Незабудка для конунга (СИ)

ГЛАВА 18

Во дворце нас встретила Фрида.

— Вы вовремя вернулись, мои пташки, что будем готовить на ужин?

— Что-нибудь легкое, пиршества закончились, — я пошла и присела в кресло на возвышении.

— Как скажешь, госпожа!

— Найди мне, пожалуйста, занятие, Фрида, — попросила я, ведь действительно чем-то нужно будет себя развлекать, пока супруга нет дома.

— Хм, ну, ты могла бы уже ознакомиться с делами, которые ведет госпожа дворца, — сказала Эмма, подойдя ближе.

— Подруга, я знаю, как вести домашние дела. Мать меня этому научила.

— Тогда остается только рукоделие, вышивание или вязание, — напомнила мне Фрида о самом распространенном женском занятии в скучные вечера.

— Да, пожалуй, что-то выберу, это я тоже умею, — задумалась я, вышивать всякие полотенца и детские сорочки мне так и так придется, как хозяйке.

— Почти каждый вечер женщины собираются в прядильной, ты можешь присоединиться к ним, — сказала Фрида и поспешила на кухню.

— Но сейчас у тебя нет настроения что-то делать, потому что господин уехал, так? — Эмма налила эля в кубок и подала мне.

— Как видишь, — я отпила совсем немного.

Эмма поднялась ко мне на возвышение.

— Так, может, сходим погуляем в сад, соберем целебных травок?

— Да, отличная идея, — согласилась я, у каждой хозяйки должны быть запасы снадобий и зелий.

Эмма нашла в кладовой две корзинки, и мы покинули дворец, отчитавшись перед этим Лодину о нашей прогулке.

Цветочный уголок располагался за усадьбой, рядом с огромным фруктовым садом, где росли даже ягоды. Обширная территория хорошо охранялась людьми Лодина. Лучники пристально наблюдали за округой с деревянных вышек среди деревьев. Это меня успокаивало. Потому, как всегда, было странное чувство, что змеюка где-то поблизости.

— Смотри, арника уже осыпается, — Эмма присела у куста ярко-оранжевых цветов и начала их осторожно собирать в корзину.

Я оглянулась и подумала, что не помешает на зиму собрать ягод и листьев с кустарников. Это отличное средство от простуд. Оставила Эмму спокойно собирать цветы, а сама пошла к ягодным кустарникам. Среди колючих зарослей ежевики была протоптана тропинка прямиком к женскому храму. Куда я так и не дошла, чтобы отблагодарить богиню Фригг за посланное счастье и милость свыше…

Набрав в корзину ягод, я окликнула подругу.

— Эй, Эмма, давай сходим в храм?

— Ну иди, я сейчас! — подругу было не остановить, не знала я, что сбор трав может так увлекать.

Я медленно побрела по тропинке. Тут внезапно в кустарниках сбоку раздался неожиданный шорох, слово кто-то крался за мной и наблюдал. Сначала я подумала, что это лесной зверек. Однако не увидела никого среди зарослей. Тут явно кто-то прятался.

Медленно поставила корзину на землю и насторожилась.

— Кто здесь? — начала я рассматривать то место, откуда что-то послышалось.

Дальше шорох раздался чуть дальше, ближе к храму. Я не стала туда идти одна. Так как возле святилища почему-то не было сторожевой вышки. Да и никого не видно, ни прислужниц, ни прихожанок. Хотя это был женский храм, куда приходили только жительницы ближайших поселений, странно, что святыня никак не охранялась.

Я медленно развернулась, чтобы вернуться к Эмме, как почувствовала, что в меня кинули камешек. Кто-то намеревался меня позлить. Возможно, это были детки, и я, разозлившись, поспешила к тому месту, откуда летели камешки.

Тут внезапно из кустарников выскочила та самая пропавшая служанка Аста с заряженным луком в руке. Едва я успела вскрикнуть, как она нацелилась на меня. Она очень умело пряталась в колючих ветвях и выжидала нужного момента.

— Только попробуй пискнуть, дрянь! — лицо служанки было злобным.

Я поняла руки и попыталась ее успокоить.

— Что тебе нужно, если серебро, то у меня …

— Заткнись! — прошипела девка, резко дернувшись вперед, не спуская с меня прицела. — Тебя ждут в храме…

Опешив от страха, я боялась пошевелиться. Вся моя надежда сейчас была на Эмму, которая находилась поблизости. Хоть бы она меня увидела. Я специально опрокинула корзину, чтобы ягоды рассыпались. Затем, не опуская руки, медленно двинулась по тропинке к храму. Служанка шла следом за мной.

Когда я приблизилась к дверям, меня охватило нехорошее чувство. И я почему-то сразу продумала, что эту засаду затеяла Кристин. Аста толкнула меня внутрь храма. Шагнув в полутемноту, я мысленно обратилась за помощью к богам. Ну должна Эмма же заметить, что я пропала.

Я не сильно удивилась, когда увидала ту, что желала нам с Ингвальдом несчастья. Возле статуи богини меня поджидала Кристин. Она отрезала свои длинные толстые косы и нацепила мужскую одежду.

Наши взгляды встретились. Ее глаза были полны ненависти и злости.

— Что тебе нужно?

— Спасибо, прелесть, иди сторожи вход, — кинула она Асте.

Когда служанка повиновалась и вышла, я спокойно выдохнула и опустила руки. Меня трясло от страха. Никогда не знаешь, чего ожидать от таких людей, как бывшая дроннинг. Однако в ее руках я не заметила оружия. Кристин не намеревалась меня убить, тогда зачем сюда заманила?

— Ты настолько глупая, мерзавка? — тонкие губы растянулись в насмешливой улыбке. — Меньше всего предательства я ожидала от тебя, Кэролайн. Я считала тебя умной и воспитанной. Но и ты позволила Ингвальду обесчестить себя!

Я оглянусь в поисках чего-то, чем могла бы обороняться. Храм освещали факелы, поэтому я постаралась отвлечь разговором Кристин и подойти к нему ближе.

— Мои родители дали согласие на наш брак… — кинула я ей в ответ.

— Однако мне поведали, что вы переспали в магическую ночь, — она гордо подняла голову, сверля меня насквозь ядовитым взглядом. — Какой позор, разве мать будущего наследника не должна быть в первую брачную ночь девственна? Ты родишь бастарда. Придет время, я явлюсь за своим троном, и твоего щенка убьют!

— Ингвальд не позволит… — я не сводила взгляда с соперницы.

Кристин стояла у статуи богини, гордо задрав голову. Словно все еще была дроннинг и имела право судить меня.

— Я тебя умоляю! — усмехнулась она. — Как только ты ему родишь, он найдет себе свежее молоденькое увлечение.

— Ты его совсем не знаешь и мстишь за то, что он тебя никогда не любил… Ты и сама его не любила…

— Какая любовь, дурочка? Ты правда веришь, что она существует в браках по расчету и договору. Думаешь, Ингвальд тебя любит, а не женился из-за того, что ты из влиятельного рода? — продолжала Кристин надо мной насмехаться.

— Ну, ты этого точно не знаешь наверняка! — высказала я ей, пытаясь держать себя в руках, чтобы она меня не вывела.

— Я знаю его достаточно, а вот тебя не очень, — Кристин немного приблизилась. — Поэтому долго думала, как мне тебе отомстить. И вот что решила, я пустила молву, что ты не девственницей была и родишь конунгу бастарда. Тебе никогда не стать дроннинг…

— Хватит меня оскорблять! Я супруга конунга! Ты ничего не сможешь сделать, ты теперь никто, и тебя не станут слушать! — меня затрясло сильнее, я сжала кулаки, захотелось ее задушить, чтобы она заткнулась. Навсегда.

— Будь ты проклята! — выкрикнула Кристин и кинулась на меня. В ее ладони блеснул маленький нож, который она прятала. — Я изуродую твое прекрасное личико…

И тут все произошло очень быстро.

Я успела вытащить из кольца факел и кинула в нее. Мгновенно тело змеюки вспыхнуло огнем, и она начала громко вопить. Пользуясь моментом, я быстро понеслась к выходу и сбила Асту с ног. Та повалилась на землю, громко вскрикнув. Лук отлетел в сторону, и я успела его схватить быстрее, чем она.

Вскоре из храма повалил дым. Долго не думая, я помчалась со всей силы к первой сторожевой вышке. Мне навстречу неслись Эмма и женщины.

— О боги, дорогая, с тобой все хорошо? — кинулась меня обнимать подруга.

— Хватайте Асту! — крикнула я женщинам, указав на служанку у храма.

— Неужели у этой гадюки получилось тебя выловить! — сетовала громко Эмма.

— Аста… заманила меня в храм, — слезы градом полились с моих глаз.

— Тш. Все хорошо, успокойся, пошли, — Эмма увела меня из сада.

Возле калитки мы увидели Лодина с охранниками, они подбежали к нам.

— Госпожа! Что случилось? — расспрашивал меня перепуганный дружинник.

— Кажется, я подожгла храм, и Кристин там сгорела, — я прикрыла рот рукой и посмотрела вдаль, столб дыма поднимался в небо.

— Главное, что она тебе ничего не сделала! — Лодин сопроводил меня ко дворцу.

— Ты должен убедиться, что Кристин мертва, — я остановилась, вцепившись в его рубаху.

— Будет сделано! — дружинник кивнул.

— А служанку Асту казнить! — тяжело вздохнула я, посмотрев на серое тяжелое небо. Закапал дождь. Как же не вовремя. Мой любимый сейчас в дороге, хоть бы он успел до того, как начнется ливень.

Лодин отправил нас во дворец и запер главные двери. Фрида напоила нас успокаивающим травяным настоем, и мы с Эммой пошли отдыхать.

Ингвальд вернулся поздно ночью. Я сидела и ждала его у очага в наших покоях. Теплый эль согревал мне душу, а его верный пес сторожил меня рядом на коврике. Конунг ворвался в покои весь до нитки промокший. Холодный и дрожащий, он кинулся ко мне, крепко сжал и начал целовать лицо. Бедный песик принялся скулить и лаять, встретив хозяина на пороге.

— Любимый… — простонала я от радости в надежных объятиях.

— Прости меня, моя любовь, что я не послушался тебя и не остался, — он отстегнул фибулу на плаще и скинул его.

— Ты должен был позаботиться, чтобы Кристин исчезла из нашей жизни навсегда, — я расплакалась, не сводя с него глаз.

— Я не думал, что моя бывшая дойдет до такого, — он прижимал меня крепко к себе, вдыхая запах моих волос.

— На это она и рассчитывала, выловила меня, когда тебя не было рядом, — я положила руку на лоб, теперь мне понадобится время, чтобы забыть, что случилось в храме.

— Потому что по-другому у нее бы не вышло, — Ингвальд сел на стул и снял сапоги.

— Я хочу до свадьбы уехать к родителям! — заявила я ему.

Он удивленно посмотрел на меня.

— Я не могу тебя отпустить. Ты моя жена!

— В родном доме мне ничего не угрожает, Ингвальд.

— Здесь тоже!

— У тебя было много женщин. Никто не знает, не станет ли мне еще какая-то из них мстить, — поделилась я с ним своими опасениями.

— О чем ты говоришь? Никто больше не посмеет причинить тебе зло, — ответил он и, подойдя к очагу, начал снимать с себя мокрую одежду.

— Не говори так, потому что ты не знаешь наверняка. Ты должен выгнать всех рабынь и бывших девок, которые служили Кристин. — Мне пришлось тоже скинуть сарафан.

— Сделаю! Но ты никуда не поедешь, — заявил Ингвальд и, подойдя ко мне, поднял на руки.

— Милый, мы еще не ужинали, и тебе нужно помыться, — цокнула я языком, когда он положил меня на постель.

— Успеется, мы должны продолжить узнавать друг друга, — он начал медленно гладить мои ноги.

— Я не думаю, что постель для этого самый лучший способ, — попыталась я спрятаться под шкурой от поглощающего меня взгляда любимого мужчины.

— Это не способ, а повод, моя Незабудка! — ответил он, коварно улыбнувшись.

Что бы эта улыбка ни означала, я снова растаяла в его объятиях и позабыла о том, что случилось. Теперь не осталось никого, кто смог бы посметь помешать нашему счастью…