Одиссея Джоанны Кинг

— Оставьте заключенных! — сказало существо.

Глядя на серое лицо лейтенанта, я заметила, что ему не терпится передать нас в руки Стража и отправится прочь с этой планеты. Могу сказать одно, я, наверное, тоже многое бы отдала за эту возможность, но увы… Заметила, что капитан Йорк не сильно удивлен видом нашего надзирателя. Возможно, в прошлом он встречал существ подобных этому, сама я такого монстра видела впервые.

Керк протянул Стражу какие-то бумаги и поспешно отдернул руку, когда одна из коротких клешней щелкнув осторожно забрала документы.

— Теперь они на вашем попечении, — произнес Керк и махнул рукой своим людям, затем с поспешностью десантники загрузились обратно в модуль и уже через минуту тот поднялся в воздух и скоро исчез, растаяв в вышине зеленого неба.

— Идите за мной, — сказал Страж и представился, — Меня зовут Агрил, я здесь старший надзиратель и советую вам вести себя подобающе.

Он направился к двери, даже не удосужившись проследить за тем, следуем ли мы за ним. Когда я в замешательстве остановилась, капитан, шедший следом, толкнул меня плечом в сторону входа в здание. Я посмотрела на Йорка с интересом. Мне показалось. Что вот она возможность сбежать, тем более что тварь по имени Агрилл даже не смотрит на нас, а наручники можно снять. Главное — вырваться на свободу, но Линкольн Йорк заметив в моих глазах странный блеск поспешил спустить меня с неба на землю.

— Иди внутрь, Кинг. После заката температура на Орегоне падает до минус пятидесяти и это только самое приятное, что происходит на этой планете.

Я вздрогнула и зашагала к широким дверям, теперь понимая, почему Страж не беспокоился о нашем возможном побеге. Он просто знал, что выбора у нас нет, и мы будем вынуждены пойти за ним, добровольно зайти в тюрьму, где нам троим предстоит по решению суда провести целых десять лет!

Оказавшись под крышей серого здания я оглянулась, чтобы увидеть, как Йорк и Мортимер проходят следом за мной. Едва док переступил порог тюрьму, как двери плавно закрылись, отрезав нас от пути к бегству и свободе.

— Идите за мной, — снова повторил ту же фразу Страж, но теперь добавил короткое, — Вам надо представиться Главе!

Он поспешил куда-то вглубь темного коридора, перебирая трещащими как у насекомого лапами. Меня даже передернуло от этого звука. Оглядываясь на ходу по сторонам, я поспешила вдогонку за надзирателем, уже замыкая шествие за впередиидущими мужчинами.

Сама тюрьма судя по высоким потолкам и широким, но темным как норы, коридорам, была огромной. Я видела странные клочья чего-то серого, свисающие с потолка и стен. Воздух внутри был затхлым, но температура была довольно высокой и скоро мне стало жарко от быстрой ходьбы.

— Кинг, не отставай, — зачем-то произнес идущий впереди капитан. Я прибавила шаг. Существо впереди двигалось с быстротой превышающей нормальный шаг человека и скоро нам пришлось перейти на бег, чтобы не потерять его из виду.

— Странная тюрьма, — почему-то подумалось мне, — Не такая, как у людей. Совсем не такая.

И хотя никто нам не чинил препятствий, я отчего-то очень боялась отстать, словно что-то скрывавшееся в темноте могло выскочить из нее и утащить меня в неизвестность.

От этой с виду пустой тюрьмы прямо веяло ужасом. Словно находился в комнате страха. Шагая вперед иногда чувствовала непонятные запахи, не совсем приятный для моего обоняния, порой кожу холодил приятный сквозняк, и я не могла понять, откуда он взялся, как пробился сквозь толщу серых стен.

Но вот впереди показалась лестница. Под потолком вспыхнул матовый свет, едва Страж стал подниматься наверх, а мы за ним. Я заметила, что мужчины часто оглядываются на меня, словно опасаются, что я могу отстать. Я ускорила шаг и нагнав их, пошла в середине, оставив дока замыкающим.

Лестница показалась мне невероятно долгой. Мы просто поднимались вверх без единого пролета, а вокруг была темнота, едва разбавленная свечением матовых ламп над головой. Я протянула в сторону руку, коснулась металла перил и тут же отдернула ее с отвращением взмахнула кистью, сбрасывая слизь, прилипшую к пальцам. Что это за тюрьма такая, подумала я с раздражением и неприязнью, хотя вряд ли мой дорогой дядя Чарли отправил бы меня туда, откуда можно было сбежать. В Оригоне чувствовалось что-то опасное и отвратительное, хотя я еще не понимала, что именно.

В тот самый момент, когда я уже решила, что лестница ведет в бесконечность, мы остановились. Впереди показалась высокая металлическая дверь, отливавшая ярким серебром. Страж пропустил нас вперед, оставшись стоять на ступенях. Я удивленно покосилась на него и увидела, как маленькие розовые глаза надзирателя тюрьмы смотрят на меня. Взгляд показался мне каким-то голодным и диким. Все в этом существе, кроме человеческого торса и двух рук, не напоминало в этой твари гуманоида, да он таким и не являлся.

Я постаралась быстрее проскочить мимо него и остановилась перед дверью. Отреагировав на тепло человеческого тела, она отошла в сторону, пропуская нас троих внутрь. Первым в светящуюся комнату прошел капитан, следом мы с доктором Мортимером. Страж остался на лестнице, и закрывшаяся дверь отрезала нас от него.

— Добро пожаловать, заключенные, — раздался голос. Свет медленно стал тускнеть, пока не достигнул уровня, привычного глазу. Я увидела, что нахожусь в обычном кабинете. Стол, полки с книгами, компьютер и мужчина, стоявший к нам спиной в облегающем серебристом костюме.

— Прежде чем вы займете свои ниши я хочу сказать вам пару слов и дать несколько советов, — человек обернулся, и я удивленно приподняла вверх брови. Оказывается, на нем вовсе не было костюма, он сам сплошь состоял из какого-то непонятного металла. У директора этой тюрьмы вместо лица была сплошная серебряная гладкая кожа. Его голова походила на металлическое яйцо без каких-либо намеков на черты и глаза. Нос и рот также отсутствовали. Зрелище завораживающее и одновременно жуткое.

Директор приблизился и встал напротив капитана Йорка. Я увидела, как серебряная голова с зеркальным лицом склонилась к лицу Линкольна, который тут же отразился на нем. Затем по телу директора прошла мелкая рябь и я увидела, как серебро растекается, темнеет и принимает облик капитана Йорка. Просто идеальная копия. Даже те же синяки и ссадины, оставшиеся у Йорка после общения с Керком и его людьми в карцере. Затем то же самое он проделал и с доктором. Когда же пришла моя очередь, я даже немного опешила, увидев напротив себя саму. Словно посмотрела в зеркало.

Директор улыбнулся мне моей улыбкой и снова принял свой прежний облик.

— Мое имя Малис Эмбер и я являюсь директором тюрьмы Оригон. Как я вижу, вы уже поняли, что это не такая тюрьма, какими вы привыкли их видеть на своей планете. У нас нет карцера, нет отдельных камер. Само здание и есть одна огромная камера для всех заключенных в этой тюрьме. И ваша задача просто выжить на протяжении всех этих десяти лет назначенного вам срока.

Эмбер отошел к своему столу, а точнее будет сказать перетек, как жидкий металл. Повернув к нам ту часть своей головы, которую я назвала лицом, хотя от затылка она ничем не отличалась и произнес:

— Я уже отметил вас для себя, позже внесу данные в компьютер. Если кто-то из вас не выживет, я сразу же узнаю об этом. И не спрашивайте меня как. С этой планеты вам не убежать. Кроме тюрьмы здесь более нет ни единого населенного пункта. Но даже если вы будете настолько глупы, что вырветесь из здания и сможете уйти от Стражей, то за пределами тюрьмы вам все равно не выжить. Хищники или перепады температуры сделают свое дело, потому настоятельно рекомендую не покидать пределов своей огромной камеры. Вот кажется и все, что я хотел вам сказать. А теперь прошу покинуть меня. Страж проведет вас вниз и покажет ту часть тюрьмы где обитают гуманоиды. Прощайте! — он отвернулся к нам спиной, давая понять, что аудиенция окончена. Мы с капитаном переглянулись. Доктор на вид оставался спокоен, но я заметила, как странно подрагивали опущенные его руки. В тот же самый миг за нашими спинами открылась дверь, и комната снова стала наполнятся серебряным светом, настолько ярким, что он резал глаза. Йорк толкнул меня к выходу, теплые ладони мужчины придали мне какой-то толики уверенности, и мы снова очутились на лестнице. Агрилл стоял на том же месте, где мы его оставили и кажется ни на миллиметр не сдвинулся. Розовые глаза пробежались по нашим лицам без всяких эмоций. Он без слов развернулся и стал спускаться вниз.

— Я слышал про Оригон, — вдруг нарушил тишину Мортимер, — Но не думал, что все окажется настолько ужасным. А ведь мы еще почти ничего не видели…

Капитан Йорк бросил на него взгляд и внезапно взял меня за руку. Я невольно опустила глаза на наши ладони, не понимая, зачем он сделал это, но кажется это прикосновение придало мне сил.

— Пошли, Кинг, — произнес он тихо и потянул меня вниз за удаляющимся паукообразным.

— В какое дерьмо мы все вляпались! — Маркес резко встала со стула, прошлась по периметру рубки и бросила взгляд на планету видневшуюся в окно иллюминатора. Огромную, зеленую планету, обрамленную широким кольцом и делающую ее отдаленно похожей на Юпитер.

— Успокойся, — отрезал Кристиан Лисс, сидевший на месте первого пилота. Он тоже смотрел на Оригон, мрачный и полный тревоги.

— По крайней мере мы знаем, где их искать, — встрял в разговор Дэвид.

Ана перевела на него взгляд своих черных горящих глаз.

— Нам надо вытаскивать капитана с доком и Джо оттуда, — сказала она, — И как можно быстрее. Я не могу сказать почему так чувствую, но у меня на сердце тревога. Я, черт побери, переживаю за них. А эта стерва Сэнфорд мне еще попадется на узкой дорожке. Вот ведь мерзавка! — она со всей силы ударила кулаком в стальную обшивку рубки. Лисс даже прикрикнул из-за этого на нее, и Маркес села обратно на стул сверкая темными глазами.

— Тут все не так просто, — заявил Элайджа. В данный момент он просматривал через систему данные по планете и то, что он нашел на Оригон ему совершенно не нравилось.

— Что нарыл? — поинтересовался Дэвид стоявший у иллюминатора и наблюдавший за зеленой планетой с неизмеримой высоты. Разглядывал ее с каким-то ожесточенным интересом.

— Не нарыл, а нашел, — поправил мужчину Хиггинс, — Зачитывать не буду, могу сказать только одно — все плохо.

— Да что тут думать, — вскипела Маркес, — Нам просто надо спустить вниз и забрать нашего капитана и своих ребят. Что вы телитесь здесь. В первый раз выпадает опасная миссия? Поджилки трясутся? — она обвела присутствующих мужчин тяжелым хмурым взглядом.

— Нам на планету закрыт доступ, — пояснил женщине Хиггинс, — Я могу дать запрос на аварийную посадку, но скорее всего нам откажут.

— Что тогда делать? — спросил Кристиан, повернув лицо в сторону первого пилота.

— Надо искать специалиста, который сможет взломать систему защиты, — просто пояснил Элайджа, — Сами понимаете, в космосе мы его не поймаем. Нам надо лететь на Тагир.

— Да нас там всех вздернут или пристрелят на месте, едва мы сунемся на ближайшую базу, — фыркнула Маркес, — Или ты забыл, Эл, какой шухер мы навели там в прошлый раз, когда забирали контрабанду для Правительства?

Кристиан задумчиво потер подбородок.

— Планета пиратов, — произнес он тихо, — Там действительно можно найти хорошего специалиста, способного открыть защиту, как консервную банку, но и Маркес права. Нас там знают, хотя рискнуть все равно придется.

Элайджа Хиггинс кивнул.

— Придется, потому что наши на Оригоне долго не продержаться, — он вздохнул и посмотрел на капрала Лисса, словно ожидая от него приказа. После всего произошедшего он оставался самым главным по старшинству в команде и теперь все ждали его решения. После Линкольна Йорка капрал Кристиан Лисс был вторым негласным лидером.

— Что делаем, сэр? — обратилась к нему Маркес.

Капрал Лисс встал и бросил взгляд на иллюминатор, затем посмотрел на застывшего в ожидании Элайджу и остальных из команды и сказал:

— Мы отправляемся на Тагир!

Отто МакКиган спал в капсуле и видел сон. Лететь до конечной цели ему оставалось еще три недели, но время во сне пролетает быстрее, даже слишком быстро.

Отто снился странный сон, ему показалось, что датчики на приборе слежения за жизнедеятельностью его капсулы отключились и открыв глаза он увидел поднимающуюся матовую крышку над головой. Удивленно заморгав Седой принял вертикальное положение, подхватив коробку, до этого лежавшую на его груди и тут увидел, как двое вооруженных человек заходят в его отсек.

— Что за?… — пробормотал он. Видение было более чем странным, а когда один из незнакомцев направил на Отто оружие, тот понял, что это совсем не сон. Те, кто проник на его корабль, сделали это незаконно.

МакКиган успел только спрыгнуть на пол, как тут же получил сильнейший энергетический заряд из оружия пирата. Боль охватила все его суставы, скрючила пальцы, и мужчина повалился на пол, ударившись всем телом и продолжая дергаться от проходящего по его коже электрического тока. Напряжение было не смертельным, но боль оказалась просто невыносимой.

Отлетевшая в сторону коробка откатилась под ноги второму из пиратов. Тот нагнулся и подняв ее стал вертеть в руках.

— Нет, — хотел было произнести Отто, но получив еще один разряд, так и остался лежать на полу и лишь вращал страшно белесыми глазами. В то время как второй пират присвоил себе коробку, первый стянул путами руки и ноги Седого, не поленившись заехать тяжелым сапогом в бок лежащего, за что получил тут же подзатыльник.

— Не порть товар! — рявкнул его напарник, — Здоровый мужчина может кому-то пригодится на плантациях.

— Да я немного, — ответил мужчина, — Чуток помну его бока, чтобы не дергался, — и снова нанес удар.

— Не плохой улов на сегодня, — второй пират кивнул другу и вышел из отсека. Отто поднял взгляд на стоявшего над ним мужчину, хотя мужчиной его можно было назвать с трудом. Затянутый в комбинезон тот выглядел молодо, едва ли достиг возраста двадцати лет. Но выражение лица у мальчишки было гадкое и подлое. Сломанный нос и татуировка змеи на пол лица его вовсе не красили.

— Что уставился, уродец? — спросил он и снова выстрелил Отто, попав в шею. Негр дернулся и отключился, а мальчишка пират еще напоследок пнул его под ребра и вышел из отсека.

Глава 14.

Здесь действительно не было камер. Я только потом поняла слова Эмбера и то, что он имел ввиду, когда говорил, что сама тюрьма и есть огромная камера. Едва мы спустились вниз от директора, Страж провел нас дальше в темноту. Мы шли порой даже не различая пол под ногами, а затем увидели вдалеке свет. Маленькое пятно по мере приближения разросталось и скоро приняло очертания огромной двери, сквозь которую мы и прошли. Страж пропустил нас вперед, сам же застыл в проходе и зашипел:

— Это ваша ниша! — и более не сказав ни единого слова, развернулся и исчез в темноте.

Мы с капитаном прошли вперед. Я отняла свою руку, осторожно вытянув пальцы из мужской ладони, но мне показалось, что Йорк этого даже и не заметил. Он шагнул впереди меня и замер, оглядываясь по сторонам.

Место, в котором мы оказались, напоминало огромную пещеру с вырубленными в породе карманами. Некоторые были широкими, другие узкими и продолговатыми. Не прошло и минуты, как из самой первой ниши, что находилась ниже остальных, показалась странное существо. Продолговатая голова на тонкой шее, бледное тело, закутанное в тряпки… Существо выбралось из кармана и прыгнуло в нашу сторону. Оно лишь отдаленно напоминала человека, но лицо было довольно симпатичным, если не считать длинных как у спаниеля ушей.

Существо не спешило приближаться, оставаясь на почтительном расстоянии, но разглядывало нас с любопытством довольно долго, а затем неожиданно громко завизжало, да так, что у меня едва не заложило уши.

— Здесь новенькие! Доложите Герру! — и сделало стремительный скачок в сторону, подальше от нас.

Доктор Мортимер подошел ко мне и встал с правой стороны. С левой от меня находился капитан и выглядел он напряженным. Визг непонятного создания, которого я про себя уже назвала кузнечиком за его невероятную прыгучесть, ничего хорошего нам не сулил, и моя догадка подтвердилась, когда мы услышали странный шум, идущий с верху. На пол посыпался песок и мелкие камешки, а затем с потолка этой пещеры вниз рухнуло что-то огромное и тяжелое. Скудные полосы света, струящегося откуда-то с потолка, разрезали пещеру на несколько частей, делая ее похожей на странную шахматную доску, где было больше черных квадратов. И в самом дальнем и самом темном секторе этой пещеры что-то зашевелилось. Я услышала отчетливые тяжелые шаги и невольно вскинула голову к потолку, заметив с удивлением, как из карманов вниз выглядывают чьи-то едва различимые лица. Шаги тем временем приближались и вот в полосу света, что падала на земляной пол, ступила нога. На вид самая простая мужская нога, только без малейших признаков обуви. Следом за ней появился и сам человек. В том, что перед нами был обычный, но только очень крупный, мужчина, сомневаться не приходилось. Это оказался огромный негр с длинными, как у гориллы руками и короткими курчавыми волосами одетый лишь в короткие бриджи, которые ранее были брюками, только кто-то неумело откромсал штанины ниже колена. Он приблизился и выпятив широкую волосатую грудь, произнес:

— Я Герра, хозяин этой ниши, а кто вы такие? — затем его взгляд переместился на меня, и я вздрогнула от того огня, что вспыхнул в их черной глубине, — Среди вас есть женщина? — вдруг удивился он и изменившийся тон его голоса мне о многом сказал.

— Есть, да не про тебя, дружок, — ответил Йорк и завел меня к себе за спину.

Герра благородного поступка не оценил и ощерился диким зверем, показав нам острые искусственно заточенные зубы.

— Так не пойдет! — сказал он, — Только появились здесь и пытаетесь права качать? Здесь главный Я и вы обязаны подчинится, иначе мы выгоним вас всех из нашей ниши, а там, за пределами, вы недолго проживете.

Я невольно спряталась за широкую спину капитана, уже почти забыв о том, что совсем недавно мечтала убить его собственными руками. Моих боевых навыков не хватит, чтобы противостоять этой громадине, нависавшей сейчас на добрую голову над Линкольном Йорком, который и сам был не маленького роста.

— Вас что не предупредили о правилах поведения в этой тюрьме? — спросил зло темнокожий мужчина, — Женщиной придется делится, у нас с ними напряженка, так что или сами отдадите, или отправитесь на корм здешним обитателям, а баба все равно останется с нами.

Я сжала зубы, напряженно вглядываясь в эту гору мускулов. Йорк покачал головой, стоял напротив хозяина ниши напряженный и собранный для атаки.

— Эта женщина моя, — сказал он, — И если ты хочешь ее получить, то сперва разберись со мной!

Я была удивлена, но молчала, поддерживая легенду, которая конечно же не могла спасти положение. Герра широко улыбнулся и внезапно, без каких-либо предупреждений напал на капитана. Меня отбросило назад. Мортимер успел отскочить в сторону, а я, упав на землю, перекатилась на бок и поспешно встала. Линкольн и эта громада сцепились прямо на полу. Герра придавил капитана своей увесистой тушей и сжал пальцы на его горле. Я дернулась было помочь, но чьи-то цепкие руки схватили меня и подняли вверх, хотя я пыталась вырваться. Существа, затащившие меня в одну из ниш, походили на того первого, длинноухого крикуна. Меня придавили к стенке животом, завели за спину руки, а когда я попыталась сопротивляться, один из ушастых ударил меня по спине, выбивая воздух из легких. Я склонилась вниз ловя воздух ртом и при этом, глядя на то, как Герра душит моего капитана и ничем не могла ему помочь. Но вот неожиданно Йорку удалось оторвать руки противника от своего горла. Он развел их в стороны и резко, пока хозяин ниши не успел что-то предпринять, ударил лбом в подбородок последнего. Удар получился такой силы, что Герры откинулась назад с противны хрустом, а капитан оттолкнув с себя обмякшие руки этого гориллы врезал ему по животу ногами. Герра отлетел назад и исчез в темноте. В тот же самый миг меня отпустили, и я снова могла дышать. Оглянувшись на странно притихших длинноухих я спрыгнула вниз и подскочила к Йорку.

— Быстро вы расправились с ним, сэр, — произнесла я, глядя на его красное лицо.

— Спасибо, — сипло ответил он и потер свою шею. Хозяин ниши едва не задушил его своими ручищами, подумалось мне, но я промолчала. В темноте зашевелилась туша по имени Герра. Я надеялась, что капитан сломал шею этому уроду, но как оказалось, мои надежды не оправдались. Герра выбрался из темноты, сверкнул в нашу сторону хищным оскалом, но больше не приближался, оценив силу противника. Длинноухое существо медленно приблизилось к нам, раболепно согнуло спину, зашипело:

— Я покажу вам свободную нишу в стене, — он бросил на капитана боязливый короткий взгляд, — Очень удобную нишу, не хуже, чем у Герры. Вы там поместитесь все трое, — и снова заискивающе склонился.

— Показывай, — только и сказал Йорк. Существо шмыгнуло вперед, напоминая худую крысу. Я успела заметить даже короткий хвост, мелькнувший в темноте.

— Идите за мной! — зашипело оно.

Мы не заставили себя долго ждать. Капитан пошел первым, мы с Мортимером следом.

Ниша, которую показал нам длинноухий, оказалась просторной и находилась на достаточной высоте над полом. Существо вскарабкалось на нее с завидным проворством, затем сбросило вниз веревочную лестницу, упавшую к ногам капитана. Линкольн потянул ее на себя. Проверяя прочность и быстро поднялся наверх. Мы остались ждать и когда его лицо появилось над нами, и капитан махнул рукой, призывая нас с доктором подняться наверх, я первая схватилась за веревки.

Йорк ждал меня в нише и протянул руки, чтобы помочь забраться в нишу, но я только покачала головой и перекинув ногу через край этого подобия гнезда, завалилась внутрь.

— Осторожнее с Геррой, — прошептал длинноухий, пока я осматривала новые владения. Повернув к нему голову, я свела брови.

— Что это значит? — спросила я. Капитан замер, прислушиваясь к нашему разговору.

— Он попытается отомстить, — ответило существо, — Твой мужчина нанес ему оскорбление, унизил. Герра так просто этого не оставит!

Я покосилась на капитана, который помогал Мортимеру. Мы встретились взглядами и Линкольн послал мне вежливую улыбку. Я ответила тем же.

— Как тебя зовут, — спросила я у длинноухого, который уже собирался выбраться из ниши. Существо замерло и обернулось ко мне, но кажется, даже не думало представляться.

— Мое имя Джоанна, — сказала я и в довершении всего прижала к груди ладонь. Существо поняло мой намек и повторив мой жест, ответило тихо.

— Никто никогда не спрашивает нас о нашем имени. Мое племя здесь просто слуги для таких как Герра.

— И все же? — мягко произнесла я, — Как тебя зовут?

— Сайлем, — прозвучал ответ и длинноухий спрыгнул вниз с легкостью кузнечика. Я проследила за тем, как он исчез в темноте, затем села прямо на пол, который к удивлению, не показался мне холодным. Тронув его рукой, почувствовала, что-то наподобие глины под своими пальцами. Мортимер, оглядывающийся по сторонам, заявил, что этот так называемый домик напоминает ему гнезда, которые вьют ласточки над морскими берегами у нас на Земле. Я невольно согласилась с этим определением. Место, на которое мы забрались оказалось подобием балкона. Дальше широкий проход, вырубленный прямо в скальной породе, вел в широкое помещение, которое очевидно, было в этой нише и спальней, и кухней и всем, что только может быть. Поднимаясь на ноги, я внезапно почувствовала невероятную усталость. Внутри ниши, когда глаза немного привыкли к темноте, я увидела очертания какого-то подобия кровати. Подошла поближе и нащупала вырезанное в камне ложе, которое тоже показалось мне теплым. Я устало села и откинулась назад, прислонившись спиной к стене.

— Мне кажется, что я выжат, как лимон, — прозвучал в темноте голос Джона.

— Я чувствую себя не лучше, — призналась я и увидела, что ко мне направляется капитан. Его силуэт я бы узнала из тысячи. Он сел рядом, настолько близко, что наши плечи соприкоснулись и я к своему удивлению, не отшатнулась, а даже позволила себе расслабится. Тепло мужского тела подействовало на мой усталый организм сильнее, чем снотворное, но я держалась изо всех сил, стараясь не уснуть, прежде чем не узнаю у капитана, какой тактики нам стоит придерживается. Насколько я понимала, он значительно помог мне, разобравшись сегодня с тем громилой, но что будет дальше? Я же не могу все время надеется на его опеку, да и слабой я себя не считала, хотя с таким, как Герра мне бы не удалось справиться один на один. Страшно было бы подумать, что могло произойти, попади я на Орегон одна.

— Не думаю, что этот хозяин сегодня к нам сунется, — произнес капитан, намекая на Герру, и обрывая ход моих мыслей, — Но все же будет лучше, если мы подежурим. Отдыхайте, я первый посторожу, — добавил он спокойно.

Я не стала возражать, доктор тоже воздержался от каких-либо слов. Скоро я услышала его тихое сопение. Мне тоже хотелось спать до рези в глазах. Подавив зевок я решила воспользоваться моментом, когда Мортимер нас не слышит и спросила:

— И как долго мы будем изображать пару, сэр?

— Ты что-то имеешь против, Кинг? — спросил он и в его голосе отчетливо проступила насмешка.

— Ничего, сэр, — ответила я.

— Тогда первым делом, перестань называть меня сэр, — произнес капитан, — Это как-то слишком официально для наших отношений, да я и не вижу в этом сейчас смысла. Называй меня по имени.

— Хорошо, — кивнула я и едва не прибавила привычное — сэр, но вовремя сдержалась. Глаза слипались и следующий зевок я позорно прикрыла ладонью.

— Спи, Джоан, — произнес он и внезапно сильные руки легли на мои плечи. Мужчина потянул меня вниз и буквально силой уложил мою голову на свои колени. Я хотела было возмутится, но потом решила, что так будет правильно, да и лежать на его ногах оказалось удобнее, чем подпирать затылком каменную стену. Уже засыпая я с тревогой думала о том, что вся моя ненависть к этому человеку испаряется как дым на ветру. Как такое могло произойти, спросила я у себя, но ответа не было. Или я просто слишком устала для ненависти?

— Вот выберемся из этой передряги, — подумала я, — Тогда и разберемся. А пока спать, Джоанна, — и я закрыла глаза.

Малис Эмбер стоял у окна, вид из которого открывался на пустынный двор перед зданием его тюрьмы. Он редко покидал свой просторный кабинет, но когда выходил, то не успокаивался, пока не обходил все здание, присматриваясь к своим заключенным. Невидимый всеми, он принимал разные облики и пробирался по главным нишам, слушая, запоминая, изучая. Некоторые экземпляры были ему интересны, других он просто обходил стороной, кого-то просто не замечал. Сейчас он находился на вершине одной из башен, в маленькой библиотеке, где директор хранил свои книги и записи, те, что когда-то вел от руки, не все доверяя компьютеру.

В тюрьме Орегона царило одно правило — здесь выживали только сильнейшие. Малис знал, что в его исправительное заведение попадают только те существа, которые обречены на гибель. Те, кто присылал их сюда заранее знали и даже надеялись на то, что больше никогда не увидят своих врагов и Малис мог им это обеспечить.

Тюрьма была разбита на множество секторов, которые здесь величались Нишами. В каждой нише был свой предводитель, именовавшийся ее Хозяином. Место Хозяина всегда было шатким, так как всегда мог найтись тот, кто претендовал на него, порой более сильный противники и тогда Малис Эмбер мог полюбоваться на порой красочные бои за право сильнейшего, которые чаще всего заканчивались гибелью одного из противников.

Сегодня он тоже видел бой и Малису не понравилось то, что новенький, вместо того, чтобы закрепить свое положение и победу убив прежнего Хозяина, оставил его в живых. Директор тюрьмы был немного разочарован, но догадывался, что так просто все в этом случае не закончится. Малис знал Хозяина ниши гуманоидов. Герра был подлым, сильным и жестоким. Настоящий Хозяин. Но самой его большой особенностью была неуемная гордость и Эмбер догадывался, что новеньким вскорости грозит столкнуться с большими проблемами, чем они могли бы предположить. Подлость Герры не имела границ, а в тюрьме Орегона была вседозволенность. Убей этот человек хоть всех жителей своей Ниши, Малис и слова бы ему не сказал.

Теперь же Герра не просто хотел обладать женщиной, которая пришла в его Нишу с другим, более сильным противником, чем попадались ему раньше. Женщин давно не было среди заключенных гуманоидов, но не это сейчас волновало ум Хозяина Ниши. Нет, Герра хотел отомстить капитану, посмевшему швырнуть его лицом об пол и таким образом пошатнувшего его влияние, а уж подлости и хитрости ему хватит.

Малису было интересно, чем закончится это противостояние. Директор знал, что если Герра нанесет свой удар исподтишка, то у него буде верный шанс одержать верх. В другом случае повторится то же, что случилось сегодня. Малиса бы устроил первый вариант. Человек звонивший ему с Земли ясно дал понять, что эти пленники, все трое должны погибнуть в самое ближайшее время. Директор не мог отказать одному из Глав Пяти, потому что сам находился под их властью. Вся его тюрьма принадлежала им. Сколько она повидала неугодных Правительству, Малис уже и не мог точно вспомнить. Они сменяли друг друга с завидной быстротой и ни один не вышел отсюда живым, когда проходил срок заключения. Ни один и так будет всегда.

Глубоко вдохнув холодный воздух, Эмбер проследил за заходящим солнцем. Вместе с его светом пропала и та крупица тепла, что давали его лучи. Второе солнце, казавшееся чуть больше крупной звезды, находилось слишком далеко, чтобы дарить свет и было слишком холодным, чтобы нести свое тепло.

Когда Малис отошел от окна, он увидел, как опустившийся на планету мороз затянул стекло в окне замысловатым узором. А затем опустились ставни, закрывая двор от взгляда директора. Он мелко задрожал. Вся его фигура словно пошла рябью. Тело менялось с невероятной быстротой и вот уже через какую-то неполную минуту у дверей, ведущих из библиотеки, стояла худая нескладная крысиная фигура длинноухого существа, которое называло себя Сайлем. Существо открыло двери и исчезло в темноте.

Я очнулась от того, что мне было жарко и грудь сдавливала какая-то тяжесть. Открыв глаза я повернула лицо в сторону и тут же удивленно приподнялась, когда увидела, что спала в обнимку с капитаном и более того, сама прижималась к нему спиной, а мужчина закинул на меня свою широкую ладонь, которая сейчас покоилась на моей груди.

Медленно пошевелилась, намереваясь высвободится из чужих объятий, как меня с силой притянули назад и еще крепче прижали к горячему телу.

— Не вставай, — услышала я голос Джона Мортимера сидевшего у прохода, — Дай капитану немного поспать. Он караулил нас всю ночь, а потом разбудил меня, чтобы я сменил его ненадолго.

Я нахмурилась.

— Почему не разбудили меня? — спросила я шепотом.

— Сама догадайся, — последовал ответ и эти слова дока только больше вывели меня из себя.

— Я такой же солдат, как и вы с капитаном и у меня есть обязанности! Я никому не позволю видеть во мне только женщину! — горячо зашептала я. За моей спиной зашевелился Йорк. Его рука переместилась на мою талию, посылая по всему моему телу странный приятный разряд. Увидев удивление на моем лице, Мортимер отчего-то улыбнулся, а я стала медленно выбираться из-под руки капитана Йорка, пытаясь не разбудить его, но это оказалось напрасным. Едва я села, как Линк открыл глаза.

— С добрым утром, — сказала я хмуро глядя ему в лицо.

— Судя по твоему виду, утро не такое уж и доброе, — ответил он.

Я отвернулась. Мортимер кивнул куда-то в глубину комнаты.

— Там уборная, — сказал он и добавил со смехом в голосе, — Даже себе не представляете, какая!

Я поднялась на ноги. Острое желание умыться и выпить воды не оставляло меня, когда я шагала в указанном направлении. Темнота сомкнулась за моей спиной, и я была вынуждена прикоснуться ладонью к стене и так продолжила идти, осторожно передвигая ногами. Как оказалось, к нашей так называемой спальне-гостиной примыкала еще одна комната. Длинная и узкая в конце которой, освещенный лучом, падающим в отверстие в потолке, находилась та самая уборная. Злая улыбка украсила мои губы, когда я увидела отверстие на полу, куда, как видимо и полагалось справлять нужду. Тюрьма нравилась мне все больше и больше. Сделав свои дела я заторопилась назад и к своему удивлению увидела, что в помещении мы уже не одни.

— Привет, — бросила я длинноухому, тому самому, что вчера нам показал это место для ночлега.

— Скоро завтрак, — ответил Сайлем, — Я вам покажу что и как…

Новость о том, что здесь все-таки кормят, намного приподняла мое угасшее настроение. Мысль о глотке свежей чистой воды напомнила мне о том, что я давно не пила и не ела, впрочем, как и мои спутники. И если без еды я могла бы обходится достаточное количество времени, то вода была просто необходима, как воздух. При мыслях о ней, мой рот и без того сухой, стал еще суше.

— Спускайтесь вниз и ждите меня, — скомандовал капитан и с усмешкой добавил, — А мне надо тоже пойти полюбоваться нашей уборной.

Сайлем первый слез с ниши, за ним последовали док и я. Оглядевшись, заметила, что в пещере стало намного светлее. Значит за пределами тюрьмы начался световой день. Когда к нам присоединился капитан, Сайлем повел нас в темноту, рассеченную лучами света, падающего сверху. Вокруг нас поднимались высокие стены с нишами действительно похожие на гнезда ласточек. Сайлем заметил мой любопытный взгляд, покачал длинноухой головой.

— Сколько ты уже здесь? — спросила я.

— Столько, сколько только помню себя, — ответил он.

— И что, ни разу не пытался бежать?

Длинноухий странно посмотрел мне в глаза и промолчал. Мы остановились перед высокой стеной, которая в отличии от стен, на которых ютились ниши, была металлическая и гладкая, уходящая под высокий потолок и терявшаяся в темноте.

— Здесь, — произнес наш спутник. Я почувствовала, что в темноте мы не одни. Все обитатели Ниши Гуманоидов стояли рядом. Я не видела их, но чувствовала чужое присутствие. Как оказалось, эта ниша была заполнена меньше всего. Это мне рассказал длинноухий, после того как из стены выдвинулись длинные полки с какими-то коробками. Сайлем схватил одну, мы последовали его примеру и буквально через секунду полка ушла обратно в стену, словно ее и не бывало, оставив после себя лишь идеально гладкую поверхность.

— Нам надо возвращается, — сказал наш проводник.

— Расскажи нам о тюрьме, — попросил капитан Йорк, глядя в глаза существа. Тот рассеяно заморгал и отвел взгляд. Затем поспешно кивнул и сказал:

— Хорошо. Но не здесь. Давайте возвращаться, — он повторялся, но никто не мог его за это винить. Интеллект ушастого был довольно высоким для его примитивного развития. Даже через чур, подумалось мне.

По пути в нашу обитель, пару раз мы пересекались с несколькими группами гуманоидов, живших в Нише, отдаленно напоминавших людей. Но всякий раз они бросались врассыпную, едва завидев нас троих и длинноухого идущего впереди.

Сайлем забрался наверх и привычно сбросил нам лестницу, сам же дождался, когда мы все поднимемся. Я нашла его в комнате. Существо сидело прямо на полу и что-то жевало, запуская время от времени руку в коробку. Я села на каменную кровать и открыла свой паек. Ничего особенного там я не обнаружила. Какие-то лепешки в пакете, пластиковая коробочка с чем-то отдаленно напоминавшие гречку и длинный металлический цилиндр с водой, на которую я набросилась первым делом.

— Не торопитесь! — предупредил меня длинноухий, — Эта вода вам дана до вечера! Больше не будет!

Я поперхнулась и поспешно отстранила цилиндр от губ.

— Рассказывай, — сказал Йорк, устроившись рядом с Сайлемом. Гуманоид чуть отсел, словно опасался капитана и вытер рот тыльной стороной ладони.

— Что именно интересует вас? — спросил он тихо, глядя куда-то мимо Линкольна.

Капитан не спешил есть. Он последовал моему примеру и только выпил немного воды. Я же даже рискнула попробовать одну из лепешек. Она оказалась совершенно безвкусной, но голод требовал свое и я заставила себя есть.

— Были попытки побега? — спросил Йорк у Сайлема. Длинноухий кивнул.

— Конечно и довольно часто.

— Я так понимаю, не успешные?

Сайлем снова кивнул.

— Иногда тем, кто сбежал удавалось вернутся, но в основном все погибали за пределами тюрьмы. Кто от хищников, кто от холода, — и добавил спокойно, — Отсюда нет выхода.

Я замерла, услышав эти слова. То же самое говорил нам и Директор, но странное дело, я услышала интонации Малиса в голосе существа.

— Выход всегда есть, — твердо сказал капитан.

Длинноухий попытался улыбнутся.

— Ворота тюрьмы всегда открыты. Стражи пропускают всех без проблем наружу, но вот чтобы вернутся обратно, желающим приходится постараться.

— Интересно, — вступил в разговор доктор Джон, — Получается, здоровье заключенных здесь никого не волнует? — спросил он.

Сайлем пригнулся и зашептал еле слышно, словно боялся, что ему могут услышать.

— Все, кто здесь находится — смертники. И вы и я в том числе. Мы когда-то помешали кому-то, перешли дорогу… Никто никогда не доживал до срока своего освобождения. Никто! — он вытаращил свои глаза, словно в подтверждение этих слов и закивал, отчего его уши смешно закачались, да вот только мне смешно не было.

Линкольн Йорк пристально посмотрел на ушастого, а затем неожиданно вскочил с пола, схватил его за шкирку и с силой встряхнул:

— Кто тебя подослал? Говори немедленно! Или ты думаешь, я поверю, что ты нам все рассказываешь и помогаешь от доброты душевной! — и он еще раз с силой встряхнув длинноухого, да так, что голова существа откинулась назад.

— Не надо! — крикнула я и поспешила на помощь Сайлему, — Отпустите его, сэр!

Длинноухий поднял свои тонкие и закрылся ими от разгневанного мужчины. Доктор Мортимер просто ел, спокойно глядя на происходящее. Кажется, я одна пыталась успокоить Йорка и его подозрения. В любом случае, Сайлем нам помог, без него мы бы не нашли так быстро свободную нишу и сегодня скорее всего пропустили бы завтрак, а это значит, лишились бы воды.

Капитан холодно взглянул на меня, но руку разжал и Сайлем с глухим шлепком приземлился на пол и тут же поспешно отполз в сторону, все также прикрывая свою голову руками.

— Я не предатель, — почти прокричал он и уже тише зашептал, — Я хочу отсюда уйти! Я думал, что вы те, кому удастся спастись с Орегона. Я хотел вам помочь, а потом попроситься с вами!

Не знаю, как капитан и док, а я ему верила. Хотела верить. Мне неожиданно стало жалко это существо, корчившееся на каменном полу.

— Я надеюсь, ты не врешь, — произнес Линкольн и сел на кровать.

— Не вру! — последовал ответ и смешные уши снова закачались, когда Сайлем закивал своей головой.

— Тогда расскажи мне о вашем директоре и об этом Хозяине Ниши, Герре, — приказал тоном, не терпящим возражений капитан Йорк.

— Расскажу все, что знаю, — поспешно затарахтел ушастый.

Глава 15.

Отто пришел в себя и обнаружил, что лежит на каком-то старом матрасе в заполненном помещении. Находящиеся здесь создания, казалось были собраны и привезены со всех уголков огромной Вселенной. В основном все рабы здесь, были мужскими особами, но Отто заметил и несколько женщин, хотя назвать женщинами этих самок с почти отсутствующей грудью, высоких, темнокожих и шестируких, у него вряд ли повернулся язык. На очнувшегося человека никто не обратил ни малейшего внимания, все существа занимались собственными делами и были заняты собственными мыслями. На всех, кто находился в этой комнате, красовались ошейники, подавляющие волю и Отто встав на четвереньки быстро ощупал собственное горло и не сдержал разочарованного рыка, когда его пальцы нашли холод металла, стягивающего шею. МакКиган сел, откинувшись головой назад, прижавшись спиной к стене. Его мысли скакали бешеным галопом. Седой прекрасно понимал, в какую передрягу попал. Сперва пираты, теперь рабство, но что самой важное и страшное — он потерял товар, предназначенный Уорду. А это означало только одно — теперь, даже если его работодатель и узнает, где и в каком положении находится его человек, он даже пальцем не пошевелит, чтобы помочь.

МакКиган прекрасно осознавал, что ждет его дальше. Сперва его купит какой-нибудь плантатор с маленькой затерянной во Вселенной планеты, где выращивают тростник или пряности, или, что еще хуже, отправят куда-то на рудники, а оттуда Отто уже вряд ли выйдет живым, да и кто будет жалеть раба? А в том, что его скоро купят, Отто не сомневался, потому что само его тело и подготовка говорили о том, что раб получится выносливый и сильный, а что еще надо хозяину?

— Проклятье, — простонал мужчина. Сидевший рядом, на расстоянии вытянутой руки получеловек с большой головой и странными выпученными глазами, покосился на него.

— Убери рыло, — зло бросил существу Отто. Тот в ответ зашипел, открыв узкий безгубый рот с россыпью зубов иголок. МакКиган не выдержал и со всей силы замахнувшись, нанес удар в лицо своего соседа. Большеголовый тот час вскочил и вцепился в горло Отто своими многочисленными пальцами. В помещении началась суматоха, пока двое дерущихся катались по полу, сбивая с ног всех, попадавшихся им на пути. Вскоре Отто уже оседлал своего противника и стал бить кулаками в лицо, превращая его в месиво, когда двери в комнату распахнулись и внутрь вошли трое с оружием в руках. Но они не спешили его применять, застыли молча глядя на происходящее избиение. При виде охраны, рабы разбежались по углам и в центре комнаты остались только Седой и его жертва.

Отто все еще методично бил по лицу большеголового, испытывая облегчение от того, что смог немного успокоить свои расшатанные нервы, пусть и подобным способом, как вдруг почувствовал сильную боль, пронзившую его голову. Руки МакКигана разжались, и он повалился на пол рядом со своим противником, обхватив руками голову и крича, словно безумный от разрывающей боли. Она прекратилась так же неожиданно, как и началась, а затем подошедший мужчина из охраны, рывком поднял Отто на ноги и вытолкал из комнаты, направив на него ствол оружия. Двое других осмотрели лежавшего на полу большеголового, затем переглянулись и взяв его за ноги, поволокли к дверям.

Едва те закрылись за их спинами, рабы медленно повыбрались из углов, переговариваясь и обмениваясь взглядами, но уже через несколько минут о произошедшем, казалось все забыли.

МакКигана привели к одиночной комнатушке, такой маленькой, что сидя на полу, он даже не мог полностью вытянуть ноги. Своеобразный изолятор для непокорных, подумалось ему, когда замок на двери щелкнул, отрезая Отто от всего мира. В ту же самую минуту погас с свет, оставив Седого в полной темноте.

МакКиган сполз на пол и закрыл глаза. Его будущее рисовалось ему в совсем не радужных красках. Быть рабом Отто не желал. Купивший его еще пожалеет о своем приобретении, подумал Седой и забылся в тревожном сне.

Несколько дней, проведенных в тюрьме позволили нам немного освоится, а помощь длинноухого Сайлема оказалась просто неоценимой. Он рассказал нам все, что знал о здании тюрьмы и теперь мы могли оценить ситуацию и начать строить планы побега. Никто из нас не собирался оставаться здесь, хотя за все эти дни инцидентов больше не было. Все это время капитан Йорк только и думал о том, как выбраться отсюда с меньшими потерями для всех нас. Своими планами он пока не делился ни со мной, ни с доктором, а мы старались ему не докучать. Я была твердо уверена только в том, что побег не минуем. В том, что за пределам тюрьмы едва ли было лучше, никто из нас не сомневался, но Сайлем успел нашептать, что директор нас обманул и на планете все же была одна станция и даже корабль, с помощью которого мы могли попытаться выбраться с Орегона. Именно эта мысль и идея грела всех нас, а произошедший вскоре инцидент только подтолкнул всех к той мысли, что затишье было временным.

В один из дней мы отправились с Мортимером в сопровождении Сайлема к стене, взять коробки с ужином для себя и капитана, оставшегося в нише и что-то мастерившего из найденного куска металла. Так как ничего значимого с нами не происходило, мы глупо позволили себе расслабится. Уже стоя у стены с коробками в руках, я увидела, как к нам из темноты направляются трое огромных гуманоидов, имевших отдаленное сходство с человеком. Во главе этой тройки шествовал сам Герра. Он довольно улыбался, заметив, что с нами нет нашего капитана, самого сильного из нас. Глядя на приближающиеся фигуры, я невольно попятилась назад, опустила коробку на пол и стала ждать. Доктор Джон последовал моему примеру, а Сайлем внезапно сорвался с места и метнулся в сторону, поскуливая, как подбитая собака. Ни один из громил Герры даже не посмотрели в сторону удаляющегося ушастого, продолжая подходить к нам. Я проводила Сайлема понимающим взглядом, помочь это создание нам ничем не могло, хотя осадок от его бегства все же остался на душе, затем посмотрела на остановившегося в паре шагов от меня Герру. Гадкая ухмылка на его лице и то, как он посмотрел на меня, ничего хорошего не предвещали.

Док вышел вперед, пытаясь закрыть меня от Хозяина Ниши, но я только покачала головой, считая, что моя подготовка была все же лучше, чем у него. В конце концов его уделом было лечить, а я считалась солдатом, вот только Джон на мой кивок даже не обратил внимания, по-прежнему закрывая меня своим телом от этих здоровяков.

Все трое были как на подбор, одинаковые крепкие фигуры и лица с выражением предстоящего веселья. Они не сомневались, что теперь то уж отыграются на нас, а глаза Герры еще и обещали мне все райские удовольствия от его объятий. Только вот я была сильно против.

— Не трогайте нас, — произнесла я тихо, но твердо. Голос к моему удовольствию и гордости, даже не вздрогнул, хотя внутри все похолодело от ужаса.

— И кто же нам помешает, — спросил Герра, сократив расстояние между нами еще на пол шага, так что я видела его горящие злобой и похотью глаза, - Твой дружок, как я погляжу, плохо присматривает за тобой. Отпустил такую красотку одну…

Он легко, словно тряпичную куклу отшвырнул Мортимера в руки своих дружков, а сам рванул на меня. Я только и услышала крик Джона, предназначавшийся мне — Беги, как следом последовал удар одного из громил и стон дока. Я думала не долго, прежде чем побежала вдоль стены, понимая с горечью, что не могу помочь ничем Джону. Мне с одним Геррой вряд ли удастся справиться, что уж там говорить про еще двух здоровяков. Будь у меня хоть какое-то оружие, я бы еще попыталась, а так, единственный шанс — убежать к нашей нише, туда, где Йорк. Сама того не ведая, я стремилась к нему, зная, что только он защитит. И когда это я только успела так поменять о нем свое мнение?

Но мой преследователь знал, куда я побегу, потому что всячески направлял меня в сторону и скоро я поняла, что попала куда-то, где еще ни разу не была. Не знаю, сколько продолжалась эта погоня, может минуту, может час, время для меня слилось в одно единственное действие и один момент, когда я спасала свою жизнь. Когда вокруг сгустилась тьма, я замедлила бег и быстро оглядевшись по сторонам, метнулась туда, где мне казалось царила беспроглядная чернота и я надеялась, что Герра не сможет там меня разглядеть. Я поняла, что сделала ошибку, только когда одна моя нога встала на что-то твердое, а вторая разрезала темноту, и я забалансировала взмахнув руками, едва устояв на месте.

Когда мне удалось замереть и выровнять положение тела, я осторожно опустила ногу перед первой и легла на пол. Руки нащупали только тонкую полосу железной широкой балки. Тогда я вытянула руки в стороны и почувствовав вокруг себя только пустоту замерла от ужаса, понимая, что сделай я всего лишь шаг в сторону…Сердце пропустило удар. Я не знала, что там подо мной, глубокая пропасть или всего простая яма, да и узнавать как-то сильно не хотелось. Прощупав путь впереди я медленно поползла. За спиной раздались осторожные шаги. В том, что это Герра, я не сомневалась ни секунды. Желая ему оступиться и провалиться вниз, я замерла, боясь даже малейшим шорохом выдать свое местоположение.

Хозяин Ниши очевидно знал о том, что находится впереди, потому что остановился прямо за моей спиной. Его голос зазвучал в темноте как скрип не смазанной двери.

— Где ты? — тихо и зловеще, — Возвращайся, дура. Мы зашли слишком далеко. Это уже чужие владения!

Я молчала, хотя от его слов мне отчего-то стало еще страшнее. Возможно, потому что из его голоса исчезла былая самоуверенность. Герра знал где мы находились и это знание его даже не тревожило. Оно его пугало.

— Выходи, или я возвращаюсь один! — прошептал он.

Я даже не подумала двинуться с места и только плотнее прижалась к балке.

— Ну и пропадай, идиотка! — я услышала тихие шаги, он удалялся от места где находилась я, но не прошло и минуты, как я услышала его громкий крик. Подняв голову, оглянулась назад и успела заметить яркую вспышку, словно в темноте загорелось одновременно несколько красных фонарей, затем увидела Герру и напротив него застывшее чудовище с огромной пастью, похожее на льва мутанта. Одна секунда, я успела только испуганно моргнуть, как тварь прыгнула на Хозяина Ниши и схватила его поперек туловища. Герра истошно завопил от боли и стал бить своими огромными кулаками по морде чудовища, но оно только сильнее сжало челюсти и крик тотчас затих, а я задрожав, прижалась лицом к балке. Тварь развернулась в мою сторону. Балка содрогнулась, когда монстр с добычей в руках пробежал по ней с ловкостью акробата и просто чудом не наступил на меня, но своим хвостом оно сбило меня вниз. Я едва успела схватится руками за балку и повисла над пропастью, взбивая ногами пустоту.

Когда огни исчезли, растворившись в темноте, я стала пытаться взобраться обратно, но пальцы скользили, и я начала паниковать. Тварь могла вернуться, а тут я, как закуска, после Герры, беспомощная и слабая.

Напрягая последние силы, я потянулась, но тут же соскользнула вниз. Одна рука оторвалась от балки, я отчаянно взмахнула ею в тщетной попытке уцепится. Сипло выругалась.

— Кажется, тебе конец, Джоанна Кинг, — пронеслась страшная мысль в голове, прежде чем пальцы на второй руке разжались. Как же много я себе продумала за ту долю секунды, когда уже решила, что пора прощаться с жизнью, в следующий момент чья-то сильная рука схватила мою кисть. В плече резко отдало болью, и я вскрикнула, а затем увидела склонившееся надо мной лицо.

— Не отпускай меня! — произнесла я с трудом, барахтая ногами в воздухе.

— Никогда не отпущу, — ответил Линкольн Йорк и подтянул меня наверх.

Мы вместе упали на землю. Я оказалась сверху, но тут же поспешно перекатилась в сторону, заметив длинноухого, застывшего буквально в шаге от нас. Капитан проворно вскочил на ноги и помог подняться мне. Я все еще тяжело дышала, словно после долгого бега с препятствиями, хотя всего лишь несколько минут висела над пропастью. Капитан неожиданно притянул меня к своей груди, сжал крепкими руками с такой силой, что кажется, даже мои кости затрещали. Я была несколько удивлена этим его порывом и почувствовав тепло его рук захотела прижаться еще сильнее, стать еще ближе, а потом вспомнила про Джона и мои мысли потекли в другом направлении.

— Где Мортимер? — спросила я, — Что с ним?

— Он ранен, — ответил Йорк, он не спешил меня отпускать, — Но мне пришлось его оставить там у стены, потому что я спешил за тобой…

— А как вы нашли меня?

Капитан кивнул на ушастого.

— Он оказывается еще та ищейка. Интересное создание!

— Надо уходить! — зашептал Сайлем еле слышно, — Морт может вернуться!

Спрашивать, что это за такой морт не имело смысла, я прекрасно понимала, о чем шепчет ушастый. Встречаться еще раз с тем чудовищем, которое утащило Герру, мне никак не хотелось, а мои спутники кажется тоже разделяли мои мысли.

— Бежим! — зашипел Сайлем с паникой в голосе, и я не сдержалась, оглянулась назад. Красное свечение возобновилось и приближалось к нам со стремительной скоростью. Морт летел по тонкому железному мосту балке через огромную пропасть. Сайлем первым сорвался с места на бег, мы рванули следом. Я не позволяла себе оглянутся, хотя каждую секунду ожидала боли и того, что настигнувший нас монстр хватает меня поперек туловища, как проделал это совсем недавно с беднягой Геррой.

Стараясь не потерять из виду нашего длинноухого друга, мы неслись на предельной скорости. Линкольн при этом держался позади меня, хотя мог в любой момент обогнать, но предпочитал прикрывать мой тыл. А вот Сайлем на удивление двигался очень проворно. Я увидела впереди прорезавшийся свет. Там, скорее всего находилась наша ниша, но до нее было слишком далеко, а я чувствовала себя выдохшейся после всего произошедшего. Ноги как-то сами подвернулись, и я полетела вперед, да вот только Йорк не дал мне упасть. Подхватив меня на руки он резко перекинул меня через свое плечо и прибавил скорости. Даже в минуту опасности, грозившей нам, я не могла не удивится его выносливости. Болтаясь на мужском плече я ухитрилась обернутся назад и увидела, что морт почти рядом. Существо присело в заключительном прыжке, когда мы ввалились в границу нашей ниши. Морт же словно ударился о незримую преграду. Я услышала яростный вой и скрежет когтей. Чудовище еще несколько раз с силой ударилось о непонятную прозрачную стену, а потом зло зарычало и взмахнув хвостом, прыгнуло в темноту, понимая, что добыча ушла из-под самого носа.

Капитан поставил меня на землю, вытер вспотевший лоб. Сайлем подобрался ближе к нам и поманил за собой.

— Надо уходить, — сказал он, — Не стоит тут находится.

— Почему он не прошел сюда? — спросила я.

— Ограничитель, — просто пояснил длинноухий, — Если бы его не было, морт пожрал бы всех заключенных!

— А разве не этого добивается ваш директор? — спросила я.

Сайлем странно посмотрел на меня и промолчал. Я же решила больше не мучить его вопросами, на которые наш ушастый друг не знает ответов. Я была ему благодарна, за то, что не бросил нас тогда у стены, а побежал к Йорку за помощью. Не ожидала подобного от такого трусливого на вид создания. Я повернулась к Линкольну. Тот смотрел на меня каким-то странным взглядом. Желание подойти к нему и поблагодарить пропало, когда он отвернулся от меня с видимым равнодушием. Но я все равно произнесла: Спасибо, — стараясь вложить в свои слова всю свою искренность, на которую была способна.

— Идем за Джоном, — только и произнес он в ответ на мою благодарность.

Сайлем оглянулся на нас двоих. Посмотрел заинтересованно, а потом поспешил вперед, показывая дорогу.

Когда мы нашли Джона, тот сидел, прислонившись спиной к стене и пытался перевязать себе плечо. Я увидела, что одна нога его сильно повреждена. Через клок ткани, которым док перемотал рану, сочилась кровь. Я опустилась перед ним на корточки и встретившись с доком взглядом, только улыбнулась. Мортимер позволил мне закончить перевязку, а затем поднялся на ноги с помощью капитана и все вместе мы поковыляли в сторону нашей ниши, подобрав свои коробки с едой. Забираться в это гнездо Джону было тяжело и если бы не помощь Сайлеса и Йорка, вряд ли мне одной удалось бы его туда поднять. Уложив Джона на каменную кровать, я сбросила с себя куртку и укрыла ею Мортимера. Потерявший много крови мужчина стал засыпать, даже не поев. Лишь пригубил воды из цилиндра и сонно моргнув, повалился спать.

Сайлем тоже покинул нас. Ускользнул вниз не попрощавшись, но я была настолько усталой, что едва ли обратила на это внимания. Заставив себя поесть тех же пресных лепешек и запив все это водой, я легла на вторую свободную кровать и съёжившись, обхватила себя за плечи руками. Дремота плавно перешла в сон, тяжелый и черный, в котором я все еще убегала от Герры и появившийся на моем пути монстр хватал вовсе не моего преследователя, а меня.

Дернувшись, я проснулась и тут же почувствовала, как твердая рука возвращает меня обратно, прижимает к теплому телу, лежащему за моей спиной. Мы в точности повторяли каждый изгиб. Я не пыталась отдалиться и только сильнее вжалась в объятия капитана.

— Спи, — сказал мне прямо в ухо Йорк.

— Спасибо, — шепнула я в ответ. Мне хотелось, чтобы он понял, что для меня значил его поступок. Мужчина промолчал и тогда я добавила нерешительно, — За то, что спас! — а сама отчего-то вспомнила его слова, те самые, что он произнес, когда поймал меня за руку, удержав от падения в бездну:

— Никогда не отпущу! — мне хотелось верить, что в них был двойной смысл. Очень хотелось. И как только я могла раньше его ненавидеть? Сейчас я не верила в то, что это Ястребы расправились с моей семьей. Нет, только не они! Скорее всего это были люди Уорда…или просто я пыталась найти оправдание мужчине, которого стала не просто уважать?

Капитан положил руку на мою талию и мои мысли тут же разлетелись испуганной стаей. Линкольн сильнее обнял меня и уснул, зарывшись носом в мои волосы. От его дыхания по моей спине пробежали мурашки, а щеки отчего-то обдало жаром.

Чтобы отвлечься, я бросила взгляд на лежащего напротив доктора Мортимера. Он спокойно спал, и я решила последовать его примеру.

Чарльз Уорд был зол. Он мерил широкими шагами свой просторный кабинет и не стесняясь выражений, высказывался о том, чего достоин Отто МакКиган и все его предки и будущие потомки. Уорд был зол. Такие ценные документы, которые были нужны ему просто позарез, теперь были потеряны, но что хуже всего, они находились сейчас неизвестно где!

Когда Чарльз получил донесение, что модуль, на котором Отто вез на Землю документы с Хрона, пропал и связь с ним потеряна, Уорд все еще надеялся, что это какие-то неполадки. Но когда спустя неделю с модуля так и не поступило никаких сигналов, а после оказалось, что он нашелся, только теперь принадлежал одному из плантаторов, купивших корабль на черном рынке на Тагире, Уорд понял, что сбылись его самые страшные опасения — модуль, на котором Седой летел к Земле, был захвачен пиратами, а это означало только одно — коробка находилась в руках некомпетентных людей и у Чарльза появились большие проблемы.

Собираясь с духом, он все же решил позвонить сам и доложить остальным о произошедшем инциденте. Как Чарльз и ожидал, негодование Глав было велико. О стоял, глядя на их изображения, сидящие в креслах за столом его личного кабинета и слушал их язвительные замечания и угрозы, а затем просто ответил:

— Я найду эту коробку, — произнес он решительно, — Даже не сомневайтесь.

— Главы замолчали. Все четверо уставились на него, затем Старший Глава проговорил:

— Я очень на это надеюсь, иначе у всех нас могут быть большие неприятности и Вам, Чарльз, как Пятому Главе это известно, как никому другому.

Уорд склонил голову выражая свое почтение Главам.

— Я больше вас не подведу, — сказал он.

— Надеюсь, — ответил Старший Глава и отключил связь. Его изображение зарябило и исчезло. Следом отключились остальные и Чарльз Уорд остался один. Он налил себе стакан чистой воды, опрокинул его в горло и с шумом поставил на гладкую поверхность стола.

Уорд не собирался помогать Отто. Тот не оправдал его надежд, так что теперь, решил Чарльз, пусть разбирается сам. У него и без Седого теперь хватало проблем и уж точно, более важных, чем судьба какого-то там телохранителя.

Глава 16.

Мортимеру стало плохо на утро следующего дня. Приложив ладонь к его лбу, я почувствовала сильный жар. На щеках мужчины алел румянец, различимый даже в полумраке нашего пристанища. Он был в сознании, но выглядел так, словно в каждую минуту может отключиться. Вся наша вода ушла на раненого, а ушастый Сайлем только покачал головой, глядя на нашего товарища.

— Плохо, — сказал он.

— Я и сама вижу, — ответила я, сидя рядом с доком. Хуже всего было то, что у нас не было ничего, что могло бы помочь Джону, даже воды в достатке. Мы с Йорком едва сделали по глотку, а все остальное ушло для Мортимера.

— Что делать? — спросила я, повернув голову к Линкольну, который не отводил тяжелого взгляда от Джона. Док силился улыбнуться и бодрился из последних сил, но видно одна из ран воспалилась, а может даже и все. Даже в уборную ему пришлось вместе с Йорком, который поддерживал его почти взвалив себе на плечо.

Когда они вышли, я посмотрела на Сайлеса. Длинноухий помощник покосился в сторону, куда ушли мужчины и сказал:

— Ты можешь попросить лекарство для своего друга у директора! — произнес он фразу еле слышно, словно опасался, чтобы мои друзья не услышали его слов.

Я вспомнила то существо с зеркальным лицом и меня отчего-то передернуло.

— Ты думаешь, он даст мне, то что я попрошу? — спросила я и усмехнулась, — Вряд ли!

— Но попробовать стоит! Я думаю, тебе он не откажет! — загадочно проговорил Сайлем, — Ваш друг может умереть… — он резко замолчал и отошел от меня. В проходе появились мужчины. Линкольн помог Мортимеру лечь на кровать, бросил на меня тревожный взгляд. Джон проследил за ним и произнес:

— Не надо так переглядываться, я и так знаю, что со мной все плохо. Я ведь все-таки врач. Это заражение…и вы ничем мне помочь не можете.

Я увидела, как лицо Йорка приобретает привычное каменное выражение. Он всегда становился таким, когда понимал, что бессилен что-то сделать. Проявление чувств у этого мужчины было таким же редким явлением, как снег в пустыне. Сайлем привлек мое внимание, поманив меня незаметно за собой к выходу из ниши. Я пошла за ним. Перед тем, как спрыгнуть вниз, длинноухий оглянулся на меня и я склонилась к его лицу.

— Ночью, если хочешь, я помогу тебе встретиться с директором, — сказал он, — Только твой мужчина не должен об этом знать. Он не отпустит тебя.

— Йорк не мой мужчина! — хотела было возразить я, но вспомнила, что мы договорились с капитаном изображать на Орегоне пару. Как бы не доверяла я Сайлему, обсуждать с ним эту тему была не намерена. Потому просто сказала:

— Хорошо. Где мы встретимся?

Ушастый улыбнулся.

— Я сам приду за тобой ночью, когда твой мужчина уснет. Только выйди и выгляни вниз.

Я не успела дать свой ответ, как длинноухий легко перелез вниз и оказался на земле. Мне оставалось только втянуть назад лестницу и вернутся обратно к мужчинам. К моему удивлению, Мортимер снова спал, или находился в беспамятстве, а капитан, сидевший напротив, смотрел на него, сжимая в кулаки свои руки. Я медленно подошла к нему, и сама не знаю почему, положила свои ладони на его широкие плечи. Меня словно магнитом тянуло к этому мужчине и противится этому притяжению не было сил. Линкольн медленно поднял глаза и наши взгляды встретились. Его кулаки разжались, и я почувствовала, как теплые ладони понимаются по моим бедрам, а затем обхватывают мою талию. Глаза капитана выжидающе смотрели на меня. Его лицо немного расслабилось и черты стали мягче, отчего он сам словно стал казаться еще моложе. Мужские руки продолжили свой путь и поднялись еще выше по моей спине, а я сама зачем-то обняла его за шею. Йорк тяжело вздохнул и уткнулся лицом в мой живот.

Сиплый стон доктора заставил меня отскочить от Йорка. Я испуганно оглянулась на Джона, но тот спал, мучаясь в горячке. Линкольн посмотрел на меня с усмешкой, словно укорял за мою трусость, а я молча радовалась тому, что сумела отвлечься от своего внезапного порыва. Кажется, еще момент, и я бы сама потянулась за поцелуем к своему капитану. Что бы он обо мне подумал, да и что уже думает?

Покраснев, я отвернулась от Йорка и опустилась на колени перед Мортимером. Ладонь обожгло нестерпимым жаром и весь мой любовный запал тот час смело рукой. Я оглянулась на капитана.

— Джону хуже! — сказала я. Но Линкольн видел это и без моих слов. Самое страшное заключалось в том, что мы не могли ничем помочь своему другу и нас оставалось только смотреть на то, как инфекция убивает его.

Для себя я уже твердо решила, что этой ночью воспользуюсь советом Сайлема.

Я должна была попытаться помочь Мортимеру. Не могла не попытаться.

На Тагир 'Рассвет Империи' прибыл перед самым закатом. Хиггинсу удалось договориться с одной из станций, которые имели возможность укрывать беглецов и тех, кого разыскивали как сами пираты, так и Власти Пяти Глав. На поиски нужного человека ушло много времени, но наконец, Элайджа сказал, что доступ на Тагир им открыт, и команда приготовилась к спуску. Все это время они кружили у орбиты, при этом стараясь не попадаться в поле зрения поисковиков, запущенных с планеты, для чего им приходилось постоянно менять свое место положение, перемещаясь вдоль Тагира.

Станция, на которой приземлился 'Рассвет' находилась под землей. Круглый шлюз раскрылся прямо под кораблем, позволив тому опуститься вниз и так же спокойно закрылся, оставив после себя зеленую поляну с россыпью мелких кустарников.

Когда десантники вышли из корабля, оставив на борту только двоих Ястребов, то увидели, что находятся на широкой площадке, освещенной множеством ярких огней. Навстречу им направлялся высокий поджарый мужчина в черном кожаном костюме и в темном берете, надвинутом набок. Вдалеке у спуска с посадочной платформы стояла группа вооруженных людей, которые ожидали действий своего главаря. У мужчины, шедшего к Ястребам, были хищные резкие черты лица и тяжелый квадратный подбородок.

— Не думал, что снова увижу вас на Тагире, — произнес он, вместо приветствия, остановившись в нескольких шагах от команды, — Что привело вас на нашу планету? Мне напомнить, или кто-то из вас подзабыл, что вам тут не особо рады. И, кстати, почему я не вижу среди вас нашего дорогого капитана?

Кристиан Лисс выступил вперед, взяв на себе обязанности переговоров с пиратом, как старший по званию и просто как человек, который был знаком с местными порядками более, чем остальные.

— Послушай, Хью, — начал Кристиан, — У тебя есть возможность заслужить нашу благодарность, а ты сам прекрасно знаешь, что она дорогого стоит.

Мужчина в черном задумчиво оглядел собеседника.

— Знаю, — ответил он после минутного молчания.

— Мы ведь уже имели с тобой дело, — продолжил Кристиан, — И теперь нам нужна твоя помощь.

— Что вам надо? — спросил сухо Хью.

— Самую малость, — сказала за капрала Маркес и вышла вперед. Кристиан смерил ее долгим взглядом, но ничего не сказал, хотя она влезла в его разговор.

— Судя по тону твоей пташки, это не такая уж и малость! — усмехнулся Хью.

— Может переговорим в более удобном месте? — поинтересовался Лисс.

— Хорошо, — ответил Хью, только не тащи с собой всю компанию. Вы можете привлечь слишком много ненужного внимания к себе, а я пока расскажу вам кое какие интересные новости, касающиеся вашего корабля.

Брови Лисса взлетели вверх, но он промолчал и махнул рукой, подзывая к себе Маркес и Дэвида.

— Остальные на борт, — приказал он, — И ждите нашего возвращения.

Хью обманчиво мягко улыбнулся и пригласил всех троих следовать за собой.

Прямо от платформы Хью в сопровождении своих людей провел капрала и его команду в темный холодный тоннель, освещенный только рядом ламп, идущих вдоль стены. Шли молча. Хью только поглядывал на Ани, что вызывало у нее непонятное раздражение. Женщина тяжело сопела, положив руку на переклад своего оружия, поглядывая при этом на пирата и кривила губы, тогда как он посылал ей самые дружелюбные улыбки, понимая, что именно это ее и раздражает больше всего.

Но вот тоннель закончился. Кристиан и Хью вышли первыми в огромное помещение высотой в несколько десятков метров. Маркес, следующая за ними, запрокинула голову и увидела синее небо в круглом отверстии над подземным городом. Мимо пролетел маленький одноместный флаейр, за ним последовали еще несколько, похожие на гигантских птиц, они поднимались к небу и исчезали, вылетев за пределы видимости.

Хью направился к одному из невысоких домов, над входом которого пестрела яркая барная вывеска. Маркес усмехнулась и перекинула оружие за спину, оставив свободными руки. Дэвид на удивление молчал и только присвистнул, глядя на великолепие окружавшего их города. Подземные дома были невысокими большей частью нежилыми. Помещения использовались под казино и магазины. Глаза Войса разгорелись, когда он увидел стайку девушек в ярких платьях, зазывно виляющих бедрами, прохаживающихся вдоль одного из домов с яркой вывеской гигантской обнаженной женщины, с которой, благодаря освещению, медленно спадала одежда. Когда красотка оказывалась в чем мать родила, действие прокручивалось заново.

Заметив взгляд Дэвида, устремленный на дам самой древней профессии, Маркес с силой поддала ему по шее и толкнула перед собой.

— Не отвлекайся, — буркнула она, на что Войс только презрительно фыркнул:

— Ревнуешь, крошка? — пошутил он и получил еще один подзатыльник.

— Еще чего, размечтался, — бросила Ана и почти затолкала друга в двери следом за Кристианом и тут же удивленно раскрыла глаза. Маркес думала, что окажется в казино или баре, но внутри здания царила тишина и обстановка была изысканной, но простой. Не разуваясь Хью провел своих гостей в большую гостиную и велел располагаться на белоснежных кожаных диванах. Комната представляла собой обычное холостятское жилище, без прикрас и даже мебель была выдержана в холодных мужских тонах. Люди Хью разошлись по углам, один остался при своем главаре, внимательно поглядывая на гостей и не отрывая пальцев со спускового крючка на оружии. Маркес заметила, что и остальные его приспешники не теряли бдительности.

— Присаживайтесь, — Хью сделал широкий жест, указывая на диваны. Гости уселись. Вышедшая встречать своего хозяина пожилая женщина с желтоватым оттенком кожи и чешуйками на лбу и щеках, поспешила на кухню готовить кофе и уже через несколько минут на маленьком черном столике стояли дымящиеся чашки и сахарница.

— Вот теперь можно и поговорить, — сказал пират.

В Нише была ночь. Серые сумерки казалось наполнили сам воздух тяжелой, влажной тишиной. Я слышала тяжелое дыхание Мортимера, доносившееся с противоположной кровати. Дыхание, в котором стали слышаться странные хрипы, словно ему было тяжело дышать. Ночью его начало морозить, и мы с Йорком укутали нашего доктора во все, что только смогли. Я разделась до легкой майки, капитан же остался в одних штанах, но Джона несмотря на то, что в Нише было достаточно тепло, и мы его укрыли, все равно сильно морозило. Стараясь не смотреть на полуобнаженного мужчину, находившегося рядом со мной, я легла рядом с доктором и обхватив его руками, прижалась всем телом, стараясь согреть его своим теплом.

Не знаю, помогло ли именно это, или просто температура достигла своего предела, но вскоре док перестал трястись и забылся в глубоком сне, покрывшись потом. Теперь я только мешала ему. Поднявшись с кровати, где лежал Джон, я обхватила себя руками. После жара его тела мне неожиданно стало холодно.

— Как он? — спросил меня Йорк, лежавший на второй каменной кровати, что находилась напротив.

— Горит, — ответила я, приложив ладонь к пылающему лбу доктора, а сама при этом почувствовала сильный озноб, или это откуда-то потянуло сквозняком?

— Давай спать, — произнес капитан и поманил меня к себе. Я взглянула на его голый торс и почувствовала, что краснею, как девчонка, но поблагодарив полумрак, скрывший мое лицо, все же приблизилась и легла рядом с капитаном. Его тело обжигало мою кожу даже сквозь тонкую ткань майки, а когда Линкольн положил свою руку на мое бедро, уже таким привычным для меня жестом, я отчего-то едва не подпрыгнула на месте, вздрогнув всем телом и немного отодвинулась, устроившись на самом краю.

— Спокойной ночи, — произнесла я сиплым голосом.

— Спокойных снов, Кинг, — ответил он спокойно и уже через несколько минут я услышала его ровное дыхание за своей спиной. Капитан больше не пытался прикоснуться ко мне, что одновременно радовало и огорчало меня. Я лежала без сна, прислушиваясь к дыханию своих спутников, затем, убедившись, что оба крепко спят, стала осторожно подниматься, намереваясь встать с кровати, как вдруг рука капитана обхватила мое запястье. Я застыла на месте, затем медленно посмотрела на мужчину.

— Ты куда? — спросил он сквозь сон.

— В уборную, — солгала я и он тот час разжал захват, продолжая спать дальше. Не сдержавшись, я протянула руку и нежно коснулась лица капитана, чувствуя всю его усталость, накопившуюся за эти дни. Лицо мужчины дрогнуло, разгладилось. Йорк что-то тихо произнес, мне даже показалось, что он позвал меня по имени, но затем все стихло. Его усталость дала о себе знать, и я даже порадовалась тому, что Линкольн наконец-то выспится. Сама же на цыпочках прокралась к выходу из гнезда и взглянула вниз. Под нишей никого не оказалось, и я уже было подумала, что Сайлем решил не приходить, а возможно, ему даже что-то помешало прийти, как увидела темный силуэт метнувшийся в сторону нашей обители. А затем тихий, едва различимый голос позвал меня по имени. Не мешкая, перебросила вниз лестницу и быстро соскользнула вниз. Ушастый подхватил меня у самой земли, дал приземлиться плавно и без лишнего шума, а затем в несколько бросков, забросил лестницу обратно в нишу и шагнул в темноту.

— Идем, у нас мало времени, — сказал он тихо.

— С чего ты только взял, что директор станет со мной разговаривать? — спросила я, но Сайлем снова проигнорировал мой вопрос, как и несколько предыдущих. Я заметила, что он избегает прямых ответов на те вопросы, которые могли пролить свет на его статус на Орегоне. Он не был предельно откровенен ни с кем из нас и я не могла полностью доверять ему, хотя он уже несколько раз пытался доказать нам свою верность. И иногда я думала о том, что длинноухий все же имеет право на что-то личное, хотя это что-то меня и настораживало. Но сейчас решался вопрос о жизни моего товарища, друга, потому я безропотно шагала за Сайлемом и разглядывала темноту, обступившую нас со всех сторон. Мне не переставало казаться, что где-то там затаились страшные чудовища, которые только и ждут удобного случая, чтобы набросится на меня со спины. После встречи с мортом, я начала боятся темноты и всего, что она могла скрывать от глаз.

Но каково было мое удивление, когда мы вышли к тому самому месту, куда нас впервые привел Страж и где состоялась самая первая стычка Линка с Геррой. Сайлем остановился у прохода в Нишу и пропустил меня вперед. Я увидела, что меня уже ждут.

— Это ты просила о встрече с Директором Эмбером? — спросил Агрилл, возвышаясь надо мной во всю высоту своего роста. Посох в его руке замерцал матовым синим цветом. Я не успела даже ответить, когда Страж продолжил, — Малис Эмбер согласен принят тебя. Следуй за мной!

Я бросила взгляд на Сайлема, оставшегося ждать меня у прохода, а сама припустила за паукообразным воином, стараясь не потерять его из виду, догадываясь, что при нем никто не осмелится напасть на меня. Не знаю, какие Ниши мы проходили, направляясь к той бесконечной лестнице, но пару раз я заметила нелицеприятные силуэты, появлявшиеся на нашем пути, но завидев Стража, они поспешно отступали обратно, и мы беспрепятственно продвигались дальше.

Вот и лестница. Я начала свой подъем, торопясь за Стражем. Агрилл в этот раз так не спешил и даже несколько раз оглянулся на меня через плечо, как мне показалось, с интересом. По крайней мере, я не заметила больше голода в его глазах и это успокаивало. Я шагала и думала о том, как ушастому удалось найти Стража и договорится о моей аудиенции с директором, а еще очень боялась того, что Йорк проснется и не обнаружив меня в Нише поднимет панику… так задумавшись, я и не заметила, как оказалась перед уже знакомой серебряной дверью. Агрилл пропустил меня вперед, и я потянулась рукой к холодному металлу, но прежде чем я коснулась его пальцами, двери сами отъехали в сторону, пропуская меня в кабинет Малиса Эмбера. Яркого свечение, как в прошлый раз, не было. Кабинет был просто кабинетом, а сидевший за столом мужчина с Зеркальной маской-лицом, поднялся ко мне на встречу и сделал какое-то неуловимое движение рукой, вследствие сего двери за моей спиной плавно встали на место, отрезав меня от лестницы и ожидающего Стража.

— Ты просила встречи со мной? — спросил директор и приблизился ко мне. Я посмотрела на собственное отражение, растянутое на поверхности его лица, кивнула.

— Я хочу, чтобы ты знала, что я впервые разрешаю повторную встречу кому-то из заключенных, — произнес он и чуть склонился в мою сторону. Мое отражение еще больше расплылось на его лице.

— Спасибо, — только и процедила я сквозь плотно сжатые зубы.

— Говори, что хотела, только быстро, — сказал зеркальный человек и зачем-то повернулся ко мне спиной. Решив не обращать на это особого внимания, я коротко изложила причину моего прихода и не успела закончить, как директор резко повернулся ко мне. Я скорее почувствовала его злость и негодование, чем смогла что-то прочесть на его не эмоциональном лице.

— Я могу помочь, — произнес он, — Но что я получу за свою помощь? — зеркальное лицо немного отдалилось, когда директор сделал шаг назад.

— У меня ничего нет, — я развела руками, осознавая собственное бессилие.

Малис пошел медленной рябью и внезапно передо мной появился Мортимер, живой и здоровый, вот только моим другом это создание не являлось.

— Так лучше? — зачем-то поинтересовался зеркальный человек.

— Кто вы такой? — спросила я, впрочем, не надеясь на ответ. Но Малис меня удивил. Глаза Джона, горящие от непонятного негодования, уставились на меня.

— Я последний представитель расы, которая когда-то населяла эту планету, до того самого дня, когда Правительство Пяти обратило свое внимание на Орегон.

— Что произошло? — поинтересовалась я, удивленная самим фактом того, что это существо снизошло до объяснений какой-то землянке.

— А что обычно происходит, когда заинтересовавшая Главы планета теряет свои полезные и такие нужные ископаемые? — он улыбнулся губами доктора.

— Вас уничтожили, — я ответила за Малиса, — Но ведь вы остались живы? Каким образом?

— Речь сейчас идет не об этом. Мы говорили с тобой о твоем друге, которому надо лекарство. Я так понимаю, он умирает?

— Вероятно, — произнесла я, не желая признавать страшную правду.

— Я дам тебе необходимое в замен на то, что ты останешься со мной, когда твои друзья убегут…

— Что? — я даже отшатнулась назад, чувствуя, что губы сами скривились от негодования и отвращения. Но еще больше меня поразило то, что он все знал о наших планах. Откуда? Словно в ответ на мои мысли, Малис произнес:

— Это моя тюрьма и даже у стен есть уши! Неужели ты думала, что я все пустил здесь на самотек? Нет, я контролирую всех, кто находится здесь. Даже морт был подослан мной, когда я увидел, что Герра преследует тебя, — глаза Джона Мортимера, который таковым не являлся, впились в мое лицо. Губы силились улыбнутся, но кажется сам Малис не умел этого делать, потому что у него получился только какой-то страшный оскал.

— Я слишком долго был один, я устал, — сказал зеркальный человек и шагнул ко мне. Я интуитивно попятилась, а он шел на меня при этом изменяясь. Когда я уперлась спиной в стену, на меня уже смотрел совсем не доктор.

— А таким я тебе понравлюсь? — спросил Малис и я взглянула на глаза капитана Йорка. Схожесть была просто невозможная, даже моя рука поднялась, чтобы прикоснутся к лицу Линкольна, но я тут же отдернула ее напомнив себе, кто в действительности находится передо мной.

— Вижу, что нравлюсь, — подытожил директор.

— Вы не он, — ответила я глухо.

— Я стану им, для тебя. Я долго наблюдал за вашими отношениями, я хочу подобного для себя, — сказал Малис, — Я понял, что мне нужна женщина, такая как ты. Останься со мной, и ты получишь лекарство для своего друга, и я даже позволю им обоим покинуть Орегон!

— Но почему именно я?

Зеркальный человек в образе капитана Йорка потер подбородок.

— Скажу откровенно. Мне звонили, один очень важный человек, который не хочет, чтобы женщина по имени Джоанна Кинг покинула мою гостеприимную обитель. Я могу закрыть глаза на побег твоих друзей, но тебе придется в любом случае остаться здесь, а со мной тебе будет комфортнее, чем в Нише, где каждый из гуманоидов сможет заявить на тебя права, а устав передаст другому, — глаза лже-Йорка сверкнули, — Я же буду видеться с тобой только в этом образе и возможно, позже ты даже привыкнешь ко мне. Поэтому подумай дважды, прежде чем дать мне свое решение. Свобода твоих друзей в обмен на достойную жизнь со мной, мне кажется, это достойная сделка. Пойми, в любом случае, я никого из вас не выпущу из своей тюрьмы и постараюсь сделать так, что после смерти доктора, следом за ним отправится и твой мужчина.

Я отшатнулась, глядя в эти глаза и видела в их глубине проблески холодного металла, зеркала, которым он и являлся.

— Как я смогу дать свой ответ? — спросила я.

— Не переживай. Просто скажи его вслух, когда решишься, я узнаю. Только не тяни с ответом, — лицо Йорка стало таять, превращаясь в привычное зеркальное отражение. За моей спиной открылась дверь, а кабинет стало заволакивать ярким светом.

Я вышла на лестницу, бросила взгляд на Стража, с интересом рассматривающего меня своими розовыми глазами.

Малис Эмбер смотрел как женщина уходит. Странные ощущения вызывала эта девушка в его сердце, если таковое еще могло чувствовать. Долгие годы одиночества и вот нашлась та, что показалась Малису достойной того, чтобы разделить с ним его жизнь. Что-то привлекало Эмбера в ее характере, и даже во внешности, хотя он видел, что Джоанна вполне заурядная землянка, не лишенная привлекательности, но все равно внешне — обычная. Но он все равно не мог оторвать от нее взгляда. Ее спина казалась невероятно ровной и на мгновение он подумал, что она обернется прежде сем закрывшаяся дверь отрежет ее от кабинета и ее хозяина, но Джоанна не обернулась и Малис только улыбнулся, зло и хищно. Он знал, что она согласится. В конце концов, женщинам свойственно проявлять милосердие и совершать глупости во славу добра, если же он в ней ошибся, и она не захочет поменять свою жизнь рядом с ним, на жизнь своего умирающего друга, тогда ему останется только одно — выполнить поручение Глав и избавиться от нее, а заодно и от ее союзников, хотя, Малис прекрасно знал, что мужчины уже не жильцы. Да. Определенно он даст ей лекарство, потому что обещал, и она должна быть спокойной, когда они будут вместе, а потом… То, что произойдет потом, вряд ли она узнает. Все будет, как он обещал и выздоровление доктора, и побег. Малис даже даст женщине убедится, что с ее друзьями, якобы все хорошо, а потом они умрут, потому что никто и никогда не убегал из его тюрьмы.

Медленно таял образ директора…Всего несколько секунд и вот вместо высокого мужчины стоит несуразный длинноухий гуманоид. Сайлем открыл потайную дверь и поспешил по винтовой лестнице вниз. Ему надо было успеть вернутся на свое место до того, как туда придет Джоанна.

Линкольн Йорк проснулся от ощущения, что что-то произошло. Он и сам не понял, что именно разбудило его, но едва открыл глаза и встряхнул головой, освобождаясь от остатков сна, как тот час понял, что случилось.

Джоанны не было в Нише. Как не странно, Сайлема тоже тут не оказалось, хотя он постоянно крутился рядом.

Он почувствовал отсутствие Кинг еще до того, как негромко позвал ее по имени, опасаясь разбудить Джона, который только сейчас немного успокоился, а когда капитан прикоснулся ладонью к лицу Мортимера, то понял, лихорадка немного отступила.

Йорк вышел из Ниши и посмотрел вниз, словно надеялся увидеть девушку там, хотя прекрасно знал, что это невозможно. Оглядев лестницу, валявшуюся как попало, он понял, что ее забросили снизу.

Капитан оглянулся на раненого. Джон спал и Йорк не собирался его будить, понимая, что сон, возможно, единственное лекарство для доктора в их положении. Он перебросил лестницу вниз, бесшумно спустился на каменный пол и огляделся. Вокруг царили только сумрак и тьма. Линкольн склонился и достал из голенища армейского сапога тонкую заточенную металлическую пластину, крепко сжал в руке. Казалось черные провали впереди шевелились, словно щупальца какого-то огромного чудовища, но капитан решительно шагнул вперед, прямо в эту тьму.

Двигаясь вдоль стены с гнездами ниш, Йорк видел, как иногда то из одной, то из другой выглядывают любопытные морды или лица, а когда путь ему перегородил один из амбалов Герры, тот, которого капитану пришлось хорошенько приложить лбом об стальную стену, когда он спасал Мортимера, Йорк уже было подумал, что быть драке, но здоровяк отчего-то освободил ему дорогу, пропуская мимо. Линкольн еще несколько минут шел вперед, прислушиваясь, не раздадутся ли за его спиной крадущиеся шаги, но нет. Его не преследовали.

— Кинг! — позвал он и ему ответило эхо, отразившись от высоких стен. Что-то говорило ему, что в Нише ее не было, и тревога сжала сердце мужчины. Он бродил по пещере, звал девушку, но она не отзывалась, а затем уловил странный сладковатый запах, такой знакомый и страшный. Запах смерти.

Сначала капитан решил уйти прочь, но затем все же направился вперед. Смрад усиливался и Йорк закрыл нос рукой. Он пробирался в какой-то узкий тоннель, уходящий в глубь скалы, прочь от основной пещеры, а затем увидел впереди льющийся свет и остановился.

Свет падал сверху, и капитан подняв голову увидел высоко над собой отверстие в скале. Именно в этом месте запах становился невыносимо острым и даже привыкший к подобным ароматам Линкольн, едва сдерживал рвотные позывы. Он посмотрел вперед. Тоннель заканчивался тупиком в темноте которого лежало что-то длинное. Падающий свет не попадал на тело, но капитан приблизившись, сумел разглядеть худое создание с раскинутыми верхними конечностями-руками. Видно было, что оно лежит здесь довольно долго, но разложилось не настолько сильно, чтобы нельзя было рассмотреть его лицо и длинные ошметки ушей.

Самое интересное заключалось в том, что капитан прекрасно знал это существо. Склонившись ниже, он скривил губы. Их общий знакомый, тот, кто так усиленно помогал им во всем сейчас лежал мертвым… и мертв он был довольно долго. Уж точно дольше, чем они с ним были знакомы. А это означало только одно. Все это время рядом с ними находился Малис Эмбер.

Капитан резко распрямился и поспешил прочь из тоннеля. Теперь он знал наверняка, что это Сайлем увел Джоанну, только вот куда и для чего?

Глава 17.

Я увидела, что Сайлем по-прежнему находится там, где я его оставила, когда уходила со Стражем. Агрилл довел меня до входа в нишу и царапая когтистыми лапами камень, быстро скрылся вне зоны видимости, а я поспешила пройти внутрь.

Длинноухий приблизился ко мне, пытливо заглянул в глаза.

— Что сказал директор? — спросил он. Я видела, что он считывает мои эмоции, да и не особо скрывала их. Я находилась в полном смятении от предложения Малиса Эмбера и совсем не хотела соглашаться на него, до дрожи отвращения глубоко внутри. А Сайлем взял меня за руку. У него оказалась на удивление приятная мягкая кожа, напоминавшая бархат и прикосновение не показалось мне отталкивающим.

— Он предложил мне трудный выбор, — ответила я на вопрос ушастого друга.

Сайлем отвел глаза. Кажется, он не собирался допытывать у меня что к чему и это не могло не радовать. Мне вообще нравилось то, что ушастый был не слишком любопытным и не задавал лишних вопросов.

— Пойдем, я провожу тебя до Ниши, — сказал длинноухий, но мы не сделали даже нескольких шагов, когда я увидела, как из темноты нам навстречу вынырнула высокая фигура, при виде которой мое сердце учащенно забилось. Я не сомневалась ни единой секунды, что капитан искал меня, но боялась его гнева, а о том, что Йорк зол, говорил весь его вид и прежнее мрачное выражение лица.

Бросив короткий взгляд на Сайлема, капитан обратился ко мне:

— Ты вообще думаешь, хоть иногда своей бестолковой головой, Кинг? — он приблизился, а я отскочила на шаг назад, глядя в его пылающие праведным гневом глаза.

— Я уже не знал, что и думать, когда проснулся, а тебя нет, — он почти пригвоздил меня тяжелым взглядом к полу. Сайлем стоял рядом, но не вмешивался.

— Я с тобой поседею раньше срока! Где ты была? — спросил капитан.

Мои мысли заметались. Я опустила глаза, думая о том, что сказать Йорку, что ответить. Самое обидное, что я не могла ему солгать и промолчать тоже не могла. Пауза затянулась, и сама тишина стала почти осязаемой.

— Я жду! — в голосе мужчины прозвучало предупреждение и тут в разговор вмешался Сайлем. Прижав к голове свои смешные длинные уши, он с самым покаянным видом произнес, обращаясь к Линкольну.

— Это я виноват, — проговорил ушастый, — Я хотел показать Джоанне несколько проходов из Ниши…чтобы не повторился случай, подобный тому, что произошёл с Геррой! Хотел объяснить, какой проход куда ведет…

— А почему именно ночью? — спросил капитан. Я подняла на него глаза и увидела, что разговаривает он как бы с Сайлемом, а сам при этом смотрит только на меня.

— У меня была бессонница, — сказала я и увидела, что капитан кивнул, словно принимая наши глупые объяснения, но я то понимала, что он не мог поверить в подобную чепуху, просто видимо решил не заострять на этом внимания, раз мы нашлись целые и невредимые. В любом случае, он перестал нас допрашивать и вернулись в свою обитель мы в полном молчании. Забравшись в нишу, я первым делом направилась к доктору, проверить его самочувствие и нашла Джона лежащим в состоянии похожем на кому. Опустившись перед ним на колени, я взяла руку Мортимера в свою, прижала к щеке. За моей спиной возник Линкольн и Сайлем. Оба молчали, хотя тут и без слов было понятно, что нашему доктору оставалось не долго мучиться. Я вспомнила слова Малиса и вздрогнула, словно от удара, когда поняла, что директор оказался прав. Я соглашусь на его условия, даже ценой собственной свободы.

— Он умирает? — спросил Сайлем тихо.

— Да, — ответила я, хотя сердце почти закричало — нет!

Длинноухий попятился к выходу.

— Я, наверное, пойду! — произнес он и спрыгнул вниз, оставив нас с капитаном у ложа Джона, а я так и осталась сидеть возле доктора, сжимая его безвольную кисть в свих ладонях.

— Ты не умеешь лгать, — зачем-то произнес Линк, — Значит, так и не скажешь, где была?

Я покачала головой, затем решительно поднялась на ноги и направилась к выходу из Ниши. Тяжело оперевшись спиной о стену я прошептала еле слышно:

— Малес Эмбер, я согласна! — и закрыла глаза. Я не знала, как директор Орегона сумеет меня услышать и каким образом передаст лекарство для умирающего Джона Мортимера, но надеялась, что он успеет это сделать до того, как для доктора будет поздно.

Каково было мое удивление, когда я услышала голос, зовущий меня, почти шепот, едва различимый и сливающийся с тишиной, царившей в пещере. Я склонилась вниз и едва сдержалась, чтобы не отшатнутся, когда увидела там зеркального человека. Он определенно смотрел на меня. Запрокинутое лицо Малеса отражало темноту и казалось было вылито из нефти. Как он смог оказаться здесь так быстро? Ответ напрашивался сам собой — Малис просто последовал за мной из своего кабинета и ждал, когда я дам свой ответ. Ведь не мог же он при всех его способностях, так быстро перемещаться по тюрьме! Да, видимо, директор не лгал мне, когда говорил, что знает обо всем, что происходит в пределах его тюрьмы, ведь если подумать, для такого уникального создания, как Малис Эмбер не было проблемой перевоплотиться в кого угодно и следить за своими заключенными. Я не знала, умеет ли он сливаться с камнем, скорее всего нет, но не была в этом так уверена. Сейчас директор Орегона смотрел на меня, я чувствовала на себе взгляд его отсутствующих глаз и это было жутко до дрожи в коленях.

— Лекарство! — произнес он, — В обмен на слово чести!

— Обещаю, что останусь с вами, — выдохнула я и директор Эмбер поднял вверх руки, которые стали неожиданно растягиваться, словно были сделаны из резины. Я увидела, что Малис протягивает мне один единственный шприц, наполненный какой-то мутной жидкостью. Схватив лекарство, я снова посмотрела туда, где мгновение назад стояло это странное создание, но директора Орегона и след простыл, словно он в одно мгновение растворился в воздухе, или слился с чернотой, царившей в закоулках Ниши. Но размышлять над исчезновением Малеса не было времени. Я метнулась в комнату и склонилась над Мортимером, заметив настороженный взгляд капитана.

— Что это у тебя? — спросил он, глядя на шприц в моей ладони, но я не слышала его слов. Закатав рукав на руке Джона, я направила шприц вверх, чуть надавила на поршень и вместе с частью препарата выгнала из него воздух и лишь затем ввела иглу в вену дока, жалея о том, что не было спирта, чтобы протереть место укола, как это делал сам Мортимер в своем больничном отсеке. Что ж, выбирать не приходилось. Одно я знала точно, хуже от лекарства ему быть не может. Закатав обратно рукав, я отложила пустой шприц, а руку дока устроила на его груди, согнув в локте. За моей спиной Йорк поднял пустой шприц и бросил на меня вопросительный взгляд.

— Как это объяснить, Кинг? — спросил он, — Откуда лекарство?

Я тяжело вздохнула и поняла, что капитан так просто от меня не отстанет, а значит, стоило ему рассказать правду, или ту часть правды, которую я могу открыть. Я не сомневалась в том, что узнай Йорк о моем соглашении с Малисом, он поведет себя непредсказуемо. Если бы он только мог знать, чего стоило мне это согласие. Стоило мне лишь подумать о том, что я сама себе обрекла на вечную жизнь с чудовищем, способным принимать любой облик, как волна отвращения поднималась внутри. Я ведь даже не знала точно, для какой цели я ему понадобилась. Если я нужна ему именно как женщина, то сомнений не оставалось, что мои дни будут сочтены. Я никогда не позволю, чтобы оно даже прикоснулось ко мне, не говоря уже о чем-то более интимном…

— Так ты мне все же объяснишь? — спросил капитан сухо.

— Это мне дал Малис Эмбер, — произнесла я, — Он следит за всеми нами и увидел, что одному из наших людей стало плохо, вот и передал лекарство.

Лицо Линкольна исказила маска разочарования. Он скользнул по мне раздраженным взглядом.

— Хватит врать, Кинг, — сказал он просто, — Скажи мне правду, все как есть?

— Я не лгу, сэр! — ответила я, забыв, что мы договорились не обращаться друг к другу по уставу. Но капитан начал первым, сказав мне свое привычное — Кинг!

Линк схватил меня за плечи, притянул к себе и чуть пригнулся, глядя мне прямо в глаза, да так пристально, что я не смогла отвести взгляда, несмотря на острое желание спрятать от него свои эмоции. Его пальцы обжигали мою обнаженную кожу. Я все еще оставалась в одной майке, так как все мои вещи лежали на Мортимере. Губы Йорка были так близко, а затем и его взгляд скользнул по моему лицу, и я задрожала, словно от холода, хотя в пещере было достаточно тепло. Задрожала, а потом сама потянулась навстречу мужчине, но он резко отстранился, все еще не отрывая взгляда от моих губ, а затем тяжело вздохнул. Линкольн слегка встряхнул меня и отпустил с явным разочарованием. Я так и не поняла, что он все-таки хотел сделать, то ли наказать меня за ложь, то ли поцеловать, хотя, возможно, он и сам этого не знал.

— Ты же понимаешь, что такое существо, как Малис, ничего не делает просто так! — только и сказал капитан и посмотрел на Джона. Еще бы я не понимала таких очевидных вещей!

— Главное, чтобы док выжил, — произнесла я в ответ.

Капитан перевел взгляд на меня.

— Ничего нет дороже жизни, — сказала я ему и присела возле Мортимера. Йорк промолчал.

Маркес шагала следом за капралом Лиссом и только и успевала смотреть по сторонам, разглядывая невольничий рынок. Она еще никогда не видела столько разнообразных представителей Вселенной, как здесь. Казалось, она попала в своеобразный зоопарк, только в нем были представлены не животные и птицы, а всевозможные разумные существа, среди которых попадались даже простые люди. Кто-то из них просто стоял в рабском ошейнике, а некоторые сидели, словно звери на цепи или в клетке. Ана не могла поверить, что кто-то еще поощряет рабство, но как оказалось, живой товар пользуется небывалым успехом. Обернувшийся Хью посмотрел на молодую женщину и заметив ее интерес, сообщил:

— Самое любопытное заключается в том, что Главы Пяти являются неформальными хозяевами Тагира!

Брови Аны взлетели вверх.

— И они получают от всего этого, работорговли, подпольных казино и публичных домов огромные деньги, хотя порой суда и присылают Команды зачистки, подобной вашей, для отвода глаз.

— Так если все об этом знают, — произнесла Маркес, — Тогда почему никто ничего не предпринимает?

Хью даже остановился, а Кристиан бросил насмешливый взгляд на женщину.

— А кто может им противостоят? — спросил просто пират, — Ты, что ли? — и повернул лицо к капралу Лиссу, — Мы пришли!

Хью кивком головы указал на одну из клеток, возле которой стоял высокий желтокожий силиец с четырьмя руками, оканчивающимися множеством пальцев. Клетка, которая принадлежала многорукому была закрыта тяжелым покрывалом. Хью поманил за собой Ястребов, а сам решительно подошел к клетке, посмотрел на ее хозяина. Многорукий силиец широко улыбнулся, обнажив редкие кривые зубы.

— Покажи товар! — произнес Хью.

Силиец одним плавным движением стянул покрывало с высокой клетки и Маркес даже подалась вперед, чтобы увидеть то, что там находится.

— Что это еще за крокодил? — произнес Дэвид, встав за спиной Аны. Та покосилась на друга. Взгляд Войса был прикован к зеленому существу, сидящему на полу клетки, поджав короткие кривые ноги. Оно действительно походило на аллигатора. Длинное тело, шесть маленьких ног, продолговатая морда с широкими ноздрями, вместо кожи тело покрывали прямоугольные роговые щитки, а глаза, ярко желтые с вертикальным зрачком смотрели вполне разумно.

— Это не крокодил, — поспешил пояснит продавец, — Хотя внешний вид вполне схож! Это житель планеты Маррус и поверьте мне, он более чем умен.

Хью и капрал Лисс переглянулись, затем последний сделал шаг в сторону клетки. Глаза ящера вспыхнули холодно и злобно, а пират широко улыбнулся и объявил:

— Вот кто сможет помочь вам попасть на Орегон! — и он переглянулся с удивленными Ястребами.

— Этот крокодил? — на лице Дэвида застыла маска изумления, — Да он хоть говорить может.

— И даже лучше, чем вы все вместе взятые, — произнесло существо в клетке на общем.

Маркес сперва опешила, а потом широко улыбнулась. Зеленый тип ей определенно нравился.

— Что вам надо? — спросило существо игнорируя своего владельца и глядя прямо в глаза капралу.

— Наши друзья попали на планету Орегон, — ответил Кристиан, и Маркес поразилась откровенности капрала, — Мы должны спасти их, но на планету у нас нет доступа, а наш человек, при всех своих умениях, не может взломать защиту, чтобы мы смогли спустить на нее шаттл и забрать наших людей.

— Я знаю Орегон, — ответило существо, — И я могу вам помочь, но при одном условии!

Хозяин ящера, услышав слова своего живого товара, возмущенно вскинул руку с зажатой там энергоплетью, но капрал Лисс успел перехватить ее и покачал головой, желая выслушать то, что собирался им сказать необычный раб.

— Говори! — произнес Кристиан.

— Я вас помогу только при условии, что потом вы отпустите меня на свободу. Я взламываю для вас защиту, вы после того, как сделаете свое дело, высаживаете меня на первой попавшейся планете Содружества. Условия только такие, иначе я не в силах вам помочь.

— Ах ты, тварь, — зашипел силиец, — Да как ты смеешь указывать…

Капрал вскинул руку, призывая хозяина ящера к спокойствию, затем оглянулся на Хью. Пират только сдержанно кивнул, подтверждая немой вопрос в глазах Лисса. И мужчины начали торг. Пока они приценивались и спорили, Маркес отошла в сторону, чтобы рассмаотреть заинтересовавшего ее существо, похожее на огромного попугая с павлиньим хвостом, затем переместилась дальше, отдалившись от своей команды. Ее оружие висело за спиной, и женщина не опасалась, что кто-либо решится перейти ей дорогу. Она шла вдоль ряда клеток, разглядывала необычных существ, когда ее остановил чей-то голос. И этот кто-то звал ее по имени. Маркес замерла, огляделась и только потом увидела недалеко от себя большой шатёр, возле которого стояли связанные рабы. Половина из которых казались людьми, а вторая половина ими и являлись на самом деле. Ана двинулась в ту сторону и внезапно увидела среди рабов одного. Темнокожий высокий мужчина стоял прямо и смотрел на нее светлыми глазами, в которых женщина прочитала затаенную надежду, прикрытую напускным холодом.

— Ана! — повторил мужчина, когда между ними осталась только короткая дистанция в несколько шагов. Маркес вскинула брови, удивляясь переплетениям судьбы. На нее, стоя в драной одежде с рабским ошейником на шее, весь избитый с лицом покрытым ссадинами и синяками, смотрел Отто МакКиган.

Когда чья-то рука коснулась моего плеча, я лениво открыла глаза. Отчего-то сильно болела голова и непонятная сонливость сделала веки тяжелыми. Хотелось просто спать, но знакомый голос произнес мое имя, и я не могла ослушаться приказа.

— Вставай, Кинг, — Линкольн Йорк снова встряхнул меня, и я оттолкнув его руки, медленно приняла сидячее положение. Вспомнила, что долго сидела рядом с кроватью Мортимера, все ждала, когда лекарство подействует, и он очнется, или хотя бы перестанет пылать факелом. Но время шло, а Джон так и пребывал в бессознательном состоянии, единственное, что изменилось — он перестал метаться, сбрасывая с себя одежду, а так все повторилось вновь. Температура скакала, то поднимаясь, то спадая так резко, что мужчина трясся под ворохом одежды. Капитан все это время находился рядом, и я видела, что его злила собственная беспомощность, а потом мне удалось уговорить его подремать и к моему удивлению, он согласился и лег на вторую каменную постель и почти тут же уснул. Я немного погодя подошла к нему, опустилась на корточки, приблизившись настолько, что чувствовала, как его спокойное дыхание шевелит мои короткие волосы. Вспомнив ощущение его горячих рук на своей коже внезапно захотела прикоснуться к капитану. Так, как до сих пор не решалась.

Склонившись ниже, легко коснулась своими губами к его губам, ощутив их неожиданную мягкость и тут же отстранилась, оглядываясь по сторонам, словно боялась, что кто-то увидит. Смешно, если учесть, что один из двух мужчин, находящихся в этой комнате, спал крепким сном, а второй был без сознания от измучившей его горячки…Медленно поднявшись, вернулась обратно к Джону, опасаясь, что капитан может неожиданно проснуться и ругая себя за несдержанность.

Я не помню, сколько еще после просидела у изголовья Джона, но видимо сон сморил и меня, потому что кто-то сильный поднял мое расслабленное тело и положил на кровать. Я почувствовала под собой что-то мягкое, а не камень и довольно заерзала, даже не открывая глаз, а затем полностью провалилась в сон без сновидений из которого меня теперь звал мой капитан.

— Выспалась? — спросил он тихо, когда я подняла голову, так и норовившую упасть на грудь и предаться продолжению сладкого сна. Видимо, Йорк и сам увидел мое состояние, потому что больше вопросов не задавал, а чувствовала, что мое тело наклонилось назад, и я медленно сползаю обратно на кровать, застеленную моей же курткой.

— Джоанна! — внезапно раздалось в наступившей тишине. Голос принадлежал не Линкольну, и я тот час же проснулась.

— Док! — сказала я, моргнув и потерла ладонями глаза, словно не верила им. Джон Мортимер лежал на кровати и смотрел на меня вполне осмысленным взглядом и выглядел при этом намного лучше, чем несколько часов назад.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я и встав, подошла к его кровати. Джон улыбнулся широко и искренне и даже протянул ко мне руку, которую я с готовностью схватила своими пальцами и сжала, радуясь тому, что лекарство, данное мне Малесом, оказалось настолько действенным, что Джон уже спустя несколько часов чувствует себя намного лучше. С такими темпами он через сутки встанет на ноги, подумала я.

— Капитан Йорк рассказал мне, как ты ухаживала за мной все это время, пока я был без сознания, — сказал доктор Мортимер и добавил, — Спасибо тебе, Кинг. Это ведь я должен был следить за вашим здоровьем, а вот как получилось, что и ты и капитан смотрели за мной.

— Я рада, что все обошлось, — ответила я и док расслабленно откинулся на импровизированную подушку, которую мы сделали ранее из армейской куртки капитана.

— Это хорошая новость, — вмешался в наш разговор Йорк и добавил, — Теперь я могу вам сказать, что думаю, через несколько дней, когда док поправится настолько, что сможет самостоятельно передвигается, мы уйдем отсюда. Думаю, тянуть дальше нет больше смысла к тому же опасаюсь, что что-то случится. Если хотите, то назову это предчувствием.

Я оглянулась на капитана. Джон молча смотрел на нас обоих.

— Но Мортимер еще слишком слаб, — возразила я.

— А мы разве выходим прямо сейчас? — капитан недовольно изогнул брови. Я почувствовала, что между нами снова встала какая-то стена. Мы вернулись к прежнему обращению. Он был капитаном, а я его подчиненная, его солдат, который обязан выполнять все приказы своего командира. Я совсем не была против покинуть тюрьму, но не могла при всем моем желании. Связанная словом, я должна была остаться здесь, чтобы эти двое могли уйти. Малес Эмбер четко дал мне понять то, что побег состоится, если я останусь, а значит для меня больше не было будущего вне этих стен. Я молчала и смотрела на Йорка. Тот все хмурил брови и казалось видел то, что сейчас творилось в моей душе, потому что взгляд его становился все более хмурым.

— Отдыхайте, — наконец сказал он, — А я пойду принесу нам всем еду. Приближается время завтрака, — он взглянул на свои наручные часы — единственную вещь, кроме одежду, которую оставили капитану люди Керка, когда отправляли нас на Орегон.

Я проводила взглядом его высокую фигуру и лишь, когда Линк спустился вниз и зашвырнул обратно веревочную лестницу, я перевела взгляд на притихшего доктора Мортимера. Тот в свою очередь следил за моим лицом.

— Как долго я пролежал без сознания? — спросил он.

Я ответила на этот вопрос, а также на множество других. Джон не забыл спросить и о том, где мы достали для него лекарство, на что я ответила ему все то же, что рассказала Линкольну и самое занимательное было в том, что Мортимер также посчитал, что подобная доброта со стороны Малеса грозит нам всем большими неприятностями.

— Главное, ты жив, — отрезала я и Мортимер удивленно замолчал, а затем произнес:

— Что происходит между тобой и капитаном, Кинг?

Я сделала вид, что не поняла его вопроса.

— А что такого, Джон? Я ничего особенного не замечаю, — ответила я, пожимая плечами.

— Как знаешь, — сказал док и закрыв глаза уже шепотом сказал, — А я еще, наверное, посплю.

Укрывая его одеждой, я села на кровать напротив, глядя на засыпающего мужчину. Сон был сейчас необходим его выздоравливающему организму, и я была рада, что док уснул, а сама почему-то думала над его вопросом и спрашивала сама себя, что в действительности происходит между нами с Йорком, хотя одно я знала точно. Что-то внутри меня тянулось к этому мужчине, и я не могла не признать это. Обманывать себя было бы глупо, а свои чувства, еще слабые, только пробившиеся, как зеленые ростки листьев ранней весной, тем более. Но вот только все это было безнадежным. И я сама сделал свой выбор, хотя теперь, глядя на розовеющее лицо доктора Мортимера знала одно, если бы можно было вернуть время вспять, я поступила бы так же, снова и снова.

— Я бы оставил этого гниду там, где ему самое место! А его засунули в восстановительную капсулу! Уму не постижимо! — зло крикнул Дэвид, — Вы что не понимаете, что именно он подставил всех нас и по сути, является виновником того, что капитан и Кинг с доком, сейчас находятся на той треклятой планете! — он шагнул к стоящему у закрытого иллюминатора Кристиану. Капрал смерил бушующего рядового спокойным взглядом, позволяя ему высказаться относительно появления на 'Рассвете' из старого знакомца, Отто МакКигана.

— Да я его своими руками придушу! — не успокаивался никак Дэвид. К удивлению капрала, Маркес, обычно сдерживающая всплески недовольства и протесты у своего друга, сейчас молча стояла в стороне, скрестив руки на груди и не вмешивалась, а это означало только одно — женщина разделяла мнение Войса, да и как казалось Кристиану, его разделяли все Ястребы, находящиеся сейчас в корабельной рубке. Просто они молчали, давая возможность самому резвому высказать в такой манере всеобщее мнение о сложившейся ситуации. Капрал Лисс сам был не в восторге от того, что ему пришлось выкупать Отто из рабства, и он даже хотел оставить на некоторое время ошейник на шее этого предателя, но после передумал. МакКиган нужен был ему как добровольный союзник, пусть и на короткое время, а Дэвид все продолжал лютовать, призывая Кристиана выбросить Отто с корабля, едва тот выйдет на орбиту Тагира.

Войс все возмущался, когда уставший от его криков капрал резко вскинул руку, призывая своего человека к молчанию, а остальных к тишине и заговорил:

— Я прекрасно понимаю ваши чувства и поверьте, полностью согласен с вами, но поймите и вы, нам необходимо как-то реабилитироваться перед Главами и всем Содружеством, а для этого нам просто необходима помощь МакКигана. Нам надо найти ту коробку, из-за которой и начались все наши неприятности. Когда у нас на руках буду важные козыри имы сможем немного поторговаться с Правительством. Эта коробка и ее содержимое — наш обратный путь в десант, — он обвел взглядом притихших Ястребов и продолжил, — Это возвращение наших чинов и привилегий. Неужели вы хотите, чтобы каждый военный корабль был в праве атаковать наш 'Рассвет'? Вы хотите быть изгоями, пиратами, за головы которых будет объявлена ценность? Я, например, нет. Я надеюсь, что все вернется на круги своя и именно Отто нам в этом поможет. Тот, кто заварил всю эту кашу, сам же будет ее расхлебывать!