Одиссея Джоанны Кинг

— И чем он нам сможет помочь? — спросил Филл.

Кристиан посмотрел на солдата, чуть растянул губы в подобие улыбки, а Маркес отчего-то, глядя на него, подумала, что капралу Лиссу идет быть командиром.

— Отто видел тех, что отнял у него коробку, и есть вероятность, что эти пираты все еще находятся на Тагире. Если это так, то мы найдем их и вернем коробку или ее содержимое!

Маркес не выдержала, задала вопрос:

— А как же наши? Ты думаешь, они продержаться так долго на Орегоне? Не будет ли слишком поздно для капитана и наших людей?

Кристиан метнул взгляд на мексиканку.

— Мы оба знаем капитана, — ответил он, — И как бы я не относился к нему в последнее время, я уверен в том, что они продержаться. Он сделает все, чтобы они выжили, потому что знает, что мы придем за ними. А с этой коробкой у нас будет шанс выжить. У всех нас!

Маркес кивнула.

— Я надеюсь, вы окажетесь правы, сэр, — сухо и официально ответила она и отвела взгляд.

— Завтра к нам присоединится наш новый член команды, временный, кстати, — сказал Кристиан.

— Это ты про крокодила? — пошутил Дэвид зло. Он все еще не отошел от перепалки по поводу Отто и не особо сдерживал эмоции.

— Его зовут Джама, — поправил рядового Лисс, — И впредь прошу, именно тебя, Дэв, не забывайся в присутствии этого ящера. Он нужен нам!

Дэвид передернул плечами и раздражённо отвернулся.

— Завтра мы все выходим в город, — проигнорировав протест Войса, сказал капрал, — Будем искать людей. Забравших коробку. Я думаю, оно этого стоит, — закончил он и добавил, — А теперь все свободны.

Глава 18.

Джон Мортимер быстро шел на поправку. Я не знаю, что тогда вколола ему в вену, но итог действия незнакомого лекарства не мог не радовать. Все это время, пока мы с доком отсиживались в нашем гнезде, капитан уходил из ниши и бывало подолгу не возвращался. Он никогда нам ничего не рассказывал, но я видела, каким уставшим он приходит и не задавала вопросов, понимая, что он и сам все расскажет, когда посчитает нужным, или, когда придет время нас с доком все знать.

Наши отношения, которые как мне показалось ранее стали налаживаться, теперь полностью сошли на нет. Нет, мы порой перебрасывались парой фраз, когда Йорк приходил уставший и не всегда довольный, но более ничего себе не позволяли, хотя спали по-прежнему рядом, но теперь капитан словно старался держаться от меня подальше и отворачивался, сложив руки на груди.

Я догадывалась, что виной всему была моя неискренность, но не могла сказать Йорку, о том, что произошло между мной и Малесом. Я боялась директора, боялась того, что он может и вероятно, в силах сделать капитану и доку, а я так хотела, чтобы они получили долгожданную свободу.

Но общения мне хватало. По утрам я бегала в компании Сайлема за завтраком и с ним же возвращалась обратно. Сайлем много рассказывал мне о Нишах и о всей тюрьме в частности и иногда, глядя на его длинноухое лицо, я удивлялась. Он говорил об Орегоне не так, как должен был бы, ведь это место было его заточением и мне казалось, что он мечтал уйти отсюда. Но существо порой забывалось и в его глазах я видела гордость, словно вся тюрьма принадлежала ему самому. Тогда, наткнувшись на мой задумчивый взгляд, ушастый спохватывался и менял тему разговора, расспрашивал обо мне и о моей жизни. Это была не та тема, которую я любила обсуждать, но период до аварии, я рассказывала охотно, далее же просто молчала, а Сайлем, в свойственной ему манере, не настаивал.

Через три дня Джон стал самостоятельно вставать на ноги и уже спокойно, держась за стену, добирался до уборной и обратно до кровати. Я незаметно отдавала ему половину своей еды и силы постепенно возвращались к доку. А вскоре, когда Мортимер почти оправился и вернул себе прежнюю форму, пропал наш капитан. Он ушел на рассвете прихватив свой самодельный нож, сказал, чтобы не ждали до самого вечера и был таков. Весь день мы с Джоном промаялись в бессмысленных разговорах, обсуждая одну тему — нам казалось, что капитан ищет выход из тюрьмы, хотя он нам об этом не говорил. Когда мы вечером все втроем вместе с Сайлемом, направились за едой, у стены нас снова поджидали все те же амбалы, что когда-то подрезали Джона. Я напряглась, осознав, что они снова подловили нас в тот самый момент, когда мы были без Йорка, но к моему облегчению, здоровяки Герры даже не думали нападать. Когда мы разобрали еду, и длинная металлическая полка бесшумно задвинулась на место, один из них двинулся в нам. За моей спиной напрягся док, а Сайлем отчего-то прижал уши к голове, но в этот раз кажется, убегать не собирался, хотя толку от него, если будет драка, я не видела.

— Новенькие, без глупостей! — сказал мужчина и примирительно поднял вверх свои руки, словно доказывая мирные намерения.

— Что тебе надо? — спросил Джон, выступив вперед.

— А ты смотрю живучий, — усмехнулся амбал, его друг, стоявший на расстоянии нескольких шагов от нас, заржал. Мортимер нахмурился. Ему, как и мне не нравилось все это и показное добродушие наших врагов, и видимое повторение прошлой ситуации, закончившейся так неудачно для доктора. Но и я и Джон с Сайлемом оставались стоять на месте, понимая, что бежать бесполезно и позорно. К тому же эти двое действительно кажется, хотели поговорить. Что ж, решила я, для начала послушаем, что они собираются нас сказать.

— Чего вы хотите? — спросил спокойно док.

Амбал растянул толстые губы в улыбке, больше похожей на оскал.

— После того, как вы, даже не знаю, как, разделались в нашим Хозяином, — начал он, — У нас было время чтобы отомстить, но так уж получилось, что нам запретили это делать.

— Уж не Малис Эмбер сделал это? — вырвалось у меня.

— Догадливая бабенка, — он кивнул, — Но теперь у нас новый Хозяин и мы решили, все нишей, что хватит вам всем ходить особняком. Если вы живете с нами, на нашей земле, в нашей пещере, то должны приносить пользу. Так что подумайте над нашим предложением. Или вы вливаетесь в нашу дружную семью, со всеми вытекающими обязанностями, или мы будем вынуждены принять более строгие меры, — он снова улыбнулся, но теперь зло и желчно.

— А директор вам это позволит? — спросила я.

Амбар рассмеялся.

— Уже дал добро, так что у вас на раздумья целые сутки, — он шутливо поклонился и резко распрямил спину. Я увидела, что от его былого веселья не осталось и следа. Ненависть исказила и без того уродливые черты мужчины.

— Если через сутки вы не дадите свое согласие, — произнес он хлестко, — То мы вас просто вырежем, — тяжелый взгляд переместился на меня, — А ты перед смертью пойдешь по кругу, девка и можешь поверить, у нас много изголодавшихся по женской ласке мужчин, а если понравишься, то возможно даже оставим тебя…если конечно выживешь после первого раза, — и заржав он смело повернулся к нам спиной и поспешил к своему другу. Когда они исчезли в темноте, я наконец смогла немного расслабиться. Повернулась к стоявшему рядом доктору Мортимеру и заметила, что тот все еще сжимает руки в кулаки. Потянулась, положила ладонь на его плечо.

— Надо рассказать все Йорку, — произнес он.

— Расскажем, когда вернется, — ответила я тихо, а сама подумала о том, что это все происки Малеса. Он вынуждает нас действовать быстрее, а это значило только то, что побег состоится уже завтра, не зависимо от того, нашел капитан выход из этого кошмара, или нет. Но когда капитан не вернулся к ужину, я поняла, что ситуация выходит из-под контроля.

Я собралась идти искать его, но Мортимер мне не позволил, сказав, то если со мной что-то случится, то капитан оторвет ему голову. Джон, в отличие от меня, не сильно переживал и был уверен, что Йорк скоро вернется и даже лег спать. Я же не находила себе места, металась по Нише, словно зверь в клетке. Время шло, часы летели, а я уже не в силах ждать подумывала о том, чтобы все же спуститься вниз и отправится на поиски. Воображение рисовало мне страшные картины, в которых Линкольн был сильно ранен, или дрался с мортом…о том, что он мог погибнуть где-то там, в этой тюрьме, больше похожей на подземелье, я старалась даже не думать. Потому что сердце замирало и сжималось от страха за жизнь этого мужчины. Я злилась на Мортимера, который мог спокойно спать, зная, что где-то там в темноте капитану возможно нужна наша помощь.

— Слабачка, — сказала я сама себе, — А еще строила из себя солдата!

К тому времени, когда я уже совсем было отчаялась, я услышала слабый шорох, раздавшийся снаружи. Выскочив из ниши, выглянула вниз из гнезда и увидела приближающуюся тень. Сердце замерло в груди и застучало с прежней силой, когда я узнала в идущем человеке Линкольна Йорка. Первой моей мыслью было — жив и сердце пустилось в пляс.

Я сбросила ему лестницу, едва он подошел к стене. Капитан поднял вверх голову, несколько секунд стоял, глядя на меня, затем быстро поднялся наверх. Я отступила на шаг, позволив ему забраться в нишу и проследила взглядом, как он поднимает за собой лестницу. Когда он обернулся ко мне, я почувствовала, что так и продолжаю стоять с глупой улыбкой на лице. Линк сперва нахмурился, а потом черты его лица разгладились. Я заметила новую глубокую ссадину на его левой щеке и подавила в себе желание прикоснуться к мужчине.

— Где вы были? — голос задрожал.

— Ты беспокоилась, Кинг? — спросил он и шагнул ко мне. А я внезапно поняла, насколько соскучилась по его рукам, по теплу его тела и по голосу, который так неповторимо произносит это извечное — Кинг! Не знаю, как я смогла взять себя в руки и не бросится ему на шею. Наверное, хватило мозгов сдержать порыв. Я снова взяла себя в руки.

— У нас проблемы, сэр, — произнесла я тихо. Капитан почувствовал произошедшие во мне изменения и сам в миг отдалился. Его лицо приобрело холодное выражение. Он снова стал тем, кем и являлся для меня. Моим капитаном.

— Что еще за проблемы? — спросил он и я стала рассказывать о нашей встрече с амбалами Герры. Наверное, я говорила слишком громко, потому что Джон проснулся и вышел к нам, зевнув. Мортимер покосился на меня и весь его вид говорил, что он оказался прав на счет Йорка, а затем вступил в разговор, подтверждая мой рассказ.

Капитан тяжело вздохнул и отправился в нишу.

— Я подумаю обо всем потом, — произнес он и я услышала в его голосе усталость, — Мне надо немного отдохнуть, — он лег на каменную постель, закрыл глаза, а мы с Мортимером переглянулись. Капитан даже не поел, подумала я. Джон покачал головой и приложил палец к губам, словно призывая меня к молчанию и тишине, но я видела, что Йорк уже уснул.

— Ему нужен отдых, — сказал Джон, — Остальное подождет.

Я согласно кивнула…

Мария Сэнфорд вышла из анабиоза на две недели раньше положенного срока. Садясь в капсуле, она сонно моргая видела, как просыпаются остальные члены команды. Всюду моргали сигнальные огни, навевая какую-то обреченность. Капрал Сэфорд успела испугаться, решив, что на станцию напали космические пираты, или враждебные Содружеству неприятели с непокоренных планет, те, что оказались признавать власть Пяти и оказывали всяческое сопротивление. Но все оказалось намного проще. На 'Заре' сработала система защиты, когда к станции подошел чужой корабль. Первыми проснулись капитан и Керк, сравший после смерти командора его временным заместителем. Затем система отключила капсулу Марлоу и остального персонала, причем военные проснулись в рядах первых. Последними же система разбудила гражданских и персонал, в число которых пока входила и Мария.

Она проследовала к своему шкафчику и влезла в обтягивающий костюм, а затем вышла из отсека. Мимо промчалась какая-то женщина, явно из службы пищевого блока. Мария хотела окликнуть ее и расспросить о произошедшем, но после подумала, что вряд ли эта женщина в курсе происходящего. Поэтому она, не долго думая, направилась прямо в рубку капитана, находящуюся на несколько уровней выше того места, где она сейчас находилась.

Мария Сэнфорд поднялась на лифте на нужный этаж и вышла в длинный узкий коридор стены которого отливали металлом. У входа в рубку стояли два военных и один из них тот час преградил ей путь.

— Вам туда нельзя, — сказал он.

Мария нахмурилась.

— Это почему, позвольте спросить? Мое имя Мария Сэнфорд и я являюсь действующим капралом Содружества. Сам командор Ноллак разрешил мне доступ на рубку и в свой кабинет.

— Возможно, мэм, — кивнул один из военных, но по-прежнему преграждал ей путь, — Только мне поступил указ от временно заменяющего на посту командора капитана Керка на ваш счет и там совершенно ясно говорится о том, что отныне вам запрещен доступ в эту часть станции, а также во все, что имеют полное отношение к…

— Да вы с ума сошли! — перебила его молодая женщина, вспылив, — Как вы разговариваете со старшим по званию, рядовой? Немедленно пригласите ко мне капитана, а еще лучше господина Марлоу!

На это солдат поспешно ответил, что они заняты, так как на корабль прибыл очень важный человек и теперь все трое обсуждают что-то серьезное в бывшем кабинете Ноллака и был дан строгий наказ не пускать никого внутрь.

Мария негодовала. Она совсем не таким предполагала отношение к себе на этой станции. А тут какой-то рядовой указывает ей, капралу, что ей делать и что нет! Она едва сдержалась, чтобы не высказать все в резкой форме этому болвану, но внезапно двери открылись и в коридор вышел мужчина, которого Мария не ожидала увидеть на станции. Он, кажется, тоже был неприятно удивлен столкнувшись с нею нос к носу у дверей.

— Капрал Сэнфорд?

— Господин Уорд?

И если Мария была удивлена, то Чарльз Уорд казался раздосадованным от подобной встречи.

— Что вы здесь делаете? — с негодованием спросил он женщину и тут же резко повернулся к стоявшему навытяжку у дверей солдату, — Немедленно уберите капрала Сэнфорд отсюда. У нее нет сюда доступа и проследите, чтобы во время полета она оставалась на гражданском уровне и не шаталась праздно по станции и не совала свой нос куда не следует! — сказав все это он развернулся к лифту и прошел мимо Марии с таким видом, словно они и не были знакомы. В первую минуту, капрал Сэнфорд удивленно моргнула, затем внутри нее поднялась ярость, и женщина оттолкнув руку попытавшегося удержать ее военного, рванула следом за Чарльзом.

— Господин Уорд, — крикнула она, — А вам не кажется, что нам с вами необходимо поговорить?

В тот же момент тяжелая рука легла на ее плечо. Второй охранники, что стоял у дверей, догнал капрала и остановил ее, удерживая на месте. Мария только раздраженно увидела, как Уорд садится в лифт и уезжает. Затем развернулась к солдату и зашипела не хуже рассерженной кошки.

— Да как вы смеете! — почти сорвалась на крик женщина и бросила быстрый взгляд на нашивки на груди и плечах солдата и тут же, злорадно усмехнувшись продолжила, — Вы подняли руку на капрала, рядовой и мне подробно объяснить, чем вам это грозит?

За спиной военного возникла фигура Марлоу. Он медленно вышел из рубки и взглянул на капрала с вызовом и раздражением, в точности как до этого сделал его непосредственный начальник.

— Вам лучше уйти самой, капрал Сэнфорд, — произнес Филипп, — Или если вы не в состоянии сделать этого сами, вам помогут эти милые ребята, — и он кивнул на двух военных, которые хмуро смотрели на молодую женщину, готовые выполнить любой приказ Марлоу. Мария зло фыркнула и гордо вскинула голову.

— Вам обоим не стоит так разговаривать со мной, Филипп. Особенно вам. Ведь то, что знаю я…

Лицо Марлоу исказила злая гримаса.

— Да что вы знаете, Сэнфорд? — в голосе скользит издевка, взгляд полон пренебрежения, — Вы просто пешка. Знайте свое место, а если надумаете шантажировать господина Уорда, то скоро последуете за своим разлюбезным капитаном Йорком на Орегон. Думаю, он обрадуется, увидев вас там, — Филипп широко улыбнулся, сверкая идеальными зубами, — Поэтому сейчас закройте свой хорошенький ротик и валите отсюда, пока я не выдал вам сопровождение! — закончил мужчина и кивком головы указал на лифт.

Мария почувствовала охватившую ее ярость. Ее глаза вспыхнули, и женщина едва сдержалась, чтобы не ударить Марлоу по лицу. Она даже представила себе хлесткую пощечину и то, как отлетает назад голова наглеца. Да кем он себя возомнил этот никчемный змееныш, подумала она, но благоразумно промолчала и собрав всю свою силу воли в кулак, медленно повернулась и направилась к лифту, чувствуя спиной насмешливый и полный превосходства взгляд бывшего секретаря.

— Ты еще пожалеешь, щенок, — подумала она, входя в лифт. Нажала на кнопку нижнего уровня и когда створки лифта стали закрываться, бросила еще один взгляд на коридор и на застывшего там Филиппа Марлоу.

— Вы оба пожалеете, и ты и твой начальник!

Двери лифта медленно закрылись, отрезая капрала от взгляда мужчины. Марлоу вернулся в рубку, прошел мимо Керка, рассматривавшего новый маршрут. Станция изменила направление полета и теперь направлялась в сторону планеты Орегон, но сейчас не это занимало мысли Филиппа. Он прошел к переговорнику и набрал номер Уорда. Тот ответил почти мгновенно.

— Что? — только и спросил Чарльз.

— Я только что имел честь разговаривать с знакомой нам обоим капрала Сэнфорд, — сказал тихо Марлоу. На другом конце переговорника несколько секунд царило молчание, и Филипп продолжил, — Она не угомонится и уже сделала попытку надавить на меня посредством той информации, которой владеет.

— Что ты думаешь по этому поводу? — спросил Уорд.

— Еще одно предупреждение и если она не угомонится, я бы посоветовал вам избавится от нее, сэр, — ответил молодой мужчина.

— Даже так? — в голосе Уорда прозвучала насмешка, затем он спокойно добавил, — Тогда, думаю, нам не стоит ждать, когда это произойдет. Вы же понимаете меня, Марлоу?

Филипп замолчал и несколько секунд спустя сказал короткое — Да, и разорвал связь.

Когда капитан проснулся, то первым делом съел свой ужин, а мы с Джоном все это время сидели напротив на кровати Джона и выжидающе смотрели на Йорка.

С ужином он разделался довольно споро, затем поднял на нас тяжелый, и кажется, все еще усталый взгляд и отставив в сторону коробку, заговорил:

— Сегодня мы уходим, — голос капитана звучал тихо и спокойно, но у меня отчего-то по спине пробежались мурашки. Я надеялась, что он скажет именно это, но в то же время оказалась не готова к тому, что нам вот так скоро придется расстаться. Ведь ни Мортимер, ни Йорк не знали, что связанная словом с зеркальным директором Орегона, Малисом, я буду вынуждена остаться в тюрьме. А это означало, что скоро мы расстанемся с моими друзьями, с этими двумя мужчинами, с которыми мне пришлось столько всего пережить. Капитан тем временем продолжал:

— Вчера, по удачному стечению обстоятельств, я нашел выход отсюда. Не скажу, что будет легко, но все же, думаю, нам удастся выбраться из Орегона. Наш дорогой директор почти не солгал нам, сказав, что из тюрьмы можно выйти без помех со стороны охраны, только забыл предупредить, что путь к спасению лежит через другие ниши, в которых обитают очень интересные существа. С одним из них мы с рядовой Кинг уже имели счастье познакомится! — он посмотрел на меня, а я отчего-то поспешно отвела взгляд, возможно опасаясь, что он заметит в моих глазах грусть, а ведь по идее я должна радоваться скорому освобождению. Он конечно же говорил про морта и от воспоминания о том жутком создании у меня затряслись колени. Нетипичная реакция для солдата из пехоты.

Капитан так кстати нашел путь к спасению, тем более, что заключенные в нише явно решили взяться за нас, что грозило большими неприятностями. В общем, все пока складывалось более чем удачно. Я надеялась, что смогу пробраться вместе с мужчинами к выходу, чтобы своими глазами убедится в том, что они спасены. Далее я была уверена, что Малис Эмбер сделает так, что я не смогу уйти за ними, хотя, дав обещание, вряд ли даже попыталась бы нарушить свое слово. Наверное, глупо, но так уж я была устроена… Что ж, по крайней мере я могу попытаться помочь своему капитану и доку выбраться, а что будет дальше, покажет время.

Линкольн Йорк заметил смятение в моем отрешенном взгляде.

— Что-то не так, Кинг? — спросил он и теперь даже Джон посмотрел на меня. Я поспешно улыбнулась, покачала головой.

— Нет, сэр, думаю все очень вовремя. А когда мы скажем обо всем Сайлему? Мы обещали взять его с собой! — напомнила я.

Капитан странно нахмурил брови и на короткий миг мне показалось, что он сейчас скажет, что ушастый остается здесь, но Линк едва улыбнулся уголками губ, хотя тепла в его глазах не стало больше.

— Скажем, когда пойдем к стене за завтраком, — ответил он и добавил, — И уходить мы будем сразу после того, как наберем еды. Так что прощайтесь с нашим гостеприимным пристанищем, — он взглянул на часы на своей руке. Время до завтрака стремительно приближалось. Мы словно по команде встали и оделись. Только у одного капитана было что-то похожее на оружие, мы же с Мортимером шли с пустыми руками. Я надеялась, что капитан действительно знал, что делала. В любом случае, уходить все равно пришлось бы сегодня. Люди Герры так просто от нас не отстанут, останься мы здесь. Нам ясно дали понять, что нас ждет впереди и побег был лучшим выходом из этой ситуации.

Спустившись вниз по веревочной лестнице я все же забросила ее наверх. Мужчины ушли вперед, и я поспешила следом, нагнав их уже через несколько метров. Пошла рядом, стараясь держаться ближе к капитану. Он еще не знал, что мы больше не увидимся, а я хотела хоть не несколько часов побыть рядом. Малис Эмбер должен сдержать свое слово, думала я, капитан и Джон выйдут свободными и невредимыми.

А я останусь здесь…

… Вот впереди показалась стена. Как и можно было ожидать, нас там уже ждали. Тот самый здоровяк, что вчера разговаривал с нами, стоял подбоченившись. Бритая наголо голова вскинута гордо, широкая грудь колесом. За спиной мужчины стояли еще несколько таких же как он мужчин. Не все из них были людьми.

— Вечером ждем вас у стены, — сказал он, едва капитан остановился в нескольких шагах от него, — Так что думайте, но я не советую вам сопротивляется. Ваша участь предрешена, — и тут он посмотрел на меня. Я невольно поморщилась от липкого развевающего взгляда этого отморозка. Он словно говорил мне, эй, детка, я буду первым, кто возьмет тебя!

Капитан Йорк молча смотрел на здоровяка и я видела в его взгляде острое желание оторвать лысому голову, но он сдержался и только кивнул нам на выдвигающуюся стену с коробками.

Посмотрев по сторонам, я не увидела знакомой фигурки длинноухого и это показалось мне странным. Сайлем никогда еще не пропускал выдачи пищи. Тревожное предчувствие сжало мою грудь. С длинноухим явно что-то случилось. Мы с Джоном едва успели прихватить себе по завтраку, как стена снова стала гладкой. Я оглянулась назад и увидела, что капитан стоит уже один. Мы переглянулись. Сайлема все не было.

— Уходим! — просто сказал Йорк и направился куда — то вперед, в темноту. Я помедлила, дожидаясь длинноухого, но он все не появлялся. Тогда я тяжело вздохнув, поспешила за Джоном, спина которого уже почти растворилась в темноте. Нагнав, оказалась рядом с капитаном. Рискнула снова заикнуться про ушастого друга, на что Линкольн странно посмотрел на меня, а затем произнес:

— Нагонит! — и больше не сказал ни слова.

Мы молча двигались вперед в совершенной темноте. Как капитан находит дорогу, я только могла догадываться, но ни я, ни доктор Мортимер не рискнули спросить его об этом, заметив, что Йорк находился не в самом лучшем настроении. К моему ужасу, редкие полосы света указывали на то что пещера гуманоидов, наша Ниша постепенно сменилась чужой территорией. Мы прошли в странно знакомый проход, рассеченный светом и оказались в полной тьме. Капитан велел всем остановиться, и мы стали ждать, пока наши глаза хоть немного привыкнут к черноте ночи, царящей здесь. Время шло и постепенно глаза стали различать контуры высоких стен и очертания фигур дока и Линкольна, застывших рядом со мной. Я огляделась. Смутное предчувствие охватило меня. Я придвинулась в сторону. Темный силуэт капитана едва различался пошевелился, и я скорее догадалась, чем увидела, что он повернулся в мою сторону.

— Сэр, — шепотом произнесла я, не решившись заговорить громче, — Мы ведь там, где морт убил Герру? Это так?

Он потянулся ко мне. Горячие пальцы обхватили мое запястье. Капитан притянул меня к себе. На короткое мгновение его пальцы соскользнули по моей спине, чуть ниже талии, но так мимолетно, что возможно это и не были его руки, а просто мое воображение, разыгравшееся в темноте. Я удивилась неожиданному теплу, охватившему меня от его прикосновений, особенно в тех местах, где наша кожа соприкасалась.

— Молчи, Кинг, — сказал он еле различимо в самое мое ухо, а потом так же тихо добавил короткое — да, от которого мои ноги едва не подогнулись. Вспомнив то ужасное существо на тонком железном мосту, я вздрогнула всем телом от ужаса и отвращения, охватившего меня. Капитан, словно почувствовав это сильнее прижал меня к себе.

— Я выведу вас, — сказал он уверенно и в это мгновение за моей спиной раздался едва слышный шум. Словно кто-то крался к нам. Капитан отреагировал молниеносно. Я оказалась свободна, а в темноте послышалась возня и скоро перед нами предстал странный худой силуэт в котором я узнала Сайлема. Ушастый зашипел и капитан разжал пальцы, отпуская его шкуру.

— Вы меня хотели бросить! — возмутился он.

— Не сейчас, Сайлем, — сказал капитан, — Поговорим, когда выберемся из этой части ниши.

— Если выберемся, — сказал длинноухий и я усмехнулась на его слова.

— Идите за мной, — произнес Йорк и шагнул вперед. Я чувствовала, что мои глаза вылезают из орбит, так усиленно я всматривалась в его фигуру, идущую впереди. Следом за мной шагал док, а Сайлем замыкал шествие. Я была рада тому, что ушастый с нами. Мне казалось, он пригодится, да и Сайлем кажется, неплохо знал тюрьму. Единственное что казалось мне странным, это явное желание капитана Йорка, оставить нашего длинноухого друга, вопреки собственному обещанию. Это было так не похоже на Линкольна, что я невольно задумалась, была ли причина, заставившая Йорка поступить именно так, а не иначе и в итоге решила, что скорее всего была. Не казался мне капитан человеком, которые не держит свое слово. В итоге я решила довериться чутью Линкольна и не лезть в его отношения с Сайлемом. Сама же решила присмотреться получше к нашему новому другу.

В темноте мы шли не так долго. Скоро я услышала, что капитан тихо приказал всем нам остановится. Огляделась, различая темные скалы по сторонам от нас, а впереди темнела неизвестность, в которую мы и направлялись.

— Там впереди мост, простая широкая балка, — предупредил шепотом капитан, а я тут же вспомнила, как висела на этой балке, над бездной, раскрывшийся внизу и закрыла глаза, стараясь дышать ровно.

— Это единственный путь отсюда, — добавил Йорк, а Сайлем тихо подтвердил.

Я снова открыла глаза. Ничего вокруг не изменилось. Только мне стало казаться, что вокруг нас бродят те страшные существа. Вся эта ниша была наполнена ими. Я отчего-то рассеяно подумала, чем кормят этих тварей, уж точно не лепешками и от этих мыслей мне стало дурно.

— Оступаться не советую, — тем временем говорил Йорк, — Я несколько раз бросал вниз камни и так не услышал удара о дно, так что сами понимаете…

Мне стало дурно от одной только мысли, что капитан ходил здесь совершенно один. Зато теперь я понимала, где он пропадал все это время и почему возвращался таким уставшим и подавленным. Слова Йорка про мост и морта меня не удивили. Не знаю, как Мортимер, но я понимала все превосходно. Он был единственным счастливчиком которому повезло не встречаться с мортом и не бывать в этой нише.

— Они реагируют на движение, — раздался в темноте голос Сайлема, — И на шум. На звук голоса тоже, — я увидела, как длинноухий первым двинулся к балке и встав на колени, пополз вперед подавая пример всем нам. Это было правильно, ползти, подумала я, идти по такому узкому мосту, да в полной темноте, я бы тоже не решилась.

— Кинг, ты следующая, — капитан подтолкнул меня вперед и опустилась на колени. Нащупала начало балки и приблизительную ее ширину и полезла следом за Сайлемом. За мной на балку встал капитан и доктор замыкающий наше ползучее шествие. Несмотря на комичность наших поз мне совсем не было смешно. Я слышала едва различимые шорохи, которые издавал Сайлем и радовалась тому, что я не первая, а нахожусь в середине. Балка казалась достаточно широкой, но тем не менее я опасалась упасть вниз и старалась туда даже не смотреть, когда внезапно мое внимание привлекла вспышка яркого алого света, идущая снизу. Словно одновременно загорелись несколько маленьких фонариков, таких знакомых и наводящих ужас. Я замерла, сообразив, что и остальные сделали то же самое. Прижалась всем телом к балке, стараясь даже не дышать, чтобы ни единым звуком не привлечь внимания твари, что поднималась внизу по вертикальной стене. Морт был впереди нас и это был очень плохо. А ведь путь наш лежал именно туда, где сейчас должен был оказаться этот монстр. Лежа на балке я чуть приподняла голову и разглядела, что фонарики украшали голову твари и несколько светились на его лапах и хвосте. То, что при первой встрече показалось мне гривой, на самом деле оказалось множеством тонких щупалец, торчащими из головы морта. Фонарики на концах их шевелились, что делало их похожими на подобие гривы.

Вот чудовище выбралось на противоположную сторону. Я прикинула, что ползти нам еще прилично. Мы ждали, когда морт выберется из бездны. То, что он мог перемещаться по вертикальным стенам было неприятным сюрпризом.

Мы ждали довольно долго. Морт выбрался и некоторое время смотрел в нашу сторону. Я могла бы поклясться, что его ноздри в эту минуту раздавались, фильтруя воздух, а все органы осязания старательно прислушивались, не раздастся ли какой шорох в темноте на противоположном конце бездны, а мы все четверо лежали на балке и время для нас замедлило свой бег. В то же время я радовалась тому, что не вижу существо и только мое воображение рисует мне этот жуткий образ.

Но вот чудовище двинулось куда-то в сторону и вскоре его огни погасли, погрузив все вокруг в давящую тьму. Сайлем почти сразу же двинулся вперед, а я поспешила за ним. Нам стоило спешить, пока тварь не вернулась назад. Кто знает, что творится в ее чудовищной голове?

Еще несколько долгих минут мы ползли, стараясь не производить лишнего шума, затем Сайлем выбрался на другую сторону и отполз, уступая мне свободное место. На этой стороне было заметно светлее и если за нашими спинами царила ночь, то здесь было подобие сумрака, очень густого и темного, но вполне было возможно хоть что-то рассмотреть на пару шагов вперед.

Я выдохнула с облегчением, когда поняла, что подо мной больше нет пропасти и мои ладони и колени упираются в твердую поверхность. Пошатнувшись, я встала на ноги, а за моей спиной оказался капитан. Последним преодолел балку доктор и теперь он поспешно отходил от края пропасти, глядя на нас расширенными от ужаса глазами.

— Я боюсь высоты! — произнес он.

Я только усмехнулась. Вот уж чего, так это высоты я боялась меньше всего. Интересно, как он попал в космос с такими страхами, подумалось мне, но я промолчала.

— Надо торопится, — зашептал Сайлем, как и тогда в пещере, — Морт скорее всего нас уже учуял, или скоро учует. Нам надо уходить!

Капитан кивнул и шагнул вперед. Мы вереницей за ним. Когда перед нами встала высокая стена, я удивленно задрала голову к верху и увидела там впереди горящий свет, словно кто-то приоткрыл маленькое окно.

— Нам туда? — спросил Мортимер надтреснувшим голосом.

— Кажется, да, — ответила я за капитана. Тот нагнулся и достал из-под камня веревку. Я удивленно воззрилась на Йорка, словно спрашивая взглядом: Откуда?

— Позаимствовал у наших друзей из Ниши, — усмехнулся Линк, — Впрочем, у них более нечем было поживиться…

Сайлем выступил вперед, протянул к капитану тонкую руку.

— Я полезу, — сказал он, — Я это сделаю лучше всех!

Линкольн Йорк долго смотрел на длинноухого, словно не желая доверить ему наши судьбы, а затем все же сунул в цепкие пальцы веревку. Сайлем тот час забросил моток через шею и прыгнул на ближайший уступ. Он поднялся на высоту нескольких метров, когда из-под его ноги вылетел камень и, как мне показалось, шум был невероятный. Длинноухий замер на скале, а мы с капитаном переглянулись. Откуда-то из темноты раздался страшный рев и я, бросив взгляд назад, увидела, как вдалеке от нас вспыхнули алые огни.

Капитан выругался и вытащил свой нож. А я прижалась спиной к стене, думая об обещании Малеса помочь моим друзьям выбраться из тюрьмы, но почему-то уже не надеялась на его слово. Сайлем над нами завис, вглядываясь вниз.

Огни быстро приближались и скоро я воочию увидела морта. Чудовище приближалось стремительными скачками, и я поразилась его огромным размерам. Мне показалось, или та тварь, что сожрала Герру была меньших размеров. Скорее всего их тут было немало и на звук пиршества могли сбежаться его сородичи.

— Капитан! — сказала я, словно ожидая от Йорка каких-либо приказов. Рядом со мной охнул Мортимер, разглядев двигавшуюся на нас махину, а Линкольн просто завел меня себе за спину и крикнул уже не таясь, обращаясь к Сайлему:

— Поднимайся!

Задрав голову я увидела, что Сайлем замер в нерешительности. Он явно не знал, что ему делать. До проема, излучавшего свет было слишком далеко, даже длинноухий при всей его прыгучести, явно не успевал достигнуть выхода и сбросить нам веревку. А вот морт был уже рядом. Мне даже показалось, что я чувствую зловоние, исходящее от этого существа. На мгновение закрыла глаза, собираясь с силами и внезапно поняла, что возможно мы все останемся здесь…если Малис Эмбер не сдержит свое слово.

Казино 'Роял' носило одно из самых распространенных названий. Похожие заведения с точно таким же названием встречались почти по всей Галактике и скорее всего принадлежали одному хозяину. Хью тактично намекнул, что сеть развлекательной индустрии находится под протекцией одного из Глав Пяти, чему в принципе, никто из Ястребов особо не удивился.

Они вошли внутрь огромного мраморного зала. Зеленое сукно игровых столов, карточные игры, слоты, видеопокер, аркады и скрэтч, а при виде рулетки Дэвид потер в предвкушении руки, пока не получил по ним же от Маркес. Люди толпились у столов, одетые в приличную одежду и в простую, обыденную. Никто не обращал здесь внимания на то, как и во что ты одет. Главное, как сказал Хью, чтобы у тебя были средства, которые те сможешь оставить дядюшке По, владельцу этого казино. Несколько охранников ходили по периметру, чтобы вовремя утихомирить и вывести за помещения слишком нервных, пьяных или проигравшихся игроков, требующих справедливости.

Вся команда сегодня была в гражданской одежде. Чтобы не привлекать лишнего внимания, как сказал капрал Лисс и никто не возражал. Хью предположил, что скорее всего те пираты, что украли шаттл Отто скорее всего находились именно здесь. 'Роял' по праву считался одним из любимейших мест времяпровождения большей половины пиратов, к тому же здесь кроме развлекательной индустрии были и девочки, разных видов, но в основном это были человеческие особи, хотя встречались и многорукие и многоротые красавицы, от которых поморщился даже любвеобильный Войс.

Отто МакКиган, одетый в позаимствованную одним из людей Хью, одежду, шагал впереди, всматриваясь в лица игроков. На его лице была маска, на руках белые перчатки, но никто из присутствующих в зале не обратил на это внимания, занятые своими ставками, игроки пристально следили за игрой, погруженные в мир карт и фишек, а Седой медленно прохаживался по рядам, между столиками и иногда бросал взгляд на следующего за его спиной капрала Лисса. Кристиан не отрывал взгляд от Отто, опасаясь его и не доверяя этому человеку. Пытаясь прочитать его мимику, он надеялся, что все же МакКиган окажется в этот раз ни их стороне и поможет найти ту злополучную коробку из-за которой по словам самого Седого и начались все эти проблемы.

— Главы ищут ее, я уверен, — сказал он, когда понял, что Ястребы не собираются выкупать его из рабства, — Это шанс для всех вас. Если вы заберете меня отсюда, я помогу вам найти ее и тогда вы сможете поторговаться с Главами и уж будьте уверены, они пойдут на многое, чтобы завладеть тем, что скрывает в себе коробка.

Когда Кристиан спросил Отто, что находится внутри, тот покачал головой.

— Не знаю, — честно ответил он, — Чарльз Уорд предупредил меня, чтобы я ни в коем случае не открывал коробку. Возможно там какое-то новое оружие, я не знаю, так как сдержал свое слово… Но не уверен, что пираты, которые забрали ее поступят так же, хотя я пытался их предупредить…

Сейчас Отто высматривал именно своих старых знакомцев. Конечно, шанс на то, что пираты, укравшие коробку находятся в 'Рояле' были ничтожны, но все равно, Хью посоветовал начать искать именно отсюда, а уж потом идти прямиком на черный рынок. Только вот как найти маленькую коробку в бесконечности торговых рядом Тагира, этого никто не мог сказать.

Время шло. Отто прошел почти весь зал, но никого даже отдаленно похожего на тех, кто был ему нужен, он не нашел. Поравнявшись с Кристианом, Седой тихо шепнул, что здесь все чисто, и капрал одним взглядом собрал своих людей. Маркес все это время следила за командиром и держала под наблюдением Дэвида, который все же отошел к одному из столиков, за которым играли в Блэкждек и теперь схватив за шиворот незадачливого игрока, пыталась оттащить его от игрового стола, выслушивая его возмущенные протесты. Затем они оба направились к выходу и уже оказавшись вне казино, собрались за углом главное улицы.

— Их там нет, — сказал Отто, когда все Ястребы обступили его со всех сторон, — Ни одного из них я не увидел.

— Ты уверен? — спросил Кристиан.

— Более чем, — ответил Седой.

Капрал вздохнул.

— Хорошо, тогда направляемся в сторону рынка, — произнес он и махнул рукой, призывая своих людей следовать за ним.

— Придерживаемся той же тактики, что и для казино, — сказал Лисс не оборачиваясь, — Отто находит нужного нам человека, затем говорит мне и только потом мы его берем и никакой самодеятельности!

— Да, сэр! — сказал Фил.

Кристиан Лисс недовольно покосился на друга.

— Здесь я для вас просто Крис, — напомнил он, — Никаких формальностей!

Фил только усмехнулся и кивнул головой, а впереди показались первые длинные ряды рынка. Он работал круглосуточно и занимал почти большую часть подземного города. Его торговые ряды тянулись на километр под землей. Товары от рабов, до последней мелочи, все можно было найти в этом месте. Под потолком, прямо на каменных сводах горело множество огней. Всюду шум и толкотня, голоса, смех, споры… Толпы покупателей двигались вдоль рядов, толкались, ругались, приценивались.

Кристиан шагнул за Отто и обоих словно поглотило это море людей. Маркес не долго думая поспешила следом, таща за собой Дэвида, но капрала и Седого уже и след простыл. Ана подняла руку, посмотрела на дисплей широких наручных часов и невольно похвалила Элайджу за то, что настроил всем поисковики. Теперь она и остальные ребята из команды могли спокойно отыскать друг друга. Красная точка с именем капрала двигалась прямо в нескольких метрах от Маркес, только по параллельному ряду. Ана быстро перестроилась за ними. Войс старался не отставать, но скоро их разделила толпа.

Маркес остановилась, ожидая, когда Дэвид поравняется с ней и схватила его за руку.

— Иногда мне кажется, что я тебе нравлюсь, — пошутил тот, склонившись к самому лицу молодой женщины.

— Тебе кажется, — зло осадила его Маркес и направилась по следу, оставленному капралом. Она представить себе не могла, как в таком столпотворении можно найти нужного им человека, или если повезет, то сразу коробку, выставленную на продажу. Но надеялась, что у них все получится и чем раньше, тем лучше.

Толпа подхватила их и словно течение быстрой реки понесла вперед.

Глава 19.

Морт приближался. Я видела, что он медлил и уже в нескольких метрах от нас стал красться, словно хищник перед решающим прыжком. Это был крупный зверь достигавший высотой более чем двух метров, а в длину все четыре. наверное, когда-то на земле водились похожие звери, только звали их тиграми и не просто тиграми, а саблезубыми. Этот же был цвета светлой ночи, отчего его шкура сливалась с сумраком. Длинный хвост со светящимися фонариками на конце, тонкий без малейшего признака шерсти, бил по крутым бокам, а зверь весь напряженный разглядывал свою возможную добычу и также возможного противника. Я стояла за спиной капитана, доктор замер в шаге от нас, такой же безоружный, как и я, хотя самодельный нож Йорка вряд ли можно было считать за грозное оружие. Камни под моими ногами были слишком мелкими, такие не метнешь в зверя, и я судорожно оглядывалась по сторонам, словно искала хоть что-то, что могло бы мне помочь защитится от морта, но ничего не находила. А к нам приближаясь на мягких лапах словно кралась сама смерть.

Морт остановился в паре метров от стены, под которой стояли я и капитан. Над головой висел на уступе Сайлем. Он просто смотрел вниз, не делая попыток подняться выше, но и не спускаясь к нам. Я не винила его за страх, потому что мои собственные поджилки тряслись от ужаса. Умирать не хотелось, и я отчего-то вцепилась пальцами в плечи стоящего впереди капитана.

— Не бойся, Кинг, — зачем-то шепнул он мне, а в следующий момент просто оттолкнул меня в сторону. Я упала в руки Джона. Тварь же взвилась в воздух и прыгнула на Йорка, выбрав его как самого опасного из всех нас. И она не ошиблась.

Капитан ускользнул от острых когтей, проскочил мимо чудовища в сторону от нас с доком. Морт развернулся следом, длинный хвост мелькнул перед моим лицом, рассекая со свистом воздух и монстр рванул за убегающим мужчиной, а я поняла, что таким образом Йорк дает нам время подняться наверх, пока сам уводил морта в сторону. Как всегда, капитан оставался самим собой, пытаясь спасти нас троих и это отчего-то взбесило меня. Как он мог думать, что его жизнь менее важна, чем моя или Джона, вспыхнуло у меня в голове.

Мортимер принялся активно подсаживать меня наверх, но я воспротивилась, взбрыкнула ногами, и мы вместе упали на землю.

— Лезь сам, — рявкнула я не хуже морта, и добавила, поднимаясь на ноги, — Я не оставлю капитана!

Я закричала, выбегая вперед и отчаянно замахала руками, заманивая морта на себя. Я ничего не видела из того, что творилось там впереди. Не слышно было ни стонов, ни криков, ни звериного рыка. Я припустила вперед не думая о том, что там делает за моей спиной док. Сейчас это было не важно.

— Иди сюда! — звала я морта. Крик отразился от стен пещеры, провалился в бездну, рассеченную балкой-мостом, и я увидела в темноте вспыхнувшие огни. Мне показалось, что они четь иного оттенка чем у той твари, что показалась первой. Я замолчала. Руки упали бессильными тряпками по бокам. Если это еще одна такая мерзость, если их тут две, то нам всем конец, подумала я и невольно сделала шаг назад.

— Кинг, беги! — раздалось мне навстречу. Я не знала, откуда шел крик, но голос капитана Йорка не спутала бы ни с чьим другим голосом. Вся моя напускная храбрость сошла на нет и я побежала назад, опасаясь, что больше навредила капитану, чем помогла своими действиями. Морт, как я, впрочем, и ожидала, понесся за мной. На пути чудовища появился Мортимер, но его отшвырнуло в сторону. Не знаю, что случилось с Джоном, мне некогда было оглядываться, я бежала вперед, мысленно ругая себя на чем свет стоит. На краю пропасти я остановилась, замерла. Впереди только тонкая балка или бездна. Выбирать особенно не приходилось, и я шагнула на узкий мост древнего железа, поздно вспомнив о том, с какой легкостью в прошлый раз морт преодолел это препятствие, но иного пути не было. За спиной жарко дышала сама смерть. Йорк что-то закричал, и я расслышала в его голосе дикое отчаяние. Балка содрогнулась, и я медленно продвинулась вперед, не глядя назад. Да и зачем, если я и так знала, что находится за моей спиной и упорно шагала вперед, по плохо различимой полосе, застывшей над бездной. Морт тихо зарычал и от этого звука волосы зашевелились на моей голове. Я остановилась. Впереди была темнота, за спиной чудовище, и я знала, что мне не успеть, морт нагонит меня в считанные секунды. Догонит и разорвет на части, как проделал это с Геррой. Я не хотела такого окончания своей жизни.

— Прости, Линк, — почему-то в такую минуту я подумала сперва о капитане, медленно оглянулась назад и увидела приближающуюся ко мне огромную тушу с яркими огоньками у морды. Теперь я смогла рассмотреть ее более четко. Злые глаза, грива щупалец, оскаленная пасть с кривыми клыками и острым рядом зубов. Чудовище смотрело прямо на меня, затем пригнулось. Длинное тело застыло в готовности.

— Сейчас он прыгнет, — подумала я и еще поняла, что совсем не хочу, чтобы меня растерзали эти клыки. Не хочу быть съеденной заживо.

Мы прыгнули одновременно. Я раскинув руки в стороны и зверь. Только я падала вниз, а он остался на балке.

Где-то в воздухе прозвучало мое имя, а я словно в замедленной съемке летела вниз, похожая на подбитую птицу… и мне было страшно.

Малес Эмбер скривил страшный рот. Он следил с высоты за тем, что происходило внизу. Морт появился неожиданно даже для директора. А ведь он дал указания Стражам изолировать на некоторое время этих существ. Они должны были выбраться из этой части тюрьмы без проблем и их единственный препятствием была балка над пропастью, которую Малес надеялся преодолеть без особых проблем. Теперь же внизу разыгралась драма, на которую были способны только люди с их чувствами и странными поступками. Хотя Эмбер прекрасно знал, чего добивался этот мужчина, когда уводил прочь чудовище от своего друга и своей женщины. Существо по имени Сайлем несколько коротких мгновений размышлял, стоит ли вмешиваться, но после так и остался на скале, надеясь, что таким образом избавится от соперника. Но тут Джоана сделала то, чего Малес уж никак от нее не ожидал. Вместо того, чтобы воспользоваться данным шансом, она не полезла на спасительную скалу, а напротив направилась следом за своим капитаном и переняла у него инициативу, вызвав морта на себя. Малес только тяжело вздохнул. Чудовищу вполне хватило бы одного человека, чтобы удовлетворить свой голод. Насколько Эмбер знал этих существ, сперва морт отнес бы добычу в свое логово, а затем бы вернулся за остальными людьми, да вот только к этому времени Сайлем помог бы всем оказаться у спасительного выхода на самом верху пещеры. Лаз наверху был слишком узким для массивного тела морта, а значит он не смог бы пролезть следом. Но девчонка, которая так была нужна Малесу совершила очередную глупость и теперь директор Орегона наблюдал, как его узник приготовился к прыжку, который должен был стоить Джоан ее короткой и глупой жизни.

Лже Сайлем слышал крик капитана Йорка, когда уронил вниз веревку и стал превращаться. Вот он расставил руки в стороны — Джоанна в этот миг застыла на балке, а морт готовился к прыжку. Малес сорвался со стены не дожидаясь полного перевоплощения, но уже у самой земли взмахнул огромными крыльями и в тот самый момент, как девушка прыгнула в бездну, стальная птица ринулась следом.

В то же время морт протяжно завыл. Разочарование от упущенной добычи было настолько велико, что зверь стал раздраженно лупить своим хвостом по крутым бокам, затем оглянулся назад. Морт прекрасно видел в темноте и его злые глаза разглядели еще двоих людей, оставшихся за спиной. Чудовище развернулось на узкой балке и рвануло назад. В то же время из бездны вынырнула стальная птица. Морт прыгнул на землю.

Йорк разбежался и прыгнул вперед успев вцепится в шею поднимающейся птицы. С монстром из разделила доля секунды, во время которой тот плавно приземлился на место, где только что стоял мужчина. Доктор Мортимер тем временем карабкался по стене. Его пальцы соскальзывали, и Джон постоянно смотрел вниз, туда, где метался разъяренный зверь. Упустив еще одну жертву, морт стал бросаться из стороны в сторону. Яростные злобные крики сотрясали воздух и док перевел взгляд наверх, туда, где светился спасительным светом выход из ниши морта. Но до цели было так далеко.

Мимо пролетела огромная птица и потоки воздуха от взмахов ее тяжелых блестящих крыльев едва не сорвали доктора со стены и не швырнули вниз, к бушующему морту.

— Прыгай, — услышал Джон крик капитана Йорка и оторвав лицо от стены увидел мелькнувшую руку, протянутую в его сторону. А внизу монстр наконец заметил Мортимера и в один прыжок оказался на скале, разделив расстояние между ними наполовину. Зверь стал карабкаться наверх с непостижимой скоростью. Безумные горящие голодом глаза гипнотизировали Мортимера, заставляя его ладони потеть, а сердце беззвучно биться с силой о грудную клетку. В один короткий миг док понял, что для него все закончится более чем печально, но не мог не бороться до конца. Все произошло в долю секунды. Они прыгнули одновременно. Джон взмахнул руками, пытаясь ухватится за руку Линкольна, но схватил только пустоту. Еще несколько мгновений он летел вниз на встречу приближающейся смерти. Морт раскрыл огромную пасть и перехватил доктора в безвольном падении вниз. Острая боль была кратковременной и затем для Джона все погасло. Щелкнули челюсти и Мортимер повис безвольной куклой с остекленевшим взглядом, когда они вместе рухнули вниз. Линкольн успел увидеть, как чудовище и его жертва упали на землю. Морт перекатился на спине и встал, отряхнувшись, как самая обыкновенная хищная кошка с зажатой в пасти добычей. Поднял голову и проводив взглядом ужасную птицу и помчался в темноту.

Линкольн выругался и сильнее вцепился в стальные перья, расцарапывая ладони до крови. Несколько раз птица встряхнулась словно хотела сбросить с себя незваного всадника, но затем устремилась к свету.

Это было как одна единая секунда, растянутая в вечность. Именно так мне показалось, пока я летела в бездну. Я так долго страшилась именно этого, когда карабкалась на горные вершины и мысль о том, что страховка не выдержит прибавляло адреналина в моей крови. И вот, то чего я так боялась, свершилось — я падала, не во снах из детства, не в воображении при покорении скал, а в самом деле, падала, расставив руки и воздух развевал мои короткие волосы, трепал одежду с глухими хлопками, холодил кожу…и вдруг словно кто-то за спиной открыл резко парашют. Меня дернуло кверху, что-то холодное впилось в плечи, сдавило до боли, а затем через долю секунды меня потащило вверх. С трудом подняв голову я увидела над собой огромные крылья и туловище гигантской птицы. А затем что-то тяжелое упало сверху, отчего несущая меня птица встрепенулась и сжала свои когти настолько сильно, что словно выдавила из меня весь воздух. Перед глазами потемнело и, кажется, я провалилась в кратковременное беспамятство из которого меня привел в себя сильный удар. Я почувствовала, что скольжу телом по корявой сухой поверхности. Пальцы машинально стали хвататься за камни и рытвины, словно могли остановить падение, но когда я открыла глаза, то оказалось, что я лежу на ровной поверхности в свете странного зеленоватого света. Вокруг меня склонились стены серой пещеры, глядящие сквозь глубокие трещины проникающим откуда-то извне свечением. Я вздохнула и в ребрах отдалось тупой болью, а потом попыталась встать и оглядевшись, заметила недалеко от себя широкое отверстие, зияющее темнотой и человека, забирающегося в пещеру через него.

Поднявшись на ноги, я на секунду замерла, всматриваясь в мужчину, затем бросилась к нему.

Перевалившись через пролом, капитан Йорк распластался на земле, переводя дыхание. Затем покосился на меня.

— Джон? — спросила я, но Йорк только слабо качнул головой, и я протянула ему руку, помогая подняться. Он в тот же момент оттянул меня подальше от входа и вовремя. Внутрь пещеры ворвалось нечто стремительное, втекло словно сгусток раскаленного металла и стало преобразовываться в высокую фигуру.

— Ты знала? — только и спросил меня капитан, но вместо меня ответил зеркальный человек.

— Она знала, — Малес Эмбер шагнул в нашу сторону. Уже привычным движением, капитан завел меня за спину, словно в попытке защитить. Я вцепилась в его плечи, прижалась животом к горячей спине.

— Более того, у нас был уговор! — голос директора Орегона прошелестел ветром где-то рядом, словно он находился за моей спиной.

— Этот уговор недействителен! — закричала я, — Ты обещал, что никто не пострадает, а сам позволил Джону умереть!

Эмбер плавно перетек, превращаясь в нашего погибшего друга. Глаза Мортимера взглянули на нас с насмешкой и превосходством.

— Я не хотел такого исхода! — признался он, но искренности или сожаления в голосе не было ни на йоту.

— Ты виноват в смерти Джона! — я дернулась вперед, впившись ненавидящим взглядом в того, кто скрывался под личиной моего погибшего друга, мечтая добраться до самого директора и хоть как-то навредить ему, хотя что можно сделать подобному существу? Капитан перехватил меня в моем порыве мести, крепко сжал мои плечи, заставив остаться на месте.

— Что еще за уговор? — спросил он, а я отвела взгляд.

— Я обещала Эмберу, что останусь с ним, здесь, если он поможет выжить вам обоим, — тихо ответила я, растеряв свой прежний запал, зажатая в руках Линкольна. К моему удивлению он не сказал на это ни слова, только еще крепче сжал мои плечи, притянул к себе. Этот жест не укрылся от внимания Малиса.

— Бесполезно, — сказал директор губами Мортимера, — Я все равно заберу ее. Она останется здесь со мной, — и улыбнулся так, как никогда не улыбался док. Это был страшный пугающий оскал, который делал его более чудовищным, чем монстр который убил доктора там внизу. Морт убивал, чтобы есть, мы для него были добычей, Малес Эмбер действовал с каким-то умыслом, непонятным никому из нас, кроме него самого.

— Что тебе надо от моей женщины? — спросил спокойно Линкольн. Я вздрогнула и подняла на него взгляд. Он снова назвал меня своей и от этого по моей коже прошла теплая волна благодарности. Пусть он сказал это по привычке, играя старую роль, но как же приятно звучали его слова для моего слуха. В тот самый момент я поняла, что хочу в действительности стать его женщиной, принадлежать и душой и телом.

Малес не моргая смотрел на своего противника. Я бросила на директора тюрьмы быстрый взгляд и похолодела. В его глазах был явный приговор для Йорка. Он и не собирался отпускать их с Джоном, поняла я, ни тогда, ни теперь. Возможно и морт появился на нашем пути не случайно. Все это время он шпионил за нами приняв обличие длинноухого Сайлема, старался стать ближе, другом, а сам с самого начала решил убить, уничтожить. Не зря ведь он в первую встречу сказал нам, что еще никто не уходил из его тюрьмы. Только тогда он и был откровенным, а после только нескончаемая ложь. Слова, которые я хотела слышать и в которые хотела верить…

Мои размышления прервал сам Малес. Он пригнулся вперед, словно кланялся нам с капитаном, а потом заговорил, всматриваясь в мое лицо. Я поняла, что слова эти предназначались больше мне, чем Линкольну.

— Я так понимаю, твой капитан Йорк не знает, кем ты являешься на самом деле? — он вопросительно изогнул бровь и внезапно стал меняться. Черты, такие дорогие, любимые и стертые в памяти временем проявились на бывшем лице Мортимера. Теперь перед нами стоял высокий мужчина. Светловолосый, широкоплечий, с умными светлыми глазами. Мужчина, на которого я была так похожа. Он не улыбался, но я знала, как это будет, если его губы дрогнут и растянутся в счастливой усмешке.

— Это не он, Джоан! Не верь глазам! — сказала я себе, а капитан удивленно взглянул на меня, заметив мою странную реакцию и проступившие слезы.

— Я могу повторить только тот образ, который видел вживую, — пояснил Малис и сложил на груди крепкие руки.

Я смахнула ладонью подступившие слезы, сжала зубы, мысленно твердя себе не поддаваться на уловки Эмбера. Но это оказалось тяжело.

— Ты не мой отец, — произнесла я громко, почти сорвавшись на крик.

— Да, я не Оскар Кинг, — кивнуло существо, — Но, как понимаете, я знал его.

Заметив недоуменный взгляд капитана, я пожала плечами. Я и сама многого не понимала, а Малес между тем продолжал. Мне казалось, что обращается он именно ко мне.

— Я начну с самого начала, но постараюсь быть кратким, — сказал Малес. Глаза моего отца скользнули по мне и замерли на лице стоявшего рядом капитана Йорка, который все еще властно прижимал меня к себе. Но Эмбер только усмехнулся, уверенный в своих силах и власти. В этой тюрьме он был хозяин и Бог, а потому мог позволить себе маленькую слабость, рассказать все нам, таким презренным в его глазах существам. Не знаю, почему он решил открыться именно теперь, но слушала я его слова внимательно. Несколько кусочков мозаики встали на свои места, приоткрыв часть скрытого.

— Как я уже говорил, я являюсь последним в своем роде, — произнес директор Орегона, — Когда-то вся эта планета была населена моими соплеменниками. Другие называли нас Зеркалами, сами же мы считали себя такими же гуманоидами, какими являетесь и вы, люди. Мы, как и все остальные страны и планеты жили своей жизнью, работали, торговали, женились, разводились и заводили детей, пока в дело не вмешались Главы Содружества, как вы их называете — Главы Пяти. Заинтересовавшись нашими способностями к превращениям на Орегон была прислана бригада ученых, которые должны были выяснить причину, по которой наши тела обладают подобными свойствами. Их возглавлял некто по имени Оскар Кинг…

Я дернулась. Капитан переместил свои пальцы на мою талию, словно пытаясь принести мне успокоение, передать его с теплом своих рук.

— Исследования были долгими и оказались плодотворными, как тогда считалось. Был обнаружен ген, отвечающий за нашу, как ее назвали, мутацию. Насколько я знаю, доктор Кинг создал вакцину, способную преобразить человека, сделать его подобным нам. К тому же, эта вакцина помогала противостоять многим болезням, которым так подвержены люди, в том числе и рак, которому до сих пор, несмотря на новейшие технологии не было найдено лекарства. Вакцина излечивала даже самую последнюю стадию, оставляя человека абсолютно здоровым, без малейшего признака опасных клеток, — Малес остановился и перевел дыхание. Кажется, находится в облике человека было для него затруднительно, — Но я отвлекся, — продолжил между тем директор.

— У доктора Кинга была дочь. Я видел ее фотографии, они стояли на столе Оскара. Маленькая трехмесячная малышка на руках у матери, затем двухлетняя девочка с пышным бантом на светлых волосах… Дочь, так похожая внешне на своего отца. А потом оказалось, что девочка неизлечимо больна, и медицина оказалась бессильна перед ее болезнью. Ребенку давали от силы еще несколько месяцев жизни, и доктор решился на следующий шаг. Он вызвал к себе на планету жену с малолетней дочерью и тайно ото всех ввел ей свое лекарство. К этому времени случилось нечто из ряда вон. Те, кого раньше излечила вакцина доктора Кинга, стали изменяться. Они медленно, но верно теряли человеческий облик и доказательством этому служат те монстры, что охраняют тюрьму. Никто не знает, как произошли мутации, но как оказалось в последствии, вакцина каким-то непостижимым образом заставила мутировать человеческий организм…и только один единственный человек, маленькая девочка осталась прежней, хотя нет, — Малес выразительно посмотрел в мою сторону, — Думаю, в ней тоже что-то изменилось… Точнее, я уверен, потому что чувствую в ней продолжение себя самого. Она такая же или почти такая, как я, — он говорил обо мне так, словно я сейчас отсутствовала, но при этом пронзал меня взглядом, холодным, равнодушным. Теперь-то я поняла, почему директор Орегона так вцепился в меня. Я не была для него кем-то особенным, нет. Просто он хотел таким образом продлить жизнь своему роду. Он хотел использовать меня, как производительницу таких же монстров, каким сам и являлся.

Капитан как-то странно посмотрел на меня, и я почувствовала, что он вспомнил тот случай на Хроне. Доктор знал о моей мутации, потому что изучал исследования доктора Кинга в университете или был знаком с ними из научных статей, которые успел опубликовать отец до своей гибели. Я тоже читала их и догадывалась, что отец что-то сделал со мной, отчего во мне проснулось то, что я называла даром, а на самом деле оказалось просто действием чужеродного лекарства, изменившего мое тело. Что ж, хотя бы этот кусочек картины встал на свое место, подумала я.

— Она нужна мне, это шанс для моей планеты, для моего вида, — сказал Малес. Взгляд светлых глаз, принадлежавших доктору Оскару Кингу стал мутнеть. Кажется, Эмбер не мог больше удержать этот образ. Он превращался, принимая свой привычный вид создания, словно отлитого из металла.

— Кинг, отойди, — просто произнес капитан.

Малес Эмбер улыбнулся ему.

— Я дам тебе шанс уйти. Только сейчас, — сказал он и тихо добавил, — Она не человек! Уйди с моей дороги и будешь жить!

Йорк посмотрел на Эмбера так, словно тот произнес какую-то несусветную чушь. Я видела, что он собирается идти до конца…из-за меня! А еще я понимала, что ему не выстоять против этого существа. Малиса не пронзить ножом, потому что он состоит из сплошного металла, его не задушить и шею ему просто невозможно сломать. Это просто машина для убийства. Бездушная и неуязвимая и даже понимая это Йорк не отступился.

— Капитан, — подала я голос, — Сэр!… - и запнулась. Говорить сейчас что-то было просто бесполезно.

— Глупый человек… — прошелестел Малис и метнулся к Линкольну.

Мужчины сошлись в схватке. Эмбер первым делом метил в горло противника, но капитан Йорк предугадал его первый удар, увернулся, ударил сам и тут же выругался, столкнувшись со стальным телом. Эмбер навалился всем своим немаленьким весом на Линкольна, повалил на землю, но капитан изловчился и сбросил с себя директора, ударил его ногой в область живота, что, впрочем, не произвело на Малиса должного эффекта, да и не могло произвести, ведь по сути Йорк сейчас сражался со стальным монстром, которого сама природа Орегона сделала таким неуязвимым. Я кажется, поняла, почему Главы поспешили разделаться с жителями этой планеты и уничтожили их. Эти создания несли в себе в их глазах немыслимую угрозу. Они были сильны, не подвержены чувствам и кажется, почти не ощущали боли. Просто киборги, а не живые создания. Вздумай жителям Орегона напасть на планеты содружества, это было бы огромной бедой.

Мужчины тем временем снова сцепились. Они перекатились по каменному полу почти мне под ноги, я отскочила, соображая, как помочь в этой ситуации капитану. Я видела, что Малис сильнее, да и кто сможет справится со стальными кулаками и непробиваемой естественной броней. Йорку удалось навалится на Малиса. Он со всей силы приложил своего противника головой об камень, обхватив обеими руками скользкую поверхность его лица. По зеркалу разошлись одновременно несколько трещин, мелких, какие бывают, когда в стекло попадает маленький камень, но тотчас, в долю секунды, трещины затянулись, словно их и не бывало. Малис дернулся, сбросил с себя Йорка, занес стальной кулак и со всей силы опустил его на лицо капитана, затем переплел тонкие блестящие пальца на его шее и навалился всем телом, придавливая Линкольна к каменному полу, не давая единой возможности освободится. Капитан вцепился своими руками в металлические пальцы, силясь оторвать их от своего горла, но Эмбер лишь сильнее сжал пальцы.

— Отпусти его тварь, — закричала я не своим голосом, ринулась вперед и запрыгнула на Малиса, обхватив руками его шею, стараясь оттянуть назад от капитана. Но бесполезно. Кажется, с таким же успехом я могла бы попытаться передвинуть огромную скалу. Под моими руками было твердая холодная сталь, леденящая кожу. Я упиралась ногами в камень, дергала директора, напрасно растрачивая силы, когда одна мысль пронзила мое сознание. Я вспомнила случай на Хроне и свое умения обращаться с металлом, а ведь по своей сути Малис Эмбер и был этим самым металлом. Не разжимая объятий, я сильнее прижалась грудью к спине директора Орегона, услышала сиплый хрип Йорка и стала с поспешностью представлять на месте прочного металла хрупкое стекло, использовав ту же концепцию поведения, что помогла мне тогда на Хроне. Со стеклом вышло плохо. Спина Малиса и его голова перед моими глазами все еще отливали блеском, напоминая зеркало. В голове отдалось сильной болью. Что там говорил док тогда на корабле? Он предупреждал меня, что я могу умереть, если растрачу все свои силы? Но перестроить структуру Эмбера оказалось намного сложнее, чем это было с куполом. Я снова впилась взглядом в голову директра, но видела только свое отражение, а капитан тем временем терял последние силы, сопротивляясь тискам Малеса. Эмбер не обращал на меня малейшего внимания, словно я была песчинкой на его теле не доставляющей особых хлопот.

Глядя вперед, на собственное лицо, искаженное и растянутое по поверхности головы Эмбера, я внезапно поняла, что сбивает меня и не дает настроится на нужный лад. Я отвлекалась на свое собственное отражение!

И тогда я поспешно зажмурилась, восстановив в памяти зеркальную поверхность, которую снова стала перестраивать. Перед глазами закружилась сетка из каких-то атомов. Структура из цветных атомов, каждый из которых в свою очередь окружен атомами лунного серебра, одним из прочнейших металлов, открытых за последнее десятилетие, и я ворвалась в эту решетку, вырывая и меняя состав. Голова казалось налилась немыслимой тяжестью, а потом пришла боль. Пока я рвала на части внутреннее строение Малеса кто-то огромный и злой словно бил по моей голове раскалённым молотом. А потом мои руки как-то сами оторвались от тела Эмбера и я соскользнула на пол, растянувшись на нем беспомощная и бессильная.

— Кинг! — спустя какое-то время донесся до моего слуха непривычно сиплый с сильными хрипами голос Линкольна Йорка.

— А-аа, — только и смогла я простонать. Теплые руки подхватили меня, подняли с твердого пола, прижали к теплой груди. Шершавые ладони обхватили мои лицо, и я сделав усилие над собой открыла глаза.

— Черт, Джона, — почти простонал склонившийся надо мной мужчина. Он держал меня на руках, прижимая к себе и смотрел в мои глаза, перед которыми все еще мелькали какие-то радужные круги, похожие на узоры нефти, попавшей на воду, а потом он начал меня целовать. Горячие губы касались бережно моего лица, волос, в то время как пальцы гладили и прижимали с такой бережной силой, что я на короткий миг даже забыла о своей боли, словно на секунду с головы спали давящие тиски, а затем все вернулось вновь, и я застонала, сжавшись в мужских руках.

— Малес? — спросила я таким же хриплым голосом.

— Ты разбила его голову, — ответил капитан, — Даже не знаю, как, но она разлетелась на множество кусков от прикосновения твоих рук.

— Хорошо, — только и ответила я и сознание отключилось. Вокруг сгустилась темнота, такая осязаемая, тяжелая и реальная, что казалось ее можно потрогать и даже отрезать кусок. Я пробиралась вперед, глядя на то, как время от времени из ее недр вырываются страшные и странные образы. То это была голова морта в ярком обрамлении фонариков в спутанной гриве щупалец, то длинноухая морда Сайлема. Мимо пробежал Герра, оглянулся на меня, зло оскалился и унесся вперед, а в самом конце я увидела капитана Йорка. Мужчина стоял передо мной и протягивал ко мне руки. Я улыбнулась. Счастье переполнило мое сердце и дернулась было к нему, когда лицо капитана медленно расползлось, словно растаявшая восковая маска и на его месте засверкало зеркало, отразив мое лицо, искаженное в гримасе ужаса. И я закричала.

Мария Сэнфорд боялась. Она уже сожалела о своей несдержанности и резкости в присутствии Уорда, произошедшей всего пару дней назад, но с тех пор ничего странного не произошло, хотя…Ей все казалось, что кто-то постоянно следит за ней, словно кто-то находится за ее спиной, дышит жарко и пугающе. Молодая женщина сидела, закрывшись в своей каюте и лишь иногда выходила в общую столовую для гражданских, находящуюся на втором уровне, прямо над отделом механики станции. И там, сидя за одним из металлических столов, ковыряя ложкой казавшуюся безвкусной еду, она думала о том, осуществит ли свои угрозы Марлоу?

— Я должна обезопасить себя, — решила женщина и отставив в сторону поднос с едой, встала из-за стола и направилась в жилой отсек.

— Я напишу письмо в совет, я расскажу им все про махинации их Главы, пусть они займутся Уордом, — мысленно сказала себе Мария. Даже если ей не поверят, они будут просто обязаны проверить информацию. В любом случае, правда всплывет. Сэнфорд не верила больше заказчику. Уорд и его прихвостень пугали ее, хотя и выполнили все обещанные требования. Теперь Мария считалась самодостаточной женщиной с приличной суммой на счету в однои из крупнейших банков Содружества. О чем еще мечтать?

На пути у нее никто встретился. Женщина проскользнула в свою каюту, поспешно заперла двери и подошла к столу, на котором стоял ее бук, забранный ранее с 'Рассвета'. Мария села, подключилась к сети и вошла на правительственный сайт. Несколько мгновений ее пальцы летали над письменным документом, пока она печатала всю информацию о которой имела сведения, а затем замерла над текстовым файлом, глядя на написанное задумчивым взглядом. Затем удалила набранный текст и включила функцию видео записи.

— Так будет лучше, — сказала она себе, — Никто не сможет поставить под сомнение то, что это была именно я! — она улыбнулась и начала свой рассказ, который начинался с того самого обыкновенного дня, когда на почту Марии Сэнфорд пришло письмо с просьбой о встрече. Все бы ничего, если бы письмо не было с печатью от одного из Глав Пяти. Тогда еще женщина не знал, кто именно этот отправитель, но соблазнившись большими деньгами, она согласилась на встречу с неизвестным.

— Вы ничего не потеряете, — говорилось в письме, — И даже если откажитесь сотрудничать, то вам просто выплатят компенсацию, а память о б самой встрече сотрут во избежание проблем.

Мария согласилась, тем более она сейчас была в кратковременном отпуске, пока остальная команда проходила переквалификацию. Мария, как один из лучших специалистов в своей области в подобном не нуждалась, а потому позволила себе отдых в недавно купленной квартире в столице, тем более, что ссуда была велика, и женщине пришлось бы еще долго выплачивать ее, а тут такой шанс…

Она тогда уже решила для себя, что откажется. Просто получит компенсацию и скажет свое решительное — нет. Но она не рассчитывала, что человек, с которым проходила встреча, умел уговаривать и деньги, которые он ей пообещал были настолько огромны, что Мария не смогла устоять и дала свое согласие. Для нее это была легкая работа. Подделать приказ из Центра, отправить Ястребов нелегально на Хрон, принять и помочь при случае человеку от заказчика добыть необходимое с базы, а потом просто отойти в сторону, позволив войску Содружества забрать ее команду, людей, которые в принципе никогда для нее ничего не значили.

— Это просто моя работа, — говорила себе капрал Сэнфорд, обрекая свою команду на тюремное заключение за то, в чем они не были виноваты.

Дальше все пошло как по маслу. Она встретила Отто, помогла ему во всем, как и договаривалась с Марлоу. Лишь только один раз она дала слабину, и чуть не совершила ошибку, которая могла перечеркнуть все, когда позволила своим чувствам возобладать над разумом, но после была благодарна капитану Йорку, спустившему ее с небес на землю, в очередной раз доказав, что любви нет. Но это только подстегнуло женщину закончить начатое.

Мария закончила свой доклад. Видео полетело по сети. Всего доля секунды и Сенфорд отключилась, откинувшись назад, на спинку высокого стула. Облегченно перевела дыхание. Что ж, теперь все будет хорошо. Должно быть, ведь она не хотела ничего, кроме как спокойной жизни и достойной работы там, внизу, на Земле. Больше никакого космоса, подумала женщина, теперь надо подумать о личной жизни. Первым делом познакомится с хорошим мужчиной и основать с ним еще одну крепкую ячейку общества, а дальше все как у людей…

Время ужина пришло быстрее чем могла подумать капрал Сэнфорд. Она направилась в столовую, там поела в одиночестве среди галдящей толпы гражданских, в чисто которых входили обслуживающий персонал станции, механики, работники кухни и уборщики. Мария даже не прислушивалась к их веселым голосам, погрузившись в собственные размышления. Время ее возвращения на Землю откладывался по непонятным капралу причинам, но она старалась не думать об этом. Ей было интересно, прочитали ли ее послание и передали ли в нужную инстанцию. Знают ли Главы о том, что происходит сейчас на одной из важнейших станций Содружества?

Оставив поднос с недоеденным остывшим ужином, молодая женщина встала и привычно направилась в свой отсек. Пустота коридора, по которому раздавались тихие шаги Марии, гулко реагировала, отражаясь эхом. Когда капрал Сэнфорд подошла к своей двери и уже было протянула руку, чтобы ввести код, за ее спиной раздался слабый шум.

Мария не успела даже обернутся и посмотреть назад. Что-то острое впилось в ее шею и тело обмякнув, сползло в крепкие мужские руки. Женщину подхватили и понесли куда-то прочь от отсека. Мужчина, несший ее, даже не посмотрел в бледнеющее лицо капрала. Яд действовал быстро. Она уже была почти мертва и почти не испытывала дискомфорта, просто уснула. Навсегда…

… Чарльз Уорд стоял у иллюминатора, скрестив руки на груди и задумчиво глядя на проплывающие мимо звезды и планеты, казавшиеся просто огромными светящимися шарами, разбросанными по черному бархату. Когда в окне он увидел проплывающую тонкую фигурку с раскинутыми в стороны руками, он несколько мгновений следил за медленным полетом, а затем равнодушно отвернулся спиной к иллюминатору и встретившись взглядом с вошедшим на капитанский мостик Филиппом Марлоу, только кивнул, выказывая всем своим видом удовлетворение. Затем повернулся к капитану корабля и тихо произнес:

— Полный вперед!

— На Тагир, сэр? — спросил капитан. Стоявший рядом с капитаном Керк бросил на Уорда короткий взгляд и тут же отвел глаза.

— Да, Пол, — фамильярно согласился Уорд.

Сбоку от него, Марлоу сел за компьютер. Открыл присланную папку с гербом Глав и пробежался взглядом по присланному видео, на котором застыло лицо Марии. Затем нажал на удаление и отключил бук.

Глава 20.

Отто бродил между рядов, бросая взгляды по сторонам, всматриваясь в лица, стараясь разглядеть тех, кто ему так нужен. Внутреннее чутье, до сих пор ни разу не подводившее МакКигана, настойчиво шептало ему, что с этим делом, связанным с треклятой коробкой, стоит разобраться как можно быстрее. Что бы там не было внутри, но Главам оно было необходимо, а значит они скорее всего уже осведомлены о произошедшем с его шаттлом и Отто. Бывший телохранитель ни секунды не сомневался, что на Тагир отправлены нужные люди, поэтому стоило спешить.

Седой не раз задумывался о содержимом коробки. Судя по ее размеру, там могли лежать бумаги, или лекарства…Да, что угодно, вплоть до информации на носителе. Если бы только Седой мог знать, для каких целей? Отто понимал только одно — для того, чтобы получить причитающееся ему вознаграждение, он должен вернуть себе коробку и тут так кстати подвернулись его старые знакомцы. Господи, подумал тогда Отто, ты существуешь, раз послал мне этих дураков. И они оправдали свое название, так как поверили МакКигану, и мало того, что выкупили его, так и теперь помогали найти похитителей коробки, хотя, конечно, решили, что в итоге она отойдет к ним, но Седой думал иначе. В любом случае, сейчас ему просто необходима была помощь команды, а о том, что будет дальше, он позаботится.

Внезапно мелькнувшее перед глазами лицо, заставило мужчину на мгновение забыть о своих размышлениях. Зло скрипнув зубами, Отто уже понял, что нашел того, кого искал и даже поверил в удачу, подбросившую ему в лапы того самого мальчишку, что бил его беспомощного ногами.

Отто шагнул следом, раздвигая руками движущуюся на него толпу, глядя на мальчишечью макушку, словно плывущую впереди среди океана чужих и ненужных лиц. Только он и парень шли против течения, вызывая осуждающие и порой недовольные взгляды людей, да вот только МакКигана сейчас мало что заботило, особенно когда впереди маячила долгожданная цель. Седой не заметил, как в параллельном потоке от него, за ними обоими следует тенью Маркес, волоча за собой своего неизменного приятеля Войса. Им обоим было интересно, почему Отто не поспешил сообщить о том, что нашел нужного им человека, а сам последовал за ним, не подав предварительно сигнала, о котором был уговор. Можно было конечно, решить, что побоявшись упустить мальчишку, Отто решил сам найти его логово или возможно, место, где находится нужная им вещь, но у Маркес была одна неприятная мысль, что не стоит доверять этому проходимцу, который уже один раз подставил их всех на пару с капралом Сэнфорд. И она успела подать знак остальным, пока вместе с Дэвидом спешила следом за удалявшимся МакКиганом.

— Теперь Крис нас найдет, — подумала она и переглянувшись с Войсом, нырнула в торговые ряды.

Я приходила в себя. Голова все еще казалась наполнена гудением, словно рядом находилась пасека и болью, но уже терпимой. В глаза словно насыпали песка, спина болит от долгого лежания в одном положении.

Я медленно села, заметив, что лежу на чужой одежде, в которой сразу же узнала вещи капитана Йорка. Сам Линкольн лежал рядом и спал, скрестив на груди расслабленные руки. Я склонилась к его лицу, зачем-то вгляделась в черты, которые уже и так знала наизусть, когда он внезапно открыл глаза, и я тот час выпрямилась, стараясь скрыть краску, проступившую на лице и поднявшись на ноги, отвернулась, глядя по сторонам.

— Кинг, ты как? — тишину нарушил его голос, все еще сиплый после губительных пальцев Малиса, а сама внезапно вспомнила, как он целовал меня еще недавно или это было просто бред, вызванный болью?

— Кинг!? — он тоже сел, не отрывая от меня взгляда, который я чувствовала каждой клеточкой своего тела.

— Я нормально, — ответив, я шагнула вперед, туда, где в зеленоватом сумраке валялись останки директора Орегона. Приблизилась осторожно, словно к гремучей змее, опасаясь, что мёртвая груда металла оживет и бросится на меня. Когда на плечо легла тяжелая рука Линкольна я едва не подпрыгнула на месте, но капитан только сжал мое плечо.

— Он умер, — сказал спокойно Йорк, — Ты убила его, — и добавил, — Ты мне жизнь спасла…

— Значит, ты мой должник, — попыталась пошутить я по-прежнему не глядя в лицо стоявшему рядом мужчине. Вместо этого я ниже склонилась к телу Малеса, заметив, что его мундир пропал. Перед нами лежала человеческая фигура словно отлитая из металла и только очертания были единственным, что было в этом куске металл от человека. Он походил на замысловатый манекен, только без видимых половых признаков и единственным, что бросалось в глаза при беглом осмотре, являлась голова Малеса, словно разорванная изнутри. Я невольно распрямилась и посмотрела на свои руки, словно именно ими проломила эту поверхность из лунного серебра… Он действительно был последним, отчего-то подумалось мне, но я не жалела о том, что мне посчастливилось справиться с ним, иначе меня ждала незавидная участь самки, на которой Эмбер проводил бы свои страшные эксперименты по возрождения своего рода. А капитан Йорк уже был бы мертв.

— Какая гадость, — вырвалось у меня, и я сделала шаг назад, тут же наткнувшись на грудь Линкольна спиной. Я замерла, а он поднял свои руки, прикоснулся к моим ладоням. Его пальцы поднимались вверх по моим рукам, посылая приятные волнующие разряды по всему моему телу только этими простыми прикосновениями и остановились только на плечах. Мужчина сжал их и развернул меня к себе лицом, пристально глядя в глаза. А я смотрела в ответ и отчего-то в этот раз не смогла отвести взгляда, заворожённая выражением его глаз. Что я увидела в них? Отражение собственных чувств? А что я чувствовала к этому мужчине, ну уж точно не благодарность, хотя она присутствовала где-то на закорках. Меня тянуло к нему, сильнее, чем я могла представить и теперь я знала, как называется то, что я испытывала к капитану Йорку. Это была любовь, самое ее начало, когда одного взгляда хватает, чтобы затрепетала душа и замерло сердце, когда единственное прикосновение порождает немыслимые ощущения и возбуждает сильнее самых откровенных ласк…

Я первая потянулась к Линкольну. Первая прижалась к его губам, нерешительно и нежно. Он ответил, но как-то слишком осторожно, позволив мне обхватить его за шею и сам обнял меня, прижимая к себе так нежно, словно опасался причинить боль. Я покраснела и хотела было отстранится, когда он покачал головой и захватив мой затылок, притянул к себе, углубляя наш поцелуй. Нежность сменилась страстью. Теперь уже не я целовала, целовали меня, жарко, сминая податливые губы, впиваясь в них, выпивая всю без остатка.

Когда мы оторвались друг от друга, дыша так, словно оба сдавали кросс, я с удивлением поняла, что все это время была прижата спиной к стене, в то время как мои ноги бесстыдно обхватили бедра Линкольна, а руки шарили по застежке на его брюках. Вспыхнув, как фонарики на гриве морта, я отвернула лицо, пряча глаза, но Йорк взял мое лицо в ладони и почти заставил смотреть на себя.

— Что не так, Кинг? — спросил он тяжело, — Почему ты отдаляешься, я ведь вижу, что нравлюсь тебе! Ты тоже мне нравишься и даже более того…

Я подняла руки, коснулась его пальцев, в плену которых все таяла, хотя и держала себя в руках. Он оборвал фразу на полуслове.

— Нам надо поговорить, — произнесла я, решив, что тянуть больше просто не могу. Я должна была узнать всю правду про своего отца и то, являлся ли Линкольн Йорк тем человеком, который участвовал в ликвидации Оскара Кинга и его семьи.

Линкольн увидел перемену, произошедшую со мной. Теперь я действительно была далека от всего, кроме собственных воспоминаний. Он отпустил мое лицо, уронил руки и посмотрел как-то зло.

— Поговорить? О чем? Что ты хочешь узнать, спрашивай, я отвечу на все твои вопросы, Кинг! — ударение на моей фамилии показало мне, как я задела мужчину своим равнодушием. Ведь по сути я сейчас остановила его в признании любви ко мне, а мужчинам это всегда дается тяжело. Но я не могла ответить да человеку который уничтожил мою семью, хотя и не могла заставить себя разлюбить его.

Я молчала, глядя на раздраженного мужчину и хотя он пытался скрыть разочарование, но оно проскальзывало в каждом его взгляде, в каждом жесте крепких рук. Набрав полные легкие воздуха, а выпалила как на духу:

— Оскар Кинг! Ты знал его? Отвечай сразу, не думая!

Йорк нахмурил брови, глядя на меня, затем жестом велел мне сесть на собственную куртку, на которой я спала несколькими минутами раньше. Сам опустился напротив на корточки, пытливо вглядываясь в мое лицо.

— Да, я знал твоего отца. Более того, для моей группы он был заданием от Центра.

Сердце упало вниз. Внутри все сжалось от холода, а капитан Линкольн Йорк продолжал свой рассказ:

— Тогда я был еще сам рядовым. Одно моих из самых первых дел. Не знаю подробностей, нас мало во что посвящают, — он усмехнулся как-то горько, — В тот день из Центра пришло сообщение, и наш капитан собрал группу, почти ничего не объяснив, хотя такое было не впервой. Ты должна понять, мы обязаны подчиняться прямому приказу. С Главами шутки плохи. Капитан Ястребов был отличным человеком и кроме того, он был моим отцом. В тот день его подставили. Ситуация похожая на ту, что произошла на 'Рассвете' с точностью до наоборот…

Я пристально смотрела на Йорка, следила за выражением его лица и знала, что он говорит правду. Внутри меня все ожидало его следующих слов, касающихся нападения на наш автомобиль и Линкольн не заставил меня ждать.

— Твой отец был выдающимся ученым, но имел ошибку пойти против Глав, а они этого не прощают, — продолжал между тем капитан, — Теперь я понимаю, после рассказа Малеса о той причине, что побудила Главы уничтожить человека подобного Оскару Кингу. Он возражал против того, чтобы его исследования имели продолжение. Люди превращались в чудовищ, а значит, вакцина не действовала, — он слабо улыбнулся, — Не знаю, каким чудом ты осталась сама собой… — промедлил секунду и снова заговорил, — Главы нашли в этой вакцинации свою выгоду и не мне объяснять тебе, в чем она заключалась. Сперва они пытались подчинить себе жителей Орегона, но после были вынуждены уничтожить их, когда поняли, что не получат от них желаемого, а именно — послушного войска, солдат убийц, способных присоединить непокорные планеты к Содружеству и тем самым обогатить пятерых самонадеянных алчных людей, жирующих на бедах простых людей. Скорее всего, он уничтожил все результаты своих исследований, хотя, все же догадываюсь, что остались или личные записи, или ампула с вакциной, точно сказать не могу. Это только мои предположения, а теперь расскажу о самом главном. О дне, когда я в первый и в последний раз видел твоего отца.

Я была вся во внимании. Боялась услышать то, что он сейчас мне расскажет и одновременно была рада, что найду еще один кусок из этой мозаики. Картина обретет еще одну часть и станет более понятной.

— По приказу Центра наш отряд должен был остановить машину твоего отца, когда вы ехали из пригорода домой, — меж тем продолжал капитан Йорк, — В тот день помню, лил сильный дождь, а мы все сидели в засаде по обе стороны дороги, выжидая, когда подъедет нужное авто. По плану, Ястребы должны были остановить машину и забрать доктора Кинга вместе с его семьей, разоружив, или даже ликвидировав при сопротивлении телохранителя и водителя, но мы ждали напрасно. Когда за километр от нас началась стрельба, мы поспешили на место, где на машину профессора Кинга напали неизвестные наемники. Прибыли мы слишком поздно и увидели лишь два изувеченных автомобиля. Твои родители и люди Кинга были все мертвы. Люди, сделавшие это были профессионалами, такими же, как и мы, они не оставили следов своего присутствия.

Помню, я подошел к автомобилю. Внутри увидел тела твоего отца и водителя. На капоте был мертвый охранник, а твоя мать вылетела в лобовое стекло при ударе о встречный автомобиль и лежала распластанная на асфальте в нескольких метрах от аварии. Машина занялась огнем, но спасать уже было некого. Я уже хотел было уйти, когда услышал громкий детский крик…

…Тут я потеряла нить повествования. В памяти вспыхнуло с новой силой, и я снова увидела себя в машине, увидела мертвого отца, его странные безжизненные глаза, глядящие в крышу авто, стеклянные, неживые. Хью, лежащего на руле, Джеральда в разбитом переднем лобовом стекле… А потом появился он. Мужчина с крепкими руками, теплыми и надежными, как руки моего отца.

Теперь я вспомнила склоненное надо мной лицо перед тем, как меня положили на траву, давая вдохнуть свежего воздуха. До того, как я потеряла сознание, я увидела молодого мужчину, глядящего на меня с сочувствием и теплом.

— Линкольн, — прошептала я и он замолчал. Посмотрел на меня, чуть улыбнувшись.

— Теперь я понимаю, почему все время твое лицо казалось мне таким знакомым, — сказал он.

— Это был ты! — я не спрашивала, а утверждала, — Я вспомнила. Это был ты, всегда только ты! А ведь я все это время считала тебя виновным в гибели моей семьи! — так гадко я себя еще никогда не чувствовала. Поспешно отвела глаза, закусив губу почти до крови. Что ж, после того, как я узнаю окончание его рассказа, мне придется открыться и в свою очередь объяснить истинную причину моего появления на 'Рассвете'. Между нами больше не будет недосказанности. Мне было только интересно одно — знали ли мои родители, кем на самом деле являлся их родственник? Думаю, что нет.

— Продолжай, — проговорила я. Все потом. Теперь мне надо узнать, чем закончилась вся история. Я понимала, что у нее было не менее важное продолжение и не ошиблась.

— Моего отца обвинили в том, чего он не делал, — лицо капитана стало каменным, при этих словах. Воспоминания ударили не по мне одной. Оказывается, мы оба потеряли дорогих нам людей, — Ему предъявили обвинение в убийстве доктора Кинга и отправили в тюрьму. У нас не было шансов против доказательств, предоставленных одним из Глав, который оказался родственником погибшего. Чарльз Уорд, брат твоей матери. Думаю, вы знакомы!

— Еще бы, — кивнула я. Сознание подкинуло страшную догадку. Мало того, что дядюшка Чарли оказался одним из сильнейших мира всего, так он еще и засадил отца моего любимого мужчины.

— Я считаю, что это Уорд виновен в смерти твоей семьи, — сказал Йорк, — После того, как мой отец был убит в камере, я стал искать компромат на Главу, собирал о нем сведения с помощью Марии Сэнфорд. Она была хорошим программистом и извлекала из недр Сети очень интересную информацию, которую передавала мне. Я хотел разобраться с Уордом, но не силой, а сделать так, чтобы он оказался на месте моего отца. Он должен был повторить весь его путь, а дальше, я нашел бы человека, который помог Главе почить с миром, — злая усмешка меня не поразила. Я заметила, что тоже улыбаюсь, представляя себе дядю Чарли в тюрьме…, например, здесь, в Орегоне, в нише с мортом!

— Он обманул всех. Он использовал меня, а потом решил избавится, чтобы присвоить все мои деньги, — подумала я, а вслух только выругалась. Линкольн Йорк пристально посмотрел на меня. На короткое мгновение в воздухе повисла тишина. Мы просто смотрели друг на друга, и я радовалась той мысли, что теперь могу любить этого мужчину так, как он этого заслуживает. Горечь от воспоминаний гибели семьи и счастье от осознания того, что мужчина, которого выбрало мое сердце оказался более чем достоин. Хотя я и так уже знала об этом, еще до нашего разговора, догадывалась, что не могла бы полюбить убийцу моих родителей и до последнего надеялась, что он окажется невиновным. Что ж, мои надежды полностью оправдались.

— А теперь расскажу я, — произнесла и начала свое повествование с того самого момента, когда дядя Чарли вошел в спортивный зал.

— Что ты делаешь! — Маркес и Войс влетели на склад. Ана первым делом оттолкнула разъяренного Отто от скорчившейся фигурки молодого парнишки, лежащего на полу в потеках собственной крови. МакКиган уже заносил ногу в тяжелом ботинке, целясь в лицо юному пирату, когда Маркес открыла двери в небольшой склад, затерянный в самом конце рынка, казавшегося ей бесконечным, словно сама Вселенная. То, что она там увидела, привело ее в бешенство.

Отто позволил себя оттащить от мальчишки, довольный тем, что уже успел сделать пока Маркес помогала пареньку подняться. Тот растирал слезы и сопли по разбитому лицу и выглядел прескверно. Во рту не хватало пары зубов, нижняя губы была разорвана, а веко над правым глазом распухло до неузнаваемости, оставив только узкую щель для обзора. Мальчишка поскуливал и сгибался и Маркес невольно подумала, не отбил ли ему что-то Отто? Хотя по тому, как он передвигался, решила, что дело ограничится множиственными синяками и кровоподдтеками. Ана подавила в себе желание задрать на парнишке рубашку и взглянуть на его тело под ней и только зло покосилась на МакКигана, выглядевшего более чем удовлетворенным.

— Ты его что убить собирался? — спросила она, не сдерживая эмоций.

Отто стряхнул с себя руки Дэвида, подняв свои в знак мирного настроения и широко улыбнулся Маркес.

— Нет, — ответил он, — Просто хочу, чтобы малец понял, как плохо, когда бьют беззащитного, — и он улыбнулся, широко и искренне. Маркес скривила рот, отвернувшись к пареньку. Взяла его за шиворот и слегка встряхнула, отчего тот сильнее обхватил руками свой живот и что-то проскулил.

— Кто это? — спросила она, не глядя на Седого.

— Один из тех козлов, что украли мой корабль, — Отто оглядел помещение, — Он топал сюда, когда я напал на его след.

— Почему не просигналил капралу Лиссу или одному из нас? — поинтересовался Войс хмуро.

— Не успел, — ответил Отто, — Думал, прослежу куда спешит мальчишка, и оттуда уже дам вам знать.

— Лжет и не краснеет, — подумала Маркес, глядя на паренька в своих руках.

— Как тебя зовут, кто ты такой? — спросила она, разжимая пальцы. Мальчишка посмотрел на нее уцелевшим глазом и шмыгнул разбитым носом, отчего сразу же поморщился и скривился. Наверное, нос был сломан, подумала Ана, но вслух ничего не сказала. Посмотрела на татуировку на его лице, едва сдержалась, чтобы не сплюнуть — она такие вещи терпеть не могла и снова встряхнула пирата.

— Что молчишь, язык проглотил что ли? Или мне оставить тебя здесь наедине с моим другом Отто и вернутся через пол часика, когда от тебя останется только мокрое пятно на полу? Я могу это устроить… — она не успела договорить, как парнишка испуганно воздел руки, закрывая и без того изувеченное лицо и торопливо зашептал:

— Меня зовут Адриан! Только не бейте больше!

Отто посмотрел на Адриана надменно и зло. В сердцах смачно сплюнул на пол и пробормотав короткое: Ссыкун, — отвернулся брезгливо.

— Нам нужна одна вещь, которая раньше была у этого человека, — Мария указала на МакКигана, продолжая держать мальчишку за шкирку.

— Коробка? — отчего-то спросил Адриан.

Мария и Дэвид переглянулись, а Отто настороженно застыл к ним спиной, слушая разговор.

— Да, коробку, — кивнула Ана, — Что ты о ней знаешь?

Молодой пират пожал плечами.

— Шеф решил, что она важная штука, раз этот громила держал ее с собой в капсуле. Он оставил ее пока на корабле…

— Вы открывали ее? — резко развернулся всем телом Отто, прожигая Адриана белесым взглядом.

От вида разъяренного мужчины, тот сжался еще больше, почти спрятался за спину державшей его десантницы.

— Шеф открывал, но сказал, что на вид, ничего ценного там нет. Там были обычные ампулы в вакуумном контейнере.

Брови Отто взлетели вверх, затем вернулись в исходное положение и в довершение всего сошлись на переносице. Ана же тем временем снова обратилась к пленнику.

— Нам нужна эта коробка. Скажи, как нам пробраться на ваш корабль и где ее искать?

Мальчишка молчал, отпустив глаза, и Маркес швырнула его в руки Дэвида. Войс скривился, но все же нанес удар в израненный живот Адриана, отчего тот взвыл и упал на пол.

— Мальчик, ты что еще не понял? — Дэвид придавил ногой пирата, наступив на кисть здоровой руки, — Мы сюда не играть с тобой пришли и уж точно, не разговаривать по душам. Хочешь остаться калекой? Я устрою тебе это. Сделаю все так, что никакие медицинские примочки тебя не восстановят, ты понял? — и он с силой надавил на кисть тяжелой подошвой армейского ботинка. Адриан заплакал, глядя на своего мучителя с ненавистью и злобой, которые, впрочем, быстро сменились на страх.

— Я скажу, скажу! — закричал он.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Дэвид и убрав ногу, понял Адриана, — Вот и молодец!

Маркес приблизилась. Чуть склонив на бок голову, заинтересованно посмотрела на паренька.

— Я жду! — сказала она тихо.

Глава 21.

Я отговаривала Йорка, но он как истинный мужчина мало послушал мои слова, хотя в принципе был совершенно прав и мне нехотя пришлось согласится с его доводами и отпустить его вниз. Обратно. Туда, где в темноте пещеры затаились зловещие морты с их яркими фонариками и неуемным аппетитом. Сейчас я стояла на краю пролома и смотрела вниз, ожидая, когда вернется капитан и при этом непрерывно смотрела на веревку, но та оставалась недвижима.

Все дело было в коробках с едой и питьевой водой, которые в спешке были брошены нами в пещере. Да и как-то не до них было, когда решалась более важная проблема — жить нам или умереть. Теперь же голод, а главное, жажда дали знать о себе и Йорк вспомнив о наших брошенных запасах решился спуститься вниз. После короткого спора, он все же закрепил веревку и соскользнул в темноту, а я осталась наверху в компании мертвого куска металла, что раньше именовалось Малесом Эмбером и ждала возвращения Линкольна, напряженно вслушиваясь в тишину. Его не было довольно долго, а я не решалась позвать его, опасаясь звуком своего голоса привлечь внимание морта к Йорку, поэтому ждала, глада в темноту.

Когда веревка дернулась и натянулась, я склонилась вниз, выглянув из проема и посмотрела вниз, туда, откуда сейчас поднимался наверх капитан. Когда я увидела его самого, вырисовавшегося из мрака пещеры, мое сердце радостно ухнуло куда-то вверх, захлопало крыльями, как маленькая пташка, выпущенная на волю.

После нашего обоюдного признания мы больше не касались темы нашей прошлой жизни. Все и так было ясно, хотя я все еще испытывала стыд оттого, что когда-то подозревала Линкольна в причасности к гибели моих родителей, но у меня было слабое оправдание — я поверила сведениям Уорда, отчего чувствовала себя хуже не куда. При нашей первой встрече, в процессе моего общения с Ястребами и самим капитаном, я могла бы догадаться, что он не относится к той категории людей, к которым я его отнесла, доверившись действительно убийце и предателю.

Линкольн забрался в наше убежище, поставил на пол две коробки, обе были целы, но изрядно помяты.

— На третью видимо наступил морт, — сказал Йорк, глядя мне в лицо, — Это все, что у нас есть.

Я открыла одну из коробок, посмотрела на содержимое.

— Стандартный набор, — произнесла я, потянувшись к цилиндру с питьевой водой. Спросить про Джона побоялась. Вдруг Линкольн скажет, что видел его останки, хотя судя по аппетиту морта, там мало что могло остаться от нашего бедного доктора Мортимера.

Я протянула цилиндр Линкольну. Тот сделал один большой глоток и завинтив крышку, вернул мне его обратно.

— Надо ее экономить, — капитан сел прямо на пол, прислонившись спиной к каменной стене, отдыхая от подъема.

— Нам надо выбираться отсюда, — сказала я, глядя на пробивающееся зеленое свечение в изломы между камней. Несмотря на то, что мы все еще находились в пределах тюрьмы, свобода была близка, и я даже чувствовала ее дыхание в свежем шевелении воздуха, проникавшего в щели. Даже слишком свежем. Словно снаружи стремительно падала температура.

— Пошли, — капитан уверенно встал, взял вторую коробку и сунул мне ее в руки. Сам же отправил самодельный нож в голенище сапога и подхватил наши оставшиеся вещи. Я отчего-то бросила напоследок взгляд на тело директора Орегона. Подумала о том, кто теперь будет контролировать заключенных, если он умер. Насколько я могла понять, заместителя у него как такового не было, только стражи-мутанты, но что смогут они, если нападет чудовище, похожее на нашего друга морта?

Говорить на эту тему с Йорком я не стала. В конце концов, наша задача спастись из тюрьмы, а что станется с ее обитателями, наверное, не наша проблема?

Чувствуя себя гадко от подобных мыслей, я поспешила следом за капитаном, направляющимся к узкому проходу, темнеющему в самом дальнем углу нашего убежища. Больше проходов здесь не было. Только этот — ведущий в неизвестность, и тот, что остался позади — в нишу мортов. Выбор был очевиден!

Станция 'Заря' медленно подплыла к орбите планеты Тагир. Зависла, остановив все двигатели. Некоторое время она медленно дрейфовала в безвоздушном пространстве, огромная и величественная, равнодушно взирающая на светящуюся внизу планету, такую близкую и живую, окруженную россыпью далеких звезд и спутником Ареем, вращающейся вокруг Тагира и успевающей за стандартные земные сутки дважды пройтись над небом планеты. Станция на первый вид казалась спящей, хотя внутри нее кипела жизнь. Небольшой, быстрый корабль готовился к спуску на Тагир, пока капитан 'Зари' договаривался о приеме своих людей, на повышенных тонах отдавая команды и приказания кому-то на другой стороне линии связи. Все это время молчаливый и задумчивый Чарльз Уорд стоял за его спиной, глядя на мерцающую в иллюминаторе планету пиратов и думал о том, что стоит вскоре очистить этот притон бандитов и убийц. Он уже планировал свое будущее, в котором видел всех обитателей Тагира своими наемниками, своей армией чудовищ, которая не будет знать себе равных, которая возвысит своего полководца и позволит сместить противников. Уорд давно мечтал стать единственным Главой, но даже получить место Пятого, самого слабого Главы, для него было достижением, ради которого пришлось приложить массу усилий и пожертвовать многим… Больше всего Уорд жалел о том, что потерял сестру. Как бы там ни было, он любил ее, а после смерти пытался полюбить и ее дочь, но Джоанна была слишком похожа на свое отца, с которым Чарльз не мог найти общего языка, и дядюшка так и не прикипел к племяннице.

Сейчас Чарльз Уорд отчего-то вспомнил тот день, когда узнал о гибели своей сестры и ее мужа. Он не был удивлен и Отто, принесший ему эту весть, рассказал, что вопреки ожиданиям, коробку с такой необходимой Уорду вакциной — настоящим прорывом для науки — не нашли, хотя обыскали всю машину. Уорд только что вернулся из больницы, где находилась его племянница. Девчонка отделалась несколькими царапинами, из которых самой глубокой оказалась на лице.

— Там был Ястребы, — добавил в заключение Седой, — Я не знаю, кто именно послал их, но догадываюсь, что вы не один хотели использовать открытие доктора Кинга.

— Джоанну вытащили они? — догадался Уорд.

Отто поспешно кивнул.

— Но мы нашли записи Оскара, — он протянул Уорду пачку каких-то разорванных исписанных листьев с обгоревшими краями, — Возможно, там есть информация о том, где Кинг спрятал образцы вакцины.

Уорд взял из руки Седого записи, положил их на стол за своей спиной.

— Надеюсь, нам удасться ее найти, сэр, — произнес Отто и вытянулся в струнку перед своим начальником. Чарльз только устало покачал головой и внезапно осознал, что стоит близко от стекла иллюминатора, а перед ним по-прежнему светится Тагир. Воспоминания отступили прочь, рассеялись в пространстве. Голос капитана Пола Холлидея вывел его из задумчивости.

— Команда готова, сэр. Сейчас они отправляются на Тагир. Я обо всем договорился. Их встретят и проведут.

Уорд вскинул голову.

— Я лечу с ними, — неожиданно сказал он.

Холлидей удивился. Его кустистые брови взмыли вверх.

— Сэр, я бы не советовал вам туда спускаться. Тагир планета преступников и убийц, это опасно!

Уорд улыбнулся краешками губ. Глаза мужчины оставались холодны, как Асберги на его родной планете.

— Разве я спрашивала вашего мнения, Пол? — спросил он.

Капитан поспешно отвел глаза.

— Нет, сэр, — ответил он.

— Вот и замечательно. А теперь распорядитесь, чтобы мне приготовили эластичный костюм и защиту, такую же, как у остальной команды.

— Есть, сэр, — Холлидей поспешно взял в руки переговорное устройство и еще до того, как Чарльз Уорд, Пятый Глава Содружества покинул капитанский мостик, все было подготовлено и Уорд присоединился к команде захвата. Капитан Холлидей проследил за спуском корабля и за тем, как тот прошел в атмосферу Тагира и после этого включил аппарат слежения, установленный на каждом из команды. Маячки должны были показывать, где находится тот или иной член группы, в том числе и Глава Уорд. После Пол начал сканирование поверхности, на которую был направлен корабль. К своему удивлению, он заметил слабый сигнал, пробивающийся словно через череду помех…или из-под земли? Сигнал, которого здесь просто не могло быть. Когда-то не так давно на корабль 'Рассвет' был вшит маячок, позволявший следить за ним на небольшом по меркам космоса расстоянии, но 'Рассвет' ушел слишком далеко после побега и исчез с радаров, а вот теперь появился снова… На Тагире…

Пол Холлидей поспешил связаться с главным группы, решив, что пусть лучше тот самолично передаст новость Уорду. Вряд ли тот ей обрадуется. А получать новые шишки Пол был не готов. И он оказался прав.

Проход вел в следующую пещеру и протиснувшись в узкий лаз, я оказалась в почти таком же по размерам каверне, освещенном все теми же разломами.

Здесь было на порядок холоднее, чем в предыдущей пещере, и я невольно поежилась, когда слишком свежее дуновение откуда-то со стороны, послало мурашки по моей коже. Линкольн обернулся ко мне, внимательно посмотрел на мое лицо.

— Выход близко, — сказал он тихо, — Или совсем рядом.

— Или это просто разломы, — добавила я, оглядываясь по сторонам.

Шагая следом за капитаном, пропадала и вспыхивала попадая поочередно то на свет, сочащийся из дыр в стене, то проваливалась в темноту. Температура заметно падала, и я прижимая к себе коробку в провиантом, подрагивала от холода. Невольно вспомнился рассказ о том, что на Орегоне существуют резкие перепады температурных показателей и если днем планета была вполне обитаема и пригодна для жизни, то ночью низкая минусовая температура заставляла искать животных убежище, а растения замирать до восхода, скрывшись под ледяной коркой.

Пещера оказалась куда длиннее предыдущей и постепенно до меня стало доходить, что это скорее природный коридор с постепенно снижающимся потолком. Через несколько минут ходьбы мне пришлось опускать голову в некоторых местах, а после и вовсе шла сгорбившись, как старуха, а когда исчезли разломы, мы оказались в полной темноте, хотя после этого заметно стала подниматься температура. Я почувствовала, что мы снова возвращаемся в тюрьму, каким-то обходным путём. Но все это было не важно, лишь бы в конце этого самого пути нас ждал путь к свободе.

Капитан молчал. Я следовала его примеру и только торопливо сопела в широкую спину. Иногда правда, он останавливался и оглядывался назад. Кромешная тьма мешала ему разглядеть меня и тогда он протягивал руку и касался меня, словно желаю удостовериться, иду ли я следом. Это короткое прикосновение придавало мне силы, и мы снова шли вперед.

Время тянулось. Казалось, мы уже провели вечность в бесконечной темноте, когда Йорк объявил первый привал. Я устало сползла по стене на сырой пол коридора и перевела дыхание.

— У меня такое ощущение, что мы ходим по периметру тюрьмы, — сказал голос Линкольна. Самого его я едва различала в кромешной черноте, залившей коридор.

— У меня тоже, — призналась я.

— Я надеюсь, чёртов Малис на последок не заманил нас в еще одну из своих ловушек? — проговорил капитан Йорк.

Мне оставалось лишь хмыкнуть в ответ на его слова, после чего я достала из коробки цилиндр с водой и отхлебнув сунула его в темноту, ткнув емкостью куда-то в плечо капитана. Йорк перехватили цилиндр и спустя мгновение вернул мне его обратно.

— Не переживай, мы выберемся, — сказал он. Я вздохнула, надеясь, что его слова окажутся правдивыми. Но когда мы снова встали и продолжили свой путь, а спустя пару часов так и шли по темному тоннелю, я начала подозревать, что не ошиблась в своих предположениях и скорее всего мы ходили вокруг тюрьмы, находясь при этом в ее стенах. Что за проход такой нам показал Эмбер? Что если он закончится тупиком и нам придется возвращается обратно тем же круговым путем, а после снова спускаться в Нишу мортов, чтобы попытаться найти другой выход? Я ничего не понимала и боялась того, что впереди, кроме тупика, нас может ждать что-то пострашнее чем встреча с чудовищами Орегона.

Когда впереди проступил свет, я почти не верила своим глазам. Мы одновременно прибавили ходу, вдохновленные тем неизвестным, что возможно ожидало нас впереди, но едва мы выбрались в более просторную пещеру, как я поняла, что впереди действительно тупик. Мой взгляд остановился на гладкой стене, поднимающейся вверх, достаточно высокой, как та, что находилась в нише гуманоидов и каждый день выдавала пищу, но по структуре очень похожую. Под ногами белело нечто похожее на пыль, а потом что-то громко хрустнуло, и я бросила короткий взгляд себе под ботинки и тут же отшатнулась, увидев кости. Они казались перемолотыми, словно их кто-то усиленно пытался переварить, а потом исторг в таком измельченном состоянии, часть превратив в мелкую пыль, похожую на муку.

Поравнявшись с застывшим капитаном Йорком, я посмотрела на мужчину. Йорк даже не посмотрел на устилавшие пол останки. Его глаза отражали мое разочарование от нашего конечного пункта. Линкольн глядел на стену так пристально и почти ненавидяще, что я поняла, как сильно он надеялся найти здесь выход из тюрьмы.

— Нам придется возвращаться, — сказал он и тяжело вздохнул, — А это означает, что надо будет снова спуститься вниз к морту и искать иной выход отсюда.

— Не самая приятная новость, — отчего-то подумалось мне, но я промолчала и только села прямо в пыль, вытягивая перед собой усталые ноги, которые налились свинцом и уже отказывались нести меня дальше. Нам с капитаном Йорком нужен был нормальный отдых, и я предпочла бы провести здесь несколько часов и потратить их на полноценный обед и продолжительный сон, тем более, что здесь кажется, было относительно безопасно, а свет в разломах наверху, прямо над нашими головами освещал достаточно пещеру и ее стены.

Я вздрогнула от идеи, посетившем меня так кстати, когда Йорк присел рядом и привалился ко мне своим плечом. Задрав кверху голову я увидела прямо над нами опрокинутое зеленоватое небо Орегона. И мне показалось, что отверстие могло быть достаточно широким для того, чтобы там мог пролезть человек… Но существовала только одно веское — Но! И это НО означало, что туда придется забираться по противоположной гладкое стене стороне, которая была почти близнецом стальной. Я поднялась на ноги, вызвав у капитана удивленный возглас, а потом он проследил за тем, как я приблизилась к стене и провела по ней ладонью, ощупывая шершавую неровную поверхность.

— Здесь даже я не поднимусь, — сказал Линкольн, поняв мою задумку.

— Ты не поднимешься, а вот я вполне! — ответила я и оглянулась на мужчину.

Капитан Йорк поспешно встал, приблизился ко мне, гневно взглянул в глаза.

— Даже не думай, — прошипел он, — Я не позволю тебе лезть наверх. Ты же разобьешься! Стена почти отшлифована, это нереально! Это самоубийство!

Я улыбнулась, делая вид, то все отлично, хотя внутри разделяла опасения Линкольна, но возвращаться назад, туда, где под покровом темноты в своей нише бродят морты, мне сейчас казалось таким же убийственным, как и эта попытка взобраться наверх.