Окровавленный

ГЛАВА 2

Клара

Несколько дней спустя

Я прижимала телефон к уху, откинувшись, в потёртом кресле у окна и смотрела на улицу. На калитке сидела маленькая птичка, и я не могла оторвать от нее взгляд.

Угасающий дневной свет мягко золотил дикую природу, окружающую дом, в котором я буду жить в обозримом будущем, окрашивая её в нежно розовые и золотые тона.

Уютный гостевой дом казался оторванным от всего мира, будто маленький островок, не похожий ни на одну часть моей прежней жизни.

— И все-таки я не понимаю, зачем тебе нужно было так далеко уезжать, — раздался в телефоне спокойный голос Ласло, но с легкой ноткой раздражения. Теперь даже голос моего парня начинал вызывать у меня чувство дискомфорта.

— В Америке море возможностей для художников, Клара.

Ему я ответила не сразу, потому что все еще наблюдала за маленькой птичкой, пока она, наконец, не взмыла вверх и не исчезла в кронах деревьев. И когда я наконец заговорила, то сохранила непринужденный тон:

— Такая стажировка бывает раз в жизни, Ласло, и я не могла от нее отказаться. Мы ведь уже это обсуждали. — Он вздохнул, и его раздражение было ощутимым, потому что я с ним не соглашалась. — Primejdie — не просто какая-то там галерея. — Хотя для него, это была просто очередная галерея, ведь ему плевать на историю, стоящую за всем этим.

— Да, ты это уже говорила, — его голос стал немного напряженным. — Но тебе не нужно ничего доказывать. — сказал он уже более нежным тоном. — Ты и так талантлива. Просто лучшая. И тебе не нужно было пересекать половину Европы, чтобы это понять.

Я закрыла глаза и вздохнула. Объяснять ему все снова я не собираюсь.

Открыв глаза, я опустила взгляд на наброски в блокноте, что лежал у меня на коленях.

— Дело не только в таланте, Ласло. И не только в опыте для внесения в резюме. Это… ну я не знаю. Просто мне важно быть здесь. И мне это нужно.

На том конце провода воцарилась долгая пауза, и я почти слышала, как у него в голове крутятся шестеренки, как будто он пытается сдержать свое раздражение и не огрызнуться в ответ. Я понимаю, что он расстроен моим отъездом. И мне было его жаль. Но так ли это? Потому что, если честно, уезжать от него оказалось совсем несложно.

— Я просто скучаю, — наконец он говорит и теперь его голос звучат тише и спокойнее.

Но все равно от меня не ускользнуло легкое раздражение в его тоне, то, как его слова обволакивали меня, притягивали к себе. Ласло всегда был таким милым, спокойным, но есть в нем что-то темное, что трудно объяснить словами.

Контроль в его пассивно-агрессивной версии.

— Я тоже по тебе скучаю, — ответила я, но это была лож, и мой голос предательски сорвался. Слова, слетавшие с губ, звучали слишком глухо. Я была здесь уже несколько дней и вообще не думала о Ласло. Наверное, я должна была чувствовать вину за это. Но не чувствовала ее.

Конечно, я заботилась о нем. Мы были вместе уже больше года, и он был хорош для меня во всём, что действительно имело значение. Ласло поддерживал меня в занятии творчеством, а для меня это был огромный стимул. Но когда пришло время, наконец, следовать своей мечте, развиваться, реализовать свой талант, то его поддержка дала трещину, и ее оказалось недостаточно.

Он стал постоянно ныть, спорить, и балансировал на грани контроля, когда разговаривал со мной.

Но иногда, в спокойные моменты, я не могла избавиться от ощущения, что в моей жизни чего-то не хватает. Чего-то большего. Как будто была во мне какая-то часть, до которой Ласло никогда не мог достучаться, как бы я ни старалась наладить с ним контакт.

— Хорошо, — произнес он слегка теплым голосом, поскольку он явно не заметил, как изменился мой тон, — Я тут подумал...может быть, мне приехать к тебе? Мы могли бы провести несколько дней вместе.

Его слова застали меня врасплох, от чего живот мгновенно сжался. Реакция была слишком резкой, чтобы я могла в ней признаться, даже самой себе. — Ты хочешь приехать сюда?

— Ага. Почему бы мне не захотеть увидеть свою девушку? — спросил он, и теперь я слышала улыбку в его голосе, словно он считал эту идею милой. — Я могу купить билет на самолет, а потом на поезд и быть у тебя уже к выходным. Отличная идея, правда? Проведём время вместе. И я напомню тебе, почему не стоит так надолго уезжать.

У меня разболелась голова, и я потерла виски. Я медлила с ответом, прокручивая его слова в голове. На первый взгляд, это звучало мило, даже заботливо. Но в том, как он это сказал, было что-то еще, словно он не мог представить, что со мной все будет хорошо, если его не будет рядом, чтобы контролировать меня.

Это тот самый контроль, который проявился, когда я сказала ему, что уезжаю.

— Если ты этого хочешь, то прекрасно, но в следующий понедельник я уже выхожу на работу, так что у меня не будет времени, чтобы развлекаться, — спокойно произнесла я.

— Решим все на месте, — сказал он, будто решение уже принято. — Я хочу увидеть, где ты живёшь, как выглядит эта деревня. И, конечно, когда ты меня увидишь, то сама поймёшь, как сильно скучала.

Чем больше я думала о его приезде, тем больше мне становилось не по себе. Но я отбросила такие мысли. Может, он успокоится, когда увидит, как я здесь счастлива.

— Будет здорово. «Вот увидишь», — произнес он, и его тон снова стал мягким. — Но вообще я просто хочу тебя увидеть. Мы так давно не виделись.

Прошло меньше двух недель с тех пор, как я уехала, но это я не стала говорить. Я дала ему возможность рассказывать о том, чем он сейчас занимается, в чем заключается его работа, и еще что-то о нем, затем опять о нем и о нем. И ни одного вопроса обо мне. И ощущение того, что он приедет, навалилось на меня, как тяжёлое одеяло, из-под которого никак не выбраться.

Прослушав его монолог ещё минут десять, по сути, разговор самим с собой, и я наконец сказала: — Мне пора. Нужно закончить свой набросок, пока еще не стемнело, и приготовить ужин.

— Конечно, — легко согласился он. — Завтра сообщу тебе детали поездки.

— Отлично, — сказала я безразлично.

Когда линия наконец оборвалась, то я выдохнула и откинула голову на спинку кресла, уставившись в потолок. Мой взгляд снова переместился к окну, где небо теперь было окрашено в глубокие пурпурные и синие тона, а солнце все ниже уходило за горизонт.

Я должна была бы радоваться встрече с Ласло, что в этом странном и новом для меня месте появилась частичка “дома”. Но вместо радости меня охватывало стойкое беспокойство, будто его присутствие способно нарушить что-то, что только начинало расти здесь.

Со мной.

Во мне.

Отмахнувшись от этой мысли, я взяла блокнот и закончила рисунок. Но стоило солнцу окончательно скрыться, как по шее пробежал холодок. Я подняла глаза и уставилась на тёмный густой лес, окружавший гостевой дом.

Я моргнула и увидела большую фигуру у самой линии деревьев. Мое сердце подскочило.

Моргнула снова и тень исчезла.

Мне показалось?

Я покачала головой, чувствуя, что схожу с ума. Взглянула на рисунок и только теперь поняла, что именно рисовала.

Лес.

Заходящее солнце.

И огромную фигуру, скрывающуюся вдали.

Я отбросила блокнот и резко поднялась, задернула шторы и попятилась назад.

Все двери заперты, так что я в безопасности, точнее должна быть в безопасности. Но чем дольше я смотрела на закрытые шторы, тем сильнее чувствовала, что что-то или кто-то стоит по ту сторону, и смотрит прямо на меня, сквозь плотную ткань.