Окольцованные тёмным пламенем

Глава 4

Когда Камиль просто дул и все менялось, это было как… Ахалай-махалай! Фокус, обман зрения. А вот с движением пальцами оно превратилось в реальное колдовство. Сочетание-то какое! «Реальное колдовство»… Магия!

— В смысле, я тоже так могу? — дошло до меня наконец-то, как до жирафа.

— Ты ведьма, Надя. — Камиль сначала окинул меня жадным мужским взглядом, потом сел рядом и вроде бы ненароком накрыл мое колено ладонью. — И уже дважды доказала это, вернув мне и физические, и магические силы.

— А почему ты сам не мог вернуть себе магию? — Я опустила ноги и посмотрела на валяющуюся на полу футболку. Двигаться с места та не собиралась.

Усмехнувшись, Камиль дунул в ее сторону, и та взлетела, как птица, чтобы опуститься мне на ноги.

— Я ведьмак. Мы не умеем брать силы извне, в отличие от ведьм. Если израсходовались полностью — уходим в стазис или просто несколько дней живем как обычные люди, пока не восстановимся.

— Как большинство мужчин, помираете с голоду у полного холодильника. — Покивав, я посмотрела на озадаченное лицо Камиля и рассмеялась. — Это такая местная шутка. То есть, даже если тебя запустить в какой-то магический источник, ты все равно не сможешь оттуда напиться магии?

— Напиться смогу. Может быть, даже излечить раны, особенно внешние. А вот вернуть силы — не выйдет.

Судя по равнодушному взгляду, Камиля такая ситуация совсем не расстраивала. Наверное, это правильно — он же вырос в мире, где подобное норма.

— Спасибо тебе за все. Теперь мне надо найти демонов и вернуться в свой мир.

— Демоны-то тебе зачем?

Я все же оторвала задницу и начала собирать разбросанную по полу одежду. А Камиль остался сидеть на кровати.

— Только они умеют открывать проходы через миры. И только они чувствуют места прорыва. Мне надо успеть вернуться, пока дыра в пространственной ткани не затянулась.

Все сказанное уже привычно прозвучало как загадочный бред, но суть я вроде бы уловила.

— Хорошо. Удачи в поисках, — как можно безразличнее произнесла я, умудрившись натянуть на лицо улыбку.

В конце концов, последние лет пять я так и делаю. Знакомлюсь с мужчиной, сплю с ним и потом ухожу. Чтобы никаких обязательств. Никакой зависимости. Никаких меток!

— Тебе тоже удачи, Надя. Береги себя…

И это «береги себя» прозвучало настолько заботливо-трогательно, что едва за Камилем захлопнулась дверь, я уселась на кухне и расплакалась.

Вот же гадство! Впервые за столько лет попался мужик, который меня заинтересовал больше, чем на одну ночь, а я ему приглянулась лишь как… батарейка!

Правда, навсхлипывавшись вволю, я заварила себе мятный чай, уселась у окна, здраво оценила все случившееся и признала: секс был неплох, новый дизайн комнаты — тоже. Ладно, секс был прекрасен! И Камиль отнюдь не был похож на отрабатывающего свой заряд киборга.

Так что мы получили обоюдное удовлетворение, после которого мне сделали перетяжку мягкой мебели, сменили ковер и покрывало. Учитывая текущие цены, еще неизвестно, кто из нас в большем выигрыше!

И теперь я могу плюнуть в глаза тому, кто скажет, что хорошие мужики на дороге не валяются. Еще как валяются! Надо просто уметь искать. Слушать зов…

Дальше я минут тридцать-сорок развлекалась игрой в «ахалай-махалай», потому что и старик во сне обещал, и Камиль утверждал, что во мне есть силы. Осталось только наловчиться их использовать. Увы, никаких изменений вокруг не происходило. Ни смены цвета ковра, ни перелетов кружек и ручек с места на место. Огонь не зажигался, вода не лилась. Правда, рука нагрелась, как будто я ее у батареи держала.

Что-то я делаю не так… Понять бы, что именно!

В конце концов мне надоело выдыхать, щелкать, притоптывать, сверлить вещи взглядом. Да и желудок напомнил, что время перекусить. Вот только внезапно выяснилось, что мы за завтраком съели почти весь хлеб, да и овощей было бы неплохо прикупить. Сахар, кстати, заканчивается. Короче, пришло время сбегать в ближайший магазинчик и пополнить запасы по мелочи.

Я выскочила на лестничную площадку, заметила стоящую у лифта соседку, кивнула ей и повернулась задом, чтобы закрыть дверь на ключ. Казалось бы, дело трех секунд, но этого старой мымре хватило, чтобы впрыгнуть в лифт и, не дожидаясь меня, укатить на нем вниз.

— Да чтоб ты там на сутки застряла! — буркнула я под нос и побежала по лестнице.

Пассажирский у нас отличался заторможенностью: двигался медленно и после поездки должен был минуту постоять, собираясь с силами, прежде чем решиться на следующую. А грузовой вызывался только с первого этажа. Так что ножками оно быстрее, вниз — не вверх.

Привычно набрав в магазине в два раза больше запланированного и лишь у кассы вспомнив, что хлеб-то забыла, я метнулась к лоткам, но последнюю упаковку фермерского уже взял какой-то мужчина. Душа просила пожелать ему тоже чего-то нехорошего, но я сдержалась. Сама же ворона.

Схватила ржаной, вернулась к кассе, и тут этот… с моим фермерским, почему-то решил меня подвинуть. Типа я тут не стояла, а корзинка не считается, и вообще у него только хлеб. Вот начни он с хлеба и вежливо, слова бы не сказала, но он же сперва на корзинку наехал! Так что я глубоко вдохнула и… выдохнула. Хам, конечно, а что делать? Перевоспитывать уже поздно.

Только мужик, похоже, решил проверить уровень моего терпения, потому что стоило выйти из магазина, как я едва не споткнулась о его вытянутые ноги. Паразит сидел на газонном ограждении и курил, причем в двух метрах от урны!

— Да чтобы ты подавился… — выпалила я, уже не в силах сдерживаться. Сколько можно терпеть?!

Обычно после того, как выплесну негатив, мне просто становилось легче. Как груз какой-то сбрасывала. Но тут начался реальный цирк!.. Вернее, драма.

Мужик сделал новую затяжку, закашлялся, покраснел от натуги, бросил сигарету… К нему тут же кинулась какая-то сердобольная бабка «постучать по спинке». А он кашлял и кашлял. Вокруг него суетились люди, кто-то звонил в скорую… Только тогда я поняла, что еще немного, и хам умрет прямо у меня на глазах, причем, подозреваю, по моей вине. Но единственное, до чего додумалась, глядя на его муки, это буркнуть под нос: «Живи и не кури».

Как ни странно, помогло! Мужик еще какое-то время покхекал, однако дыхание у него постепенно восстанавливалось. Так что я с чистой совестью отправилась домой с двумя тяжелыми пакетами.

Вот только в подъезде выяснилось, что пассажирский лифт застрял. Судя по стукам и воплям моей соседки, где-то между вторым и третьим этажами. Чего я ей там пожелала? Сутки заточения? Ладно уж… Получаса с нее достаточно.

— Спускайся и извиняйся, — прошептала я едва слышно.

Нет, после откашлявшегося мужика у меня уже была надежда на благоприятный исход и для соседки. Так что я почти не удивилась, когда лифт спокойно спустился, открылся, и оттуда выскочила раскрасневшаяся и вспотевшая Анна Петровна. Увидев меня, она смутилась, пролепетала под нос: «Ой, извини, я так опаздывала!» и умчалась на улицу.

Хм-м… А за языком-то мне теперь придется следить еще сильнее, чем раньше.