Навет старого колдуна

Глава 17

Солнечный лучик настойчиво будил спящую женщину. Он щекотал ей нос, перебегал к бровям, шевелил ресницы. Действие лекарства уже прошло, женщина полностью пришла в себя. Она потянулась на кровати до хруста, до оскомины, даже пальчики ног и те вытянулись в струнку. Прилив жизненных сил ощущался явно, и хотелось свернуть горы. Солнечный лучик опять взялся за свое дело. Его ласковое прикосновение согревало и будоражило все ее тело. «Пора, пора вставать, — шептал лучик, — грядет новый день, вставай навстречу солнцу».

Лида приподняла ресницы, сначала несмело и тихо, потом сильнее и вот, она уже смотрит на мир, широко распахнув, свои голубые глаза. Еще немного времени и Лида села на кровати. Сначала, она не поняла, почему спала одетой. Девочки спали на одной кровати, раскинув руки, и сложив друг на друга ноги. Лида обратила внимание, что закрыта балконная дверь и в комнате царит духота. Обычно, Лида оставляла ее чуть приоткрытой на ночь. Чувствуя легкое головокружение и слабость, женщина немного посидела, потом тихо встала и вышла на балкон. Солнце еще только всходило и золотило макушку каштана над беседкой и стены соседнего отеля. Утренняя свежесть холодила ноги. Влажное от росы, розовое платье висело на балконе. «Почему, я его не занесла вчера вечером?» Обычно, Лида ничего не оставляла на балконе на ночь. Она потрогала платье, попыталась вспомнить, почему она его не сняла. Но, с того момента, как она его повесила, в голове была пустота.

Зайдя в комнату, посмотрела время — семь часов тридцать две минуты. Скоро на завтрак. Немного озябнув на балконе, Лида снова залезла в постель. Прижав ноги к подбородку, начала проверять свой телефон. Не отвеченных звонков целая куча. И очень много от Кости. Почему? Оставалось загадкой. От Кости пришло еще два СМС-сообщения. В одной было написано: «Лида, почему ты не хочешь, что бы я приходил?», а во второй: «Что случилось? Я тебя вчера обидел?» Что за бред. Лида села на кровати и попыталась вспомнить вчерашний день. Они приехали с экскурсии и легли спать. Она проснулась, постирала платье, да, правильно, оно до сих пор весит на балконе. Потом она зашла и сдернула одеяло с Валиной кровати. Стоп! Лида вспомнила! Разговор за окном о пропавшей девочке и пустая Валина кровать. Да, она напугалась, что это — след старого колдуна и позвонила Косте. Теперь, перед ее глазами, отчетливо пробежали все картинки: неприятный разговор у хозяйки в кабинете, они со Светой бегут мимо кафе, их догоняет Валя, со Светой они возвращаются в отель, жуткая головная боль и сердечное недомогание, Света дала ей таблетку. На этом воспоминания обрывались, значит, это от лекарства. СМС от Кости пришла в пятнадцать часов, сорок минут. Значит, она спала часов с четырех вчерашнего дня. Кошмар. Поэтому и дочери спали вместе, им видно было страшно, что мать спит как бревно столько времени.

Она представила, что ее дети пережили вчера, и, ей стало, их очень жаль. Лида села на кровати, значит, вчера она порвала с Костей. Позвонила ему и все сказала. Она поджала колени и положила на них подбородок. А правильно ли она сделала? В суматохе и запальчивости она сама отказалась от своего счастья. А что теперь? Все было так хорошо! И в одну минуту превратилось из настоящего в прошлое. Она вздохнула. Значит — не судьба. Зачем злить Старого колдуна? Ведь никто не знает, что он мешал и приговаривал. Гроза в горах, поломка яхты, случай с Валей — сколько еще нужно испытывать судьбу? Через два дня уезжать домой. Не видя Костю, предстоящую разлуку пережить будет легче. А перед глазами опять беседка, глаза Кости в свете гирлянды, а в ушах его слова: «Лидочка, ты мне нужна, что бы дышать, что бы ходить по земле». Нет! Лида зажала уши. Это нельзя больше слышать, это все надо забыть, как навязчивый сон. Как? Самое простое — не встречаться. И все забудется само собой. Как говорится, с глаз долой, из сердца вон. Она вчера сказала ему, что не зачем больше встречаться. Значит, он больше не придет. Это лучше и для них, и для нас. И все. Последние два дня они будут просто отдыхать: лежать на пляже, купаться в море, гулять по городу. Но, без него.

Конечно, Костя ни в чем не виноват. И с ним, ей было, по — настоящему хорошо. Но, хорошее всегда заканчивается. Вот и закончился короткий курортный роман. Она больше его не увидит, больше не посмотрит в его ореховые глаза. Слезы закапали у нее по щекам. Надо держаться, постараться как-то это пережить. Днем раньше, днем позже. Ей очень хотелось до конца пробыть с Костей, а потом увезти этот солнечный лучик с собой. Но, не получилось.

«Это действительно был знак колдуна. Слишком я поверила в свое счастье, а нельзя. Не для меня это, — слезы выбегали из глаз и капали на колени. — Ой, что я делаю, скоро на завтрак идти, а я с заплаканными глазами. Ну, совсем не хорошо. Лишний повод для Катиных сплетен».

Лида решительно пошла в ванную, умылась холодной водой, посмотрела на себя в зеркало и увидела совсем другую Лиду. Не было в глазах задорного огонька, живого веселья. Глаза потухли, как прошлогодний костер. Опять в уголках сидели притаившиеся грустинки и молчали. Очень хотелось лечь, закрыться с головой под одеяло и пролежать так до поезда. А надо было найти в себе силы, что бы ходить, говорить, и никому не показать, как ей тяжело.

— Дети мои, — тихо позвала Лида, — пора вставать, все уже в столовой.

— Мама! — Света открыла глаза и села на кровать, — мамочка, ты как себя чувствуешь?

— Нормально, — Лида чесала волосы, — я долго спала?

— Да, ты уснула вчера часа в четыре. Спала весь вечер и всю ночь. Я даже испугалась, думаю, зачем я дала тебе таблетку. Любовь Ильинична настойчиво советовала, говорила, что это лучшее средство снять стресс, — Света подошла к матери и обняла ее, — зато тебе сегодня лучше, правда?

— Конечно, — Лида поцеловала дочь, — сегодня уже все нормально: голова не болит, сердце в норме, чувствую силу в руках и ногах.

— Валя, вставай, — Света начала будить сестру, — в столовую уже пора.

— Что, в столовую? — Валя с удовольствием потянулась под одеялом, — а мама? — она вопросительно посмотрела на сестру, потом пошарила глазами по комнате

— Я здесь, Валя, — отозвалась Лида из ванной, — все в порядке, мне уже лучше.

— Ну, слава богу, — Валя говорила громко, что бы было слышно в ванной, — мама, это я во всем виновата, прости меня. Я не знала, что все так получится. Я нашла свою записку под кроватью, вот она.

— Я же говорю, все нормально, — Лида вышла из ванной в шортах и майке, — если бы я заметила твою записку, ничего бы не было. А меня напугали Катя с сестрами Рубич, своим разговором о пропавшей девочке. Вот я и подняла одеяло, хотела за ноги тебя маленько пожурить, а тебя нет. Тогда, я и рванула одеяло, и записка улетала на пол, — Лида взяла дочь за руку, — все хорошо, что хорошо кончается.

— Мама, а ты дяде Косте позвонишь? — тихо спросила Света.

— Нет. Ни звонить, ни говорить, ни встречаться с дядей Костей мы больше не будем, — твердо ответила Лида.

— Но, почему, — Валя сложила руки на груди, — ведь ни он, ни ты, ни в чем не виноваты. Все было так хорошо, такая веселая компания, с двумя мужчинами мы ничего не боялись.

— Дима, нам как брат, — добавила Света, — мы за ним и в огонь, и в воду. Мамочка, пожалуйста, помирись с дядей Костей.

— Это очень хорошо, что у вас теперь есть такой друг или был такой друг, — Лида закалывала волосы, — а я, свое решение не изменю, и давайте, больше не будем говорить на эту тему. В столовую собирайтесь.

В дверь постучали и, в комнате воцарилось молчание. А если это Костя? Как она с ним встретится? Что скажет? Девочки тоже настороженно молчали. Будь, что будет! Смело направилась к двери и повернула ключ. На пороге стояла Любовь Ильинична. У Лиды с плеч свалился большой груз, она облегченно вздохнула и вышла в коридор, закрыв за собой дверь.

— Это вы, — обрадованно выдохнула Лида. После пережитого вчера, она забыла, что они перешли на «ТЫ».

Любовь Ильинична заметила страх у нее в глазах.

— А вы кого-то ждете? — вопросом на вопрос ответила Любовь Ильинична.

— Нет, что вы, — Лида заулыбалась, стараясь скрыть паузу, — спасибо вам за лекарство. Я так долго спала, а сейчас чувствую себя, как ни в чем не бывало.

— Да, это хорошие таблетки. Вике их всегда дают, когда происходит обострение или после операции. За время сна организм нормализует все процессы в жизненно важных органах. Главное, что бы, никто не мешал спать столько, сколько необходимо.

— Любовь Ильинична, — у Лиды появилась новая мысль, — а вы хорошо знаете Адлер?

— Раза два уже здесь отдыхала, а вас что-то конкретно интересует?

— Да, — Лида подумала, — как бы это правильно сказать. Может, подскажите, куда можно сходить до обеда, посмотреть интересное и отвлечься?

— У вас проблемы? — Любовь Ильинична подозрительно смотрела на Лиду. Странное беспокойство собеседницы вызывало интерес у такого специалиста по любовным делам.

— Нет, так, Катя Круглова достала, такая толстенькая женщина.

— Уже весь отель заметил, — подтвердила Люба, — что она слишком на вас нападает. А что вы молчите? Дайте ей отпор.

— Если я буду отвечать на все ее выходки, — рассуждала Лида, — то, мы будем с ней ругаться три раза в день в столовой и еще пять раз, при случайных встречах у бассейна или на лестнице. И, во что, тогда превратится наш отдых и отдых всех жильцов? Она и в школе всех любила кусать.

— Вы правы. Значит, это у нее в натуре, — подытожила Люба, — надо обязательно, с кого-то, кровь пить.

— Мне всю жизнь не везет, — призналась Лида, — думала, что хоть здесь, на юге эти две недели отключусь ото всего, забуду все проблемы и буду просто отдыхать. Так нет, эта Катерина откуда-то взялась и портит мне все на свете. Прямо, как наваждение какое-то.

По лестнице послышались шаги тяжелой поступи, на площадке показался Николай Егорович и начал подниматься выше.

— Я, собственно пришла узнать, как ваше самочувствие, — Любовь Ильинична направилась к дверям своего номера, — теперь вижу, что все в порядке. Сходите в парк «Южные культуры». Он находится совсем рядом, в противоположной стороне от пешеходного моста через Мзымту. Там узкая улочка, на ней торгуют фруктами. Прямо по ней идти минут двадцать и будет вход в парк. Билет стоит рублей пятьдесят. Этот парк, конечно, не сравнить с сочинским дендрарием, тут все запущено, но, посмотреть все же есть что. Там и пруд, и мостики, и беседки. Сходите с детьми, не пожалеете.

— Спасибо, — Лида замерла от новых шагов, — обязательно сходим сегодня, — и поспешила в комнату.

Теперь Лида отчетливо поняла, что ей надо сделать. Главное — два дня не встречаться с Костей. Она его, конечно, обидела, ей очень неприятно. Но, так будет лучше для всех. Он ее быстрее забудет, а они спокойно поедут домой.

— Сейчас завтракать, — предложила Лида, — а, потом, знаменитый Адлерский парк «Южные культуры». Говорят, не хуже сочинского.

— Мама, ты же говорила никаких экскурсий, — возразила Света, — мы уже приготовились валяться на пляже.

— Купальники мы обязательно возьмем. Из парка сходим на центральный пляж, мы там еще не были. — Лида выглянула с балкона на веранду. Половина мест была свободной, но там сидели Кругловы. Продолжения вчерашнего разговора Лиде ни как не хотелось, — здесь все места уже заняты, будем завтракать в столовой в здании, я уже пошла, а вы собирайтесь быстрее. Парк большой, осматривать долго будем.

Когда за матерью закрылась дверь, девочки многозначительно переглянулись.

— Не пойму, почему дядя Костя не звонит, — задумалась Света, — сейчас, еще ему позвоню.

— Я виновата, я и буду звонить, — убедительно проговорила Валя. Она набрала номер Кости, но телефон был не доступен, — странно, не доступен. А Дима? — она еще покопалась в телефонной книжке, — тоже молчит. Света, а может они правда спрятались? Мы им надоели? Еще ты вчера рублей на пятьсот проела в кафе.

— Ну и что такого, это не причина, что бы, не звонить и на звонки не отвечать, — Света спорила с сестрой, расчесываясь перед зеркалом, — дядю Костю никто не заставлял покупать эту дорогую экскурсию к Шахерезаде. Главное, вчера и дядя Костя и Дима, хором просили им позвонить, а сами — не хотят разговаривать.

— Да, — согласилась Валя, натягивая майку, — все это очень странно.

Девочки закрыли дверь и поспешили в столовую. В здании отеля столовая была больше, чем на веранде. Столы стояли в одном углу, а остальная площадка пустовала. Стены зала выделяла отделка под старину: прямоугольные квадраты темно — зеленой краски с лепниной по углам. В центре каждого квадрата красовался нарисованный букет цветов. Большие окна, закрывали длинные шторы, собранные оригинальными бантами. Все это великолепие придавало залу аристократический вид.

— Наверно, здесь проводят банкеты или свадьбы, — Света крутила головой во все стороны, — красиво все сделано.

— Ты не крути головой, а ешь быстрее, — напутствовала мать, — в парк, говорят, партиями запускают. Надо успеть пораньше, ведь туда еще идти надо.

— А далеко идти? — уточняла Валя, доедая сосиску, запеченную в сухарях и сыре.

— Порядочно идти, выходить уже надо. — Лида встала из-за стола. — Пойду вещи собирать.

— Колобчиха на веранду помчалась, — Света тихо добавила, — наверно нас ищет. Пора смываться.

— А где же ее колобчонок, что вчера прикатил? — Валя допила сок, и сестры последовали за матерью.