил человек с Востока, который пытался выдать себя за креоту. «Расскажи мне об этом человеке с Востока, — наверное, попросил он. — Какого рода вопросы он задавал?»

Влад кивнул:

— Да. Так им удалось связать нас с тобой. Мы оба интересовались обстоятельствами смерти Файриса.

— Правильно. Джареги мечтают тебя поймать. Каким-то образом об этом узнала Риига.

— Не каким-то, — возразил Влад. — Они ее навестили. Воннит и, наверное, Эндру тоже. Они ведь следили за мной. И я им позволил. Мне казалось, что я веду себя очень хитро. Воннит настолько тесно связана с джарегами, что у нее попросту не было выбора. К тому же они наверняка предложили ей хорошие деньги за помощь. Но у Рииги имелись и собственные мотивы.

— Верно, — согласилась я. — Так, наверное, все и произошло. Если бы мы вернулись к Рииге, а не к Воннит, скорее всего последовало бы то же самое. Но прежде Риига решила, точнее, ей объяснили, что нужно избавиться от Лофтиса.

— Да. И Лофтису предложили попытаться выкачать из меня информацию. Лофтис так и сделал, он привел меня в то место, где планировалось произвести арест, но тут его и прикончили. Причем даже не поставив в известность джарегов, которые не дали бы мне уйти оттуда живым. Правильно?

— Абсолютно, — сказала я.

— Кайра, нас мастерски обвели вокруг пальца.

— Да.

— И тебе это нравится не больше, чем мне, верно?

— Я бы даже сказала, совсем не нравится.

— Ну и что же будем делать?

— В данный момент не могу сказать ничего определенного, — ответила я. — Но что-нибудь обязательно произойдет. Давай обсудим наше положение.

— Хорошо, — кивнул Влад, глядя на меня со странным выражением.

— А что ты думаешь по поводу информации, полученной от Воннит? Можно ли ей верить, или она знала, что ты не тот, за кого себя выдаешь?

— Пожалуй, можно, — ответил Влад. — Воннит делала свое дело: ее попросили задержать меня. Зачем ей что-то выдумывать, если она знала, что через несколько минут меня убьют?

— Звучит убедительно.

— Ну, что теперь?

— Лейтенант Домм, — предложила я.

— Что? — Влад задумчиво посмотрел на меня. — Ага. Ты думаешь, он хотел избавиться от Лофтиса? Они явно друг друга недолюбливали, однако служили в одном отряде.

— В самом деле? — спросила я.

— Что?

— Вернись к тому диалогу, который тебе удалось подслушать…

— Ты хочешь сказать, что они специально его разыграли? Я не верю…

— Нет, я о другом. Тогда они еще не знали, кто ты такой, и даже не думали о колдовстве. Нет, после того.

— Мой разговор с Доммом в «Риверсенде»?

— Да. Вероятно, они еще не успели выяснить, кто ты такой, поэтому ты имел шанс их обмануть. Вспомни ту беседу. Ты заставил Домма совершить оплошность, что позволило женщине — кажется, ее зовут Тиммер? — почувствовать фальшь.

— Ну и что?

— Я думаю, они не подозревали, что ты их подслушиваешь. Но какие у тебя есть доказательства, что Домм служил в одном отряде с Лофтисом?

— Тогда кто…

— Кто в обычных обстоятельствах проводит такие расследования?

— Э… не помню. Отряд, который подчиняется Индас?

— Правильно. Корпус надзора. Почти наверняка в Норпорте должен находиться его представитель — иначе это выглядело бы просто странно.

— Значит, здесь замешана Индас?

— И что? Насколько мне известно, Влад, в дело вовлечены все — за возможным исключением ее величества и лорда Кааврена.

— Я…

— Похоже, ты не вполне понимаешь, с кем нам пришлось столкнуться, Влад.

— Полагаешь, все так серьезно?

— Нет, я имела в виду, что оно всепроникающе. Мы искали продажных чиновников и вычеркивали из списка тех, о ком думали, что они не берут взятки. Но дело совсем не в этом.

— Продолжай, — нахмурившись, попросил Влад.

— Коррупция здесь ни при чем. Ну, быть может, Шортисл или кто-то из его людей и нагрел на затее Файриса руки. Но это мелочи. Все винтики механизма Империи работают на выполнение поставленной задачи, как он и рассчитывал.

— Попробуй объяснить еще раз.

— Империя есть огромная, гипертрофированная и ужасно неэффективная система для поддержания функционирования самых разных вещей.

— Большое спасибо, — проворчал Влад, — за урок по государственному управлению. Но…

— Пожалуйста, не отвлекайся.

Он вздохнул:

— Ладно.

— Под вещами я имею в виду, главным образом, торговлю.

— Я думал, что подавление восстаний — тоже важная вещь.

— Конечно, — сказала я. — Потому что неудобно торговать, когда идет восстание. — Он улыбнулся, а я покачала головой. — Нет, я не шучу, правда. Управляет ли куском земли барон Застой или граф Робкий, не имеет особого значения ни для кого, за исключением, быть может, наших гипотетических аристократов. Но если лес с этого куска земли не доставят на верфи Норпорта, то рано или поздно у нас кончится определенный сорт извести, который есть только на острове Элде, а без него мы не сумеем производить строительный раствор — и тогда наши здания начнут разваливаться.

— Напоминает мне пару, которая не знала разницу между…

— Помолчи. Дай мне произнести несколько высокопарных фраз.

— Извини.

— Кроме того, у нас иссякнут запасы чудесных Камней Феникса с Гринери, о полезных свойствах которых, как мне кажется, тебе хорошо известно. И я привожу еще самые простые примеры. Может быть, ты хочешь услышать о том, как нехватка пшеницы с северо-запада приведет к закрытию всех угольных рудников в горах Канефтали? Нет, не думаю.

— Все дело, — продолжала я, — в торговле. Если бы ее не контролировала Империя, то каждый придумывал бы свои собственные правила, которые постоянно и произвольно менялись бы. Вводились бы дополнительные пошлины, что привело бы к мгновенному повышению цен, от которого пострадали бы все. Если тебе нужны доказательства, взгляни на свою родину, вспомни, как там живут люди, и подумай о причинах.

— Нужно принимать в расчет продолжительность жизни, — заметил Влад. — А также тот факт, что Империя бросает все силы на расширение своих границ, как только перестает отвлекаться на внутренние проблемы.

— Торговля имеет к этому самое прямое отношение.

— Возможно. — Он пожал плечами. — Но при чем здесь коррупция среди замечательных лидеров нашей замечательной…

— Вот о чем я и говорю, Влад. Дело не в коррупции. Все гораздо хуже: наши проблемы есть следствие неизбежной некомпетентности.

— Я тебя внимательно слушаю, Кайра.

— Зачем банкир начинает свой бизнес?

— Я думал, ты говоришь об Империи.

— Немного терпения.

— Хорошо. Банкир начинает свой бизнес, потому что он орка и не любит моря.

— Перестань прикидываться.

— Чего ты добиваешься? — поинтересовался Влад.

— Я хочу получить очевидные ответы на глупые вопросы. Почему банкир начинает свой бизнес?

— Чтобы сделать деньги.

— Как он делает деньги?

— Он их крадет.

— Влад.

— Хорошо. Он зарабатывает деньги тем же способом, что и ростовщик джарег, только берет не такие большие проценты. Кроме того, банкир должен платить налоги — хотя ему удается их сократить при помощи взяток.

— Давай поговорим о деталях, Влад. Как банкир делает деньги?

Влад вздохнул:

— Он выдает людям кредиты под определенные проценты, в результате чего им приходится возвращать ему больше, чем они взяли. Джареги, кстати, подсчитывают процент так, чтобы…

— Правильно. Хорошо. Вот тебе еще один легкий вопрос: что определяет прибыли банкира?

— Суммы денег, которые он дает в долг, и проценты. Что мне будет за правильный ответ?

— А что мешает ему повысить процент?

— Остальные банкиры.

— Что мешает банкирам объединиться и повысить процентную ставку?

— Конкуренция со стороны джарегов.

— Неверно.

— В самом деле? Проклятие. У меня так хорошо получалось. И в чем же моя ошибка?

— Я сформулирую вопрос иначе: что мешает им всем собраться вместе, в том числе и джарегам, и зафиксировать более высокий размер процентов?

— Э… хм-м-м… Империя?

— Мои поздравления. Империя ограничивает величину процентов, поскольку сама Империя берет кредиты. Если Империя будет получать их на более выгодных условиях, чем все остальные, Великие Дома будут возражать, а Империя всегда старалась противопоставлять их друг другу, потому что в действительности Империя есть лишь сумма Великих Домов, а если они объединятся против Империи…

— Понял. Империя перестанет существовать.

— Точно.

— Ладно, Империя фиксирует максимальный размер процентов.

— Да, причем для разных видов деятельности они устанавливаются по-разному, довольно сложное дело. Этим и занимается Шортисл.

— Понял. Продолжай. Значит, максимальная прибыль банкира определяется законом.

— Нет.

— Но… хорошо, почему нет?

— Потому что есть другой способ увеличить доходы.

— Да, конечно. Давать больше кредитов. Но если людям не нужны деньги…

— А вот тут ты ошибаешься. Можно создать такие условия, при которых людям понадобятся деньги.

— Ты имеешь в виду аферу с землей?

— Нет. Слишком просто. Да, конечно, цель аферы именно такова, но ее масштаб слишком мал, чтобы вовлечь Империю.

— Продолжай, пожалуйста. Как?

— Переманить клиентуру у джарегов.

Влад пожал плечами.

— Они всегда так поступают. Но джареги-ростовщики редко разоряются.

— Почему?

— Потому что мы готовы идти до конца, чтобы получить обратно свои деньги, и у нас есть способы, позволяющие почти всегда вернуть кредит.

Интересно, что Влад продолжал считать себя частью Организации, но я решила не обращать на это внимания.

— Совершенно верно, — сказала я. — Поэтому…

— Ты хочешь сказать, что они упростили процесс получения ссуды?

— Точно.

— А что они делают, если деньги не возвращаются?

— Влад, я не говорю о таких мелочах, как покупка дома. Речь идет о больших суммах, скажем, кредит на открытие крупной кораблестроительной компании.

Он улыбнулся.

— Ты выбрала случайный пример? Ну, хорошо. И что же произошло? — Он сам ответил на свой вопрос. — Банки начали разоряться. Какой дурацкий бизнес.

— Возможно. Но если у тебя нет выбора?

— Что ты имеешь в виду?

— Если у тебя имеются горы наличных…

Он улыбнулся. Я забыла о том, как много у Влада денег.

— Я скажу иначе. Если у тебя есть гора наличных, которую ты хочешь положить в банк…

— Ага!

— Какой банк ты выберешь?

— Никакой. Я отдам деньги ростовщику Организации.

— Следуй за моими рассуждениями, Влад.

— Хорошо. Я не знаю. Наверное, тот, где платят самый высокий процент.

— Ну а если повсюду одинаковые проценты?

— Тогда в тот, который выглядит наиболее надежным.

— Правильно. А что делает банк надежным? Или, точнее, что заставляет тебя думать, что он надежен?

— Я не знаю. Сколько лет этому банку, например, его репутация и сколько у него денег.

— А откуда ты можешь знать, сколько у него денег?

— Империя публикует списки банков, правильно?

— Да. Еще одна обязанность Шортисла.

— Ты хочешь сказать, что он дает неверные сведения?

— Ну, не совсем. Не забегай вперед. Что определяет количество денег, которыми владеет банк, или, точнее, сумму, которую называет Империя? Неужели ты думаешь, что они приходят в банк и считают деньги?

— Ну, наверное. Разве у них не бывает проверок?

— Конечно, бывают. И как ты думаешь, они проходят?

— Понятия не имею.

— Сравнивается количество золота, которое заявляется владельцами банка, с тем, что лежит в сейфах, а потом — и тут начинается самое забавное — аудиторы изучают бумаги и добавляют сумму выданных кредитов. И чем больше денег выдано, тем богаче банк. Точнее, тем богаче он выглядит.

Влад нахмурился.

— Ты хочешь сказать: выдавая рискованные кредиты, банки создают иллюзию своего благополучия, а на самом деле…

— Находятся на грани разорения. Да.

Некоторое время Влад молчал. Савн тихонько похрапывал в углу, Малыш пристроился у него под одним боком, с другой стороны спали Ротса и Лойош. Снаружи доносилось лишь далекое рычание хищников. Я дала Владу возможность обдумать все, что я рассказала.

Наконец он произнес:

— Империя…

— Да, Влад. Именно. Империя.

— Разве они не должны проверять подобные вещи?

— Можешь не сомневаться, они очень стараются. Но разве — реально уследить за всеми банками и кредитами, которые они выдают? Неужели ты думаешь, что у Шортисла есть возможность проверить каждый кредит в каждом банке? Но даже если бы она у него и имелась, Империя не может всякий раз вмешиваться.

— Но…

— Да, но если несколько банков разоряются почти одновременно, что происходит с торговлей?

— Она разваливается. А этого они допустить не могут.

— И что же им делать?

— Объясни мне, — проворчал Влад.

— Ладно. Во-первых, они громко проклинают себя за то, что допустили столь ужасную ошибку.

— Хороший ход. А дальше?

— Затем пытаются, как могут, помочь банкам.

— Ага.

— Верно. Если станет известно, что Файрис убит, то им придется проводить расследование, и тогда…

— Правильно, — кивнул Влад. — Тогда просочится слух, что многие из крупных банков, начиная с проклятого Виррой банка проклятой Виррой Империи, очень богаты на бумаге, а на самом деле могут в любой момент кануть в небытие. И если это произойдет…

— Паника, банки закроются и…

— Торговля понесет огромные убытки.

Я кивнула:

— Мне самой это стало понятно далеко не сразу. Речь не о нескольких мешках слизи, набивающих себе карманы, а об Империи, которая делает то, что должна, — защищает свою торговлю.

Он покачал головой.

— И все это началось только из-за того, что кто-то стукнул по башке крупного авантюриста.

— Крупного и невероятно богатого авантюриста.

— Да. Остается только один вопрос.

— Какой, Влад?

— Зачем?

— Что — зачем?

— Все оказались в проигрыше, верно?

— Да.

— Но если все неприятности начались из-за смерти Файриса, — зачем было его убивать?

Некоторое время я смотрела в пустоту, а потом сказала:

— Знаешь, Влад, ты задал замечательный вопрос.

— Согласен. И каков же ответ?

— Я не знаю.

— Тогда вот тебе еще один: продолжают ли джареги преследовать меня после гибели Безжалостного? Дышат ли они мне в затылок? Или у меня есть еще время поискать ответ на первый вопрос?

Я кивнула:

— На это я, пожалуй, смогу найти ответ.

— Буду весьма признателен. А как насчет другого?

— Посмотрим, — ответила я. — Я еще вернусь.

— Буду ждать тебя здесь, — сказал Влад.

Загрузка...