Навет старого колдуна

Глава 22

Костя купил себе новый телефон. Утопив старый в вине, он не мог позвонить Лиде, и сейчас шел как на эшафот. Ему мерещились то грустные, то веселые сцены. «Лида не хочет с ним разговаривать и, отворачиваясь, уходит. Костя готов умереть». Он останавливается и думает, идти ему дальше или нет. «Лида безумно рада встречи, с ходу кидается ему на шею. Ее веселые глаза снова рядом и он целует их». Он успокоился и пошел дальше. «Лида снова смотрит холодным взглядом и проходит мимо под ручку с мужем». Костя ускорил шаг, мимо Трех Капитанов он почти бежал. Что же сделать такое, что бы, Лида не смогла устоять, и ее сердце растаяло? У моста продавали цветы. Костя купил самый большой букет алых роз. Цветы полностью распустили свои бутоны и показывали миру свою красоту. Каждый цветок в блестящей сеточке придавал букету особое очарование.

Костя зашел в холл отеля. На диване сидели три женщины: в одной он узнал озабоченную спасительницу у моста, которая говорила о Лидином муже, две другие не знакомые, похудее и старше годами. Увидев мужчину с роскошным букетом, они остановили свой разговор и уставились на него. Костя решил пройти миом, но, полная женщина, с необыкновенной проворностью, перегородила ему дорогу.

— Мужчина, вы мне не поверили? Вам жить надоело? Хотите, что бы Петр (имя вымышленного мужа Лиды, она придумала на ходу), вас зарезал? Вам оно, зачем надо? Отдыхайте вы спокойно, найдите себе женщину очень красивую и свободную и, отдыхайте, — Катя теснила Костю к входной двери, — да и посещения в нашем отеле для посторонних разрешено до десяти часов, — глядя ему прямо в глаза, проговорила она, — а сейчас уже почти одиннадцать.

— Тогда позовите мне, пожалуйста, Лиду, мне надо с ней поговорить, — начал спокойно и уважительно Константин.

— Если бы, мы знали, где она и с кем. Я же вам говорила, — глядя на него в упор, нарочито мягко и жалостливо, говорила Катерина, — она здесь редко бывает. Все больше у ухажеров ночует. Под утро является и, еще, детей с собой таскает. Ее выселять собрались.

— Да, было, было, — подтвердила Анна Сергеевна и поправила брошку на шее.

— Цветочки еще купили, — злобно умилялась Катерина, — а она, сейчас с мужем в городе.

— С мужем? — хлопнула себя по коленям Клавдия Сергеевна, — к ней муж приехал?

— Что случилось? — из своего кабинета вышла Алла Григорьевна. — Вы, мужчина к кому?

— К Лидии Трифоновой из двадцать шестого номера, — Костя собрал всю выдержку военного и решил держать оборону до конца.

— А вы знаете, — Алла Григорьевна его с любопытством рассматривала, — что посещения посторонних в моем отеле разрешено только до двадцати двух часов. А сейчас, вы на часы смотрели?

— Я приходил раньше, их не было в номере, — отражал натиск Костя.

— Что и требовалось доказать, — Катерина была на верху блаженства, — я же вам говорю, она в городе где-то.

— А дети ее в бассейне купаются, сама видела, — в подтверждение Клавдия Сергеевна хлопнула себя по коленям.

— Она может, и сегодня умчалась, куда-нибудь с ночевкой, — Катерина была в своем репертуаре, — ну сегодня-то, сам Бог велел, с мужем ночь провести. А то заливала нам, в гости она ездила к Шахерезаде.

— А почему вы не верите? — Костя даже удивился. — Мы действительно ездили на экскурсию «Во дворец к Шахерезаде».

— Не с вами первым, не с вами последним, — Катерины из последних сил держала себя, что бы, не вышвырнуть этого ухажера из отеля.

Костя начал понимать, что в отеле сложился Тройственный союз, который вел холодную войну против Лиды. А вождем оккупантов видимо была вот эта «заботливая землячка». Он вспомнил, как она возмущалась у банана и, что плела вчера, о ревнивом муже.

— Послушайте, мужчина, — в разговор вступила Алла Григорьевна. — Мне очень жаль, но, пустить вас в отель в такое время я не могу. Позвоните, Лидии Семеновне, если она здесь, она спустится.

— Я потерял телефон, — Костя тяжело вздохнул, — и не знаю ее номера.

— В таком случае, — Алла Григорьевна указала ему на дверь, — прошу вас удалиться.

— И, подумайте над моими словами, — Катерина подливала масла в огонь, — поберегите себя и свое здоровье.

Костя понял, что его не подпустят даже к лестнице, а страсти накаляются все больше и решил идти другим путем.

— Ладно, хорошо, — он ретировался к двери, — нельзя, так нельзя.

«Ничего себе, обстановочка. Назло этим сплетницам, я должен увидеть Лиду», — думал Костя, спускаясь по ступенькам. Он прошел к той стороне, куда выходил балкон Лидиного заветного номера. Наконец судьба улыбнулась, через открытую дверь балкона выходил свет. Значит, комната не пуста. Но, как ей дать знать о себе. Прокричать ее имя? А если в этом отеле не одна Лида. А муж другой Лиды сейчас играет в домино в беседке. И еще не известно, как он отреагирует на мужчину с букетом в руках, который будет кричать имя его жены. Костя не боялся, но разборки могут навредить Лиде и подать дополнительный повод для этой склочной однокашницы. И, если к Лиде действительно приехал муж, я могу ей навредить. Надо придумать, что ни будь другое. Костя поискал по карманам и обнаружил визитку таксиста, у которого «все даром». Он набрал его номер и позвонил:

— Але. Это у вас все даром? Слушай, дорогой, твоя помощь нужна. Жду тебя у отеля «Глория». Только быстрее.

Лида не могла долго лежать с закрытыми глазами, сна не было. Она снова села. «Надо чем-то занять голову». Лида подошла к тумбочке с украшениями и начала их складывать. «Это уже не надо больше здесь. Это тоже не понадобится. Надо все сложить, — Лиду озарила мысль, — без спешки, спокойно, по коробочкам, что бы ничего не сломать или ничего не забыть». Но, работе не спорилась. Все опять напоминала о Косте. Вот эти сережки я купила Свете на Красной поляне и сразу перед глазами, гроза в горах и борьба Кости за жизнь Лиды в горном ручье. Вот этот браслет Валя очень просила, а Лида доказывала, что она его не будет носить, тогда Костя купил браслет и подарил Вале. А вот и «Морской бог». Света говорила, что теперь им будет во всем везти. А на самом деле…

За окном послышались звуки гитарной струны и высокий мужской голос запел: «Ночь коротка, спят облака…» «Какой красивый голос, и песня, моя любимая». Лида вдруг вспомнила, как они сидели в центральном парке с Костей и ждали, когда дети накрутятся на каруселях. И вдруг по радио заиграла эта мелодия, а потом полилась ее любимая песня. Костя что-то говорил, но она взяла его за руку и прервала: «Моя любимая песня». А во дворце Шахерезады, Костя специально заказал эту песню, и они танцевали под нее вальс. Костя! Мелькнуло у нее в голове. Костя!

Лида выбежала на балкон. Под фонарем у беседки, стояла машина с открытой дверкой. В ней сидел мужчина, играл на гитаре и, не громко, но красиво пел. А рядом стоял Костя с огромным букетом цветов. Лида на секунду застыла. Ей казалось, что это сон. Но нет, это не сон! Это он! Костя!

Он не забыл ее! Он ее, как и прежде, любит!

Лида хотела сразу побежать к Косте, но, такой очаровательной сцены, она еще не видела и вряд ли увидит. Только Костя мог такое придумать. Лида заставила себя остаться на балконе и прослушать всю песню до конца. Она послала Косте воздушный поцелуй и побежала вниз. Лестница, холл, сплетницы на диване, Лида все это даже не заметила. Единственно, что она хотела видеть, его ореховые глаза и улыбку. Лида сбежала с крыльца и пошла медленной походкой к нему. Было темно, но фонарь освещал своим светом их глаза, а для влюбленных больше и не надо ничего. Лида с Костей сдерживали себя, с крыльца, и из беседки, и с балконов, на них устремились десятки глаз. Влюбленные молчали и смотрели друг на друга. И этот взгляд, и это молчание говорили красноречивее тысячи слов.

— Мне надо тебе объяснить, — Лида не могла говорить, слезы душили ее.

— Я все знаю, — голос Кости рвался, — это тебе, — и он подал ей букет.

— Какие красивые, — Лида провела по цветам рукой и прижалась к лепесткам лицом, — мне, еще никто, таких не дарил. Спасибо, Костя.

Они хотели говорить друг другу много, но любопытных глаз было еще больше и они молчали. Зрители с крыльца ушли, балконы опустели.

— Давай, прогуляемся по набережной, — предложил Костя.

— Давай, — ответила Лида, вся очарованная происходящим.

Костя взял ее за руку, она прижала к себе цветы и они пошли по проулку.

— Я ничего не сказала детям, — Лида начала приходить в себя.

— Они стояли на крыльце и смотрели на нас. У тебя такие умные дочери. Из отеля уже точно никуда не уйдут. Да мы и недолго погуляем.

— Конечно, уже поздно, — внутри Лиды все трепетало — а Дима где?

— Дима спит в номере.

От Мзымты повеяло прохладой. Было слышно, как река шумит по камням. Костя обнял Лиду за плечо, прижал к себе и они медленно пошли к морю.

Южные звезды спускались с небосклона к самому морю. Костя с Лидой стояли на набережной. Она прижалась к нему спиной, он обнял ее за плечи и они смотрели на море. Легкий ветерок чуть шевелил листья огромных деревьев. Море тихо шумело и перекатывало гальку. Народа на набережной почти не было, отдельные парочки ворковали на пляже. Где-то далеко горел костер, и большая компания весело жарили шашлыки.

— Давай посидим, — толстое бревно лежало на пляже, как будто приглашая влюбленных сесть. На душе у обоих было спокойно, тихо, уверенность в любви, не вызывала сомнений. Говорили тихо, открывали друг другу тайны души и сердца. Они снова рядом, они вместе, ушли в небытие недомолвки. Опять: Он, Она и Луна, как тогда, в беседке. Природа затихла в ожидании чего-то важного, что должно было произойти.

— В поезде, соседка мне поведала удивительную легенду про Мзымту, — проговорила Лида, она, как будто чувствовала, что подошло время рассказать ее Косте, — много веков назад, на этих землях, раскинулась величественная страна Колхида…

Тихий и проникновенный голос Лиды рисовал перед Костей картины древности, как живые, вставали герои: отважный Карды Вач, нежная Мзымта, верная ласточка, злая колдунья. Легенда невидимыми нитями из прошлого, тянулась к ним, в настоящее, в ней: ощущалась борьба, которую они вели с недругами; чувствовалась любовь, что зародилась в их сердцах, среди этих гор и ущелий; виделось упорство, с каким они боролись за свою любовь.

— Все легенды берутся из жизни, — Косте понравилась легенда, — я рад, что мы отыскали расщелину в горе, нашли спасительный солнечный лучик и вытащили друг другу из пещеры одиночества. Мы с тобой, уедем в далекую страну Московию и будем там счастливы, — он обнял любимую женщину и прижал к себе.

— Может, лучше к нам в Сибирь? — предложила Лида, склонив голову ему на плечо.

— Я думаю, у нас еще будет время подумать над этим вопросом, — Костя поцеловал Лиду.

— Нам пора, уже поздно, — Лида не хотела расставаться с Костей, но и оставаться больше не могла.

— Смотри, тучи находят, — Костя гладил Лиду по плечу. После пережитого за сегодняшний день, Косте хотелось просто чувствовать любимую женщину рядом, ловить ее дыхание, трогать ее волосы.

— Неужели дождь будет, не хочу, — Лида понимала, что чувства, которые они таят в себе, в любой момент могут вылиться в нечто большее, но она была не готова к этому. И была еще больше благодарна Косте, что он просто сидел рядом. И это единение душ было главнее всего.

— Пора, — Лида подняла голову с его плеча, — а то девочки уснут, да еще и закрыться забудут, — она решилась, — Костя, прости меня, я не готова к чему-то большему.

— Лидочка, милая, — Костя обнял ее и прижал к себе сильно, сильно, — ты помнишь, что я говорил тебе тогда в беседке: «Ты нужна мне, чтобы дышать воздухом, что бы ходить по земле, что бы слушать шум моря», — он взял ее лицо в свои руки, — для меня главное, что ты есть, что ты моя, что ходишь по этой земле, что дышишь этим воздухом. — Он нежно поцеловал ее в губы. — А все остальное приложится. Придет время и все приложится. За эту разлуку я так остро почувствовал, как ты мне нужна, насколько ты мне дорога. Какое это счастье, что у меня есть ты. И всегда, поверь, всегда можно найти повод и встретиться. Даже, если мы будем жить на разных планетах, я все равно тебя найду, приеду и скажу: «Здравствуй, это я — твой Костя», — он опять нежно обнял ее за плечи, прижал к себе и поцеловал ее волосы. — Ну, пойдем, — Костя встал.

— Да, пойдем, — Лида тоже встала, взяла цветы, и они медленно пошли обратно.

У дверей «Глории» Костя и Лида остановились, он опять взял в руки лицо Лиды и нежно поцеловал ее пухлые губы. Она обняла его за плечи, и этот поцелуй длился бесконечно.

— Иди домой, — Костя отпустил свою возлюбленную, — завтра в двенадцать на нашем месте.

— Завтра в двенадцать на нашем месте, — Лида смотрела ему в глаза. Ей хотелось, что бы эта минута ни заканчивалась, и эта ночь продолжалась вечно. Она поднялась по ступенькам и тихо скользнула в дверь. Девочки в комнате уже спали. Лида разделась, легла и быстро уснула.